СИНДУ. Здоровое общество. Ответы на вопросы
Бхакти Вигьяна Госвами · 2023
Главы
Применение общих принципов в жизни
Харе Кришна.
Тема, которую мы выбрали для нашего обсуждения в этом году - с одной стороны, очень важная и практичная, с другой стороны, надо понимать, что, формулируя какие-то конкретные принципы, я не обязательно задаю рамки их применения или их исполнения.
Мне хотелось бы сказать буквально два слова, потому что я, пробежав глазами по вопросам, увидел, что есть много вопросов, где люди говорят: «А как конкретно применять этот принцип в жизни?» На какие-то из этих вопросов я постараюсь ответить, и это, наверняка, возможно будет.
На какие-то из такого рода вопросов люди должны научиться отвечать сами. Есть некий принцип — например, принцип бережливости.
Замечательный вопрос был задан: «Если я представлю себе, что я буду как Шрила Прабхупада не выбрасывать конверты, которые мне присылают, а оставлять их для того, чтобы записать на них что-то, то дом превратится в нечто невероятное, в какое-то скопище мусора».
Хороший вопрос, потому что тут как раз ясно проиллюстрировано, сформулирован некий общий принцип, как его конкретно применять в нашей жизни: человек должен решать сам.
Это не значит, что отныне мы действительно должны трепетно относиться к каждому конверту, который к нам приходит, и превращаться в какое-то подобие плюшкиных.
Надо просто понять, где, собственно, я делаю какие-то ненужные траты, где кончается здравый смысл и начинается какая-то болезнь.
Многие вопросы связаны именно с этим: с некой попыткой болезненно применять всё это в своей жизни.
То есть надо пользоваться здравым смыслом и определять это, чтобы я мог честно сказать: «Я не тратил чего-то совсем уже зря, я старался бережливо относиться к тому, что дал мне Бог».
Отношение к материальному миру
И, естественно, это от многого-многого зависит, я ещё буду отвечать на эти конкретные вопросы, но мне хотелось бы заранее сформулировать этот момент, этот принцип: что есть некое общее положение, и конкретное его применение будет очень сильно отличаться у разных людей, в разных ситуациях и так далее.
Вопрос: Очень изменилось понимание мира после лекции, Вы часто об этом говорите, но сейчас поменялось. То, что мир не для нашего наслаждения, это было как-то понятно.
Но сейчас возникает вопрос: что делать с пониманием того, что мир — это школа, исправительная колония, даже тюрьма? Не является ли это тоже эксплуатацией, что мир для меня, но для того, чтобы меня исправлять?
Как в эту концепцию внести понимание, что мир — для Бога, и что Он-то там, а нам нужно отсюда быстрее убираться, потому что это в самом начале философии въелось в голову? Бхакти Вигьяна Госвами:
Мир — для Бога, это не мешает Ему также достигать здесь своих целей, исправляя нас, поправляя нас, давая нам возможность разочароваться в своих иллюзиях. Может быть, я забегаю вперёд, отвечая на этот вопрос.
Безусловно, это отношение к миру как к чему-то, откуда нужно убежать очень быстро, оно неправильное. Мир дан нам для того, чтобы даже здесь мы могли начать взаимодействовать с Богом.
Поэтому Чайтанья Махапрабху говорит: мама джанмани джанманӣш́варе / бхавата̄д бхактир ахаитукӣ твайи (Шри Шикшаштака, стих 4) — Я готов рождаться здесь снова, и снова, и снова в этом мире.
Он не говорит о том: «Дай Мне возможность побыстрее отсюда выбраться». Да, Шрила Прабхупада говорил об этом часто. И, действительно, это некое очень сильно въевшееся в наше сознание положение о том, что мир очень плох.
Но если мы посмотрим шастры, то мы увидим, что в шастрах есть два вида утверждений. Один вид утверждений — это то, что мир плох, то, что мир — зло, дух̣кха̄лайам аш́а̄ш́ватам и так далее.
И есть другая категория утверждений, которая прославляет этот мир как энергию Бога, восхваляет его красоту, учит нас взаимодействовать с этим миром так, как мы взаимодействовали бы с Богом.
И если мы поймём, что этот мир создан Богом для нас тоже, но не совсем в том смысле, в каком мы понимали до этого, — и да, Он хочет нас исправить от каких-то ошибок, Кришна хочет, чтобы мы выросли, чтобы мы стали взрослее, чтобы мы приняли ответственность, и материальный мир, материальная энергия очень хорошо делает это — то это не будет эксплуатацией этого мира.
Да, Кришна наслаждается, создавая этот мир. Этот мир, создание этого мира — это тоже его лилы, сришти-лила. И даже в этом мире Кришна взаимодействует с преданностью душ здесь.
Он не взаимодействует с материальной энергией, он не наслаждается материальной энергией, но Он наслаждается любовью, которую люди проявляют здесь.
Иногда преданность, которую живые существа, бхакты, проявляют здесь, она достигает каких-то невероятных высот, и, безусловно, Кришна очень счастлив этому.
То есть основная цель этого мира — в том, чтобы побудить, подтолкнуть нас к преданному служению. И когда мы начинаем заниматься преданным служением, Кришна, безусловно, наслаждается этим. Вопрос:
Что значит, что Бог наслаждается в этом мире? Бхакти Вигьяна Госвами: Он наслаждается преданностью.
Первопричина бытия и уважение к Богу
Вопрос: Кто такой Бог? Почему Его никто не родил? Почему до Него никого не было? Почему Он был самый первый? Почему Ему нужно первому предлагать? Бхакти Вигьяна Госвами:
Шрила Прабхупада объяснял именно таким образом: «У меня есть отец, у моего отца есть отец, у отца моего отца есть отец, но от кого-то всё должно было начаться, кто-то должен был быть этим самым первым отцом, которого никто не рождал, иначе непонятно, откуда всё взялось».
Если мы пытаемся понять, откуда всё произошло, то в конце концов нам надо прийти к этому выводу, что была некая причина, у которой не было причин.
Все остальные причины, которые мы видим здесь в этом мире, у них есть своя причина. У той причины есть своя причина, но должна была быть какая-то первопричина, изначальная причина. Эту причину люди называют Богом.
Он источник всего. Всё есть, и у всего того, что есть, должен быть какой-то источник. Какой это источник? Вот этот источник называется Богом.
То есть по отношению к ней, когда мы задаём вопрос: «Почему?», имеется в виду причина. То есть почему я родился, почему мир появился, почему деревья зелёные, почему вода синяя.
Все вопросы «почему» означают, что есть какая-то причина, стоящая у того явления, которое мы видим.
Когда мы говорим об этой первопричине всего сущего, то по отношению к Ней вопросы «почему» умолкают, потому что ко всему остальному можно задавать вопросы «почему», а по отношению к Нему нельзя. Почему Его никто не родил?
Ну потому, что Его никто не родил. Почему Он такой, а не другой? Потому что Он такой, а не другой, потому что такова реальность.
Я уверен, что человек в двенадцать лет вполне может эту логическую цепочку понять: у всего должна быть причина, и, значит, должна быть некая первая причина, у которой нет причины. Соответственно, Бога никто не рожал.
Почему Ему нужно первому предлагать? Это же очень просто объяснить. Если мы хотим кому-то выразить уважение, то мы пропускаем его вперёд, правильно? Это элементарный жест.
Мы пропускаем человека вперёд, мы уступаем ему место. Вот, мы хотим выразить благодарность, почтение Господу, поэтому мы Ему первому предлагаем что-то.
Воспитание и образование детей
Он нам дал что-то, мы пытаемся как-то Его отблагодарить за это. Вопрос: Какой результат должен быть в обучении детей, и какие самые важные аспекты нужно учитывать?
Должно ли быть вайшнавское образование, или достаточно того, что дети живут в вайшнавской культуре, живя с преданными? Какое общее образование и его уровень нужно давать детям в этой связи? Бхакти Вигьяна Госвами:
Безусловно, надо давать какие-то азы, основы вайшнавского образования. Одновременно с этим надо давать хорошее общее образование.
Я буквально недавно пару дней назад записал ролик об образовании детей, где я эти вопросы поднимаю. Хорошее мирское образование, наряду с вайшнавским образованием, важно.
Самое главное — это, безусловно, атмосфера, в которой дети растут. Атмосфера воспитывает человека и даёт человеку гораздо больше и гораздо более глубокое понимание каких-то истин.
Если он будет находиться в духовной атмосфере, впитывать в себя отношения, которые дают ему любовь, которые дают ему учителя и старшие люди — заботу, защиту, то, конечно же, ему будет легко понять то, о чём говорится.
Потому что, в конце концов, почему люди становятся атеистами? Потому что они не доверяют. Не доверяют никаким авторитетам, никому, старшему не могут доверять.
В конечном счёте, если человек воспитывается в любви, то ему легче принять то, что есть Бог, который его любит. Если он не получил этого опыта любви в детстве, то ему очень трудно будет в это поверить.
Он будет воспринимать все эти рассказы как очередной способ эксплуатировать его.
И, что греха таить, очень часто под этим красивым соусом скрывается какая-то ядовитая сущность, когда человека хотят заставить что-то делать и облекают всё это в красивую оболочку. Поэтому самое главное — атмосфера.
Самое главное — отношение, искреннее желание помочь, искренняя забота. Учитель — это самый важный человек в жизни маленького ребёнка.
Я помню, как в своё время я увидел, как моя учительница младших классов курит в учительской. Для меня это было таким шоком, таким ударом, я долго не мог прийти в себя, не мог оправиться. Как это так?
Человек, который меня учит, который должен по определению быть идеальным, а он курит, что, было очевидно даже тогда для меня, является пороком. Поэтому главное — это пример учителя и безусловная любовь учителя.
Доброе и одновременно с этим беспристрастное отношение учителя, который не имеет своих любимчиков или своих детей, на которых он срывает зло.
Потом это вайшнавское образование, или какие-то азы, естественным образом войдут. Дети легко воспринимают всё это. Это начальные вещи, они важны. Всё равно человеку потом надо будет выбрать.
Образование должно оставлять человеку выбор быть свободным и делать его свободным, давать ему ощущение того, что он сам отвечает за свою судьбу.
В-третьих, потому что образование учит человека учиться, а это самый важный навык. Чтобы человек был успешен в преданном служении в том числе, он должен приобрести вкус к тому, чтобы постоянно учиться.
Поэтому надо давать прежде всего любовь, азы вайшнавского образования и хорошее общее образование.
Иногда родители, руководствуясь самыми благими намерениями, не дают ребёнку никакого образования, думают, зачем ему всё это, пусть лучше будет вайшнавом, в результате этого он ни вайшнавом не становится, ни места себе не находит в этой жизни.
Это очень большая ошибка, это насилие над человеком, очень часто. Главное, что нужно сделать в образовании, когда речь идёт о вайшнавах — там был ещё вопрос относительно того, есть ли у кого брать примеры.
Я уверен, что есть. Есть школа Абхиры в Новороссийске, есть ещё какие-то школы. Но я хотел рассказать про одну школу в Бангалоре. Я рассказывал о ней как-то. Эту школу — небольшая школа — ведёт преданный.
И как раз основа этой школы, основа образования — если бы у вас была возможность съездить туда, было бы идеально — в том, чтобы объяснить детям, каким образом энергия, с которой мы соприкасаемся всё время, — это энергия Бога, и как к ней нужно относиться.
Они начинают день с того, что они как бы сверяют свою не геопозицию, а астропозицию.
Они говорят, что сегодня такой-то титхи, такая-то накшатра, это значит, что мы находимся в некой макросистеме, где луна в такой-то фазе, она, соответственно, влияет на меня.
И потом дальше они проходят общие предметы, но проходят их очень практично.
Например, математика — есть разные способы, как делать её очень практичной, а не просто некой абстрактной и порой сложной для восприятия дисциплиной. При этом пользуются ведическим способом.
Они изучили огромное количество книг по тому, как было устроено это ведическое образование. Дети там сажают свои собственные огороды, ставят свои опыты, химические опыты там тоже замечательные.
Они своё мыло варят сами и так далее. Небольшая, но очень хорошая школа со своими находками.
И они очень большое внимание уделяют музыке, пению, танцу, игре на музыкальных инструментах, потому что это тоже очень существенный элемент развития человека, все эти навыки.
Я когда там был, мне, грешным делом, захотелось ещё раз родиться, чтобы получить воспитание в этой школе. Санскрит они проходят, проходят Итихасы, у них есть уроки разговорного санскрита тоже.
Благочестивая деятельность и карма-йога
Очень интересная школа. Вопрос: В лекции было затронуто, что всё принадлежит Богу, и что мы можем на практике делать. Такой момент, как субботники, мы организовываем субботники.
Но это было в зачаточном понятии веры — что есть Бог, что Ему всё принадлежит. И этого было достаточно, чтобы организовывать субботники. Можно ли это приравнять к служению — карма-йога в сознании Кришны?
Или это просто является благочестивой деятельностью? Или это вообще лучше оставить за рамками ИСККОН — из разряда благотворительности? Как Вы видите эту деятельность непосредственно? Бхакти Вигьяна Госвами:
Для того чтобы как следует хорошо понять этот вопрос, надо прочитать книгу Бхактивиноды Тхакура «Шри Чайтанья-шикшамрита», где он, начиная эту книгу с самых элементарных вещей, в том числе с такого рода вопросов — благочестивая деятельность, пунья, папа и так далее — и доводя её до самых высоких возможных философских и практических вещей, объясняет место всего этого.
Безусловно, само по себе эта деятельность — уборка улиц — её трудно отнести к чистому преданному служению. Но это может быть частью нашей практики, если мы при этом находимся в правильном сознании.
Бхактивинода Тхакур приводит интересный пример, очень актуальный, ещё более актуальный, чем то, о чём Вы говорите, но я его перескажу. Он говорит о принятии душа.
Он говорит, что принятие душа не является преданным служением, строго говоря.
Просыпаясь рано утром и принимая душ, мы не обязательно служим Богу, нам нужно, чтобы это стало частью нашего служения, нам нужно провести в уме некую цепочку действий: я просыпаюсь утром, мне нужно освежить своё тело и свой ум.
Для чего освежить своё тело и свой ум? Для того, чтобы я мог со свежим умом и со свежим телом думать о Кришне, медитировать, повторять Его святое имя.
У этой цепочки может быть ещё несколько каких-то там промежуточных звеньев. Но вот, грубо говоря, человеку надо, чтобы эта деятельность превратилась в преданное служение, провести некую операцию в уме.
Если он с этим сознанием принимает душ, то этот душ становится частью его садханы. Теперь, Бхактивинода Тхакур делает интересное дальше замечание.
Он говорит, что на самом деле каждое из этих логических звеньев может быть разорвано.
Я в какой-то момент в своём сознании могу очень легко потерять эту связь и принимать душ с пониманием обычным: мне же лучше от этого будет, я буду себя лучше чувствовать.
И он говорит, что в этом сложность всех этих вторичных вещей.
Есть первичные вещи, которые непосредственно побуждают нас думать о Кришне, описывают Его качества, позволяют нам понять, каким образом Он действует в этом мире, и там очень трудно заблудиться.
Это конкретные совершенно вещи, и они воздействуют на нас непосредственно.
Когда речь идёт о косвенных вещах, о вторичных вещах — вся тема наших бесед, она, в общем-то, именно такая, мы говорим о вторичных вещах, — то тут очень важно понимать, как это непосредственно связано с преданным служением, что я этим делаю?
Проповедую я этим другим людям? Люди посмотрят на меня, подумают что-то. Или я создаю некую благоприятную среду, в которой мне легче будет заниматься преданным служением.
Потому что в конце концов чистота — это хорошая вещь, и Шрила Прабхупада говорил: «Clearness is next to Godliness» — чистота очень непосредственно связана с нашей верой в Бога.
Мне нужно очень чётко понять, какая цель за всем этим стоит, и главное — помнить об этой цепочке, чтобы моя деятельность не превратилась в мирскую деятельность, просто в какое-то тешение самого себя.
И лучше, если кто-то из старших конкретно поможет вот в этом конкретном случае вам правильно настроить себя и всех остальных на эту деятельность.
Или, наоборот, не настраивать, а настроить на какую-то другую деятельность, которая более коротким путём поможет думать о Боге. Это может быть хорошая вещь, она, в принципе, находится в рамках того, о чём я говорю.
Но чтобы нам правильно настроиться на это, важно, чтобы кто-то нам помог, и чтобы мы помнили. У меня перед глазами пример. В Швеции мы проводили харинамы по местной улице, на которой не ездят машины, а просто ходят люди.
И там стояли всегда люди из «Армии спасения». Они тоже там что-то на гармошке такое иногда пели, и собирали они какие-то пожертвования.
И эта «Армия спасения» в своё время была очень радикальной религиозной сектой протестантского направления. Их гоняли, они не нравились никому, они были очень революционно настроены.
Они решили каким-то образом приспособиться к этому миру, стали заниматься благотворительностью и в конце концов получилось, что они уже спасают людей тем, что раздают бесплатную одежду, ещё что-то, а вся духовность оттуда ушла, выветрилась.
Вот эта вещь, которая вначале была частью их главной деятельности, она превратилась в основную, главную деятельность.
С одной стороны, это хорошо, с другой стороны — надо быть осторожным, чтобы все эти вещи не заслонили от меня действительно по-настоящему глубокую духовную деятельность, если она у меня, конечно, есть.
Увлечение этим, которое сейчас наблюдается, может быть опасным, тут нужна чёткая мера. Надо помнить, зачем я это делаю, и в этом сознании это делать, тогда это хорошо.
Чистота на Западе и Востоке
Вопрос: Как-то в одной из лекций Вы делали интересный анализ по поводу того, почему на Западе чистота, порядок, аккуратность, а на Востоке, в частности, в Индии — мусор, грязь.
И если я ничего не путаю, то причина в коренном мировоззрении: на Западе лежит греческая философия, что изначально был хаос, и надо навести порядок, а в Индии изначально всегда в их мировоззрении был Бог, и в принципе всё идет по плану.
Бхакти Вигьяна Госвами: И в конце концов всё превратится в хаос, так что надо наблюдать этот момент. Вопрос:
Почему на Западе при такой неправильной концепции, ещё при антропоцентричности такое аккуратное отношение к энергии Бога — непохоже на «использовал-выбросил», а на Востоке, наоборот, такое потребительское, в Индии в частности?
Бхакти Вигьяна Госвами:
Одна причина — это предмет моих размышлений, боли тоже, очевидная — это то, что урбанизация в Индии — сейчас не будем углубляться в какие-то метафизические, философские корни грязи на улицах Индии, посмотрим ближе на это дело с более близкого расстояния — урбанизация в Индии произошла относительно недавно.
Бо́льшая часть населения Индии по-прежнему живёт в деревнях.
Промышленная революция, которая, в общем-то, разорила деревни и согнала людей в города и превратила людей в рабов этих индустриальных предприятий и сейчас в каких-то офисных рабов, она в Индии началась гораздо позже.
И до сих пор бо́льшая часть людей живёт в деревнях, а в деревнях не пользовались раньше пластиком, пользовались листьями вместо тарелок, пользовались глиняной посудой необожжённой, которая одноразовая, которую можно было выбросить, не жалко было выбросить, дешёвой.
То есть как бы сама по себе эта среда была экологичной. Плюс к этому, к сожалению, в своё время британцы разрушили образовательную систему в Индии совершенно сознательно.
Во времена британского владычества в Индии, во времена британского правления вначале существовали десятки тысяч деревенских школ, где детям давали хорошее образование.
Эта система домашнего образования была уничтожена, к сожалению. В каждой деревне был свой брахман, который заботился о том, чтобы дети получали образование.
Речь не идёт даже о гурукулах, а просто о деревенских небольших школах.
И вот эти два фактора — с одной стороны, привычка к естественным вещам, которые не обязательно складывать, потому что сама по себе экология их хорошо переварит, а с другой стороны — отсутствие какого-то образования приводят к тому сейчас, что большинство населения городов, которое в последнее время стремительно растет, оно также состоит из людей, недавно переехавших из деревень, согнанных туда деревенской нищетой, какими-то другими экономическими факторами, оно приводит к тому, что люди не привыкли складывать мусор куда-то в одно место и вывозить его.
Недавно я проезжал мимо делийской свалки. Конечно, очень впечатляюще. При этом они вывозят всё равно мусор. Эта свалка бесконечная совершенно, с бесконечным зловонием, распространяемым вокруг, это ужас!
То есть это феномен, скажем так, больших городов.
По-прежнему в небольших деревнях, особенно в таких штатах, как Карнатака, где в целом более образованные люди, или Керала, где практически полная стопроцентная грамотность, очень чисто, там нет вот этого всего, люди следят за чистотой.
А в городах возникает эта хаотическая вещь.
Я понимаю, что я не ответил на глубокий философский вопрос, но я не думаю, что это будет совсем правильно, это будет всё равно некой натяжкой, если мы такие некие построения будем делать.
Мы можем немножко над этим посмотреть, но это скорее повод для каких-то философских размышлений, чем объяснение конкретного феномена.
Если речь идёт о конкретном феномене, то это объяснение, которое я сейчас дал, оно более правильное. Что касается Запада, то у людей Запада есть, чему поучиться, в этом нет никаких сомнений.
Я решил прочитать книгу, которую мне пару лет назад подарил один из учеников. Она называется «Weirdest people of the world», что в переводе с английского значит «Самые странные люди мира».
Но в данном случае слово weird является аббревиатурой, то есть сокращением из нескольких слов: weird значит wealthy, intelligent, educated, rational и ещё что-то на букву d.
И изучается там конкретно совершенно вот эта вот раса западных людей, которые, в общем, сейчас доминирует в мире и очень гордятся своим доминированием. Я её до сих пор не прочитал, только начал её читать.
Другое отличие, о котором мы не говорили, людей Запада, — то, что они рациональны, то, что у них левое полушарие преобладает над правым полушарием, иногда очень сильно преобладает. И это означает примат-закон.
И это рациональное мышление в том числе выстроило западную цивилизацию, логическую, и у неё есть, безусловно, свои преимущества.
И, в частности, чистота — это следствие, опять же, в какой-то более непосредственной перспективе, не удаляясь в какие-то философские сомнительные спекуляции, чистота — это следствие большего рационализма западных людей.
Вот, собственно, и всё, они более рационально устроили всё, более логично всё устроили.
И, к сожалению, вся эта технократическая цивилизация Кали-юги, она требует от человека большей рациональности, она заставляет человека быть более рациональным, одновременно с этим лишая его какой-то спонтанности, доброты, красоты, чистоты и так далее.
Экспертный совет в вайшнавском обществе
И мы живём в этой цивилизации, которая требует более рационального отношения, и западные люди по природе более рациональны, они устроены таким образом, они в этой среде получают преимущества несомненные. Вопрос:
Вы говорили о пяти пунктах последовательной реализации плана по изменению вайшнавского общества, построению здорового общества.
И первым пунктом было то, что нам нужно понять такие простые очевидные факты, что к чему приводит. С одной стороны, это очевидные факты, а с другой стороны, вокруг них всегда очень много споров: что правильно?
Вегетарианцы и витамины, изменение климата, что влияет, в плане медицины много всего. Как преданный должен сам во всём этом разбираться?
Или в обществе преданных нужно, чтобы какие-то люди, какой-то создать орган, который бы в этих вопросах разбирался? Бхакти Вигьяна Госвами:
Я бы был счастлив, если бы такой орган возник, который мог бы изучать эти вопросы, давать некое конкретное квалифицированное мнение.
Беда заключается в том, что сейчас каждый человек мнит себя специалистом во всех вопросах.
И для многих людей существование такого органа, который бы предварительно изучал это всё и состоял из квалифицированных людей, заведомо беспристрастных, хороших опытных вайшнавов и какие-то вердикты по разным вопросам выносил, типа прививок и так далее, это было бы идеально.
Если бы был такой орган, чей авторитет одновременно с этим был бы безупречен.
Для этого очень много условий надо выполнить: люди должны быть специалистами, при этом хорошими вайшнавами, при этом людьми заведомо неподкупными, беспристрастными, потому что наверняка сразу же полетят в их сторону обвинения в том, что их те подкупили, эти подкупили.
И даже в этом случае, если бы такой орган существовал, то многим бы он облегчил жизнь. И многие бы успокоились, выдохнули и сказали: «Ну нет необходимости мне во всём этом копаться, пытаться разбираться».
Но всё равно найдётся категория людей, их будет процентов десять, а может, и больше в наше время, которые будут яростно оспаривать выводы такого органа, если они не соответствуют их мнению, которые будут пытаться доказывать, что они сами лучше всё знают, и что за всем этим стоит заговор, инопланетяне, рептилоиды, ещё кто-нибудь.
И, к сожалению, в результате этого количество споров по каким-то не очень важным, не принципиальным темам может только увеличиться. Поэтому это такая палка о двух концах.
Было бы здорово, если бы был человек, который бы сказал: «Вот я знаю этот вопрос, я изучал, я специалист, у меня степень, вот мой вам совет». Естественно, рекомендательно, естественно, он ни к чему не обязывает.
Но так как сейчас все считают себя, мнят себя специалистами из-за распространения интернета, то такому человеку придётся непросто, и такому органу придётся непросто. Так что я не знаю.
Я бы предпочёл, чтобы такой квалифицированный орган, который выносил мнение по актуальным вопросам, существовал. — Какой-то экспертный совет. Бхакти Вигьяна Госвами:
Его мнение, разумеется, не обязательно ни для кого, но просто они выносят свой вердикт по каким-то темам важным.
— Наверное, когда возникают такие вопросы, зачастую людям просто некуда обратиться, они не знают, кто мог бы на основе священных писаний и опыта, учёности, суждения… Бхакти Вигьяна Госвами:
И очень часто слушают людей, которые говорят. Такие люди, горлопаны, они есть, и вот они начинают задавать тон, к сожалению.
Грань между бережливостью и скупостью
В отсутствии такого экспертного совета мнение людей, которые уверены абсолютно в своей правоте и очень часто являются людьми абсолютно невежественными в этом, ещё со своими психологическими проблемами, оно начинает доминировать в обществе и становится чуть ли не законом.
Вопрос: Как бережливость не превратить в жадность, а щедрость в расточительство? Бхакти Вигьяна Госвами: Я говорил, что тут каждый для себя должен найти грань между двумя этими вещами.
Грань, которую священные писания задают, она очень простая, но, опять же, она требует разума, чтобы её применять правильно.
Что касается щедрости, то щедрость не превращается в расточительство тогда, когда мы хорошо знаем, кому, где, при каких обстоятельствах и когда следует помогать и давать пожертвование.
Если я хорошо знаю и исхожу из этого, а не просто раскидываюсь тем, что у меня есть, руководствуясь некими сантиментами, то, соответственно, моя щедрость правильно применяется. Тут со щедростью всё более или менее просто.
Есть чёткие представления: надо давать пожертвования тем людям, которые не воспользуются ими себе во зло или другим. Отличить скупость от бережливости не трудно, на самом деле.
Скупость — это болезненное нежелание расставаться ни с чем, когда мне нужно, стоит большого труда, чтобы что-то отдать. И я с такой болью отдаю, как своё последнее.
Скупость — я пытаюсь накапливать, у меня есть это болезненное, опять же, состояние или представление о том, что без всех этих вещей я не проживу, мне будет плохо.
Со скупостью надо бороться конкретно совершенно вот этой практикой, когда мы достойным людям что-то даём. Чтобы бережливость не превратилась в скупость, надо практиковать щедрость.
Чтобы щедрость не превратилась в расточительство, надо практиковать бережливость. И то, и другое — это конкретная практика.
Надо практиковать, давая подарки преданным, давая пожертвования преданным или каким-то духовным людям. Таким образом мы боремся со своей природной скупостью.
И одновременно с этим надо думать: когда мы тратим деньги, на что мы тратим, на что они будут использованы, когда мы кому-то даём, и таким образом практиковать бережливость.
Опрятность и избавление от крайностей
Так что всё, в принципе, понятно. Вопрос: Где грань между бережным отношением к энергиям Господа и скупостью? Преданным дарят новую одежду, а они её кому-то передаривают и носят дальше потрепанную старую одежду.
Или не делают ремонт у себя дома, потому что считают это расточительством и предпочитают жить попроще, вот так, как оно есть. С внешней точки зрения это может выглядеть как какая-то неряшливость.
Мы часто видим, что вот курта, она курта, но в ней может быть на воротнике уже дырка, пуговицы оторвались, но главное — чтобы это была курта. И дхоти, оно в дырках, но оно дхоти, духовное.
Как не превратиться в бомжей тогда в итоге внешне и при этом быть нерасточительным? Бхакти Вигьяна Госвами: Ну так — не превращаться в бомжей, быть аккуратными и опрятными.
Преданные должны быть опрятными, дома должны быть опрятными, дома должны быть ухоженными. В этом, в том числе, наше уважение к энергии Господа.
Но опрятность не подразумевает, что у меня 365 сари на каждый день в году, за исключением високосного года, когда одного не хватает.
Опять же, у разных людей есть разные представления об этом, и тут, наверное, не нужно пытаться под одну гребёнку подогнать всех. Есть люди по природе своей широкие, которым нужно много, они воспитаны таким образом.
Для них бережливость будет заключаться в том, что они немножечко себя ограничат в чём-то. Но с точки зрения другого человека, который привык гораздо скромнее жить, они всё равно будут вызывающе нескромными.
Тут нет каких-то одинаковых рамок.
Надо понимать, что мы должны выглядеть хорошо, чисто, опрятно, надо заботиться о пуговицах, которые имеют свойство отрываться, и о дхоти, и куртах, которые имеют свойство дырявиться и пронашиваться.
Не нужно ходить непонятно как под предлогом бережливости. Тут главное не превратиться в такого болезненного плюшкина.
С одной стороны, надо нормальным человеком быть, вот и всё, я не знаю, это объясняет то, что мы как-то стараемся придерживаться некой приемлемой нормы. Не нужно ничего доводить до крайностей.
Любая крайность — это проявление эго. Эго любит крайности, эго не любит какой-то середины. И очень легко бережливость может превратиться в скупость.
Удовлетворенность и развитие потенциала
Для этого надо периодически раздавать всё то, что накопилось. Вопрос: В лекции Вы сказали, что надо практиковать удовлетворённость и не разжигать зависть и жадность.
Каков критерий в жизненных ситуациях: в каких нужно практиковать удовлетворённость, в каких нужно реализовывать свой потенциал, который дал нам Господь, и развиваться и не покрывать удовлетворённостью ложное отречение, страх или лень?
Как это различить? Бхакти Вигьяна Госвами:
У Чанакьи Пандита есть замечательная шлока, я её приводил: то, что в данном случае речь идёт о мужчине — мужчина должен быть всегда доволен своей женой, своим обедом и деньгами, которыми он заработал честным путём.
И он всегда должен быть неудовлетворён своими познаниями, своей садханой и своей джапой. То есть это три сферы, которыми мы никогда не должны быть удовлетворены.
Что касается духовной практики и нашего внутреннего развития, тут не должно быть удовлетворённости. Но что касается обыденных материальных вещей, тут надо стараться быть удовлетворённым. Продолжение вопроса:
— А как для матаджи? Это для прабху — быть удовлетворённым деньгами. Иногда бывает: вот есть реально какие-то материальные желания, и нужно работать, чтобы их реализовывать.
Но, с другой стороны, нужно быть удовлетворённой и побольше харинамить, и с преданными общаться, и поменьше работать, но принимать, что есть. Бхакти Вигьяна Госвами:
Если у вас есть какие-то сильные желания и вы пытаетесь сделать вид, что их нет, а они все равно есть, то вы будете пытаться харинамить, и при этом вся ваша энергия будет уходить на это ощущение, что у вас чего-то нет, что вам чего-то не хватает.
Если это просто желания — в одно ухо залетело, в другое вылетело, что-то у кого-то есть.
Но есть категория желаний, когда человеку действительно очень нужно, он чувствует, что если ему это не сделать, то лучше сделать и успокоиться и заниматься духовной практикой.
Не то, что каждое желание, которое у меня появилось, я должен со всех ног бросаться и осуществлять, какие-то отвалятся сами, если их чуть-чуть поморить голодом.
Если оно становится ещё сильнее только, моришь его голодом, а оно только сильнее становится, это желание, лучше исполнить его.
Есть категория — об этом астрология говорит — есть категория вещей, которые нам объективно надо сделать, мы пришли для того, чтобы чего-то тут организовать, чего-то добиться и в конце концов забыть об этом.
А есть вещи, которые сами отвалятся. Есть вещи, которые отвалятся, только если наша практика будет интенсивной.
А есть вещи, которые даже при интенсивной практике всё равно не будут отваливаться просто потому, что надо это сделать. Поэтому можно так попытаться сделать.
Ну вот есть что-то, вроде бы не очень-то нужно, но вот оно зудит там, попытаться более интенсивно практиковать. Если интерес к этому потерялся, значит, это хорошо.
Если он только растёт ещё больше, если при одной мысли о том, что вот если ты не выполнишь это, ум начинает паниковать и кричать, и говорить: «Нет, невозможно, это ужасно!», ну, значит, надо, если это в рамках пристойного чего-то, значит, надо это сделать и понять, что всё равно счастливее мы от этого не станем.
Преодоление страданий в духовной практике
Вопрос:
Насколько нужно терпеть что-то, если это причиняет страдания, если это можно связать с Кришной, например, для того чтобы это не мешало служению — я, например, прохожу курсы личностного роста, излечиваю травмы, установки — это понятно.
А если это просто материальные вещи, но они причиняют страдания, должна ли я это терпеть, или можно это исправлять, работать над этим, но на это требуются очень большие-большие усилия? Бхакти Вигьяна Госвами:
Земля именно потому считается идеальным местом для духовной практики, что здесь нет ни слишком много наслаждений, ни слишком много страданий.
Ни адские, ни райские планеты подходящими местами для духовной практики не являются, потому что в раю слишком много наслаждений, а в аду слишком много страданий.
Поэтому ни избыток наслаждений, ни излишние страдания духовной практике в целом не помогают. Опять же, всё зависит от того, что это за страдания.
С некоторыми страданиями можно справиться, и, в принципе, мы должны учиться терпеть. Есть люди, изнеженные по природе, не привыкшие терпеть, преодолевать какие-то препятствия, им сложно.
И для них любая мелочь может показаться каким-то очень большим препятствием или большим страданием. Понятно, что в таком случае надо порог своей чувствительности потихонечку повышать.
Если это слишком низкий порог чувствительности или невысокий — понятно, что имеется в виду: если любая мелочь — комар меня укусил, и это уже невозможные страдания, которые, пока я от них не избавлюсь, я не смогу ни о чём другом думать, —наверное, есть, над чем поработать.
Если же это какие-то действительно серьёзные страдания, и у нас есть возможность от них избавиться, и эта возможность избавиться от них не сопряжена со слишком большими компромиссами или вообще компромиссами в духовной жизни, наверное, здравый смысл — попытаться избавиться от страданий и начать практиковать духовную жизнь, не отвлекаясь на них.
Это, в частности, может быть связано с физическими страданиями. Опять же, у некоторых людей высокий порог боли, у некоторых людей очень низкий порог боли.
Для кого-то боль не очень большие проблемы составляет, просто они не очень чувствительны к ней, для кого-то она невероятные совершенно страдания доставляет.
Надо попытаться избавиться, одновременно с этим пытаясь закалиться и делать себя менее чувствительным к этому.
Я поэтому приводил пример из Восьмой песни «Шримад-Бхагаватам», где удовлетворённость сравнивается с башмаками: когда человек обут, то, соответственно, колючки и острые камни не очень сильно его ранят.
Точно так же вот эта практика того, что, в принципе, всё не так уж и плохо, всё нормально, всё хорошо — это способность довольствоваться тем, что приходит само по себе.
Это может быть практикой, и постепенно это качество развивается, и человек становится менее чувствителен к внешним неудобствам, неприятностям и так далее.
То есть одновременно, опять же, в зависимости от здравого смысла, если есть возможность нетрудно избавиться от страданий — хорошо.
Терпимость в отношениях с близкими
Одновременно с этим надо порог своей неприхотливости постепенно увеличивать. Вопрос:
Как грамотно себя вести с близкими людьми, родственниками, с кем мы близко взаимодействуем, живём вместе, на одной территории находимся, и если человек не слышит наши просьбы, совершает невольные оскорбления, то, что Вы приводили пример с бронзовой лотой, с лампочкой, не видят в чём-то важность, когда мы просим, когда повторяем несколько раз свою просьбу?
Как грамотно себя вести в этом случае: оставить человека в покое, понимать, что отношения важнее, чем донести до него, «добить» его своей правотой?
Как справиться со своим ложным эго, как примириться внутри с этой ситуацией, что, к сожалению, как есть, так есть на данный момент? Бхакти Вигьяна Госвами:
Это хорошая духовная практика: люди всегда будут вести себя как-то, как нам не нравится, особенно люди, с которыми мы рядом живём и соприкасаемся всё время.
И надо напоминать себе: этих людей послал мне Кришна, и эти люди знают, как меня «зацепить». Надо, действительно, делать акцент на отношениях, не слишком заморачиваться.
Ну да, человек не очень понимает, он не со зла делает, да, для него это ещё пока не важно на этом этапе развития. Не надо раздражаться от того, что другой человек каким-то принципам не так строго следует.
Если всё равно нам нужно жить с этим человеком, и нам нужно делить с ним кров, нам нужно как-то выстраивать глубокие отношения с ним, надо на какие-то вещи научиться смотреть сквозь пальцы, тут ничего не сделаешь.
Ну вот да, такой человек. Всё может поменяться в какой-то момент.
Забота о людях и проповедь
Надо напоминать себе, что мы тоже не ангелы. Вопрос:
Пожалуйста, научите, как пронести по жизни понимание того, что Кришна защищает всех, и что все находятся под защитой Господа и не опуститься до той платформы, что «Бог подаст» и пройти мимо.
Как в отношениях проповеди не стать плохим инструментом, потому что мы все инструменты Господа, как не стать плохим инструментом Господа? Бхакти Вигьяна Госвами: Прахлада Махараджа, идеальный проповедник, учит нас этому.
Одна из характеристик чистой преданности — это желание поделиться этим с другими. Прахлада Махараджа — пример этого, когда он проповедовал своим друзьям-демонам, очень смело и открыто.
И стих, который мы часто повторяем, он как раз сошёл с уст Прахлады Махараджи: свастй асту виш́васйа кхалах̣ прасӣдата̄м̇ дхйа̄йанту бхӯта̄ни ш́ивам̇ митхо дхийа̄ манаш́ ча бхадрам̇ бхаджата̄д адхокшадже
а̄веш́йата̄м̇ но матир апй ахаитукӣ (Бхаг., 5.18.9)
И смысл этого стиха в том, что мы в целом настроены на то, что пусть у других людей всё будет хорошо, пусть люди заботятся друг о друге, пусть люди помогают друг другу, пусть люди не причиняют друг другу боли.
Это наша внутренняя молитва, и мы стараемся жить в соответствии с этим призывом, потому что в этом случае последняя часть молитвы самая главная: но матир апй ахаитукӣ — пусть же наш ум беспричинно всегда будет сосредоточен на Тебе, без ожидания какой-то выгоды взамен.
То есть это, опять же, вопрос настройки: я желаю добра людям, я хочу принести им благо, и поэтому я чутко отношусь к ним. В этом случае мы не будем инструментом причинения боли.
Разумеется, мы не сможем избежать, всё равно мы будем причинять боль другим невольно, но, по крайней мере, осознанно, сознательно мы делать это не будем.
А если мы поняли, что мы причинили кому-то боль, нам будет легко и естественно попросить у него искренне прощения и так далее.
Внимательность к другим и медитация
То есть вот эта молитва должна быть с нами: пусть же у всех всё будет хорошо, пусть люди будут счастливы, и пусть же люди думают о Боге. Вопрос:
В лекции Вы сказали, что невнимательность — корень всех оскорблений, и это справедливо тоже к миру. Вы приводили примеры: расточительность, деньги, время, что важно. Но что значит быть внимательным к людям?
К чему именно быть внимательным? Вы только ответили — к боли других быть внимательным. И как не стать параноиком — понимать, где быть внимательным, где не быть внимательным?
Мне кажется, этот вопрос важен именно к Вам, потому что Вы глубоко занимаетесь духовной практикой, но при этом Вы очень внимательный человек. Это естественные качества, или это можно как-то проработать?
Это функции ума, психофизическая природа или это голос Параматмы? Как это понять и как развить, и как быть таким, как Вы, хотя бы на один процент внимательным? Бхакти Вигьяна Госвами:
Невнимательность — это результат рассеянности нашего ума, рассредоточенности, привычки к тому, что ум постоянно рассеивается.
Я очень неудовлетворён уровнем своей внимательности, но так или иначе, учиться этому, безусловно, можно. Для этого надо стараться сосредотачиваться на том, что мы делаем, особенно, когда речь идёт о человеке.
Надо понять, а что же, собственно, человек хочет сказать.
И далеко не всегда это возможно полностью, далеко не всегда это нужно тоже, к сожалению, потому что иногда какие-то требования или ожидания человека абсолютно нерациональные, нереальные.
И, если мы попытаемся удовлетворять всех, тоже ничего хорошего не будет. Как не стать параноиком? Надо охранять свои границы. Внимательность не значит, что я теряю сам себя, я не должен потерять сам себя.
Есть какие-то очень важные для меня вещи, и внимательность к другим, требования других не должно быть причиной того, что я полностью забросил всё и только пытаюсь других удовлетворить и сделать им приятное.
Но если я общаюсь с человеком, и этот человек действительно нуждается в чём-то, что я могу ему дать, вот тут внимательность — это просто сосредоточенность не на себе, а на нём.
Рассеянность — это сосредоточенность на уме на своём, который постоянно перепрыгивает с одного предмета на другой. А внимательность — это медитация. Мы в конце концов учимся медитировать.
И общение с людьми — это тоже своего рода медитация. Медитация на другого человека, на его потребности. И тут предела для совершенства нет, развивать это, безусловно, можно и нужно.
Дисциплина и развитие разума ребенка
Вопрос: Жизнь других священна, и нам нельзя посягать на жизнь других и нельзя мешать мирному существованию других.
Как быть в случае с детьми, когда ребёнок хочет наслаждаться, а наша цель — привить ему вкус к тому, что человеческая жизнь предназначена для аскез.
Понятно, что духовной практикой нельзя заставлять заниматься детей, это очевидно.
А как быть с домашними обязанностями, с учёбой? «Ну Васудев, ну вот это надо сделать!» А он: «Мама, ты меня заставляешь!» — «Ну жизнь такая!» И он говорит: «Мама, а когда мне уже можно будет вас с папой не слушаться?
Я вас слушаюсь, только чтобы вы от меня отстали!» У нас нет квалификации вдохновить ребёнка следовать дхарме, и приходится всё равно не мытьём, так катаньем его подводить к этому. Бхакти Вигьяна Госвами:
Вы успокойте его, что, когда ему исполнится 16 лет, он может вас не слушаться уже, потому что он всё равно не будет вас слушаться тогда. По крайней мере, таким образом вы обозначите сроки, ему легче будет терпеть.
Продолжение вопроса: — Это нормально, что мы заставляем детей? Бхакти Вигьяна Госвами: Ничего страшного в этом нет. Человеку нужно ради его же блага ставить рамки.
И некоторым людям на самом деле помогает, когда кто-то их заставляет. Некоторые люди потом это оценят. Ничего страшного в этом нет. После пяти лет ребёнок должен учиться дисциплине.
Дисциплина — значит он делает не то, что ему хочется. Ему хочется конфеты одни есть, но он же помрёт, если будет одни конфеты есть. Понятно, что Вы как мать обязаны его ограничивать тут.
Ему хочется, я не знаю что, он должен научиться понимать, что какие-то вещи нельзя делать, и что вы тоже живой человек, это нормально. Ничего страшного в этом нет.
Мы не посягаем на жизнь, наоборот, мы помогаем таким образом другому человеку. Есть насилие, и есть насилие. Насилие насилию рознь. Дисциплина — это тоже своего рода насилие.
Есть дисциплина чрезмерная, палочная дисциплина, когда человека в страхе держат. Но есть нормальная дисциплина, которая нужна самому человеку, она ему очень пригодится, и он только благодарен будет за это.
Так что вы старайтесь не это делать, не то, чтобы он был доволен, а старайтесь, чтобы у него разум развивался, объясняйте ему.
Старайтесь говорить с ним как со взрослым, задавайте ему вопросы, пусть он сам отвечает на эти вопросы: почему это нельзя делать, почему это можно делать. То есть это вопрос развития разума.
Когда у него разовьётся разум, он сам будет себя ограничивать в какой-то момент. Потому что мы же не можем быть вот этим надсмотрщиком над ним в течение всей его жизни. Рано или поздно нам придётся отойти.
Наша обязанность не просто его в какие-то рамки загнать, а понять, почему эти рамки для него хороши. И для этого надо помогать ему развивать свой разум.
Разговаривайте с ним как со взрослым, задавайте ему вопросы, пусть он сам на них отвечает. Пусть он чувствует от вас, с одной стороны, опеку, но, с другой стороны, уважение.
Брахманические ценности и культура общества
Вопрос: Каким образом в современных общинах на практике может выглядеть такая ситуация, когда брахманические ценности принимаются всеми людьми, но при этом не все следуют им в полной мере.
Как правильно эти ценности прививать в обществе, и как в это же время защититься от того, чтобы у преданных с разной степенью реализации этих ценностей не возникало такой ситуации: у тех, кто легко может их придерживается, гордости — что «мы такие правильные, у нас брахманические ценности, мы тут здоровое общество формируем», а с другой стороны, у тех, у кого нет склонности к таким брахманическим ценностям, они не могут им в своей жизни соответствовать в полной мере, чтобы у них не возникало зависти или апатии, может быть, от того, что они не могут их придерживаться?
Бхакти Вигьяна Госвами: Ну или комплекса неполноценности.
Я думаю, что у нас на эту тему будет отдельная лекция относительно брахманических ценностей и того, каким образом людям, не способным полностью реализовать их в своей жизни, относиться к этому.
Ключевое слово тут — я уважаю людей, у которых есть эти брахманические качества, потому что всё общество зависит от наличия таких людей. Я не пытаюсь завидовать им, я стараюсь как-то служить им.
Одно из брахманических качеств, настоящих брахманических качеств — это смирение. Человек не гордится собой, человек готов так или иначе заботиться о других.
Если у человека есть эти качества, я стараюсь ему служить, насколько могу, и его качества потихонечку переходят ко мне тоже, в этом секрет.
Если я кому-то служу сосредоточенно, внимательно, то его качества постепенно естественным образом становятся моими, или, по крайней мере, мне очень легко становится действовать так же, как он.
Может, не полностью я стал такой же, как он, но действовать мне легче. То есть тут понятно, что разные люди в разной степени будут образованны, например.
Далеко не всем людям нужно быть семи пядей во лбу, далеко не всем людям нужно знать наизусть что-то такое, все могут и должны что-то знать, но не у всех будет одинаковая склонность к образованию, к обучению и так далее.
Кому-то это естественно, для кого-то нет. Но мы уважаем таких людей. Беда современного общества в том, что таких людей не ценят.
Над ними смеются, им завидуют, их осмеивают, поносят, гонят именно потому, что не установлено в обществе, что это нечто очень важное. Брахманические и вайшнавские ценности очень сильно пересекаются друг с другом.
Это не одинаковое множество, они не полностью совпадают друг с другом, но они сильно пересекаются друг с другом.
Поэтому просто надо оказывать уважение и стараться служить людям, которые проявляют эти качества, такие как верность своему слову, чистота, опрятность, аккуратность, правдивость, учёность, забота о других, забота о духовном развитии других людей.
Просто надо, насколько мы можем, в меру наших сил и возможностей заботиться о таких людях, помогать им, и тогда эти ценности станут центром нашего маленького общества, нашего микросоциума, они станут таким источающим силовое поле центром, и по силовым линиям этого поля будет выстраиваться общение людей друг с другом.
То есть надо конкретно ставить другим людям в пример таких людей, которые терпеливые, смиренные, учёные, заботливые, правдивые.
Я понимаю, что мы говорим о культуре, а культура — это что-то, что в результате слушания не возникает.
Культура возникает в результате традиций, установленных в обществе, в результате воспитания, в результате отношений, в результате того, что есть человек в центре общества, который является воплощением, носителем этой культуры.
Он становится камертоном. Но, тем не менее, говорить об этом, думать об этом, обсуждать это между собой, пытаться как-то реализовать всё это важно.
То есть так как это вопрос культуры, культура в основном возникает в результате других социальных механизмов, прежде всего, когда есть ролевые модели, которым мы следуем, когда мы эмоционально вовлекаемся, тем важнее всё равно обсуждать эти вещи, но пусть не окончательный, но очень важен первый шаг, чтобы в конце концов что-то реализовать, и для этого надо хорошо понимать, поэтому я готов потратить сколько нужно времени, чтобы ответить на другие вопросы.