Рагануга-садхана-бхакти. Часть 8.3
Бхакти Вигьяна Госвами · 2003
Главы
Различие между подражанием и последовательством
Вчера мы с вами немного говорили о разнице между подражанием и исследованием. И я был несколько неудовлетворен тем, как мы это обсудили,
поэтому я хочу вернуться сегодня к этой теме, потому что в сущности все, о чем мы говорим здесь, призвано сделать нас из имитаторов, превратить нас из имитаторов в последователей.
Есть два этих слова, которые мы употребляли: анукаранам и анусараном. Анукаранам значит подражание, имитация, анусараном — следование. Кто все-таки может сказать, в чем принципиальная разница между двумя этими процессами? Что отличает одно от другого?
Внешнее действие настроение, что ли? Внешнее. Это факт. И в том, и в другом внешне мы действуем, правильно? У нас еще нет настроений, в том и в другом случае. Мы следуем для того, чтобы настроение обрести.
Даже в случае анусараном у нас нет или может не быть настроения, трудно требовать от последователя, который хочет стать последователем, сразу чтобы у него появилось должное настроение.
В одном случае есть должное состояние - совершенно верно.
Отличает одно от другого цель и мотив. Анукаранам — это либо непонимание цели, либо неправильная цель. Цель, которая не должна преследоваться в этом действии. Либо просто отсутствие всякой цели.
Когда я просто делаю что-то: кто-то что-то делает, и я то же самое делаю. И, собственно, весь этот семинар заключается, смысл его заключается в том,
чтобы превратить нас из имитаторов, из жалких подражателей — в последователей, чтобы побудить нас делать все то, что мы делаем с ясным пониманием цели и с правильным пониманием мотивов, которые должны нами двигать.
Сегодня я собирался рассказывать немного о замечательной поэме Бхактисиддханты Сарасвати «Пракрита-раса-шата-душини», где он предостерегает против Расу Шатыдушине, где он предостерегает против распространенной, к сожалению, ошибки, когда люди вместо того, чтобы становиться последователями, становятся подражателями и пытаются дешево изображать из себя любовь к Кришне, пытаются делать некое шоу из своих эмоций.
И это очень глубокая поэма, которую нужно объяснять в отдельном семинаре, но я хотел взять эпиграф из этой поэмы для всего нашего семинара. Эпиграф из этой поэмы звучит таким образом. Сейчас.
Сиддханта-аласа джан анарха ко чарина. Сиддханта-аласа джан. Джан значит человек. Аласа значит лень.
А сиддханта значит сиддханта. Если человек ленится постичь сиддханту, если у него есть внутри лень, то каков результат этой линии будет? Ананта-точхидина?
Он никогда не сможет избавиться от чего? От анарт. Он никогда не сможет избавиться от своих недостатков. Он никогда не сможет избавиться от пороков, которые мешают ему на любом пути, даже на пути материальной жизни.
Он никогда не сможет по-настоящему очистить свое сердце. Это многие вещи из тех, о которых мы говорили,
они на много-много голов выше, мы даже не на голову их должны класть, а куда-то гораздо выше, потому что даже на нашей голове им не место наша голова слишком грязная для того, чтобы все эти вещи на нашу голову класть.
Но тем не менее, сиддханта, когда мы пытаемся постичь сиддханту, мы не должны проявлять лени, мы должны с огромным энтузиазмом и желанием пытаться понять смысл священных писаний, тогда мы сможем правильно следовать, тогда мы сможем действительно идти и достичь, а не просто жалко подражать.
И мне хотелось еще немножко поговорить об этой разнице.
Переход от расчёта к внутренней свободе
Я вчера один преданный справедливо совершенно упрекнул, что что-то все рагануга, рагануга. Что-то очень мало о том, чем же мы должны заниматься и как.
У Бхактивинода Тхакура есть песня. В этой песне Бхактивинод Тхакур говорит интересную вещь. Хотел немножко еще раз в буквально двух словах напомнить об этом очень важном нашем моменте.
О том, каким образом вайди, что такое вайди, следование на пути вайди или видхи, когда мы следуем заповедям священных писаний и когда мы следуем раге, спонтанному, спонтанной любви, которая живет в сердцах вечных спутников Кришны. Что такое?
Чем продиктовано еще раз следование вайди-садхана-бхакти? бхакти? Разуму. А как по-другому можно назвать разум? Что что разум делает? Разум священный писание. Да, но что, собственно, разум делает? О чем она основана?
Разум выбирает, а еще что делает разум анализирует анализирует что делает раз выгода разум значит расчет правильно это хороший расчет, это правильный расчет, но тем не менее это расчет.
Следование пути вайди-садханы всегда основано на расчете. Мы думаем, что мне за это будет, что я получу в конце, какая у меня будет награда, какой-то у нас всегда есть расчет.
И когда я могу избавиться от этого расчета, когда, собственно, я смогу действительно вступить на этот путь, на путь спонтанной любви и привязанности к Кришне. Расчет с чем связан? С наслаждением.
И все с тем связано конкретно. С нашим телом. Своя рубашка, она ближе к чему? Нет, своя рубашка ближе к телу. Душа ближе, не своя рубашка. Душа ближе, рубашка ближе.
Своя рубашка ближе к телу, и соответственно, мы говорили, что до тех пор, пока я ощущаю себя телом, я могу сколько угодно, я могу дать 1728 лекций на тему о том, что я не есть это тело.
Но если я при этом ощущаю себя телом, все равно своя рубашка мне будет ближе. Потому что я ощущаю себя телом.
И до тех пор, пока я не перестал ощущать себя вот этим телом, пока я не перестану ощущать, я не смогу по-настоящему следовать пути ради.
То есть до тех пор, пока у меня есть расчет какой-то, пока у меня есть схемы какие-то, я иду этим путем.
И Бхактивинод Тхакур очень интересно говорит в своей песне о том, как, собственно, происходит эта перемена, этот переход, что случается при этой перемене.
Человек, пользуясь своим разумом правильно, делает правильный расчет. Его расчет правильный. Он понимает, в священных писаниях изложены высшие принципы, они в конце концов принесут мне благо.
И в результате этого расчета, в результате следования пути вайди- садханы, в результате того, что я выполняю принцип того, что я встаю рано до рассвета, когда мы должны вставать?
Ну, как минимум, за одну мухурту до рассвета. Как минимум, мухурты сколько будет? 48 минут. Как минимум за одну мухурту до рассвета. Что легко делать зимой в Мурманске.
Там же лето... Так или иначе, когда я следую этим путем и в результате следования что должно ко мне прийти, что ко мне приходит? Очень интересная вещь приходит ко мне.
Я следую правилам, я следую законам. К чему приводит следование законам? Даже материальным законам. К чему приводит? К чему приводит нарушение законов и к чему приводит следование законов? К свободе. Свободен. Не посадит, да.
И следование правилам, принципам, делает человека свободным. Он понимает, это мой естественный образ жизни. На самом деле это самое естественное, что может быть. Что все остальное противоестественное.
Что все остальное — это анарха. Анарха значит то, что не имеет ценности, то, что мешает. И путь раги, то есть ко мне приходит эта свобода или независимость. Я следую правилам, и вначале я зависим от этих правил.
Но по мере того, как я следую, понимаю их смысл, ко мне приходит независимость от них. И когда независимость от... И независимость, что значит? Значит, что я их нарушаю? Нет, значит, что мне нравится им следовать.
И я уже не завишу от правил, я завишу от чего... завишу от вкусу. От вкуса, от того, что мне нравится это дело.
И в этот самый момент, в этот самый момент, я получаю услышав об играх Радхи-Кришны, ко мне в сердце войдет эта лоба, жадность. В этот самый момент ко мне приходит квалификация к следованию этим путем рагануга-бхакти.
Мне хотелось еще раз как бы это повторить, как это все должно произойти,
что в какой-то момент, следуя вайдхи, следуя принципам, правилам, исходя из какого-то корыстного расчета, я понимаю, что это естественно, что это просто, что это то, что нужно мне, и то, каким образом нужно жить.
И в этот момент я понимаю, кого мне нужно любить, и что дальше делать.
Суть сахаджии и естественный путь практики
И мы вчера давали определение. Я хотел все-таки сегодня начать именно с этого. Мы не закончили важные вещи, касающиеся всех этих схем красивых. Их уже тут размножили больших количеств, уже кто-то подготовился.
Но важнее всё-таки начать с этого определения, которое мы дали в самом конспекте, которое, собственно, следует из прокрити, раса-шастры, дживы, премы и Бхактисиддханты Сарасвати. Мы дали определение сахадзей.
Что это за определение сахадзей? Нарушение естественного порядка. Нарушение естественной последовательности. Любые попытки. Так или иначе, нарушить естественный процесс.
Нужно очень хорошо понимать, что путь саданы - это путь естественный, путь, который не придуман, ни что-то искусственное, не что-то выдуманное, не что-то противоестественное противный нашей природе.
И есть определенный естественный процесс, который в конце концов обязательно должен привести.
Если мы доверяемся этому пути и идем по нему правильно, если мы доверяемся ему, то в конце концов он нас приведет к нужной цели. Шрила Гурудев задавал то же самое определение и сахадзям. Но на очень графическом примере.
С кем он сравнивал Сахадзеев? Да. Нет, не с женой, с женой — это уже больше Шрила Прабхупада. А с женщиной, которая не беременна по тем или иным причинам, но очень родить хочет.
И она уходит в родильный покой, у нее схватки начинаются. Она изо всех сил тужится, тужится, чтобы родить кого-нибудь. Но родить никак не может. По одной очень простой естественной причине, потому что она не беременна.
Сколько бы она ни тужилась, сколько бы она ни кричала, сколько бы она ни рыдала, ни билась в этих схватках, она не родит никого. Должен произойти процесс зачатия, есть некий естественный процесс,
который должен в конце концов привести к кульминации, которой будет рождение ребенка.
И Шрила Прабхупада тот же самый практический пример приводил, когда он говорил, что молодая девушка, которая выходит замуж, ей хочется, чтобы у нее на следующее утро ребеночек там в постели оказался.
И лучше, если ему годика три сразу будет. Но не бывает так. Не должно так быть. Есть определенные, должны быть какие-то события до этого произойти, и только потом все остальное с ней случится.
И в этой поэме «Пракрита-раса-шата-душани» Бхактисиддханта Сарасвати Тхакур Прабхупада говорит о препятствиях, которые человек сначала должен преодолеть, о том, чтобы раса спустилась на человека, чтобы это бесконечно прекрасное духовное чувство любви
Кришне низошло в сердце и заполнило сердце, сначала должны быть устранены препятствия. Бхактисиддханта
Сарасвати он берет очень интересный стих из «Падма-пураны». В «Падма-пуране» есть раздел, который называется «Апарадха-бхаджана-стотра».
Где говорится об этом, апарадха-бхаджане, об оскорблениях, которые человек наносит, повторяя святое имя, и там приводится стих, в котором говорится, что святое имя бесконечно могущественно.
И начинает Бхактисиддханта Сарасвати с одной очень важной вещи. Вся эта поэма, она построена на отрицании.
Практически каждая строчка этой поэмы там 77 стихов и прокрыты рассушаты души не значит опровержений пракрита-расы или материальной расы, материальные эмоции,
или попытки выдать материальные эмоции за духовные эмоции, и каждый из 77 стихов из двух строчек, и в каждой строчке одно из опровержений. И они все кончаются на на. На значит нет. Нет, нет, нет, нет, нет.
Иногда там не только на. Никогда, ни за что, ни в коем случае.
Шрила Бхактисиддханта Сарасвати Тхакур говорил, что 99% своих усилий он потратил не на то, чтобы объяснить, что такое бхакти, а на то, чтобы объяснить, что такое не бхакти.
Святое имя как единственная основа расы
Потому что именно... И, собственно, эта поэма, она является подтверждением этого, и он начинает с одной очень важной вещи, которую, собственно, является сегодняшней нашей главной темой.
Он говорит, что настоящий гуру никогда не учит тому, что нама, или святое имя, отлично от расы, или духовного блаженства любви к Кришне, что
настоящий духовный учитель, первое, что должно отпечататься в нашем сознании очень четко, то, что нама, в конце концов, и есть сама раса, и что источником расы, источником духовной любви является святое имя.
Нет другого источника духовной любви, кроме святого имени. И дальше, соответственно, после этого кончает он. Это одно из первых утверждений в начале поэмы.
Кончает он тоже очень важным стихом, где он говорит, что человек может слушать о Кришне или слушать святое имя. Но слушание о Кришне и слушание святого имени... никогда не принесет никакой пользы человеку и
никогда человек не сможет по-настоящему услышать о Кришне, если он не сделает слушания своим служением. Если именно слушание наставлений не будет для него главной формой служения или слушания святого имени.
Если повторять святое имя, он не будет находиться в этом состоянии слуги. Не потому, что я хочу насладиться, не потому, что я хочу чего-то получить от этого или еще что-то.
Если он сделает это со севой своей, и в этом настроении севы я служу святому имени. Я, когда я пою киртан, когда я повторяю, когда я слушаю, если у него будет вот этот дух бескорыстный самоотдачи, только в этом случае он сможет слушая что-то услышать.
В противном случае он будет слышать, слушать и ничего не услышать, всё будет входить в одно ухо и растворяться в лакуме который между двумя ушами находится но сказав, что раса не отлична от намы и
что в конце концов источником намы, источником расы, источником любви является свет. Дальше он говорит, что когда нама осквернена тем, когда есть оскорбления, которые оскверняют наму, то это не нама.
И она такая нама никогда расы не приведёт, что до тех пор, пока есть эти преграды, отделяющие меня от святого имени, я не смогу найти, узнать, разыскать расу святого имени.
И сегодня у нас в конце нашего занятия будет практика. Вы, пожалуйста, принесите с собой чётки с перерыва. У нас будет практика. Мы будем читать святое имя для искупления всех сразу.
И сам Бхактисиддханта Сарасвати Тхакур цитирует этот стих из «Падма-пураны» не в этом произведении, а в комментариях к «Чайтанья-чаритамрите», где он приводится к «Кришнадасу Кавираджу Госвами». В самом стихе говорится
в «Яват-стхане». «В Яват-стхане» буквально значит: ими разделяется.
Препятствия на пути чистого повторения имени
И Бхактисиддханта Сарасвати даёт очень новое объяснение. Он говорит, что есть имя — нама. Да, ещё одно очень важное. Ну ладно, я позже скажу. Я имел в виду: что есть святое имя — нама, и есть душа, которая его повторяет.
Но апарадхи или какие-то вещи, они стают преградой между именем и душой, что вырастают эти горы, которые отделяют меня, маленького, крошечного, маленькую дживочку, от святого имени, наполненного расой. И он объясняет, что это за препятствия, исходя
из этого стиха из «Апарадха-бхаджана-сутры». Пашандата, деха, дравина, джаната, лобха, пашандата. Значит, привязанность к материальным удовольствиям, к удовольствиям тела.
Потому что если я привязан к удовольствиям тела, то я должен отождествить себя с чем? Если я себя не отождествляю, могу ли я получать материальное удовольствие? Нет.
Могу ли я получать материальные удовольствия от того, как другой наслаждается? Нет, не могу, потому что это другое тело так. Чтобы Я должен считать, что я есть тело, чтобы получать материальные удовольствия.
Соответственно, это одно из препятствий, удовольствие или привязанность к ним. Когда мы меняем вот эту вот сетку материальных удовольствий на что-то гораздо более возвышенное. И это источник в конце концов оскорблений.
Дравина — что приносит нам в конце концов удовольствие? В результате чего мы удовольствие получаем? Есть один замечательный источник всех удовольствий. Один только. Да нет. Да нет. Деньги. Ни ум, ни Кришна, ни святое имя.
А все очень просто. Деньги. И до тех пор, пока я привязан к этой концепции, того, что мне нужны деньги, деньги, деньги, деньги, деньги, деньги. Я думаю об этом. Дэва-дравина-джаната. Джаната значит... Что значит джаната?
Джаната значит последователи, родственники, значит асанда-санга, дурное общение. Или желание приобрести побольше последователей. Что бы и... желание обрести последователей, соответственно, я вынужден опускаться
до сатсанги, до нечистого общения. Потому что я как бы льщу своим последователям. Лобха. Что такое лобха? Все знают. Жадность. Да. Жадность. И в сущности, это как бы итог всего этого.
Потому что я могу быть жаден до материальных удовольствий, я могу быть жаден до денег, я могу быть жаден до каких-то последователей, которые будут давать мне славу, почет, более тонкие формы материального удовольствия.
В конце концов, все это выражается в том, что у меня есть эта жадность. Эта жадность не позволяет мне услышать намбу и делает мое повторение святого имени оскорбительным. Бэдха-дравина-джаната-лобха. Пашандата.
И в результате этого у меня появляется пашандата. Кто знает, что такое пашандата? Пашандата — это, в сущности, материализм. Это материальный взгляд на вещи. Это материальное видение мира.
Когда я вижу мир в категориях материи, ценю мир, отношусь к миру с точки зрения материализма. И пашандата, да, значит оскорбление. Пашандата означает, опять же, в Падма-пуране говорится, что такое пашандата?
Это когда я смотрю на вайшнава как на кого? Да, как на просто религиозного человека.
Когда я смотрю на гуру как на кого? Как на обычного человека. Он принадлежит какой-то мирской религии, скажем так, какой-то джати, какой-то культуре. Тогда как вайшнав — это кто?
Возлюбленный Кришны, чистый, настоящий вайшнав.
Когда я на гуру смотрю, как на обычного человека, когда я не понимаю, что через него сам Кришна Параматма говорит со мной, и параматма дает мне наставление, когда я не могу увидеть этого.
Что еще является проявлением этого материализма? Материализм — это взгляд. Когда я смотрю на кого? На мурти Кришны — как на стерлинг? Да, как на камень.
Когда я не вижу, что сам Кришна находится там, сам Кришна действует через него. А когда я смотрю на чарана-лету воду, которая омывала лотосные стопы Кришны, как на что? Или вайшнава? Как на обычную воду.
Когда я смотрю на прасад — как на что? Как на обычную кашу. И так далее. Это пашандата, в результате этого мое видение мира материализуется.
Я не понимаю, что моя связь, иначе говоря, материализм — это отождествление себя с материальным миром и осознание своей связи с материальным миром. Потому что я прежде всего главным образом связан с материальным миром.
Тогда как духовный взгляд на мир, это какое ощущение себя, с кем я связан, кто самый близкий мне? Да. Это кто? Кришна, кто еще? Гуру, вайшнавы. Да. Кришна, гуру и вайшнавы. Я принадлежу к ним. Я из их семьи.
Они самые близкие, самые родные для меня. Тогда как тут я принадлежу к этому миру.
Бхактисиддханта Сарасвати не устает повторять там: до тех пор, пока этот пашанда, пока все эти препятствия есть, мы не сможем увидеть Лилу, мы не сможем увидеть гуну, почувствовать гуну в святом имени, качества Кришны, мы не сможем почувствовать расу, мы не сможем тем более войти в лилу.
И там же он учит определенному целомудрию, он говорит, что никогда духовный учитель не скажет своему ученику, посмотри, как я трепещу от расы. Потому что раса накатила на меня. Посмотри, ты видишь, накрыла так.
Я был бы в Джаганнатха-Пури, там один слайд около храма Джаганнатхи, пуджари выбежал и стал петь «Гита-говиду». Мы там что-то по Шветаганга-сароваре мы омывались, вышли оттуда, он поет и договори, ну поет.
Потом кончил петь, подходит ко мне. Смотри, смотри, смотри, смотри. У него там мурашки. Спасибо, спасибо, спасибо. Экстаз.
Или он никогда не будет говорить своему ученику: «Ух ты, смотри-ка, ну тебя уже раса накатила вообще, смотри, уже достиг этого», нет. Что есть определенное, что эти вещи человек должен ходить в секрете.
Свои сокровенные отношения с Кришной ни в коем случае нельзя выставлять напоказ.
Отказ от материального эгоизма и ложного я
И для того, чтобы эти препятствия ушли, это еще одна очень важная вещь. Что до тех пор, пока у меня остается это материальное я и мое, материальное самоотождествление.
До тех пор, пока я что-то считаю в этом мире своим, и пока у меня есть это я материальное, то я никогда не смогу почувствовать намабхая, увидеть намабхая.
Моя раса, мои эмоции, мои чувства, они будут материальными, они будут джада-расами, материальными эмоциями. Иначе говоря, человек, отказавшийся от Я и Мое, он должен разрушить это свое материальное самоотождествление.
Это очень долгий и болезненный процесс. Мы сами не знаем до конца, до какой степени мы глубоко отождествляем себя с материальным телом. И это я и мое. Об этом же говорят, кстати говоря, христиане.
Они говорят, что вот это уничтожение «я» и «мое», как оно называется в их философии? Самоничиженье? Нет, не самоничиженье. Нищета духа.
Пока не станете нищими духом, не обретете царство Господне, это Нагорная проповедь, и у нас то же самое, у нас есть это акинчина-дхана. Кришна — он богатство тех, кто акинчина.
Что вайшнав — он всегда должен быть акинчиной. Акинчина — это кто такой? Нищий. Тот, у кого ничего нет. Акинчина. У него вообще ничего нет. Это, собственно, эти книги молитв Бхактивиноды Тхакура. Ниси 1, нищий 2, ниси 3.
Об этом. О том, что я нищим должен стать. То, что я в какой-то момент должен почувствовать, что нет у меня ничего и что мне ничего не нужно.
До тех пор, пока у меня этого внутреннего состояния нет, то, что мне ничего не принадлежит, нама мне не откроется, и оскорбления будут осквернять мое святое имя и соответственно именно
поэтому он говорит что есть люди которые говорят сначала нужно получить расу сначала нужно прийти к расикова-савинаджу. Расикова-вайшнав тебе даст. Он даст тебе квалификацию, даст тебе все.
И потом только у тебя появятся шраддха и все остальное. Не бывает так, не бывает, не бывает. Есть естественный порядок. Человек должен пройти этот путь. И этот путь нелегкий. На этом пути его подстерегает множество проблем.
Снова и снова он предостерегает нас от этого, от того, чтобы мы не отождествляли себя с материальным телом, чтобы мы не слишком торопились на этот путь, потому что чтобы идти по этому пути, нужно обладать должной квалификацией.
Формы самообмана и духовная прелесть
Я завершу буквально быстро упомянув эту часть нашей темы, то, каким образом та же самая проблема — потому что на самом деле это универсальная духовная проблема.
Эта универсальная духовная проблема, в частности в христианстве, в традиции, с которой мы должны быть знакомы, живя в России, — называется та же самая сахаджия. Как там называется? Прелесть, да, совершенно верно. Прелесть.
Нет, не от слова прекрасное, от слова прельщаться. Не от слова прелестное, от слова прелестный, то, что прельщает, прелесть.
Когда человек принимает за духовный опыт материальный опыт, как тут говорится, пракрита-раса-шатадуши, непракрита-раса — значит, материальная раса.
И когда я пытаюсь выдать в своем собственном уме из-за этой склонности к обману, к склонности к самообольщению, когда я пытаюсь выдать ее за духовное что-то, то я, по выражению христиан, нахожусь в чем? В прелести, в нашем выражении — в майе просто. В общем, суть одна и та же.
В майе, в прелести, неважно. И в частности, я упоминал этого Игнатия Брянчанинова. Он знаменит тем, что... Они, кстати говоря, вайшнавов тоже упрекают, они говорят, что все вайшнавы в прелести находятся. Но это их проблемы, наши проблемы.
Но они говорят о двух формах основных самообмана или самообольщений, что в принципе очень любопытно, и я думаю, что это поможет нам в том числе понять кое-что: две формы этой прелести или две формы самообольщения. Одна называется...
У них проблема в том, что у них философии толком нет. У них очень хороший опыт и реальный опыт, но с философией у них сложно, у них с терминами сложно, у них как-то много-много слов. И очень непонятно все.
То ли дело у нас? У нас на санскрите все ясно, понятно. Если одно, так уже если есть. Ну там как-то все по-русски и очень путаешься поэтому.
Одна форма, когда человек себя обманывает, он обманывает себя с помощью воображения или мечтательности. И они говорят, что это порог ума.
Что ум, ну я расскажу, что просто человек, так как у него дана ума есть эта способность воображать. Он начинает воображать, он начинает представлять себя где-то раньше времени, что он уже находится в духовном мире.
И с помощью этого воображения или мечтательности он разжигает свой ум, и разжигая свой ум, доводя его до этого лихорадочного состояния, когда человек воображает, воображает, воображает, он в конце концов впадает в лихорадочное состояние.
И в лихорадке ум начинает что делать? Да, он начинает видеть. Видения предстают перед ним различные. Он начинает слышать, у него появляются галлюцинации. И при этом это может доставлять ему блаженство.
Они сами говорят, что ощущения, которые человек испытывает при этом, они кажутся ему неземными, потому что он не испытывал нигде в своем земном опыте наслаждения, ничего подобного.
И это для них внутри субъективно является доказательством того, что это нечто божественное. Но при этом они забывают одну вещь: что они делают это ради этого же наслаждения, которое они при этом испытывают.
У них им предстают видения различные, голоса какие-то, они видят рай, они видят Бога, ангелов, еще что-то такое.
И в этом воображении иногда даже какие-то чудеса там происходят, они начинают молиться в каком-то таком разгоряченном лихорадочном состоянии, и что-то такое приходит к ним.
И это в общем-то очень похоже на то, что делают различные сахадзийские секты.
Об этом говорит, в частности, Бхактивинод Тхакур, который объясняет баулы, так и другие течения. Они все, кстати говоря, они все имеют. Майватскую природу. В конце концов, они считают, я Радха и Кришна. Они поют.
А когда только начал заниматься, практиковать сознание Кришны, в Ташкенте жила одна женщина из Бенгалии. Она вышла замуж за моего однокурсника, они поселились там. И она пришла и дала мне кассету.
Я стал слушать эту кассету. Ну, экстаз просто полный. Ну просто полный экстаз. Я спросил, что такое. Она говорит, это баулы наши.
Я тогда не знал, что за баулы, потому что аул в то время деревня какая-то. Я подумал, что у них там тоже аулы есть. Поют. Они славятся своим пением, своими песнями, Радхе и Кришне. При этом они, соответственно, Кришна кто?
Это тот, который поет, а Радха это кто, это та, которая подпевает ему. И, соответственно, по ночам они...
И они, они все санньяси, не все санньяси, но там есть санньяси, и там есть грихастхи тоже. И разница между санньяси и грихастами заключается в том, что у санньяси подруги не должны беременеть, а у грихастх могут.
Принципиальное отличие между трансцендентной лилой и материальным сексом. Ну и так далее. Нет смысла. Но при этом они испытывают необычайные экстазы, какие-то там везения и все остальное.
И все это в конце концов всего лишь продукт воображения, продукт нашей мечтательности.
Когда мы хотим, опять же, пытаясь нарушить естественную последовательность, хотим, не разрушив материальное самоотождествление в материальном теле, с материальным самоотождествлением обрести подлинный духовный опыт.
И вторая форма, о которой они говорят, тоже очень любопытная, пожалуй, еще более поучительное. Они называют ее мнением. Или имеется в виду самомнение.
И в данном случае, чтобы отличить от первой, они говорят, что это порог сердца. Не в медицинском смысле этого слова, а или изъян сердца, слабость сердца.
То есть нечто еще более глубокое по их мнению, что есть ум с его способностью воображать и разжигать себя и порождать какие-то видения. И есть просто гордыня.
И это то, что Рагнатха Дас Госвами в «Манах-шикше» называет последним препятствием или одним из самых последних препятствий, практически: когда человек занимается духовной практикой, и если тут практически неизбежно нарушение каких-то принципов, потому что ум, он очень тесно связан с телом, то тут проблема заключается глубже.
Проблема в том, что мотивирующим фактором, который заставляет меня изображать все это и заниматься духовной практикой, является что в данном случае? Гордость, гордыня.
Я занимаюсь этим и я иногда могу даже ради гордыни своей очень твердо следовать регулирующим принципам, но для чего? Для того чтобы завоевать определенное положение, определенный статус, для того чтобы люди восхищались мной, для того чтобы люди в воздух чепчики бросали, когда меня видели, рыдали, падали мне в ноги, пытались схватить пылинку с моих стоп
и так далее. И Рагхунатха Дас такой говорит, что это как жена собакоеда, женщина собакоедка, которая пляшет в моем сердце. Последнее, самое опасное препятствие, самое трудное, самое большое.
Даже это от этого легче избавиться, и на этом легче себя поймать, чем на гордыне, на свапнили.
Потому что очень трудно иногда бывает, особенно изнутри, понять, что я делаю это только для одной простой вещи, что я отрекаюсь от мира, занимаюсь духовной практикой, потому что я хочу утвердить какое-то свое положение или получить честь, почет, и вот это опасности, которые подстерегают нас на этом пути.
Мы можем видеть, что духовный опыт, он в принципе, законы духовного опыта — одни и те же. Ошибки, которые люди совершают на этом пути, они тоже одни и те же. Независимо от того, по какому пути они следуют.
И прежде чем перейти к нашей завершающей части, вот этой вот, я хотел сделать несколько вот таких предостережений. Мы в свое время опубликовали перевод «Пракрита-раса-шатадушини» в журнале «Вайшнавизм: открытый форум».
И я очень рекомендую, чтобы преданные как-то на досуге почитали ее и подумали над тем, о чем говорит Бхактисиддханта Сарасвати Тхакур. Те, которые хотят понять, что к чему. Я немножко еще два слова скажу после перерыва.
Давайте сейчас сделаем перерыв, и все чуть-чуть отдохнем.