Шримад-Бхагаватам 2.8.24
Бхакти Вигьяна Госвами · Сочи · 1996
Главы
Завершение вопросов царя Парикшита в Шримад-Бхагаватам
Перевод и комментарий Шрилы Прабхупады.
О, великий мудрец, представитель Господа, удовлетвори, пожалуйста, мой интерес и ответь на те вопросы, с которыми я обратился к Тебе, а также на те, которые я еще не успел задать за все то время, пока вопрошаю тебя.
Расскажи мне обо всем этом, ибо я — полностью предавшаяся тебе душа. Духовный учитель всегда готов поделиться своими знаниями с учеником, особенно если видит, что ученик любознателен.
Пытливость - одно из главных условий прогресса в преданном служении Махараджа Парикшит — идеальный ученик, потому что в полной мере наделен этим качеством.
Тот, кто недостаточно сильно интересуется наукой самосознания, не должен принимать духовного учителя, только чтобы изображать из себя ученика.
Махаража Парикшита интересует не только то, о чем он уже спросил. Ему хочется знать и то, о чем он не мог спросить.
Спросить духовного учителя обо всем невозможно, но истинный духовный учитель, заботясь о благе своего ученика, способен дать ему все необходимые знания.
Сарвама этот Чабагаван, причатоменупур Вашахат Атваторга Сюдахартум, прапанная махамуней. О, великий мудрец, представитель Господа, удовлетвори, пожалуйста, мой интерес и ответь на те вопросы, с которыми я обратился к Тебе, а также на те, которые я еще не успел задать за
все то время, пока вопрошаю тебя, расскажи мне обо всем этом, ибо я полностью предавшаяся тебе душа. Умагина тимидася нам джанаша к миритам, сригуравешну падаю, Кришна приштая, Срима Рикиша Свамити Рикиша Мандепра Итак.
Махараджа Парикшит. Завершает задавать свои вопросы. Шукадева Госвами. Вся эта глава, восьмая глава второй песни Шримад-Бхагаватам, так и называется: «Вопросы царя Парикшита». И в этом последнем стихе, завершающем стихе,
где он подводит итог к своим вопросам, он говорит: «Ответь мне на все то, что я спросил у тебя, и также ответь мне на все то, что я не успел у тебя спросить. Потому что я не мог спросить у тебя все. И наверняка осталось что-то, что мне нужно знать, но я не успел задать тебе эти вопросы.
Поэтому, пожалуйста, ответь мне на все это. Потому что я прапанна, я душа, предавшаяся тебе». На примере Махараджа Парикшита мы можем видеть, как нужно обращаться к духовному учителю.
Этот стих на самом деле полностью излагает одну из самых сокровенных истин науки преданного служения - то, как нужно правильно обращаться к духовному учителю, в чем состоит смысл получения знаний, как можно получить
знания — с помощью [неразборчиво] как можно получить ведические знания или сокровенные знания. И Бхагавад-гита объясняет то же самое: все то, что необходимо знать для того, чтобы человек мог постичь знания.
Знаменитый стих Бхагавад-гиты — Кришна
объясняет Арджуне в 4-й главе Бхагавад-гиты, которая озаглавлена «Трансцендентное знание», что если ты хочешь постичь трансцендентное знание — Арджуна, если ты хочешь узнать эти истины, то ты должен найти истинного духовного учителя и обратиться к нему.
И как ты должен обратиться к нему? Первое — пранипатена. Пранипат — это слово, которое означает то же самое, что дандават. Пранипат. Дандават — это когда мы падаем перед своим духовным учителем в полном поклоне.
Пранипат — это то же самое. Пранипат — когда мы отдаем ему всю жизнь. То есть, первое, что мы должны сделать, это мы должны быть достаточно смиренны для того, чтобы быть готовыми задавать эти вопросы.
Мы должны проявить свое смирение.
Как Шрила Прабхупада переводит это в «Бхагавад-гите», он говорит, что человек должен со смирением обратиться к духовному учителю — пранипат, не с вызовом, не так, как мы подходим к каким-нибудь мирским авторитетам, а со смирением обратиться к духовному учителю.
И затем как должно проявляться это смирение — парипрашнена. Следующее, что мы должны делать, - это задавать вопросы духовному учителю. И затем — севайя. Это смирение в отношении к духовному учителю имеет два аспекта.
Мы задаем ему вопросы, и мы пытаемся узнать у него истину, как делает здесь Махараджа Парикшит, и мы стараемся служить ему.
И вот эти две вещи вместе — не что-то одно, не просто служение и не просто вопросы, а вопросы и служение дают возможность человеку постичь сокровенные истины ведического знания.
Истинная цель принятия духовного учителя и инициации
Это то, ради чего мы здесь находимся, то, что мы должны делать, мы должны задавать духовному учителю вопросы и задавать их правильно. И это на самом деле великая наука.
Иногда люди присоединяются к движению и сознания Кришны или принимают. Это то, ради чего мы должны принять духовного учителя. Иногда люди принимают духовного учителя для того, чтобы там получить какое-нибудь звучное имя.
Парамахамса дас брамачари там. Все получили инициацию. Я тоже хочу получить инициацию. На самом деле, смысл инициации в том, чтобы задавать вопросы духовному учителю.
Или есть много причин, по которым люди присоединяются к сознанию Кришны. Была такая статья про секты, и там автор в юмористической манере объяснял, по каким причинам люди присоединяются к разным сектам.
И когда он дошел до сознания Кришны, то причину, которую он назвал, — возможность попутешествовать по миру — это факт. Преданные... это называется движение сознания Кришны.
Преданные все время двигаются из одной страны в другую: в Индию, в Швецию, там, в Германию, в Австралию. И многие принимают духовного учителя, исходя из этих соображений.
Так вот, у меня духовный учитель из Австралии, это значит, я могу поехать в Австралию куда-нибудь или в Америку, или еще в какое-нибудь хорошее место.
Но на самом деле истинный смысл принятия духовного учителя заключается в том, чтобы задавать ему вопросы. Мы должны задавать ему вопросы, и причем задавать вопросы правильно.
И вот это правильное задание вопроса - в чем заключается то, что мы задаем вопросы правильно, это то, что мы должны быть готовы принять любой ответ, который нам даст духовный учитель.
Не то, что мы должны задавать какой-то вопрос, а потом думать, правильно он мне сказал или неправильно он мне сказал. Разум дан человеку для того, чтобы сомневаться. Но мы должны сомневаться до определенного предела.
Если мы поняли, что мы хотим достичь высшую истину, которую невозможно понять материальными способами, то мы должны найти того человека, который знает эту истину.
И обратиться к нему, задать этот вопрос и принять то, что он нам говорит. Это очень-очень важно - принимать безоговорочно то, что говорит духовный учитель. Сам Арджуна, он продемонстрировал это на своем примере.
Во 2-й главе он говорит: сишiйе `хам ́шадхи мӑм твӑм прапаннам. Я предаюсь тебе, я полностью покоряюсь тебе. Все то, что ты скажешь мне, я буду делать. И когда он говорит это, Кришна начинает ему объяснять Бхагавад-гиту.
Не до того. До этого они были друзьями, до этого Арджуна хлопал его по плечу. До этого Арджуна говорил ему: выведи меня на середину между этими армиями, и я исполню, и Кришна послушно исполнял все это.
Но когда Арджуна понял, что он не сможет сам найти выхода из положения, в котором он оказался, он сказал, сишiйе `хам ́шадхи мӑм твӑм прапаннам, я предался тебе, учи нам. И Кришна стал давать ему наставление.
И потом, когда Арджуна понял смысл того, что ему говорит Кришна, он сказал:
сарвам этат рттам манье яд вадаси кешава, на хи де-вo на данаво видрр те на хи. Сарвам этат... Это практически то же самое, что говорит здесь Махараджа Парикшит. Все то, что ты сказал мне, о Кешава.
Все то, что я услышал от тебя, это рттам. Рттам значит закон. Рттам — это значит, это очень сложный термин в ведической философии. Он означает вселенский порядок или закон. Все то, что ты сказал, мне есть закон.
Все то, что ты сказал, мне есть вечная истина, по которой на самом деле функционирует этот мир. Рттам — это на самом деле закон, лежащий в основе этого мира.
И поэтому единственный способ понять это - это принять все то, что ты говоришь, безоговорочно. И таков принцип парампары: то, что говорит духовный учитель, нужно принимать безоговорочно.
Только тогда мы сможем понять эти истины. И дальше это смысл того, что человек понял Бхагавад-гиту. Признак того, что человек понял Бхагавад-гиту.
Когда Арджуна выслушал Бхагавад-гиту, в самом конце Бхагавад-гиты он сказал: каришйе вачанам тава.
До этого он сомневался: он не знал, что мне делать: то ли я буду сражаться, то ли я не буду сражаться, то ли мне нужно убивать, то ли мне не нужно убивать, то ли мне нужно пойти саньясу принять, то ли мне нужно жениться и грихастхой стать, то ли мне оставаться Брахмачари. Масса сомнений было. То ли мне читать мантру, то ли мне не читать мантру. Так или иначе, он не знал, что ему делать.
Но потом, когда он понял Бхагавад-гиту, он сказал: «Каришье вачанам тава», все то, что ты мне сказал, я буду делать. И это признак того, что человек понял Бхагавад-гиту.
Так должно проявляться наше понимание: в готовности делать то, что нам говорит духовный учитель, в готовности принять.
А в Ведах говорится, что если человек интерпретирует слова своего духовного учителя, если он пытается найти в них какой-то скрытый смысл, то, что духовный учитель не говорил, но имел в виду сказать, то это является оскорблением гуру.
Насущный характер вопросов духовному учителю
На самом деле слова духовного учителя нужно принимать такими, как они есть, и делать то, что он говорит. В этом смысл получения духовного знания.
И дальше следующий момент, который нужно понять тут, — то, что вопросы, которые мы задаем духовному учителю, тоже должны быть насущными. Мы не просто должны обращаться к нему с какими-то вопросами.
Как иногда очень часто у людей нет никаких вопросов к духовному учителю. В большинстве случаев у нас нет никаких вопросов к духовному учителю,
но чтобы так или иначе обратить внимание на себя духовному учителю, мы начинаем задавать ему вопросы. Один за другим, один за другим, один за другим. Вопросы должны быть насущными.
Махараджа Парикшит, мы можем видеть, какие замечательные комментарии дает Шрила Прабхупада к этим стихам, «Шримад-Бхагаватам», какие глубокие комментарии он дает и какие глубокие вопросы задает Махараджа Парикшит.
Каждый вопрос, который он задает, необходим для того, чтобы понять, каким образом достичь освобождения.
Иногда преданные пускаются в какие-то совершенно теоретические рассуждения о том, что такое стхайи-бхава, и чем стхайи-бхава отличается от манджари упасана-бхавы и в какой расе там кто-то еще находится.
Это пример ненасущных вопросов. Эти вопросы не являются насущными. Из ненасущных вопросов каждый человек может задать тысячу, миллион.
Говорится, что один дурак может задать больше вопросов, чем сто умных могут на них ответить. Можно задавать вопросы без конца.
Типичный пример этого в христианской схоластике: говорится, что есть такой пример этого — когда человек спрашивает, сколько ангелов может поместиться на острие иголки.
Человек может думать или задаваться совершенно дурацкими вопросами в течение очень долгого времени. Но примером искренности человека, проявлением искренности человека является то, что он задает именно насущный вопрос.
Тот вопрос, который ему нужен, когда он понимает до конца, что вот передо мной находится духовный учитель, который может освободить меня из этого мира.
Я должен сейчас, это очень важный момент моей жизни, я должен задать ему тот вопрос, который сможет освободить меня из этого мира. Иногда эти вопросы они просто чисто теоретические, чисто книжные.
Человек читает там книгу и находит: тут — вот одно сказано, а в другом месте сказано другое. Почему тут сказано это, а там сказано это? Или пытается выискивать какие-то противоречия в том, что написано?
Как я помню, в Кумхе есть такая замечательная конференция «Вопросы и ответы Шри Вишнупады», и там был такой случай, когда один ученик из Югославии откуда-то написал штук 20 различных вопросов - или я не помню сколько, пулеметная очередь вопросов - там, один текст за другим.
Пух-пух-пух-пух-пух-пух-пух-пух-пух. И все они были абсолютно книжного характера, совершенно такие абстрактные какие-то. И как это бывает в Кумхе, как отвечают на тексты. Человек читает один текст, он отвечает на него.
И значит, потом мы получили такую серию этих вопросов и ответов: один вопрос от этого человека, ответ духовного учителя. Следующий вопрос этого человека - еще один ответ духовного учителя.
Так примерно 5 или 6 ответов Шри Вишнупада дал довольно терпеливо. Потом седьмой ответ. Он не знает, сколько всего ответов тот задал. Потом седьмой вопрос. Он отвечает на седьмой вопрос.
Потом пишет: Такое впечатление, если только ты где-то спал, спал, потом проснулся - и вдруг начал задавать все эти вопросы. До этого ни одного вопроса от него не было. Потом идет восьмой вопрос.
И на восьмой вопрос Шри Вишнупада уже не отвечает и говорит: может быть, тебе лучше опять заснуть. На самом деле духовный учитель всегда знает, чем вызвано желание человека задавать вопросы? Искреннее это желание.
Вызвано ли оно действительно стремлением найти истину? Или это просто некий книжный интерес, или просто какое-то чисто теоретический интерес, который так или иначе он пытается удовлетворить за счет духовного учителя.
Это очень важный момент, который нужно понять.
Пример смирения Санатаны Госвами перед Чайтаньей
Искренность в задавании вопросов. Как в «Чайтанья-чаритамрите», то же самое, по сути дела, ту же самую сцену того, как нужно обращаться с духовным учителем, показывает
Санатана Госвами, когда он обращается к Шри Чайтанье Махапрабху. Санатана Госвами — величайший брахман, один из величайших ученых и знатоков ведической литературы.
И когда он встретился с Чайтаньей Махапрабху, он взял солому в рот. Это символ того, что человек очень смиренный.
И с соломой, зажатой в зубах, он упал перед Чайтаньей Махапрабху на колени и он стал обращаться к нему, задавать вопросы. Первое, что он сказал, показывает то, в каком состоянии должен человек задавать вопросы.
До какого состояния он должен быть доведен, чтобы правильно задавать вопросы.
Он говорит: на самом деле я очень падший, я родился в очень падшей семье, я общался с ужасно падшими людьми, с людьми, которые пьют, курят, гоняются за женщинами, он был правителем, он был министром мусульманского Хусейн Шаха, и соответственно, я общался с этими ужасными людьми всю свою жизнь.
И я упал в этот колодец — он говорит: ку-вишая-купы пади, я упал в этот колодец чувственных наслаждений. И всю свою жизнь, ганайна-джанама, всю свою жизнь я провел в этом колодце.
И всю свою жизнь Ганайна Джанама, всю свою жизнь я провел в этом колодце. Всю свою жизнь я наслаждался, только и дело, что наслаждался, не занимался ничем другим. Поэтому, пожалуйста, спаси меня сейчас из этого колодца.
Это первое, что мы должны осознать: мы должны осознать свое положение. Чтобы быть по-настоящему смиренным, мы должны понять, кто мы такие.
И все то, что говорит Санатана Госвами, в большей степени относится не к Санатане Госвами, а к нам. Мы родились непонятно где. Он родился в браманской семье, мы родились.
Не будем говорить, в какой семье мы родились и при каких обстоятельствах мы родились, так в это не нужно углубляться, и дальше всю свою жизнь мы общались, мы все знаем, с кем мы всю свою жизнь общались, с какими людьми всю свою жизнь мы общались.
И более того, всю свою жизнь мы провели в этих чувственных наслаждениях. И единственное отличие нас от Санатаны Госвами в данной ситуации заключается в том, что он это понимал, а мы не понимаем этого.
Я помню, когда я в первый раз встретился с преданными, или в один из первых разов встретился с преданными. Там был такой один ярый проповедник. И он давал лекцию.
Он сказал, что все в этом мире только и делают, что наслаждаются. Ничем другим не занимаются люди. Только наслаждаются, только пытаются удовлетворять свои чувства. Я помню, как я тогда возмутился.
Я подумал: может быть, все остальные это делают, но я не такой. Я не мог абсолютно согласиться с этим. Я думал, что я большой интеллектуал, который занимается там исключительно духовной деятельностью.
Только гораздо позже, лет через 10, после того, как я стал повторять мантру, я понял, что на самом деле я только тем и занимался, что наслаждался в этом мире. В этом отличие нас от Санатаны Госвами.
Для того, чтобы правильно задавать вопросы духовному учителю, нужно понять положение, в котором мы находимся. И тогда мы искренне сможем обратиться к нему.
И дальше он говорит: кемани... он говорит: другие люди, мои соседи, считают меня пандитом. Он говорит: как это? Грамья-вьявахара-пандита.
Другие люди, те, которые живут рядом, считают, что я большой знаток, большой ученый, мои родственники считают, что я очень умный, что я окончил университет там, какой-то с красным дипломом, или что я знаю очень много языков, или мой сосед по брамачарскому ашраму считает, так как я знаю, там 3,5 стиха на санскрите, что я большой санскритолог. Все называют меня пандитом.
Они считают, что я пандит. Это в этом смысл в вьявахара-грамья. Вьявахара-грамья — это значит наши соседи. Те, кто живут с нами в одной деревне. Грамья — это значит деревня.
Те, кто с нами живут в деревне, они могут считать нас великим пандитом, так? При этом Но что самое удивительное, он говорит: я тоже так считаю. Они называют меня пандитом, и я верю им.
Так как меня очень долго называли пандитом, я поверил, в конце концов, что я тоже пандит. Но Санатана Госвами, в отличие от нас, действительно был пандитом, так?
Он действительно знал, он знал санскрит в совершенстве, он знал урду, он знал множество языков. И более того, это был один из умнейших людей своего мира. Самое удивительное, что Санатана Госвами это говорит.
Мы, тем не менее, продолжаем считать себя очень умными.
История Санатаны Госвами и правителя Хусейна Шаха
Это поразительно, каким образом Майя действует. Про Санатану Госвами рассказывает такую историю, чтобы проиллюстрировать то, до какой степени он умный был.
А я могу рассказать то, каким образом он стал министром Хусейна Шаха. Все знают, что он происходил из браманской семьи, но тем не менее, Хусейн Шах обратился к нему за помощью и сделал его министром в своем правительстве.
По сути дела, всей Бенгалией в то время, которой мусульмане, правил Санатана Госвами. Хусейн Шах делал все то, что Санатана Госвами ему скажет. И то, как Санатана Госвами стал министром, это очень интересная история.
Хусейн Шах был самодуром, как все авторитарные правители. Кроме того, он был мусульманином с тяжелой кармой и со всеми отяхчающими обстоятельствами, к этому сводящимися.
И однажды он решил построить башню: огромную крепостную башню, с которой он мог наблюдать, там, вокруг, видеть все то, что делают, он нашел лучшего архитектора и велел этому лучшему архитектору возвести башню.
И когда башня была почти закончена, он решил осмотреть ее. Он вместе с этим архитектором взобрался наверх башни. И ему очень понравилось все то, что он сделал. Ему очень понравилась эта башня, как он ее сделал.
И он стал хвалить своего архитектора, который был рядом с ним. Он сказал: Ты такой замечательный архитектор, я обязательно тебя вознагражу за то, что ты построил эту башню.
И тот дурак дураком растрогался совершенно, и в порыве верноподданнических чувств сказал: А, это замечательная башня, но на самом деле я могу построить еще лучше. И когда он сказал это, этот Хусейн Шах страшно разъерился.
Он сказал: ты можешь построить еще лучше. Почему ты не построил эту еще лучше? Я сброшу тебя сейчас с этой башни. Пришел твой последний час. Все, готовься. Молись.
Но так как я велел тебе, так как я пообещал тебе, что я тебя вознагражу, то так и быть. Можешь сказать последнее желание, а потом я тебя сброшу с этой башни.
Ну, тот пролепетал что-то такое: «Назови эту башню моим именем». Тот сказал: «Хорошо, пусть это будет по-твоему», и сбросил его с этой башни. Но башня осталась недостроена.
Какое-то время прошло, и Хусейн Шах решил еще раз посмотреть на то, что происходит на этой башне. Он еще раз забрался на эту башню. Он увидел, что башня как была недостроена, так и осталась.
И он очень огорчился из-за этого. Рядом с ним был его слуга, секретарь. Он, обращаясь к нему, сказал: «Сходи-ка в Мураграм». И в этот момент прибежал его визирь и прервал его.
Начал говорить о чем-то очень важном, что происходило. И тот не договорил своему секретарю, что он должен сделать в Мураграмме. А секретарь, зная нрав Хусейн Шаха, побоялся спросить его, что же он должен сделать.
Он боялся спросить, что он должен сделать в Мураграмме, и боялся не пойти в Мураграм. Поэтому он отправился в Мураграм, исполняя приказ своего господина, но он совершенно не знал, что ему там делать.
Он стал ходить по улицам Мураграма в страшном совершенно беспокойстве. Из глаз у него текли слезы. Он бродил там и думал: «Ну, теперь этот негодяй меня точно казнит». В этом не может быть никаких сомнений.
И тут он встретился — на его счастье, ему встретился Санатана Госвами. Он увидел святого человека в беде и спрашивает: «А что с тобой случилось? Может, я тебе помогу как-то?»
И он ему всё рассказал: «Добрый человек, помоги мне как-нибудь. Вот меня послали в Мураграм, но я не знаю, что мне делать в Мураграмме».
Санатана Госвами подумал немного, говорит: «О, это проще простого. В Мураграмме есть очень хорошие каменщики и архитекторы. Возьми бригаду каменщиков и архитекторов и отправляйся с ней к Хусейн-шаху».
Тот страшно обрадовался, отправился к Хусейн-шаху. Пришел к Хусейн-шаху и сказал: «Господин мой, я исполнил твой приказ». Он говорит: какой приказ? Я тебе не давал никакого приказа. Ты же не выслушал мой приказ.
«Как? Я привел команду каменщиков». И тогда Хусейн Шах страшно удивился. Он сказал: никогда раньше ты такого ума не проявлял. Объедини мне, пожалуйста, как тебе это удалось?
Он говорит: ты знаешь, я встретился с Санатаной Госвами. Тогда он еще не был Санатаной Госвами, тогда он еще был просто брахманом. До этого Хусейн Шах уже слышал о Санатане и о Рупе.
И поэтому, когда он услышал это, он сказал: позовите к мне этого Санатану, он будет моим министром. Такой умный человек мне нужен. По крайней мере, у него хватило ума сделать своего министра умным.
Вот, но, так или иначе, это иллюстрация того, каким умным был Санатана Госвами. Санатана Госвами, когда он говорит: «Я последний глупец, я не знаю, кто я такой».
Он говорит это только для того, чтобы показать, как нужно обращаться к духовному учителю. И более того, потом, Чайтанья Махапрабху, после того, как он выслушал эту душераздирающую речь Санатана Госвами, обращенную к нему.
Чайтанья Махапрабху говорит, что это садху-свабхава. На самом деле ты все это знаешь сам. Все то, что ты у меня спросил, ты уже знаешь ответы.
Просто это природа садху. Природа садху такова, что ты хочешь услышать это от кого-то еще. И это показывает, иллюстрирует то, как нужно задавать вопросы.
Мы можем думать, что мы знаем что-то. Мы тысячу раз, может быть, слышали какие-то истины.
Тем не менее, мы должны все равно искренне понять, что на самом деле, несмотря на то, что я столько раз слышал это, я до глубины души не понимаю этого.
Я должен задать своему духовному учителю эти вопросы, я должен из его уст услышать ответы на эти вопросы, чтобы я понял, почему страдания этого мира преследуют меня. Кто я такой? Зачем я нахожусь здесь? И почему страдания преследуют меня здесь?
Это те вопросы, которые задал Санатана Госвами.
Он говорит, что если я не знаю ответа на эти вопросы, если я не знаю, что хорошо для меня, что плохо, то как я могу вообще жить тут нормально в этом мире? Я не знаю элементарного совершенно ответа на этот вопрос: кто я такой? Поэтому, пожалуйста, объясни мне это.
Ощущение собственного несовершенства как качество ученика
И соответственно с этим Чайтанья Махапрабху объяснил ему это. Это иллюстрирует то, каким образом мы должны задавать вопросы, и чего мы должны хотеть узнать от духовного учителя.
Как говорится в другом примере в Шримад-Бхагаватам, где описана такая же беседа между духовным учителем и учеником, между Вьясадевой и Нарадой Муни, говорится, что йе хадах прайенах ковидо апарам-аτманах ваданти браhma-таттваm упадишτан, что на самом деле человек ковидо — ковидо значит знающий человек, умный человек, человек, который действительно понимает смысл священных писаний.
Он не должен спрашивать ни о чем, кроме того, чего нельзя найти в пределах материального мира. Он не должен задавать вопросы ни о чем, что касается этого мира, ни о чем, что касается так или иначе, не должен пытаться найти то, что можно найти на всех планетах этого мира: с ниже до выше.
У парах, с самой высшей до самой низшей. Он должен искать только того, что нельзя найти в пределах материального мира. Он должен пытаться найти вечную духовную, трансцендентную истину.
Если он таким образом будет обращаться к духовному учителю, если он будет хотеть получить от него эту информацию, то духовный учитель всегда даст ему эту информацию.
Но на самом деле, для того, чтобы правильно задавать вопросы духовному учителю, уже само по себе это является очень большой квалификацией.
Практически едва ли в этом мире найдется много людей, которые действительно обладают вот этими качествами истинного ученика.
Как однажды Шрила Прабхупада приехал в Дели, и на Даршине, в Делийском храме, встал один пожизненный член Искон, такой, соответственно, индиец, толстый, брюхом. И сказал: Свамиджи.
Я очень долго искал, но я никак не могу найти настоящего гуру. Нет гуру. Сейчас Кали-юга гуру нет.
Шрила Прабхупада на него посмотрел и сказал: «Гуру есть, учеников нет». Он говорит: «Нет, Свамиджи, я знаю, гуру много: тот гуру, этот гуру, все говорят, что гуру. Настоящих гуру нет».
Шрила Прабхупада кинул на него такой суровый взгляд, под которым он стал дрожать. Он сказал: «Гуру есть, учеников нет». Тот стал что-то блеять, мекать, он говорит: «Я гуру. Ты будешь возражать против этого?»
Тот совсем побледнел под взглядом Шрилы Прабхупады. Все-таки такое проблема. Шрила Прабхупада сказал: «Принесите всё для ягьи, я сейчас дам ему посвящение». И тот быстро-быстро убежал.
На самом деле гуру есть, гуру еще есть. Нету людей, которые готовы принять гуру. Нету людей, которые могут правильно принять гуру и которые готовы спрашивать у гуру то, что нужно спрашивать.
Иногда люди тоже задают гуру какие-то дурацкие вопросы или пытаются блеснуть своей эрудицией перед гуру.
На самом деле, как говорит Санатана Госвами, или как Сам Чайтанья Махапрабху говорил, мы должны всегда чувствовать себя глупцами перед своим гуру. Это очень важное качество.
На самом деле это единственное качество, которым должен обладать ученик. Он должен всегда ощущать себя дураком. Если он будет ощущать себя дураком, то тогда он сможет получить знания от духовного учителя.
Если он считает себя очень умным, то как он может получить знания от духовного учителя? Он уже очень умный. Он тем самым закрывает перед собой, он ставит перед собой как бы стену, между
собой и духовным учителем. Он может обращаться к духовному учителю, но при этом думать: я такой умный, я сам знаю, я лучше его знаю. Он может быть не такой замечательный санскритолог, как и я.
Как у Шрилы Прабхупады было много учеников, которые под его влиянием... Мы все получили от своего духовного учителя.
Под влиянием своего духовного учителя они стали изучать физические писания, они изучили санскрит, и в конце концов они изучили санскрит лучше, чем свой духовный учитель.
И они слишком загордились собой, загордившись собой, они ушли из движения.
Как был такой санскритолог, один Прадьюмна, он все время таскал с собой, он не расставался, он все время таскал с собой вот такую кипу санскритских книг. Он ездил вместе со Шрилой Прабхупадой, помогал Шриле Прабхупаде.
Он иногда делал подстрочник в книгах Шрилы Прабхупады или еще помогал ему с чем-то.
И все время таскал с собой эти санскритские книги. Шрила Прабхупада однажды назвал его ослом. Он сказал: осел любит тяжести таскать, и Прадьюмна все время тяжести с собой таскает, все время не расстается с этими книгами.
На самом деле квалификация ученика заключается в том, что он считает себя глупцом перед духовным учителем. Он понимает, что мой духовный учитель спас меня.
Если бы не мой духовный учитель, если бы не любовь, которая живет в сердце духовного учителя, я так бы и оставался копошиться в этом материальном мире.
Я так бы и пытался найти что-то, чего, в общем-то, не нужно искать особенно. Я никогда бы не обнаружил, не встал на этот путь преданного служения, никогда бы не смог обнаружить трансцендентных истин.
Если человек не думает так, то тогда духовный учитель никогда не сможет его ничему научить. Даже если это самый лучший духовный учитель. Или иногда там ученики пытаются блеснуть эрудицией перед своим духовным учителем.
Другой пример — тоже из жизни Шрилы Прабхупады, очень хороший. Однажды в Хайдарабаде Шрила Прабхупада гулял со своими учениками.
Иногда учитель может спрашивать, может задавать своему ученику какие-то мирские вопросы. И ученик может даже знать больше, чем свой духовный учитель в каких-то мирских вопросах.
И они увидели поле, и над этим полем летал вертолет, и вертолет разбрызгивал какие-то химикаты над этим. И Шрила Прабхупада спросил: чего это он делает? Что это такое?
И ученик, который был с ним, он страшно воодушевился: что сам духовный учитель у него спрашивает.
И он стал ему объяснять воодушевленно: что вот, Шрила Прабхупада, он разбрасывает там химикаты, это изобрел такой-то, такой-то человек в таком-то, таком-то году, это вот вертолет, и это там очень вообще начал.
Шрила Прабхупада серьезно спрашивает: правда, да? Серьезно.
И тот все больше и больше воодушевлялся. И значит, ты все больше и больше входил в роль учителя перед своим учителем, и он начал объяснять ему механизм того, как эта жидкость разбрасывается. Ты знаешь, это вот такая, она находится в полужидкой форме, и там вакуум такой, потом она через этот вакуум впрыскивается, и потом она разбрызывается через воздух таким образом.
Он говорит, правда? Шри-прабху, правда? Вакуум. А кто сделал вакуум? Он говорит, как кто сделал? Ну там, в общем, такой мотор и все такое, там вакуум создается. Говорит, нет, а все-таки, кто создал вакуум? Он говорит, Кришна.
А что ты тогда так много говоришь? Это Кришна сдела... Ну, зачем ты обо всем этом говоришь? Учитель иногда может поставить на место своего духовного своего ученика, когда тот немножко зарывается.
Но на самом деле главная квалификация, которая может быть у ученика, это желание узнать истину из уст своего духовного учителя. Искреннее желание узнать истину из уст своего духовного учителя.
И при этом готовность сделать все то, что говорит духовный учитель.
Не то, что мы думаем, что если духовный учитель, так сказать, что-то нам сказал, то он, может быть, не понял что-то, или он не знает каких-то обстоятельств, или еще что-то.
То, что говорит духовный учитель, это рита, это закон. Сарвам этад ртам мане, йат мам вадаси кешава. Все то, что ты говоришь мне, все есть истина.
Если мы таким образом будем обращаться к духовному учителю, то тогда все будет хорошо. Другой пример того, как не нужно обращаться к духовному учителю, так как это такой важный момент.
История Экалавьи и следование наставлениям гуру
В ведических писаниях снова и снова даются различные примеры того, как нужно обращаться и как не нужно обращаться к духовному учителю.
Что нужно делать и чего не нужно делать, чего нельзя делать для того, чтобы общаться с духовным учителем. Другой пример того, как не нужно обращаться к духовному учителю — это пример Экалавьи.
Все знают эту замечательную историю из Махабхараты, когда Экалавья обратился к Дроне Ачарье для того, чтобы получить от него духовную науку, чтобы тот научил его искусству владения различными астрами.
И Дрона-чарья посмотрел на этого Экалавью. Этот Экалавья происходил из племени нишадов.
Он был аборигеном, он был грязный весь во всем с какими-то там заросшими волосами, колтуном на голове, в грязной одежде, он пришел к нему и говорит: научи меня, как владеть этими астрами.
Дрона-чарья говорит: извини меня, пожалуйста, но еще Кали-юга не наступила, поэтому в Кали-югу таким сильным оружием, какому могу научить я, я тебя научить не могу.
В Кали-югу атомная бомба — она будет в руках млеччх, яванов и всех остальных. Но еще это время не пришло, поэтому я тебя не могу научить. Ты злоупотребишь этим оружием. Пожалуйста, отправляйся и найди себе кого-нибудь другого пусть тебя чему-нибудь другому поучит вот
но тот вместо того чтобы согласиться с тем что говорит ему духовный учитель если он принял его как духовного учителя то он должен был последовать его приказу вместо того, чтобы согласиться, он взял бы быстренько сделал из глины статую духовного учителя и сказал: все равно я буду тебе поклоняться, и все равно я этому научусь.
И Бхактисиддханта Сарасвати, объясняя эту историю Экалавьи, он говорит, что Экалавья на самом деле двигало эгоистическое желание наслаждаться.
И кто-то может сказать, что он проявил необычайную гуру-бхакти. Он сделал мурти своего духовного учителя, он поклонялся духовному учителю, он делал ему пуджу каждый раз.
И он научился таки, он постиг эти тайные секреты владения духовным оружием. Но в результате к чему это привело? К тому, что он позавидовал Арджуне.
Он решил стать более великим вайшнавом и более великим воином, чем сам Арджуна, он нарушил приказ своего собственного учителя. Все началось с того, что он не выполнил приказ.
Как иногда люди думают, что если духовный учитель говорит, что он не будет больше принимать духовных своих учеников, то проявление их преданности к духовному учителю будет заключаться в том, что они все равно будут ему поклоняться, даже если он не хочет принимать их ученики.
Вот этот пример Экалавьи очень хорошо показывает то, что так делать нельзя. Если духовный учитель говорит, что я не хочу больше принимать учеников, это значит, что мы должны смириться с этим и найти другого духовного учителя.
Мы должны принять из его уст это и смириться с этим, а не пытаться настаивать на этом. Это демоническое качество, проявленное Экалавьей.
И дальше он сделал мурти своего духовного учителя, поклонялся мурти духовного учителя и обрел эти секреты. Но потом, когда духовный учитель увидел, что он владеет этим оружием, все знают, что он ему сказал.
Он сказал: «Отруби себе свой палец, чтобы ты не мог общаться с этим». Чтобы ты не мог на самом деле как следует владеть всем этим. Дронавачарья, в сущности, был недоволен Экалавьей.
Он был очень сердит на Экалавью за то, что тот так делал. В конце концов, Кришна убил Экалавью во время битвы на Курукшетре.
И Бхактисиддханта Сарасвати объясняет, и он говорит, что на самом деле вот это отношение, которое проявил Экалавья в этой сцене, было очень демоничным.
Он, по сути дела, был демоном, и поэтому, в конце концов, Кришна убил его во время битвы на Курукшетре, и тот получил то, что получают все демоны, когда они бывают
убиты Кришной. Он растворился в имперсональном брамане, он не получил возможности лично общаться с Кришной. Это, в общем, те несколько уроков, которые можно извлечь из этих стихов,
обращаясь к духовному учителю, мы должны быть готовы принять все то, что он нам скажет. Мы должны искренне хотеть услышать то, что он нам говорит. Мы должны задавать ему вопросы. Если мы вот таким образом откроемся навстречу к духовному учителю, то тогда сам Кришна в сердце будет давать нам знания.
Знания раскроется внутри. На самом деле процесс обретения трансцендентного знания - это мистический процесс.
Если мы не будем следовать этим тонким правилам, этой науке обретения духовного знания через духовного учителя, через своего гуру.
И если мы не обретем этой гуру-бхакти, истинной преданности духовного учителя, то тогда мы никогда не обретем на самом деле духовного знания.
Мы можем находиться где-то здесь, мы можем там даже бормотать какие-то мантры, но толку не будет. Смысла не будет.
Обучение через смиренное слушание духовного учителя
Ну, я думаю, что хватит уже говорить об этом. Может быть, есть какие-то вопросы по теме?
Тем более что никогда вопросы не задаются сами духовным. Если ученик не задает вопросы духовному учителю, но слушает духовного учителя, то это практически то же самое.
Потому что, как говорит тут Шукадева, как говорит тут Махараджа Парикшит: «Я у тебя что-то спросил, а что-то не спросил. Может быть, я у тебя не спросил, не задал тебе какие-то важные вопросы, которые я должен задать. Поэтому все равно ответь мне на те вопросы, которые я не задал.
Это относится к нам. Мы можем не задавать вопросы важные духовному учителю, но духовный учитель отвечает на все вопросы. Он дает ответ на те вопросы, которые мы должны знать. Поэтому мы просто должны слушать его.
Если мы слушаем его в смиренном состоянии духа, то этого уже достаточно для того, чтобы делать это. И если мы получаем ответы на все свои вопросы, то, может быть, у нас и не возникнет никаких вопросов.
Можно знать, что я думаю, что у каждого человека в преданном служении был такой момент, когда он действительно мучился каким-то вопросом, и потом он ставил лекцию своего духовного
учителя, или он открывал книги Шрилы Прабхупады, и прямо на том месте, на той странице, на которой он открывал, или на том месте, с которого начиналась лекция, он получал ответы на все вопросы, которые были у него.
Духовный учитель видит своего ученика насквозь, он знает, в какой момент прийти к нему и в какой момент дать ему ответы на его вопросы.
Я помню: тоже, когда я приехал в Швецию давно, лет семь тому назад, и в первый раз увидел своего духовного учителя, у меня был довольно тяжелый период. Я очень мучился. Мне там плохо было, невозможно, совершенно.
Трудно было приспосабливаться к этой ситуации. У меня появились проблемы какие-то. Эти проблемы стали меня мутить. И я копил их в себе. Я не знал, я не мог найти ответы на все эти вопросы, копил их в себе.
И однажды Шрила Прабхупада давал лекцию. Он посмотрел на меня. Я сидел там где-то в уголке со всеми своими вопросами, которые были написаны у меня на лице, наверняка, со всеми своими проблемами, которые проявлялись в угрюмости моей и во всем остальном. И здесь на вас стал давать лекции.
Он так изредка посмотрел на меня. Чем больше он говорил, тем я при этом покрывался краской такой, красной, потому что я понял, что все то, что он говорит, он говорит, как будто бы он видит все то, что у меня в сердце.
Он отвечал на все мои вопросы, которые у меня были там, все, что у меня накопилось, там он полностью вывез на поверхность, показал всем, и в том числе и мне,
даже то, что я не знал, что у меня там было, показал всем это и полностью все это разбомбил, и не оставил от этого камня на камне, а я при этом сидел и дрожал, при этом он периодически так многозначительно на меня посматривал, понимаю ли я, что он говорит или нет?
Понимаю ли я, что он говорит о моих проблемах, а не о чьих-то других. Поэтому, когда мы слушаем духовного учителя, главное, что мы должны понимать, что Он говорит о наших проблемах.
Он говорит не о тех-то чужих проблемах, не о ком-то, кто написал ему письмо, а еще не о ком-то, а о наших проблемах. Он обращается прямо к нам.
Как иногда тоже, вот ученики сокрушаются: у нас нет возможности личного общения с вами. Он говорит: когда я сижу и даю лекцию, я личность и вы личности. Чем это общение безличное?
Я личность, и я рассказываю вам, я даю вам наставление. Вы личности, вы слушаете это. В этом заключается личностное общение с духовным учителем.
Личностное общение с духовным учителем не в том заключается, что он тебя по спине похлопает там или я не знаю, еще что-нибудь такое сделает. В этом заключается личностное общение.
Поэтому просто слушать духовного учителя этого достаточно для того, чтобы получить ответы на все свои вопросы.
Бывает очень много вопросов философских, которые непосредственно не связаны с нашей практикой преданного служения. Плюс же конференция вопросы и ответы, можно найти много вопросов, более интересных ответов.
Вот когда возникает какой-то вопрос, на который кажется, что кроме духовного учителя никто не может ответить, как определить это насущный вопрос или не ответить.
Надо задать духовному учителю его, и потом он скажет по его ответу. Иногда можно видеть, что иногда Шрила Прабхупада не отвечает на какие-то вопросы. Он говорит: это не важно.
Личностное общение с духовным учителем на лекциях
Вот я никогда не знал, что мои слова можно таким образом понять. Даршан духовного учителя — это когда духовный учитель специально приходит, чтобы вы могли задать ему свои вопросы.
Если у вас есть такая возможность задать эти вопросы, то нужно, конечно же, ею воспользоваться, если у вас есть вопросы, на Даршине вы можете услышать другие вопросы и можете таким образом получить ответы на свои вопросы, даже если вы сами их не знаете.
Это очень здорово. Но, в принципе, даршан... Даршином называется лекция. Традиционно, Даршин - это то, что Даршин - это видение учителя. И мы видим духовного учителя, когда он дает лекцию, когда он рассказывает.
Иногда он может устраивать что-то специальное, когда он специально отвечает на наши вопросы. Это может быть, этого может не быть, но если есть такая возможность, почему нет?
Вы детки говорили, что надо чувствовать себя как-то по-другому, по-настоящему. Это правильно, но, может, лучше так, центр делать вот величие, понимая величие, признательность учителя?
Значит, это... и значит, это одно, другое — это как раз дело в том, что человеческая психика так, я немножко увлекаюсь, устроена так: если мы на этом делаем акцент, то хорошего ученика может не получиться.
Чувство признательности к учителю его увеличивает. Да, мы должны прежде всего понимать, что все, чего я достиг, этим, я обязан духовному учителю. Все, что у меня есть, я обязан этим духовному учителю. Вот.
Но в этом, собственно, и есть вот это одно и то же, просто и то же чувство, которое можно формулировать по-разному. Мы должны всегда понимать, что наш духовный учитель бесконечно более велик, чем мы, и поэтому
мы должны чувствовать привязанность по отношению к нему. Те слова насчет дурака, они являются цитатой того, что сказал Господь Чайтанья.
Господь Чайтанья сказал: мой духовный учитель сказал мне, что я дурак, поэтому я не должен изучать Веданта-сутру. Какой смысл мне изучать Веданта-сутру, если я все равно глупый, так?
Он мне просто сказал: ты дурак, и повторяй мантру. И тогда все будет хорошо. Несмотря на то, что ты глупый. И это, собственно, относится ко всем нам.
Просто иногда гордыня действует таким образом, Майя действует таким образом, что мы немножечко знаем, мы знаем, какую-то вообще 10 процентов, полпроцента или еще чего-то, и мы сразу начинаем гордиться.
Это, кстати говоря, один из практически неминуемых этапов, через которые проходит человек в своем преданном служении. Когда ему кажется, что он все уже знает.
Обычно это бывает примерно через две недели после того, как он начинает преданное служение. Иногда через три. Ему кажется, что он является таким великим знатоком науки
бхакти-йоги, что он все уже знает и на все вопросы может ответить, начиная там от стхаи- бавы и кончая там анубавы и ашта-сатвика- бхав, и всем остальным. Вот.
И он начинает в этот момент рассуждать, пускаться в какие-то рассуждения. В этот момент он может действительно возгордиться очень сильно, он может думать, что...
Или он может найти какую-нибудь ошибку, как очень часто мы можем видеть, что вот там, скажем, ученые, которые иногда изучают книги Шрилы Прабхупады, они говорят:
вот тут ошибка, или вот тут ошибка, где-то в санскрите не тот падеж стоит, или еще как-то не то переведено. Но это значит, что люди просто не понимают и лишены возможности понять то, о чем говорит Шрила Прабхупада. Чтобы понять слова своего духовного учителя нужно очень четко понимать его положение и свое положение.
Извините, это все-таки доступ к вопросу. Пожалуйста.
Вот как сохранить все-таки достоинство? Всегда есть, потому что мое достоинство заключается в том, мое чувство собственного достоинства заключается в том, что я горжусь не собой, а горжусь своим духовным учителем.
Я начинаю гордиться тем, что у меня такой замечательный духовный учитель, который спас меня, а чувство собственного достоинства в материальном мире проявляется в том, что человек начинает гордиться собой.
Чувство собственного достоинства в духовном мире заключается в том, что я горжусь своим господином, я считаю себя слугой, преданные обладают чувством собственного достоинства в полной мере.
Это чувство собственного достоинства проявляется в том, что они четко знают, что они слуги Кришны, самого замечательного Господина, и слуги своего духовного учителя, самого замечательного человека, который есть на свете.
Если мы правильно это делаем, правильно гордимся, потому что гордиться духовным учителем тоже можно неправильно.
Но если мы правильно гордимся не в ущерб кому-то, то при этом мы действительно пресполняемся собственного достоинства.
Анализ поступка Экалавьи и опасности искажений
Не теряем своего достоинства. Во время Вишну-даша была Кришна-према. Я не знаю точно при каких обстоятельствах, но я просто недавно читал эту статью Бхактисиддханта Сарасвати, где он объясняет это.
И Бхактисиддханта Сарасвати говорит там об этом: я знаю, что имя Экалавьи было перечислено среди воинов, сражавшихся на стороне Дурьодханы. Потом, при каких обстоятельствах это произошло, я просто не знаю.
Можно посмотреть. Виду, что когда Дурьодхана, Дрона, ачарья просил это, Экалавья свой палец, он сразу не медля провел, да, если у него там лишнее такое эгоистическое чувство.
Бхактисиддханта Сарасвати объясняет, что он сделал это, потому что он ставил выше духовных принципов мирскую мораль.
И в соответствии с мирскими моральными представлениями, человек должен заплатить своему духовному учителю Дакшину, он должен отдать ему что-то. И когда духовный учитель потребовал, он сразу же сделал это.
Но он объясняет, что у него не было более высоких духовных принципов, потому что он
завидовал вайшнаву Арджуне. Он хотел стать лучше, чем вайшнав Арджуна. Он завидовал другу, ближайшему другу Кришне. И это дисквалифицировало его полностью в духовном смысле.
То есть он поступил, он сделал этот, так сказать, внешне преданный очень поступок, он сразу же исполнил приказания своего духовного учителя.
Но когда Дрона-ачарья его увидел, он, в общем, был очень недоволен, крайне недоволен им всем тем, что он делал.
Более того, в Махабхарате самой говорится, что когда он сделал эту статую Дрона-ачарьи из глины, то там эта статуя называлась, как это сказать по-русски, незаконной статуей. Он стал делать это, он выдумал этот процесс. Как, например, скажем, мы можем видеть также в исконе. Он вообще представляет собой очень наглядный пример для всего.
Все отклонения, которые могут быть, можно видеть в исконе, в том числе. Мы можем видеть некоторых людей, которые называют себя последователями, так сказать, ритвикской теории.
И они тоже говорят, что вот у нас есть все нынешние духовные учителя, они непонятно, кто.
А мы будем поклоняться статуе Шрилы Прабхупады. Мы поставим статую Шрилы Прабхупады, и мы будем считать себя учениками Шрилы Прабхупады.
Если Экалавияв смог узнать всю данурведу, поклоняясь глиняной какой-то статуи, то мы тоже будем поклоняться мурти Шрилы Прабхупады, и мы всю науку бхакти-йоги таким образом узнаем.
По сути дела, это примерно та же самая логика, которой они следуют.
Бхактисиддханта Сарасвати очень интересно говорит: он говорит, что Арджуна на самом деле спас всех, он спас всех от этого заблуждения на примере Экалавии, не то что он позавидовал Экалавии, что Экалавия лучше его владеет искусством стрельбы из лука, не поэтому.
Он просто хотел всем показать, что Экалавия не прав, что Экалавия воспользовался неправильным методом.
Поэтому он обратился к Дроначарье и сказал: Дрона Ачария, наведи порядок. Ты мне обещал, что я буду самый лучший лучник, а там какой-то непонятный кто в лесу, там лохматый живет, тебе поклоняется, и стал лучшим лучником, чем я.
При этом им двигала не зависть к Экалавии, а именно желание показать, что так делать нельзя, как и Экалавия делает.
Что нужно живого духовного учителя, поклоняться живому духовному учителю, который может дать нам это знание. Не просто какой-то фотографии, или какому-то образу или еще чему-то.
Это система, потому что мы получаем дикшу от живого духовного учителя, который дает нам наставление, который учит нас, который учит нас смирению.
Принятие духовным учителем кармы и грехов учеников
Это очень важная система, и Арджуна хотел доказать ее справедливость.
Практический вопрос: как духовный учитель может давать милость живым существам и в то же время поменьше хотя бы или вообще не страдать от последствий их кармы, то есть не болеть, допустим, или какие-то иными, чтобы проблемы не были.
Или это тенденция всех гоштха-нанди, всех духовных учителей, вашнавов, что они, так сказать, начинают с простуды, да, и проблем с желудком, допустим, до того, что разрезанные псы ходят. Это обязанность садху.
Садху приходит сюда для того, чтобы принимать грехи других людей, был такой случай, вот недавно я прочитал о нем: когда Шрилу Прабхупаду окружила толпа индусов, и все индусы знают, каким образом избавиться от своей плохой кармы.
Для этого нужно дотронуться до лотосных стоп садху. И тогда садху примет эти грехи на себя. И однажды вот такая толпа агрессивная индусов, пытающихся дорваться до лотосных стоп Шрилы Прабхупады, окружила его, а ученики отгоняли, значит, их от Шрилы Прабхупады, в том числе Шива Вишнупад там был, и он тоже отгонял их.
И тогда одна индианка в полном отчаянии из-за того, что она не может дотронуться до лотосных стоп садху.
Она подумала: «Ну, если я не могу до того дотронуться, то по крайней мере я до этого дотронусь». Она дотронулась до лотосных стоп Шива Вишнупада в этот момент.
Ну, хоть что-то, чтобы как-то избавиться от кармы, и он страшно совершенно рассердился на нее. Он почувствовал, что грехи какие-то пошли туда, он на нее рассердился.
И когда Шрила Прабхупада увидел это, что он на нее рассердился, он в свою очередь страшно рассердился на него. Он сказал, что это обязанность садху принимать грехи. Ты должен это делать.
Мы ради этого тут находимся, чтобы принимать на себя грехи других людей. У нас нет другого дела. Но все же, где эта граница, чтобы не загнуться, допустим, от обремененности чужими грехами, то, что надо принимать?
Об этом уже Кришна должен так или иначе позаботиться. Кришна и ученики. Ученики должны следить за тем, чтобы духовный учитель не слишком много принимал на себя.
Чтобы он не страдал, как вот и ученики Шрилы Прабхупады отгоняли от него всех этих индийцев? Хотел убедиться, правильно я понял.
До того времени, как учитель не даст ответ, то есть ученик не может определить, да, тот глупый его вопрос или не глупый вопрос?
Нет, если ученик очень искренне задает этот вопрос, если этот вопрос действительно мучает его, то это уже достаточно серьезное основание для того, чтобы считать, что этот ответ умный, что этот вопрос умный.
Если для нас действительно что-то очень важное, если у нас есть что-то очень важное, на что мы хотим получить ответ от духовного учителя, мы должны задать этот вопрос духовному учителю.
И это будет умный вопрос, потому что он продиктован искренним чувством, искренним желанием получить ответ на него. А вы так понимаете, если кто-то говорит — это материальные качества.
Как к этому правильно относиться, чтобы не возгордиться? Если кто-то прославляет наши материальные качества
для нас, и как к этому правильно относиться, чтобы не возгордиться, надо понимать, надо при этом вспомнить все время духовного учителя и подумать, что я хочу, чтобы эти качества так или иначе служили духовному учителю.
Вот это настроение слуги очень важно. Если мы будем все время находиться в состоянии слуги, то тогда мы сможем не возгордиться. Если мы думаем, что я действительно, я сам себе всем этим обязан, что это мои качества замечательные, то тогда мы действительно возгордимся, так как мы хотим это делать.
Нужно просто при этом подумать: я хочу служить своему духовному учителю. В любом случае, если у меня что-то есть хорошее, то я обязан это только своему духовному учителю. В сущности, Вот. он...
Ну, или я обязан Кришне, ладно, хорошо. На худой конец я обязан Кристи.