Наследие Мадхавачарьи. Лекция 1
Бхакти Вигьяна Госвами · Удупи · 2015
Главы
Вводная молитва и мангалачарана
Шри Рада Кришнапа, Сага, Сри Всякавимсча. Рантамстуте, Танчаранги, Радваншва, Рисавну суда деви пранамича, припасинду вевачатитнеб, 3-1 Санкиртанайка питала малайтакса, вишвам бародвижа,
прависхи мамачими мампрасум Санжива Килашакти Драдмна, Анястача насравна твага, Я начну с того места, где мы остановились, вчера описывая удивительную жизнь Мадвачарии.
И в каком-то смысле можно сказать, что эти рассказы не актуальны для нас, потому что никому из нас никогда не удастся повторить то, что он делал. Ачарья — это тот, кто учит своим примером.
Его примеру очень трудно следовать. Едва ли кто-то из нас примет Саньясу в 10 лет, а в 26 лет напишет шедевр, которому нет равных в истории философии.
Именно столько лет было Мадве, когда он написал свою Пурнапраджна-бхашью в 26 лет. Страшно даже подумать, что мы делали в 26 лет и чем мы занимались. Явно не изучение возвышенной философии.
Но, а с другой стороны этот пример важен для нас, потому что когда мы хотим понять свой собственный уровень всегда нужно иметь в виду тех, с кем себя по-настоящему нужно сравнивать.
Тенденция человека заключается в том, чтобы сравнивать себя с тем, по отношению к кому мы можем почувствовать себя хорошо, нам не нравится сравнивать себя с кем-то, что, ну, как бы, нам хочется, чтобы наша самооценка была достаточно высокой.
И поэтому тенденция наша с вами сравнивать себя с теми, кто хуже нас и успокаивать себя тем что у нас все хорошо потому что рядом с нами есть кто-то, кто ведет себя еще хуже, чем мы.
Если мы повторяем 8 кругов, то мы гордимся перед теми, кто повторяет 4 круга. И так далее.
Всегда человек, тенденция у человека, всегда идти к какому-то более низкому стандарту и гордиться тем, что так сказать, у него своими какими-то достижениями. Но на самом деле это неправильно.
Если мы хотим себя сравнивать с кем-то, то нужно сравнивать себя с настоящими гигантами и чувствовать свои реальные масштабы.
Завершение поста Мадхвачарьи в Бадринатхе
Иначе болезнь гордыни, которая подстерегает нас постоянно, неминуемо поразит нас, и никому это не надо.
И буквально прежде чем мы перейдем к событиям, произошедшим прямо здесь, на том месте, где мы находимся, я хотел, чтобы мы пунктиром прошли то, что произошло после того, как мы оставили Мадвачарию в Бадринатхе, после того, как он написал свою башью.
Как я уже сказал, он дал обед. И 48 дней до того, как он отправился в Уттара-Бадри, он ничего не ел и держал мауна-врату; единственное, что он говорил, он говорил Писание.
Когда он вернулся, он очень быстро продиктовал свою пурнапрагья-башью. Буквально за несколько дней.
И брахманы, которые жили в Бадринатхе, там по-прежнему зимой никто не живет, но летом туда приезжают достаточно много браманов, которые
ухаживают за Бадривишалом, за этим божеством, они ждали того момента, когда он прервет свой пост, чтобы накормить его и всех его учеников.
И у них уже выстроилась целая очередь, каждый браман хотел и говорил, что я буду первым в соответствии со степенью уважения,
которой они пользовались, и почетом, у них выстроилась очередь, и каждый уже думал, что вот он останется тут, он поест у меня, он поест у меня.
Когда он спустился и быстро продиктовал Пурнапрагья-башью, то брахманы к удивлению своему узнали, что через два дня назначен его отъезд, или я не знаю как, уход из Бадринатха.
Они все были в горе, они пришли к нему и сказали: «Поешь, ну хотя бы у меня поешь, ну хотя бы у меня поешь. Ну, пожалуйста, поешь».
Он сказал: «Я у всех вас поем. Завтра приносите мне все, что вы приготовили. Я долго не ел. И десятки браманов пришли, каждый из них приготовил огромные горы прасада.
И на глазах у всех, к вящему удовольствию всех собравшихся браманов, Пурнапрагья Тиртха все съел, поблагодарил их и отправился в обратный путь.
Встречи Мадхвачарьи во время путешествия
Это то, что произошло в Бадринатхе. И я уже сказал, что на обратном пути он зашел в Бенгалию, он прошел через Бенгалию, и по пути на юг он
миновал Ориссу, и в Ориссе он встретился с тем, кто позже стал Нарахари Тиртхой. Как его звали? Скоро мы коснемся этой темы слушаний. Она у нас запланирована на сегодня.
И встретились с вами Шастри или Шри Шастриджи. Вот, и он был совершенно упрямым и очень знающим Майаваде, но встреча с Мадхвачарией перевернула всю его жизнь.
Он был, мы знаем, сыном советника царя, и пользовался гигантским уважением. И он спустился дальше к реке Годавари. Я уже рассказывал об этом. На берегу реки Годавари состоялась встреча.
В то время прошло 2 года, и Пурнапрагье в это время было 28 лет. И он встретился там, на реке Годавари, с собранием знатоков Шастр, который проводил ежегодную конференцию на реке Годавари.
Что-то вроде симпозиума, когда все самые лучшие знатоки Шастр со всех концов Индии стекались туда для того, чтобы обсуждать Шастры, иногда спорить между собой.
И Мадхва, его миссия была утвердить новую школу, утвердить школу бхакти. Обосновав ее. Бхакти всегда была, но из-за... она на какое-то время была скрыта, как солнце на какое-то время скрывается облаком.
Также бхакти затмилась гьяной, которую проповедовал Шанкарачарья.
Председательствовал в этом собрании молодой человек, который, по признанию всех, был самым великим знатоком Шастр во всей Индии. Его звали Шобхана Бхатта. Равных ему не было во всех сферах знания.
И Мадхвачарья понял, обращать надо его. Он не пытался обращать хиппи, он понял, что обратить нужно его. И он стал беседовать с Шобхана Бхатой.
И Шобхана Бхатта был с самого начала сражен личностью Мадхвачарьи, не столько его философии, сколько глубинным внутренним смирением, которую излучал Мадхвачарья, он не стал спорить с ним.
И Шобхана Бхатта был... по сути дела, они поговорили: Шобхана Бхатта отстаивал изо всех сил философию майавады. Он был, опять же, абсолютно убежденным последователем философии Шанкарачарьи. Он знал ее блестяще.
И в конце их первой беседы Мадхвачарья протянул ему рукопись Пурнапрагья-бхашьи и сказал: «А вот есть еще одна книга, где я объясняю Брамусутри. Может быть, почитаешь.
Шобана Бхатта стал изучать ее, и они встречались каждый день с Мадхвачарьей, и Мадхвачарья объяснял ему, давал ему лекции по Пурнапрагья-бхашье, он стал первым учеником Мадхвачарьи, который впервые услышал,
не считая Сатиртхи, который просто записал, но в общем-то не очень понял. Он был первым из учеников Мадхвачарьи, будущих учеников, который услышал из его уст объяснения
Брахма-сутры, и периодически слезы выступали у него на глазах, волосы стояли у него дыбом. Все признаки экстаза проявлялись на его теле от красоты объяснений, которые он слышал.
Он стал учеником Мадхвачарьи много позже, через 10 или 15 лет он принял у него санньясу и стал Падманабха-тиртхой.
И он же был тем, кто написал первый комментарий на комментарий Мадхвачарьи, а именно Падманабха Тирта — ему досталась честь объяснить людям объяснения, которые дал Мадхвачарья сам.
И он стал проповедовать, куда бы он ни приходил, везде его принимали с огромным почетом. Он был реально самым знаменитым знатоком шастр во всей Индии, и он отныне стал проповедовать Двайта-веданту,
Возвращение в Удупи и сомнения учителя
и люди, ну, тысячами стали приходить сюда, в Удупи. Тем
временем Мадхвачарья, чтобы утвердить свою школу... Слушайте, это очень важно, потому что мало только дать философию, философия очень важна, я объяснял вчера, что философия — это та призма, сквозь которую мы смотрим на мир.
И нужно, чтобы эта призма была чистой. Но Мадхвачарья вернулся в Удупи. Да, и в Удупи произошло несколько интересных событий.
В Удупи его на радости встретил Аччюта-Прекша, и он до этого, чтобы сообщить Аччюта-Прекше о своем триумфе, послал ему рукопись Пурна-прагья-бхашьи.
Аччюта-Прекша стал читать, и все равно какие-то сомнения у него оставались. Он обнял своего ученика и сказал: Ты сделал это. Молодец. Но все равно я тебе не верю.
Майявада — это не такая простая вещь. Шрила Махапрабху говорит: если человек слушает объяснения майявады, он может быть отравлен навсегда.
Аччюта-Прекша, несмотря на то, что он уже практически принял своего ученика своим учителем, несмотря на то, что он сам велел ему написать эти наставления, он все равно прочитал Пурна-прагья-бхашью и все равно не был убежден.
Он сказал: «Ну-ка давай, садись и объясняй мне это все. У меня все равно есть сомнения». Одно за другим, сомнения. Он высказывал одно за другим. Терпеливо, терпеливо Мадхвачарья рассеивал все его сомнения.
В конце концов, отнюдь не Прикша расплакался на радостях и сказал: Ну вот, теперь я по-настоящему стал твоим учеником. Теперь я в полном смысле этого слова стал твоим учеником, если хочешь, можешь дать мне посвящение.
Мадхвачарья склонился к его стопам и сказал: «Ты всегда останешься моим учителем. Мой настоящий учитель — Вьясадева. Но ты дал мне саньясу, и ты всегда останешься моим учителем.
И отсюда, Прикша, слушайте очень внимательно, это чтобы мы просто приблизительно поняли, какого рода люди тогда жили здесь, на земле Бхарата-варши. Отсюда Прикша дал обед: с этого дня
перед тем, как он будет есть, перед тем, как он положит маковую крошку, хотя ему было уже под 90 лет, маковую крошку в рот, — он дал обед, что он будет читать всю целиком Пурнапрагья-бхашью, все объяснения о Мадхвачарье.
Теперь у нас — нам, чтобы заставить себя это делать, ну, скажем так, это не то чтение, которое перед завтраком можно делать, чтобы аппетит разгорелся.
Написание краткого комментария к сутрам
Каждый день он читал этот сложнейший философский труд в полном экстазе, в полном восторге. И тут произошло еще одно важное событие.
Несколько раз на протяжении нашего паломничества я упоминал садхана-двадаши. Садхана-двадаши — это двадаши на месяц Пхалгун, когда прерывать пост на экадыши нужно ровно с рассветом.
Обычно есть несколько часов для прерывания этого поста.
Но садхана-двадаши — единственный двадаши, вчера мы говорили об этом: когда отец Мадхава-геха Бхатты, отец Мадхвачарьи, должен был прерывать этот пост ровно с рассветом, и так далее.
А там это всегда очень сложно, потому что до прерывания поста нужно сделать очень много ритуалов, прочитать множество мантр, всего остального.
Бедному ученику Прикше нужно было к тому же еще и прочитать всю — в соответствии с его обетом, который он не мог нарушить, — нужно было прочитать еще и всю Пурнапрагья-бхашью, которая сейчас составляет примерно книгу такой толщины.
Он явно совершенно владел скорочтением, но даже с его скорочтением ему непросто было это сделать.
И зная о том, что садхана-двадаши приближается, на день экадыши отсюда Прагья подошел к своему учителю и сказал: «Как ты собираешься завтра прерывать пост? Тебе нужно прочитать всю эту Пурнапрагья-бхашью».
Тот сказал: «Я не знаю как, но я не буду ничего есть до тех пор, пока не прочитаю. А с другой стороны, это большой грех, если не прерывать пост вовремя.
Считается, что если человек не прерывает пост вовремя, особенно в экадаши, то всё благо, которое он получил, соблюдая экадаши в течение года обнуляется. И наоборот, еще хуже даже становится.
И тогда Пурна Праджна Тиртха вынул у себя из кармана рукопись.
А сокращенный вариант своей бхашьи, где он изложил буквально на нескольких страницах содержимое всей Веданта-сутры со своими объяснениями, и подарил ему, и сказал: «Вот это тебе мой подарок на экадаши».
Это практически единственный автор, который написал три комментария на Веданту- сутру. Он написал свою Пурна-праджна-бхашью. Он написал сокращенный комментарий.
Самое удивительное, что ни одна из идей полного комментария не была утрачена. Нас зовут, потому что если идет пуджа, нам нужно прийти к Божеству. Пойдемте к Божеству, и после этого мы продолжим.