Шримад-Бхагаватам 5.16.20-21
Бхакти Вигьяна Госвами · Москва · 2000
Главы
Описание образования золота на берегах реки Джамбу
'7--n'-ho-' Мы Мы читаем Шримад-Бхагаватам, пятая глава, шестнадцатая, описание Джамбудвипы, тексты двадцатый така сутради Абхаранарупена, халу дхараянти. Перевод. Земля вдоль берегов Рики Джамбу пропитывается этим соком.
А когда воздух и солнечные лучи высушивают пойму, там образуются огромные залежи золота, называемого Джамбунадой. Райские мастера делают из этого золота разнообразные украшения.
Вот почему все обитатели рая и их вечные юные жены всегда носят золотые короны, браслеты, пояса и живут, не зная бед.
По воле Верховного Господа на некоторых планетах, вдоль берегов рек возникают огромные золотые месторождения. Жители Земли не знают, что такое настоящее богатство и роскошь.
И по невежеству своему восхищаются самозванными богами, которые умеют создавать крошечные кусочки золота.
Но как яствует из этих стихов, на одной из высших планетных систем Вселенной течет река Джамбу, состоящая из сока плодов джамбу.
И земля на ее берегах, смешиваясь с этим соком, под действием солнечных лучей, вступает в химическую реакцию с воздухом и образует огромное количество золота.
Поэтому у всех обитателей рая, мужчин и женщин, очень много роскошных золотых украшений.
На Земле, к сожалению, золота так мало, что правительства разных стран, стремясь сохранить свой золотой запас, выпускают бумажные деньги. Эти деньги не имеют никакой реальной ценности, так как не обеспечиваются золотом.
Но несмотря на это жители Земли очень гордятся своим материальным богатством.
Сейчас вместо золотых украшений женщины и девушки носят пластмассовые, вместо посуды пользуются пластмассовой, и тем не менее люди считают себя очень богатыми.
Шримад-Бхагаватам, о людях нашего века сказано так: мандах суманда-матийо мандабхагьях упадрутах, они подвержены всевозможным порокам и способны понять, и не способны понять величие Верховного Господа.
Суманда-матайах, их представления о жизни настолько извращены, что они готовы признать Богом любого самозванца, способного создавать крупицу золота.
У них самих нет золота, поэтому они живут в нищете, и такие люди достойны жалости.
Отношение чистого преданного к материальным соблазнам
Порой у этих несчастных возникает желание попасть на райские планеты, чтобы жить счастливо, купаясь в роскоши, как полубоги, о которых упоминается в этих стихах.
Но чистых преданных нисколько не привлекает материальное счастье и роскошь. Иногда преданные даже сравнивают золото с желтыми испражнениями.
Шри Чайтанья Махапрабху в своих наставлениях говорит, что преданного не должен привлекать ни блеск золота, ни красота убранных им женщин.
Надханам на джанам на сундарим: золото, красивые женщины, толпы последователей — все это соблазны материального мира и преданному не следует на них поддаваться.
Подавая пример, Шри Чайтанья Махапрабху возносит сокровенную молитву. О, Господь, даруй мне право преданно служить Тебе, ничего другого я не желаю. Преданный может также молить Господа, вызволить Его из плена материального мира.
Вишаме бабам буддол, крипая та вопада панкаджа стхитам дули-са-дришам вичинтая.
Преданность смиренно взывает к Господу, говоря: забери меня из этого мира, где так много разных соблазнов, и позволь укрыться под сенью Твоих лотосных стоп.
С подобной молитвой обращается к Кришне и Шрила Прабхупада такур: Махапрабху Нанда-сута Вришабхану-сута юта карунакара хаи бара. О мой Господь, о сын Нанда Махараджа!
Ты стоишь передо мною вместе со Своей возлюбленной, Шримати Радхарани, дочерью Вришабхану. Позволь мне стать пылинкой Твоих лотосных стоп. Не гони меня прочь, ибо у меня нет иного прибежища.
Как объясняет Прабодхананда Сарасвати, роскошь, которой обладают полубоги, носящие золотые шлемы и другие украшения. Это не более чем мираж, тридаша-пура-кача-пушпайтах. Преданного такие богатства не привлекают.
Его единственное желание — стать пылинкой у лотосных стоп Господа. Земля вдоль берегов реки Джамбу пропитывается этим соком, а когда воздух и солнечные лучи высушивают пойму,
там образуются огромные залежи золота, называемого джамбунадой. Райские мастера делают из этого золота разнообразные украшения.
Вот почему все обитатели рая, их вечные юные жены, всегда носят золотые короны, браслеты, пояса и живут, не зная бед. Этот стих описывает алхимическую реакцию, происходящую на берегах реки Джамбу, в
результате которой берега её усыпаны золотом. Шрила Прабхупада пользуется этим стихом, чтобы объяснить, каким образом люди пытаются наслаждаться в этом мире золотом — это символ материальных наслаждений.
Символ материальных наслаждений, ради которого люди готовы уничтожить друг друга, люди готовы совершить любые преступления, лишь бы обрести этот жёлтый металл,
и в сознании людей золото представляет собой такую огромную ценность,
что, как объясняет Шрила Прабхупада, если какой-то человек, фокусник, волшебник или йог может изобразить золото, сделать крупицу маленькую золота, то люди думают: он, наверное, Бог. Иначе кто еще может производить золото?
Тысячи людей, миллионы людей следуют за таким «Богом» в Южной Индии, который раздает им иногда крупицы золота, чтобы забрать у них гораздо больше золота.
Этот «Бог» построил большую фабрику благовоний для того, чтобы зарабатывать на содержание своего ашрама.
Разница между материальным и духовным образом жизни
Шрила Прабхупада вполне резонно спросил: если он Бог, зачем ему фабрика благовоний? Пусть производит золото в больших количествах. Но к сожалению, у людей в наше время нет здравого смысла. И блеск золота настолько ослепляет их, что они теряют последние крупицы здравого смысла: - мандас уманда Матайо, манда Бхагаги Хиупадрутаха духовная лень, которая поселилась в сердце людей Кали-Юги, мешает им понять природу этого мира и природу наслаждений.
Потому что если просто проанализировать логически природу этого мира и природу наслаждений... Здесь в комментарии Шрила Прабхупада сравнивает ценности, по которым живут преданные и непреданные.
Он сравнивает два образа жизни. И он говорит, что для них ценно золото. Неважно, где они живут.
Материалисты: живут ли они на земле или живут они в раю, Они одинаково ценят золото, потому что оно красивое, потому что оно блестит, потому что оно является символом материального счастья, процветания и благополучия.
Так и преданные в то же время, как Шрила Прабхупада говорит, называют золото желтыми испражнениями. Так, когда у человека все в порядке и желчь хорошо работает, то испражнения становятся желтыми.
Он говорит, что преданный не ценит это, но ценит вместо этого отношения, в которые он может вступить с Богом.
Что в конце концов есть две ценности в этом мире: ценности материальные и ценности духовные. И одни люди предпочитают ценить материальные ценности и жить ради материальных ценностей, приносить жертвы ради материальных ценностей.
Другие люди предпочитают искать духовное, пожертвовать материальным. И эти два образа жизни составляют, собственно, суть материального существования. Есть два вида людей, две формы жизни, две формы существования.
Но если мы разберемся, что на самом деле приносит счастье, сделало ли золото кого-нибудь счастливым?
А от того, что у нас золотое кольцо, золотая корона или даже золотой шлем, или я не знаю что, золотой унитаз, Стану ли я счастливым от этого? Станет ли легче у меня на сердце?
На самом деле, человек, любой человек, если немножко спросить его, прекрасно
понимает, что счастье в этом мире приносят отношения, что человек становится счастливым, когда у него есть исполненные глубокого смысла отношения с другими людьми. И в конечном счете каждый человек ищет этого.
В конечном счете человек ищет ни золото, ни богатство, ни всё остальное. Золото и богатство некоторые люди воспринимают как цену, которую они могут заплатить для того, чтобы купить наслаждение, для того, чтобы купить те же самые отношения.
Некоторые люди думают, что если у меня будет много золота, меня все будут любить. В сущности, человеку нужно любить и быть любимым.
Ему не нужно ничего другого, чтобы быть счастливым, ему нужно только это одно: чувствовать, что его любят, и иметь любовь по отношению к другим в своем сердце, и если этого нет, то сколько бы золотых унитазов у него ни было, он не будет счастлив. Если у него это есть, даже если у него унитаз не золотой, он будет счастлив.
Даже если у него нет ничего другого.
Попытки купить счастье и поиск истинной любви
В конце концов, счастливым человека делает это. Но люди в иллюзии своей думают, что они могут купить счастье, что они могут купить любовь, что они могут купить отношения, что они могут заплатить какую-нибудь цену золотом или красотой, или ученостью, или происхождением.
Есть четыре типа людей, четыре типа психологии — кшатрии, вайшьи, брахманы и шудры. И все они хотят купить счастье. Но цену, которую они предлагают за это счастье, она разная.
Они думают, мы обменяем счастье, у нас будет бартер. Мы сможем бартером получить любовь, если мы обменяем ее на свою ученость, на свое богатство, на свое положение. Кто-то хочет завоевать любовь силой.
Так или иначе, ты будешь моей. Ты будешь моей. Во что бы то ни стало, кто-то думает, ну, что тут силой, нужно денег побольше. Если будет много денег, то я смогу купить это все.
И люди вступают в эти отношения, которые основаны на вот этом вот обмене и думают, что эти отношения смогут сделать их счастливыми.
В результате получаются все эти браки или союзы по расчету, которые тоже никого не делают счастливыми, они пытаются меняться этим друг с другом, но все это совершенно смешно.
Я недавно читал статью про то, как Мадонна сейчас выходит замуж - большое событие. Там описывалось, как она купила своему мужу какой-то там имение за 20 миллионов. Там 6 спален, их всего двое, но спален 6.
Можно спать в одной, в одну ночь, в другой, другую ночь, в третьей, третью ночь. И как муж ее или жених будущий уже дал интервью и сказал: что если мы разведемся, то я ничего этого не возьму.
Они еще не успели жениться, но он уже думает, каким образом они будут рассчитываться, когда они будут разводиться.
Что я могу от этого получить, когда я женюсь, и как мы рассчитаемся, когда мы разведемся. Это цена материальных отношений и цена материального счастья, которое люди пытаются тут обрести.
Но на самом деле единственное, что может сделать человека счастливым — это отношения, и ведическая культура учит, каким образом, какую цену нужно заплатить. Любой человек может любить и быть любимым.
Любой человек способен на это.
Однако для этого ему нужно заплатить ту цену, которую нужно за это заплатить, а не какую-то другую, не пытаться какой-то фальшивой монетой расплатиться бумажными деньгами или какими-то украшениями или другими безделушками. И если человек не платит эту цену, то даже если он вступает в какие-то отношения, то эти отношения превращаются в пустышку.
Они живут этими отношениями, но это просто пустышка какая-то. Они пытаются из этой пустышки что-то выжать, но так как она пустая изнутри, там ничего нет.
Они пытаются найти в этом счастье, но так как счастья в этом определении нет, там нет сущности, то никто не может этого счастья найти.
Принцип жертвы как основа ведической культуры
До тех пор, пока люди не наполнят отношения и содержанием глубоким смыслом, счастья там не будет.
И это отношение, это содержание, тот смысл, которым отношения наполняются, которым отношения наполняются, одно, и название ему — жертва.
Если отношения строятся на этом, это ведическая культура, ведическая культура учит людей именно этому, каким образом приносить жертвы и таким образом стать счастливыми,
каким образом приносить жертвы Верховному Господу и таким образом обрести счастье, каким образом жертвовать ради людей, которые меня окружают, и таким образом стать счастливым здесь, в этом мире, и в том мире.
Если этого содержания нет, если человек не платит эту цену и пытается заменить ее какой-то фальшивой монетой, то он не будет счастлив, потому что все будет пустым содержания в этом во всем не будет.
Говорится, что этот мир создан из жертвы. Изначально Верховный Господь принес себя в жертву.
Пуруша-сукта, этот знаменитый гимн из Ригведы, описывает изначальную жертву, когда Верховный Господь разделил свое тело и своего тела создал этот мир. Он сам себя принес в жертву.
Жертва лежит в ягье, лежит в основе этого мира. И ведическая культура - это систематический способ, который позволяет человеку воспроизвести или реализовать в своей жизни эту этику жертвы.
А философия состоит из четырех разделов - любая философия. И любая философия кульминирует в этике.
Первым разделом философии является гносеология, когда человек пытается понять, откуда же мне найти, где мне найти истинное знание, где мне его обрести, источники знания. После этого его учат инструменту, логике.
Для того чтобы человек мог знать философию, у него должна быть логика, он должен знать, каким образом, по каким законам должно строиться его мышление, чтобы истину найти.
Дальше, с помощью логики, с помощью гносеологии он сможет обрести правильную метафизику, сможет понять правильное устройство этого мира, свое положение в этом мире, то, что невозможно почувствовать своими чувствами.
Здесь материально. Метафизика объясняет, как здесь, например, описаны райские планеты, которые мы не можем видеть. Но это все раздел метафизики. Однако кульминирует философия в этике.
И если этики не будет, этика - это философия в действии. Если мы действительно знаем философию и можем разыграть ее в своей жизни, то это называется этикой.
Если мы можем жить в соответствии с принципами и ценностями философии, если мы можем действовать в соответствии с этими принципами - это философия верная, то тогда в конечном счете мы можем стать счастливыми. И таков путь восхождения ведической культуры.
Ведическая культура дает человеку философию и учит, каким образом эту философию жить,
не просто говорить, не просто болтать в философию. Сейчас философия превратилась в болтологию, как мне сказал Сутапа Прабху, который учится сейчас на этом самом философском факультете, он сказал, что давно уже люди махнули на поиски истины. Изначально философия была предназначена для того, чтобы найти истину. Сейчас никто даже не думает, что там истину можно найти. Это всё превратилось в болтологию. Он говорит, как однажды на лекции им сказал: Вы обязательно послушайте следующую лекцию.
Следующую лекцию будет давать профессор, который знаток темного философского языка. Темного, то есть ничего понять невозможно, но он большой специалист, он хорошо этим темным языком изъясняться может.
Это всё превратилось просто в какие-то словесные узоры, просто в пустой словесный понос. В этом суть философии. Но если философия имеет какой-то смысл, философия должна превращаться в этику.
И этика ведической философии, той философии, по которой мы пытаемся жить, которая должна лежать в основе нашей жизни, это этика Яги, этика жертвы. И эта философия должна научить нас жертвовать.
Тогда отношения наши наполнятся смыслом, жизнь наша наполнится смыслом, и человек становится счастливым. Человек постепенно обретает счастье в процессе обретения философии,
Шкала счастья согласно Тайттирия упанишад
в процессе обретения этики. Как в «Тайттирия-упанишад» рассказывается о ступенях счастья, а о том, какое счастье есть в этом мире, там дается эталон счастья.
Говорится, примем за единицу счастья, за одну единицу счастья, за одну... счастливчика. Возьмем, там очень интересно написана эта единица счастья. Мы сможем сравнить, есть ли у нас хотя бы эта единица счастья.
Представьте себе юношу. Юношу 21 года или в самом расцвете сил, который благороден, обладает ученостью, который силен физически, который обладает
целеустремленностью, решимостью и при этом у него есть огромные богатства, у него есть земля, у него есть все, что только можно. Счастье, которое испытывает такой человек, это единица счастья.
Теперь какой долей этого счастья обладаем мы с вами? Одна сотая, одна тысячная одного счастливчика. «Тайттирия-упанишад» говорит: возьмем это за единицу счастья, за некий эталон.
И дальше она говорит: счастье, которое могут испытывать эти единицы счастья, так, всего лишь,
счастье, которые при этом, по этой шкале, испытывают манушья-гандарвы. Гандарвы — несколько более высокие живые существа, живущие чуть-чуть выше нас, в общем-то, на той же самой земле, только немножечко в другом измерении.
Так, чуть-чуть более тонкие живые существа. В 100 раз больше. Они испытывают в 100 раз больше счастья, чем такой молодой человек, исполненный силы, энергии, красоты, и если их счастье взять за единицу,
эти 100 единиц человеческого счастья, и умножить на 100, то мы получим счастье, которое испытывают дева-гандарвы — самые низшие из полубогов, которые поют. Так это не те гандарвы, которые в этом мире живут и там поют, там, я не знаю, певцы или кто там, я не знаю, кого сейчас слушают.
Но чуть-чуть более тонкое представление, чуть-чуть более тонкая форма материального существования делает человека уже в тысячу раз более счастливым, чем то счастье, которое может обрести человек здесь, на Земле.
В принципе, максимальное счастье, которое можно обрести здесь. Теперь дальше этот список не заканчивается на этом. Дальше он говорит, что еще в сто раз более счастливо. Счастье в сто раз более сильное.
Испытывают анджана девы.
Полубоги - следующие категории полубогов - полубоги, которые живут в течение одной манвантары, полубоги, которые управляют этим миром и которые родились в этом мире, и они уже в 100 раз, они 100 тысяч раз большее счастье испытывают.
Еще в 100 раз большее счастье испытывают карма девы. Карма девы. Мы все с вами, я хочу вас обрадовать: можем стать карма девами. Карма дева - это те полубоги, которые попали на райские планеты в
результате своей кармы, в результате благих дел, если мы будем делать все благие дела, всю пунь, которую только можно, если мы будем совершать ведические жертвоприношения, мы попадем на райские планеты, на эту самую Джамбу-двипу и будем сидеть на берегу этой самой реки Джамбу и надевать на себя золотые побрякушки. Но это не просто золотые побрякушки, которые люди надевают. Уровень существования - настолько более тонкий, что, соответственно, ощущение, которое испытывает человек, чувство, которое он испытывает внутри, в миллион раз более интенсивное, чем те чувства, которые в принципе можем испытать здесь с вами вы.
И поэтому счастье его, оно, соответственно, измеряется еще в 100 раз больше, чем счастье этих аджана-девов. Дальше следующий уровень счастья еще в 100 раз больше, это тот
уровень счастья, который испытывают полубоги, главные полубоги Вселенной, которые живут в течение одного дня Брахмы. В течение одного дня Брахмы живут основные полубоги, такие как Картикея, как Ваю, как Варуна.
Они живут эту бесконечно длинную жизнь в течение одного дня Брахмы. Они испытывают еще более высокое счастье. Еще более высокое счастье, в 10 раз более высокое счастье испытывает Индра, повелитель полубогов.
Говорится, что самое большое счастье он испытывает, оно в 100 раз больше, чем счастье всех остальных полубогов. Он испытывает, когда он сидит на своем троне. Посреди этого Райского Царства находится этот трон.
И вокруг этого трона все эти полубоги толпятся и прославляют его, Индра сидит, и он наслаждается. Наслаждение, которое он испытывает, Мы не можем даже начать себе воображать.
Однако беда заключается в том, что так как он сидит на этом троне, испытывает такое наслаждение, то вся его благочестивая карма очень быстро испаряется. Ему приходится падать с этого трона. Когда Бали Махараджа завоевал райские планеты, завоевал пост Индры,
то его гуру Шукрачарья сказал: «Ты, Индра, стань, правь этими планетами, но ни в коем случае на трон не садись. Потому что если ты туда сядешь, то вся твоя карма благочестивая очень быстро испарится, от нее ничего не останется. И тебе опять придется возвращаться непонятно куда.
Это еще следующий уровень счастья. Еще счастливее, чем Индра, в 100 раз. Ровно в 100 раз счастливее, чем Индра, Брихаспати, его гуру. Он гуру, он должен быть счастливее по определению.
Соответственно, гуру полубогов испытывает еще большее счастье. Еще в 100 раз счастливее его Брахма, Праджапати, изначальный прародитель всех живых существ.
Потому что только Он, по сути дела, Брахма может наслаждаться этой Вселенной в полной мере. Мы с вами можем наслаждаться, я не знаю, чем.
Мы пытаемся изображать из себя какие-то наслаждения, выдавливать эти материальные наслаждения. Ничего не получается, так или иначе. Пытаемся наслаждаться чем-то.
Люди думают, что если они купят себе банку икры какую-нибудь, то это наслаждение.
Брахма, который находится на самом верху, который владеет всей этой Вселенной, Он видит Вселенную, ощущает Вселенную, ощущение, которое Он испытывает при этом, оно невозможно передать.
Они настолько тонкие, что его тело создано из интеллекта. Наше тело создано, мы знаем, из чего. Каждое утро мы видим, из чего оно создано, когда мы отделяем от себя эту энергию, отделенную, источающую зловоние.
Его тело гораздо более тонкое, ощущение, которое он испытывает, гораздо более тонко.
И дальше Тайттирия-упанишада говорит: если мы увеличим это счастье в тысячу и тысячу и тысячу раз, то тогда мы получим маленькое представление о духовном счастье.
Счастье Брахмана, счастье, которое человек испытывает, когда он ощущает свою духовную природу, еще гораздо более возвышенное, чем даже то счастье, которое может испытывать Брама.
Не говоря уже, и по сравнению с этим счастьем, счастьем Брахмана, счастье общения с Кришной, это счастье оно в миллиарды раз более возвышенное, чем счастье Брахмана.
Высшее духовное счастье и молитва о служении
Это то счастье, к которому мы стремимся. Поэтому Шрила Прабхупада говорит, что человек, который испытывает это счастье, тот говорит: «айа-ниджа-карма-нибаддхам ати-гхорам…» рупатитам мам вишаме бавам будхо.
Так вытяни меня поскорее из этого океана и сделай меня крупицей у своих лотосных стоп. Потому что это самое счастливое положение, которое я в принципе могу занимать.
Проблема заключается в том, что мы читаем, я очень хорошо помню свое ощущение, когда я впервые прочитал
эту молитву Чайтаньи Махапрабху: идею, что я тоже должен так молиться. Значит, маленькая пылинка, частичка пыли. Первый вопрос, который совершенно закономерно возник у меня в голове: что же я буду там делать? Буду я этой пылинкой, действительно ли я этой пылинкой хочу стать?
И ответ, который, естественно, появлялся в моем грязном, оскверненном сердце. Не хочу я этой пылинкой стать, я хочу быть здесь. Я хочу жить здесь, в этом материальном мире, так как мне нравится.
Но молитва - это не просто - это не просто какое-то некое искусственное состояние, некая экзальтация, в которой вводит себя человек.
Когда человек действительно ощущает это высшее счастье, духовное счастье, когда его существо, его сознание утончается все больше и больше ровно настолько, что он сможет очиститься и почувствовать это счастье общение со Всевышним, то тогда все остальное становится естественным.
На дханам, на джанам, на сундарим, кавитам, ва джагади-иша, камаре, пошли вы вообще все со своим джанам и даном, и всем остальным. Не нужно мне этого, нет никакой необходимости мне в этом.
Этот вопрос в принципе не встает у человека. Но только в том случае, если он действительно живет жизнью, которая наполнена духовным смыслом.
Если его жизнь исполняется духовным смыслом, которое это счастье может даровать, и только он может даровать это счастье, то тогда для него нет этого вопроса, он не думает, что он может применять это на что-то другое.
Для него просто этого выбора нет, потому что счастья, которое он может испытать, и он уже испытывает сейчас в этой жизни, настолько заслоняет все остальное, что он не думает обо всем остальном, он думает только о том, каким образом дарить любовь и эту любовь получать.
И это невозможно себе на нашем уровне, при нашем опыте представить. Мы можем иметь некий очень грубый слепок этого всего. Мы можем посмотреть то счастье, которое человек получает в этих отношениях.
И мы можем учиться постепенно. Потому что на самом деле путь ведической культуры не просто декларирует, что есть такое счастье. Он дает, он пролагает реальный путь, идя по которому человек может это счастье обрести.
Однако для того, чтобы это счастье обрести, человек должен заплатить цену, цену, которая заключается в жертве. Человек должен служить другим, человек должен жертвовать чем-то, человек должен отказываться от чего-то.
И когда он будет делать это, то тогда постепенно счастье будет приходить, оно будет заливать, и у него не будет ничего другого. Такой человек по-настоящему счастлив - это сложный путь, потому что гораздо
и попытаться соблазниться на какую-то приманку этого мира, и попытаться купить себе счастье, попытаться решить, представить себе, что я буду счастлив, если у меня будет это гадость или это глупость, или это чушь или это ерунда, которой наполнен весь этот материальный мир. Но это заранее путь, который обречен на неудачу.
Поэтому единственный путь - в конце концов - счастье обрести - это постепенно сделать жертву реальностью.
Делать так, чтобы наша жизнь действительно на этой жертве была основана, чтобы действительно был какой-то смысл во всем том, что мы делаем, не просто была какая-то декларация.
Как мы тоже иногда, мы в сознании Кришны, иногда тоже пытаемся подменить эту жертву чем-то таким материальным, подменить ее чем-то внешним, чем-то заведомо подменить действительно отношения, отношения, которые должны нас связывать друг
друг или отношения, которые должны связывать нас с духовным учителем, подменить чем-то, какой-то фикцией, формальностью, пустышкой.
Чем-то: мои отношения с духовным учителем заключаются в том, что я ему жертвую, чего я ему жертвую — деньги я ему жертвую. А его функция в чем заключается? В том, чтобы эти деньги брать, так?
В результате мы оба вернемся в духовный мир. Не вернемся. Не в этом смысл этих отношений. Отношения должны быть наполнены глубиной, которая возникает
в результате того, что человек действительно может поступиться чем-то ради другого человека, чем-то, что у него есть, что ему дорого, ради другого.
Притча о сорванном цветке и смысл существования
И тогда он становится счастливым, тогда никаких проблем у него нет. Потому что в этом наше предназначение. Как я уже говорил, весь этот мир создан из жертвы. Он основан на жертве, на жертве он построен.
И в этом наше предназначение. Если мы делаем это предназначение, то мы становимся счастливыми. Если мы пытаемся так или иначе уклониться от этого предназначения и делать что-то другое, мы не можем быть счастливыми.
Как Рамануджачарья в Шри-сампрадае, у них есть эти представления об отношениях, которые связывают душу с Богом, как представление об атрибуте, вишеша: что душа - это атрибут Бога, и что атрибут сам по себе не имеет никакого смысла без отношений с тем, кому он принадлежит, этого смысла никакого нет.
И Рамануджачарья приводит очень интересный пример: он говорит: «Представьте себе цветок — цветок уже сорванный, этот цветок сорванный». И, предположим, этот сорванный цветок захотел наполнить свою жизнь смыслом.
Так как же он будет наполнять свою жизнь смыслом? Он будет пытаться наслаждаться как-то этой жизнью.
Как бы он и себя, что он бы из себя ни изображал, что бы он на себя ни делал, как бы он ни пыжился, так никакого смысла в его существовании нет. Единственный смысл, который у него есть, — он обречен завянуть.
Он уже сорван.
Но если этот же цветок украсит кого-то... Предназначение цветка: он не имеет самостоятельной ценности, особенно если он сорван, он просто валяется, и он обречен завянуть где-то на дороге. Его кто-нибудь растопчет.
Но если этот же цветок так или иначе делает то, что он должен делать, то есть украшает кого-то, то сразу же жизнь его наполняется смыслом. Это единственный способ эту жизнь смыслом наполнить.
Точно так же мы с вами, да, мы — этот сорванный цветок. И мы пытаемся изображать из себя что-то такое. Моя жизнь исполнена глубокого смысла. Я найду смысл в своем существовании.
И в чем этот смысл — в отправлении физиологических потребностей? В том, что я отправляю свои потребности.
И чем чем лучше я могу эти потребности отправлять, тем более глубокий смысл моей жизни есть. Чем я лучше ем, тем я лучше сплю, чем я лучше всем остальным занимаюсь, чем занимаются люди в этом мире.
Вот, но цветок, или мы по определению, наша жизнь принадлежит Кришне. Мы созданы им. И по определению наша жизнь наполняется смыслом только тогда, когда мы находимся рядом с Ним, только когда мы вступаем в эти отношения.
Как в этом мире много есть вещей, которые не имеют самостоятельного смысла, которые созданы только для того, чтобы ими пользовались. Кришна снабдил этот мир удивительными вещами, он позаботился обо всем.
Если подумать, насколько Творец предусмотрителен, всё дал людям. Как в Ташкенте, откуда я. Там мочалки растут на деревьях. Кришна позаботился о том, чтобы мочалки росли.
Это такое специальное растение, на котором просто мочалки растут. Самые лучшие мочалки, которые только есть. И никакого другого смысла в этой мочалке нет. Ее никто съесть не может, ей никто не может насладиться.
И она сама не может собой насладиться. Она висит, она мочалка просто. Смысл в ее существовании, когда им мочалятся, тогда в этом появляется какой-то смысл, смысл этой люфы.
А так она просто висит дурная совершенно, в ней нет ничего, что иначе ее жизнь наполнила бы смыслом. Точно так же жизнь человека, который оторван от Бога, — это жизнь этой мочалки, которой никто не мочалится.
Единственное наше предназначение заключается в том, чтобы вступить в эти отношения с Кришной и чтобы в этих отношениях служить Ему, чтобы в этих отношениях обрести смысл.
И мы вступаем в эти отношения с Кришной, пытаемся вступить в эти отношения, пытаемся реализовать свою духовную природу и свое предназначение, служа преданным, служа другим людям. Постепенно мы реализуем это.
Три главных составляющих практики сознания Кришны
Такова, таков путь ведической культуры, это лестница.
И лестница заключается в том, что человек, живя в этой культуре, живя в этом обществе, принося себя в жертву, получает удовлетворение и постепенно-постепенно он вступает в отношения с Богом, которых он ищет, без которых он не может быть по-настоящему счастливым, без которых он не может обрести
смысла? Но если он это не делает, то как он сможет обрести любовь к Богу? Если мы не любим друг друга, если мы не любим частицы Бога, если мы не служим Ему, как мы сможем реализовать это высшее счастье.
Мы так останемся на этом телесном уровне: на уровне этой анна-майи, прана-майи, еще какой-нибудь мае. В мае мы останемся, но путь к Богу лежит через.
В том числе через то, что мы учимся приносить эту жертву, общаясь друг с другом.
Вайшнава-сева — это один из принципов религии этого века. Если мы не служим друг другу, если мы не приносим жертвы, если мы не учимся друг у друга, не заботимся друг о друге, то смысла в нашем существовании нет.
Как на заре христианства — один римлянин, богатый римлянин, счастливый римлянин, писал своему другу, который стал христианином. Язычник пишет христианину. Он написал удивительную вещь, послушайте. Плиний ему письмо.
И в этом письме он говорит: Я не собираюсь становиться христианином, но меня очень интересует одна вещь: что это за Бог, которому вы поклоняетесь, который дает вам силу обрести три вещи в этом мире. Дает вам силу презирать смерть, быть равнодушным к этому миру и любить друг друга.
Объясни мне, пожалуйста, откуда вы эту силу получаете? Это три вещи, из которых жертва по-настоящему духовного человека состоит - презирать смерть, быть равнодушным к этому миру и любить друг друга.
Если этих вещей нет, то духовная жизнь превращается в фарс, превращается просто в словопрения, просто в пустые словеса, в философию в современном понимании этого слова, когда мы говорим что-то, но не живем в соответствии с этим.
Если мы проанализируем нашу с вами жизнь и наши с вами ценности, если подумать, то эти три вещи поражали людей в первых христианах, сила их веры, сила реализации того, что Бог есть, что Бог защищает, что Бог меня ведет, она давала им эту силу, силу презирать смерть, презирать ее, равнодушно относиться к миру и, соответственно, любить друг друга.
Если мы проанализируем нашу с вами ситуацию, то мы увидим, что мы равнодушны к смерти, любим мир и презираем друг друга. Все те же самые элементы у нас есть, но только в несколько другом соотношении, в несколько другом порядке, расположенные друг с другом. И так как этого нет, то и духовной жизни нет.
Но духовная жизнь именно к этому сводится. Материальная жизнь - это как раз вот эта формула. Быть равнодушным к смерти. Материальные люди не боятся смерти. Они слишком тупы, чтобы ее бояться.
Они отупляют себя как только могут, чтобы избавиться от страха смерти. Так они любят этот мир со всеми его погремушками и соблазнами.
И они презирают друг друга, потому что если я не презираю друг друга, то как я смогу к себе хорошо относиться? Я могу только ощущать свое достоинство, если я всех остальных буду поливать грязью и презирать друг друга.
И мы, к сожалению, если положить руку на сердце и сказать честно, недалеко ушли оттуда.
Только если жертвы в этом заключается, когда человек ведет осмысленное духовное существование, наполненное смыслом, то тогда эти три вещи появляются у него сами собой в его сердце: равнодушие к миру, презрение к смерти и любовь друг к другу.
Если этого нет, то и духовной жизни нет. Духовная жизнь заключается в том, что человек постигает высшую реальность.
Она не заключается в том, чтобы мы какие-то там рапорты давали, всё не в в том, чтобы мы высокие слова произносили, а в том, чтобы мы высшую реальность внутри себя постигли. Если она есть, то все эти вещи есть.
Тогда сила приходит. И эта сила приходит от отношений с Кришной, от отношений с Богом. Если этого нет, то тогда мы в течение какого-то времени притворяемся, изображаем из себя кого-то, изображаем из себя отреченных.
Такой экстаз, ну такой экстаз, прасадам, такой экстаз, картошка жареная, ну вообще - трансцендентная совершенно и так далее.
Но в конце концов нам надоедает трансцендентная картошка. И мы уходим куда-то, есть там другую картошку, не трансцендентную. Не получив ничего. Но мы можем получить это.
Мы должны стремиться именно к этому - к тому, чтобы действительно нас связывали друг с другом и с Кришной эти глубинные отношения.
Тогда золото, блеск золота этого мира не прелестит нас никогда, тогда нам не нужно будет ничего делать. Потому что мы пришли сюда ради Яги, мы пришли сюда ради жертвы.
И жертва - это жертва, жертва изнутри - когда человек действительно отказывается от чего-то ради других, когда он сострадает другим, когда он идет к ним и дает им эти книги, чтобы человек действительно обрел счастье, когда он поступается чем-то.
Если эта жертва есть, то тогда мы счастливы.
Если этой жертвы нет, как бы мы ни старались, что бы мы себя ни изображали, какими бы терминами мы ни пользовались, как бы мы ни говорили, там экстаз с иканием, с придыханием, ничего не будет.
Отличие равнодушия к смерти от презрения к ней
Будет просто иксаз. И все. Поэтому нам нужно жить, и жизнь должна быть исполнена этой жертвой.
Жертва — это состоит из трех вещей, из нама-рути, вкусах святого имени, когда мы в звуках святого имени пытаемся найти Кришну, отдавая им себя.
Из джива-дайи, когда мы идем к людям и проповедуем и сострадание к ним, понимая, что у них не может быть другого смысла, иначе они просто будут напрасно жить свою жизнь.
И когда мы служим друг другу, когда мы пытаемся так или иначе
помогать друг другу, если эти три вещи есть, то какая-то крупица счастья, которую мы можем обрести, пробуждается в сердце, если этих трех вещей нет, или если нет, даже хотя бы одной из этих трех весей, если есть две, но нету третьей, то мы не сможем этого счастья почувствовать и обрести. Спасибо большое. Презрение к смерти и равнодушие к смерти отличаются вот чем. Равнодушие к смерти - это когда человек настолько тупой, что он просто забыл, что он когда-нибудь умрет. Но когда смерть подходит, он начинает визжать, орать, хвататься за соломинку.
Равнодушие - это не понимание того, что смерть стоит и дышит нам в спинах. Презрение к смерти - это когда смерть есть, она подходит. Мы говорим: «Тху» на тебя.
Как Дхрува Махарадж, когда смерть подошла к нему, то Дхрува Махарадж встал ей на голову и вступил на этот корабль — наступил, поправ ее. Презрение к смерти — это когда у человека действительно нет страха к смерти.
У обычных людей или у нас с вами иногда мы думаем, я не боюсь смерти. Это только потому, что мы ее не почувствовали еще.
Когда у нас зуб начинает болеть, мы начинаем визжать, бегаем повсюду и говорим: «Дайте мне денег, чтобы скорее от этого избавиться. Это просто непонимание того, что смерть существует, но презрение к смерти это оно есть.
Как первых христиан, когда их бросали львам или тиграм или еще кому-то, они говорили: «Джай, Харе Кришна, пусть они меня кушают». Вера дороже. Кто из нас выдержит такие испытания?
Мы можем сколько угодно себя, кем угодно объявлять, какими угодно возвышенными, но если действительно испытание придет, насколько наша вера сильна, я не знаю.
Я не уверен, что если бы меня там к львам кинули, если бы мне дали выбор — отказаться от веры или пойти на завтра к льву, я не знаю, что бы я сделал. Я бы, наверное, раздумал. Надо было сразу по-философски.
Давайте компромисс найдем. Не надо в крайней.
Бхактивинод Тхакур говорит о том, что вайшнав должен быть беспристрастным по отношению ко всем остальным из социальных данных, перечисленных семи категорий. Он должен относиться беспристрастно.
Но с другой стороны, каким образом нужно беспристрастно проповедовать? У нас все равно кто-то задал этот вопрос: «Как же вы беспристрастны?» Как же вы беспристрастны? Беспристрастно — это значит без привязанности.
Беспристрастно — это значит без привязанности. Это значит с сердцем.
Когда мы проповедуем, мы отдаем людям свое сердце, поэтому это называется джива-дая — проповедь значит сострадание. Когда мы идем — это тоже жертва, это одна из составляющих нашей жертвы.
Наша жертва имеет три компонента, три составляющих: нама-ручи, джива-дая и вайшнава-сева — это тоже жертвы. И когда мы идем проповедовать, мы жертвуем, мы приносим им все то, что есть в нашем сердце хорошее.
Но при этом мы беспристрастны в том смысле, что мы не привязываемся, не привязываемся к результатам и не пытаемся наслаждаться плодами нашей проповеди в тонком или в грубом виде. Как я проповедую только богатым людям. Если он не богатый, то я подумаю вообще, достоин он моей проповеди или нет?
Достоин он сострадания или нет? Если он богатый, то тогда нужно иметь смысл, конечно, культивировать его, да, как у нас хорошее слово такое есть. Мы даже не проповедуем, мы культивируем.
И результат этого культивирования — он измеряется. Он вполне имеет цифровое. Его легко измерить. Вот. А если нет его, то чего ему проповедовать? Поэтому
беспристрастно это значит, что мы не привязываемся к плодам своего труда. Мы не хотим ничего от него, кроме того, чтобы дать ему что-то. Когда человек приходит, мы хотим ему дать что-то, не хотим ничего взять.
И в этом заключается: пристрастие возникает, когда я хочу получить что-то взамен. Тогда я начинаю делить, тогда начинаю смотреть, какой это человек, стоит ему проповедовать, не стоит, что я могу получить.
Получу я благодарность взамен. Это более тонкая форма того же самого, той же самой корысти. Я буду проповедовать только тому, от кого я буду чувствовать благодарность, так есть люди неблагодарные, какой смысл проповедовать?
Есть люди, которых я никогда не смогу насладиться отношениями. Этими. Какой смысл это делать? В этом заключается беспристрастие подлинное. Конечно, дхира, дхира-джана-прия-джана.
Санатана Госвами приходил в деревню, обходя Врадж,
приходя в деревню, первое, что он спрашивал, когда к нему выходил кто-то: в тот раз ты не мог выдать замуж свою дочь, выдал ли ты ее замуж или нет? Он помнил его по имени, он помнил дочь по имени. Он помнил, что он не мог ее выдать замуж.
Он спрашивал, ты выдал ее замуж или нет? И тот думал: «Ну всё, ну».
Шрила Прабхупада, когда он приехал в Батлер, в Пенсильванию, в новую для себя страну, где неизвестные имена, неизвестные люди - какой-то человек шел по улице. Он его один раз видел на какой-то программе.
Так он встретил его, он обратился к нему по имени и спросил: «Как у тебя дела?»
Запомнив его имя, это значит, жертва заключается в том, что мне не равнодушно, я не равнодушен к другому человеку. Мне интересно, что у него. Я живу тем, что есть у него. Я стараюсь как-то пойти в его положение. В этом заключается настоящая жертва.
Я не культивирую другого человека ради собственного эгоизма, для поддержания чего-то. Это все элементы эти. Если мы хотим, чтобы у нас отношения были с другими, то мы тоже должны это делать. У нас не будет иначе никаких отношений с другими.
Отношения с другими, подлинные отношения, с другими преданными, которые рядом с нами находятся, они заключаются в этом. Не в том, что мы требуем от них. Вы должны мне служить.
Вайшнава-сева, да. Принцип вайшнава-севы: мне должны служить. Я вайшнав. Вот, не видите? Все мне должны служить. Нет, в том, что я служу первый, не в том, что я требую что-то от других.
И когда я делаю это, то тогда я получаю взаимность естественным образом. Вот немножко опасное такое состояние. Если так спрашивать, а как там жена, а как супруг, а
дочь выдал замуж, не выдал, можно. Это все-таки где-то должны быть границы. Нужно беспристрастно задавать эти вопросы. Не нужно спрашивать, выдал ли ты замуж свою дочь? А то в крайнем случае, может, и не меня ее выдать.
Не, ну мы должны знать. Человек, когда проявляешь к нему эту заботу, внимание, он понимает: в конце концов, мы относимся к нему как к душе, мы пытаемся проникнуть, как в
этом тексте есть «Тайттирия-упанишад», в этой главе, которую я рассказывал, где описаны разные уровни счастья, говорится, что тот человек, который осознал Брахман, который достиг этого счастья Брахмана, который во много-много-много-много миллионов раз больше, чем материальное счастье, тот человек
сразу же выходит, он может выйти за пределы.
До этого в «Тайттирия-упанишад» описывались как раз эти оболочки, покрывающие душу: Анна-майя, прана-майя, гьяна-майя, вигьяна-майя, ананда-майя. И там говорится, что тот человек сразу же проникает сквозь эти оболочки, пронизывает эти оболочки.
Если человек действительно духовен, если у него есть ощущение, подлинное осознание себя как души, то когда он относится к другому человеку, то он даже
если он ведет беседу как бы на уровне каких-то этих оболочек, на самом деле он проникает сквозь эти оболочки, он идет туда, обращаясь прямо к душе.
И другой человек, он говорит: да что там дочь, ладно, хорошо, давай о Кришне поговорим. Другой человек тоже откликается на это таким образом. У них нет общения на уровне этих оболочек. Две матрешки сошлись, так?
И одна матрешка, а другую трется.
Природа истинного смирения на примере Шримати Радхарани
Своими оболочками. Дом спучетания находился в онлайн на сценении Шримати Радхарани, и он говорит, что преданный, который хочет достичь любви к Богу, должен культивировать такие чувства, как смирение и терпение.
Шрила Прабхупада, и сразу сам он являл пример таких качеств. Смиренный — это тот, кто осознает свои недостатки. Скажите, пожалуйста, на чём основано смирение Шримати Радхарани?
В чём отличие между смирением, ну, о том, что у нас осознают свои недостатки? Чем более возвышен человек, тем более остро он свои недостатки принимает. Недостаток, который она осознает: я не люблю Кришну.
Мы с вами этого недостатка не осознаем. Не воспринимаем как недостаток. У нас всё в порядке. Да, это мелочь, ерунда. Она при этом осознает: Я не люблю его до конца. Он такой потрясающий вообще. Все, что только есть, исходит.
Но у меня нет любви. Шрила Прабхупада ки джай! Гаура-премананда!