Бхагавад-гита 18.18. Деятельность и бездействие
Бхакти Вигьяна Госвами · Екатеринбург · 2001
Главы
Три фактора и составляющие деятельности
Знания, объект познания и познающий, таковы три фактора, побуждающие к их деятельности, а органы чувств, сами действия и их исполнитель являются ее составляющими. Комментирует Шрила Прабхупада.
У всякой деятельности есть три стимула. Знание, объект познания и познающий. Орудие деятельности, сами действия и их исполнитель являются составляющими деятельности. Любая деятельность, которой занимаются люди в этом мире, состоит из этих элементов.
Прежде чем человек начнет действовать, у него должен появиться стимул, который называют побуждением к действию.
Всякое решение, принятое до начала действий, является тонкой формой деятельности, затем уже она облекается в конкретные действия.
Их предваряют процессы, происходящие в уме. Человек размышляет, переживает и ощущает какое-то желание. В совокупности они составляют побуждение в деятельности.
Точно такой же импульс к деятельности можно получить из священных писаний или указаний духовного учителя.
При наличии побуждения и исполнителя действий начинается само действие, осуществляемое посредством органов чувств и ума, которое стоит в центре всех чувств. Все эти элементы вместе взятые составляют завершенную картину действия.
Я сознательно выбрал этот стих, который может показаться несколько абстрактным, для того чтобы попытаться объяснить, какое он отношение имеет к нам.
И более того, стих этот сразу следует за знаменитым стихом из 18-й главы Бхагавад-гиты, которым нас часто упрекают. Это стих, где Кришна говорит: «Даже убивая, такой человек не убивает.
Поэтому мне хотелось объяснить, что это значит. И чему учит Кришна. На самом деле вся Бхагавад-гита построена на этом противопоставлении деятельности и бездеятельности.
И обычно это антиномия или это противоречие между деятельностью или бездеятельностью, знанием, философией и активной бурной деятельностью. Это то, что люди знают в этом мире. Есть деятельность.
И деятельность означает, я действую ради чего-то, ради того, чтобы получить что-то в результате своей деятельности, для того, чтобы насладиться ее плодами, ее результатом. И когда мне это надоедает, я отказываюсь от этого всего.
Я становлюсь философом, я ухожу куда-нибудь в уединение в Гималаи, начинаю размышлять и медитировать. Примеров такому образу действий можно очень много найти в материальном мире.
Люди знают одно и знают другое, знают, что значит действовать и знают, что значит отказаться от деятельности.
Но Бхагавад-гита уникальна тем, что она предлагает третий путь. И где тут посередине между двумя этими противоположностями пролегает третий путь, нам нужно постараться с вами понять.
Философский отказ от мирской активности
И понять это не как-то просто. Как, например, люди знают, что такое действует. И когда им надоедает это, как я уже сказал, они отказываются от деятельности.
Есть много философов, которые проповедуют этот отказ от деятельности. Например, в Греции были философы, которые говорили, что нужно уйти и удалиться, жить простой жизнью.
Один из них, основатель школы киников, который жил в бочке, где Диоген, с ним был интересный случай, через который он хотел подчеркнуть свою философию.
Однажды он жил в Македонии, и, соответственно, царь Македонии, Филипп, отец Александра Македонского, однажды объявил войну и сказал, что завтра мы выступаем войной на Коринф. И все люди разбежались по домам.
Он собрал всех на большой площади. Город объявили, что завтра мы идем войной на Коринф. Все побежали по домам, мы стали готовиться к войне.
Все стали бурно действовать, что-то делать, запасаться провизией, бегать, покупать, продавать. И Диоген, философ, проповедующий, соответственно, философию, он тоже побежал к своей бочке.
И стал эту бочку катать. У него ничего не было, кроме бочки. Он стал ее катать изо всех сил. Когда в конце концов люди собрались вокруг него и смотрят, Диоген бочку катает.
Они стали спрашивать у него: Диоген, ты что делаешь? Зачем ты катаешь свою бочку? Он думает: ну как же, все хлопочут, и мне нехорошо равнодушным оставаться. Я тоже должен что-то делать.
Но так как у меня ничего кроме бочки нет, вот я ее и катаю.
И он хотел подчеркнуть, что вы детские хлопочете, а о чем хлопочете? Если бы у вас ничего не было, если бы у вас была одна бочка, то и хлопотать не надо было бы. Так как вы накопили всего много, поэтому, соответственно, вам приходится хлопотать.
А я живу не хлопотной жизнью. Я живу спокойной жизнью, жизнью философа. И люди знают это.
Александр Македонский, он, ему настолько нравился Диоген, что он однажды сказал, что если бы я не был царем, то я хотел бы быть диогеном. Но так как я все-таки царь, то лучше я буду царем.
То есть большая часть людей находятся в этих двух полюсах.
Либо они хотят быть царем, либо они хотят властвовать над этим миром, действовать, наслаждаться этим миром, либо либо когда им это надоедает, они уходят куда-нибудь в бочку и сидят в этой бочке. И наслаждаются жизнью бочки.
И Бхагавад-гита начинается с этого противопоставления. Бхагавад-гита говорит, Кришна Арджуна захотел уйти в Гималаи, Арджуна захотел перестать действовать. Кришна ему говорит, нет, ты должен действовать.
И Арджуна говорит, как я могу действовать? На что ты меня обрекаешь? Ты заставляешь меня убивать. Ты хочешь, чтобы я убивал, чтобы я сражался. Ты заставляешь меня совершать эту страшную, жуткую ургха-карму.
И вся Бхагавад-гита посвящена тому, каким образом человек может действовать и не действовать в этом мире. Это, как Кришна говорит, искусство деятельности, карма-каушалам. И понять это очень трудно.
На самом деле практически понять это невозможно. Потому что понять одну крайность другую крайность не может. Понять бхакти-йогу очень трудно.
Притча из Упанишад о гопи и Дурвасе
Это не такая простая вещь, как может показаться на первый взгляд. Как сказано в Упанишадах, есть история, которая показывает, что даже гопи не понимали этого. Гопи — высочайшие преданные. И они не очень разбирались в этом.
Это тема Упанишад. Упанишады — это самые высшие философские произведения, которые предназначены для размышлений.
И в Упанишадах, с толкованием Упанишад, рассказывается эта история, как однажды гопи провели ночь с Кришной. Они танцевали, обнимались, целовались, сидели на берегу и
когда наступило утро, сердце их стало раздирать от чувства разлуки, они стали плакать и думать, как же так, мы расстаемся с ним, и поэтому на прощание они спросили у Кришны:
Кришна, объясни нам, пожалуйста, а кого мы должны накормить, какого брамана, чтобы все наши желания исполнились? В юридической культуре очень ясно заложено в сердцах
людей это представление, что если мы удовлетворим кого-то, брамана, хорошего, то все наши желания исполнятся.
Соответственно, гопи задали этот вопрос Кришне и спросили: «Объясни нам, к кому нам нужно идти, чтобы все желания в нашем сердце, то есть желание снова встретиться с тобой, исполнились?»
И Кришна посмотрел на них, подумал. Ему стало ясно, что они хотят узнать. Он сказал: «Дурваса Муни там, за рекой, за Ямуной есть ашрам Дурвасы. Не того Дурвасы, который оскорбил Амбаришу, а великого преданного Дурвасы».
И Кришна хотел, чтобы именно Дурваса, философ, объяснил им эту философию. Поэтому он назвал его и сказал: «Идите туда, накормите его досыта, до отвала. И если он будет вами доволен, то он исполнит любые ваши желания».
И гопи спросили: «Как же мы перейдем на другую сторону Ямуны? Ямуна глубокая. Только что прошли дожди. Сейчас осень, сезон шарад, полнолуние. Мы только что танцевали с тобой. Как мы пересечем Ямуну?
Мы с ним, с кому-то — проблем нет. Подойдите к Ямуне и скажите: «Кришна — брахмачари». И как только вы скажете «Кришна — брахмачари», Ямуна станет вам по колено. И вы легко пройдете под это.
Хоть и не то, что они усомнились, но некоторое волнение появилось в их умах. Хоть же это — Кришна-брахмачари. Он кто угодно, но только не брахмачари. Брахмачари обычно так себя не ведут.
Но тем не менее, Я — Кришна, он — великий мистик. Поэтому они решили попробовать. Они подошли к нему и сказали: «Кришна — брахмачари», — сразу же Ямуна расплылась в улыбке, разлилась и стала очень мелкой.
Уже перешли на другую сторону.
Они взяли с собой сладкого риса и принесли огромные горшки сладкого риса, и нашли Дурвасу Муни, который сидел у себя в вайшнава-ашраме. Мы пришли, чтобы накормить тебя. Дурваса Муни, который сидел у себя в вайшнава-ашраме, мы пришли, чтобы накормить тебя. Горшок, накормите меня, поставили перед ним эти горшки.
И он стал есть. Один горшок за другим, один за другим, один за другим. Он съел весь сладкий рис, который они ему принесли.
Настоящие брахманы — их первой квалификацией должен быть хороший аппетит. Потому что их все пытаются накормить, чтобы исполнить свои желания.
Соответственно, Дурваса Муни, чтобы не разочаровывать гопи, попробовал здесь сладкий рис, который они принесли, и довольный — там осталось немножко — он раздал им свой маха-прасад, съели и сказали: «Ну хорошо, мы пойдем, теперь мы надеемся, что наше желание исполнится.
Только объясни нам, как нам перейти на другую сторону Ямуны.
Дурваса Муни сказал: «Ну таких камней нет. Подойдите к Ямуне и скажите: „Дурваса Муни, который никогда ничего не ест“. А его именем Ямуна ступиться. Ну тогда не ел и ничего не ест. И гопи тут уже они не выдержали.
Тут гопи сказали, подожди, подожди, подожди, что-то мы уже совсем запутались. Только что ты съел столько сладкого риса, что никто не в состоянии из нормальных людей съесть. И ты говоришь, что ты никогда ничего не ешь.
И только что мы тоже пересекали Ямуну. И мы говорили при этом: «Кришна — брахмачари», и удивлялись. Но она не удивлялась, она становилась нам по колено.
И дальше Дурваса Муни начал лекцию по философии упанишад, которую мы с вами никогда не поймем.
не поймем, которую понять очень трудно: каким образом он ничего не ест, каким образом Кришна — брахмачари и каким образом душа может оставаться в этом теле, действовать и одновременно не действуют. Убивать и при этом не убивать.
И понять это на самом деле очень трудно.
Проблема сотворения мира и совершенства Бога
Крайне трудно понять. Великие философы не могут понять этого. Как некоторые люди, которые размышляют над природой Бога и думают, кто ж такой Бог.
Они не могут понять, каким образом Бог, если они доводят философский анализ до конца, каким образом Бог мог сотворить этот мир.
Потому что само по себе творение означает действие, действие означает импульс, импульс означает желание, желание означает, что мне чего-то не достает. Каким образом совершенный Бог мог действовать.
Если он сотворил этот мир, это значит, что ему чего-то не хватало, что ему чего-то не доставало. И раз ему чего-то не доставало, значит, что он несовершенен по определению. Почему Бог создал этот мир?
К тому же несовершенный мир. Каким образом, зачем он это сделал? Объяснить это очень трудно.
Потому что если у меня все есть, если я совершенен, то мне ничего не нужно, у меня нет никаких желаний, соответственно, я здесь действую.
У людей есть это представление, что когда я совершенен, я достиг совершенства, у меня все есть, я ничего не делаю. Совершенством любой деятельности люди считают бездействие.
Как я недавно был в Ростове, я приезжал, на большом рекламном плакате... Плакаты рекламировали диваны, диваны. И на нем был изображен человек, который лежит в развалившейся позе, в расслабленной, на этом диване.
Он закинул ногу на ногу, смотрит в потолок, руку подложил под голову, на роскошном диване. И надпись на плакате гласила, что хочу, то и делаю. И дальше был ответ. Ничего не делаю.
То есть, если я достиг совершенства, если я достиг совершенства до такой степени, что я что хочу, то и делаю, то я ничего не делаю.
Потому что мне нечего делать, потому что я уже совершенен, потому что я уже достиг богатства, роскоши. У меня есть этот диван, на котором я лежу и просто в потолок плюю.
И поэтому, когда неоплатоники пытались объяснить природу творения, каким образом Бог творит, они не могли этого понять, им пришлось прибегнуть к введению концепции вторичного Творца, что Бог совершенен, но есть какой-то вторичный творец, демиург, и он создал этот мир.
И из-за него мы с вами тут страдаем в этом мире. У него были какие-то желания.
У Бога никаких желаний не было. Он хороший, он добрый, он совершенный. То есть понять, каким образом человек может действовать, не имея импульса к действию, практически невозможно или очень трудно.
И здесь Кришна пытается объяснить это, после того как он произнес этот знаменитый стих о том, что такой человек даже действует и не действует, и даже убивает, не убивает никого.
Так как в конце концов перед Арджуной стояла эта дилемма, ему нужно было убивать. И Кришне нужно было объяснить, каким образом он может убивать, не убивая. Здесь Кришна пытается объяснить это на более глубоком уровне.
Он говорит, что помимо деятельности как таковой, и до нее мы совершаем деятельность в своем уме, помимо грубой деятельности, которую мы совершаем своими руками, своими ногами, своими глазами, своими органами чувств. За этим и до этого стоит тонкая деятельность.
Сначала, прежде чем мы начнем действовать, мы должны понять, для чего нам нужно действовать. У нас должен появиться импульс. И здесь Кришна говорит, что деятельность протекает на двух уровнях.
Что сначала у человека появляется импульс или желание, которое исходит изнутри.
И здесь он говорит, что есть три составляющих этого импульса, вентотной деятельности — карма-чодана. И он говорит, что она состоит из знания, из объекта познания и того, кто знает, знающего.
Чтобы объяснить это на простых понятных примерах,
можно растолковать так, как Шрила Прабхупада пытается объяснять это, объясняет это в комментарии. Задумаемся, от чего появляется наше желание, где возникает наше желание действовать.
Сначала у нас есть некое смутное ощущение того, что нам чего-то не достает. Просто что-то, что-то не так.
Мы сидим дома, а то же самое, может быть, мы лежим на этом диване, развалившись. И все равно чего-то нам не достает, чего-то нам не хватает. Я не оабсолютно сейчас.
Мы пытались говорить об этом вчера, что любой человек, независимо от того, где он, что он, почему он, если он не соединен с Кришной, у него есть ощущение недостачи, некого несовершенства.
Это смутное представление, какое-то смутное ощущение того, что мне чего-то не хватает, оно всплывает в нашем уме. И мы начинаем думать, чего же мне не хватает.
И с помощью знания, с помощью нашего опыта мы это смутное желание облекаем во что-то, в какой-то образ, в какое-то понятие. Я начинаю думать, чего мне не хватает, чего мне не хватает.
Я начинаю думать: наверное, мне не хватает машины. И просто, не просто машины, мне не хватает «мерседеса». Черного «мерседеса». Блестящего.
Это смутное желание какое-то: что-то мне, чего-то мне не хватает. Оно оформляется в нашем уме в определенный образ. Этот образ мы формируем с помощью знаний. У нас есть какое-то знание, с помощью знаний формируется идеал.
То, что мы хотим познать.
Потому что в этом мире познать что-то, какой смысл познания? Что значит познать что-то? Познать что-то значит обрести это, значит, прииметь это. Эти два глагола или два действия очень близки друг к другу.
И у человека появляется это желание сначала в виде образа. И потом, соответственно, на тонком уровне этот образ становится объектом его познания. С помощью знаний он его формирует в своем уме.
И потом он соединяет себя с этим объектом. У него появляется ощущение, что если я буду ехать на этом «Мерседесе», я буду самым счастливым человеком на свете. От меня все будут шарахаться в разные стороны.
Женщины, которые будут смотреть на меня в этом «Мерседесе», они просто будут падать в обморок. Я буду раскрывать свет населения. Садись. У человека появляется вся эта деятельность в тонком виде.
Он понимает, он формулирует, чего он хочет, что он хочет познать. И он видит себя, каким образом он связан с этим объектом деятельности. Эта деятельность в тонком виде.
И как только вся эта картина встала у него в голове, он начинает действовать. Он поставил перед собой цель, он хочет чего-то достичь, он понимает, кто он и каким образом он будет счастлив, соединившись с этим.
И, соответственно, поэтому он начинает действовать соответствующим образом. Он применяет свой ум, свои способности.
Вера как главный импульс к деятельности
И Шрила Прабхупада объясняет здесь, что таким образом протекает деятельность сначала в уме. И ум порождает импульс деятельности. Этот импульс называется верой.
Независимо от того, какая это вера, как в 17-й главе Кришна объяснял до этого, что каждый человек верит во что-то. И когда мы действуем сейчас здесь, в этом мире, мы верим в то,
что если я достигну цели своей деятельности, которую я перед собой поставил, я буду счастлив. И любой человек движен верой. И эта вера представляет собой очень сильный, очень глубокий импульс деятельности.
Как все мы в свое время присоединились к сознанию Кришны, когда вдруг мы обрели веру. И все мы знаем, помним это ощущение, когда эта вера очень сильна в нашем сердце.
Эта вера заставляет нас действовать, эта вера заставляет нас идти куда-то, раскрывать любые двери, проповедовать, говорить. Мы уверовали.
Как только человек уверовал во что-то, неважно во что, как только у него появилась очень сильная вера во что-то, он сразу же начинает очень сильно действовать.
Прабхупада объясняет здесь, что есть карма-чодана. Сначала человек поверил во что-то. У него появилась цель.
Потому что вера в конце концов — это ясное видение цели, ясное представление о том, какой путь отделяет меня от этой цели и соответствующей деятельности. Это может быть материальная вера, это может быть духовная вера.
И Кришна здесь объясняет, что сначала, в начале любой деятельности, в начале любого действия у ее истоков лежит вера или деятельность в тонком виде. И потом только я начинаю действовать.
Шрила Прабхупада говорит, что если это вера материальная, то есть если мое представление о себе, что я такой, как я могу быть счастлив, и что мне нужно, какова моя цель в этой жизни, материальна, то я буду действовать на материальном уровне.
И, соответственно, когда я буду действовать на материальном уровне, то я буду получать последствия этой деятельности, я буду запутываться в них.
Но если моя вера духовна, и если я хочу, если мое представление о себе духовное, если моя цель духовна, и если, соответственно, знание, которым я руководствуюсь, тоже духовно, то тогда мои действия тоже будут духовными, они будут иметь иную природу.
И до этого в предыдущем стихе Кришна объяснял, какова природа этой деятельности с духовными мотивами, когда у человека нет материальных мотивов.
Еще раз попытаемся понять, что это значит — действовать, не имея материальных мотивов. Прабхупада говорит: это значит действовать не исходя из аханкары, не исходя из ложного эго.
Аханкара — это представление о том, что действую я. И раз я действую — это представление о том, что я деятель. И раз я действую, значит, все то, что я получаю в результате этой деятельности — мое, и я должен наслаждаться этим.
Это два аспекта ложного эго. Я и мое. Я действую, и все то, что я получу — мое, оно принадлежит мне по праву. И когда человек действует исходя из этого, а мы все имеем опыт только такой деятельности...
Мы все действуем только так. Будем честными. Мы исходим из этого ложного эго. Когда человек действует таким образом, реакции приходят тоже к нему, и он тоже должен за них расплачиваться.
Есть одна интересная история в Пуранах, которая очень хорошо иллюстрирует этот момент, как люди иногда, чтобы оправдать себя, говорят: «Я не действую, я все делаю для Кришны», но на самом деле они действуют для себя. Однажды, я помню, я ехала в электричке из Нью-Дели в Калькутту, и предо мной сидел индус. Этот индус мне хотел очень поповедовать «Бхагавад-гиту», все время мне объяснял, что такое «Бхагавад-гита», в чем ее смысл, кто Арджуна, кто Дхишманья. Он все время пытался мне рассказывать.
И при этом он постоянно курил. А я ему все время говорила, что я «Бхагавад-гиту» и так знаю, но мне непонятно, почему вы курите, если вы так хорошо «Бхагавад-гиту» знаете.
В конце концов он не выдержал и сказал: «Я не курю, курю не я, мое тело курит, я не курю, душа не курит, правильно?
Душа не может быть убита, душа не может быть рассечена, душа не убивает. Я не курю, тело курит. Это философия «Бхагавад-гиты»».
И все же я спросила: а если вы — это не вы курите, а ваше тело курит, а зачем ваше тело курит? Но тело это точно не нужно. Делать только плохо от того, что оно будет.
Суть в том, что иногда люди пользуются этой философией для того, чтобы оправдать себя, не понимая, что на самом деле глубинные понимания еще очень далеки от них.
Притча о брамане и ответственности за действия
Чтобы действительно действовать, не ходя из ложного эго, нужно находиться на очень высоком уровне. И история эта, она связана с одним браманом. Брахаманы, они все знают такие философии и веданты.
Этот Браман был очень благочестивым. Он хотел, настроен был так или иначе жить благочестивой жизнью. И в качестве своей благочестивой деятельности.
Но так как все равно чем-то заниматься надо, пусть даже чем-то очень благочестивым, он решил разбить сад. Он разбил этот сад замечательный, в этом саду росли замечательные цветы, и особенно он гордился манго.
Он смог вырастить особый сорт манго. Манго, которые росли у него, ни у кого такого манго не было. Он вывел манго, у которых почти не было кожицы. Кожица была тонкая, как у персика.
И они состояли из одной мякоти, и косточка была маленькая. Обычно ел манго, там значит, там огромная косточка, толстая кожица и немного очень вкусной мякоти. Но этот браман вывел удивительный сорт манго. И он разводил их.
И, соответственно, он очень гордился. У него была целая манговая роща, таких особых манго. И однажды, когда он обходил свой сад, гордясь тем, что он вырастил все это, тем,
что он создал все это, он вдруг увидел корову и увидел, что корова, а у манго, когда у нее появляются новые ростки, и ростки очень вкусные, они такого кислого сладкого вкуса.
Но видно, что эта корова с удовольствием пожирает свежие молоденькие деревья манго, из тоненьких деревьев уже обглодано. И гнев поднялся в его сердце.
Подумал: «Какое она имеет право? Это я вырастил эти манго. Это я, это мои манго. Они принадлежат мне. Какой она имеет право наслаждаться тем, что я вырастил?
Корова невинная совершенно была, она была счастливая, жевала. не знала, что она находится в очень опасном положении, потому что она проникла в собственность, брамана.
Браман со злости поднял, хватил булыжник и запустил в корову. И так или иначе, под стечением обстоятельств рука его запустила этот булыжник, и булыжник попал прямо в лоб корове. Корова упала и умерла на месте.
Это жуткое преступление.
Для брамана убить корову — это что-то неумолимое. Он страшно испугался. Он перепугался, он стал не по себе, очень плохо. Вот он попытался как-то загладить последствия этого, чтобы, не дай бог, люди не узнали,
потому что он сразу же лишается своего браманического достоинства.
Он зарыл свою корову, следы своего преступления, делал вид, что ничего не было, стал отмаливать это всё, читать какие-то мантры, молиться, ходить вокруг туласи, всё, что-то такое. Всё, что мог сделать браман в этом случае, попытался сделать.
И как-то потихоньку-потихоньку память об этом забыл, и всё ушло, и он продолжал заниматься своей благочестивой деятельностью в этом саду, врачуя садху.
Однажды он лежал днём, расстелив постилочку, светило солнце, всё было хорошо, наглядывал так, заснул, вдруг во сне он видит, жуткие какие-то существа, жуткие существа стали строить ему уж, накинули веревку вокруг него, стали его тащить.
Он закричал: «Что такое?», понял, что пришли за ним. И он понял, что это ямадуты. Ему очень не понравилась перспектива оказаться в аду, совсем ему не улыбалась.
Он говорит: «Сани-староста, по какому праву вы меня тащите? Что вы делаете со мной? Я браман, я всю жизнь провёл в благочестивых делах, я совершал посты, я молился, я выращивал тал...»
Они говорят: «Да корову-то кто убил, дурачок?» Всё, он замер. Он понял, что ничего не скроется, хотя коровы зарыты где-то глубоко. Они знают об этом. Но он тут же сообразил.
Он сказал: «Корову? Кто убил корову? Не я убил корову. Это рука моя убила корову. А рукой кто заведует? Рукой заведует Индра.
Все знают, что полубоги находятся в нашем теле, они управляют им. Индра поднял эту руку, Индра запустил мне руками. Индра виноват, а не я. Причём тут я?» И ямадуты растерялись.
Потому что они — последователи ведической философии, и если с помощью философии вступить в спор, согласно священным писаниям, обычно в норме люди не пойдут. Тем более они прибегают к цитированию ведических писаний, потому что, как правило, они забирают людей, которые до этого по-другому вели свою жизнь. И они растерялись немного.
И они отправились к Ямараджу и сказали: «Вот у нас сложный случай, нам нужно человека забрать, а человек сопротивляется. Причём не просто сопротивляется, а выдвигает серьёзные аргументы». Ямарадж сказал: «Ну хорошо».
Он выслушал эти аргументы и сказал: «Пойдёмте со мной, я вас научу, вас научу, что мы в таких случаях делаем».
Ямарак спустился, и он принял образ старого брамана. А этот обрадовался, оставили от меня, ямаду, то он лежит, думал, ну, Богу, принесло на этот раз, свалить лишь мне.
Браман, старый Ямараджа в образе брамана, зашел к нему в сад, стал ходить по этому саду. Не охудеть. Потрясающий сад. Никогда не видел такого сада. Наверняка даже в райском царстве такого сада нет.
Кто сделал интересным этот сад? Кто его создал, кто его разбил. Тот драгоценный свет ему нравится. Просто мед капает, но ему говорят, вы знаете, я скромный человек, но просто я тоже честный человек.
Я могу со всей скромностью и честностью признаться. Это я сделал. Я его рождение. Ведь не может этого быть, ты, когда я. И вот эту клумбу ты сделал? Что делать? Я сделал. Такая красивая клумба. И дорожка эта тоже. И дорожка.
Я вот знаете, 17 лет рубился, чтобы здесь этот сад родить. Потом он дошел до его города, до манговой рощи. Он вел его в эти манго. Манго, какие манго? Это я вырастил эти манго. Я их растила. Ни у кого таких манго нет.
Я их сделал. Да. Неужели ты? Только я. Никто другой. Кто же еще мог, кроме меня, все это сделать? А коров тогда кто убил? Тоже я. Суть
в том, что до тех пор, пока у нас есть аханкара, пока у нас есть ложное эго, мы когда делаем что-то хорошее, себе приписываем заслугу за это. Мы все имеем опыт этого. Это я делаю, да.
Если что-то хорошо, если хвалят, если нас хвалят, нашим присутствием это обусловлено, потому говорим тут, да, это я. Если ругают, то это не я. Он, она, он. Я же не причем. Это проявление аханкары.
А аханкара заставляет нас присваивать себе плоды нашей деятельности. И та же самая аханкара пытается отстраниться от последствий, которые приходят за это, от изъяна.
Как сам Кришна говорит в «Бхагавад-гите», что любое действие, связанное с изъяном, подобно тому, как огонь покрыт дымом.
И человек действует в этом мире, но до тех пор, пока он действует с привязанностью к плодам своего труда, пока импульс этот исходит из того, что я хочу наслаждаться, это мое. Пока в центре нашей деятельности стоит я, и соответственно, все, что за этим следует, то, соответственно, я действую, и я ответственен за то, что я делаю.
Соединение действия и бездействия через бхакти
И последствия, которые приходят, это последствия моих поступков. И я должен буду расплачиваться за все эти последствия. Подняться над этим, выйти за пределы этого - очень-очень трудно.
И далеко не каждый человек способен на это. Что значит действовать без чувств ложного эго?
Потому что люди думают, если это не мое, если не я действую, и если плоды принадлежат не мне, то зачем мне действовать? У них сразу же пропадает всякий импульс действий. И поэтому они мечутся из одной крайности в другую.
Либо они действуют ради себя и наслаждаются этим, либо они пытаются уйти от деятельности, пытаются уйти от ответственности и думают, что таким образом они убегут.
Но Кришна говорит, что на самом деле настоящий путь, реальный путь — это соединить вместе действие и бездействие. Как об этом говорит «Ишопанишад».
«Ишопанишад» говорит, что нужно соединить вместе видью и авидью, что в конечном счете человек может достичь цели и может избавиться и не запутываться в плодах своей деятельности,
если он вместе соединит деятельность и бездействие. Если он знания, соединит знание, дух соединит с деятельностью. Потому что я не могу бездействовать. Я не могу не делать ничего в этом мире. Я должен действовать.
Но как я должен действовать не ради себя? Я должен осознавать себя слугой Кришны и действовать исходя из того, что я слуга Кришны. И только это в конечном счете является бхакти.
Так как прежде у меня должен появиться импульс, импульс деятельности, но не ради самого себя, ради Кришны. Я должен очень сильно и очень остро осознать, я слуга Кришны.
И так как я слуга Кришны, это мое знание, это то, из чего я исхожу, это мое понимание. И действовать исходя из того, что я слуга.
При этом сам я не действую, потому что я не собираюсь наслаждаться этими плодами, ничего не принадлежит мне. Ничего, мне не нужно от этого. Все то, что я делаю, я делаю ради него.
Как Джива Госвами, он сравнивал иногда гьяну или вот это понимание того, что человек должен бездействовать, оно воспринимается как некая созерцательность. Человеку говорят, ты должен отстраниться.
Ты сейчас запутался в этом во всем, ты действуешь здесь, ты бегаешь, прыгаешь, и несчастье поэтому преследует тебя. Поэтому отстранись, просто наблюдай за всем этим, не действуй.
И Джива Госвами сравнивает такое наблюдение этого мира, бездействия, когда мы просто наблюдаем этот мир с вытаращенными глазами трупа. Когда труп смотрит и не действует. У трупа тоже есть глаза. Он тоже смотрит.
Но когда он смотрит, он не действует. Тогда как он говорит, он пытается объяснить, что значит действовать и в то же время не действовать. Он говорит, что есть два вида взгляда. Есть взгляд этого трупа.
Есть три вида взгляда, скажем так. Есть бегающий взгляд человека, как вора, который хочет присвоить что-то себе.
И он... взгляд бегает, у него масляные глазки, да, и он суетится, и постоянно ищет, где что плохо лежит, так, выискивает что-то. Это взгляд вора.
Есть взгляд трупа, который раскрыл глаза и ничего не делает, сидит, лежит с раскрытыми глазами. Он говорит, что есть еще другой взгляд, взгляд на этот мир. Взгляд окрашенный любовью, взгляд любящего.
Когда я смотрю на этот мир и понимаю, что этот мир принадлежит тому, кого я люблю, этот мир — его собственность. Я смотрю на этот мир с глазами, исполненными любви.
Когда все, наверное, знают, когда на нас падает взгляд любящего, взгляд красный такой, робкий взгляд, мы смущаемся так и отводим свой взгляд. В этом, собственно, суть Бхакти.
Мы находимся здесь, то есть мы как бы смотрим на этот мир, но мы не пытаемся, смотря на этот мир, присвоить себе этот мир, мы пытаемся, глядя на этот мир и действуя в этом мире, подарить его Кришне, вернуть его тому, кому он на самом деле принадлежит.
Мы действуем исходя из любви, не ради себя, ради него. И это значит перестать действовать исходя из ложного эго. Когда я действую исходя из ложного эго, а признаком этого является то,
что у меня есть одна цель, и ради этой цели я делаю. что-то другое. Есть разница между целью и средствами.
Но если мы внимательнее посмотрим и прочитаем этот стих, где Кришна объясняет импульс деятельности, каким образом появляется желание действовать, то мы поймем, что духовный импульс,
как Кришна объясняет, он может исходить из священных писаний и указаний гуру.
Разница между материальным и духовным импульсом заключается в том, что между моей целью и средством, которого я хочу достичь, и моим представлением о себе нет никакой разницы. Что я действую ради Кришны, ради верховной души, что сам я отождествляю себя с Кришной, знаю, что я Его слуга, и деятельность, которую я делаю при этом, то, что я делаю при этом, знание, которое руководит мной на этом пути, это в конечном все это знания о Кришне, и знания о том, что связывает меня с Кришней.
Я хочу вернуться к Нему. Тогда как в материальной деятельности между целью, средством и исполнителем всегда есть разница. У меня есть галлюцинация, или я представляю себе что-то.
Я думаю, что я не полон, что моя полнота будет только, если я обреду что-то, чего у меня сейчас нет. И так как есть разница между целью и средством, это деятельность материальная.
Когда между моей целью и средством нет никакой разницы, когда я знаю, что я слуга Бога, и что я хочу достичь Бога.
И чтобы достичь Бога, мне нужно любить Его и идти по направлению к Нему, то тогда моя деятельность становится духовной, и ложное эго уходит. Но это очень высокий уровень.
Тогда Кришна говорит, что, убивая, такой человек — он убивает, он не призывает нас поскорее попробовать это на собственном опыте. Он призывает нас сначала пройти весь этот путь.
И весь этот путь подразумевает, что сначала я очищаю сердце. Я тренируюсь для того, чтобы отказаться от привязанности к плодам своего труда. Я действую, но я пытаюсь понять, что все принадлежит не мне.
И постепенно в процессе этой деятельности очищается мое сердце, появляется знание в моем сердце. Когда мое сердце очистилось и появилось знание, я продолжаю действовать, но действовать на другом уровне.
И эта деятельность называется бхакти. Это великое искусство, это великое совершенство, которого достигают немногие редкие души. На этом уровне человек может делать все, что угодно. Он может есть много.
И говорить, что я никогда ничего не ел, потому что я не привязан от соблюдения... Не я ел. На этом уровне он может делать много чего, чего мы хотели бы делать, но нам на нашем уровне этого делать не следует.
Потому что мы привяжемся к плодам своего труда. Мы отождествляем себя всегда с результатами своего труда, а не служение Кришне, которым должно быть нашим импульсом и нашей верой. Спасибо большое.
Всего доброго и до свидания.