Шримад-Бхагаватам 4.28.53. История царя Пуранджаны. Духовный путь человека
Бхакти Вигьяна Госвами · Ереван · 2023
Главы
Бхагава, 12,
Аллегория Пуранджаны в Шримад-Бхагаватам
такой мудира, мудира, наштапраесва бадрищу, наштае Нитям Бхагавад Севая. Нитям Бхагавадва севая. Бхагавать тютамашло. Бхакти бати найсти, найшти, дама прайта,му, 2, 7, 2, 2, 7, 4, му'я, 3'ват, Мам, к'-air 1 прав 1 петля 30, вайпая на вирахаттараджуха, путрети танмая та йутараво бинидус, там сарвобу та хридаям муни матусми Я
очень рад видеть вас всех сегодня. Я прочитаю один стих из четвертой песни «Шримад-Бхагаватам», 28-я глава. Как Пуранжан родился женщиной? Это завершающая история четвертой песни, в которой аллегорическим образом описывается
путь человека в этом мире и прежде всего духовный путь. И один из последних стихов из этой главы прежде чем Нарда Муни начнет расшифровывать эту аллегорию, растолковывать ее, царю Прочинабархи, рассказывает о том, как.
Вайдарби встретилась с неизвестным брахманом. Аписмара си Чатманам, Авигята сакам, саке хитвамам, падам, авичан Бума Бгога, Ратогатаха.
Браман продолжал, дорогой друг, хоть ты и не узнал меня сразу, разве ты не помнишь, что в прошлом у тебя был очень близкий друг? К несчастью, покинув меня, ты решил стать наслаждающимся в материальном мире.
Комментарий Прабхупады. «Бхагавад-гите» говорится: «Иччха-двеша-самутстхена двандва-мохена бхарата, сарва-бхутани саммохам сарге янти парантапа». О потомок Бхараты, Арджуна, о покоритель врагов!
Появляясь на свет, все живые существа оказываются во власти иллюзии, порожденной двойственностью желания и ненавистью. Здесь объясняется, как живое существо попадает в материальный мир.
В духовном мире нет ни двойственности, ни ненависти. Верховная личность Бога распространяет себя во множеству форм, чтобы испытать
все возрастающее блаженство, Верховная Личность Бога проявляет себя в формах, относящихся к разным категориям.
В «Вараха-пуране» говорится, что один вид экспансий Господа — вишну-таттва, по-другому ее называют свамшей, а другой — пограничная энергия — вибhинна- амша или живое существо.
Живые существа — это частицы Верховного Господа, они бесчисленны и подобны крохотным атомам солнечного света, которые являются бесчисленными экспансиями Солнца.
Экспансии, относящиеся к категории вибhиннам и представляющие собой пограничную энергию Господа, — это живые существа.
Когда живые существа хотят наслаждаться независимо от Бога, в их сознании возникает двойственность, и у них появляется ненависть к служению Господу, отвращение. Так живые существа попадают в материальный мир.
Прямо в «Шри Чайтанья-чаритамрите» сказано: кришна бахирмукха хана бхога-ванчха кари никатастха мая тари’ джапаи самсари. Естественное состояние каждого живого существа — служить Богу с любовью.
Но когда у него возникает желание стать Кришной или подражать Кришне, оно падает в материальный мир. Кришна — Верховный Отец, и Его любовь к живому существу вечна.
Когда живое существо падает в материальный мир, Верховный Господь сопровождает его в форме Параматмы, экспансии свамши. Благодаря этому у живого существа всегда остается возможность рано или поздно вернуться домой к Богу.
Злоупотребив своей независимостью, живое существо отвергает служение Богу и занимает положение наслаждающегося в материальном мире.
Иными словами, живое существо оказывается в материальном теле, стремясь занять как можно более высокое положение, оно вместо этого попадает в круговорот рождения и смертей и становится то человеком, то полубогом, то кошкой, то собакой, то деревом и так далее.
Так живое существо выбирает себе тело, принадлежащее к одной из 8 миллионов 400 тысяч форм жизни, и пытается найти удовлетворение в многообразии материальных наслаждений.
Однако Сверхдуше не нравится такой образ действий живого существа, и она побуждает его подчиниться власти Бога. В этом случае Господь начинает сам заботиться о живом существе.
Но пока живое существо не очистилось от скверных материальных желаний, оно не может предаться Верховному Господу.
В «Бхагавад-гите» Господь говорит: бхоктарам яджна-тапасам сарва-лока-махешварам сухридам сарва-бхутанам гьятва мам шантим риччхати. Мудрецы, знающие, что Я — высшая цель всех жертвоприношений, Верховный владыка всех планет и полубогов, а также благодетель и друг всех живых существ, избавляются от всех материальных страданий и обретают умиротворение.
Сила Прахупада Кича Аписмарасичатманам Авигята сакам саке Хитвам падам Анвичам. Бома Бога ратога та. Брахман продолжал.
Дорогой друг, хоть ты и не узнал меня сразу, разве ты не помнишь, что в прошлом у тебя был очень близкий друг? К несчастью, покинув меня, ты решил стать наслаждающимся в материальном мире.
ря Рамаре, Хрена, ряд 3, 1, 3, маре. Индахправищи, Мамувачи, мы мампрасуктом, Санживая, таки лешахтидарах, свадам на ям счастличана, сраманат вагадим, прана, маубагавате и пурша и дубим, свася ставиш Как
Как я уже сказал, эта история из четвертой песни Шримад-Бхагаватам содержит в себе множество очень важных уроков для нас с вами. И поэтому я выбрал один из стихов, завершающих
эту историю, чтобы иметь возможность вместе с вами подумать еще раз над уроками из этой истории.
Четыре цели человеческой жизни
Четвертая песня Шримад-Бхагаватам в целом описывает путь человека в этой жизни. В соответствии с Ведами любой человек ставит перед собой четыре цели. Каждый человек хочет так или иначе иметь какую-то праведность, дхарму.
Мы сегодня ехали на машине, Саджан Баху Прабху, я заметил, что во всех проезжающих мимо машинах вместо болтушки висит крест. Я думал, что, ну, наверняка люди редко вспоминают об этом, но крест повесили.
Это потребность, так или иначе совершать что-то благочестивое, оно есть у всех людей. Все люди до какой-то степени верующие. Душа по природе своей верующая. Мы видели, как в течение 70 лет веру вытравливали из людей.
Даже слово Бог было под запретом. Про Бога можно было только говорить в контексте, что его нет. Единственное, единственный контекст, который позволялся. Но потом Бога опять разрешили, и сразу все стали верующими.
И сразу все повесили кресты на свои машины. Дхарма — это. Человеку хочется чувствовать, что он хороший. Кого бы мы ни спросили, каждый человек скажет: «Я хороший». Я не знаю про тебя, но я хороший.
Дхарма, праведность, понимание того, что нам нужно так или иначе жить в соответствии с какими-то правилами — это неотъемлемая часть человеческой жизни. Артха — все хотят богатства, об этом долго не нужно говорить.
В наше время нужно доказывать, что люди хотят быть праведными. Это не так очевидно, рекомендации, но то, что все люди хотят богатства, это доказывать не надо. Это самоочевидная истина.
Естественно, все хотят наслаждаться в этом мире.
И в конце концов, все хотят освобождения, все хотят перестать страдать, все ищут этого освобождения непонятно где, кто-то надеется на то, что если его в холодильнике заморозят, то потом его разморозят, и он опять станет наслаждаться.
Когда замораживать уже могут, а вот размораживать, чтобы живой выходил, пока еще не получается. Но все хотят так или иначе какого-то способа избавления от страданий. Все ищут этого способа.
Поэтому четыре цели человеческой жизни в материальном мире — это не какая-то духовная вещь, это абсолютно приземленная реальность, и в четвертой песне Шримад-Бхагаватам суверенно объясняется, как можно достичь этих четырех целей и одновременно с этим вернуться к Кришне, вернуться к Богу.
Четыре главных истории четвертой песни Шримад-Бхагаватам описывают дхарму, артху, каму и мокшу в истории с знаменитым нашим Праджапати Дакшей описывается дхарма.
Он был очень праведным, в результате получил голову козла, и все понял. Понял свои ошибки. Эта история фигурально показывает, что мало быть просто праведным. Что сама по себе праведность может сделать человека гордым.
Мы видим это снова и снова и снова, даже на примере наших собственных жизней - иногда мы начинаем чрезмерно гордиться своей праведностью, а это приводит в свою очередь к падению.
И Дахша, история Дахши и Сати — это история неправильно понятой праведности, праведности как средства материального благосостояния существования.
История Други — это история про то, как маленький юный царевич возмечтал обрести царство, вместо этого обрел Бога. История Притху Махараджа — это история о том, как надо наслаждаться, не запутываясь в этом мире.
И в конце концов, четвертая главная история четвертой песни — история Прачетов — объясняет, как обрести мокшу, освобождение и одновременно с этим вернуться к Богу.
Сейчас нет возможности подробно объяснять все эти хитросплетения. Я хотел поговорить конкретно об этой истории царя Пуранжины, которую рассказывают в контексте четвертой главной истории, четвертой песни Шримад-Бхагаватам.
Нарада Муни, убедившись в том, что сыновья царя Пуранжины на верном пути, что они попали туда, куда надо, а не в какую-то секту,
решил помочь их отцу. А отец прочетов, царь Пуранжана, был полностью поглощен материальной жизнью.
Он был уже старый, очень преклонных лет, но тем не менее он пытался так или иначе наслаждаться материальной жизнью до последнего.
Наставления через иносказательные истории
Это удел на самом деле всех живых существ. Держимся, цепляемся за остатки возможностей наслаждаться здесь, в этом мире.
И Нарада Муни подумал, как помочь ему. Он знал одновременно с этим, что если он придет и начнет в лоб ему говорить что-то, то это вряд ли подействует. Люди не очень любят, когда им дают наставление.
Люди постоянно играют в эти игры, они друг друга пытаются учить. Как там в 12 стульях было? Не учите меня, парниша, или как там?
Это желание учить других, навязчивое желание — так или иначе, учить других, оно не очень высоко ценится в материальном мире. Кто-то попадается на эту удочку, кто-то принимает
чужие советы, но большая часть людей с аллергией относится к советам, потому что они воспринимают советы как некое вмешательство в свое право самим решать, что мне нужно, чего я хочу, чего мне нужно достичь.
Им нужно быть очень осторожными, прежде чем мы начнем давать кому-то советы. Это я вас вспомнил. И поэтому Нарада Муни, оказавшись в этом положении, он стал думать, что же делать.
И подумал: дай-ка я расскажу ему историю. Истории все любят слушать. История — это очень могущественный способ давать наставления, и в то же самое время наставления не давать.
Мы как бы прячемся за этой историей, и история, настоящая хорошая история, должна пробудить в человеке собственный разум.
То есть в истории ничего не говорится прямо. В истории говорятся какие-то намеки, а сам человек уже. И человек чувствует свободу, он чувствует, что меня оставляют свободным, мне самому позволяют сделать вывод.
В меня не впихивают какое-то откровение, которому я должен во что бы то ни стало следовать, а я сам могу совершить свой выбор. Поэтому говорится, что в пуранах в основном наставления даются в виде истории.
Говорится, что наставление в виде истории - это способ, которым дают наставления друг другу равные люди. Если я принял кого-то как своего гуру, наставника, понятно, что я должен принимать от него наставление прямиком.
Но если я кого-то не принял своим гуру, то не нужно пытаться стать гуру для человека, который тебя гуру не считает, это очень важное качество. Не нужно навязывать свой опыт или свою,
как это сказать, гуруство свое учительство другим людям? Но тем не менее, если мы чувствуем, что мы. Если у нас есть искреннее желание помочь, мы можем рассказать историю.
И Нарада Муни начинает рассказывать эту историю — царю Прахине, историю о царе Пуранджане. И понятно, с самого начала, что он имеет в виду нас с вами, что он имеет в виду под Прахиной.
Но тем не менее, пока мы думаем об аллегориях и о метафорах, которые в этой истории содержатся, мы как бы на время. перестаем быть на стороже и позволяем каким-то наставлениям войти в наше сердце.
Так вот, история эта очень простая. Жил-был царь Пуранжена, и царь этот был очень знаменит. В самом первом стихе этой истории Нарада Муни говорит, что этот самый царь Пуранджана был знаменит.
Символизм скрытого друга души
И так как Пуранджана — это обычное живое существо, обычная душа, скитающаяся здесь, в материальном мире, то стоит задать себе вопрос: а что же такого знаменитого в этом живом существе?
То есть Шрила Прабхупада объясняет, что на самом деле живое существо очень ценное, частица Господа. Что у нас есть неотъемлемая ценность.
Мы пытаемся так или иначе с помощью какой-то славы, каких-то поступков, подвигов, доказать всем свою ценность. Но на самом деле нам не нужно доказывать свою ценность. Мы уже знамениты, мы уже ценны.
Нам не нужно лезть из кожи вон. Кришна знает о нас. Кришна знает о нашем существовании. Это в высшей степени важная вещь.
И опять же, в самом первом стихе этой истории Нарада Муни говорит, что у этого царя был друг, а царь этот был очень знаменит, и у него был друг неизвестный друг, таинственный друг, некий анонимный друг, про которого в следующий раз он вспомнит только много-много стихов спустя, чуть ли не 200 стихов спустя.
Рассказывая во всех подробностях эту историю, он снова вспомнит об этом друге.
Этот друг, как объясняется здесь, это сам Господь, который сопровождает живое существо в Его скитаниях, о котором мы не помним. Мы не помним, что Бог находится в нашем сердце.
Мы не знаем Его, не чувствуем Его, не ощущаем Его голоса, и поэтому часто проходит много-много жизней, прежде чем человек вспоминает об этом друге, хотя этот друг всегда вместе
с нами: история царя Пуранжины в том, что он отправился куда-то на поиски счастья и увидел красивый город. И более того, он увидел рядом с этим красивым городом абсолютно беззащитную женщину.
Ну, в общем, естественным образом ему хотелось завоевать город и беззащитную женщину.
Город — это наше тело, и почему тело называется городом? В Бхагавад-гите Кришна называет тело девятивратным градом, градом с девятью вратами, потому что наше тело — это некая гарантия нашей независимости здесь.
Подобно тому, как тело, крепость, с крепостными стенами и с хорошо охраняемыми воротами, в которые не проникнет никакой враг, является защитой.
Точно так же наше тело — это некая возможность для нас поступать, как мы знаем в этом, материальном мире. Мы получаем тело, и тело нужно нам для того, чтобы доказать свою независимость. Я сам, я сам могу.
Смотрите, у меня есть руки, у меня есть ноги, у меня есть разум, все у меня есть. Вчера мы гуляли вечером, и мимо проходили люди. Очень любопытно наблюдать, как люди реагируют на появление других людей.
У них возникает некая такая автоматически совершенно невольная реакция: особенно если люди странные, с какими-то там со странной прической, у них сразу же возникает в глазах некая такая, как бы ворота закрываются,
и они вольно или невольно. Они, значит, мы с вами, вольно или невольно, свою независимость пытаются доказать или отстоять. Можно видеть, как это происходит.
Человек едет в машине, рулит, и он свысока смотрит на другую машину там он на мерседесе, а кто-то на какой-то жалкой занюханной БМВ.
Тело, иначе говоря, это некая крепость, которая нам для того, чтобы мы делали то, что мы хотим.
И в нашем теле записана эта программа на нашу независимую жизнь - кармическая программа, которую я пытаюсь реализовать на протяжении всей жизни.
Границы и ограничения мирского благочестия
Поэтому эта самая душа увидела город и ринулась в этот город и легко завоевала этот город, а вместе с этим и прекрасную женщину, которая ходила в окрестностях города.
Женщина эта Пуранджини в соответствии с замечательной аллегорией это разум, причем не просто разум, а добродетельный разум, благочестивый разум. Нарада Муни не рассказывает историю какого-то проходимца Кали-Юги.
Нарада Муни рассказывает историю царю Прачинабархи, который был очень благочестивым человеком, потому что проходимцем Кали-Юги Нарада Муни, как правило, не приходит. Много чести не так уж часто это случается.
И речь идет еще раз: это очень важный аспект этой истории. Речь идет именно о злоклучении благочестивого живого существа.
Даже благочестивое живое существо, даже благочестивая душа в этом мире далеко не сразу находит верный путь. Это один из важнейших уроков четвертой песни Шримад-Бхагаватам. Благочестием все не исчерпывается.
Человек может быть очень праведным, очень хорошим, очень религиозным человеком. Этого мало. В предыдущей главе рассказывалась эта первая жизнь царя Пуранжина,
где он, соответственно, сначала, очень мирно и очень счастливо жил со своей женой. То есть ладил со своим благочестивым разумом. То есть действовал в соответствии с приказами этого разума, разум будхи женского рода.
И Будхи - это та часть нашего существа, которая знает, что хорошо, что плохо, как нужно действовать, как не нужно действовать.
И пока мы находимся в разуме, живем в мире с этой своей супругой, которая подсказывает нам, как мы все знаем, в обычной жизни, мужчина делает то, что шепчет ему жена, как мне говорила одна мудрая женщина.
Она говорит: мужчина - голова в семье, а женщина - шея. Куда шея повернется, туда и голова смотрит. Мудрая женщина говорит, ты голова, ты голова, но при этом она знает, куда надо направлять своего мужа.
И точно так же в этой истории рассказывается, что до поры до времени их семейная жизнь Пуранджины и Пуранджини была безоблачной.
До тех пор, пока в какой-то момент Пуранжина не вырвался из своего города и не отправился на охоту и пустился во все тяжкие.
И Шрила Прабхупада объясняет, что эта охота — это та охота, на которую часто выходят мужчины в этом мире, пытаясь получить какие-то наслаждения, покинув свою благочестивую жену, оставив ее дома.
То есть, аллегорически это значит, что периодически, несмотря на то, что мы имеем какой-то запас праведности, мы хотим жить праведной жизнью.
Это еще не гарантия того, что в какой-то момент нам что-то в голову не ударит, и мы не отправимся на поиски дешевых материальных наслаждений.
Не отправимся на эту самую охоту в лес чувственных наслаждений, где мы будем пытаться удовлетворять свои чувства. Потом, естественно, вернулся, как это всегда бывает, с повинной головой.
Попросил прощения, сказал, что прости меня, негодяй, я не хотел.
Но реально это означает, что у каждого человека, в данном случае, Пуранжина - это мы с вами, у каждого человека бывают периоды, когда он думает, особенно это бывает в середине жизни так называемый злосчастный кризис
середины жизни, про который говорят, что седина в бороду, бес в ребро.
Когда человек чувствует, что остатки возможностей наслаждаться стремительно уходят, и очень скоро он станет абсолютно непригодным к этому, он пугается, и наступает этот так называемый кризис середины жизни.
То есть в Шримад-Бхагаватам кризис середины жизни тоже описан, всё в Шримад-Бхагаватам есть. Нет чего-то недостающего.
Приход старости и страх смерти
Но дальше мы уже переходим к этой главе, стих, из которой мы прочитали. Начинает происходить самое интересное.
Рано или поздно, этот самый царь Пуранжина, как бы какой бы счастливой ни была его жизнь, какой бы был бы благочестивой она ни была, он сталкивается с печальным фактом: на город нападает... Кто там нападает на город?
Гандхарвы. Нет, пятиглавый змей защищает город. Пятиглавый змей - наша прана - жизненная энергия, защищает город нашего тела. на город гандарвов нападает на нас, и мы на глазах видим, как тело начинает рассыпаться.
Одновременно с этим замечательная чаровница по имени Джара старость приходит к нам и начинает говорить: «Я очень хочу выйти за тебя замуж, дорогой. Мне очень одиноко. Тело начинает рассыпаться, старость приходит, и очень
красочно Нарада Муни описывает этот последний период жизни человека, когда человек, несмотря на то, что он проложил хорошую жизнь, а в общем-то Пуранджана прожил хорошую, достаточно чистую жизнь, вдруг приходит в панику. Его охватывает страх перед неминуемой смертью.
Это очень важный момент во всей этой истории. По сути дела, ключевой момент во всей этой аллегорической истории, потому что само по себе благочестие,
к сожалению, не избавляет от страха смерти: паника охватит человека в этот момент, и в этой главе
Нарада Муни говорит, что когда Пуранджана уже практически сдал свой город, он лежал, иначе говоря, он лежал на смертном одре.
Он начал думать о своих сыновьях, о своих внуках, о своих землях, о своих богатствах стал в уме перебирать все свои материальные привязанности. Реально, сыновья Пуранджана — это его желания, внуки и так далее.
Это всевозможные желания, которые роятся у нас в уме. Этих желаний очень много.
И наша собственность и все остальное, о чем человек неминуемо думает в момент смерти перед оставлением тела, это наши материальные привязанности.
Мы привязаны к этому миру, очень сильно привязаны, привязаны к каким-то вещам, про которые мы думали, что мы не привязаны, а мы все равно привязаны, привязаны к своему положению, хотя, казалось бы, какое там положение, к чему тут быть привязаны, привязаны к своим достижениям.
Иногда приходишь к человеку, бывало такое, приходишь к нему в кабинет. А там весь кабинет завешен дипломами разными. Или какие-то кубки стоят, совершенно бессмысленные кубки. Совершенно глупая вещь.
Человеку дарит какой-то кубок. Зачем ему кубок, поставит и будет любоваться этим кубком. А это на самом деле эго, это материальная привязанность, это часть моего Я. Вот он Я. Смотрите. Смотрите, сколько у меня грамот.
Смотри, вот даже бхактишастры там есть. Диплом об окончании, бхакти-шастры. Все это, все это некая неотъемлемая составляющая нашего обусловного существования.
Мы накапливаем все эти вещи в материальном мире. И нам очень сложно с ними расставаться. Они остаются после нас, и непонятно, что с ними делать.
Давным-давно еще, когда я был в Швеции, один преданный там рассказал мне историю про то, что его почтовые программы они в те времена были очень примитивными, она дала сбой, и все старые прочитанные, отвеченные письма вдруг оказались у него в почтовом ящике. Он с удивлением обнаружил, открыв свою почтовую программу, что у него 10 тысяч непрочитанных писем.
Он попытался разбираться с этим, понял, что он во всем этом разбираться не может, и почувствовал себя похороненным под груды этих старых писем. Он сказал: «Я подумал, что, наверное, когда я буду умирать, что-то вроде этого случится со мной.
Все то, что прочитано, прожито, как бы. Мне казалось, что я прожил это, прочитал все это, ответил на все это, а оно на самом деле вернулось ко мне снова.
И снова мне нужно все это будет прочитать, перелистать, разобраться во всем этом. И вот этот момент, очень важный, который в этой главе описан, надо хорошо осознавать.
Что просто благочестивая жизнь она еще не дает человеку никаких гарантий на то, что он получит какое-то другое, более высокое рождение, или более высокое рождение, он может получить. Он получит, и мы увидим это здесь.
Но это еще не гарантия того, что он перейдет на какой-то другой духовный план существования.
Поэтому с точки зрения философии Шимад Бхагаватам, Шимад Бхагавад начинается с этого стиха, Дарма, проуди, такая утра, парамонир, Матсаранам Сатам.
Симад Бхагаватам не учит никаким вторичным методом. Понимая, что все эти методы праведность, медитация, йога - они не могут, особенно в наше время, не могут, человеку дать настоящего освобождения.
Перерождение души в теле Вайдарби
Вот. И что случилось дальше с Пуранжиной в этой истории? Он превратился в женщину.
Так как, и очень интересно, опять же, в этот момент, момент смерти очень четко, очень точно описан: Нарада Муни в момент смерти Пуранжины, он говорит, что в момент смерти, так или иначе, праведность оставила его, она не находилась рядом с ним. Его разум, духовный разум оставил его.
Кришна объясняет в «Бхагавад-гите», что самый последний момент нашей жизни - это самый решающий момент, когда нам надо попытаться действительно ну, как бы собрать все то, что есть у нас, и не сплоховать, не начать думать о чем-то непонятно о чем. Не закрутиться в этих вихрях, которые все время проносятся в нашем уме.
Вот. И он родился женщиной. Это было хорошее рождение. Это было счастливое рождение. Женщина, принцесса Вайдарби.
Значит, что он родился с этим запасом праведности в следующей жизни, он принес с собой весь тот запас праведности в следующей жизни, и в следующей жизни он: эта женщина, он или она, тут его, она тут... Тут его неизвестный друг называет он, хотя это она, не важно, в общем, она, он, душа.
Суть в том, что царь Пуранжана — душа, которая прожила какую-то жизнь, не достигла в ней успеха. Думала не о том, о чем следует в момент смерти, о своих желаниях, обо всем остальном. Родилась принцессой в царстве Видарба,
принцессой Вайдарби, и вышла замуж за царя Малаядваджу. И это поворотный момент в жизни каждого живого существа. Царь Малаядваджа в соответствии с этой аллегорией — это преданный. Малая значит лучше, Малая значит гора.
То есть самая большая удача, которая может с нами случиться, это встреча с настоящим преданным, встреча с человеком, у которого есть бхакти,
Малаядваджа — значит, самый лучший из гор, или преданный, который, по идее, должен возвышаться над всеми остальными живыми существами.
И, собственно, это вторая жизнь, которую мы сейчас читаем, у конца которой мы находимся, у завершения которой вторая жизнь Пуранжаны — уже счастливая жизнь. Это жизнь, которая начинается с момента встречи с
человеком, от которого Вайдарби, Пуранжана в своей следующей жизни получает бхакти. В комментариях к этим стихам Шрила Прабхупада объясняет, что, по сути дела, это вторая жизнь царя Пуранжаны.
Это жизнь, которая начинается после того, как человек встречается с духовным учителем, после того, как человек встречается с тем, кто может повести его по духовному пути. Вот.
И опять же, не вникая в какие-то детали, там объясняется потомство в результате этой встречи от этого союза Вайдарби и царя Малаядваджи — у них появилась дочка. Эта дочка — привязанность к Кришне.
Первое, что появляется у нас, когда мы встречаемся с преданными, — это так или иначе привязанность к Кришне, абсолютно нерациональная, абсолютно необъяснимая.
Я помню, как это произошло в моей жизни невероятным образом, это чудо. Так я не знал, кто такой Кришна, зачем Кришна, почему Кришна, про Харе я вообще не говорю — вообще непонятно.
Я стал повторять Харе Кришну, потому что я поверил в преданного. Потому что так или иначе, эта преданность или какая-то... Я смотрел на своего друга и видел, что он действительно преданный.
Он предан какой-то идее, он живет какими-то странными вещами, которыми нормальные люди в этом мире не живут. И это меня очень сильно: сравнивая себя с ним, я думаю: Господи, а это что я делаю, чем я занимаюсь?
Ладно, хорошо. Если он Хари Кришну повторяет, я тоже буду повторять. Эта мысль о том, что можно жить как-то по-другому, она приходит в голову только тогда, когда мы видим человека, который живет по-другому,
который не пытается найти каких-то материальных наслаждений здесь или пренебрегает ими, не живет, скажем так, ради хлеба насущного, который все-таки ищет что-то другое, ищет что-то более возвышенное.
И такой человек становится нашим наставником. Нам все равно нужен кто-то, от кого мы получим. Бхакти передается из сердца в сердце.
И, как говорится, у Видарбхи и Малайдваджи родилась эта дочка — дочка — это первая робкая, едва зарождающаяся привязанность к Богу. И потом у дочки, соответственно, родился сын и так далее. Там уже пошла целая история.
Но дальше что случилось? Исполнив свои обязательства, родив дочку и семерых сыновей,
Духовная практика и видение Бога
царь Малаядваджа отправился в лес совершать аскезу. И так как сама по себе это аллегория, это аллегория о том, как человек находит учителя и идет за учителем, исполняет его волю, то эта история тоже очень любопытная.
Учитель в этой истории, царь Малайдваджа, отправляется в лес совершать аскезу. И подробно Нарада Муни объясняет, через какие этапы он проходит.
Иногда мы думаем, что учитель должен быть совершенным, что он должен быть прямо бхактой, спрашивается: откуда прямо бхакту взять? Они в этом мире не часто бывают.
И здесь интересно: Нарада Муни объясняет, что Малайдваджа, он достиг своей премы, он достиг этой любви к Богу. У него тоже был какой-то путь.
Он дал изначальный толчок, как мы встречаемся с преданными. Преданные дают какой-то изначальный толчок нашей бхакти. Наша бхакти потихонечку прорастает в сердце, но нашей бхакти далеко до совершенства, они сами находятся в своем процессе.
Царь Малайдваджа отправился в лес, он стал совершать аскезы, и там в одиночестве его жена Вайдарби служила ему верой и правдой, и в какой-то момент, и это тоже поразительный пункт или поразительный момент этой истории, он вдруг повсюду начал видеть Кришну.
Это способность видеть Бога повсюду, далеко не такая дешевая вещь.
В Бхагавад-гите Кришна объясняет ее очень просто: о Арджуна, он призывает Арджуну все время видеть, он рассказывает 10 главу Бхагавад-гиты, в которой он объясняет, как научиться видеть его во всех явлениях этого мира.
Но на самом деле это не дешевая вещь. На самом деле это результат очень глубокой искренней привязанности человека к Богу, когда ты начинаешь видеть своего возлюбленного всюду.
До Рупы Госвами разные ачарьи давали определение бхакти на примере разных каких-то историй. И в частности, Рамануджачарья дал очень любопытное определение бхакти. Что такое бхакти?
Он сказал, что бхакти — это способность видеть Бога или различать присутствие Бога вовсю, всюду. И для примера такой бхакти он привел никого иного, как демона Маричу.
Демон Марича был оборотнем и подручным Раваны, и в какой-то момент в «Рамаяне» рассказывается, как он вместе со своим другом Субаху, да, его звали, что ли, или как-то по-другому? Два демона прилетели в лес... как он назывался? Джанастан, в Джанастан.
Ну, короче говоря, Рамачандра убил одного демона, а Маричу — той же самой стрелой. Одной, которую он выпустил, он отлетел на много-много километров, ударился об землю, расшибся, встал, потер свой лоб, и с тех пор ему всюду стал чудиться Господь Рамачандра.
Куда бы он ни пошел, ему казалось, вот он сейчас, он из-за дерева выйдет, вот сейчас он появится отсюда, то есть это столкновение, пусть даже такое, с Господом привело его в какое-то совершенно волнительное состояние.
Рамануджачарья говорит: это чистая бхакти. Если вам всюду чудится Господь, значит, вы видите этот мир сквозь призму своей привязанности, и вы начинаете различать его.
Да, у этого Маричи она была негативной, но в каком-то смысле он действительно был предан, потому что когда Равана пришел к нему, Марича приходил, с Раваной дядей. И стал, как послушный племянник, просить Маричи,
увести Рамачандру от хижины, в которой они жили,
чтобы он мог украсть Ситу. Марича стал ему говорить: «Ты глупец, ты негодяй, что ты делаешь? Ничего хорошего не будет с тобой. Я уже пытался с ним сражаться, лучше не надо этого делать. Но Равана был упрямым.
И тогда Марича подумал: «Ну, лучше уж я умру от рук Рамы, чем от рук этого негодяя. И, соответственно, он выполнил приказ Раваны, стал этим самым золотым оленем.
Но это ладно, это к нашей истории отношений не имеет, а о чем мы стали говорить: о том, что этот царь Малайдваджи из аллегории, рассказанной Нарадой Муни: он в какой-то момент в какой-то момент его осенило, его ударило.
Буквально сама это само это событие очень интересно описывается в Шримад-Бхагаватам: то, что, как некая вспышка молнии, он вдруг понял, что Господь действительно повсюду. До этого Он знал это теоретически.
До этого Он слышал об этом, он читал об этом, он рассказывал другим об этом, проповедовал о том, что Бог находится всюду. Но Но в какой-то момент это истина открылась ему со всей яркостью. И этот момент значит «према».
Према — это как раз способность, любовь к Богу, это способность видеть Господа всюду.
В 10-й песни Шримад-Бхагаватам, особенно в «Гопи-гите», 21-й главе 10-й песни Шримад-Бхагаватам, гопи они смотрят на олени, смотрят на деревья, смотрят на птиц, смотрят на Ямуну, и везде видят любовь к Кришне.
Они видят, что весь этот мир живет любовью к Кришне.
Хотя на самом деле эта любовь живет в их сердце, это любовь, которая живет в их сердце, проецируется из этого сердца вовне, и они начинают различать ее во всех остальных.
Явление Господа в критический момент
И то же самое случилось здесь с царем Малайдваджи, и когда это случилось с ним, он оставил тело. И та самая его жена, которая была царем Пуранджаной в прошлой жизни, и которая есть аллегория нашей собственной души.
Она там описывается, что она служила лотосным стопам своего мужа, совершавшего аскезу. В какой-то момент она поняла, что стопы холодные. В какой-то момент она почувствовала, что она осталась в одиночестве.
Она возложила тело своего мужа на погребальный костер и уже готова была сама войти в этот погребальный костер. Как в этот момент появился этот самый неизвестный Браман? Откуда ни возьмись?
И браман этот стал ей говорить: «О, ты забыла меня, я твой друг». О, мой друг, ты отвернулась от меня, ты скиталась здесь по этому миру, потому что ты забыла меня.
И сейчас, в этот самый критический момент, тот самый момент твоей жизни, когда ты не знаешь, что тебе делать, я пришел к тебе.
И Шрила Прабхупада объясняет в комментарии, который мы с вами прочитали, что Кришна, как бы если человек искренен, еще раз речь идет об очень искренней жизни. Сначала человек пытался так или иначе жить чистой жизнью, праведной жизнью. Это в конце концов привело его к тому, что он встретился с преданными.
Встретившись с преданными, он стал еще более искренен. Хотя все равно какие-то вещи, какие-то привязанности оставались у него. Нам предстоит пройти немаленький путь.
Вся эта история в двух главах, длинных главах с «Шримад-Бхагаватам» — как раз описание нашего с вами пути. Но если человек был искренен в своих поисках истины, в какой-то момент Кришна сам придет к нему и
скажет: «О, я твой друг». Если действительно человек искренне пытался служить, если он не просто как-то там притворялся. Если он действительно служил здесь, в этом мире, то
Кришна придет и скажет: Ты меня забыл, ты отвернулся от меня. Ты находился здесь, в этом мире. Шрила Прабхупада подробно объясняет о злоключениях души, которая...
Шрила Прабхупада очень интересно говорит, что человек попадает в этот мир двойственности, Кришна говорит об иччхе и двеше, о двойственности, иччхе и двеше, двандвах, которая держат нас в материальном мире.
Двойственность желаний, двойственность, ненависть, отвращение какого-то.
Но Шрила Прабхупада по-другому немножко объясняет, это Он говорит, что что нас держит в этом мире — двойственность и ненависть к служению Господу или отвращение от служения Господу.
Мы глубоко в сердце храним эту зависть к Богу. У нас есть этот бунт, мы не хотим покоряться ему, мы не хотим подчиняться ему. И это причина всех наших бед здесь, в этом мире.
Мы хотим наслаждаться здесь, в материальном мире, и в то же самое время у нас есть двеша, и эта двеша проявляется как зависть, поэтому в этом втором стихе «Шримад-Бхагаватам», который я уже цитировал, Шрила Вьясадева говорит: дхармах продждхита-кайтаво. Здесь нет никаких ложных дарм. Парамо нирмацаранам сатам. И понять это может только человек, который избавился от зависти. Если есть какая-то противоположность любви, противоположностью любви является зависть.
И так как у нас нет любви к Богу, это значит, что у нас есть зависть, которая проявляется в виде зависти к каким-то другим людям, либо в виде какой-то неприязни к другому человеку, каких-то какого-то оскорбительного отношения к другому человеку.
Буквально реально, что происходит. Шрила Прабхупада цитирует стих из «Према-виварты». А Кришна-бахирмукха-хана, бхога-иччхари. Живое существо становится бахирмукой, оно отворачивается от Кришны,
потому что у него есть желание самому наслаждаться здесь, бхога-иччха, бхога- ванчхари, никатастха-майя тари джапати. Сюда в материальный мир, скитайся здесь.
То есть скитанием этим, а у истории счастливый конец, приходит конец, когда человек избавляется от этой
неприязни, от этой зависти Кришне через служение, когда он разворачивается к Кришне через служение, когда он начинает действительно понимать, что единственным спасением в этом мире является служение.
Я служу, и, служа Господу, я могу исполнить все свои желания, все то, что мне нужно. И здесь это неизвестный незнакомый друг, этот аноним, скрывающийся от нас, появляется перед нами в какой-то момент,
и он говорит: да, бхаума-бхогарата-гхата, ты ушел, потому что тебе хотелось наслаждаться этими бхаума-бхогой, мирскими земными плотскими наслаждениями, поэтому ты покинул.
Но на самом деле мы с тобой, скажет он в следующем стихе, словно два лебедя. Мы живем в одном сердце, которое подобно озеру Манаса. Мы провели вместе много тысяч лет, но по-прежнему далеки от родного дома.
В конце концов, иначе говоря, еще раз: в какой-то момент человек...
Наши усилия надо очень хорошо понимать, что наши усилия ограничены. Нашими своими собственными усилиями мы можем доказать Кришне искренность того, что мы действительно хотим вернуться к Нему, стараясь служить тем, кому мы можем служить.
И в какой-то момент, как Шрила Прабхупада объясняет в комментарии, Кришна, тронутый нашими усилиями, порой бесплодными. А очень часто мы чувствуем, что мы стараемся, стараемся, восы нынче там.
Но нет, Кришна рядом с нами, Кришна в нашем сердце. Он знает все то, что мы делаем. Он знает о наших недостатках, Он знает лучше нас, что у нас хорошего есть, что у нас дурного есть.
И Кришна не может быть не тронут нашей искренностью.
В какой-то момент, когда мы почувствуем: я один остался, у меня нет больше поводыря, и даже гуру ушел из этого мира, Кришна появится перед нами и скажет: «Но я-то с тобой. Я изначально был с тобой.
Еще до того, как ты вошел в этот город девятивратный.
Все это время я был с тобой, и долго-долго ты обо мне не помнил: у тебя там была жена своя, были охотничьи экспедиции, были другие вещи. Потом ты снова родился, но я все время был с тобой. Я никуда от тебя не уходил. Я был все время с тобой».
И в этот момент, как Шрила Прабхупада завершает комментарий к этому стиху, он говорит: «Бохтаръ яджна-тапасам, сарва-лока-махешварам, сухридам сарва-бхутанам джнятва мам сантим риччхати».
В какой-то момент человек понимает: о, да, все мне стало ясно. Господь — бохтаръ яджна-тапасам, тот, кто наслаждается всеми В какой-то момент человек понимает, о, да, все мне стало ясно.
Господь, бохтарам яги тапасам, тот, кто наслаждается всеми теми жертвами, которые я сделал. Я делал что-то, я отказывался от чего-то, а в конце концов он принял все эти жертвы.
Сарва-лока-махешварам — он уже повелитель всего. И сухридам сарва-бхутанам — Он лучший друг, Он сердце каждого живого существа. Он с нами. И когда человек это понимает, тогда он становится спокойным.
Когда у него появляется этот реальный опыт, да, не теория, речь не идет о теории, речь идет о том, что в какой-то момент, когда тронутый нашей искренностью Господь приходит к нам и, придя к нам, говорит: «Я всегда был с тобой, ты только отвернулся от меня, но я-то тебя не бросал».
Человек понимает: а, все ясно. Вот оказывается, в чем дело было. И на этом история кончается счастливо. Это завершение этой истории. То есть в любом случае Кришна ведет нас по жизни. И Кришна ценит нашу искренность.
Если мы хотим просто жить хорошей, чистой жизнью, Он дает нам эту возможность и дает возможность разочароваться в этом, понять, что это еще не есть решение всех проблем; если мы действительно искренне хотим чего-то большего, Он приводит нас к преданным.
Если в обществе преданных, получив какой-то импульс для того, чтобы вернуться к Богу, мы искренне ищем, Он приводит нас к людям, которые нам нужны, которые поведут нас дальше.
И в конце концов, в самый критический момент, когда мы будем в полном отчаянии, Он придет к нам и скажет: «Да я всегда с тобой был. Ты просто не помнил об этом». Все, спасибо большое.
Роль встречи с преданными
Спасибо большое.
Первый вопрос: вы сказали, что в жизни каждого человека есть этот поворотный момент, чтобы они встречаются с преданными, но мы видим, что многие встречаются, но не все. Многие встречаются, но не все выходят замуж. Потому что понятно, от чего это зависит, вы это делаете
В самой аллегории подробно это не объясняется, но история такая, что это принцесса в Видарбхе вышла замуж за Малайдваджу. То есть она приняла его, своего наставника. Потому что в ведической традиции муж - это наставник,
и это тот, кто поведет нас дальше по жизни, именно поэтому вторая жизнь Пуранжины - он рождается в образе женщины, потому что женщины
в каком-то смысле больше приспособлены для бхакти, они в большей степени способны следовать, принимать наставление, и следовать за кем-то. Вот.
То есть, иначе говоря, если мы можем встретиться с преданными, но при этом чувствовать себя, чувствовать какое-то свое превосходство и в этом случае естественно ничего не произойдет.
Но если встретившись с преданными, мы поняли, что да, этот человек, который знает больше меня, и он чище меня, лучше меня, и мы до какой-то степени, хотя бы начальной, приняли его в своей жизни, то уже дальше все происходит само.
Второй вопрос: говорили про зависть. И недавно тоже программа, тут говорили про зависть, не один человек мне задал такой вопрос, а он сказал, что говорится, что зависть — это плохая вещь, да, анартха, но зависть также дает человеку определенную мотивацию, чтобы развиваться? Не знаю, как это понять.
Если это самая плохая вещь, то вот как это под завистью или мацари подразумевается... Русские слова, так же, как словам большинства языков, они не очень точные.
И надо понимать, какой конкретно смысл вкладывается в слово «мацарья»? Слово «мацарья» значит буквально то, что объясняется, неспособность, нетерпимость к тому, что другой меня превосходит. У меня появляется это асаханути.
Я не могу терпеть, я не могу выносить, что кто-то лучше меня. У меня поэтому появляется какое-то недоброе чувство по отношению к нему. В русском языке говорят, что есть белая зависть, черная зависть, зеленая зависть.
но с точки зрения санскрита мацарья всегда черная. Это всегда нехорошее чувство, которое появляется по отношению к человеку, который в чем-то меня превосходит. Я вижу, что он выше меня.
И вместо того, чтобы обрадоваться этому, я огорчаюсь этому. На самом деле, если я вижу человека, который в чем-то выше, мне надо обрадоваться: вот человек, который может мне помочь, но я огорчаюсь.
В этом смысл слова зависть. Так что оно бесплодное, оно не приводит к каким-то позитивным результатам.
Потому что русское слово зависть от слова видеть, я завидую, я смотрю, кто-то чем-то там больше наслаждается, и мне хочется, я ставлю себя на его место.
Ну, да, в каких-то ситуациях это может быть мотивацией, стимулом для меня. Не это имеется в виду под мацарией. Мацария — это шестой из шести врагов: кама, кродха, лобха, моха, мада и мацария.
Так вот, ачарьи, которые анализируют это, они говорят, что каждый следующий включает в себя предыдущий: гнев включает в себя вожделение, жадность включает в себя гнев и вожделение, иллюзия
включает в себя жадность, гнев и вожделение, гордыня включает в себя иллюзию, жадность, гнев и вожделение, а мацария включает в себя всё остальное. Мацария — это некая кульминация всего того, что может быть,
Поиск сил для утренней практики
поэтому мацария хорошей не бывает. Извините, если немножко вопрос будет неуместен, но я только-только начала, очень благодарна за то, что я встретилась. И я своими глазами верю, что вообще я смогла видеть вас.
Хотела спросить: откуда мне брать силы, чтобы каждое утро в пять встать и делать мантру? Я встаю, конечно, и только делаю три круга пока, но не каждый день.
Из-за этого мне очень больно становится, что я могу делать, но не делаю из-за лени, и из-за того, что я хочу спать, я сплю и не делаю.
Вот откуда мне брать силы, чтобы — вот у меня четверо детей. Просто я валюсь, не могу встать. Ну вот и всё. И наверх, вы поняли, да, что это во-первых, если не получается вставать в пять, не страшно, можно встать в шесть.
Особенно если дети действительно не дают возможности рано лечь. Надо как следует выспаться, в этом нет никаких сомнений. Повторять джапу в полусонном состоянии лучше не надо. Теперь: силы мы откуда берем? Мы берем силы...
С одной стороны, сама практика дает какие-то силы, но вначале, естественно, она слабая, поэтому силы на много не дает.
Когда у человека сильная практика, то он получает опыт, и этот опыт сам по себе становится стимулом. Ему приятно, ему радостно читать мантру.
Вначале это, естественно, борьба со своими чувствами, умом, но в какой-то момент сама практика будет источником силы. До этого нам нужно общение.
Это общение может быть в виде чтения книг, это общение может быть в виде слушания лекций, это общение может быть в виде общения такого. Естественно, личное общение больше всего дает, потому что мы многому учимся. И главное, мы заражаемся каким-то энтузиазмом от человека.
Шрила Прабхупада приводил пример про то, как энтузиазм заразителен. Он говорил, что проповедь основана на энтузиазме, на том, что у человека есть этот энтузиазм. Приводил пример: фильм с Чарли Чаплином.
Есть такой фильм, я его не помню, но в рассказе Шрилы Прабхупады я его перескажу: как Чарли Чаплин пришел на какой-то бал во фраке, сел на стул, кто-то над ним подшутил, и фрак приклеился. Когда он встал, одна фалда от фрака оторвалась. Он, недолго думая, быстренько оторвал вторую фалду от фрака.
Оказался в таком кургузом, каком-то кургузе и такой штуке. Но с огромным энтузиазмом стал вальсировать с кем-то, в виду у всех. Все подумали, что так и нужно.
Все стали отрывать фалды от фраков своих, заразившись его энтузиазмом. Когда
Значение искренности на духовном пути
мы встречаемся с преданными, это очень важно — увидеть их уверенность, их какую-то решимость в нашей практике. А что вы вкладывали в понятие искренности? То есть это что? Это какой-то навык, который мы развиваем тоже.
Вот мы встретили, ну допустим, до какой-то степени, наверное, у нас и была искренность, раз мы встретили преданных, в свою компанию, а потом как нам ее поддерживать, развивать, углублять?
Искренность в нашем с вами случае — значит искренняя вера в цель, в то, что цель, о которой говорит Шрила Прабхупада, достижима.
Когда цель затуманивается, когда она перестает или становится кажется нам недостижимой, то у человека появляются другие цели, он как бы продолжает делать то же самое, но цели-то у него другие, мотивы у него другие.
То есть искренность в нашем случае — это способность помнить о цели. И очень ясно ее видеть, понимать, что она достижима, и понимать, какой путь к этой цели ведет. И в конце концов нас приведет.
Да, Мала-ти Мадхави, вы хотели спросить?
Ну, тот же вопрос, что и у Натали: как можно быть искренним, но точнее, я дверь с вами путаю, и при этом быть искренним. Я тоже хотела узнать, что вкладывается в понятие «искренне». Только это?
Только то, что мы искренне верим в цель, то, что эта цель реально остается нашей целью. И мы строим свою жизнь так, чтобы ее достичь: в этой жизни, в следующей — это же не так важно.
Мама джанмани, джанмани, сваре, павата бхактира, это китвай. Может быть, не в этой жизни, но в какой-то момент.
Я никак не могу понять, с кем мы общаемся, когда, например, мы читаем джапу или молимся Кришне, обращаемся к Нему. Потому что говорят, что Кришна в духовном мире занимается своими делами постоянно.
И ему как бы не до нас, да, вот такого говорится. А получается, это его экспансия, может быть, мы с Параматмой общаемся. То есть у меня некая шизофрения начинается.
На этот вопрос прямо отвечает Вишвана Т Чакраварти Тхакур в «Враджа-ри-кандике». Он спрашивает: а кто же слушает молитвы садаки? Садак — это человек, который еще не достиг любви к Богу. Поэтому очевидно, что это не Кришна.
А с другой стороны, обращается-то он к Кришне. И кто это тогда? Параматма, что ли, который нас слушает?
Нет, это сам Кришна, и ровно на то время, на которое нам есть дело до него, он отрывается от своих дел, чтобы послушать нас. К счастью, для него это длится недолго. Он входит в наше сердце. Не параматма, это сам Кришна.
Да-да. Я тоже хотела спросить про искренность. Можем помнить, например, сможем помнить цель, конечно. А достижение этой цели действуем так, что может быть неискренно.
Каждый момент как-то можем понять: неискренние действия, не искренне действия. И способ не вообще поняться. У нашего разума в будхи есть одно свойство. Это свойство к самоанализу, свойство к интроспекции.
Непонятно, что вместе с этим свойством есть какие-то механизмы самообмана и так далее. И нам очень сложно самим разобраться в этом во всем.
То есть мы должны искренне пытаться разобраться, искренен я или не искренен, но в конечном счете Лучше, если есть в нашей жизни какой-то человек, который нам это сможет объяснить или который нам со стороны подскажет.
Вот этот вот образ действий, который мы выбрали, пусть даже движимый самыми лучшими мотивами, он соответствует? Он по-настоящему искренний, или все-таки мы где-то заблуждаемся.
То есть мы можем искренне заблуждаться в силу того, что ну вот мы сами не совершенны, но чтобы обеспечить нашу искренность на духовном пути должен быть человек,
который лучше нас, который поможет нам подсказать, может нам подсказать, где мы отклоняемся, куда мы не туда пошли, или еще что-то такое. Вот. То есть.
А так, да, мы можем вполне искренне заблуждаться. В этом нет никаких сомнений.
Поэтому высшая степень проявления искренности — это когда я искренне обращаюсь к какому-то человеку, которого я уважаю и спрашиваю его: вот я тут прав или не прав?
Если я прихожу к нему, и у меня уже есть уверенность в своей правоте, то это не искренность. Но если я искренне прихожу к нему, и искренне говорю ему: я не уверен, прав я тут или не прав.
Вот у меня сложная ситуация, то тогда это и есть настоящая искренность. Да, Рубин? Знаете, я хотел продолжить вопрос о зависти. Ну, мы понятны, с нами все ясно. Те, кто был в духовном мире, видели Кришну.
Видели Кришну, непосредственно, видели всех его близких друзей, как у них могла возникнуть зависть к Кришне? Я не знаю, откуда начать отвечать на этот вопрос. Далеко не все считают, что мы были в духовном мире.
Кто-то считает, что были, кто-то считает, что не были. Но одно несомненно: если принять то поговаривают, что мы были в духовном мире, или кто-то из нас был в духовном мире, то зависть там не возникла.
Что там возникла, потому что невозможно, этот переход невозможно себе в принципе представить совершенно верно. Зависть не уживается никак с любовью.
Поэтому, когда говорят о падении души, в прямом или фигуральном смысле этого слова всегда говорят, что падение происходит с нейтральной позицией, которая называется татаста. Татаста значит нейтральное положение, из которого я делаю выбор, положение некой индифферентности. Буквально слово татастха значит индифферентность. У меня нет ни того, ни другого, но я выбираю что-то из этих двух возможностей. То есть надо понимать, что выбор делается только из этого промежуточного положения.
Способы преодоления сомнений
Спасибо. У меня два вопроса.
Один насчет такое чувство: мнительность, сомнительность, такое неприятное чувство, которое может к апарадхам тоже приводить, то есть додумываешь ли что-то. И вот что это за чувство и куда его направлять, как с ним быть.
Ну, Кришна недаром говорит самшаятма винашати. Самшая значит сомнение, атма - значит душа, душа или ум. Ум, который целиком пронизан сомнениями. Винашати. Такой это ни до чего хорошего не доводит.
Это один из заключительных стихов 4-й главы Бхагавад-гиты говорит, что лучше быть неверующим, лучше быть невежественным, чем целиком состоять из сомнений.
Так, то есть это действительно мучительная вещь, и это состояние - это результат каких-то наших, ну, скажем так, какого-то негативного опыта, который у нас был, в том числе и в духовной жизни.
У нас может быть негативный опыт от соприкосновения с другими людьми, который закладывает в нас сомнения. Не то чтобы далеко не всегда, к сожалению, преданные порождают веру, иногда они разрушают веру.
Так что, к сожалению, это реальность. Какими-то своими поступками неправильными, своими действиями, словами. Или если они не разрушают веру целиком, то они закладывают реальные сомнения в нас.
Понимая, осознавая эту как бы нежелательность этого состояния, потому что это тормоз. Мы никуда не можем двинуться, не имея доверия, мы не можем дальше идти. Наша практика страдает, все страдает.
Мы должны очень осторожно попытаться найти человека, которому, опять же, проверив его, как следует, который поможет нам от сомнений избавиться — единственный способ.
Преодолеть это состояние очень сложно, потому что это реально результат плохого опыта, и не нужно себя корить в этом.
Это, ну то есть, не мы в этом виноваты, но надо постараться все-таки доверие восстановить, найдя человека, которому мы сможем доверять. — Еще вопрос, можно?
В одной из лекций Шрила Прабхупада говорит, когда вы повторяете джапу, то вы можете на такую медитацию пригласить на трон, так мы говорим, на трон своего хрустального сердца Кришну и омывайте его, потом кормите его, ну, такая медитация.
Но с другой стороны, мы знаем, что как бы придумывать его образ мы не можем. И как же тогда поступать? То есть я могу придумать образ, а как же медитировать?
Ну, смотрите, медитация - это сложная техника. И есть разные формы медитации.
И Шрила Прабхупада, объясняя эту медитацию, Он говорит об определенном уровне сознания. Не значит, что человек вчера начал повторять джапу, а сегодня уже он приглашает Раду и Кришну на хрустальный трон в своем сердце.
Омывает им стопы. Должно какое-то время пройти, прежде чем хрустальный трон появится в нашем сердце. Прежде чем их туда приглашать, надо, чтобы он там появился.
Индивидуальный выбор видов практики
Скорее всего, вам уже задавали, конечно, вы говорили, уже был вопрос про то, что черт съела. Вот, у меня такой вопрос. Мы черпаем силы здесь. Повторение святого имени, общение, служение, изучение.
На что нам лучше нацелиться? На повторение все-таки что более важно, или на какие-то другие аспекты, которые, например, в данный момент больше дают. Да, это зависит от человека.
Есть люди, которые сразу чувствуют вкус к святому имени. Есть люди, которым нравится киртан. И они могут сколько угодно находиться в Киртане. Киртан их зажигает. Есть люди, которым нравится изучать.
Это зависит от природы человека.
Мы знаем, что есть четыре психофизических природы, в зависимости от того: браманический склад, кшатрийский склад, вайшьявский склад. Люди в разных аспектах деятельности могут черпать наслаждение или силу, поэтому надо.
Нет единого ответа, какого-то трафарета. Еще второй вопрос можно задать. До того, как я встретила преданных, я же ходила в церковь, как-то в воскресенье у нас была литургия.
И в один день я утром сходила на литургию, а утром-вечером у нас была мантра-вечеринка. То есть мы повторяли первый раз в моей жизни, я повторяла, пела. И потом вечером пошла домой.
Я подумала, есть какая-то неправильность в том, что я утром молилась и благодарила Иисуса Христа за то, что все за все, то, что у меня есть, а вечером пела мантру.
После этого мне немножко тяжело ходить в церковь, но я вот думаю, может, это и неправильно для меня, что я не хожу туда. Вот можете сказать? Смотрите, Бог один. В этом нет никаких сомнений.
И все говорят о том, что Бог один. Разные наши отношения к Нему. Отношения, которые мы культивируем, они разные.
В разных традициях духовных к Богу рекомендуется относиться по-разному в зависимости от каких-то представлений о том, кто он. И с чисто философской точки зрения, разницы нет.
Можно найти очень много общего, особенно в Новом Завете и в Бхагавад-гите можно реально параллели найти. А с практической точки зрения разница есть, потому что настроение, которое мы культивируем, другое.
Если во время литургии культивируется вот это какое-то такое благоговейное, строгое, немножечко отстраненное отношение, то во время киртана другие совершенно эмоции задействуются.
Но и то, и другое отношение к одному и тому же богу просто смешивать, наверное, их не очень хорошо, потому что они не очень смешиваются, они не совсем совместимы. Разные оперативные системы.
Уважение свободы выбора других людей
Там у нас из Америки. Я хотела вас спросить по поводу советов. Лучше давать совет в виде истории.
А вот если мы даем вот совет, ну не советы, а вот рассказываем историю, понимаем, что человек в силу своей условности не понимает, ну, намека, так сказать, да? Как тогда?
Просто любые такие ситуации, знаете, когда, например, я с чем-то сталкивался, понимаешь, что это очень сильно больно.
И понимаешь, что человек сейчас может на те же грабли наступить, и ты испытываешь боль. Заранее ты ему как бы, ну, не советом даешь понять, что не надо так делать, а он не понимает.
И как бы ты привязываешься к тому, чтобы ему было хорошо. Ну, как вы причинить ему добро, да, то, что мы хотим помочь человеку, в этом нет ничего дурного, но очень важно оставлять свободу человеку.
Мы можем все, что угодно делать, желая помочь человеку, но главное внутри всегда оставлять за ним право выбора. Решает он. Он взрослый человек. Это его ответственность, это его выбор.
Я могу там что-то сделать, но при этом, ну вот, последнее слово за ним. Вот это должно быть очень четко в нас как бы зафиксировано. То, что я оставляю человека свободным, он сам должен решить, что там.
Выберет он, не выберет. Это его право и его собственный выбор. А что там, что там дальше будет? Поэтому привязываться не нужно. Не нужно привязываться к тому, как поступит конкретно человек в результате этого.
Мы свое дело сделали. Пусть он сам решает, что нужно. И мы можем дать прямое наставление человеку. В этом нет проблемы.
Но нужно дать его так, чтобы он не чувствовал некоего насилия над собой, а наставление можно дать — не обязательно ходить вокруг, обиняками рассказывать. Ну, вот, еще раз объясняю для тупых: жил-был царь Пуранджана.
Нарада Муни в конце он начнет расшифровывать. Он скажет, что дело не в том, чтобы обязательно говорить аллегориями, а в том, чтобы оставить за человеком право выбора, чтобы он чувствовал: выбираю я.
Понимание десятой песни Шримад-Бхагаватам
Меня не заставляют, меня никуда не толкают. Да, да, Хари Кришна. Хари Кришна, мои поклоны. Значит, у меня, знаете, какой вопрос образовался первый про десятую песню? Почему?
Потому что я никак не могу дотронуться до второй песни, потому что когда прочел вторую песню, страница 92, так что написано: «И только перед тем, кто ускорился, первых девять песен Шримад-Бхагаватам полностью очистится, открывается первых девять песен, Шимат Ховарда полностью очистится, открывается десятая песня».
Значит, полностью очистится. Я так понял, что нужно быть чистым при этом, чтобы приступить к десятой песне. Так или нет? Нет.
Иначе бы Шрила Прабхупада не прокомментировал 10-ю песню в виде книги «Кришна» до того, как он прокомментировал все остальные 9 песен. Он знал, что нам все равно нужно так или иначе соприкоснуться с этим.
Поэтому да, мы можем не понять полностью десятую песнь.
Суть в том, что человек полностью поймет 10-ю песню, если он действительно прожил первые 9 песен, но читать мы можем на любом уровне всегда, это не проблема, а понимая, что мы не до конца осознанно осознаем то, что там написано.
Понятно, да, я понял. Спасибо большое. Один первый вопрос, значит, кумары, про кумаров у меня.
Значит, четыре кумара, я так понял, что они показывали именно этот уровень, именно этот уровень, где нет еще страсти и невежества. Но это очень высокий уровень.
Они в детстве даже, сотни лет было, когда они отвлеклись от себя, когда очень многие брахмачари только отвлекаются от семьи.
Получается, что на самом деле четыре кумара — это моя обладание, персоналисты, которые учат нас, как осознать Брахман, не больше. Так или нет? Четыре кумара.
Это люди, которые это воплощение Господа, не нужно пренебрежительно к ним относиться. Они перечислены в числе 22 аватар, которые приводятся в 3 главе первой песни «Шримад-Бхагаватам».
И они учат конкретно этому имперсональному знанию, но целиком имперсональные знания, во-первых, всегда есть люди, которые стремятся именно к этому, именно к такому пониманию абсолюта.
Ради них Кришна посылает тех, кто будет учить этому пути совершенным образом. То есть в этом мире есть много разных путей, и Кришна для каждого из этих путей посылает каких-то совершенных учителей.
Теперь с точки зрения Бхагаватам, философии Бхагаватам, путь Гьяна несовершенный. Сами кумары, с точки зрения пути Гьяна они совершенные, но это
совершенство на пути гьяна еще не есть абсолютное совершенство, и поэтому они демонстрируют некие качества, которые часто присущи людям, даже достигшим высот медитации.
То есть надо осторожно обращаться с ними, они возвышенные преданные, тем более они стали по шанта, не подошли, так, шанта-раса. Так, это я понял. Большое спасибо.
Причины принятия санньясы Чайтаньей
Еще один вопрос: Человек... Человек обязан оказывать почтение санньяси, потому что санньяси считаются учителями всех варн и ашрамов. Санньясу можно понять только от санньяси. Таков порядок.
Он принял санньясу от Кешава Бхарати. Ну, вы очень хорошо понимаете, хотя тот и не принадлежал к вайшнавской сампрадае. Вот у меня такой вопрос.
Если, например, Господь Чайтанья принял санньясу от Кешава Бхарати, всё-таки он майавади, это значит, как в Шримад-Бхагаватам... мыли, как когда говорят: «Если отец майавади, дедушка майавади, то ты тоже майавади», ты что, значит, русский что ли?
Ну, в принципе, я что хочу поразить, чтобы вы объяснили мне.
То, что Бхарати всё-таки был санньяси-майавади, и Господь Чайтанья принял у него санньясу-майавади. Но почему он принял санньясу-майавади, скажем, по принципу вайшнавов? А вот почему именно...
В то время 500 лет назад в Индии майавада-сампрадая была самой... самой знаменитой, самой авторитетной сампрадаей.
Другие сампрадаи не были так распространены, да, там на юге, в Тамилнаду, где-то было, но в Бенгалии практически и по всей Индии была распространена Маявада Сампрая. Теперь принятие саньясы - это некий символический акт.
Принимаю саньясу, я не подписываюсь еще полностью под учение этого человека. Потому что, ну, скажем так, это не то же самое, что дикша от духовного учителя. Это гораздо более. Ну, символическая связь.
Там нет такой строгой связи.
Чайтанья Махапрабху не стал майавади, приняв саньясу от майавади-санньяси, он просто пошел на уступку, скажем так, распространенный в то время, моде, не моде, ну, то есть, ну, порядком того времени, вот и все.
При этом он проповедовал конкретную Вайснавскую сампродаю.
То, что в Бенгалии не было, Вайшнал в то время, ну, вот, видимо, в этом - ну саньяси или его В «Шри Чайтанья-чаритамрите» объясняется, что акт принятия саньясы Чайтаньей Махапрабху нужен ему был для того, чтобы он получил какой-то статус.
Этот статус саньяса ему обеспечила. Ну, для этого, соответственно, саньяси должен быть из авторитетной, общепризнанной сампрадаи. Вот так вот. Понятно. Спасибо, что еще один мой. Последнее. Последнее. Всем три расходятся?
Или может быть отдельно мы поговорим? Я отдельно ответствую. Я позвоню. Да, да, хорошо. Да, я слышу, да. Да, значит, я очень извиняюсь, последний вопрос.
Значит, 3-3 достаточно 240, что написано, 3 данным не афитам, вот именно не афитом, 3-едь рекомендуют заниматься весь расслужение слушания повторения, значит, что на шарах на каких-то вишнух, вишну с мароном, потом подсветил арчером, Вандромм, Псаке, Дайсе, Псаки, я уже перепутал. Все.
Но в другом случае я хочу почему. Не офита. Бедрекомендует. Это значит, мы относимся к атегорию неофита все-таки. Под неофитом подразумевается садока.
Садака - человек, который занимается саданой, то есть еще не достиг совершенства сады. То есть, если мы не достигли еще уровня бхавы или премы, мы неофиты. Неофит — не значит... Я понял, я понял. Да, да.
Вот мы сейчас всё-таки относимся к принципу неофитов или нет? Мы, конечно. Конечно. Конечно, мы неофиты. Спасибо. Спасибо. Нет, нет. Да, да, мы поговорим. Мы поговорим. Да-да, мы да-да, мы поговорим. Зададите вы ответы.
Потому что эти ваши ответы на самом деле очень много и были к месту. Хорошо. Хорошо. Ладно, всё.