Шримад-Бхагаватам 6.3.34-35. Суть религий
Бхакти Вигьяна Госвами · Москва · 2001
Главы
Чтение текстов шестой песни Шримад-Бхагаватам
Мы читаем «Шримад-Бхагаватам». Песня шестая, глава 3, тексты 24 и 35. Песня шестая, глава 3, 24 и 35.
Услышав от своего господина рассказ о непревзойденном величии Господа, Его имени, славе и окружении. Ямадуты были поражены. С тех пор они не смеют даже взглянуть на преданных Господу.
Комментарий. После этого случая ямадуты дали зарок не приближаться к преданным. Они знают, что если тронут слугу Господа, им не сдобровать. Текст 35. Перевод. Это сокровенное предание.
Когда я был в его обители в горах Малайя, где он поклонялся Верховной Личности Бога. Так заканчивается комментарий Бхактиведанты к третьей главе шестой песни «Шримад-Бхагаватам», которая называется
«Аджамила спасает Нараяну». Хотя Шрила Прабхупада не очень много говорит по поводу этих стихов, попытаюсь подвести некоторый итог этой главе.
Ямадуты обратились к Ямарадже с вопросом и спросили у него, почему им не удалось забрать душу грешника. Причем не простого грешника, а грешника сильного, большого, блин.
И Ямараджа стал им объяснять суть религии, суть религиозной практики. И он начал с того, что вы считаете меня Верховным Господом. Вы считаете меня Ямой. И яма буквально значит правило. Яма буквально значит закон.
И Ямараджа принят считать тем, кто устанавливает законы, другое его имя Дхармарадж, и в облике Дхармараджа, в его аспекте, в ипостаси Дхармараджа, он является повелителем религии. Он выпускает закон, он говорит, что человек может делать, чего он не может делать, каким правилам он должен следовать, каким правилам, чего он не должен ни в коем случае делать.
И поэтому Ямараджа начал с того, что попытался рассеять эту иллюзию. Он сказал, хотя я выполняю какую-то функцию, но на самом деле, за всем тем, что вы видите, за законом, который исполняют люди, За законом религии, которому должны следовать все остальные люди, стоит некто другой.
Я всего лишь исполнитель. Я всего лишь тот, кто следит за тем, чтобы все эти законы исполнялись. Закон утверждает другой.
И дальше он сказал, что этот другой Верховный Господь не виден. Ни вы не видите его, ни я не вижу его, ни другие полубоги не видят его, несмотря на то, что они целиком находятся в гуне благости, что он невидимый принцип, который стоит за всеми.
И он использовал удивительные сравнения.
Он сказал, что, подобно тому как глаза могут видеть все органы нашего тела, Посмотрев своими глазами, мы можем увидеть руки, ноги, пальцы, даже нос, если очень хорошо сосредоточимся на кончике носа, но никакой другой орган не может видеть глаза. Глаза видят все, но руки не видят глаза. Я могу сколько угодно пытаться увидеть свои глаза руками, ничего не получится.
Ни ногами, ни руками, ничем другим я увидеть глаза не могу. И точно так же Господь, хотя Он видит все, и Он находится в сердце каждого живого существа. Он знает все то, что мы делаем.
Он знает каждое наше движение, каждую нашу мысль, Он знает каждое наше действие и мотивы. Лучше, чем мы сами. Мы сами его не видим.
Это удивительное качество Господа, потому что, так как Он не виден, так как Его невозможно понять, некоторые люди думают, что Его нет. И так как люди думают, что Его нет, они думают, что раз Его нет или раз Он не видим, то мне нет до Него дела.
Что самое удивительное, пожалуй, в этом стихе, который мы читаем сегодня, это то, каким образом ямадуты отреагировали на рассказ Ямараджы. Ямарадж в течение долгого времени распинался перед ними.
Он рассказывал: Господь необычайно велик, Он есть, Он стоит за всем, Он — законодатель, Он делает все, что есть, Он держит всех за веревки. Слава Его безгранична.
Стоит произнести Его святое имя, служение начинается Ему со святого имени. В этом основной закон религии. Он устанавливает религию. И любой, кто произносит его имя, очищается от всех грехов.
И после того, как они услышали такую проповедь, казалось бы, что нужно сделать после того, как услышишь такую проповедь.
Ямадуты должны схватиться за четки и радочно повторять Харе Кришна Харе Кришна, Харе Рама, нет? Ямадуты испугались слегка. Как говорится, веером и я. Они очень удивились этому, что есть кто-то с каким-то таким могуществом.
И дальше пошли заниматься своими делами. Просто решили на всякий случай отныне: единственный вывод, единственный урок, который они извлекли из этого — лучше с этими вайшнавами не связываться больше.
Лучше к ним не подходить и не приближаться, потому что они опасные, потому
Принцип взаимности и действие закона кармы
что их защищает кто-то большой и суровый. Каждый человек, и это очень важный принцип, о котором в сущности стоит немного подольше поговорить, Потому что каждый человек реагирует по-своему. И Господь тоже есть личность.
И Он тоже реагирует в зависимости от того, как реагируем мы. Этот принцип взаимности очень и очень важен. В сущности, Господь откликается взаимностью на наши чувства.
И поэтому Кришна говорит в Бхагавад-гите: «Йе ятха мам прападьянте тамс татхаива бхаджами хама», Он говорит: «Бхактя мам абхиджанати» — постичь Меня, узнать Меня можно только благодаря любви.
Если кто-то не любит Меня, Я никогда не откроюсь ему. Для Меня нет никаких причин для того, чтобы открываться такому человеку. Ямарадж, он установил этот принцип того, что Господь не видит,
то, что Господа невозможно увидеть, невозможно постичь, невозможно понять.
И это факт: до тех пор, пока человек не любит Кришну, до тех пор, пока человек равнодушен к Кришне, до тех пор, пока человеку нет никакого дела до Кришны, то и у Кришны тоже нет никакого дела до него.
Он не раскрывает Себя, он оставляет за собой право не открывать Себя тем, кто по-настоящему не любит Его. Этот принцип взаимности проявлен повсюду, повсюду.
На самом деле, это универсальный закон, закон взаимности, о котором говорит Кришна. Как ко мне относятся люди, так и Я отношусь к ним. В материальном мире, на материальном уровне этот принцип принимает какую форму?
Форму чего? Да. Форму закона кармы. Или, как сказано в Библии, око за око, зуб за зуб. Некоторые люди думают: «Что же это за такая, за жестокая религия там у них, евреев, была?»
На самом деле, это не религия евреев и не религия какого-то определенного народа.
Тот же самый принцип утверждается в Библии, в Коране, тот же самый принцип утверждается во всех остальных священных писаниях — что есть закон взаимности.
И на материальном уровне, если мы не воспринимаем Бога и не хотим воспринимать Бога, то мы будем подчиняться этому закону в форме закона кармы.
Закон кармы действует именно таким образом: так, как ты относишься, что ты делаешь с другим, все это придет к тебе; если ты грешишь, если ты причиняешь другим боль, та же самая боль придет к тебе.
Если ты кому-то сделал больно, если ты о ком-то не позаботился, то потом эта боль придет к тебе, чтобы ты почувствовал на своем опыте, каково было другому, что ты сделал другому человеку.
И многие люди не верят этому, не понимают этого, но потом, когда боль приходит, они начинают говорить: «За что? Почему, что я такого сделал?» —
забыв о том, что они сделали, забыв о том, как они ходили по головам других людей, как они причиняли другим людям боль, как они лишали других людей чего-то.
Но этот закон он совершенно неумолим, этот закон приходит. Последствия и вся боль, которую мы причинили рано или поздно, вернется к нам.
Причем даже не просто та боль, которую мы причинили, а боль, умноженная во много-много раз. Как недавно мне прислали письмо. Он там один преданный спрашивает, он задал вопрос, который сначала меня поставил в тупик.
Он говорит, как же так, в священных писаниях в законе Ману сказано, что если человек убивает корову, то он будет страдать и находиться в аду, столько лет или столько жизней, сколько волос на теле этой коровы.
Но почему ни в одном другом священном Писании этого нет?
Значит ли это, что Бог сознательно обрекает последователей других священных писаний на то, чтобы они там... почему он не говорит там об этом им, почему они едят корову, почему тут это сказано, а там это не сказано.
Я в первый момент, когда я прочитал этот вопрос, я понял, действительно почему? Действительно, почему ни в каком другом священном писании четко об этом не сказано?
Как же так? Эти бедные последователи других священных писаний едят коров Как ни в чем не бывало. В русском языке есть даже такое замечательное выражение. После того как люди выходят из поста, они что делают? Разговляются.
Что значит разговляться? От слова «говядина». Они говядиной из поста выходят. Таким образом, они, так сказать, свой религиозный долг исполнили: попостились немножко. И теперь разговеться нужно.
Но потом я стал думать, действительно ли Господь ничего не говорит об этом? Во-первых, я вспомнил, что у пророка Исаии в Библии говорится, что тот, кто убивает вола, все равно что убивает человека. Там об этом сказано,
что грех это. Во-вторых, в Библии сказано: не убий, потому что любое убийство — это боль, и боль эта рано или поздно вернется. И главное, что в любом священном писании упрощается этот принцип: что посеешь, то и пожнешь.
Что в конце концов, если ты делаешь это, если ты убиваешь кого-то... И да, может быть, там не говорится, не убей того, не убей того, не убей сегодня.
Не перечислены все 8 миллионов 400 тысяч жизней, которые нельзя убивать. Но там дается общий закон. Если ты причиняешь боль кому-то, эта боль вернется к тебе.
Если ты делаешь плохо кому-то, то в конце концов люди сделают плохо тебе, и ты будешь плакать, страдать и причитать, и воздевать руки кверху, и кричать: за что мне, за что мне такое? Но есть этот закон справедливости, и на уровне материального мира этот закон справедливости и принимает форму закона кармы. Но на уровне духовного мира или духовных отношений этот закон принимает форму отношений с Богом.
В зависимости от того, как я отношусь к Богу, таким образом и Бог относится ко мне. Как однажды Господь Чайтанья разговаривал с Мурари Гуптой.
Разговаривая с Мурари Гуптой, вдруг в какой-то момент он пришел в это бхагавад- бхаву, в настроение Господа, в настроение Бога. Мурари Гупта сидел перед ним, и Мурари Гупта знал — он Бог.
И подчиняясь любви своего преданного, подчиняясь этому отношению своего преданного, вдруг Чайтанья, который обычно скрывал то, что он Бог, и притворялся бхактой, преданным, вдруг он вышел из этого состояния.
Он стал кричать. Он стал кричать: Мурари, в каше сидит Пракашананда! Пракашананда засел в этом каше, этот Пракашананда рубит мое тело на куски! Он отрубает у меня руки, ноги, тело.
Он говорит, что у Бога нет тела, что у него нет рук, что у него нет ног, что у него нет глаз, что он не может ходить, что он не может нюхать, что он не может любить. Он изрубил все мое тело на куски!
И Мурари сжался вообще от ужаса. Он подумал: бедный Пракашананда, что он такое делает? Господь Чайтанья сказал: так как он это делает со мной, так как он отрубает у меня члены, я наслав на него проказу.
И проказа съедает его тело, и его члены тоже начнут скоро отпадать. То, что он делает со мной, я делаю с ним. И Мурари Гупта обомлел. Господь Чайтанья сказал: так будет с каждым, кто оскорбляет меня
и говорит, что моя виграха, моя форма нереальна. В моей форме находятся тысячи и миллионы и миллиарды вселенных — в моем облике, в моей форме, в моей виграхе. Но это всего лишь проявление того же самого закона взаимности.
В зависимости от того, как я отношусь к Богу, как я понимаю Бога, как я люблю Бога, Бог будет представать передо мной в том же самом облике. Как есть много людей, которые имели мистический опыт.
Люди в западной какой-то традиции или в христианской традиции, которые молились Богу. И Бог представал перед ним в каком-то определенном образе.
Есть много людей в Индии, которые тоже молились Кришне, и Кришна представал перед ними. Но все видели Кришну по-своему. Каждому Кришна приходил по-разному, так. К одним он приходил так, к другим приходил так.
И люди со стороны, атеисты, смотрят на это, на то, что разные люди поклоняются Богу, и что Бог предстает якобы перед ними, но какой-то он разный все время: сегодня один, завтра другой, пока иногда: нет никакого Бога, придумали себе что-то. Но на самом деле это тот же самый принцип: как я отношусь к Богу, каким я хочу увидеть его, таким Он и придет ко мне.
Это очень важный философский момент, который человек должен понять. Если я равнодушно отношусь к Богу, то Бог будет равнодушен ко мне.
История Валлабхачарьи и поисках Бога
Если я хочу увидеть Бога, то Бог в конце концов придет ко мне. Как в жизни Валлабхачарьи был случай. Валлабхачарья — это основатель одной сампрадаи, продолжатель Вишнусвами. Сампрадаи Вишнусвами, и у него во
время одного из его паломничеств он три раза обошел всю Индию, все святые места Индии. И во время одного из паломничеств он остановился в ашраме Куундили Риши.
И Куундили Риши — это святое место где-то в Гималаях, там недалеко, не так далеко от Вриндавана на самом деле, между Вриндаваном и Курукшетрой и Гималаями. И в этом ашраме Валлабхачарья остановился, и он заснул.
И Куундили Риши... Куундили Риши, это тот, там в этом ашраме Вишнусвами, его предшественник, получил просветление. Он получил даршан Кришны.
И Куундили Риши пришел во сне к Валлабхачарье, и Куундили Риши стал ему говорить: «Ты хочешь найти Бога, ты ищешь Бога повсюду, ты обошел все святые места, ты ждешь его, хочешь его обрести, сейчас я раскрою тебе секрет,
каким образом Бога можно найти?» И он стал рассказывать ему другую историю. Он сказал, что мы все поклоняемся Сандилье Риши.
Сандилия Риши — это великий Риши древности, который написал «Сандилья- бхакти-сутры», сутры, в которых изложена философия бхакти.
И он говорит, что Сандилия Риши в свое время находился у подножия Говардхана. И у подножия Говардхана он искал Кришну, он молился Кришне, повторял его святые имена и говорил: «Кришна, явись передо мной, явись, явись, явись».
И в какой-то момент в результате этих суровых аскез, которые совершил Сандилия Риши, Лалита-деви пришла к нему. Лалита-деви сказала ему: «Ты ищешь Кришну. Я скажу тебе, как его найти. Есть только один способ найти его».
Все время слушай ты внимательно способ или садхану, которую Лалита-деви дала Сандилье Риши, в результате чего он написал «Бхакти-сутры» и в результате чего сам Кришна предстал перед ним.
Прежде всего, она сказала: «Ты должен каждый день говорить себе: "Я слуга Бога. Пурушоттама — самый великий. Нет никого более великого, чем Он. Ни одно священное писание не знает его.
На самом деле ни в одном священном писании человек не может раскрыть Бога.
Единственное, что я должен все время себе говорить: "Я Его слуга. Даже если я не вижу Его, даже если я не знаю Его, даже если Он не приходит ко мне, я все равно должен служить Ему. Это моя обязанность".
И мир этот со всеми его удовольствиями, со всеми его радостями, со всем его счастьем, все это счастье материальное, оно не стоит ломаного гроша. Потому что человек получает на какое-то время счастье.
Но получив счастье, он только получает боли. Любое материальное счастье оканчивается горем. Шрила Прабхупада говорит: каждый день ты должен упоминать себе об этом. Я слуга Бога.
Материальное счастье не существует, материальное счастье оканчивается горем и ничем другим. И дальше ты должен говорить себе: где Ты? Приди ко мне, иди сюда, я хочу увидеть Тебя, иди ко мне.
Ты должен постоянно искать Его, и ты должен в какой-то момент почувствовать реальную разлуку с Богом.
Чувство разлуки как основа духовной практики
На самом деле в этом суть нашей практики, наша практика заключается в том, чтобы почувствовать разлуку с Кришной. Разлука с Кришной — это наша садхана.
Как Господ Чайтанья объясняет садхану, объясняет то, что должен делать преданный, каким образом Он должен, в каком состоянии он должен быть в своей садхане. И в зависимости от уровня человека, в зависимости от того, на каком уровне находится он, его садханы разные.
На первом уровне, на уровне шраддхи он просто верит и он помнит о силе святого имени. На втором уровне он повторяет святые имена и думает: ну что ж так скучно-то, Господи, Боже. Дурдаевом, Идрисам Иханамга.
У меня нет никакой привязанности к этим святым именам: «Горе к Кришне, Горе, Кришне, Кришну, Кришну», почему? Потому что я совершил апарадхи. Дурдаевом, потому что я оскорбляю, потому что анартхи есть в моем сердце.
Дальше на следующем уровне его практика — это три надописывание чина человек старается быть смиреннее и терпеливее дерева, смирение и травинки, он старается оказывать уважение каждому на каждом этапе, который внутри проходит человек, у него есть определенная садхана, каждый из этих стихов описывает садхану человека.
Он говорит, что в какой-то момент, когда бхава, когда любовь к Кришне войдет в ваше сердце или начнет входить, в этот момент вашей садханой должны быть югай там нимешана, чаксуша праВришьяи там, шуньяи там джагат сарвам, говинда вирахена ме. Вашей садханой должно стать это переживание разлуки с Кришной, что итог повторения святого имени заключается в том, что вы начинаете ощущать Кришну как личность, и что я по- что меня оставил, как мне Бхакти Сиддханта Сарасвати дал однажды христианскую молитву, так очень хорошую, один христианский святой постоянно повторял ее.
И эта молитва, она записана. Это была его практика, его садана.
И его практика, его садхана, его молитва была в том: скучает душа моя, Господи, без Тебя. Покинул меня, скучает душа, скучно мне. Ничто меня не развлекает, телевизор меня не развлекает, другие удовольствия меня не развлекают
в этом мире, скучно мне без тебя — это та садхана, которая в конце концов позволяет человеку получить даршан Кришны, что в зависимости от силы нашей любви и в зависимости от того, насколько мы мы любим Его, каким Его, каким мы любим Его, каким мы хотим Его увидеть перед собой, таким Он и явится перед нами.
Как в Падьявале описано Лила, знаменитая, о том, как Кришна однажды решил с гопи поиграть в прятки. Кришна решил спрятаться на самом деле Кришна играет в прятки не только с Гопи. Он играет в прятки со всеми нами.
Мы, все обусловленные души, играем с Кришной в прятки. Мы прячемся от него тут, а он прячется от нас. И он очень хорошо спрятался, так хорошо, что мы его никак найти не можем. И даже уже махнули рукой на это, перестали его искать.
А мы тоже думаем, что мы хорошо от него спрятались. Мы тут закрылись от него всеми этими своими приспособлениями, разными машинами, городами, квартирами, домами.
И однажды Кришна решил поиграть с гопи в прятки. Но потом он стал думать: какие шансы у меня есть, чтобы Гопи меня не нашли? Гопи они так меня любят, меня так ищут. Никогда я не смогу от них скрыться.
И подумал: кроме того, от меня исходит такой сильный запах, от меня исходит этот запах, аромат агуру — это запах камфоры, сандала, еще чего-то смешанный вместе, особый, ни с чем не сравнимый аромат.
Потом, даже если я в каких-нибудь кустах вриндаванских спрячусь, они по запаху меня найдут. Как я обнаружу, где я тут спрячусь? И тогда Кришна решил спрятаться за своей айшварьей, за занавесом, за пеленой своего величия.
И он притворился Нараяной. Подумал, дай-ка я спрячусь.
Нараяна он так же пахнет, как я, поэтому соответственно, я предстану в этой величественной, в великой, четырехрукой форме, у меня тут будет лотос, диск, я буду сидеть тут, и гопи будут прибегать.
Если они будут прибегать, я скажу: «Хотите, благословлю?», а там благословение ему удалось спрятаться, он принял этот четырехрукий облик. Гопи в
поисках, как сумасшедшие, искали его повсюду, кричали: «Кришна, Кришна, где ты, где ты?» — и добежали до Нараяны, посмотрели на него. Нараяна какой-то сидит. Эй, Нараяна! Где Кришна? Ты Кришну не видел? Не, не видел.
Не знаю, где Кришна. Хотите благословение? Не, не благословляй. Нам некогда благословение от тебя получать, нам нужно Кришну найти, побежали дальше.
Но когда Шримати Радхарани прибежала туда, они все искали Кришну, когда она прибежала туда, она увидела Нараяну, Кришна все время прятался за этой своей айшварьей. Но она посмотрела, желание увидеть Кришну, а не Нараяну какого-то там с четырьмя руками, было таким сильным, что Кришна не мог сдержаться. Две руки точно отпали у него. У него осталось только две руки.
Палец выпал у него, непонятно куда покатилось, и откуда ни возьмись, флейта оказалась у него в руках. И Радха закричал: «Я его нашла, нашла, нашла!» Вот он, тут.
Суть в том, что в зависимости от того, насколько сильна моя моё желание найти Кришну, насколько сильно мое желание Кришну увидеть, ровно настолько же Кришна будет откликаться на это желание.
Если мы заглянем вглубь своего сердца, мы поймём, что, собственно, нам не очень Кришна хочется. Ну, где-то там чуть-чуть хочется, да, но в сущности нам хочется чего-то другого.
Особенности учения и миссии Господа Чайтаньи
Но садхана, которую дал нам Господь Чайтанья, садхана повторение святого имени, в конце концов предназначена для того, чтобы пробудить в нашем сердце это желание.
Разные религии дают разную интенсивность желания увидеть Бога.
Если мы посмотрим различные формы религии или различные религиозные пути, то мы увидим, что разница между этими религиозными путями заключается в том, что сила желания, которую они пытаются вложить в своих последователей, увидеть Бога, постичь Бога таким, как Он есть, не таким, как Он мне нужен, не таким, как Он мне хочется, а таким, как Он есть,
реальным Кришны. Сила желания этого разная. И безусловно, самое бесконечное желание, которое есть только
в любой религиозной традиции, если мы сравним все остальные религиозные традиции, заложена в традиции Господа Чайтаньи.
Сачи-сута пришел сюда для того, чтобы самому это желание продемонстрировать, желание увидеть Кришну, и для того, чтобы так
или иначе это желание, или хотя бы искру этого желания, маленькую искорку этого желания вложить в наши сердца, чтобы в нашем сердце появилось это желание. Я не хочу ничего другого.
Надханам дханам на сундарим кавитам баджагадиса камае, мама джанмани джаджанманишвари, я не хочу даже освобождения от страдания этого мира. Я не хочу даже в рай. Я не хочу даже в духовный мир.
Единственное, чего я хочу — бхагават-бхакти, ахайтуки бхакти. Я хочу только бхагават-бхакти, ахайтуки, беспричинного, бескорыстного преданного служения.
Ничего другого меня не удовлетворит, ничем другим больше ты меня не купишь.
Это то, что пришел дать нам Господь Чайтанья Сачисута. Это та практика, которую Он пришел нам дать, и то, что мы не должны сами менять ни на что другое.
Сам Господь Чайтанья тоже откликается взаимностью, взаимностью на любовь своих преданных, как есть много историй, которые подчеркивают это или иллюстрируют, как тот же самый Мурари Гупта.
Однажды Мурари Гупта, когда он вернулся от Господа Чайтаньи, он шел пьяный от любви. Только что общался с Чайтаньей и с Нитьянандой.
Сейчас вот у нас Сатисута и Даял Нитай убежали куда-то, Сатья, спрятались от нас на время. Но Мурали Гупта он с ними, со всеми, находился вместе. И когда он был с ними, они шутили, и
любовь, которая была у него, она ни с чем не сравнима. Он шел однажды, пьяный от этой любви. И он нес в своем сердце Нитьянанду Прабху и Чайтанью. Ничего другого в его сердце не было, никакого другого желания.
Он пришел к себе домой, пьяный от этой бхавы. Он закричал жене своей: «Эй, жена, прасада хочу, корми меня!» На самом деле, когда он закричал «прасада хочу», он имел в виду что? Чего он хочет? Милости я хочу. Милости хочу.
И жена его поняла. Она знала, что он великий преданный. Она поняла эту бхаву, в которой он был. И она тоже заразилась этой любовью. Она побежала на кухню, принесла ему риса, принесла ему ги, топленого масла.
Мурали Гупта стал хватать этот рис пригоршнями, наливать в него топленое масло, щедро, смеяться и говорить: «А! Кришна! Ес, Кришна! Ес! Потом швырять этот рис, брать новую пригоршню и опять: «Кришна! Эй, Кришна, ешь!»
Жена его смотрела сначала с удивлением, потом стала хохотать: ее муж, так сказать, поливает все топленым маслом. «Эй, ешь!» Швыряет куда-то. Он так целый котел расшвырял, представляете.
Сам он не съел ни зернышки, он только Кришну кормил. И потом он вышел из этого состояния, немножко успокоился, пришел в себя. На следующее утро, когда он встал, вдруг раздался стук в дверь. К нему ворвался Господь Чайтанья.
Господь Чайтанья сказал: «Эй, Мурали Гупта, лечи меня». Мурали Гупта же врач. «Так от чего тебя лечить, мой Господь?» Как от чего? «От несварения». «Господь мой, почему у тебя несварение случилось?»
«Мурали Гупта, и ты еще спрашиваешь меня об этом? Столько ги ты налил вчера в этот рис! Если человек съест столько гхи, что с ним будет? Ну-ка, излечи меня от несварения. Я съел весь тот рис, который ты швырял куда-то.
А Мурари Гупта — он делал это без памяти. Он не помнил об этом, он находился в этом состоянии бхавы, ему не до этого было. И тут он вспомнил, как он Кришну кормил: «Ешь, Кришна!»
Господь Чайтанья прибежал к нему и сказал: «Ну вот до сих пор не могу переварить, хочешь...» Переваривал. Не сварилось, ничего. «Чем тебя вылечить, мой Господь? Я слышал, что от несварения помогает вода».
Отхватил стакан, из которого пил Мурари Гупта, и стал пить. Выпил его и сказал: «Ну, спасибо большое.
Та вода, которая хранилась в твоем стакане, она смогла излечить меня, потому что эта вода заряжена твоей чистой любовью. От твоей чистой любви у меня случилось несварение, я ответил взаимностью на твое желание меня накормить. От твоей чистой любви излечился благодаря этому».
Кто может все это понять? Понять это невозможно. Почему Господь действует именно таким образом? Почему Он поступает таким образом?
Беспричинная милость и проявление любви Господа
Но ответ простой: ответ заключается в том, что если мы хотим, Господь приходит в этом облике, обычном облике простого человека, и Он ведет себя как обычный человек, но Он ведет себя для того, чтобы показать, что такое настоящая любовь.
Я хотел рассказать несколько слов еще в связи со всем этим. всем этим. Каким образом Сарвабхаума Бхаттачарья учит нас тому же самому? Господь приходит сюда, в облике Господа Чайтаньи, и что самое удивительное —
что делает Господь Чайтанья? Господь Чайтанья не разбирает годных и негодных, Он дает самое высшее самым недостойным людям, Он дает самую удивительную, самую высокую любовь, самую чистую любовь — самым недостойным.
И кто-то может спросить, как это так?
Соответствует ли это этому самому закону, о котором говорит Господь Кришна: «Бхагавад-гита»? Йеха мам прападйанте тāм̇с татхаива бхаджам̇х ахам. Я к Мампрадя, тебя обстатами, боджамихам. Как ко мне, кто относится, так и я отношусь.
Давайте сейчас попытаемся ответить на этот вопрос: каким образом, почему Господь Чайтанья ведет себя так? Ну, во-первых, потому что Он Бог, и Бог не должен следовать никаким законам.
Но с другой стороны, мы знаем, что Бог, приходя сюда, сам следует законам, подчиняется законам. Он сам принимает законы, правила игры этого мира, который он сам установил. Есть один любопытный случай.
Бхактисиддханта Сарасвати был очень хорошим астрологом, и он знал все эти тонкие астрологические правила, которые мало кто знает.
И по одному из таких правил, если человек посмотрит на Луну в четвертый день убывающей Луны, в четвертый день после Пурнимы, завтра как раз будет Пурнима, если кто-то увидит Луну на небе, убывающую, в четвертый день после Пурнима, то на него свалится потеря репутации.
Он потеряет, его будет бесчестить, его клевесит, он лишится своей репутации.
Поэтому Бхактисиддханта Сарасвати не велел своим ученикам ни в коем случае. Сам он никогда не смотрел в четвертый день убывающей Луны на небо и, соответственно, своим ученикам не велел это делать.
И подтверждение этого он сказал удивительную историю. Он сказал, что однажды Кришна неосторожно посмотрел на Луну в четвертый день убывающей Луны, в четвертый день после Пурнимы. Что случилось с Кришной?
Как вы думаете после этого? Про Кришну стали распускать слухи, что это он украл драгоценный камень Сямантака. Сатраджит стал говорить: мой брат пошел с этим камнем и брат не вернулся. И Кришна до этого меня попросил.
Наверное, Он его украл у него или убил моего брата. И люди стали шептаться, что самое удивительное, во всех других ситуациях, когда какие-то дурные слухи
распускались о Кришне, это его подданные, люди, живущие во Двараке. Но тут люди из Двараки поверили в это, и все знаете, Кришна... ...потерял репутацию. Всё потому что Кришна в четвертый день... ...увидел Луну.
И так что не смотрите, пожалуйста. Но смысл в том, что Кришна приходит, и когда он приходит в этот мир, он следует законам этого мира. Он как бы следует законам этого мира.
И тем не менее, когда он приходит в образе Господа Чайтаньи, на первый взгляд он нарушает эти законы, на первый взгляд он дает что-то людям, которые абсолютно недостойны, иногда мы думаем, а, собственно, какие у меня достоинства, какие у меня заслуги.
Мы вспоминаем стих из третьей песни Шримад-Бхагаватам, где Девахути говорит, что тот, кто постоянно повторяет святое имя, тот совершил все жертвоприношения, обошел все святые места, совершил все аскезы.
Начинаем думать, наверное, я совершу все жертвоприношение. Ну, как-то не верится в друг. Как-то смотришь себе в сердце. Как-то не видишь всех этих заслуг благих.
На самом деле, это беспричинная милость Господа Чайтаньи, которая не имеет под собой никаких границ и никаких пределов.
И он приходит сюда именно для того, чтобы эту беспричинную милость применить, ахайтуки, ахайтуки, беспричинную милость. И как ачарьи объясняют источник этой беспричинной милости.
Источник этой беспричинной милости заключается в том, что некогда Кришна не смог исполнить этот свой закон, закон взаимности, что когда во время
танца до определенного момента все было нормально, до определенного момента Кришна подумал: «Дай-ка я проверю любовь этих пастушек, насколько она сильная». Поэтому ночью полнолуние, Шарат-пурнима, который будет скоро,
мы приближаемся к этому знаменательному событию, Кришна встал под вамшиват, заиграл на своей флейте. Они прибежали к нему, о сломя голову, бросили все, не думая ни о чем.
Кришна стал говорить: «Чего прибежали, зачем вам это нужно?» Потом подумал, он испытал
и подумал, что да, нужно ответить им взаимностью, на это нужно станцевать им танец, и он ответил взаимностью. Каждой из них Кришна танцевал, он находился
рядом с каждой из гопий, каждая гопи была на верху блаженства, каждая гопи находилась рядом с ним.
Но в какой-то момент Кришна подумал: «Дай-ка я теперь сброшу их, дай-ка я отвернусь от них, дай-ка вдруг ни с того, ни с сего я уйду оттуда». И посмотрю, что они будут делать.
Посмотрю, как они будут меня проклинать, как они будут говорить.
Потому что, ну, по взаимности, по закону взаимности, если вдруг после такой любви, после таких жертв вдруг Кришна отворачивается, бросает, так то мы волей-неволей начинаем обижаться на него.
Подумал: «Дай-ка я посмотрю, как они будут реагировать на это». И он увидел это. Он спрятался, и он видел, что делали гопи, и что они говорили. Никого лучше тебя нету.
Ты бросил нас, ты жестокий, но все равно мы любим только тебя и никого другого. И никого более прекрасного, чем ты, нет. Нет никого более милосердного, чем ты. И одно твое святое имя может рассеять страдания.
Одни рассказы о тебе могут сделать человека полностью счастливым. Гопи седали, они прославляли его. Кришна понял, что их любовь такова, что он не может ответить взаимностью на их любовь. Что Его уже не хватает на это.
Что то, что они сделали, — на это он не способен. Что их любовь более велика, чем он сам, чем то, что он может дать со своей стороны.
И поэтому, когда он понял, что их любовь превзошла все, что только можно, он пришел в облике Господа Чайтаньи, пришел для того, чтобы почувствовать, что чувствуют они, как их любовь превосходит все остальное, приходит сюда, чтобы совершенно даром, бесплатно раздавать ту же самую любовь. Как мы говорили о том, тут я скажу буквально несколько слов еще об этом баджине, который мы поймем. Здесь еще
одну, пожалуй, я расскажу историю про то, как Господь Чайтанья приходит и что Он делает.
Здесь говорится: Харибхакти парам, Харидамадарам, Хараджапи харам, Харинама харамам, когда Господь поглощен святым именем, Айнама парам, и Кара-джапи харам. Рука его постоянно держится за четки.
И Наянес ататам пранаям-судхарам. И он плачет постоянно, слезы его, из глаз его текут слезы разлуки с Кришной. Как мы уже говорили, это та практика или та садхана, которую Господь принес сюда.
Как мы, некоторые люди думают, что нашей садханой должна быть встреча с Кришной, что мы должны практиковать встречу с Кришной. Но к чему приходит, приведет именно вот эта практика встречи с Кришной?
Что состояние или ощущение встречи с Крисной должно быть в нашем внутреннем состоянии. К чему это приведет? К чему? Вираха. Вираха, да. Вираха.
Преодоление страданий через помнение о Боге
Господь Чайтанья дал нам именно эту садхану, садхану, випраламбха-севу, садхану разлуки. Поэтому вы говорите, что пранаям-судхарам, на глазах у него всегда стоят слезы. Это то, как человек должен повторять святое имя.
Не просто так, не просто механически, а именно со слезами на глазах, где же ты, куда ты меня оставил?
В сущности, эта мантра, которую мы повторяем, это мантра разлуки с Кришной. И мы пытаемся утешить боль разлуки, повторяя эту мантру. Она мало чем отличается от этой христианской молитвы, о которой я говорил.
Куда ты меня оставил? Скучно мне без тебя, скучает душа моя, Господи, без тебя. И Господь Чайтанья приходит для того, чтобы забрать у нас страдания.
Джагат-тапа харам. Харам буквально значит, что он ворует страдания. Он забирает страдания у людей этого мира. Каким образом он забирает страдания у людей этого мира?
Каким образом он избавляет людей от страданий, как по-вашему? Каким образом он вас избавил от страданий? Каким образом можно избавиться от страданий вообще?
Значит ли это, что отныне мы не страдаем, что у нас нет болезни, что мы не чувствуем боли? Каким образом можно избавиться от страданий? Забыв о них. Совершенно верно. Забыв о них.
Господь Чайтанья дает нам нечто, на чем мы можем сосредоточиться, чтобы забыть об всем остальном. Чем больше мы сосредоточимся на самих себе, тем больше мы страдаем. Наши страдания... Мы забываем о том, что чем
больше мы думаем о себе, стоит нам подумать о себе, сосредоточиться на своем теле, как мы страдаем очень сильно. Как, например, кто-то мне рассказывал... А, да, Оними-прабху мне рассказывал,
что целое лето я гулял и пел святое имя, у нас была программа, и мы проповедовали там пляжникам, которые в купальниках там в Сочи сидят, и мы пели перед ними. И все лето я не болел.
Потом стоило этой программе прекратиться, как сразу вдруг одна болезнь за другой напали на меня. Почему так? Спросил он меня. Как по-вашему, почему так?
Все болезни были, все страдания были, просто мы не помнили об этом, мы забыли об этом. Но стоит нам вспомнить об этом, стоит нам строго сосредоточиться на этом, как все страдания снова приходят.
Господь Чайтанья дает высшую цель. Если человек помнит эту высшую цель, он может забыть обо всем остальном. Он забывает обо всем низшем, забывает обо всех своих страданиях.
Когда я сосредоточен на этом, я могу не помнить ни о чем другом, и болезни отступают — это самый лучший способ избавиться, излечиться от всех остальных болезней.
И Господь Чайтанья дальше излечивает. Каким образом? Он дает привязанность к себе, каким образом он дает человеку возможность забыть обо всех страданиях.
Говорится, что у Господа Чайтаньи есть два оружия, какие-то два оружия, которыми завоевывает нас Господь Чайтанья. Сундара-рупа. Первое — это его красота.
И поэтому, соответственно, следующий куплет говорит об этой сундара-рупе. Прийя-чару-тарам. Для тех, кто любит его, нет никого прекраснее, нет никого более удивительного, чем Господь Чайтанья.
Любой человек, который видит его, который чувствует его, который получил его даршан, — бхакти, преданность Ему, любовь к Нему сама собой пробуждается в его сердце. Ниджа-бхакти-харам.
Он вызывает бхакти просто своим присутствием и прийя-чару-тарам. Нет никого прекраснее его. И надха-натхана нагара-раджа-кулам. Он нагара-раджа. Нагара буквально значит... Что значит нагара?
Нагара — любовник, прекрасный знаток любовной науки. Кришна. И он нагара-раджа. Он царь всех любовников, царь всех возлюбленных. Натанартана.
И когда Он танцует, когда Господь Чайтанья танцует, Он танцует не просто, Он танцует, как кто? Как этот Нагара-раджа, царь всех возлюбленных. Любовь, она пронизывает Его танцы, когда мы танцуем, то
мы непонятно как танцуем. Но в Нем сама любовь живет, и сама любовь, сама према танцует в Нем. Почему Господь Чайтанья танцует? Как по-вашему? Может Он не танцевать?
Нет, Он не может не танцевать, потому что према всегда танцует. Говорится, что према — это учитель танцев. Кришнадас Кавираджа в «Чайтанья-чаритамрите» говорит, что према — это учитель танцев.
Под её дудку танцует Господь Чайтанья. Под её дудку танцует Кришна. Когда эта према живет, жизненный воздух в нашем теле или жизненная энергия, она имеет свои собственные законы.
Как, например, говорится, что когда старший входит в комнату, то прана, которая есть в нашем теле, она сама в этот момент поднимается.
И если мы не поднимаемся, если мы при этом продолжаем сидеть, а прана у нас поднялась, то что происходит? происходит? Сокращается. Да, болезнь. Наша жизнь сокращается.
Человек начинает болеть, потому что прана сама заставляет нас подниматься. Вы чувствовали это когда-нибудь, когда кто входит, кто-то нам хочется подняться? Потому что прана сама реагирует на это, прана действует сама.
И точно так же, когда према живет в сердце человека, прана сама танцует.
Как Сарвабхаума Бхаттачарья сказал: «Я его научу веданте, я отучу его танцевать». Когда Прабхананда услышал, он сказал: «Ты преступник, его невозможно отучить танцевать, потому что сама жизненная энергия постоянно так танцует в его теле». Любовь, которая бьет через край, она постоянно движется в нем. Это вызывает движение.
Так мы, на нас есть это тело, это тело свалилось на нас, придавило нас. Я очень хорошо помню одну лекцию, Адапья Пурандара дал где-то на Сухарево. Он там рассказывал, каким образом человек утром поднимается со сна.
Душа говорит, маленькая-маленькая, неужели такое большое навалилось-то? Это маленькое хочет встать. Это большое его придавило. Это маленькое пытается встать. Эта большая гора лежит.
Это большое, тяжелое, неповоротливое, материальное задавливает нас, и мы лежим, периодически порываемся встать, но никак не можем. Кришна нас зовет, говорит, проснитесь, станьтесь, просьте себя с собой, тряхните того.
И точно так же на киртане, когда этот прямо киртан, Господа Чайтаньи идет, когда ведут звуки святого имени. И у нас где-то там душа пытается чуть-чуть потанцевать, но большое тело говорит стой на месте. Не шевелись.
Руки поднимают, думаю, как тяжело, ну что-то скорее пусти. И ноги не движутся.
Но когда в теле не осталось этой тамо-гуны, когда эта прана живет в такт с нашей душой, она прямо движет нашим телом, то тело само танцует, песни сами поют. Это то, о чем говорит.
И дальше «кула-камини-манасах-ласья-карам». Это очень интересно, этот стих имеет, страха имеет много смысла. Ласья-карам буквально значит, он заставляет танцевать. Что ум? Чей ум? Кула-камини.
Камини буквально значит молодая, красивая, привлекательная девушка. Но камини также означает вожделение, которое живет в нашем уме.
И когда этот танец Господа, Чайтаньи, прямо киртан идет, то тогда наше вожделение, которое живет в нашем уме, оно что делает? Оно к этому танцу присоединяется.
Оно забывает обо всем остальном, он заставляет танцевать наше так, что вожделение уходит из нашего сознания, для вожделения не остается места, но потому что некоторые переводят этот стих как там молодые девушки видят и как он танцует, и тоже начинают танцевать.
Это факт. Молодые девушки, когда видят, как Господь Чайтанья танцует, тоже начинают танцевать. Но кто-то может сказать, что он танцует, чтобы привлечь к себе молодых девушек. Такая картина идет, кто танцует?
Все девушки вокруг него танцуют.
Нет, смысл в том, что кула-камини — это кула-камини. Семья этих молодых девушек, которая в нашем уме живет, она начинает танцевать в такт с этой праной, и вожделение уходит из нашего сердца.
И какое второе оружие, которое использует Господь Чайтанья, помимо своей сундара-рупы? То есть третий стих описывает садхану, которую принес Господь Чайтанья. Четвертый стих описывает, каким образом Господь Чайтанья избавляет от страданий, от мук людей этого мира.
И пятый стих, пятый и шестой стих описывают два оружия, каким образом он эту миссию исполняет. Пятый описывает его красоту и эффект этой красоты и любви. А шестой стих описывает что? Настроение. Нет. Настроение семьи.
Какое у него второе оружие, помимо сундара-рупы, которым он пленяет живые сердца? Нет. Что он еще делал? Что в шестом стихе написано?
Каратала играть так. Каратала-вадам, кала-канта-равам. Что такое кала-канта-равам? Нежный голос рвется у него из горла. Канта значит горло.
Кала-канта-равам, мрига-мада-су-вилепам каи-стон делает, он играет на своей вине. И песня льется сама у него. Каратала-вадам так. Кто-то может спросить, как это так?
Он одновременно на караталах и на вине играет. Суть в том, что другое оружие — это его пение, голос его пения или киртан, который он вложил, эти звуки киртана, которые он вложил, которые продолжаются по нашей парампоре.
Все то, что мы делаем, на самом деле, мы продолжаем эту парампору Господа Чайтаньи. И как мне рассказывал Пурнима Прабху, как он стал преданным?
Он стал преданным, потому что он услышал, как поет чистый преданный, он услышал звук этого прекрасного киртана. В этом звуке все было так. Он стал плакать от этого.
И как мне тоже один преданный говорит, что его сын маленький, его сыну 2 года.
И когда он слышит, как Джаянда Мохан поет, неважно где, что он поет, он сразу рыдать начинает. Потому что в этом пении вся любовь, вся према вложена в это, и все остальное забывается.
Таким образом, Господь Чайтанья исполняет свою миссию. Он дает нам это пение, Он дает нам прему, Он дает свою красоту, Он принес все это.
И с помощью этого Он отплачивает свой долг, Он бесплатно раздает самое дорогое. Теперь только от нас зависит, возьмем мы это или не возьмем, примем мы это или не примем, вложим мы это в свое сердце или нет.
Нет ничего прекраснее этого, нет ничего прекраснее, чем движение Господа Чайтаньи. От нас только зависит. Взять это, забыть обо всем остальном.
И поэтому в последнем куплете: арунам-наянам чаранам васанам вадананджа-калити-сва-канам харам хум-дутесу расам джагатам джагатад-дживанам. Что говорит в последнем куплете Сарвабхаума Бхаттачарья, песни удивительные?
В седьмом куплете он описывает причины, по которым Господь Чайтанья пришел. Но я уже не буду говорить, там слишком поздно, но последний, восьмой — что он говорит в восьмом куплете?
Арунам-наянам чаранам васанам. Да, а еще что цвета зари. Стопы. Столпы, а еще что? Одежды. Все цветозари. Что он имеет в виду? Что он хочет сказать?
Джагатабдзиванам Курудесу Расам, с кем он сравнивает Господа Чайтанью: с восходящим солнцем, что солнце, Господа Чайтанью взошло, и солнце Господа Чайтаньи пропитало с собой всю вселенную, что Его красные глаза, Его розовые стопы, Его розовые одежды, все это цвет восходящего солнца, пришел с этим цветом для того, чтобы наполнить жизнью скучную, засохшую без него Вселенную.
Сурасам он дал сок жизни во всей Вселенной. Если бы не он, все было бы скучно. Представьте себе на минутку, что мы бы так или иначе не знали ничего о Господе Чайтанье. Как бы нам было скучно. Было бы нам скучно или не так.
Просто смотреть телевизор каждый день. Каждый день. Что может быть скучнее?
Господь Чайтанья пришел для того, чтобы нас от этой скуки спасти, для того чтобы сурасам этот удивительный сок жизни внести во Вселенную, как солнце, когда оно восходит, скука уходит, сон уходит, все остальное уходит, все освещает этим солнцем.
Это Шачисута, который пришел к нам сюда, в эту мрачную промозглую Москву, где нету никакого солнца, он осветил по крайней мере нашей жизни своим светом. И нам нужно держаться во все это.
Поклонение Бала-Кришне в традиции Валлабхачарьи
Я прошу прощения за то, что я так долго вас держал. Всего по большому счету, просто Шри Валлабхачарья, Шри Валлабхачарья стал, пришел к Говардхану. И на Говардхане он стал практиковать это. Кришна явился ему.
И Кришна дал ему мантру: Кришна шаранам мама, Кришна — мое прибежище.
И Кришна дал ему помимо мантры, Он сказал ему: ты должен основать свою сампрадаю, пушти-марг. И в этой сампрадае ты должен дать поклонение Бала Кришне, маленькому Кришне. И Валлабхачарья, хотя сам он находился и культивировал вот это вот отношение, он, по нашим представлениям, он получил инициацию у Гададхары Пандита. И сам он находился в мадхурья-расе, мадхурья-расу практиковал, но он дал своим последователям именно эту более доступную расу — расу родительской любви к Кришне.
И они повторяют «Шри Кришна шаранам мама», относятся к Кришне как к своему ребенку. Пушти-марга, пушти буквально значит питание. Как к ребенку все время питают, так есть детское питание специальное. И я был в главном храме этой сампрадаи в Натхдваре, и там такой пухленький Кришна, держит холм Говардхан. Это значит, что и Кришна Шаранам Мама. Шаранам значит, Кришна Май придерживается.
Этот Кришна, хотя он маленький, пухленький, но поднял холм для чего? Для того, чтобы все могли прибежище найти. Сгрудиться там под этим холмом. Кришна держит этот холм, дающий прибежище всем.
Вот, и они там его очень хорошо питают, кормят хорошо, очень вкусным прасадом. Там весь город, он завален прасадом. Прасадом каждый у этого Шринатхаджи у него есть колодец, это единственный храм, в котором есть колодец, и в этом колодце там не вода, там чистое топленое масло.
Преданный со всего Раджастана или с Гуджарата, в основном этот Пушки Марк, Раджастане будет орать.
Они съезжаются туда, и они все знают, что Шринатхаджи любят топленое масло. Они сливают в этот колодец гидрами, ведрами, ведрами. Потом эти ги оттуда ведрами достают и, соответственно, ему готовят.
Вот это пустимарк, который в результате этого возник. То есть, что Валлабхачарья, да.
Но смысл в том, я приводил, к примеру, еще и в том, что каждая религия, каждая сампрадая, она дает человеку именно вот это желание так или иначе увидеть Кришну, увидеть Бога.
И каждая сампрадая дает это желание различной силы различного уровня но Но то, что дело Господа Чайтаньи не имеет никаких сравнений, никаких аналогий, может прямо быть направлено на преданных. Противоположного пола.
По опыту мы знаем, что может. Вот в «Бхагаватам» там написано, что там Пандавы, когда там пришли к умирающему Кришне, то не испытывает это человек. Мы должны любить преданных.
И Господь Чайтанья пришел, чтобы дать нам любовь. Когда эта любовь живет в сердце, она по отношению к всему миру проливается.
Господа Чайтаньи, она проливалась на преданных. Господь Чайтанья учил нас с вами, преданных. Безусловно, мы должны любить преданных. Но это должна быть очень чистой любовь.
К сожалению, любая любовь этого мира, она сокрыта корыстью. Наша любовь должна быть, как можно более чистой.
Этапы развития сознания во время практики
И тогда это будет действительно према. Она может быть направлена наверх, безусловно. Как мы можем определить свой уровень, чтобы следовать садхане в зависимости от стиха «Шикшаштаки»? Ну, в сущности, в
каком-то смысле, если мы одаем отчет в том, что мы с вами? Что именно мы делаем, то это в большей или меньшей степени получается само. Как на первом этапе, когда у нас появляется только вера, шраддха, у нас есть вот этот вот энтузиазм, и наша садана заключается в том, что вот сейчас, вот сейчас, еще один кружочек, и я все побежу.
Мы думаем, ну вот еще один круг, еще один круг, и я уже ближе, мы физически ощущаем, вот я приближаюсь к Кришне. Это вера. Так она ни на чем особенно не основана. Но это очень сильная вера, она живет.
И человек именно вот с этим настроением повторяет мантру. Потом наступает тяжелый период дурдайвы, когда дурная судьба опускается в наши жизни,
мы повторяем мантру, думаем: Господи, Боже мой, что же мне так не повезло? Что же я такого наделал? Какие шлекхи я совершил, да? Ему мы говорим, никакой привязанности нет.
Но я все равно буду сжимать зубы так или иначе, потому что я знаю, Кришна вложил все свои энергии. Рано или поздно эти энергии оттуда нужно будет как-нибудь выжать из этой крестики.
И если человек таким образом практикует это, то у него естественным образом терпение
развивается, терпение потихоньку появляется, смирение появляется, потому что вначале человек не очень смиренный, вначале он думает: сейчас мы все завоюем, сейчас мы на белом коне въедем туда, в духовный мир, сейчас там меня уже ждут, да, во я тут, я все понял, сейчас я туда.
Но потом как-то что-то день идет за днем, неделя за неделей, месяц за месяцем, год и как-то все это самое, лошадь все топчется на месте. Белая. И никак туда вот в это духовное царство не попасть.
Постепенно вырабатывается терпение и смирение. Если к терпению и смирению человек прибавляет еще уважение к другим и желание служить другим, то эти качества постепенно
приходят к нему по мере того, как уходят анартхи, и тогда в киртане, в садхане он может постоянно повторять мантру, и как бы это состояние само приходит к нему, и когда это состояние приходит, он повторяет все время мантру, оно доставляет ему удовлетворение. Пусть еще отошли все страдания материального мира на этом уровне. У нас есть мантра, и мы наедине с этой мантрой.
Но в смиренном состоянии мы знаем. Мне ничего не нужно. Мне бы сидеть где-нибудь в уголочке. Повторять святые имена, служить другим, делать что-то. Я счастлив. Как раньше я метался, как я был несчастен!
Но сейчас я счастлив, потому что у меня есть это все передо мной. И тогда естественным образом появляется вот это настроение 4 стиха. На дан джанам на сундарим. Не нужно мне ничего другого. Не нужно. Просто не нужно.
Нет никакой необходимости в этом. Единственное, чего я хочу, это служить тебе. И появляется вкус. И говорится, что именно вкус в конце концов является высшей проманой.
Как иногда мы говорим, что наши высшие праманы, высшей праманой является там шрути-прамана, шрути-прамана, или что-то еще.
Но в конце концов, именно вкус, который приносит преданное служение, является самым большим доказательством того, что это верно. Каждый из нас этот вкус испытывал.
Нам не нужно быть большими философами, мы можем не знать Бхагавад-гиту как следует, или еще что-то. Но маленький вкус, который есть у нас, он является самым большим доказательством того, что я иду верным путем.
И это вот этот уровень. Потом «Анандамбудхи-вардханам пратипадам пурнамритасваданам», я чувствую, я твой слуга. Не просто чувствую, я вижу, что я твой слуга. И на следующем уровне появляется очень горячее желание.
Это садана, она как бы. У нас есть одна внешняя садана.
Внешняя садхана заключается в том, что рано утром мы встаем, берем четки, повторяем святые имена. Но настроение, в котором мы повторяем святые имена, оно постепенно эволюционирует, в зависимости от того, на каком уровне мы находимся.
И подлинная садхана — это не просто внешне то, что мы делаем, а то, что творится при этом в нашем сердце. Поэтому мы сказали, что все эти 8 стихов, они описывают разные виды садханы.
То есть они описывают разные виды эмоционального состояния, в котором наша садхана протекает.
Ответы на вопросы о духовном опыте
Очень много вопросов и очень мало времени. Вы сказали, что Кришна не открывается тем, у кого нет любви к нему. А каким образом преданным удается любить Кришну? Он не видел. Не познал.
Каким образом преданным удается любить Кришну, не видя его? А Рукмини полюбила Кришну, не видя его. И это пример того, как можно полюбить Кришну.
Рукмини так полюбила Кришну, что она забыла обо всем, она готова была вообще разорвать все связи со своей семьей, со всеми остальными. Мы могли не видеть непосредственно Кришну. Мы слышали о Кришне. Она слышала о Кришне.
Этого достаточно, не обязательно видеть их, потому что звук Кришны, имя Кришны, оно не отлично от самого Кришны. Нам не нужно видеть. Вы говорили, что не нужно, что неправильно садхана — это к Кришне во встрече.
Как-то во встрече, когда мы практикуем там, кто-то практикует в вирахе-бхаве, то он же думает, что мечтает о встрече, да? А что те, которые в вирахе, они мечтают о разлуке или как?
Неправильно о садхане думать, я сказал, что неправильно садхана — сама бога встреча, что милана, потому что есть люди, у меня есть, я знаю одну мададзе.
Эта мададзи, к ней Кришна каждую ночь является. Что интересно, что Господу Чайтанье он дался очень редко. Господь Чайтанья видел его несколько раз.
В «Чайтанья-чаритамрите» там описано, как однажды он ночью выбежал из Гамбиры, он увидел Кришну. Кришна тотчас исчез. Нет, к ней он не исчезает, он регулярно ходит к ней.
И тут начинается сам бхава. Тут начинается её садхана. Она представляет, что она находится рядом с Кришной, что Кришна ее обнимает. Она и так далее.
Не будем описывать все детали радостной встречи мне с Кришной. Потому что это слишком возвышенная тема для обсуждения в нашем обществе. Но на самом деле это неправильно, это не должно быть саданой.
Господь Чайтанья сам показал, если бы именно вот это было, так сказать, главной историей садханы, то его садхана была бы, но его садхана была — плакать в разлуке с Кришной.
И каждый день он приходил в храм Джаганнатхи, он видел Джаганнатху, но при этом он плакал. Почему плакал? Потому что он видел в Джаганнатхе своего Кришну. Но какой это был Кришна? Это был Кришна Двараки.
И он думал, он представлял себя вернее, он ощущал себя Шримати Радхарани, и он видел, что там стоит этот величественный Кришна, ему поклоняются.
Он начинал плакать и говорить: «Что ты тут делаешь? Ты нас бросил, мы там одни. Как мы без тебя? У тебя тут много всяких друзей, каких-то новых, новые одежды, новые. А мы-то без тебя — ничто. Тебе без нас хорошо, а нам-то как без тебя?» — вспоминал об этом.
Это была садхана его. И этому он учил. И это то, что мы должны в себе пытаться в какой-то момент это придет. Когда-то мы поймем, что без Кришны нет никакой жизни на свете. Последний? Хорошо, последний.
Пожалуйста, если человек в начальной стадии служения может выполнять служение только механически, механически махалу повторять, механически пранам возносить. Лучше это делать или лучше это не делать?
Конечно, лучше это делать. А вы как думаете? Я думаю, что делать вообще. Я тоже так думаю. Я тоже так думаю, потому что каждая очень интересно, Бхактивинода Тхакур объясняет бхаву.
Бхава — это первая стадия любви, когда реальная любовь уже входит в наше сердце.
Но он объясняет, что эта любовь является суммой качеств, которые человек накапливает на других этапах преданного служения. И когда все эти качества вместе сходятся, они приобретают новое качество.
На каждом этапе преданного служения человек обретает что-то, какое-то качество вырабатывается в нем.
И на уровне, как мы уже говорили, вот на уровне анартха-нивритти у человека вырабатывается смирение потихоньку, вырабатывается потихоньку отрешенность от материального мира, потихоньку терпение приходит к нему.
И когда все эти качества вместе, потом к этому прибавляется вкус
и ко вкусу на уровне ништхи у человека появляется стабильность, когда потом на уровне ручи у человека появляется вкус, на уровне асакти у человека появляется очень сильная привязанность, очень сильное желание.
И когда все эти вещи вместе сводятся так к стабильности,
наша привязанность становится стабильной, наш вкус становится стабильным, и наши привязанности читаются со вкусом, и когда вкус пронизывает нашу стабильность и так далее, то есть, когда появляется
сплав всех этих качеств, которые мы до этого вырабатывали в себе, в этот момент появляется бхава.
И на первом этапе, когда мы делаем это механически, мы развиваем в себе определенные качества, которые в свою очередь в какой-то момент они станут ступенькой к бхаве. Это не напрасно проведенное время, это шаг к той цели, которую мы перед собой поставили.
А не может быть такого, что анартхи разовьются с механической практики, с механического повторения? Настроение очень хорошо выразил Господь Чайтанья. Дуртдайвам идришам. Я сокрушаюсь об этом.
Я не просто механически повторяю, доволен этим. Очень хорошо. Хари Кришна, Хари Кришна, Кришна, Кришна, все хорошо. Оставьте меня в покое, я все делаю. Я всему следую.
Нет, человек должен сокрушаться от того, что он делает механически. И когда он будет сокрушаться от того, что он делает механически, анартхи не разовьются.
И это в этом смысл второго стиха, он думает: ну как же так? Ну, сколько же можно, скорее бы. Скажите, пожалуйста, а можно молодец, о том, что пишешь на самом деле, контрольки? Или это молитвы, какая направленная? Можно.
Пусть пусть берет. Но если он видит майю какую-то своему мире, то это то, чего он хотел и может быть это моя форма.
Нет. Теперь это просто недостаток качества. Все много людей, которые Кришна будет. А некоторые заметки может не общаются. Кем? С Иисусом Христом.
Чтобы понять, это Бхактисиддханта Сарасвати Тхакур, он однажды к нему пришел человек и сказал, я видел Кришну. И он спросил его: «Я увидел его вот там, вот где-то на втором, на том берегу реки или что-то, Кришна явился передо мной.
И в этот момент Прабхупада спросил, Тхакур спросил, а видел ли ты все остальное? Видел ты окружающий мир? Он говорит, да, видел, он там вот был.
И на это ему, соответственно: «Раз ты видел все остальное, значит, ты видел не Кришну. Это был не Кришна. Потому что когда мы видим Кришну, мы не видим Майю.
И если человек действительно видит Кришну, то тогда все материальные желания уходят, и Майя уходит от его сердца. Он не видит ничего остального.
Если он продолжает видеть Майю и, так сказать, привычно взаимодействует с этим Майей, то это просто плод воображения.
И может быть, оно и не плохо, не такое воображение, только какое-то другое, но непонятно так же, чем это все такое. Но просто достаточно, достаточно качества сидеть.
Как вот создать форму, можно и создать из глины, можно создать все умнее. Для того, чтобы не нужно поклоняться соответствующим образом.
Для этого нужно, чтобы Кришна в ней был, да, и нужны определенные какие-то. Можно так сказать, да. Да, когда человек спешит к этому. Поэтому есть определенный постепенный процесс, процесс постепенного очищения.
И только на уровне этого стиха приходит эта подлинная разлука, когда я хочу видеть Кришну, никого другого не хочу. Видеть остальное для меня — это пустой, весь мир пустой для меня.
Говинда-вира-шуньенятам-ча-кат-карман. Весь мир становится пустым. Это вот то самое состояние. Я не вижу Майю, я просто этот мир не вижу, он уходит. Но это приходит не сразу же, после того как все эти стадии пройдет.
Более-менее это само прошло, да? Естественно, насколько это возможно, мы должны знать об этом.
Мы должны знать о том, какие стадии проходит наше сознание и на каком уровне мы находимся, в зависимости от того, на каком действительно реальном мы уровне находимся, когда мы повторяем мантру.
И просто оно не будет приходить. То есть мы должны понимать, вот таким образом мое сознание разрушается. И когда мы это будем за этим следить, мы будем видеть, что действительно оно вот именно таким образом и идет.
И просто зная об этом, мы можем это настроение в себе культивировать, понимать, что это правильно, это истинно, это подлинно, это то, что должно быть. То есть мы как бы понимаем и стараемся в этом духе повторять.
И постепенно тогда приходит более высокая ступень со временем. Вот здесь Нанапрабху проводил семинар по аппарахам.
Да, и есть потом такой же семинар проводил, не такой же, другой, семинар проводил Хари Дэх прабху, да, по-моему? А он не докончил этого. Ну, у него есть большой материал. Он сейчас в Краснодаре, вот у него есть материал.
Нет, Хари Дэх еще. Ну вот есть где-то у них, наверное, про матхуря-артху есть то же, что такое? Какой семинар имеется в виду? Хари Дэх по нашим, по борьбе с анархиями. Вот здесь он проводил у нас. Вот так. Да, записано.
Хотел спросить насчет. Ну, это сейчас вроде книг. Механическое садхана, механическое повторение.
Можно ли сказать, что преданный переходит на правильное повторение садханы, если он общается с теми, кто не механически повторяет? Ему легче. Если же он продолжает только так, то анархии будут накапливаться. Да, ему легче.
Но если он при этом
А если у него есть вот это вот чувство раскаяния, ну как же так, почему же так? Если он недовольствуется этим, то тогда он может и сам перейти, но ему легче, естественно, будет перейти, если он общается с людьми, которые находятся на более высоком уровне.