О Господе Аллаланатхе
Бхакти Вигьяна Госвами · Пури · 2000
Главы
История божества Алаланатх и его жрецов
Построен Ананта Варма и Чуда Гангадевой в 11 веке. Этот храм был построен в 9 веке. И чтобы установить это древнее божество, которому до этого поклонялись тысячи, миллионы лет, снова установить и установить церемонию установления в этом новом храме, они пригласили браманов с юга Индии.
И в то время на юге Индии было очень мощное течение альваров, предшественников Рамануджу чарии и Шри-сампрадаи.
И браманы оттуда пришли и стали поклоняться этому божеству. И с тех пор божество стало называться Альварнат. Или на местном языке Алаланат. Или Аларнат на Бенгале.
Это большое божество, с которым связана очень интересная история. Вскоре после того, как божество установили, царь из династии Ганги дал вместе с храмом большие земли этому храму, чтобы большинство можно было поддерживать.
Раньше была такая традиция, что у каждого храма были владения, имение, угодья, они выращивали там просад, богу, овощи, фрукты и все остальное, чтобы содержать божество.
И несколько семей браманов с Южной Индии приехали сюда, переселились и стали ухаживать за Альварнат, и они ухаживали за ним очень тщательно, очень хорошо в течение какого-то времени, но Кали-юга брала своё, деградация шла, и все они размножались размножались эти браманы, и вскоре им перестало хватать того, что приносили эти угодья.
И они стали жить очень бедно. И по традиции они устроили такую систему, что одна семья поклоняется, а все остальные выходят и просят милостиню где-то, собирают какие-то пожертвования, как браманы раньше делали.
Они ходили по разным деревням, устраивали ритуалы, проводили разные жертвоприношения, собирали что-то и приносили вместе.
И во времена, в XI веке, где-то во времена Чода- Гангадевы тут жил один браман — Шриникетан. И он был одним из жрецов этого храма. И от него, собственно, традиция этих жрецов идет.
Вы увидите, что тут жрецы особые. Они накидываются на паломников и пытаются вытащить из них все, что только можно. Такова нищета.
Этот Шриникетан, когда кончились продукты в доме, он сказал, что я пошел на мадхукари. И буду несколько дней ходить. А тем временем он поручил, но была его очередь поклоняться Алалнатху.
И он попросил своего маленького сына поклоняться Алалнатху. Маленького сына, его сына звали Мадхусудана, ему было 5 лет в то время. Он сказал: папа, я не знаю никаких мантр, я не знаю, как поклоняться. Никакие мантры.
Не нужно никаких мантр, у нас с ним свойские отношения. Приготовь им что-то.
Мама твоя приготовит что-то, тебе просто принести, поставь поднос перед ним. И скажи, пожалуйста, прими этот просад. Через 20 минут приди, унеси поднос, и все будет хорошо. Шри Никетан ушел, Мадхусудана, очень довольный тем, что ему поручили такое ответственное дело.
Когда пришло время предлагать прасадам, принес этот поднос, поставил тут, о лаканатх натом и пошел играть с детьми.
Сказал: «Пожалуйста, мой отец поручил мне, пожалуйста, ты не обижайся на меня за то, что я мантры этих не знаю, за то, что я не знаю всех этих санскритских слов. Ну вот, тебе прасадам покушать.
Он пошел играть с детьми, через 20 минут он вернулся и увидел, что прасадам весь на месте, что Алаланатх ничего не съел. Ему невдомек было, что Алаланатх кушает, просто взглянув на прасадам.
И поэтому он стал говорить, какой ты нехороший. Из-за того, что я не знаю мантры, ты не ешь, да? У тебя кастовое сознание. Что такое? Какие-то формальные ритуалы. Пожалуйста, он стал плакать, и слезы потекли у него из глаз.
Пожалуйста, скушай, прасадам, ну что ж такое. Он опять ушел. Когда он вернулся, через 15 минут, тарелка была пустая. И Алаланатх стоял довольный и улыбался. И так продолжалось все три дня.
Когда он вынес эту пустую тарелку, мама у него спросила: «А где прасадам?» Ну где прасадам? Алаланатх все съел. На следующий день повторилось то же самое, на третий день повторилось то же самое. И вся семья три дня голодала.
Когда отец вернулся, Ришиникетан вернулся, он попросил прасадам, и мать сказала: «Какой прасадам? А у Алаланатха аппетит пробудился. Три дня все съедает, нам не оставляет ни крошки». Вы как? Что такое?
Вот спросил своего сына, он приносит пустой поднос и говорит, что Алаланатх все съел и не оставил ничего. Отец побежал, стал топать на него ногами, кричать: «Негодяй, что ты делаешь, ты, наверное, сам это съедаешь».
Сын стал плакать, говорит: «Не ем я ничего. Он сам все съедает. Ничего не оставляет, что я могу с этим сделать?» Отец страстно разгневался.
Он сказал: «Эй, он из камня сделан. Зачем ему есть? Как каменное божество может есть? Алаланатх-свами ки Джая!
И когда мальчик настаивал, и тогда Ришиникетан сказал: «Хорошо, если ты утверждаешь, что он ест, то докажи мне это. Я спрячусь тут на алтаре, ты поставь поднос, и я посмотрю, как он ест.
Мальчик опять поставил поднос и стал плакать и стал говорить, меня ни за что, ни про что ругают. Сначала мне поручили тебе предлагать, потом ты все съел, и теперь меня за это ругают.
Так что, пожалуйста, ты уже покажи, как ты все это ешь. Мой отец, он тут прячется.
И когда мальчик Мадхусудана поставил этот поднос, а Божество спустилось, сошел три ступеньки, протянул руку свою, одну из четырех, за сладким рисом. И Шири Никетана не мог поверить своим глазам.
Все это случалось у него на глазах. И он не знал, что делать. Смешанные чувства удивления и возмущения охватили его. Потому что он подумал, что это он вообще есть, что он делает. Никогда до этого ничего подобного не делал.
Он подбежал и схватил его за руку, поймал его с поличными. И в этот момент горячий рис, сладкий рис, который Божество взял, чтобы поесть, он расплескался и оставил на теле божества ожоги.
До сих пор пятна этого риса обожгли божество и их можно увидеть, если нас туда пустят. Но нас туда не пустят. Да, вот это Божество Алаланатха. Правой рукой. Он воспевает мне, он ест правой рукой, Которую он благословляет.
Алаланат с вами киджай. Там видит чакру? У него отметка.
Проклятие жреца и его последствия
Алаланатха. Когда он услышал это, он сказал, ах ты негодяй.
Вернее, он не сказал ты негодяй, он сказал, ты материалист в обличии брамана. И так как ты материалист в обличии брамана, из-за того, что ты сделал, проклятие спустится на весь твой род. И весь твой род вскоре погибнет.
Единственный, кто останется в живых, это твой сын Мадхусудана, которым я очень доволен.
И буквально через три дня неподалеку тут океан, через три дня огромная волна, огромный ветер, ураганный ветер налетел, и поднял огромную волну, это океанская волна смыла всю деревню.
И все, кто жили тут, вся семья Шири Никетаны и все остальные члены погибли. Единственный, кто остался живым, был Мадхусудана. Так он продолжал поклоняться божеству, и потом его потомки поклонялись божеству,
но через какое-то время опять поклонение в этом храме пришло в упадок. И уже в 15 веке, в 14 веке,
Махараджа Пурушоттама Дев, Гаджапати Пурушоттама Дев, отец Махараджа Пратапарудры, который правил здесь в Ориссе и был очень праведным царем, он отправился в экспедицию в Канчи. Эта дорога ведет на юг.
И мы с вами будем проезжать почти что мимо этого храма, когда тоже отправимся в Канчи, в свою экспедицию.
Но о Махарадже Пурусоттаме Мадеве мы расскажем когда-нибудь про эту экспедицию, он отправился с военным походом войной на Канчи. И он проезжал мимо, и когда он проезжал мимо, он услышал голос.
Голос изнутри настойчиво говорил ему, остановись и получи мое благословение. Остановись и получи мое благословение. Он остановился и стал оглядываться, он никого не увидел.
И тогда голос изнутри стал говорить: «Я нахожусь тут, и никто мне не поклоняется». Поэтому иди, я благословляю тебя на то, чтобы ты с победой окончил свою экспедицию на обратном пути.
Приходи сюда и установи, восстанови мне поклонение. Он пришел в этот храм, поклонился ему, поклонился Алаланатху, понял, что это Алаланатха просит его.
И с тех пор, с XV века, с XIV века, поклонение в этом храме совместное с поклонением Джаганнатхе. Этим храмом управляют жрецы храма Господа Джаганнатхи. Они присылают сюда жрецов и поддерживают здесь поклонение.
И поклонение здесь точно такое же, как поклонение Господу Джаганнатху, с некоторыми вариациями, не такое пышное, не такое роскошное.
Вот и позже Шрила Прабхупада приезжал сюда, Шрила Бхактисиддханта Сарасвати Тхакур Прабхупада приезжал. И место это не отлично от Вриндавана. Когда Шрила Бхактисиддханта Сарасвати Тхакур Прабхупада ехал сюда, тут были
джунгли, и он ушел в джунгли, охваченный удивительным чувством, и когда он ушел в джунгли, он понял, что это Вриндаван, и это чувство, которое охватило его, было таким удивительным, что он потерял сознание, и он упал без сознания, и когда он очнулся, он не знал, где он находится, как выйти отсюда.
Тем временем брамочари, которые приехали с ним, подумали, что он где-то заблудился. И они стали искать его, искать, искать, искать.
Первое посещение Алаланатха Чайтаньей Махапрабху
В конце концов они нашли его и привели сюда. И место это недаром удивительно. Особенно потому, что Господь Чайтанья постоянно приходил сюда. Господь Чайтанья первый раз пришел сюда в 1493 году.
И в 1493 году это тот год, когда он пришел в Пури. В Пури он пришел как раз в это время, немножко раньше, в месяц магха.
Он провел Дола-ятру, насмотрелся на Бхакта-Бхатачарью. И перед тем, как уходить в Южную Индию, он пришел сюда. С этим связана удивительная история. Господь Чайтанья стал говорить, что Он хочет найти своего брата Вишварупу.
Его брат Вишварупа принял санньясу гораздо раньше Его и отправился в путешествие. И Господь Чайтанья сказал, что мне нужно найти своего брата. И под этим предлогом Он отправился в путешествие по Южной Индии.
Он сказал, я пойду один. Никто за мной не должен идти. Преданные стали плакать, горевать. Нитьянанда Прабху, который через какое-то время пришел в себя, он сказал: Прабху, как ты пойдешь один? Я знаю тебя.
В одной руке ты будешь нести четки, в другой — камандалу, иногда ты будешь петь святое имя, ты полностью будешь забывать о себе, ты будешь падать где-нибудь, кто будет нести все остальные твои принадлежности, кто будет стирать? Дороги плохие, на них много разбойников ходит.
Кроме того, ты же не знаешь дороги. А я в свое время прошел по всей южной Индии вдоль и поперек. Я очень хорошо все знаю. Может быть, ты меня с собой возьмешь. Господь сказал, кого угодно, только не тебя.
Потому что если мы с тобой пойдем, мы вообще никуда не придем. Ты уже меня как-то заводил.
Я уже вместе с тобой отправлялся во Вриндаван. Вместо Вриндавана ты привел меня в дом Адвайты Акарьи. Так что спасибо, пожалуй, большое. С кем угодно, но только не с тобой.
В конце концов, он взял Кришнадаса Кавираджу в качестве своего помощника. Сарвабхаума Бхаттачарья попросил его остаться у него дома. Господь Чайтанья не остался на один день у него дома. Сам Сарвабхаума Бхаттачарья, который до этого был имперсоналистом, стал великим бхактой, великим преданным.
Он умолял Господа остаться, но Господь был неумолим. В конце концов, он вышел из дома с Сарвабхаумой Бхаттачарьей, и Сарвабхаума Бхаттачарья как подкошенный упал от разлуки с Господом. Но Господь даже не оглянулся.
Кришнадас Кавираджа говорит, что такова природа великой души. Иногда великая душа мягкая, как лепесток розы, а иногда великая душа
жестокая, как удар молнии. Господь Чайтанья пошел, и преданные пошли за ним, они пришли сюда, в Валанатх. Первый раз. И когда они пришли в храм, Господь стал танцевать, и все люди сбежали, чтобы посмотреть на его танец.
Весть об этом мгновенно разнеслась, и сотни тысяч людей прибежали; когда они видели, как Махапрабу танцует, они падали без чувств от восторга, они стали кричать, Господь Чайтанья стал петь киртан. И все пришли в необычайный экстаз.
В конце концов, Господу Нитьянанде пришлось всех выгнать. Он сказал: Господь должен немножко отдохнуть. Он поел прасадам, потом еще целый день оставался тут, принимал разных людей. Все они стали вайшнавами. После этого на следующее утро он отправился. И точно так же он пошел по дороге на юг и не оглянулся.
Период анавасары и мистик Харнамагири
Преданные стояли, долго глядели ему вслед, и потом они постились целый день и вернулись в Пури, в Пури. И потом, каждый год, перед Радхаятрой, в течение 15 дней,
когда Господь Джаганнатха уходит и больше не дает своего даршана, после снана-ятры, дева-свапна-пурнимы, это день рождения Господа Джаганнатхи, тот самый день, в который Джаганнатха проявил свою маха-бхава-пракашу.
В этот день на Господа Джаганнатху выливают сотни ведер воды. В храме Джаганнатхи есть особый колодец, который называется Суна Купа, Золотой Колодец.
Из этого колодца сотни ведер воды выливают на Господа Джаганнатха в качестве абхишеки. И по преданию Господь Джаганнатха простужается. Ему плохо становится, у него начинает течь из носа и так далее.
И на 15 дней Господа Джаганнатху, Баладеву и Субхадру заносят в особую комнату. И вплоть до новолуния, и во время этой церемонии, которая называется анавасара, и никто не знает, что происходит в это время.
В это время только несколько самых приближенных дайята-пати, потомков Вишвавасу, ухаживают за Господом. И только их допускают туда, в это время они раскрашивают его по-новому, и они остаются наедине
в память о том времени, когда Вишвавасу один поклонялся Господу.
Как он в свое время хранил Господа Джаганнатху только для себя, на эти 15 дней дайята-пати, потомки Вишвавасу, никого не пускают, запираются изнутри и остаются наедине с Господом Джаганнатхой.
И проводят особую махапуджу по ритуалам, которые были в племени вот этих вот диких жителей шабаров, предводителем которого был Вишвавасу. С этим связана одна удивительная история, которая тоже случилась где-то в XII веке.
В свое время один великий мистик, его звали тантрик, его звали Харнамагири. Харнамагири-ачарья пришел издалека из Асама. Асам — это очень мистическое место. Там все поклоняются Господу Шиве.
Он был великим мистиком-шиваитом, и в какой-то момент он услышал голос изнутри, и он подумал: я должен посмотреть на Господа Джаганнатху.
Когда он пришел, он пришел как раз во время анавасары, когда никого не пускают внутрь. И он стал требовать, чтобы его пустили. Я необычный человек, он обладал массой мистических сил.
Способность, которая у него была, — он мог подойти к дереву, залезть на дерево, прочитать особую мантру. Он поклонялся особому божеству, Господу Шиве Карнамешвару, Харнамешвару Махадеву.
Он произносил мантру: ом иштая карнамешварая сваха. И в тот же момент дерево с корнем вырывалось. И дальше он говорил ему, куда лететь, и путешествовал на этом дереве.
Таким образом, он прибыл в Пури, чтобы все увидели его мистическое величие. И он стал требовать уже любезно, чтобы его пустили. Ему начали объяснять, что никого не пускают. Даже самого царя не пускают в этот момент.
Даже если бы Видьяпати, министр Индрадьюмны Махараджи, пришел в этот момент, его бы тоже не пустили. Но он стал говорить, это все глупость. Господь Джаганнатха — это сам Брахман. Как Браман может простудиться?
Браман не может простудиться. Это все предрассудки. Ничего особенного там не происходит, все эти махапуджи — это всего лишь роскошь жрецов, которые хотят предать побольше значения тому, что там происходит.
Наверняка он просто там стоит, и эти жадные дайтапати наслаждаются его обществом. Он сказал: я важный, пустите меня, я хочу получить даршан, я не могу ждать 15 дней.
Жрецы и так и сяк пытались ему объяснить, говорили, что тысячи лет это традиция, никто не может ее нарушить. Он настойчиво требовал, в конце концов ему сказали: отправляйся к махараджу. Махарадж находится за 50 километров отсюда. И если он тебе разрешит, мы тебя пустим.
Если он признает твои аргументы, что ничего важного в этот момент не происходит, то мы тоже раскроем широко двери нашего храма и всех остальных будем запускать и все будут смотреть на Господа Джаганнатхи в этот момент.
Хорошо. Он был уверен, что он объяснит все Махараджу. Он отправился туда, получил аудиенцию у Махараджа. И сказал: что за глупость?
Сам верховный Брахман, сам Господь Шива стоит там в образе Джаганнатхи. Мой Иштадевата, которому я поклоняюсь. И богиня Дурга тоже там стоит. И Баларама там стоит. Они все там стоят. Я им поклоняюсь.
И меня к ним не пускают. Я сейчас вам такое тут устрою. Так Экасахун объяснял царю, и царь сказал: хорошо, если ты такой великий мистик, докажи мне, что ты мистик. Докажи мне, что ты знаешь, что происходит в этот момент.
Никто не знает, это полный секрет. Всего лишь несколько человек знают, какие ритуалы проводятся.
Если ты мне расскажешь, через несколько дней я вернусь в Джаганнатха-Пури, потому что приближается церемония Ратха-ятры. Если ты мне к этому времени расскажешь, то я отменю эту традицию, всех будут пускать к Господу Джаганнатхе.
Никаких проблем. Он вышел от царя, забрался на баньяново дерево, сказал: Ом микшайа Карнамишварая Свага. И Баньянова Деева на глазах у всех вырвалось с корня. Мускал ему в Пури. Махарадж дал ему.
Махарадж не очень был впечатлен, он увидел, что этот человек слишком горд, что ничего хорошего не добьется. Он дал ему несколько размоченных горошков турецких.
И этот на баньяне верхом, сидячи, стал есть этот турецкий горошек. И к тому времени, когда он доел весь турецкий горошек, он приземлился в Пури. Приземлился в Пури и погрузился в медитацию, сел в позу лотоса
и решил в своем уме войти в Анавасару, чтобы увидеть, что там происходит. Это особая комната, Анавасара, куда никого не пускают, она закрыта. Ну, он подумал, какие проблемы. Ум мой туда пустит.
Он погрузился и в своем ментальном теле, он погрузился в самадхи и стал подходить к храму. И когда он подошел к храму, он вошел в храм. Вдруг он увидел, что путь, по которому он шел, размножился.
И вместо одного пути оказалось тысячи и тысячи путей. И он не знал, по которому из них идти. Он попытался по одному идти, по другому идти. И он понял, что он полностью заблудился в своем уме.
Вернулся обратно, пришел в себя и стал думать, что делать. Больше всего он боялся того, что его обещание не исполнится, что он опозорится перед Махараджем Пури. И тогда он придумал новый трюк.
Он сел в позу лотоса, произнес особую мантру и с помощью мистических сил превратился в черного шмеля. Черный шмель жужжа полетел в храм. При этом он думал, сейчас я все увижу, все рассмотрю.
Он влетел в этот храм, и он стал приближаться к комнате Анавасара. Когда он уже приблизился к дверям, он стал искать щелочку. Вдруг он увидел перед этими дверями восемь удивительной красоты женщин. Удивительной красоты.
Они стояли перед ним. И он не знал, на какую из них посмотреть в первую очередь. Каждая из них была очень прекрасна. И вдруг они все вместе встали и сложили руки, и из рук их раскрылся лотос. Пчелы очень любят лотос.
Пчелы абсолютно не могут удержаться от запаха лотоса. Запах лотоса их привлекает.
И воля его влекла в комнату Анавасара. Но инстинкты пчелы, которыми он ничего не мог поделать, влекли его в лотос. Тело обуславливает даже таких великих лицей. Поэтому он изо всех сил, он летел туда, инстинкт его влек в лотос.
В конце концов, он не мог ничего сделать, он упал в этот лотос, в эту пыльцу и стал купаться в этой пыльце, он понял, что он умрет. Всела настолько любит лотос, что она залетает в лотос и остается там, и умирает там.
Лотос закрывается, она не может оторваться от этого. Он понял, что еще немного, и он будет пленником этого лотоса. И он стал молиться своему Иштедевати. Он стал молиться Карнамешваре Махадеву.
И на какое-то мгновение его сознание немножечко высвободилось от инстинктов пчелы, он смог немножечко подняться, он отлетел, но пыльца прилипла к его лапкам
и пыльца источала этот аромат, и в следующее мгновение он опять не мог ничего поделать, он опять рухнул в этот лотос и понял, что он погибает.
В этот момент он стал молиться Господу Джаганнатхе и говорит: Джаганнатха, ты самый великий. Нет никого, Бог, великого человека, ты спаси меня, пожалуйста, спаси. И когда он вознес эту искреннюю молитву, ему удалось вырваться из этого лотоса и вылететь.
Он вылетел оттуда, прилетел к своему баньяновому дереву, опять превратился в йога, сел с облегчением, вздохнул. Но сразу же забыл о своих трудах.
И сразу же подумал, что опять мне нужно так или иначе, я должен всем доказать, что я самый великий. Я самый великий, нет никого более великого, чем я. Я должен узнать, что за секретные ритуалы проводятся там в этот момент.
Тогда он придумал новый трюк. Он стал невидимым. И вместе с группой Дайтапати, которые шли в храм, в эту секретную комнату, он присоединился к этой группе, сзади.
Его никто не видел, он шел сзади, вместе с ними подумал сейчас я проникну туда как
ни в чем не бывало, все рассмотрю, и потом вернусь. И они прошли в храм Джаганнатхи, они прошли в анавасару комнаты, этой. Двери этой комнаты раскрылись. И он подумал, что сейчас я все увижу. Он зашел в эту комнату.
Когда он зашел, вдруг он увидел постамент, на котором должны стоять божества, специальные симхасаны. Он посмотрел на этот постамент, и он не видел никого. Постамент был пустой.
Вместо этого он увидел в четырех углах комнаты восемь изумительной красоты женщин.
Они были настолько прекрасны, что они полностью приковали к себе его внимание. Он не мог уже ничего, он забыл о Кришне, о Вишну, о Шиве, о своих мистических силах он мог смотреть только на них.
Он смотрел на одну, на другую, на третью, на четвертую, на пятую, на шестую, на седьмую, на восьмую. Он понял, что еще немножко, и все его мистические силы уйдут.
Вместе с этим вожделением, которое его охватило, вожделение сразу же свело его на очень низкий материальный уровень, и он мигом выбежал оттуда, потому что он испугался, что скоро он лишится всех своих сит, если он дальше будет там оставаться.
И в отчаянии он сказал: «Хорошо, все, ты меня победил.
Чувство разлуки Чайтаньи Махапрабху в Алаланатхе
Если ты хочешь, чтобы тебя никто не видел в эти 15 дней, пусть тебя никто не видит в эти 15 дней».
И поэтому, когда Господь Чайтанья находился в Пури в эти 15 дней, на Анавасару он приходил сюда, движимый чувством разлуки. И при этом экстаз, который он испытывал, приходя сюда, достигал апогея.
Говорится, что Господь Чайтанья смотрел на Господа Джаганнатху из-за Гаруда- стамбхи. И на Гаруда-стамбхе до сих пор есть отпечаток Его стопы и три пальца отпечатаны, когда Он держался.
Когда особый экстаз охватывал его, то камни начинали плавиться. Как вчера мы совершали омовение в святой Ганге, местный индус пришел ко мне и стал объяснять что-то про святую Гангу, а потом он показал мне руку.
Именно на руке были пупырышки. Рука покрылась, вот эти вот романча, волосы стали дыбом. Он сказал: «Видишь, баба, бхава, бхава, баба», — показал мне вещественные доказательства своей бхавы.
Но когда Господь Чайтанья испытывал бхаву, то камни начинали плавиться. Но в Джаганнатха-Пури только эта Гаруда-стамбха слегка расплавилась.
Здесь мы подойдем к этим камням, к остаткам горы Брахма-гири, и там отпечатывалось целиком тело Господа Чайтаньи.
А когда Господь Чайтанья приходил и кланялся Джаганнатхе, то все Его тело, камни от Его поклонов полностью плавились. Именно тут, а не где-то в другом месте это произошло. Как по-вашему? Разлука? Разлука, да.
Ну какая разлука? Близко, пекло. Это особое божество. И Господь Чайтанья. Однажды в «Чайтанья-чаритамрите» Кришнадаса Кавираджа Госвами описывает эпизод из жизни Господа Чайтаньи.
Однажды Адвайта Ачарья спросил у Господа Чайтаньи: «Чем провинился перед Тобой Мукунда, почему Ты не хочешь видеть Мукунду?» Господь Чайтанья сказал, что потому, что он великий грешник. В чем его грех?
Он мне сам признался, что он любит четырехрукую форму Вишну, поклоняется четырехрукой форме Вишну. Четырехрукая форма Вишну — это проявление айшварии, великолепия Господа.
И Господь сказал: «Он последний грешник, потому что изначальный Господь, изначальный Господь — это Шьямасундара, который играет на флейте, и поэтому странно, тут Господь Нараяна принимает четырехрукую форму».
И на эти 15 дней, на 15 дней разлуки, казалось бы, Господь Чайтанья мог уйти куда- тот в Алаланатха. И там Говинда стоит, а в саду играет на флейте. Почему он приходил именно сюда? Кто знает?
Гаура Лила и Кришна-Лила не отличны друг от друга. Это намек. Есть лила Кришны, которую здесь, в этом месте, Господь Чайтанья воспроизводил. Да. Совершенно верно.
В этом храме божеству Алаланатхи поклоняются особыми мантрами. И хотя у Алаланатхи форма Вишну, тем не менее, когда ему предлагают пищу, читают мантры: гопиджана-валлабха-сваха, намади-сваха, там читают особые гаятри-мантры, где его называют Гопиджана-Валлабхой, повелителем гопи.
И мы знаем эту лилу Кришны, когда Кришна около холма Говардхана перед танцем раса решил поиграть в гопи. И он спрятался, спрятался в пещере, где его никто не видел.
И гопи стали искать, и они пришли, и чтобы спрятаться от них, он принял четырехрукую форму Вишну. И гопи пришли и спросили, где Кришна.
Он сказал: я не знаю, где Кришна, но я Верховный Господь Вишну. Они сказали: спасибо большое, хорошо. Нам Кришна нужен.
И когда Шримати Радхарани пришла, то тогда Кришна уже больше не мог сдерживать себя, он не мог оставаться в этой форме, две руки отпали у него, и осталось только две руки, он предстал перед ней в форме, привязанной к Лалите.
И точно так же здесь, когда Джаганнатха уходит, это для Господа Чайтаньи было тот самый момент, когда Кришна спрятался в пещере на холме Говардхана.
И точно так же, как гопи стали искать его, Господь Чайтанья стал искать его, Он пришел сюда, Он пришел на холм Говардхана, потому что Брахма-гири не отлична от холма Говардхана. Вот Шрила Бхактивинода Тхакур говорил, что пруд, который рядом здесь находится, это Радха-кунда. И когда Он приходил сюда, Он видел четырехрукую форму Вишну. И когда Он видел четырехрукую форму Вишну, то... Что делал Вишну?
Две руки отпадали у него.
Он представал перед ним в своем истинном виде, в виде Гопалнатха. То есть, когда Господь Чайтанья поклонялся здесь, говорится как бы, что Джаганнатха- Пури — это випраламбха-кшетра. Это кшетра или дхама, где чувство разлуки преобладает, где гопи-бхава, или вот это чувство разлуки с Господом, самое большое, это где встречаются два настроения.
Айшварья-бхава и мадхурья-бхава. И Господь Чайтанья в Джаганнатха-Пури испытывал разлуку. Но здесь Он испытывал двойную разлуку. Здесь разлука удваивалась.
Господь Кришна или Джаганнатха прятался от него, он приходил сюда и находил Его тут. Он видел эту четырехрукую форму, в которой спрятался Кришна.
Он смотрел на Него и видел, что это Джаганнатха, который просто принял этот вид или эту форму, вот так, что это особое божество Алаланатха, и можно еще много рассказывать об этом долго. Вот тут находится небольшой
храм, где стоят эти камни, на которых отпечаталось тело Господа Чайтаньи. Если приглядеться, сейчас плохо видно, потому что светло, но вечером можно увидеть Алаланатху. Внутрь нас не пускают.
Вот можно обойти тут, подумать, попеть в разлуке с Господом и попытаться войти в это настроение, в котором находился Господь Чайтанья,
Предание о двух способах украшения Джаганнатхи
пребывая здесь. Мало кто знает, кто такой Господь Джаганнатха. На самом деле большая часть людей поклоняется Господу Джаганнатхе как Повелителю Вселенной, как Тому, кто пребывает в этом настроении
Ишвары, в настроении Властелина, который царит в большом храме над всей Индией. Но Господь Чайтанья и Его преданные знают, что на самом деле внутри Он — Кришна. Как есть одна еще история, я расскажу ее, маленькая история.
Она связана как раз с Анантавармой Чодагангадевой, построившим храм Господа Джаганнатхи. И хотя он был кшатрием и великим царем, он очень любил одевать Господа Джаганнатху.
И так как он был кшатрием, он любил одевать Его в царские одежды, он одевал Его в золото, в серебро, в драгоценности, наряжал Его как рыцаря, как царя, который заседает на троне.
И в то же время там был один простой браман, его звали Шарма. Сарма. Шарма не пьян, как забыл как. Вспомни. Этот простой браман...
Как только царь одевал Его в царские одежды, простой браман тайком заходил на алтарь и сразу же переодевал Господа Джаганнатху, снимал с него эти царские одежды, надевал на Него, украшал Его листьями туласи, надевал на Него павлинье перо, надевал на Него простые пастушеские одежды и полевые цветы. И очень довольный уходил.
И так продолжал в течение какого-то времени, царь не замечал этого. Но в какой-то момент он вернулся и он увидел, как это так. Я только что нарядил Джаганнатху.
Джаганнатха был такой красивый, а тут Он непонятно в чем вообще находится: в какой-то простой одежде, в простых цветах. Он страшно разгневался и спросил, кто это сделал. Ему привели этого Брамана.
И браман сказал: «Мой господин, Джаганнатха — это Кришна». Говорит: «Какой Он Кришна? Джаганат — это Дварака здесь, он правит из Двараки».
Они стали спорить, в конце концов они призвали местного мудреца, некого егориши, чтобы он рассудил их. Риши послушал аргументы того и другого и сказал: «Вы оба правы, я не знаю, кто из вас правее.
Потому что Джаганат — то и другое. Оставайтесь здесь какое-то время в моем ашраме, питайтесь джаганат-прасадом, и, может быть, вас осенит. Может быть, мы как-нибудь сможем разрешить ваш спор».
И когда они остались и стали жить, то этому браману стали приносить Джаганат-прасад. Браман по обычаю, когда перед ним поставили прасад, он закрыл глаза и стал читать мантру. Когда он открыл глаза, прасад исчез.
Так повторилось на следующий день, так повторилось на третий день. В конце концов, ему стало любопытно, куда исчезает прасад.
Он стал ходить, кричать: «Эй, кто съел мой прасад? Кто съел мой прасад? И я не возражаю, что кто-то ел мой прасад, но, пожалуйста, скажи, кто ты?»
В конце концов, на четвертый день он сел и стал читать мантры, но глаза свои не закрыл, а полузакрыл.
И когда он с полузакрытыми глазами сидел, он увидел старого-старого человека, который подошел и, воспользовавшись моментом, схватил блюдо с прасадом, забрал весь прасад и ушел.
Этот браман побежал за ним, закричал: «Эй, кто ты? Кто ты? Скажи мне, кто ты? Можешь забирать прасад, но скажи мне, кто ты».
А этот старый браман очень испугался, и испугавшись, перепуганный, он стал бежать, бежать, бежать, в конце концов споткнулся о камень и упал.
И когда молодой браман побежал к нему, он увидел, что старый браман испустил дух, что он помнится, что он был слишком старый, слишком перепугался, переволновался.
И тот стал в полном отчаянии, он подумал: «Наверное, Господь Джаганат недоволен мной, наверное, это признак того, что я неправильно поступаю, как это так, что со мной случилось?»
И он подумал, что у меня есть один способ искупить свой грех: я возьму это тело, возложу его на погребальный костер и сам зайду на тот же самый погребальный костер и вместе сгорим.
Он разжег большой погребальный костер, положил тело этого старика и уже готов был войти туда, и когда он зашел на этот костер, вдруг Господь Ягешвара, Вишну, появился из этого огня и сказал: «Ты что с собой хочешь сделать? Ты мой преданный», — и посадил его себе на колени.
Он говорит: «Какой я твой преданный? Ты вот меня в такое странное положение поставил, и к тому же ты не хочешь, видимо, чтобы я одевал тебя в эти украшения, в туласи».
Он говорит: «Нет, нет, я хочу, чтобы ты одевал меня в эти украшения, это самые лучшие украшения. Пожалуйста, одевай меня в павлиньи перья, гирлянду из туласи. Каждый день именно твоя одежда самая лучшая».
Но в этот момент царь прятался. Он все это видел. Он услышал, как Господь благословляет его.
Закричал: «А-а-а!» Он упал на колени и сказал: «А кто я, не преданный, по-твоему, что? Преданный я или нет? Я тоже тебя люблю, но я хочу тебя видеть, кто ви,ди вт каком я хочу тебя видеть.
Я сказал, ты тоже преданный, и посадил его на другой колени. Сказал, хорошо, ты тоже прав. Ты тоже можешь наряжать меня, как ты хочешь. С тех пор три дня в году Джаганнатха наряжают в эту суна-вешу, в эти царские одежды.
И каждый день его наряжают ночью в эту бада-шрингара-вешу, в эти одежды Кришны.
Ночью его наряжают в простые цветы, в гирлянды из туласи, надевают ему перо павлина, надевают ему особый тюрбан из шелкового сари, на котором вытканы стихи Гита-говинды, и в этот момент поется Гита-говинда, и говорится, что в этот момент Кришне идет.
Говорится, что в этот момент гопи, если Шримати Радхарани приходит на даршан Господу Джаганнатхе, храму Джаганнатха-свами ки Джай! Джаганнатха-свами ки Джай! Махапрабху ки Джай! Когда
он сам приехал и сам стал наблюдать за тем, как строители строят всё это. И чтобы строители строили быстрее, он сам скручивал сигареты для этих строителей... Своими лотосными руками.
И ворота, которые он построил, вот эти вот симха-двара, ведущие в храм Господа Аллаланатха, они в то время стоили гигантские деньги. 125 000 рупий было потрачено на их строительство. В то время это были огромные совершенно деньги.
И когда Бхактивинода Тхакур приехал туда, он установил вот эти маленькие божества в них, в храме Аллаланатха. И однажды он находился здесь, это Брахма-гаудия-матх, он установил тут божество Радха-Гопинатха и Махапрабу.
Мы через несколько минут увидим их даршан. И однажды главный жрец из храма Аллаланатха пришел к нему. к нему и сказал, что Аллаланатха пришел ко мне во сне и сказал, что он хочет, чтобы ты ему поклонялся.
До этого за несколько десятков лет они обнаружили маленькое божество Аллаланатха. Кто-то делал раскопки на территории храма, они обнаружили точную копию... Очень древнее каменное божество, вот такого вот размера.
Это маленькое божество пришло во сне к главному жрецу и сказало: найди моего преданного, которого зовут Бхактисиддханта Сарасвати Тхакур, он где-то тут рядом находится. Тот не знал, где, кто это, что это такое, всё до того, как они поступили. И отдай меня ему, потому что я хочу, чтобы именно он мне поклонялся.
И тот в конце концов разыскал Бхактисиддханту Сарасвати Тхакура и отдал ему это божество. Божество находится сейчас в Калькутте, если я не ошибаюсь.
История происхождения и значения махапросада
Это особое место, связанное с именем Бхактисиддханты Сарасвати Тхакура, его желанием поклоняться здесь именно этому божеству. Махапрасад.
Само слово «маха-прасад». Когда мы пришли в прошлом году к царю Джаганнатхи в Пури и попросили его приехать в Москву на Радхаятр, он согласился, но при одном условии. Он сказал, только в том случае, при двух условиях, если ваши радхаятра будет
после радхаятры в куре потому что наша радхаятра самое главное радхаят и только в том случае если вы не будете называть свой просад махапросадами потому что махапросад только здесь. Во всех остальных местах просто просад.
И на самом деле это факт.
Строго говоря, везде в остальных местах просто прасадам, а в храме Джаганнатхи — маха-прасадам. Слово «маха-прасадам» имеет несколько смыслов: в санскрите один смысл значит «маха-прасад», то есть прасад богини-матери или богини Дургӣ.
Потому что Махапрасад, храна Джаганнатха становится Махапрасадом только после того, как его поест богиня Вимала. До того, когда его поел Господь Джаганнатха, это просто прасад.
Махапрасадом он становится после того, как богиня Вимала отведает его, после Господа Джаганнатха. И с этим связана одна история, долгая
история. Эта история началась давным-давно, и она началась с того, что однажды Нарада пришел в Наймишаранью, и в Наймишаранье Нарада встретился с Уддхавой.
И они стали обсуждать, и Уддхава спросил у него: «Коли-юга приближается. Мы знаем, что Уддхава остался на земле, когда Господь Кришна ушел отсюда, Господь Кришна велел ему оставаться в течение какого-то времени и проповедовать философию сознания Кришны здесь.
И в своих странствиях, скитаниях он пришел в Наймишаранью и встретился там с Нарадой, но ему не давал покоя этот вопрос, его мучил вопрос: каким же образом люди Кали-юги могут получить благо?
Потому что мы знаем: мандах суманда-матийо манда-бхагья хь упадрутах. «Шримад-Бхагаватам» говорит, что люди Кали-юги очень ленивые, глупы, неповоротливые и с трудом воспринимают духовные предметы. И Нарада успокоил его.
Нарада сказал: «Ты знаешь, я только что был у Господа Кришны, задал ему тот же самый вопрос. И Кришна... вернее, не только что, да, до этого».
И Кришна пообещал мне, что он придет сюда, в Кали-югу, в образе преданного, и что он научит людей поклоняться ему. Это определенное ответвление этой истории.
До этого Нарада пришел в Двараку и застал Кришну, разговаривающего с Рукмини. И Рукмини в ответ на шутки
Кришны — Кришна очень любил подшучивать над Рукмини — Рукмини стала говорить: «Ты можешь делать со мной все, что хочешь.
И в конце концов не так уж важно, есть ты или нет, в конце концов не так уж важно, даже если ты уйдешь от меня, я не буду очень сильно страдать, потому что я все равно могу служить тебе, даже если тебя нет. На самом деле не столько ты мне доставляешь удовольствие, сколько служение тебе», — и она стала прославлять чистое служение. Она сказала, что нет никого, кто служит тебе чище Радхарани, а ты забыл ее и оставил, в конце концов, тебя там нет, и в разлуге с тобой она испытывает еще больше счастья. Счастье, которое тебе даже не снилось. Ты думаешь, что ты верховный наслаждающийся, ты живешь здесь, в этих дворцах, и тебе все служат, и ты думаешь, что ты испытываешь счастье.
Но счастье, которое испытывает и матерь Радхарани, в Вриндаване, в разлуке с тобой, в тысячи, в миллионы раз больше, чем всякое, которое испытываешь ты. И Кришна, когда он это услышал... Он очень любит наслаждаться.
Кришна по природе своей любит наслаждаться. Он подумал: «Как это так? Кто-то испытывает больше счастья, чем я сам?» Он сказал: «Спасибо тебе большое. Ты открыла мне глаза. Благодаря тебе я приду еще раз сюда, на землю, в
облике преданного, в образе самой Радхарани, и, служа себе самому, испытаю то счастье, которое она испытывает. Чтобы ощутить это счастье, он пришел сюда 500 лет тому назад в виде Чайтаньи Махапрабху.
И Нарада, встретившись с Удхавой, успокоил его. Он сказал: «Не беспокойся. Господь Кришна позаботится обо всех.
Он сам придет, Он будет проповедовать юга-дхарму, Он будет освобождать людей, Он будет давать им любовь к Богу, и при этом сам Он будет наслаждаться высшим экстазом служения самому себе в образе Господа Чайтаньи».
Но потом Нарада задал вопрос Удхаве и спросил: «О Удхава, это все хорошо, ты беспокоишься о других, но объясни мне, как сам-то ты держишься во всем? Ты находишься в майе, в материальном мире.
Как тебе удается служить Кришне? Объясни мне, пожалуйста. Я понимаю, я служу, но я иногда летаю в духовный мир. Мне как-то легче. А ты тут находишься».
Удхава в ответ на это произнес стих, который содержится в 11-й песне Шримад Бхагаватам. Он сказал, что есть одна вещь, которая защищает меня от майи.
Есть нечто, что является самым лучшим лекарством от майи, которое может постоянно держать человека вне влияния майи, даже если он находится посреди царства материальной энергии. Как по-вашему, что это за вещь?
Маха-прасадам ки! Он сказал, что просад —
то, что гирлянды, которые носил на себе Господь, одежды, которые надевал Господь, и главное — остатки пищи Господа, когда я вкушаю, это является самым лучшим лекарством и самой лучшей прививкой, которая делает меня неподвластным влиянию материальной энергии, сколько бы могущественной она ни была.
И Нарада хлопнул себя по голове и подумал: «Надо же, за всю свою жизнь я ни разу не пробовал просада Господа Кришны, настоящего просада Вишну, который едят на Вайкунтхе».
И Нарада подумал: «Во что бы то ни стало я должен попробовать этого настоящего просада с Его тарелки». Нарада отправился на Вайкунтху и подумал: «У кого можно получить этот просад?
Только у Лакшми. Лакшми служит Ему, Лакшми готовит Его, Лакшми доедает как верная жена. Лакшми доедает за своим мужем все, что есть, каждый день. Наверняка она мне что-нибудь даст.
Нужно только доставить ей удовольствие и заслужить ей милость. И Нарада стал служить ей. 12 лет он служил ей верой и правдой, пел ей про Кришну, рассказывал ей о Кришне, и Лакшми в конце концов стала очень довольна им.
И сказала: Нарада, проси у меня все, что хочешь, я исполню любое твое желание. Нарада сказал: мне ничего не нужно, но если ты хочешь исполнить мое желание, то у меня есть одно желание. Я хочу тарелочку Маха-прасада.
Смаха прославила. Когда Господь Нараяна отведает, чтобы ты принесла мне эту тарелочку, чтобы потом я всю эту тарелочку доел. Лакшми схватилась за голову и сказала: что я наделала, глупая я женщина.
Это единственное, что я не могу тебе дать. Все остальное я могу исполнить. Любое другое желание. Но только не это, потому что я обещала самому Господу Нараяне, что я никому не дам. Только я одна буду все это есть.
Нарада сказал: так или иначе, ты пообещала, это теперь твоя проблема, это не моя проблема. Ну ладно, хорошо, я подумаю, как выйти из этого положения.
И однажды она пришла к Господу Нараяне, поставила перед ним тарелку прасада, Он отведал все это. Она увидела, что он очень доволен, что он расплылся, что у него хорошее настроение. Она стала плакать.
Стала рыдать, рыдать, рыдать, рыдать, вдруг ни с того ни с сего. Господь очень огорчился и сказал: что с тобой, что такое? У меня ужасная проблема. Я попала в беду, я оказалась в тяжелом положении.
И только ты можешь меня спасти. Господь при этом многозначительно взглянул на Сударшану и сказал: ай, Сударшана, что у нее за проблема? Сударшана задрожал и сказал: я не знаю, но я тут ни при чем. Он тут ни при чем.
Во всем виноват Нарада. Нарада! Господь уже был готов схватить Сударшану, но она говорит: это тоже не при чем. Дело в том, что я по глупости своей, по женской, по недомыслию, пообещала ему, что я угощу его Маха-прасадом.
А в то же время ты мне запрещаешь это делать, что мне делать? Я твоя покорная жена, я не могу ослушаться тебя. И в то же время я пообещала: спаси меня, чтобы слово мое не было нарушено. Ты моя покорная жена.
Ты не должна нарушать мою волю. Ну, тайком от меня, чтобы я ничего не знал, ты можешь. Я отвернусь или сделаю по-другому. Лакшми так и сделала.
Господь Нараяна отвернулся, закрыл глаза. Она дала Нараде. Нарада в огромном месте здесь съел этот прасад. Сияние, которое исходило от него и из его тела, стало еще больше 10 раз.
Он, играя на своей вине, полетел, и по пути всем, кому встречал, он говорил: «Я отведал прасаду, я отведал прасаду, я самый счастливый!» В конце концов он прилетел на Светову, на Кайлас, и встретился с Шивой.
Он стал разговаривать с Шивой, рассказал ему, как он встречался с Уддхавой, как Уддхава прославлял ему прасад, как он в течение 12 лет трудился для того, чтобы получить тарелочку маха-прасада.
И когда он рассказал это Шиве, Шиву это очень огорчило. Шива посмотрел на него и сказал: «Какой же ты друг Нарады! Я думал, ты мой друг, ты съел всю тарелку и ничего мне не оставил».
Нарада страшным образом подумал: «Как же так, Шиве ничего не досталось!» Шива стал плакать, говорит: «Маха-прасад!»
Нарада стал рыться по карманам и вспомнил, что он припрятал горшочек маха-прасада в кармане. Он достал, насыпал — Шива сразу же съел всю эту горшечку и стал танцевать. Он стал танцевать в полном экстазе, глаза его закрылись, закатились, и вся Вселенная задрожала.
Танец, который танцует Господь Шива, он обычно танцует, когда Вселенная должна разрушаться. Танец, который он танцевал под воздействием маха-прасада, был еще ужасней.
Вся Вселенная стала дрожать, и все полубоги прибежали, земля прибежала, земля стала падать куда-то, дрожать, землетрясения стали случаться, они прибежали
к Парвати и сказали: «Угомони своего мужа! Сейчас не время для пралаи, он рано с лишним танцует. И все время не пришло. Свой срок, он должен танцевать, это понятно. Но сейчас-то что он танцует?»
Когда Парвати прибежала, стала кричать на своего мужа, он вообще ничего не слышал. Она стала ругать его, стала говорить: «А ты не заботишься обо мне, мы живем под деревом, я уйду к своему отцу и так далее».
Когда Шива это услышал, он пришел в себя и стал говорить: «А ты глупая женщина! Ты в таком экстазе, каком я никогда раньше не был. И ты меня вывела из этого экстаза! Ты стала ругаться, ты непонятно что стала говорить».
Она говорит: «Ну я же не ради себя, я ради всех, все от меня попросили полубоги тебя угомонить.
Но объясни мне, пожалуйста, секрет, почему ты сегодня танцевал? От тебя исходит какое-то странное сияние, странная улыбка блуждает у тебя на лице. Что с тобой случилось, что произошло, почему я раньше тебя никогда не видел? Ты всегда находишься в сознании Кришны, почему сегодня сознание Кришны, которое охватило тебя, привело тебя в такое состояние?»
Шива говорит: «Ты ничего не понимаешь, глупая женщина. Я поел сегодня маха-прасад из тарелки самого Господа Нараяны, который Нарада принес мне». Парвати услышала и сказала:
«Я так и знал! Я твоя половина, я лучшая половина тебя, И ты все съел и мне ничего не оставил. Силы почувствовал вину, угрызение и совесть, но чтобы не подать виду, чтобы показать,
чтобы в доме находясь, сказал: «Эй, ты материальная энергия, ты недостойная прасада. Кто ты такая вообще? Тебе прасад не положено. Поэтому я все съел. Я духовный человек, а ты непонятно что. Прасад полагается только мне».
Тогда Парвати возмутилась. Пришел ее черед возмущаться, она сказала, что как? Меня зовут Вайснави, я великая преданная Господа Кришны.
И я клянусь здесь сейчас, что если мне достанется маха-прасад от Господа на раме, то я позабочусь о том, чтобы он достался всем остальным. Я не буду действовать как ты. Я не съем все сама.
Я раздам его всем и устрою так, чтобы все оставалось тут. И когда Нараяна услышал этот торжественный обет, он тот же предстал перед парочкой и сказал: «Татасту, будь по-твоему.
Отныне ты каждый день будешь получать маха-прасад. И этот маха-прасад будут есть все. Кошки, собаки, русские преданные, русские души, все кто угодно.
Все, кто будет приезжать в Джаганнатха-Пури, все будут получать твой маха-прасад, и все будут прославлять тебя за то, что ты так щедро делишься со всеми маха-прасадом.
И с тех пор маха-прасад будет называться маха-прасадом в честь тебя. Это маха-прасад, прасад, который отведала богиня Вимала.
Поэтому прасад сначала предлагают Господу Джаганнатхе в соответствии с вайшнавским ритуалом, а потом несут его в храм богини Вималы и предлагают там в соответствии с тантрическим ритуалом.
Тайный ритуал совершают там у неё, и после этого раскладывают весь
Паломничество в Пури и история сломанной данды
этот маха-прасад от богини Вималы по всем горшочкам и потом выносят на ананда-базар, и все паломники получают его». В замечательном месте река называется Бхаргави-нади,
и она названа так в честь Бхригу Муни. Бхригу Муни в свое время обосновал здесь свой ашрам. И много-много лет спустя Господь Рамачандра останавливался в этом ашраме. И мы зайдем немного позже в этот ашрам к Бхригу Муни.
И всё, много-много лет спустя Господь Чайтанья проходил мимо этого места на пути в Пури. Мы помним эту историю о том, как в Шантипуре они прощались с Адвайтой Ачарьей.
Господь Чайтанья, получив разрешение у своей матери отправиться в Пури, решил пойти в этот опасный и долгий путь. В то время дорога от Майяпура, от Шантипура до Пури занимала два месяца.
Люди с пешком переправлялись через многие реки.
И когда Читани Махапрабху сказал, что я отправляюсь сейчас же, стоило ему получить разрешение своей матери, когда они договорились, что он остановится в куре и будет жить там, то он решил отправиться сразу же.
Некоторые преданные стали его отговаривать и говорить: «Подожди немного». Сейчас очень трудно идти, потому что Бенгалия, Орис на грани войны, вот-вот разразится война.
Множество границ придется пересекать, бандиты на дороге, дикие звери. Подожди немного, пережди самое опасное время. И потом, когда это опасное время пройдет, ты отправишься в путь.
Но Господь, он улыбнулся и сказал: «Мне ничего не страшно». Я санньяси, я отрекся от мира, и я отправляюсь сейчас же. Мне не страшны никакие препятствия. Все, кто хочет идти со мной, идут со мной.
Все, кто не хочет, может оставаться здесь. Адвайта Ачарья понял, что имеет в виду Господь.
Он положил молитвы на руки и сказал: «О Господь, ты совершенно прав. Потому что любые препятствия — рабы, твои рабы, твои слуги. Ты пользуешься препятствиями. Ты посылаешь препятствия, когда тебе нужно, тем, кому нужно.
И ты убираешь эти препятствия. И для тебя препятствия служат.
Если тебе нужно, ты устроишь препятствия в своей жизни, если тебе нужно, ты придешь, устранишь. Тебе ничего не страшно. Ты самодостаточный, Господь, и ты волен идти куда угодно и когда угодно.
И Господь Чайтанья вместе с пятью своими ближайшими преданными сели на лодку точно же и поплыли по ней. Была уже поздняя ночь, пятеро преданных, Господь Чайтанья совершенно пьяный от любви к Богу.
И Мукунда, сидя на этой лодке, запел киртан. Лодка стала раскачиваться из стороны в сторону, преданные стали громко петь, и бедный лодочник стал дрожать, как осиновый лист.
Он сказал: «Может быть, вы немножечко подождете, потому что мы не доплывем до утра. Тут по берегам живут тигры, они на ваш вой придут, крокодилы живут, они услышат, что мы прыгаем, они нас съедят.
Если не тигры, ни крокодилы, если мы сбежим их, то наверняка какие-нибудь разбойники прибегут». И Мукунда, услышав эту трогательную мольбу, перестал петь.
А Чайтанья очнулся, пришел в себя, посмотрел по сторонам, не понял, что произошло.
Потом в конце концов понял, что киртан больше не поется, и он стал кричать: «Чего вы боитесь? Сударшана-чакра тут рядом. Сударшана-чакра защищает преданных от всех беспокойств и неприятностей. Когда люди находятся в киртане, это самое безопасное место. Если люди поют киртан, то никакие шакалы, тигры, волки, бандиты не страшны. Потому что в этот момент сама Сударшана-чакра становится на страже преданных развития. Они шли дальше, а, и Мукунда воодушевленно этим запел, они стали петь в пять раз громче.
Бедному лодочнику ничего не оставалось, как просто смириться с этим. Он перекрестился мысленно, простился со своей жизнью и поплыл дальше. Так они плыли, они плыли по многим рекам, шли, два месяца они шли.
Заняли очень долго времени. В конце концов, они стали подходить к куре.
И все это время, их было пятеро: Нитьянанда прабху, Мукунда, Джагадананда Пандит, Шри Чайтанья Махапрабху. И Джагадананде было поручено нести данду Господа. Это было его служение. И он очень тщательно исполнял его, он не разлучался с ним.
Но когда они подходили к этому месту, то он решил отлучиться на какое-то время, попросить милостыни, чтобы приготовить просад для Господа.
Шри Чайтанья Махапрабху шел немножечко вперед, и они сели отдохнуть под каким-то деревом, и Джагадананда Пандит протянул эту данду Господу Нитьянанде и сказал: «Сторожи ее, чтобы с ней ничего не случилось».
Нитьянанда прабху многозначительно улыбнулся: «Все будет в порядке». И когда он ушел просить милостыню, и стоило ему отойти немного, как
Нитьянанда поставил перед собой данду и стал с ней разговаривать. Он стал ей говорить: «Глупая ты данда, какой в тебе смысл? Тебя должен носить тот, кого я ношу в своем сердце?» Он посмотрел на нее укоризненно.
Взял и со всего размаху шмякнул данду и сломал ее в трех местах. И очень довольный, с чувством исполненного долга сел рядом.
А Джагадананда Пандит пришел, он схватился за голову, он увидел данду Господа Чайтаньи, символ санньясы, разломанную в трех местах, лежащую рядом с Господом Нитьянандой, и он спросил у него: «Эй, Нитьянанда, кто сломал данду?»
Кто в этом мире все делает? В этом мире все делает Господь. Кто эту данду принял, тот ее и сломал. Я всего лишь инструмент в Его руках. На самом деле, Господь тебя испытывает, Кришна.
И Он делал то, что хотел Господь Чайтанья, Он знал, что Он делает.
Джагадананда понял, что ему тут ничего не светит, что никакого объяснения он не добьется, поэтому он схватил эти обломки данды и пошел вперед к Господу Чайтанье, который сидел под деревом и отдыхал.
Когда он нашел Господа Чайтанью, он швырнул изо всех сил эти обломки перед ним и сказал: «Вот, полюбуйся, это твой брат наделал».
Господь посмотрел на эти обломки, посмотрел на Джагадананду и спросил: «Вы что, дрались здесь, что ли?» У него спросили, я не знаю, что он с этим делал.
Тогда Господь Сатья вызвал к себе Нитьянанду и спросил у Нитьянанды, что такое, почему ты сломал данду? Что случилось с этой дандой? Посмотрел на него. Ну, он сказал: «Да, данда — это бамбуковая палка.
Если тебе жалко бамбуковую палку какую-то, которую сломали в трех местах, можешь меня наказать, пожалуйста. А если какая-то дурацкая бамбуковая палка, что-то из-за нее расстраиваешься, пусть» — и он стал кричать.
У меня кроме этой бамбуковой палки ничего нет. Я отказался от всего мира ради этой бамбуковой палки. Говорится, что данда это воплощение всех 33 миллионов полубагов, где они находятся в ней.
Потому что я от всего отказался, говорится, что Саньяси женится на данду. Вот, данда становится единственной его спутницей. И Шри Чайтанья сказал: «У меня была единственная спутница в мире — моя данда. И тут ее сломали.
Теперь я остался один-одинешенек в этом мире». Он стал плакать больше. Господь Нитьянанда знал, что на самом деле он доволен. Он учил таким образом весь мир.
Было много причин, по которым Господь Чайтанья не хотел носить эту данду. Во-первых, это была эка-данда. Это была саньяса-данда майавади. И он не хотел, чтобы его считали санньяси-майавади.
Кроме того, это символ отречения от мира. Хотя он принял отречение от мира, но на самом деле он принял отречение от мира только для людей. Так или иначе, он сказал, чтобы эту данду, обломки этой данды бросили в реку.
Ее бросили вот там, недалеко от того моста, по которому мы проходили, и данда проплыла, она обошла эти двери, где-то она проплыла, проплыла сюда, говорят, перевернула где-то здесь, недалеко от того места, где мы находимся.
Она до сих пор где-то здесь находится. Та самая данда, которую унес тогда Господь Чайтанья. И есть еще один как бы смысл в этом.
Господь Чайтанья принял настроение Шримати Радхарани, и данда олицетворяет Шримати Радхарани тоже, и он оставил ее здесь, чтобы вернуться к Кришне только с одной бхавой Шримати Радхарани. Но считается, что тот, кто занимается баджаном здесь, в этом месте,
с тех пор эта река, которая до этого называлась Барда-Винанги, стала называться Данда-бханга-нади. Та самая река, в которой утонула сломанная данда.
И считается, что тот, кто поклоняется Господу Кришне здесь, в этом месте, он обретает особую милость Шримати Радхарани.
И не так давно, пару лет тому назад, сюда в это место пришел один великий преданный святой Харидас Баба. Он совершал паломнически. По этим местам он пришел сюда, в это место, чтобы поклониться ему.
Недалеко тут находится храм Данда-бханга Гопинатхи.
Это божество установлено Самим Махарадзе Тратопарудрой, царя Марисовой времени Господа Читания. Когда он узнал, что в этом месте сломалась данда Господа Читания, он сам пришел сюда вместе со своей женами, остановились как бы забыть на и когда
этот святой Харидас пришел сюда в это место поклонился мылся здесь то Он получил даршан Господа Чайтаньи. Господь Чайтанья предстал перед ним, Господь Нитьянанда. Он увидел всю эту сцену, потому что это не те лило.
Здесь всё время Господь Нитьянанда ломает данду. Господь Чайтанья. И он испытал, он упал в обморок на много-много часов. И он испытал бабу, которую до этого никогда не испытывал, особый вид экстаза.
И с этих пор ему захотелось построить тут ашрам и установить поклонение Божествам. И он большой друг Шиварама Махараджа, Сатсварупы Махараджа. И он попросил их, чтобы они взяли на себя эту обязанность.
Бхакти Викаша Махарадж взял это на себя, и вот он построил тут этот небольшой ашрам. Несколько дней назад тут была церемония закладки первого камня.
Махараджа Ориссы Гаджапати сам приезжал сюда и закладывал камень вместе со своим королевским жрецом Раджай Гуру, выполнившим учительный.
Они заложили тут камень храма, они установили... будет посмотреть эти божества где-то здесь есть. Шиварама Махарадж скоро приедет и расскажет нам.
И эти две реки, которые сливаются тут, одна из них Ганга, другая — Ямуна. Спрашивайте меня какая, та ли, я не помню. По-моему, это Ганга, та — Ямуна, да, вот это Ганга, та — Ямуна. И тут можно омыться в священном месте.
Теперь я думаю, что нам можно омыться в Ганге. И потом к этому времени наверняка Шиварама Махарадж приедет.
Предание о храме Капатешвара Махадевы
Который заходил в топани, это храм Капатешвара Махадева. Капатешвара значит повелитель голубей. Махадева это Шива, великий Господь. И с ним тоже связаны удивительные истории.
Этот Шивалингам, Капатешвара Махадева, установил Господь Рамачандра. В свое время в своих странствиях Господь Рамачандра пришел как раз сюда, в это самое место, и Господь Шива с Парвати резвились в этой реке.
Когда они увидели Господа Рамачандру, им стало стыдно, и они превратились в парочку воркующих глубей. Как будто бы так и нужно. Как будто ничего не было.
Поэтому в память об этом эпизоде Господь Рамачандра сам установил шивалингам. Там есть маленький храм Шивы, где этот Шива-лингам стоит, и Господь Чайтанья заходил туда. Или просто обходил там маленький.
Давайте сейчас совершим омовение. И потом пойдём. Рагхунатха дас Госвами также Шриваса Тхакур, орбитами