Бхагавад-гита 7.28
Бхакти Вигьяна Госвами · Сухарево · 2004
Главы
Чтение и разбор стиха Бхагавад-гиты
Мы прочитаем 28 стих из 7 главы Гиты, который называется Знание Абсолютного. Перевод.
Тот, кто совершал благочестивые поступки в прошлых жизнях и полностью отрекся от греха, выходит из-под власти иллюзорной двойственности и с решимостью посвящает себя служению мне. Комментарии.
В этом стихе объясняется, кто может подняться на трансцендентный уровень. Грешникам, атеистам, глупцам и лицемерам очень трудно выйти из-под влияния двойственности, т.е. избавиться от желания и ненависти.
Только те, кто в течение многих жизней соблюдал религиозные заповеди, совершал благочестивые поступки,
освободился от последствий своих грехов, может встать на путь преданного служения и постепенно обрести чистые знания о Верховной Личности Бога.
Со временем такие люди полностью погружаются в мысли о Верховной Личности Бога и входят в состояние транса, так они поднимаются на духовный уровень. Достичь этого уровня можно, действуя в сознании Кришны и общаясь
с чистыми преданными, ибо такое общение освобождает человека из плена иллюзий. В «Шримад-Бхагаватам» сказано, что тот, кто действительно хочет освободиться из материального плена, должен служить преданным Господа.
Махатсе Мам Два Магурви Муктея. Тот же, кто общается с непреданными, с материалистичными людьми, прокладывает себе дорогу в темнейшие сферы бытия.
Преданные Господу путешествуют по земле с единственной целью - освободить обусловленные души из плена иллюзий. Имперсоналисты не понимают, что забыв свою изначальную
природу, живые существа отказываются признавать над собой власть Верховного Господа и тем самым совершают тягчайшие преступления против закона Бога.
Лишь вспомнив свое изначальное положение, живое существо сможет постичь верховную личность и с решимостью посвятить себя трансцендентному любовному служению Господу.
Этот стих Шрила Прабхупада часто цитировал для того, чтобы объяснить постепенный процесс восхождения человека к сознанию Кришны. Здесь Кришна говорит, что для того, чтобы
человек смог обрести решимость в служении мне, для того чтобы человек смог не оглядываться назад, что само по себе достаточно редкое качество, потому что люди становятся на путь служения
Богу, люди начинают поклоняться Богу. Желание делать это живет в сердце каждого живого существа. Так или иначе, каждое живое существо думает в какой-то момент своего
существования здесь, в материальном мире, а не стоит ли мне этим заняться. Это в общем-то достаточно часто встречающееся явление, что бывает очень редко с людьми, так это то, что они делают это без оглядки.
И здесь Кришна говорит: «Бхаджанти мам дрида-врата», — такие люди дают обет. Дав этот обет, они не оборачиваются назад. Дав этот обет, они не пытаются забрать его обратно, не пытаются пересмотреть его, не пытаются усомниться в том, а правильно ли они сделали этот обет, дав.
Предостережение от оглядывания назад в мифах
Кришна говорит здесь: что есть категории людей в этом мире. Среди множества людей, которые пытаются заниматься так или иначе поклонением Богу или преданным служением Господу, есть редкая категория людей, которые делают это без оглядки назад.
Мы знаем, что во многих мистериях это качество безоглядности признавалось как одно из самых существенных качеств для того, чтобы человек достиг в конце концов конечной цели того, что он делает, в мифе об Орфее и Эвридике это символическим образом изображено,
когда Орфей спустился в ад для того, чтобы забрать душу своей возлюбленной. И когда он зачаровал там всех обитателей, включая царя этого подземного царства, своим пением, и тот, раздобрившись, исполнил его желание, сказал: «Можешь забирать душу своей возлюбленной из царства теней в царство реальной жизни», то условием было: ты ни в коем случае не должен оглядываться назад. Если ты обернешься назад, то все пойдет праху.
И в каком-то смысле это условие стоит перед всеми нами, потому что только в том случае, если человек избрал этот путь и идет по нему без оглядки, он сможет сделать реальный прогресс.
В то же время, если я постоянно не уверен, если я постоянно думаю, а не стоит ли мне сделать один шаг вперед или два шага назад, не стоит ли мне пойти на тот компромисс или на этот компромисс?
Правильно ли я вообще сделал, сделав этот выбор?
Если все эти сомнения живут в моем сердце, эти сомнения заставляют меня действовать вопреки избранному пути, то в конце концов я ничего не достигаю. В конце концов, я просто топчусь на месте.
Я делаю один шаг. И потом думаю: в том ли направлении я пошел? Может быть, пока не поздно, еще побежать в другом направлении. Куда-то туда. Мы знаем, что это оглядывание назад, это результат наших привязанностей.
Потому что почему я оглядываюсь назад? Почему я все время не уверен? Почему я делаю один шаг в духовную сферу? Этот шаг он как бы зависает, я поднял свою ногу, а опустить не могу. Мне страшно.
Мне кажется, сейчас опущу, и всё пропадет тогда.
Это в конце концов результат материальных привязанностей, которые тянут нас назад, которые не позволяют нам шаг сделать, которые изнутри говорят: а всё, одумайся, тебе так хорошо было.
В Библии то же самое качество или то же самое явление изображено в виде этого мифа или этой истории о жене
Лота, которая оглянулась назад на дом, где она жила, на двор, где она вырастила своих детей, на прялку, на которой она плела шерсть, на тутовое дерево, которое там росло, на баранов, которые там плели, прежде чем выйти из Содома или из Гамуры, прежде чем покинуть этот исполненный греха материальный мир.
Так ей был дан шанс этот: просто держись золотые стопы своего мужа, но не оглядывайся назад. Он шел, он шел, не оглядываясь назад. Он знал, что ничего в этом Садоме и в Гаморе хорошего не оставил.
Что там только Содом и Гоморра. Так и ничего другого, кроме этого, там нет.
Но будучи слабой женщиной, хорошей женщиной, но со своими привязанностями она думала, я там детей своих родила, я там шерсть пряла, я там песни пела, я там баранов взкармливала, а теперь я иду непонятно куда, за кем-то непонятно, ну, то есть, понятно за кем, но там у меня тоже много всего хорошего осталось.
Вроде и туда хочется идти. Вроде и страшно оглянуться назад, а с другой стороны, невозможно не оглянуться назад. И когда она оглядывается назад, она становится соляным столбом. Она превращается в соль.
И ноги ее больше не могут сделать ни шага. И в каком-то смысле это тоже символ или метафора по отношению к людям, идущим по духовному пути. Стоит им оглянуться назад и вспомнить все то хорошее, что было.
А память устроена таким образом, что она помнит только хорошее, правильно? Память плохого не помнит. Есть люди, которые помнят плохое, но в основном люди помнят все хорошее.
Как раньше было хорошо, как раньше все было вкусно, как раньше все было нежно, как раньше все было тепло, как раньше было весело. Стоит ей оглянуться назад, стоит такому человеку оглянуться назад, и он застывает на месте.
Он не может больше сделать этого шага по выходу из греховного мира, где все построено на Садоме и Гаморе, на содомском грехе и гоморрском грехе. На всех этих вещах, которые держат нас в материальном мире.
И Кришна объясняет здесь: бхаджанте мам дридха-вратах, что тем не менее есть категории людей, которые обретают эту решимость.
Преодоление иллюзии двойственности и материальных привязанностей
Решимость, необходимую, достаточную для того, чтобы сделать один шаг, второй шаг, и третий шаг, и назад не оглядываться, для того чтобы безоглядно служить Кришне и быть при этом счастливыми.
И она объясняет, собственно, в чем дело, почему люди этого не делают, ссылаясь на предыдущий стих. В этом стихе он говорит ту. Ту значит что? На санскрите. Но.
Но значит что? Ну, значит, что он говорит что-то, противоположное тому, что он сказал в предыдущем стихе. В предыдущем стихе он описывал проблему.
Проблему, которая, собственно, заставляет нас привязываться к материальному миру, которая заставляет нас держаться за материальный мир, не отпускать его ни в коем случае. Проблема эта как называется?
Почему человек держится за этот мир, несмотря на то, что понятно, что держаться за него не нужно. Как это состояние человека называется? Привязанность. К чему человек привязывается? Кришна что говорит?
Что говорит Кришна в 27 стихе? Что говорит Кришна в этом стихе? Это двандва-моха-нирмакта. Молха — что значит? Молха значит иллюзия. Моха.
Моха от красивого санскритского корня мух. Русское слово муха. Тоже произошло от этого корня. Потому что муха, она в чем находится? В иллюзии. Муха, она что делает? Она? Летается. Туда летать, сюда летает, так?
Чего летает, непонятно. Муха. На самом деле муха - это очень хороший символ. Русский язык тоже мудрый язык, потому что он происходит из санскрита. Муха, она полностью сбита с толку, правильно?
Она толку не знает, куда ей лететь. Потому что она полетела туда, полетела сюда, полетел еще куда-то. Потому что она в иллюзии находится. И живые существа - они как мухи, они тоже не знают, что им делать.
Они тоже не знают, куда им идти. Они сначала летят в этом направлении, потом летят еще куда-то. И журжат при этом, жужжат, жужжат. И при этом смотришь на муху и думаешь: делом занят человек.
Она с такой решимостью летит куда-то, что думаешь, наверное, у нее цель какая-то есть. Потом она вдруг взяла и повернула. Это называется иллюзией, это называется мохой. Моха. Моха значит, что живое существо... И
в предыдущем стихе Кришна объяснял, что бхутани саммохам, что
каждое живое существо все здесь, в этом мире, все здесь без исключения рождаются в этой иллюзии, о парантапа. Сарва-бхутани саммохам сарге янти парантапа. Каждый сарги, сарга — значит творение.
Причины пребывания живого существа в иллюзии
Каждый появляется на свет, охваченный этой иллюзией, пребывающий в этой иллюзии. И причины этой иллюзии, как объясняет Кришна, опять же, в предыдущем стихе, являются
две столь дорогих нашему сердцу вещи — иччха и двеша — желание и ненависть. Желание обрести что-то, отторжение — что-то, что мы любим и что мы не любим.
Это состояние сознания, раздвоенного на ненависть и любовь, раздвоенного на два этих самых сильных материальных чувства: ненависть и любовь, привязанность и отторжение. Состояние этого сознания или ума, раздвоенного таким образом, называется мохой, иллюзией. Потому что когда ум человека, сознание человека пребывает в таком состоянии,
он ведет себя как муха. Ему что-то захотелось, и он полетел, потом ему захотелось что-то еще, он полетел еще куда-то, потом ему расхотелось все.
И все это продолжается до тех пор, пока он не прилетит в свою вечную обитель, в липучую ленту. Это конечный итог всех блужданий. Пока он не приходит туда, куда он в конце концов неминуемо придет, пока он не прилипнет.
Потому что липучая лента висит и думает: а чего это она летает вообще? Туда-сюда, туда-сюда. Лети сюда, летит, дорогая. Ему прилетает.
Но смысл очень серьезных вещей, о которых мы с вами сейчас пытаемся говорить, это то, что заставляет человека находиться в иллюзии, что заставляет человека держаться за свою личку и вещу. Мы все знаем, все без исключения, абсолютно все, что в конце концов, как любовь, так и ненависть, как привязанность, так и неприязнь делают нас несчастными. Все, мы все знаем, у нас у всех был этот опыт.
Мы что-нибудь любим. И чем сильнее мы любим, тем больше мы в конце концов страдаем.
Чем сильнее мы привязываемся к чему-то, чем сильнее мы эмоционально начинаем зависеть от чего-то, тем сильнее будут муки наши, которые мы не минуем, и мы будем испытывать в результате этой привязанности.
И ненависть, ненависть с самого начала... Любовь, по крайней мере, создает какую-то иллюзию счастья, какую-то иллюзию грядущего счастья, когда человек думает, либо я обрету предмет, который я люблю, либо в результате моего общения с этим предметом я стану счастливым.
Хотя она неизменно всегда оборачивается болью. И чем более сильной болью, тем сильнее моя привязанность.
Поэтому народная мудрость гласит, что от любви до ненависти, как говорится, расстояние небольшое: сегодня я люблю что-то, завтра я ненавижу то же самое.
Материальные чувства, в которых мы пребываем, и ненависть при этом — отторжение, а в свою очередь делает нас абсолютно несчастными.
В «Йога-сутрах» Патанджали Муни он приписывает этим двум вещам, иччха и двеша, качество возбуждения нашего ума. Это те две вещи, которые постоянно держат наш ум в беспокойстве.
И этот беспокойный ум, раздвоенный на любовь и ненависть, раздвоенный на то, что я все время мечусь между одним и другим, — я все время пытаюсь достичь каких-то иллюзорных целей или отвергаю что-то, или пытаюсь избегать чего-то, чего невозможно избежать.
В результате этого мой ум, раздвоенный на все это, все время пребывает в беспокойстве. Будь то любовь, будь то ненависть, все это не дает мне того покоя, который позволит мне подняться выше.
В комментариях ачарьи объясняют, что это предварительные условия освобождения от этих вещЕй.
Предварительные условия для того, чтобы человек мог подняться над всем этим и посмотреть сверху на все, для того, чтобы человек достиг того уровня, которого он достоин, который является отражением его изначальной глубокой природы, природы его души.
И иччха-двеша, как следствие следует из этих стихов, которые в свою очередь являются порождением авидьи, невежества и порождением асмитхи, ложного эго человека, они порождают в свою очередь моху, порождают иллюзию, порождают состояние полной сбитости с толку, запутанности, загнанности, того, что человек постоянно делает ошибки.
И они, собственно, что такое моха, иллюзия, какое другое санскритское слово означает иллюзию? Как мы обычно называем иллюзию? Майя. Иллюзия — это майя. Почему мы находимся в майе? Потому что мы находимся в иллюзии, правильно?
Почему мы находимся в иллюзии? Потому что мы находимся в майе. Потому что мы сбиты с толку, потому что сознание наше мечется между двумя этими возможностями, которые в равной степени не делают нас счастливыми.
Постижение Абсолюта через устранение препятствий
И из-за этого мы не можем видеть и не можем понимать третьего пути, третьей возможности: подняться над всем этим, посмотреть свысока на все это, увидеть что-то, чего мы из-за этой иллюзии, закрывающей наши глаза, не видим.
Здесь, в этом разделе, вообще во всей седьмой главе, вся седьмая глава в значительной степени, большая часть седьмой главы посвящена разбору причин, почему человек не видит Бога, почему человек не может избавиться от препятствий.
Вся седьмая глава на самом деле, если мы разберемся в ней, она один стих за другим объясняет наши препятствия. Хотя она называется знанием абсолюта, но вся седьмая глава объясняет, что нам мешает абсолют познать.
Потому что чтобы мы поняли абсолют, нам нужно просто устранить все то, что мешает Его познать. И тогда мы его поймем. Очень просто.
Как у Микеланджело в свое время спросили, как он скульптуры делает. Микеланджело он удивительный скульптор был, так и форма его скульптура кажется так, что вот он просто вот непонятно, как он это делал.
У него спросили: как ты делаешь? Он говорит: очень просто: я беру камень и отсекаю все лишнее. И получается скульптура. Все ненужное я отсекаю.
И седьмая глава — в каком-то смысле именно таким образом объясняет смысл познания абсолюта. Человек познает абсолют, может познать абсолют, когда он избавится от всего лишнего, от всего ненужного.
Потому что на самом-то деле я уже знаю абсолют. Внутри, глубоко внутри, я уже его знаю. Асанга Хиам Пурушага. Пуруша, живое существо, душа всегда является асангой.
Он никогда не связан с гунами материальной природы, он не связан со всей этой иллюзией, он не имеет ничего общего с ней. Мне нужно просто открыть глаза, мне нужно просто избавиться от ненужного.
И природа этого ненужного, этого сора, мусора, шелухи, которая мешает нам Бога познать. Здесь Кришна в этой седьмой главе очень хорошо объясняет. И иллюзия эта закрепляется или укрепляется грехами.
Ешам тв антагатам папам джананам пун-йа-карманам — «Чтобы я мог избавиться от иллюзий, я должен избавиться сначала от греха. И это та вещь, о которой мне хотелось немножко сегодня поговорить.
Потому что иногда в наших писаниях на самом-то деле слово грех встречается нечасто.
Если взять христианские писания, особенно писания, которые уже потом отцами церкви написаны, то мы увидим, что они постоянно там говорят о чем? О грехе?
О грехе, о грехе, грешная природа, грешная природа, грешная природа, с которой человек рождается: грешная природа, грех, грех, грех, грех.
Так насколько я понимаю, это может быть единственный раз, когда слово грех употребляется в «Бхагавад-гите». В одном из самых центральных писаний, это может быть единственный раз, где говорится вообще о грехе.
По крайней мере, сейчас я сразу не могу вспомнить никакого другого стиха, где о грехе говорится. Говорится о невежестве, говорится о других более философских вещах. Греху на первый взгляд не придается большого значения.
Вплоть до того, что некоторые люди набираются смелости утверждать, что в индийской философии вообще о грехе ничего нет. Это другая крайность, где я помню, я таким тоже человеком был.
Эти люди, они имперсоналистами называются. Как-то они говорят, нет греха. Христиане говорят, есть грех, есть грех, есть грех. И все будете гореть и расплачиваться за свои грехи.
А мы говорят, нет греха, нет греха, мы уже свободны от всех грехов.
Взаимосвязь между совершением греха и иллюзией
И идем пить пиво. Тут, здесь, в этом стихе, проводится очень важная связь между грехом и иллюзией. Здесь Кришна очень четко говорит, что человек должен положить конец своим грехам,
но не потому, что в результате этих грехов ты будешь гореть в геенне огненной. Кришна не пугает. Кришна не говорит, что вот, вот все пойдете. Это и так понятно. Потому что что здесь говорит Кришна?
Кришна говорит, что тот, кто грешит, он остается в иллюзии. И оставаясь в иллюзии, он остается в аду. Потому что весь материальный мир,
весь материальный мир — духкхалаям ашашватам, от самой высшей планеты до самой низшей планеты - это место, где повторяется рождение и смерть, это место страданий, место, где человек не может найти, не может почувствовать себя домом.
На самом деле, мы все тут бездомные, потому что у нас места нет. Мы все бродяги какие-то, которые блуждают по этому миру. И Кришна-то призывает нас обрести постоянное обиталище свое.
И он объясняет здесь, что грех тесно связан с иллюзией, что наша иллюзия, наш самообман, наше пребывание в заблужденном состоянии, в состоянии полной запутанности, сбитости с толку, оно очень тесно связано с грехом и она поддерживается этим грехом.
Как например, почему не предается такого большого значения грехам, как таковым? Потому что задачи, которые ставят перед собой ведическая литература и перед нами всеми, выше, чем просто освобождение от грехов.
Если мы возьмем обычные религии, то там в основном говорится об этом. В основном там сосредоточено все на том. Освободись от грехов и будь счастлив где? Здесь, да, или в раю.
Ну, в общем-то, нужно уже сидеть, сейчас быть сейчас правым. И в какой-то, в каких-то разделах Вед об этом, естественно, тоже говорится. В дхарма-шастрах и во всем прочем.
Но это писание не того уровня, к которому относимся мы. В наших писаниях мало просто освободиться от греха. Это не сама по себе не такая важная задача, но тем не менее она важная.
Потому что если я не освободился от греха, то проблема не в том, что я буду страдать. И достижение того, что я освободился от греха, не в том, что я перестану страдать и буду счастлив здесь.
Смысл освобождения от греха заключается в том, что при этом я избавляюсь от иллюзий. Каким образом два этих понятия связаны? Давайте попытаемся подумать и понять, как. На самом деле это очень легко понять.
Каждый из нас может очень легко провести связь между одним и другим, между иллюзией и грехом. Все люди знают, что если я грешу, все люди знают, абсолютно все люди знают, что грех приведет меня к чему в конце концов?
К страданию. Все люди знают. Никаких сомнений в этом нету.
Так что греховные поступки, греховные наслаждения этого мира, будь то одурманивающие средства, наркотики, незаконный секс — что угодно. Какие бы мы из наслаждений, из иллюзий этого мира, из приманок этого мира, соблазнов этого мира не взяли, все знают: в конце концов, я буду страдать.
Я буду страдать. Все знают эту связь. Но тем не менее, люди сознательно закрывают глаза на эту связь.
Люди думают, авось пронесет, а так или иначе, люди читают статистику и говорят: если ты будешь курить, то у тебя с 99% вероятностью будет рак легких.
Они думают, ну надо же, а я буду этим самым одним процентом. Со мной этого не будет. Я буду курить, я буду грешить. И у меня не будет последствий этого всего. Я буду пить, у меня будет все в порядке, так?
Я буду совершать еще какие-то вещи. У меня будет все в порядке. Как это состояние называется? Иллюзия. Моха. Почему?
Иллюзия независимого наслаждения материальным миром
Как эти две вещи связаны друг с другом? В чем основа иллюзий?
На самом деле Шрила Прабхупада в комментарии блестяще объясняет основу этой иллюзии, основу иллюзии, основу обмана, в котором мы все с вами пребываем, и в которой мы все рождены, и которой, собственно, повергает нас с одной стороны в иллюзию, а с другой стороны, заставляет нас совершать грехи, является представление о чем?
И не просто наслаждающийся. Какой наслаждающийся? Да, верховный наслаждающийся, независимый, нет никаких законов. Я должен, основой иллюзии является представление о том, что я могу делать все, что я хочу, правильно?
И при этом со мной ничего не будет, правильно? Потому что таково положение верховного наслаждающегося.
Чтобы быть верховным наслаждающимся, у меня должно быть одно единственное маленькое право, какое не подчиняться никаким законам. Потому что я главный законодатель. Я законотворец. Я законы исполняю.
Я вне законов, я нахожусь вне всего этого.
Человек, почему люди сейчас так или иначе забыли полностью и пытаются заслониться от этого, не верят в это, говорят, что кармы нет, никаких последствий нет, почему люди совершают грехи?
По одной простой причине: потому что они слишком привязаны к представлениям о себе как о независимом наслаждающемся, как о том, кто может наслаждаться независимо. Потому что наслаждаться мы все можем.
Мы все наслаждающиеся, правильно? Наслаждаемся мы. Наслаждаемся. Как нас называют поэтому, как наслаждающиеся на санскрите звучит. Пуруша. Пуруша. Это тот, который... Которого. Пуруша. Пурушит.
Пуруша — это тот, который наслаждается, тот, который пытается наслаждаться. Но иллюзия наша, беда наша, грех, корень, заключается в том, что мы хотим считать себя независимыми наслаждающимися.
А независимый наслаждающийся — значит, тот, кто может наслаждаться, как он хочет, как он хочет. В этом смысл независимости, в этом смысл этой иллюзии.
Поэтому, соответственно, люди держатся за свое представление о том, что я имею право наслаждаться, как я хочу, поэтому я буду делать, как я хочу, и поэтому я не буду страдать в результате этого.
И так как я не буду страдать, я могу делать все что угодно, и поэтому они делают что? Все что угодно. Все что угодно, правильно. А как называется все что угодно по-другому? Грех.
Если человек просто делает все, что угодно, он занимается грехом. У меня нет никаких законов, нет никаких храмок для меня. Я могу делать все, что угодно.
Я имею право на это, потому что я независимый наслаждающийся, потому что таково мое положение. И в результате этого я не могу увидеть, что есть другой независимый наслаждающийся, настоящий.
В результате этого я не могу поверить в это. В результате этого я пытаюсь отрицать это. В результате этого, по сути дела, что я делаю, я пытаюсь убить Бога. Это то, чем люди занимаются по большей части.
Люди, которые пытаются доказать свое право на независимые наслаждения здесь, они в сущности являются убийцами Бога.
Был такой замечательный философ, который кончил тем, что, как многие замечательные философы, под конец сошел с ума. Его звали Ницше. Стал полностью абсолютно ненормальным.
Такая же участь постигла Канта и многих других замечательных философов. Об этом история философии тактично умалчивает очень часто. Но он был тот, кто первый во всеуслышании осмелился объявить: «Бог мертв».
Есть замечательная история, когда кто-то на мосту написал «Бог мертв — Ницше», а кто-то потом подписал: «Ницше мертв — Бог». Первое утверждение — это всего лишь наше очень сильное желание.
Нам хочется так или иначе устранить этого соперника, того, кто мешает, того, кто нас постоянно ограничивает, того, кто говорит, что может наслаждаться, может, но только от сих и до сих.
Только в этих рамках, и ничуть не больше. Поэтому нам все время хочется сказать: кто ты такой, чтобы мне говорить, где мне наслаждаться? Кто ты такой, чтобы ставить мне какие-то рамки?
Кто ты такой, чтобы говорить, что тут я могу наслаждаться, тут не могу. И люди практически сознательно для того, чтобы доказать это свое право, подтвердить свое право, переступают эти рамки.
И сам этот факт преступления рамок таит в себе особое наслаждение, правильно? Запретный плод, он всегда... Люди хотят вкусить этого запретного плода для того, чтобы подтвердить свое: Я Бог.
Никто не имеет права мне говорить, этого я могу, этого я не могу делать. В результате человек совершает грехи, и поэтому он пребывает в иллюзии. Так как он пребывает в иллюзии, он совершает грехи.
Роль соблюдения духовных регулирующих принципов
Это заколдованный круг, в котором мы все с вами вертимся, и Кришна говорит, что единственный способ, поэтому здесь он говорит, единственный способ от иллюзии избавиться, начать избавляться — это положить конец грехам, что это не такой большой шаг в каком-то смысле, это не такая большая вещь, это в сущности всего лишь побочный результат.
А Шрила Прабхупада, он не придавал на самом-то деле такого уж большого значения четырем регулирующим принципам. Если мы посмотрим, в «Чайтанья-чаритамрите» вообще о четырех регулирующих принципах ни разу не говорится.
Во всей «Чайтанья-чаритамрите» нигде не говорится, что нельзя заниматься мясоедением. И что яйца нельзя есть. Не говорится там об этом. Нет этого. Не такое большое дело.
Это всего лишь первый шаг, который на самом деле для человека, стремящегося выйти из этого мира или стремящегося к какой-то более высокой цели, в большей или меньшей степени очень естественной. Даже люди, которые не знают о том, что это плохо.
И это мы делаем не потому, что это приведет нас к страданию, не потому, что мы одержимы желанием быть счастливыми здесь. Это естественная вещь.
Мы делаем это потому, что мы стремимся к высшей цели, потому что мы хотим выйти за пределы этой унизительной ограниченности, в которой мы неизменно тут будем находиться всегда, постоянно.
И здесь Кришна объясняет, что происходит в результате этого, когда человек
делает этот шаг, тад ванга мухо-нирмуктах, он начинает постепенно освобождаться от этой иллюзии, от иллюзий, которая позволяла ему до этого делать вид, что Бога не существует.
Как я до этого говорил, что в сущности мы все пытаемся убить Бога, что мы охвачены этим гневом, гневом, в который мы вошли,
в вражду мы вошли, в вражду отрицания Бога, мы думаем сейчас: «Я его убью!» — и мы нажимаем курок, и в кого обычно попадает эта пуля, которую мы выпускаем? У нас. В нас самих. Человек... Это удивительная вещь.
Давайте посмотрим природу иллюзий. Еще раз, а кто-то сомневается в том, есть кто-то, кто сомневается в том, что мы все находимся в иллюзии? Никто не сомневается. А мне хотелось доказать это.
Люди, мне очень хотелось доказать это, но я все-таки докажу это. Потому что на самом деле, мы все сомневаемся. Мы думаем, что мы с вами, понятное дело, свободны от иллюзии, правильно? Полностью абсолютно.
И поэтому мы можем делать все, что хотим, правильно? Иллюзия заключается в том, иллюзорная энергия заключается именно в том, что люди делают жуткие вещи.
Жуткие, страшные, ужасные вещи, которые в конце концов, которые они считают наслаждениями, которые в конце концов приводят их к их собственной гибели, которые разрушают, которые приводят других людей к страданиям, самых близких людей, охваченные этой иллюзией, не понимая, не способные просчитать на один шаг, на другой шаг, на третий шаг. Люди думают, я сейчас наслажусь чем-то, наслажусь страданиями другого живого существа.
А это на самом деле часто все наши наслаждения именно к этому сводятся, как это не прискорбно, а природодеяние в этом мире очень часто заключается в том, что мы причиняем боль кому-то еще.
Муж бросает свою жену, потому что он в кого-то еще влюбился, наркоман употребляет наркотики, в состоянии наркотического опьянения делают какие-то гадости.
Так люди знают, на самом деле глубоко внутри знают, что они будут страдать. Тем не менее, они делают это.
И даже преданный, это самое удивительно, насколько удивительно майя, насколько удивительно могущество этой иллюзорной энергии.
Даже преданные, если мы посмотрим вокруг, какие жуткие вещи они иногда делают, какие жуткие, страшные вещи они делают. Думая, что им это сойдет с рук, что с них как с гуся вода будет.
Да, я слышал все это. Заходил я как-то на лекцию пару лет. Было дело, был грех юности. Говорили мне о карме.
Говорили мне о том, что за все мои поступки... Не-не-не, а тут дай-ка я попробую, дай-ка я чуть-чуть что-то сделаю. Люди, это называется иллюзия. Даже преданный, те, которые знают, те совершают эти грехи.
И совершают эти грехи, потом страдают и думают: «Почему же я страдаю, интересно?» Что со мной вообще происходит? Как совершенно невежественное животное, которое всовывает руку в огонь и не знает, почему оно обжигается.
Люди ведут себя этим жутким совершенно образом.
И как я уже говорил, в конце концов, когда они совершают грехи, когда они пытаются доказать именно, утвердить этот статус свой такой, а когда они пытаются убить Бога, они убивают самих себя. Мы можем видеть это.
Грехи в конце концов к чему приводят? К деградации, к разрушению человека, к тому, что человек опускается. Кто-то видел людей, которые систематически нарушают все регулирующие принципы.
Кто-то видел, в каком они состоянии начинают находиться, кто-то хочет находиться в таком же состоянии? Нет. Кто-то хочет нарушать регулирующие принципы? А если честно. В этом сила и иллюзии, о которой говорит здесь Кришна.
Кришна здесь объясняет, что если человек просто...
Для того чтобы человек сделал просто первый шаг, самый элементарный шаг на пути к Богу, самый элементарный шаг освобождения от этого унизительного рабства. Первое, что он должен сделать, он должен избавиться от иллюзий. Вернее, он должен избавиться от своих грехов.
Избавление от иллюзий через служение преданным
И он избавляется от своих грехов, каким образом, в конце концов, каким образом он может полностью избавиться от всех своих грехов, когда он начинает слушать преданных.
Как здесь Шрила Прабхупада удивительным образом объясняет это, что преданные ходят, их основная задача заключается в том, чтобы избавить людей от иллюзии. Чайтанья Махапрабху отправился в Южную Индию под предлогом.
Он знал, что Вишварупа, его брат, который принял саньясу до этого, уже ушел, покинул свое тело. Но он бросил своих преданных, любящих преданных в Пури, отправился в Южную Индию только с одной целью.
Когда человек начинает служить Махабхаге, когда человек начинает служить преданным, то он избавляется от этого представления о том, что, от иррациональной привязанности, от иррационального, абсолютно неразумного желания продолжать утверждать, что я являюсь Богом.
И мы можем тоже видеть этот удивительный эффект, когда человек перестает совершать грехи, когда человек начинает соблюдать регулирующие принципы, когда человек начинает постепенно действовать в соответствии с принципами сознания Кришны и делает этот первый шаг, начинает следовать каким-то регулирующим принципам, то первое, что он может заметить в своей душе, в своем сердце — что является?
Кто-то обратил внимание, что с ним происходит, какой процесс начинает происходить, о котором говорит здесь Кришна. Видван ва моха-нирмуктах.
Человек начинает избавляться от этой иллюзии двойственности, а желание становится меньше. И द्वेष (двеша) становится меньше.
Как иногда, очень часто человек, который начинает заниматься сознанием Кришны, этой могущественной практикой сознания Кришны,
когда он ставит себя в какие-то определенные рамки и начинает повторять мантру: Харе Кришна, Харе Кришна, Кришна, Кришна, Харе Харе, в какой-то момент ему кажется, что сердце мое — что с ним сделалось?
Окаменело, правильно? У кого-то окаменело сердце, когда он начал заниматься сознанием Кришны? Окаменело. Почему? Потому что до этого там что, кипела любовь, ненависть, страсть.
И нам казалось, какое мягкое у меня сердце, правильно? Мягкое, сострадательное сердце. На самом деле это сердце, которое раздвоено, разодрано на любовь и ненависть.
Но это всего лишь первый шаг и всё сразу. Человек делает этот первый шаг освобождения от иллюзии и начинает заниматься преданным служением
Преодоление трудностей на этапе очищения сердца
для того, чтобы в конце концов... И есть это состояние как бы подвешенности, состояние человека между тем и другим миром, как Арджуна называет это состоянием разодранного облака, когда человек как бы отчалился от другого, от того мира, он как бы уже покинул тот мир, и тот мир его особенно не интересует, и он утратил какой-то интерес, еще что-то.
Но при этом он еще не обрел ничего из этого мира. Кто находится в таком состоянии или находился в таком состоянии. Когда он как бы уже от чего-то отказался, а еще ничего нового не приобрел.
На самом деле, Шрила Прабхупада здесь объясняет в этом замечательном комментарии к этому стиху, что когда человек избавляется от этой иллюзии, когда человек перестает делать грехи, постепенно уходит иллюзия любви и ненависти.
Для того чтобы в конце концов он что мог обрести, в конце концов, что он должен обрести в результате всего этого, что должно появиться в его сердце. Настоящая полная абсолютная любовь.
Так, но он должен пройти через этот промежуток освобождения от греха, освобождения от желаний, которые иногда кажутся пустыми.
Однако не бойтесь тот период преданного служения, в котором находится большинство из вас, из нас, тот период, который иногда очень трудно пройти, иногда кажется долгой тяжелой пустыней, и в этой пустыне что растет, что в пустыне обычно растет?
Верблюжья колючка. Маргарита знает. Те, кто был там в пустыне, знают, что там растёт. Одни колючки растут в этой пустыне. И в этой анартхе-нивритти иногда бывают одни колючки. Дёшев, дёшевше, дешево, дёшевше. Солнце палит.
И мантру надо повторять. Харе Кришна. Кришна, Кришна, Харе, Харе. Харе Рама, Харе Рама, Рама, Рама, Харе, Харе. Кругом только верблюды одни. Который преданными называется. Кушать нечего, одни колючки.
Потому что, как бы человек сделал этот первый шаг, он избавился от греха, и вместе с этим он избавился от иллюзий, вместе с этим... А иллюзия - это очень хорошая вещь.
Потому что иллюзии, люди в материальном мире, они хотят иллюзию увеличить, усилить. Потому что иллюзия, она нам дает возможность как бы счастье дать. Человек пьяный, он в иллюзии, он любит всех.
А тут мы избавились от иллюзий, трезвыми стали. И такие трезвые, что самому противно. И ничего у нас, кроме этой трезвости, нету, скучно. И кругом одни колючки и верблюды. И Харе Кришна.
На самом деле это шаг. Это шаг, о котором здесь говорит Кришна. Он говорит, что такой человек... Тем не менее, он как спутник, который через пустыню идет.
Он знает, мне нужно ее пересечь, что в конце концов там будет оазис. И что это тот шаг, который человек должен сделать для того, чтобы подняться над этой двойственностью, над двойственностью, заслоняющей от нас Бога.
И что в конце концов я должен очень хорошо знать, что если я пройду через эту пустыню, и если я так или иначе пойму, что мне не нужна ни материальная любовь, ни материальная ненависть.
В конце концов, я смогу обрести полную, абсолютную духовную любовь, которая сделает меня абсолютно счастливой. Но мне нужно доказать Кришне, что я этого хочу. Мне нужно доказать Кришне, что я действительно этого хочу.
И для этого я не должен что делать? Оглядываться назад. Я не должен отступать. Я должен идти вперед, чтобы ее пересечь.
Потому что сзади меня не оазис, сзади меня всего лишь навсего те же самые Содом и Гоморра, те же самые грехи, которые не сделали меня счастливым. И что иного-то пути нет. Нет иного пути, нет иного пути, нет иного пути.
Что человек, который уважает себя как человека, знает, что другого пути нет. Я должен идти, я должен поклоняться Богу. Это мое естественное состояние. Мое естественное состояние - любить всех, любить Бога.
Мое естественное состояние — избавиться от этих глупых, ненужных желаний, которые не делают меня счастливым. Просто идти по направлению к Кришне. И когда человек знает это, то он начинает поклоняться Кришне с решимостью.
Но первый шаг для обретения этой решимости — для избавления от иллюзий.
Для того, чтобы избавиться от иллюзий, человек должен избавиться от греха, он должен избавиться от своей склонности, постоянно делать эти глупости, которые никого не делают счастливыми.
И поэтому Кришна здесь, в этой главе, еще раз говорит нам об этом.
В следующем стихе он начинает объяснять, соединяя его с темой следующей главы, каким образом Бога можно увидеть, когда эта следующей главы, каким образом Бога можно увидеть, когда эта иллюзия, двандва-иччхи-и-двеши, желание и ненависть, уходит, каким образом Бог появляется.
Это тоже не приходит так уж просто, само собой, но тем не менее этот первый шаг человек должен сделать.
И шаг этот он может сделать только тогда, когда он начинает служить преданным. Потому что когда он служит преданным, он обретает что в этом служении.
Вкус, который нам так нужен, вкус, который мы сами еще не чувствуем, который мы сами не ощущаем, но который мы в конце концов сможем обрести.
И единственный способ эту пустыню пересечь, пустыню анартха-нивритти, это искать этот вкус, который мы можем получить от общения с преданными. Речи и вещи, желание ненависти уходят, каким образом Бог появляется.
Это тоже не приходит так уж просто, само собой, но тем не менее этот первый шаг человек должен сделать.
И шаг этот он может сделать только тогда, когда он начинает служить преданным, потому что когда он служит преданным, он обретает что в этом служении? Вкус. Вкус, который нам так нужен.
Вкус, который мы сами еще не чувствуем, который мы сами не ощущаем, но который мы в конце концов сможем обрести.
И единственный способ эту пустыню пересечь, пустыню анартха-нивритти, — это искать этот вкус, который мы можем получить от общения с преданными, которые могут с нами этим вкусом поделиться.
И соответственно, поэтому здесь в комментарии Кришна объясняет, Шрила Прабхупада объясняет, что да, сложно целиком избавиться от греха. Но есть единственный способ:
Слушать преданных, которые говорят бескомпромиссно, постоянно. Ты не Бог. Мы все зависимы здесь, мы все находимся под властью Бога. Это вечное положение живого существа.
Мы всегда должны и всегда будем находиться в этом состоянии. И поэтому единственное, что мы можем делать и должны делать, — это служить Кришне.
И для того, чтобы мы могли служить ему, нам нужен этот самый вкус, питающий наш энтузиазм. Для этого мы должны служить преданным, которые этот вкус нам могут дать.
Махат-сева-дварам ахур вимуктех. Служение махат, великим людям, открывает врата освобождения от всех иллюзий. Спасибо большое.
Различие между осознанным грехом и слабостью
Шрила Прабхупада ки джай! Гаура-премананде! Сам же человек сказал, что Кришна описывает эти стихи постепенно и площадь. У нас есть такое представление, что мы не идем постепенным путем, нам нужно просто предаться Богу.
И, соответственно, не стоит так сильно обращать внимание на то, чтобы избавиться от греха, чести, еще что-то. Если мы предались, то как бы Он теперь обязан даже дать нам всю милость и этот вкус, и нас от всего защитить.
Кажется, это очень такое. Распространенное положение и надежда - такая большая, на это. Шрила Прабхупада говорил о том, что есть некий постепенный путь, когда человек избавляется от греха.
А часто у нас такое впечатление, что мы же не постепенно идем, мы же не по лестнице идем, мы же на лифте едем, правильно?
По лестнице - это медленно. Мы сели в лифт, кнопочку нажали. И что, в общем-то, нам не нужно этим постепенным путем идти. Нам нужно просто предаться Богу. И Бог милость даст. В принципе, это правильно.
Именно в этом заключается суть, что мы не пытаемся просто вырвать грехи, каждый грех по отдельности, не пытаемся вступать в эту брань со своими грехами, а мы уповаем на милость Бога.
Другое дело, как эту милость заслужить. И условием получения этой милости... И милость заключается в том, что Бог списывает все наши грехи абсолютно. Все любые, которые мы совершаем, если мы предаемся.
Но единственное условие, которое Он ставит: не греши впредь. Поэтому здесь говорится: если «мат-вантагата-папам», в какой-то момент я должен поставить точку, в какой-то момент я должен поставить предел.
Как Шри Чайтанья Махапрабху, когда он спас Джагая и Мадая. Так вот, когда он спас Джагая и Мадая, то черное облако вышло из их тела. Черное. И на глазах у всех оно пошло в золотистое тело Шри Чайтаньи Махапрабху.
И золотистое тело Шри Чайтаньи Махапрабху на мгновение стало черным. От грехов, которые он получил от Джагая и Мадая. И он тогда сказал, что те, кто оскорблять будет преданных, те эти грехи получат Джагая и Мадая.
Но при этом он поставил им условие. Он сказал: больше не грешите. Все, я все грехи ваши взял на себя. Вот она милость. Вы предались, и сейчас — Это факт. Тот самый момент, когда человек предается, все грехи снимаются.
Но даже в дхарма-шастрах говорится, и Вишwanath Чакраварти Тхакур подчеркивает это, в «Мадхурья-кадамбини». Кадамбине.
Вишванатха Чакраварти Тхакур говорит, что даже в дхарма-шастрах говорится: вот есть грех, если ты совершил такой грех, ты должен совершить что?
Праящярта, ты должен совершить искупление греха, ты должен искупить его, загладить.
Но в дхарма-шастрах говорится: если человек сначала заглядывает в дхарма-шастры, И смотрит: вот за этот грех я должен совершить такое-то покаяние. И с помощью этого покаяния я смогу избавиться от совершенного греха.
И потом идет, и совершает этот грех. И у него уже дхарма-шастры на нужной странице заложена: «Сейчас все хорошо, погрешили, теперь покаемся».
Вишванатха Чакраварти Тхакур говорит, что даже в дхарма-шастрах такое отношение означает, что человек не сможет избавиться от последствий греха. Праящярта перестает работать.
Если человек совершает грех с мыслью о том, что он сможет его искупить с помощью какой-то искупительной процедуры, описанной в ведической литературе, то такой человек даже грех не сможет искупить с помощью обычной праящярты. Не говоря уже там о других процессах, о повторении святого имени вы знаете, что седьмое оскорбление святого имени.
Иначе говоря, человек, который действительно встал, хочет встать на путь сознания Кришны по-настоящему, он должен поставить большую жирную точку. Да, человек может пасть.
Если он пал просто по слабости своей, бывает так, что привычка сильнее меня, то он все равно, даже если он судурачар, он все равно садху эва самантавйах, он все равно является садху.
Но если он сознательно делает грех, то тогда он хуже, чем самый последний грешник. Поэтому да, мы целиком зависим от милости Кришны. Эта милость, она для всех доступна. Для всех доступна.
Любой человек, каким бы падшим он ни был, какие бы грехи он ни совершил, какие бы у него ужасные привычки ни были, он может быть прощен.
Но если он решительно настроен, если слабость ему так или иначе, по слабости он это делает, ничего страшного нет.
Но если он делает сознательно, и потом думает, если он превращается в профессионального грешника, профессионального преступника, то тогда он не сможет этот грех искупить и милость он не сможет обрести.
Поэтому Вишванатха Чакраварти Тхакур тоже очень важную вещь говорит, как Нароттама Дас Тхакур поет в одной из песен, что самый большой страх, самый большой страх, который может быть у человека, как по-вашему, чего человек должен был больше всего бояться, больше всего на свете.
Парамабхайа, говорит Нароттам Дас Тхакур. Самый большой страх. Обращайся ко всем нам, говорит он. Самый большой страх. То, чего мы больше всего должны бояться, это то, что я не смогу избавиться от анартх в своем сердце.
То, что анартхы не уйдет. Почему я не смогу избавиться от анартх? Потому что я за нее держусь, потому что я сознательно не хочу ее отпускать.
И то, о чем Бхакти Чару Свами сказал, этот менталитет, если человек просто думает, что вот я предался и все, то он должен просто предаться, это значит перестать совершать грехи полностью.
Говорится, что для человека, у которого нет никаких анартх, у него нет действительно никаких ступеней. У него есть только две ступени. Первая ступень какая? Первая ступень это повторение святого имени.
А вторая ступень какая? Вайкунтха. Если вот две ступени. Я повторил святое имя, и в тот же момент — в дхам. Всего две ступени.
Но, тем не менее, Рупа Госвами, когда он описывает чистое преданное служение, он говорит, что сколько ступеней у чистых преданных служений есть?
Там, 8, 9, если мы так считать: шраддха, садху-санга, бхаджан-крия, анартха-нивритти, ништха, ручи, асакти, бхава. Прежде чем человек попадает в духовный мир.
Именно потому что хотя это быстрый процесс, относительно он очень быстрый, но тем не менее он постепенный и все равно.
В нем человек очень быстро, как Кришна говорит: бахунам джанманам анте гьянаван мам прападянте, что гьяни через много-много жизней в конце концов не предается, потому что это долгий процесс.
Путь, к которому мы идем, тешам ахам самуддарта мритью-самсара-сагарат. Я сам их спасаю из этого океана рождения смертей. Начират, очень быстро я это делаю. Я очень быстро спасаю таких людей из океана рождений и смертей.
Но несмотря на то, что это происходит очень быстро, все равно мы быстро, но мы должны пройти через какие-то стадии. И первый шаг на этом - мы должны избавиться от греха. Мы должны понять, мне не нужен этот грех.
Он не сделал меня счастливым, потому что грех ряд всего лишь проявление моего желания быть независимым наслаждающимся. И я пытаюсь утвердить это желание за счет того, что я говорю, что я могу делать все, что я хочу.
Для меня не существует законов никаких. Я могу делать все что угодно. Ну, не бывает так. Есть закон. Этот закон, когда человек его нарушает, то он становится преступником.
И этот закон, нарушитель закона, в конце концов перестает видеть Бога. Не сможет увидеть Бога, поэтому эту ступень невозможно обойти.
В какой-то момент я должен прекратить грех и понять, что это единственный способ существования, не глядываться назад при этом. И увидеть, как это избавление от греха избавляет меня в конце концов от иллюзии.
Где грань между сознательной между сознательным греховным поступком и слабостью? Шрила Прабхупада рассказал историю про слабость. Слабость в чем заключается?
В том, что у меня есть сильная санскара совершать греховные поступки. Эта сильная санскара толкает меня снова и снова. Я знаю, что это плохо.
Шрила Прабхупада рассказал историю про вора, который всю жизнь воровал по ночам. И настолько он привык воровать, настолько у него адреналин в крови выделялся уже, что он каждую ночь заснуть не мог, когда он раскаялся, стал преданным, пошел паломником, то когда все заснули у него как раз адреналин в крови стал выделяться. Желание воровать было сильнее его.
И при этом он думал: я же паломник, я же святой человек, я же иду куда-то, в паломничество, я же не могу это делать.
Ну не может он, ну воровать-то нужно. Просто это физиологическая потребность. Он здесь не сворует, он на месте помрет. Потому что желание-то рядить сильнее его. И мы знаем, что такое бывает.
Желание курить иногда бывает очень сильным. Если человек курил когда-то, или желание пить, оно сильнее, оно заставляет человека делать. Но он был при этом садху, искренним преданным. Что он сделал?
Он взял, своровал вещь у одного паломника и отнес ее другому паломнику. Своровав вещь у другого паломника, отнес к тому паломнику. Очень все перепутал полностью и сразу спокойней стал, счастливым стал. Он заснул сном младенца.
Все проснулись рано, а он спит.
Все стали смотреть: а это у меня где, где что, а он спит, все стали ссориться. Он проснулся, увидел этот переполох и стал говорить: вы не ссорьтесь, пожалуйста, это просто у меня адреналин в крови ночью, мне просто воровать нужно, поэтому я так вот всё перепутал. Но, в общем-то, ничего плохого я не хотел, мне просто иначе заснуть невозможно, иначе снотворные даже не помогают.
Мне просто нужно что-то своровать. Иначе говоря, когда это просто слабость, то да, я допускаю какую-то слабость, но я эту слабость не пытаюсь, во-первых, скрыть от других.
Потому что когда человек становится грешником, то он профессиональным. То есть если он грешит, то один из признаков этого — это то, что он старается всё это очень четко скрыть от других.
Если он понимает, что на самом-то деле мне не нужно скрывать этого от преданных, а наоборот, мне нужно как-то раскрыть это, по крайней мере, каким-то преданным, потому что только они мне могут помочь.
Это один из признаков. Если я делаю это и делаю это, я думаю, что дай-ка я буду это делать тайком, чтобы никто не видел, то это признак негодяя.
А если я делаю это, я иду к кому-то и говорю: «Вот у меня такая слабость, помоги мне как-то, помолись на меня, ну что делать, не могу». Ну вот так вот получается.
Природа она сильнее меня, раджа-гуна сильнее меня, она толкает меня на это. То это уже признак. Это один из признаков, или то место, где грань это может пролегать. И другое
очевидное, совершенно различие между тем и другим, это то, что когда человек совершает невольный грех, то какое чувство он испытывает после этого? Стыд, боль, раскаяние.
Когда человек просто, он вот он уже все продумал, вот сейчас я вот это вот сделаю, а потом я просто вот там вот это, вот это, вот это искуплю, и все у меня будет хорошо, то он совершил грех.
Какое он чувствует, ощущает? Подозрительность? То есть это тоже очевидная совершенно разница между одним и другим когда он делает это и думает, что ничего дурного нет.
Ну даже если это дурное, ну ничего особенного страшного нет. Ну в конце концов, ну мы же все преданные тут. Кришна милостив. Кришна нас простит. Он он тут всегда может к нему пойти. То есть все зависит от менталитета.
Если я делаю это, понимаю, что я не смог, раскаиваюсь, и мне больно из-за этого. Тогда это случайная вещь. И Кришна говорит: «Садhу вайва самантавйа», потому что его решимость направлена в правильном направлении.
А если человек просто как бы не хочет от этого избавляться, и думает, ну что делать, ну бывает, ну ничего. Ничего страшного.
Когда человек какую-нибудь базу под это подводит, объясняет все это, начинает философствовать на этот счет. Примером этого являются, например, люди, которые говорят, что «не убий» — заповедь, она кому относится?
К людям, да, нужно убивать людей. А всех остальных убивать, можно. Че там, че там, «не убий» написано, не убий, ну понятно, что имеется в виду, только людей убивать нельзя. Понятно. Ну понятно, ради Бога.
То есть, все зависит именно от нашего отношения. Если я знаю, что это грех, то и делаю это по слабости своей, раскаюсь в этом, то это не беда. Это ерунда, ничего в этом особенного нет.
Роль духовного учителя в принятии решений
Ну а если я думаю, а, как хорошо, вот предался я, то понятно? Иногда мы вполне решили сделать какой-то следующий шаг в нашей жизни.
Иногда нас продолжают предостерегать, что мы не видим свой уровень, потому что страдать... Существуют ли какие-то основания? Иногда мы полны решимости сделать какой-то шаг в духовной жизни, нас предупреждают, предостерегают, и говорят, не торопись слишком, еще успеешь, никуда от тебя духовная жизнь не убежит.
Есть ли какие-то основания в этих предостережениях? Это может быть не твой уровень еще. Есть. И все очень сильно зависит от мотива, и, собственно, для этого нам нужен духовный учитель.
У духовного учителя мы можем и должны спрашивать, стоит ли мне это делать. Со стороны, потому что иногда виднее, нам очень трудно разобраться в своих собственных мотивах.
Если мы полны решимости это сделать, и мотивы наши при этом правильны, мотивы наши заключаются в том, что я действительно хочу прогрессировать, я готов это сделать, в общем, я хочу это сделать. То это хорошо.
Но иногда мы можем делать тот же самый шаг, движимые завышенным представлением о самих себе — чистолюбием, которое принимает псевдодуховные формы, так сказать. И со стороны это виднее.
И соответственно, поэтому нам, когда мы такой шаг делаем, не нужно слушать всех.
Нам не нужно слушать соседа по лестничной клетке, который говорит: «Не торопись, куда ты, не торопись». Пойдем вместе, тут вот у нас тут хорошо».
Но нам нужно слушать того человека, который заведомо находится выше нас. И так как он выше нас, ему виднее, какими мотивами мы руководствуемся. Нам это может быть сложно понять.
В конце лекции подчеркнули, что слушать локально, слушать чисто... Но как вот порой легко служить преданным, которых я могу, которые тоже идут и оглядываются на признание, как легенды.
Иногда преданные бывают в действительности как друг друга. И трудно с ними служить, правильное настроение к ним культивировать.
Но тем не менее замечаю, что если с утра молит себя тогда душа, сколько воздуха, что рядом преданные не вернут на самом деле, потому что нам надо быть очень осторожным... Ну тут буквально колесо и куча. И через вкус.
Преданные, которые ведут себя как верблюды, они плюются, да? Вот и получается в ответ — колючками как бы так. Это как раз служение верблюду, колючкой питаться, и чувствуешь, что вкус вот исчезает от этой колючки.
Потому что на самом-то деле, и об этом говорит Рупа Госвами в «Нектаре наставлений», он говорит, что даже преданному неофиту — мы можем не служить ему близко, и мы не обязаны его слушать. Даже на самом деле, может быть, хорошо не слушать его, а избегать
слушать его. Но при этом мы не должны оскорблять его, а мы должны оказывать ему почтение, но издалека. На почтительном расстоянии оказывать почтение, чтобы он не понял наше почтение неправильно.
Иначе говоря, совет такой, что чем это плохо, почему вкус уходит? Даже когда мы оскорбляем кого-то, кто не занимает очень высокого уровня.
Потому что, в сущности, оскорбляя его, мы питаем свою собственную оскорбительную природу усиливаем ее и усиливая
эту природу, мы усиливаем какие-то низшие качества свои. Кришне не нравится сразу: гордость и все остальное появляется, вот. Поэтому мы должны относиться и к преданным, и к верблюдам, и к муравьям, и к тиграм, и ко всем живым существам с почтением.
Капила Дев говорит, что если я, если человек говорит, что он служит Богу, но при этом он непочтительно относится к другим живым существам, то это все равно, что человек, который совершает ягию и поливает маслом, поливает он его на пепел, его служение не имеет никакой силы.
И более того, в «Шримад-Бхагаватам» говорится, что человек, который не испытывает уважение к другим живым существам, занимается преданным служением, такой человек никогда не сможет оставить удовлетворение Господу.
Поэтому речь даже не идет о преданных как таковых, а вообще обо всех живых существах. Человек должен очень почтительно относиться к живым существам. И вот это почтение и благоговение поможет ему прогрессировать.
Но для этого одним из советов, которые можно дать, им не нужно служить.
Иногда лучше я понимаю, что я говорю очень опасно весь сейчас, и я понимаю, каким образом это все может быть истолковано и каким последствиям это может привести, но тем не менее, это факт, что иногда, когда человек находится на не очень высоком духовном уровне,
то служение, которое развивает во мне привязанность к нему, еще что-то, о ононо неблаготворно ни для меня, ни для него.
Поэтому Рупа Госвами говорит: «На расстоянии держись от него». Оказывай ему почтение, почитай его. Но не вступай в слишком близкие отношения с ним. Нет смысла, не нужно это, не принесет это ничему хорошему.
Я понимаю, что я ужасную вещь говорю сейчас. Что я буду страдать за это. Сейчас-то мы не говорим об этом, но иногда это на самом деле разумный, на самом деле это здоровый смысл.
С какими людьми нужно держать дистанции и уважать их на расстоянии. Чтобы немножко быть первый, но и можно сразу. Просто чтобы более понятно было, просто если человек оказывается
в такой ситуации, то есть обстоятельства откладывается таким образом, что он не может ему не общаться от действия. По воле обстоятельства. И нанося оскорбление, так или иначе понимаешь,
что это из-за своей гордыни оставляем. То есть это грех еще больше может быть. Нет, чем регулирующее прежде. Близость, физическая близость ничего не значит.
Я могу очень близко общаться с этим преданным, находиться с ним рядом, делать какие-то вещи.
Но при этом я могу установить некую дистанцию между ним и собой - уважительную дистанцию, на которой я буду продолжать его уважать. Именно потому что я не позволю, просто эта дистанция будет держаться.
Это чисто психологический момент. Я могу находиться с ним рядом, я могу с ним общаться очень хорошо, как-то но при этом я не должен позволять этой дистанции сблизиться. Это искусство, но всё преданное служение — искусство.
Если человек действительно какими-то своими качествами вызывает меня на что-то, я просто должен задействовать психологический заслон и не позволять ему сделать такую дистанцию, на которой все эти качества на меня не будут никак влиять.
Вот и все. Иногда это сложно. Я понимаю, что это не всегда возможно, иногда бывают какие-то вещи. Нужно по мере возможности избегать вообще оскорбительного отношения.
А в сущности-то, если я уважаю всех, то это не проблема, я внутри должен его уважать, понимать. Он тоже частица Бога, он тоже он преданный, он стремится к Кришне, и всё. преданный, он стремится к Кришне, и все.
Ну да, у него есть какие-то недостатки. Просто на самом деле это мои собственные недостатки, которые таким образом отзываются на его недостатки. Вот и все. И нужно просто не принимать их в расчет.
Ну, в общем, я не знаю, как тут быть, но. Потому что во всех ситуациях это невозможно сделать. Но мы должны, это факт, мы должны избегать оскорблений преданных.
Если мы кого-то оскорбили или оскорбительно относимся, мы должны попросить прощения. Даже если мы считаем, что мы абсолютно правы.
Тем более, мы должны считаться с этим, Потому что мы уже не правы, потому что у нас есть оскорбление.
Можно ли руководить ответом на вопрос, о том, что осознанное оскорбление или неосознанное оскорбление обычно в таких бытовых ситуациях уйдет, если не уйдет, то есть ты понимаешь, что ты негодяй, ну, как бы гордец, потому что ты сбегаешь от других, но ты раскаиваешься при этом. Но ничего не получается у тебя.
То есть, иначе говоря, ненавижу я кого-то, ну и вот, ну вот я просто неосознанно его оскорбляю. Нет. Нет. Не то что.
Если я раскаиваюсь, если я действительно раскаиваюсь, то я должен подойти и попросить прощения у этого преданного. И потом установить дистанцию, на которую его дурные качества не будут меня вызывать на оскорбления. Вот и все.
Не то, что я там все время раскаиваюсь, раскаиваюсь, раскаиваюсь. И опять его ненавижу, ненавижу, ненавижу. Ну так раскаивайся за то, что начинаешь его ненавидеть еще больше.
Что не говорит о том, что не нужно служить, такому служить, но говорится, что служить младшего. Ну да. Но речь идет о том, что да, естественно, мы все равно ставимся слугами, мы все равно служим. Мы служим по-другому.
Не нужно просто привязываться или сближаться на какую-то дистанцию. Служить мы все равно должны. Это факт. Ладно, все. Спасибо большое.
Всем преданным поклон, ки джай! Шрила Прабхупада ки джай! Шри Шри Нитай Гаура-чандра ки джай!