Бхагавад-гита 15.7
Бхакти Вигьяна Госвами · Сухарево · 2005
Главы
Чтение и перевод стиха 15.7
...7-абута, ...ма-амшо джива-локе джива-бхутах санатанах... Перевод: Живые существа в материальном мире — суть Мои вечные отделенные частицы.
Оказавшись в обусловленном состоянии, они вынуждены вести суровую борьбу с шестью чувствами, к числу которых относится ум. Комментарии. В этом стихе ясно описана природа живого существа.
Живое существо вечно остается отделенной частицей Верховного Господа. Не следует думать, будто оно обладает индивидуальностью только в обусловленной жизни, а получив освобождение, сливается с Верховным Господом.
Оно вечно остается отделенной частицей Всевышнего. Здесь ясно сказано: санатана, согласно Ведам, Верховный Господь проявляет себя в своих бесчисленных экспансиях.
Его первичные экспансии называют вишну-таттвой, а вторичные — живыми существами. Иначе говоря, вишну-таттва — это личностные экспансии Господа, а живые существа — Его отделенные экспансии.
К числу личностных экспансий Господа относятся Его разнообразные формы: Господь Рама, Нарасимхадева, Вишну-мурти и все повелители планет Вайкунтхи.
Отделенные экспансии Господа, живые существа, являются Его вечными слугами.
Личностные экспансии Верховного Господа, Его индивидуальные проявления, существуют вечно, и точно так же отделенные экспансии Всевышнего, живые существа, всегда сохраняют свою индивидуальность. Будучи частицами Верховного Господа, живые существа наделены частью Его качеств, одним из которых является независимость.
Каждая духовная искра, живое существо, является индивидуальной личностью и обладает крупицей независимости; злоупотребив своей независимостью, вечная душа становится обусловленной, а распорядившись ею должным образом остается в освобожденном состоянии.
В любом случае живое существо является вечным, так же как и сам Господь.
В освобожденном состоянии живое существо не обусловлено материальной природой, и оно служит Господу в трансцендентном сознании, а обуславливаясь, попадает под влияние материальных качеств, гун, и забывает о духовном любовном служении Господа.
Вследствие этого ему приходится вести суровую борьбу за существование в материальном мире.
Все живые существа, не только люди, кошки или собаки, но и великие властители материального мира, Брахма, Господь Шива и даже Вишну, являются неотъемлемыми частицами Господа.
Роль ума в материальной борьбе
Все они существуют. Не какой-то отведенный им срок, а вечно. Большое значение имеет употребленное в этом стихе слово Каршати - суровая борьба, схватка. Обусловленная душа словно закована в железные кандалы.
Она закована в кандалы ложного эго. И главной силой, направляющей ее действия в материальном мире, является ум. Когда ум находится в гуне благости, действие живого существа - благотворный для него.
Ум в гуне страсти заставляет его действовать, навлекая беспокойство, а ум в гуне невежества приводит к деградации низшей формы жизни.
Однако из данного стиха явствует, что материальное тело, а также ум и чувства — это всего лишь оболочки обусловленной души.
Когда она обретает освобождение, материальные оболочки спадают, но ее духовное тело по-прежнему сохраняет индивидуальность.
В «Мадхьяндина-шрути» говорится: са эва эша брахмаништха, хидам шарирам мритьям атисриджья Брахма абхисампадья Брахмана пашьяти, Брахмана шриноти, Брахмана ведам, сарвам анубхавати.
Здесь сказано, что освободившийся из материального плена живое существо вступает в духовный мир, где возрождается его духовное тело, которое дает ему возможность созерцать Верховную Личность Бога.
Там мы можем слышать Господа, говорить с Ним и постичь Его таким, как Он есть, сарвам анубхавати. И смотрите, мы также узнаем: васанти ятра пурушах, сарве вайкунтха- муртая.
Все обитатели духовных планет обладают такой же внешностью, как и верховная личность Бога,
то есть строение тела отделенных частиц Господа, живых существ и экспансии Вишну-мурти на духовных планетах одинаково. Иными словами, освободившись из материального плена, живое существо по милости Верховной Личности получает духовное тело. Особого внимания заслуживает также употребление здесь слов «мама» и «вамша», фрагментарные
неотъемлемой частицы Господа. Когда говорится о частице Верховного Господа, не имеется в виду, что она откололась от Него, как откалывается части материального предмета.
Мы уже узнали из 2 главы о том, что душу нельзя разрезать на части. Духовная частица не имеет аналогов в материальном мире. Дух отличен от материи, которую можно разделить на части, а затем соединить вновь.
К данному случаю подобные представления непреложимы, на что указывает употребленное здесь санскритское слово «санатана»: частица Верховного Господа вечно остается частицей.
В начале 2-й главы также сказано, что в каждом материальном теле находится отделенная частица Верховного Господа.
Когда эта отделенная частица освобождается из материального плена, она возвращается в свое изначальное духовное тело и попадает на одну из планет духовного мира, где может наслаждаться общением со Всевышним.
Однако из данного стиха также следует, что живое существо, являясь отделенной частицей Верховного Господа, качественно не отлична от Него, так же, как крупинка золота от золотого слитка.
Мамайвамша джива-локе джива-бхутах санатанах манах-шаштхани индрияни пракрити-стхани каршати.
Живые существа в материальном мире, суть моей вечной, отделенной частицы. Оказавшись в обусловленном состоянии, они вынуждены вести суровую борьбу шестью чувствами
Высокий онтологический статус живого существа
к числу которых относится ум. Верховный
Господь Кришна объявляет в этом стихе вечную истину, которая одновременно может вселить энтузиазм в людях, преисполненных правильного видения и может повергнуть в отчаяние людей, у которых может быть не совсем праведное видение этого мира.
Здесь Кришна говорит: «Мамаивамша джива-локе джива-бхутах санатанах». Джива-бхута является вечной частицей. Она вечно является моей частью, мамаивамша.
Прежде всего, первое, что мы должны понять, это то, что наше положение изначально в высшей степени возвышенно. На самом деле, Кришна поздравляет нас всех.
В этом стихе Он говорит: Я хочу вас поздравить с тем, что вы являетесь частицей Бога. Причем не просто временно, вечно. У души есть вечная реальность. Вечная реальность нашего бытия является бесконечно ценным даром Господа.
Представьте себе, как нам повезло. Мы ведь могли бы и не быть частицей Бога, между прочим. Тем не менее, мы частицы Бога, это очень возвышенное положение, очень возвышенное,
Кришна употребляет здесь в каком-то смысле противоречивые выражения: если немного вдуматься в детали санскрита то мы увидим на первый взгляд некоторые противоречия.
Потому что Кришна сначала говорит: «Мамаивамша джива-локе» — здесь в этом мире джив. Он указывает, как бы на то, что этот мир является нашим естественным местом, местом нашего естественного пребывания.
Мы — дживы, правильно? И мир этот — джива-лока, место, где дживы находятся, где нам суждено быть. И мы все до какой-то степени это ощущаем, вроде как наше место, вроде как мы тут родились, вроде как мы здесь.
И дальше Он говорит: «Джива-бхута-санатана». В этой фразе есть некое внутреннее противоречие. Потому что, с одной стороны, он говорит санатана, и санатана значит вечный.
Душа вечной является частицей Бога, с другой стороны, само слово «джива-бхута» — «бхута» значит становление. Буддхи происходит от санскритского корня «бу», и «бу» значит становиться. «Бу» значит бытие в смысле становления.
То есть, в каком-то смысле Кришна как бы говорит, что живое существо джива сотворена.
С другой стороны, она будто — она стала такой, с другой стороны, она санатана, она вечно такая, и в этом заключается на первый взгляд парадокс: с одной стороны, Шрила Прабхупада доказывает это в комментарии и подчеркивает это.
Живое существо - это вечная реальность.
Вечность существования души и философия
Я - вечная реальность. На самом деле, если мы заглянем внутрь себя, мы сможем очень легко убедиться в этом. Я существую, и существовать значит существовать вечно.
Был такой великий греческий философ Парменид, и он прославился тем, что он первый в западном мире произнес знаменитую фразу, которую за много тысяч лет до него произнес Кришна.
Но, по крайней мере, на Западе Парменид первый открыл тот самый закон, о котором Кришна говорит во второй главе Бхагавад-гиты, где Он говорит, что то, что существует, существует всегда.
Если нечто есть, если нечто существует, по определению оно должно существовать вечно. Кришна говорит об этом в Бхагавад-гите. Где Он говорит об этом в «Бхагавад-гите»? «Насато видьяте бхаво...» — таттва- дарши.
Те люди, которые видят истину, говорит Кришна. Люди, которые научились видеть истину, они понимают, что то, что есть, оно есть всегда. Оно неизменно. Оно не может кончить свое существование. И мы внутри себя знаем: Я есть.
Я есть, значит, есть, значит, я есть всегда. Я не могу кончить свое существо. Не могу, не могу я кончиться. Внутри все протестует против самой мысли о том, что я могу кончить свое существование.
Но при этом Кришна здесь говорит: «джива-бхутах санатанах». И «джива-бхутах» подразумевает, что живое существо в какой-то момент как бы было сотворено.
Но санатана опять отрицает это, санатана, оно вечно находится в этом состоянии. Иначе говоря, когда Кришна называет дживу «бхутах», то есть чем-то созданным, ставшим таким, Он имеет в виду подчиненные положения Дживы.
Душа всегда находится по своему онтологическому статусу в более низком положении, чем Бог. Есть Бог, который есть вечная реальность. И мы тоже есть реальность. Мы тоже реальность, и мы тоже вечная реальность.
Однако мы реальность маленькая. Он абсолютная реальность, мы относительная реальность. Он вечная реальность, мы вечная реальность, но Он абсолют, Он большой, мы маленький. И поэтому мы джива-буддхи.
И поэтому, по недоразумению, мы оказались здесь, в этом джива-локе, в этом мире, куда попадают маленькие, глупые, неразумные, заблудшие дживы. И дальше начинается плохая часть.
Первая часть хорошая: первая часть Кришна поздравляет вас, Кришна говорит, друзья мои, прекрасен наш союз. Он как душа неразделимый вечен. Друзья мои, вы все мои частицы.
Вы все вечно духовные, вы все бессмертные, вы все достойны, лучше участи, намекает он дальше. Дальше Он говорит: манах-шаштханиндрияни пракрити-стхани каршати.
Но это вечная душа, частица Бога, исполненная вечности, блаженства и знаний, манах-шаштхани индрийани пракрити-стхани каршати, влачит здесь жалкое существование, сражаясь со своим умом, со своими чувствами, пракрити- стхани.
Стане буквально значит, что она застряла в прокритии. Она застряла в этом болоте материальной природы. Каршати буквально значит влечь. Самый лучший перевод этого стиха был бы влачить. Она влачит здесь существование.
Это очень точно соответствует санскриту. Каршати. И мы все это знаем тоже на своем опыте. То, что Кришна не открыл нам ничего нового, это может быть печальная новость, но, в общем-то,
мы ее уже давно где-то как-то про себя поняли то что жизнь нужно влачить, то, что жизнь — тяжелая штука я помню у меня был один мальчик знакомый он однажды заболел, была большая температура. Я был у них как раз дома.
Мальчик в полубредовом состоянии, лет 6 в то время было, он сел, худенький, такой, тощий, на кровати и начал говорить: «Мама, тяжело жить, жить тяжело».
Тяжело жить. Даже уже в 6-летнем возрасте человек понимает, жить тяжело.
При этом нам не хочется в это верить, потому что опять же, по природе своей мы вечные частицы, Верховного Господа, исполненные блаженства и оптимизма, который внушает нам наше возвышенное изначальное состояние, постоянно пытаются сопротивляться реализмом, суровой реальностью этого мира.
Внутри мы знаем: я вечен. Внутри мы знаем, я счастливый.
Иллюзорность надежды на материальное счастье
В то же время как-то эта реальность никак, она никак не соответствует, одно на другое не попадает. И проблема в том, что нам очень трудно признаться себе в этом.
Одна из проблем, иногда прям даже не хочется читать эти книги. Ну, просто потому что как-то совсем уж безнадежно, все так и то плохо, и это плохо. Хочется какую-нибудь мыльную оперу посмотреть.
Все сначала чуть-чуть плохо, но потом так хорошо, что просто отпад. Хочется оптимизма, хочется посмотреть какую-нибудь комедию Эльдара Рязанова, где в конце концов все будет все будет хорошо. Кристина говорит, не будет.
К сожалению, этот храм в свое время был знаменит такого рода проповедью, примером, который очень сочно это описывал с большим смаком. Иногда нам хочется услышать что-нибудь хорошее, нам хочется услышать что-нибудь светлое, нам хочется, чтобы кто-то нам сказал, что рай в этом мире возможен.
На самом деле, люди, которые заявляют это, а таких людей очень много, они практически обречены на успех. Для того, чтобы повести за собой людей, нужно просто дать им маленькую надежду.
Вернее, надежда у них уже есть, нужно немножечко ее разжечь. Нужно сказать им: «Все будет хорошо, все будет хорошо, все будет хорошо». И люди вам поверят. Потому что каждый готов в это верить.
Есть много таких строителей светлого будущего. К сожалению, светлое будущее почему-то никак не наступает. Сколько их приходило, этих людей, которые обещали, что светлое будущее вот-вот наступит!
Стоит только пойти, стоит только под кедром сесть, стоит только еще что-то сделать. Много есть рецептов счастья в этом мире. Бесконечного, неисчерпаемого, неистощимого, вечного. Но Кришна говорит: «Не твое это место здесь».
К сожалению, мы не хотим в это верить, даже становясь преданными, или, так сказать, преданными, начинающими преданными, людьми, которые пытаются понять что-то в этом мире, мы иногда внутренне сопротивляемся этой печальной новости.
Мы не можем поверить в то, что по-настоящему я не смогу здесь счастливым быть. Как недавно Саматинан Прабу рассказал мне продолжение старой поговорки. Я не знал, мне очень она понравилась.
Я хочу поделиться с вами этой мудростью. Он сказал, что все знают, что надежда умирает последней. Ну, убить ее надо первой. Шрила Прабхупада здесь вслед за Кришной безжалостно, немилосердно делает это.
Но тем не менее, несмотря на все наши попытки это сделать, с ней, надежда, все равно остается у нас. Какая-то робкая. Но где-то она есть там.
История о распространении книг в аду
И если вдруг подвернется нам под руку кто-то, кто попытается ее разжечь, она радостно, весело разгорится снова в нашем сердце. Однажды с Шрилой Прабхупадой был такой случай: давал лекцию в Лондоне.
И после лекции одна матаджи, исполненная энтузиазма, подняла руку: «Шрила Прабхупада, Шрила Прабхупада, А в аду будут эти книги? Глубокий философский внутренний смысл этого вопроса заключался
в том, что: «Шрила Прабхупада, мы исполнены такого энтузиазма, посмотрите на нас. И даже если мы пойдем в ад, и там мы будем продавать эти книги, только дайте нам надежду на то, что эти книги будут в аду.
И Шрила Прабхупада посмотрел на нее и сказал: «Да, в аду есть эти книги». У нас в Лондоне они есть. Она говорит: «Шрила Прабхупада, вы не поняли». Вы меня не поняли.
Я хочу спросить: вот эти книги там, в аду, в аду там будут? Шрила Прабхупада говорит: «Конечно, будут». Он ей: «У нас, смотри, сколько книг будет». Есть у нас книги. Да нет, Шрила Прабхупада. Вы не поняли меня.
Я хочу спросить. В аду, в аду, будут там, там черти, там, где огонь горит, там, где смола кипит, там, где грешники, могу я там? Будут там эти книги. В этот момент какой-то брахмачари не выдержал. Он прыгнул на эту матаджи.
Буквально. Подошел к ней близко, посмотрел ей в лицо и сказал: «Заткнись!» Шрила Прабхупада все понял. Он хочет сказать, что Лондон это ад. Смысл этой притчи: в
том, что мы не хотим поверить в это. В том, что несмотря на то, что мы слышали, на то, что на самом деле наше место не здесь. И Кришна говорит об этом после того, как Он сказал о духовном мире.
«На тад бхасайате сурйо на шашанко на паваках».
Он сказал, что есть духовный обитель, есть духовный мир, вечное место живого существа - место, где живое существо может обрести счастье, радость и покой, где оно может реально практически общаться с Господом.
Как Шрила Прабхупада здесь цитирует Упанишады, Мадхьяндина-шакха. Мадхьяндиная-шрути. Где говорится, что живое существо может видеть Бога — пашьяти, живое существо может слышать Бога - Шринати, живое существо может
сарвам-анубхавати и полностью, абсолютно полностью познать Бога. Тогда, когда она достигнет своего настоящего вечного статуса в духовном мире. И в этом духовном мире оно сохранит свое вечное тело.
Шрила Прабхупада здесь доказывает очень важное положение нашей философии, о том, что вечность души относится не только к этому миру, но и к духовному миру. Что в духовном мире мы тоже будем существовать вечно и тоже будем наделены телом, с помощью которого мы можем слышать, видеть, познавать Господа.
Шрила Прабхупада использует этот стих для того, чтобы доказать вечность бхакти, потому что вечность - это очень существенный элемент нашей философии: вечность или реальность души, которую майавади пытаются отрицать.
Говорят, что весь этот мир нереален, что душа - это всего лишь некое заблуждение, что она нереальность. Почему нам так важно доказать или опровергнуть эти выдумки майавади?
Именно потому, что если мы говорим, что мир нереален, и если мы заявляем, что душа находится всего лишь в иллюзии своего индивидуального существования. Это значит, что мы отменяем само бхакти.
Мы говорим, что бхакти - это тоже иллюзия, что это тоже всего лишь часть этого мира.
Но Шрила Прабхупада говорит: нет, даже в духовном мире, и это та цель, к которой мы все должны с вами стремиться, в духовном мире живое существо может видеть Бога. Хотели бы вы увидеть Бога?
Для этого нужно иметь духовное тело. Оно может слышать Бога, оно может общаться с Богом, оно может разговаривать с Ним, оно может хлопать Его по плечу, оно может беседовать с Ним.
И это та перспектива, которая открывает перед нами этот стих, но, к сожалению, нам мешает этой перспективы достичь, нам мешает с решимостью увидеть эту цель и идти к этой цели именно остатки надежды. В этом суть.
Так как у нас остается по-прежнему еще какая-то жалкая, забитая, измордованная, надежда, несмотря на все эти муки, у нас остается надежда. Так как надежда остается, у нас нет решимости.
Эти кандалы ума, о которых говорит здесь Шрила Прабхупада, кандалы, в которых мы одеты, это кандалы, в конце концов, надежды.
Надежда остаться счастливым здесь, независимо от Бога, независимо от Него, в отделенности от Него - это надежда держит нас здесь крепче, чем железные цепи.
Никто нас не приковывал к этому миру, никто не надевал на нас большие ядра стальные, чтобы мы не могли отсюда, мы сами держимся за этот мир.
Потому что у нас все, мы думаем, ну вот сегодня не получилось, но завтра, ну, точно послезавтра, или хотя бы через 10 лет, ну уж, точно в следующей жизни.
Неизбежность страданий в материальном мире
Но я так или иначе смогу быть счастливой сам по себе. Но Кришна говорит, не пытайтесь этого сделать. Весь этот мир, эта реальность этого мира, он представляет собой смесь.
И так как здесь есть смесь, с другой стороны, кто-то может сказать, почему, зачем тогда Кришна сделал эту смесь? Сделал бы Он его таким, чтобы уж вообще никакой надежды не было. Но Кришна делает этот мир кисло-сладким. Кришна смешивает здесь радости и страдания. Для того чтобы в конце концов человек разочаровался в этих радостях, но в то же время понял, к чему ему стремиться.
Чистая радость - это наше право. Мы должны существовать в чистом радостном бытии, но для этого мы должны понять, в чем же причина этих страданий. Здесь, в этом мире, это, к сожалению, печальная реальность этого мира.
Всегда радости уравновешиваются страданиями. Это закон этого мира. Этот закон невозможно преодолеть. Чистого счастья здесь не бывает. Всегда любое счастье уравновешивается какими-то муками.
В истории древней Греции есть одна очень поучительная реальная история, которая превратилась в притчу. Сейчас уже все забыли имена людей, героев этой истории, и рассказывают ее как притчу.
Но на самом деле эта история была в реальности. Эта история связана с правителем одного небольшого царства, тираном,
самовластным повелителем Месса, по-моему. Которому всю жизнь везло. Он был абсолютно полным счастливчиком. Про него все говорили, что он родился не то, что в рубашке, он в шубе родился. Норковой.
У него были все какие только можно богатства. Его двор блистал пышностью, удача преследовала его буквально по пятам.
Ему везло, все враги, которые были у него, разбегались в стороны, его корабли одерживали одну победу за другой, у него были влиятельные друзья и союзники среди других царей, царь Египта был его лучшим другом.
Звали Амасис в то время. Весел кто-то. При его дворе были самые лучшие певцы, знаменитый Анакреон, которого воспел в своих стихах Пушкин, пел ему, прославляя счастье этого мира.
Анакреон был великим певцом эроса, он прославлял эрос. Счастье. И этот человек наслаждался, он купался в своем счастье. Он не знал, куда просто деваться от него.
Он был просто абсолютно, полностью безоблачно счастлив. И тут в разгар этого счастья, как гром среди ясного неба, к нему пришло письмо от его лучшего друга, египетского фараона Амасиса.
Фараон писал: «Ты знаешь, я наблюдаю за тобой, за твоей жизнью, и сердце мое сжимается от тревожных предчувствий. Потому что не бывает всё так хорошо в этом мире. Не бывает.
Я боюсь, что расплата, которую тебе придется заплатить, будет ужасной.
Если ты вовремя чего-то не сделаешь, если ты как-то сам не омрачишь своё безоблачное счастье, боюсь, что коварные боги, которые еще никого просто так из этого мира не выпускали, они тебе такую свинью подложат, что ты будешь не рад, что ты проклянёшь всё, что у тебя было.
И тиран этот, хотя и был тираном, он был умным тираном. Вместо того, чтобы разозлиться, как сделал бы любой другой дурак на его месте, он задумался.
Он подумал, что факт: люди раньше были, несмотря на наши представления о том, что они были варварами, гораздо более цивилизованными, они были гораздо более мудрыми и гораздо яснее понимали законы, которыми управляется этот мир.
Он подумал, что это факт. В этом мире мы можем видеть, что счастье уравновешивается горем, горе уравновешивается счастьем.
Уж как-то больно, как-то уж больно счастье в моей жизни перетягивает. Он прислушался к совету своего друга, который посоветовал ему: если ты хочешь избежать несчастья, лучше сам добровольно заплати какую-то небольшую цену.
Он сказал ему: если у тебя есть что-то, что тебе дороже всего, возьми это и добровольно откажись от этого. Выброси это. Тиран стал думать о том, что же ему дороже всего.
Он вспомнил, что у него есть драгоценный изумрудный перстень. С огромным драгоценным изумрудом. На этом изумруде были выгравированы какие-то красивые узоры. Этот перстень поражал своей красотой, все завидовали ему.
Он подумал: вот он — то самое, от чего я могу отказаться. И тогда однажды, при большом скоплении народа, он радостно вступил на корабль с ним и его свитой. Они отплыли далеко в море.
И в какой-то момент под звуки пения, когда кто-то играл на лире, снял со своего пальца перстень, этот перстень был ему действительно дорог. Он посмотрел на него и с некоторым облегчением бросил его в воду.
Он подумал, ну все, теперь я так или иначе, сам добровольно принял аскезу, добровольно я отказался от какого-то счастья, и может быть тем самым я заслужу благосклонность богов. Прошло несколько дней.
И рыбак, который ловил рыбу, поймал огромную рыбу. Такую большую он никогда не ловил.
Он подумал: порадуй-ка своего царя — такая рыба достойна царского стола, она не достойна стола обычных глупцов, которым я продаю на базаре. Он принес ее к дворцу, и повар с удовольствием купил эту большую рыбу.
Когда он резал, вдруг что-то сверкнуло во внутренностях этой рыбы. Он увидел драгоценный перстень. Он подумал: надо же, как повезло моему правителю.
Схватил этот перстень, побежал к нему и сказал: «О господин, перстень из рыбы». С удивлением обнаружил тот самый перстень, который он выбросил в морские глубины. Он написал это своему другу в Египет письмо.
Сказал: слушай, говорит, я попытался, я сделал, как ты меня просил, я отказался от чего-то очень дорогого, но это через три дня вернулось.
Вдруг написал, плохо твое дело. Боги не приняли твои жертвы. Я не знаю, что с тобой будет, но ничего хорошего не будет. Поэтому на всякий случай я отказываюсь от дружбы с тобой, чтобы не видеть, как мой дорогой друг будет страдать.
Прости, но это мое последнее письмо тебе. Прошло несколько месяцев после этого события, И удача еще раз улыбнулась этому тирану. А один из наместников персидской провинции, огромной провинции, написал ему письмо.
И в этом письме он предлагал ему дружбу навек. Он сказал: «Тайком вступим в сговор против правителя, против царя Персии. А Персия и Греция всегда воевали в то время друг с другом.
Я сделаю так, ты сделай меня царем в Персии, а я сделаю так, что ты будешь владеть всей Грецией. Человек, привыкший к своей удаче, подумал: «Ну надо же, еще раз удача улыбается мне».
Я получу такого могущественного союзника. Этот могущественный союзник будет на моей стороне. И он собрался в поход к этому наместнику, и когда он уже уезжал,
Дочка подбежала к нему вся в слезах, и заплаканная дочь ему сказала: «Отец, не езжай, я тебя умоляю. Видела дурной сон. Я видела сон, будто ты болтаешься между землей и небом. И солнце палит тебя, и дождь омывает тебя, что-то дурное случится.
Но он не послушал ее, потому что надежда на счастье была слишком сильна. Потому что внутри он не верил в то, что удача может изменить его. Он думал, что все так и будет.
Он сказал ей: «Ты глупая женщина, оставайся тут со своими дурацкими предчувствиями. Я оставлю тебя, вообще в девках-то останешься. Свои дурацкие сны, которые ты видела. Он поехал.
Когда он приехал, его так называемый союзник схватил его и подверг его страшной, ужасной, мучительной казни. Он распял его, повесил его между небом и землей, и солнце палило его сверху. Дожди омывали его тело.
Он мучительной смертью в течение нескольких дней мучился, там и погиб.
Избавление от рабства собственных желаний
Говорит Кришна.
Это история, которая стала уже сейчас притчей, но эта история на самом деле несет в себе очень глубокий смысл. И смысл ее в том, что, как говорит здесь Кришна: «Манас Саштани Индряни до тех пор, пока нас по этой жизни будет влечь наш ум.
До тех пор, пока мы будем находиться здесь, в рабстве своего ума, с его жалкой, дурацкой, идиотской надеждой на то, чтобы быть счастливым здесь, в этом мире, мы постоянно будем прокрити-каршати, мы будем сражаться за существование, мы будем снова и снова вести борьбу за существование, которое на самом деле недостойна нас, недостойна нашего возвышенного положения вечной частицы Господа.
И Кришна здесь говорит об этом из глубочайшего сострадания к нам.
Он говорит здесь, опомнитесь, почему вы слушаетесь своего ума, почему вы находитесь в рабстве ума, который постоянно строит планы на то, чтобы быть счастливым здесь, в этом мире, который постоянно вычисляет, который постоянно пытается найти здесь выгоду.
Нет никакой выгоды. Сделка невыгодна. Единственная выгода, которую мы можем здесь получить, это понять, что моя цель не находится в этом мире. Да, мы можем быть здесь
ровно настолько счастливы, насколько нам позволяет наша карма; ничего зазорного
в этом нет. Мы не должны превращаться в каких-то мазохистов, сектантов, каких-то там истязателей своего собственного тела, должны с благодарностью принимать все то, что приходит к нам. Благодарность должна быть нашей преобладающей эмоцией.
Спасибо Тебе, Господи, за счастье, которое Ты мне посылаешь. И в счастье я не должен забывать о том, что Ты мне послал счастье, что не я сам кузнец своей судьбы. Мы тут.
Если бы мы там ковали в этой кузнице, сами судьбы, все непонятно, что бы с нами было. В конце концов, любое счастье или удачу, любой талант, который у нас есть, любое благо, которое у нас есть. Кому мы обязаны? Ему. Кришне.
И несчастье, которое Он нам посылает, на самом деле не несчастье, на самом деле это всего лишь уроки. И за уроки нужно платить. То, с помощью чего мы можем обрести мудрость.
Кришна дает нам очень хорошую школу здесь, в этом мире. Он дает нам возможность понять что-то очень глубоко. Но для этого человек должен каждое мгновение своей жизни пытаться понять план, великий замысел Господа.
Предназначение человеческой формы жизни
Этот замысел уже есть. Этот замысел для каждого из нас есть. Кришна хочет, чтобы каждый из нас вернулся к Нему.
Кришна хочет, чтобы каждый из нас, как объясняет Шрила Прабхупада в конце комментария, находился в том же самом теле, что и Сам Господь. Тела обитателей духовного мира не отличны от совершенного тела Господа: у них там четыре руки,
у кого-то там шесть, у кого-то две — зависит от наших достижений здесь. Но суть-то в том, что это вечная реальность. Эта вечная реальность доступна каждому из нас. Просто нужно оставаться реалистами.
Нужно очень твердо и очень трезво относиться ко всему тому, что у нас есть в этом мире. И с этим отношением постоянно прославлять Господа. Потому что человеческая форма жизни исполнена глубочайшего смысла.
Человеческая форма жизни дает возможность преобразиться полностью, дает возможность душе приобрести качественно иные очертания, качественно иное настроение, качественно иную природу. Но для этого душа должна делать одно.
Что должна делать душа? Шраванам, киртанам, вишнох, смаранам, пада-севанам, арчанам, ванданам дасьям, сакхьям, атма-ниведанам. Душа должна слушать о Кришне.
Постоянно слушать о Кришне, потому что звуки философии, связанные с Кришной, подобны влаге, проливающейся на пустыню нашего сердца. Нам нужны эти звуки, мы должны слушать о Кришне.
Кто-то должен нам говорить, а мы должны раскрыть свои уши навстречу этим звукам. И душа должна петь о Кришне. Душа должна говорить каждым своим дыханием. Спасибо Тебе, Кришна. Спасибо за то, что ты есть.
Спасибо за то, что я твоя частица. Потому что я вполне могла бы не быть Твоей частицей, а быть чем-то и Ты сотворил меня подобной себе.
Ты сотворил меня подобной себе. Ты дал мне возможность постичь тебя, ты дал мне возможность прославить тебя, ты дал мне возможность служить Тебе.
Ты мне дал столько всего, Ты послал Шрилу Прабхупаду, Ты рассказал Бхагавад-гиту, Ты сделал столько всего, Ты приоткрыл нам мгновение занавес, который отделяет сейчас духовный мир от нас, и мы можем увидеть, что значит это быть исполненным счастья и блаженства, что значит это быть исполненным полного, абсолютного знания и любви.
Все нам дал. Единственное, что я должен понимать, это то, что да, мир этот тяжел, мир этот сложен, жизнь сложна. Но если я буду реально относиться к этому, и не пытаться поменять природу этого мира - это невозможно.
Не пытаться строить иллюзии, не покупаться на глупые удочки майи о том, что в этом мире можно построить рай. А если я с огромной решимостью пойму, что есть иное бытие, которого я достоин по самой своей глубинной природе.
Если я это очень глубоко пойму. И устраню со своего пути остатки надежды, которые мне мешают, кандалы, надежды, которые приковывают меня к этому миру, то тогда я сразу же залечу.
Человек, который смог это сделать, он уже не ходит по земле, он уже летает.
Избавление от иллюзий через осознание смертности
Потому что все, он стал свободен. Вчера Санатана Госвами проводил с нами психотренинг в брахмачари-ашраме.
Он сказал нам: Представьте себе, что вам осталось жить всего лишь год. Что вы будете делать, если вам осталось жить всего лишь год? Все так погрустнели, но представили себе, что нам осталось жить всего лишь год.
И я стал как-то... И он сказал: «Наблюдайте за собой, что вы при этом ощущаете?» Я стал заглядывать в свое сердце. У меня появился целый букет эмоций. Ну, надо же, досада, отчаяние.
Какие-то странные эмоции: год, всего год, столько я хотел сделать, столько я хотел еще, и еще, и все. Не успел, не успел, год. Как же теперь... столько я... фух! Но на этом он не остановился.
И он сказал: «Представьте, что вам осталось жить всего месяц». Что бы вы делали? Я представил себе, что мне осталось жить всего месяц. Я почувствовал, спокойно очень стал.
Вдруг я почувствовал, что стало очень легко: месяц, все, уже понятно, что уже успел, не успел, все равно не успел. Потому что когда год, еще какая-то надежда остается.
Хоть маленький, месяц — все, уже никаких надежд. Все сразу стало хорошо. Хорошо, спокойно, тихо. Я помню, ну надо же, месяц всего осталось. Харибол!
Он сказал: «А теперь представьте себе, что вам осталось жить всего один день». Ну и тут уже вообще все ясно стало. Я уже стал письмо писать: «Простите меня все, я пошел».
Когда у человека уходит ложная надежда, речь не идет о том, чтобы человек стал пессимистом, но речь идет о том, чтобы человек стал реалистом, чтобы он не тешил себя глупыми иллюзиями. не идет о том, чтобы человек стал пессимистом, но речь идет о том, чтобы человек стал реалистом, чтобы он не тешил себя глупыми иллюзиями.
Иллюзия какого-то совершенно нереального, неосуществимого счастья здесь. неосуществимого счастья здесь.
Если человек просто с благодарностью легко принимает все то, что дает ему Кришна, и думает: «Ну ладно, хорошо, я тут. Я вечен. И мои отношения с Ним вечны. Я вечно буду служить Ему, потому что такова моя природа». И думает, ну ладно, хорошо, я тут. Я вечен. И мои отношения с Нему вечно. Я вечно буду служить Ему, потому что такова моя природа.
Мне некуда больше деваться.
Я — джива, а Он — Верховный Брахман, Он — Бог, я — маленькая частица, то сразу же человеку становится легко и спокойно, сразу же начинает видеть, что он должен делать в этом мире. он Бог, я маленькая частица, то сразу же человеку становится легко и спокойно, сразу же начинает видеть, что он должен делать в этом мире. Сразу же уходит суета, и в этот момент человек начинает взлетать. Чувствует, как его душа начинает парить.
Мне недавно рассказали про рекламу, которую показывали по телевизору. Встречаются два мужика, потрепанных жизнью, 40-летних. Один другому говорит: ну как дела? Как дела? Тяжело, так все плохо. Другой говорит: кому легко?
Кому здесь легко? Потом они идут и пьют пиво, превращаются в мыльные пузыри, взлетают, им легко становится. Это реклама пива. Это еще один способ стать счастливым в этом мире.
Легкий, простой, дешевый, незамысловатый, рабоче-крестьянский, доступный каждому из нас, но хотя мы все хотим взлететь над бренными проблемами этого мира, есть один способ. Для этого нужно понять: я вечная частица Кришны.
Манас, индрии, ум, чувства тянут меня вниз. Но на самом деле я должен просто не обращать на них внимания. Я должен снова стать тем, кто я уже есть. Вечной душой, вечной частицей Кришны. Подпрыгнув. Высоко закричать.
Что за крик? Харе Кришна. Такие дела. Сегодня приехал в Сухарево. Я думал, на какой стих читать лекцию. Потом решил: нужно вот про это, про «Кришна-каршати», лекцию прочитать.
Потому что на самом деле это очень оптимистичный стих. В этом мире хорошо не бывает. Но у нас есть настоящая надежда. Эта надежда связана с тем, что мы вечные частицы Кришны. Спасибо большое.
Бескорыстное служение и желание освобождения
Ананта-коти вайшнава-вринда ки! Некоторые преданные, они когда пробовали, говорят, что живое существо, то есть преданный не должно стремиться попасть в тот мир, что как бы эгоистичное желание наслаждаться там.
Я хочу туда, потому что там я уже счастлив. А некоторые говорят, что и Шрила Прабхупада очень часто в комментариях пишет, что это цель наша духовная.
Некоторые преданные говорят, что мы не должны хотеть вернуться в духовный мир, потому что это тонкий эгоизм. И факт. Это определенного рода освобождения. Есть четыре формы освобождения, которые вайшнавы принимают.
И Чайтанья Махапрабху описал этот идеал бескорыстного преданного служения в своем знаменитом стихе: на дханам на джанам,
на сундарим кавитам ва джагадиша камае, мама джанмани джанманишваре, бхаватад бхактир ахайтуки твайи. Ахайтуки-бхакти. Ахайтуки-бхакти.
Бхакти, у которой нет, у которой нет никакой причины, у которой нет никакой корысти, потому что сама по себе бхакти
на этом уровне, на уровне ручи, описанном в этом стихе, доставляет человеку такое блаженство, что он с радостью говорит: на дханам на джанам, на сундарим кавитам ва джагад-иша камайе, мама джанмани джанманишваре бхаватад бхактир ахаитуки твари.
Однако нужно понимать, что это выражение эмоций человека, который уже достиг уровня ручи.
Когда вкус к служению Богу становится таким сильным и таким интенсивным, что все остальное действительно бледнеет по сравнению с Ним. Если мы находясь на более низком уровне попытаемся имитировать этот уровень
Не будем говорить, что, в общем-то, нам в духовный мир идти не нужно, нам этот духовный мир... И тут хорошо. Я буду в аду книги распространять.
То это будет до какой-то степени имитация, и эта имитация может не совсем правильно нас располагать. Поэтому мы должны четко понимать, да, мое место там в духовном мире, значит, моя цель в духовном мире.
Чтобы достичь этой цели, я должен стать бескорыстным. Чтобы достичь этой цели, я должен найти счастье в том, что я делаю, то, что я должен делать по своей глубинной, внутренней, неустранимой природе, служить.
Если я это пойму, то в какой-то момент мое служение станет чистым, оно станет ахайтуки.
И в этот момент я скажу: «Мама джанмани джанма-ишвари бхаватам бхактир ахайтуки твайи», мне не нужно, мне не нужно даже освобождения, я могу рождаться здесь снова и снова и снова. Лишь бы я служил тебе.
Как Бхактивинода Тхакур поет об этом, когда он говорит, что я готов родиться червяком, кита. Кита значит буквально навозный червь. Но лишь бы этот навоз находился в доме твоего преданного.
Бхагир-мукха-брахма. Я не хотел рождаться Брахмой, который отвернулся от тебя. Но нужно очень четко понимать, что да, это наш идеал, но на нашем-то уровне, данам на джанам на сундарим кавитам ва джагад-иша камайе.
на джанам, не на сундарим я хочу этого. Лучше, если я буду хотеть духовного мира, всё-таки, чем если я буду хотеть джанам, сундарим. Здесь, и на нашем уровне
человек должен понимать, что мы действуем ради, пусть не самый достойный, но по крайней мере лучший из всех возможных целей.
И это будет лучше, если мы честно будем это говорить себе, если мы честно разберемся в самом себе. Но при этом мы ни в коем случае не должны внутри себя принижать сам идеал. Идеал — ахайтуки-бхакти.
Идеал бхакти, которая не осквернена ни тем другим, никакой корыстью, никакой задней мыслью, никаким расчётом, никакой калькуляции какой-то, а что я получу за это?
Когда человек даже на мгновение такое состояние обретает, когда вдруг он понимает, а все у меня уже есть, вот оно, вот оно, все. Вот оно.
Возможность служить самое дорогое, что у меня есть. А он становится счастливым. По-настоящему. Не нужно ничего другого. Потом опять майя находит, и опять он думает: «Ну вот, мне всё что-то нужно, это, другое, третье».
Вкус-то этот есть, и вкус этот он постепенно, постепенно разжигается, должен разжигаться, поэтому и то, и другое правильно может сказать, и то, и другое неправильно может сказать.
Все зависит от того, кто говорит и как он это говорит. Если я говорю это, чтобы...
Потому что я, например, очень ясно помню свое состояние, когда я только начинал заниматься преданным служением: я что-то узнал, немножко прочитал, мне стало хорошо, я стал повторять мантру, принципам я уже до этого следовал так или иначе.
Вот. И мне стало легко, я почувствовал легкость какую-то, но сама мысль о том, что мне нужно будет возвращаться куда-то в духовный мир, меня очень пугала.
А для меня, на самом деле, самым любимым местом в Бхагавад-гите было место, где Кришна описывает судьбу неудавшегося йога.
Потому что Он говорит: «Всё хорошо, у тебя, — говорит, — ты родился в богатой семье, в семье чистых преданных, или в какой-то тебе». Я очень себя утешал в том, что туда я еще не хочу, но вот чтобы родиться в богатой семье - это пожалуйста. Поэтому беспроигрышная лотерея.
Вот путь не удавшимся йогам. Все в этом плохого? Ничего плохого нет.
И когда человек на такой стадии, когда он не понял, что значит духовный мир, не ощутил это, не почувствовал, когда он на самом деле боится духовным мир, он может говорить, не-не-не, на ма-джани, джанмани, Ишвара, снова и снова буду рождаться здесь.
Но это может быть обманом каким-то. Поэтому еще раз, то и другое может быть правильным, то и другое может быть неправильным
Истинная свобода и добровольное предание
все зависит от того кто это говорит и как это говорит а чем отличается надежда на то, что можно быть счастливым отдельно от Кришны,
от абсолютной уверенности в том, что здесь можно быть счастливым, полностью от нее отрешенным?
У этих двух ощущений надежды на то, что можно быть счастливым здесь независимым от Кришны, и надежды на то, что можно быть абсолютно счастливым, попав в зависимость от Кришны есть качественная разница.
Шрила Прабхупада объясняет здесь в комментарии, что мы все частицы Кришны. И будучи частицами Кришны, мы обладаем теми же качествами, что и сам Кришна. А существенным качеством Кришны является свобода.
Он сватанта, он независим полностью. И живое существо, будучи маленьким Кришной, тоже независимо, но тоже свободно. Проблема только в том, что так как мы маленькие, то наша свобода тоже маленькая.
Иногда она исчезающе мала, но она где-то там есть. И если мои представления о счастье связаны с реализацией этой своей свободы, если мои представления счастья целиком основаны
на вот этом ощущении того, что я сам по себе, что я сам — сам, что я сам Бог, что я сам должен. И это очень, на самом деле, это ощущение приносит очень большое счастье.
Люди пытаются стать какими-то тиранами, диктаторами, еще кем-то, пытаются куда-то влезть, пытаются обрести много денег только для того, чтобы почувствовать свою независимость. Правильно? Для чего нужны деньги?
Деньги не сами по себе нужны. Если какому-нибудь там дикарю с племенем бы притащить целый чемодан долларов, так? Который не знает ничего о долларах.
Он посмотрит на зеленые бумажки, одинаковые, посмотрит их с разной стороны. Потом в костер их бросит, чтобы они скорее горели как следует.
Не то, что он при этом отрекаться будет от материи, а он просто не знает, что это инструмент обретения той самой свободы, той самой независимости, силы, власти, это все синонимы одного и того же ощущения, одной и той же концепции счастья.
Мое счастье заключается в том, чтобы быть полностью абсолютно независимым, быть властелином своей судьбы, распоряжаться всем.
И если у меня есть надежда на такое счастье, то эта надежда будет приковывать меня к этому миру, к Джива-локе. И наоборот, есть другое представление о счастье, свободе.
Когда я становлюсь свободным, добровольно от своей свободы отказываюсь, когда я добровольно отказываюсь от своей свободы в своих отношениях с духовным учителем.
И когда в конце концов я добровольно отказываюсь от своей свободы и независимости в отношениях с Кришной, учась таким образом, предаваться ему, то в этом тоже есть ощущение счастья.
Любой предан, который пытался это делать, у него есть такое ощущение. И два этих ощущения, или два этих вкуса, они борются внутри. Но это разные вкусы, совсем разные.
Счастье от человека, который понял, что он не свободен по определению, который знает, что он не свободен, и который знает, что мое счастье заключается в том, чтобы быть несвободным. И моя свобода заключается в том, чтобы свою несвободу осознать.
И счастье человека, который мнит себя свободным, мнит себя свободным, становится всё больше рабом своего ума и чувств, в состоянии древней проклятости, и то и другое — вкус, и то и другое — концепция,
но они категорически различны внутри, и мы по инерции можем одно путать с другим, но на самом деле они категорически отличны друг от друга. Первое ощущение или желание оно оскверняет очень сильно.
Первое ощущение или желание пробуждает некую мужскую природу у нас, природу этого насильника, этого братка. Природу какого-то, ну, такого опереточного типа, такого, который в оперете этого мира себя кого-то изображает,
другое ощущение или другая концепция порождает совсем другое другое мировоззрение, видение, мироощущение.
Это счастье человека, которое, так сказать, женская природа, женская природа, когда человек ощущает счастье в любви в подчинении в предании себя когда он ощущает счастье в том чтобы делать что-то для другого так
что есть разница вкусов, разница. Получается,
примерно так же, как вкус клинского пива от вкуса чернобривцев. Ну, в принципе, если в этом немного разобраться, то на самом деле свободы... Если немного разобраться, то да. Беда в том, что мало кто разбирается.
Обычно люди на какой-то момент понимают, когда их в тюрьму сажают, но потом у них появляется свобода. у них появляется свобода. Свобода есть, но свобода есть у человека, который разобрался.
Тот, который разобрался, он становится свободным.
Шрила Прабхупада описывает это состояние свободы в одном из комментариев к последнему стиху, к комментарию последнего стиха 5-й главы 1-й песни Шримад-Бхагаватам, где Нарада Муни прощается с Вьясадевой.
И Нарада Муни, дав свои наставления Вьясадеве, улетает по своей воле куда-то, там просто так вот берет и летит куда-то. И всё, всё, Прабхупада. Во, пожалуйста, вот свободный человек. Куда хочет, туда и летит.
Чему он свободный? Это цель, это идеал. Потому что он достиг этого состояния. Так. В противном случае, да, манас, составляющий индрии, у нас есть ум, шесть чувств.
Ответы на философские вопросы о реинкарнации
И с этими шестью далеко не уедешь. Вторая строчка стиха подтверждает, где она, пра-вайшнавская теология, джива-бхута создана и потом она санатана. И почему она так сильно сопротивляется, что она всегда санатана?
Ее можно интерпретировать таким образом: джива-бхута санатана. Что она в какой-то момент была создана, и потом, будучи созданной, продолжает быть санатаной.
Но Кришна до этого уже опроверг эти представления: в самом начале, когда Он описывал природу души, Он говорил: «на джайате мрийате ва кадачин найам бхутва бхавита на бхуйах» — Он употребляет тот же самый глагол.
Она не становилась, она не рождалась никогда. У нее нет прошлого, настоящего и будущего, у нее есть вечное бытие, она вечной является этой частицей. Поэтому нужно правильно понимать джива-бхуту.
В данном случае джива-бхута означает определенную категорию.
Шрила Прабхупада говорит об этом в комментарии, когда он говорит, что есть две категории экспансий Верховного Господа, что есть экспансии, которые равновелики Господу. Или являются Его личными экспансиями, даже если они не равновелики Ему.
Они могут быть все равно Его амшами, кала и амша, это «свамша калах чамша», Сута Госвами объясняет в 3 главе 1 песни Шримад-Бхагаватам, что разные воплощения Господа тоже являются амшами.
И здесь Он говорит: «Мама эва амша» — джива является частью Моей амши. Но все-таки у нее другой онтологический статус - она ниже, чем Вишнутатва. И поэтому джива — буддха. Поэтому этот статус объясняется в этих словах.
Нужно просто правильно понимать в контексте всей философии то, что говорит Кришна.
Что касается того, почему они не признают вечности души, то очень просто, потому что они не признают реинкарнации, а реинкарнации они не признают по недоразумению. Вот и все.
Отвержение реинкарнации и кармы поставило их в глупое положение, бессмысленное положение.
Оно создало проблему зла, неразрешимые проблемы зла, которые возникли на почве этих трех мировых религий, возникших из иудаизма, а она основана только на том, что они отвергли реинкарнацию.
Так, но отвергли они ее тоже как-то совершенно случайно, то есть там был какой-то собор, и на этом соборе, там, Никейском или каком-то, они долго думали, есть она, нет, и потом решили, что нет.
Ну, так как решили, то уже поздно уже перерешивать. Уже как бы это традиция закрепилась, все. А так-то не с точки зрения логики, не даже с точки зрения священного писания это не логично, неправильно.
Потому что даже священное писание в Библии содержит в себе определенные указания на это. Другое дело, что там никогда не было законченной философской системы. Так как там не было философской системы, то пришлось.
Платон говорил об этом, Сократ говорил об этом, все говорили об этом. Сократ очень смешно описывал реинкарнацию. Если он очень смеялся над людьми, написано: душа вечная, она перевоплощается.
Вот есть люди, которые благочестивые, я говорю. Благочестивые люди, которые все время что-то вот они там все-таки все делают, все там вместе, общины там они создают. Они говорят: «Пчелы мне в следующей жизни станут». Пчелы.
Пчелы — они хорошие такие, они нектар все время носят и все в дом несут. Или, скажем, муравьями тоже. Те, кто получше — те пчелы, те, кто похуже — муравьями.
Нет, один вопрос имеет, что значит не быть частицей Кришны. Что значит не быть частицей Кришны? Все возможно. Сколько этих всех. Что значит не быть частицей? Значит, не быть частицей, конечно. Не частицы, и все.
Быть частицей Кришны значит не быть. Значит, не быть.
Преодоление парадоксов в служении Богу
Ну просто Кришна хочет нам напомнить, потому что мы, будучи частицами Кришны, об этом забыли. И не быть частицей Кришны значит забыть о том, что мы являемся частицами Кришны.
Как одновременно желать чего-то грандиозного для Кришны, Ты же в то же время понимаешь, что в этом материальном мире... Болсак задал очень важный для нас всех вопрос.
Как мы можем одновременно желать чего-то грандиозного для Кришны и одновременно понимать, что все равно ничего тут не сделаешь. Все равно безнадежно. Этот вопрос относится к классической категории парадоксов.
Есть определенный способ понимания парадоксов.
Парадокс никогда не возможно понять, выделяя какую-то одну часть из него. Чтобы понять парадокс, нужно попытаться отойти от этого парадокса на некоторое расстояние и понять одновременно обе части парадокса. А ум человеческий, и в этом одна из проблем человеческого ума, устроен таким образом, что он будет все время пытаться, потому что он не может, он возмущается внутри.
Если мы представим себе маленький такой ум, и мы говорим ему что-то заведомое парадоксальное. Ум начинает кипятиться, возмущаться и говорить: «Ну что за ерунда вообще, что за бред?» Не бывает так.
Но любая философия должна научить человека, натренировать человека, воспринимать парадоксы с помощью разума. Как, например, наша изначальная доктрина нашей философии - она парадоксальна в самой своей основе.
Ачинтья-бхеда-абхеда-таттва — одновременно нечто является тем же самым и не тем же самым, одновременно, я могу представить себе, что что-то является тем же самым, я могу представить себе, что что-то является не тем же самым, но как одновременно одно и то же можно быть тем же самым и не тем же самым, этого я представить не могу.
Но я не могу это представить умом, но я могу почувствовать это, я могу ощутить это.
И что касается этого конкретного парадокса, то к нему относиться нужно точно таким же образом. Да, я хочу, в этом мире он совершенно безнадежный. И все тут обречено полностью на полный вообще на провал. И никакой надежды тут нет. Поэтому я хочу сделать для Кришны что-то вообще потрясающее.
Понял, да? Именно поэтому всем назло. Именно поэтому, чтобы доказать величие Кришны, чтобы сотворить чудо Кришне. чудо, Кришне.
Шрила Прабхупада говорил, он все время говорил своим ученикам: «Что толпы, что вы, американцы, если вы ничего хорошего сделать не можете?» что вы американцы, если вы ничего хорошего сделать не можете.
Какой смысл в том, чтобы быть американцами? Американцы, значит, сделайте что-нибудь большое. Шрила Прабхупада говорил: «Это моя болезнь. Я не могу маленькими масштабами мыслить.
Моя болезнь в том, чтобы если уж делать, то делать что-то такое. Потому что если все равно, он объяснил другой способ понимания этого парадокса. Если выходить на охоту, то охотиться за кем нужно? За носорогом.
За носорогом, да. Потому что если носорога убьешь, то все восхитятся. Убил носорога. А если не убьешь, тебе скажут, ну ясно делал, с носорогом пошел.
А если ты за какой-нибудь там синицей охотишься, или там каким-нибудь кроликом, или мышью какой-нибудь полевой, так?
Поймал мышь, я говорю, и мышь поймал, мы что, а не поймал мышь, все будут смеяться: «Даже мыши не мог поймать», а тут вышел на носорога. Глядь, носорог на тебя бежит. Если я понял, что с Кришной я способен
на всё, что Кришна за мной, Кришна со мной. Бхагавад-гита об этом говорит. Там говорит Санджая, Санджая говорит: «Ятра йогешварах Кришнах». Говорит: «Ятра йогешварах Кришнах». Там, где Кришна, какой Кришна? Кто Кришна?
Йогешвара, повелитель всех мистических сил. Он есть повелитель всех чудес. Ятра йогешварах Кришно ятра партхо дханур-дхарах. И там, где Партха есть со своим луком. На самом деле, все Кришна делает, Он чудеса делает.
И я хочу, если у меня будет одно желание единственное, прославить Кришну и духовного учителя, то Кришна вопреки всем законам материального мира сделает что-то. А если не сделает, то все равно все будут нас уважать.
За то, что мы отважились на что-то. Спасибо большое. Все, прабхупада-ки.