Шримад-Бхагаватам 7.11.32. Настоящее счастье
Бхакти Вигьяна Госвами · Сочи · 2011
Главы
...скринаскрина
Чтение и разбор стиха Шримад-Бхагаватам
Бабвати там шваки, Бхатипатинащи, Бхатина, Ямпрабрачантама-beta, Багавад-гита, глава одиннадцатая, четыре сословия, текст тридцать второй.
Виття притя сваба критая критая вартама, сварма пря, сварма примармашанагенатам и я вида, вритя слава вокритая. В рьяма свахармари, сахармакри, твасвачарма, слава, Шанаэр Нир Гуната Бритяслава Критая, притяслава критая, партамана, свахармакри, партамана, сваханакри, и твасва, и вас Рамах сварма Кри, Идва Свабачан Карма, Идва Слава Джанра, Шанаю1, 3 слабакритая там свакармакрит, свакармакрит, вослабхавачамкарма, слава чанкарнику натамки я. Притяслава, критая, притяслава, крия, вартамана свакарма Кри, Вартамана Свакарма Кри, Хитваслаба Джанкарма, Хитваслаба Джанкарма, Шантами, Занятия
слаба криталя криталя выполняемым в соответствие с гуной материальной природой. Под влиянием которых находится данный человек. Татамана, живущий, живущий, свакармакрит, выполняющий свою работу.
Свабхава-джам, порожденный гунами, которыми она условна, Кармама девять. Шанаи. Шанаи. Постепенно. Постепенно. Ниргуна-там. И я может достичь достичь перевод.
Если человек выполняет работу, которая соответствует его положению гунах, материальной природы, и постепенно прекращает эту деятельность.
Отказ от обычных обязанностей ради служения
Он достигает уровня нишкана. Комментарий Шрилы Прабхупады.
Если человек постепенно отказывается от обычных обязанностей своего сословия и пытается служить верховной личности Бога, что соответствует изначальному положению души.
Он со временем обретает способность прекратить материальную деятельность и достигает уровня нишкама, свободы от материальных желаний. Всего пропалаки.
Если человек выполняет работу, которая соответствует его положению Будна материальной природы и постепенно прекращает эту деятельность достигает уровне мешка вишнападая кришна пиша Аняшанму.
Эти стихи, завершающие 11 главу седьмой песни Шримад-Бхагаватам. Объясняют смысл того, почему этот раздел Шримад-Бхагаватам в принципе существует.
Шримад-Бхагаватэм в самом начале объявлял дхарма хайтова проджхита паро нирмамаро садата, что в этой Бхагавата-пуране нет кайтова-дхармы. То есть дхарма, которая пронизана человеческим эгоизмом.
Здесь не объясняется дхарма, которая в конечном счете может сделать человека счастливым здесь, на Земле, в своем маленьком провинциальном мирке, где-нибудь в Сочи, под солнцем, лаской.
Хотя обычно дхарма понимается именно таким образом. Обычное понимание дхармы — то, что может делать человека счастливым здесь. Мы знаем, что законы счастливой жизни. Там один, там 2, там три, 4.
Это в сущности ведическая культура. Это наша культура, которая объясняет, как быть счастливым здесь и сейчас.
Но с самого начала Вьясадева, прославляя Шримад-Бхагаватам, он говорит: «дхарма кайтова проджхита». Кайтова значит обман. Обман значит, измена своей высшей природы.
И когда я ставлю перед собой материальные цели, начиная с дхарма, которая в конце концов должна сделать меня счастливым здесь и сейчас, То я изменяю свою высшую природу.
Я не проявляю природу, которая заложена во мне от рождения, и которая должна в конце концов так или иначе проявиться даже здесь в этом мире.
Вплоть до освобождения, когда комментаторы объясняют этот стих, проджхита, дхарма хайтова проджхита, она не просто брошена, она выпнута из этого писания. Проджхита значит. Нет места в этом писании никакой кайтова-дхарме.
Они говорят, что этот обман или себелюбие, эгоизм простирается вплоть до желания освобождения. Даже желание и освобождения в конце концов продиктован эгоизмом.
И несмотря на то, что в самом начале Шримад-Бхагаватам, сегодня Шукадева сделал это громкое заявление. И потом дальше сказал, сделал еще более громкое заявление.
Он сказал: нигӯд̣хам̇ стhа̄на-па̄рӣтам̇ пара̄м̇ суха-мукха̄м̇ мр̣га-та̄-д̣раве-са̄м̇ расам алайам.
Пейте Шримад-Бхагаватам, который полон расы, в котором нет ничего кроме расы, в котором есть одна раса от начала и до конца.
После этого, что он нам говорит, в прошлом стихи он говорит: исполняйте свои обязанности, дети мои. В результате этого сва-дхарма. Да, обретете мир, покой и счастье в этом мире.
Сочетание исполняемых обязанностей и духовной расы
Не кажется ли вам, что есть какое-то противоречие в этих утверждениях? С одной стороны, нам говорят: Шримад-Бхагаватам — раса-алайам, раса значит наши отношения с Богом.
Раса значит высшее блаженство, которое доступно только тогда, когда душа занимает свое естественное положение, сливаясь в любовном союзе с Богом, когда в сознании человека нет никаких других целей, отделяющих ее от Бога.
И тут вдруг, пожалуйста, тебе, что должна делать женщина? Женщина должна заботиться о друзьях и родственниках своего мужа, для чего? Сва-дхарма, чтобы стать счастливой в этом мире. Где тут раса? Обманул нас Шукадева?
Некоторые... Некоторые. Нет, Шукадева Госвами в конце концов все то, что Шукадева написал — Шримад-Бхагаватам, увидел Шримад-Бхагаватам в своем трансе, в своем самадхи.
И все то, что Шукадева Госвами пересказал, рассказывая Шримад-Бхагаватам Махараджу Парикшиту, в конце концов, предназначены для того, чтобы подготовить наше сердце к восприятию расы.
И поэтому здесь он дает ключ к пониманию всего этого раздела Шримад-Бхагаватам, и объясняется, как быть счастливым в этом мире, какие обязанности нужно исполнять и какую дхарму нужно исполнять, в конце концов, ключ этого в том, что человек, даже исполняя обязанности, соответствующие нашей природе, которые могут сделать нас счастливыми, должен от этого отказаться.
И не просто должен отказаться, он откажется, потому что он поймет, что несмотря на все это так называемое счастье здесь, в Сочи, под ласковым солнцем, на берегу ласкового моря, он не чувствует того счастья, которое внутри его кричит: «Ты должен меня обрести». Внутри мы все понимаем, я достоин лучшей доли. Есть кто-то из нас, кто не мог бы подписаться под этим утверждением?
Любая женщина точно подпишет. Я достойна лучшей доли. Чем дал мне? Любой мужчина тоже под этим подпишется, может быть, не так, может быть, немножко более смущаясь.
Но суть-то в том, что внутри глубоко мы понимаем, есть некое предназначение внутреннее у меня, которое я в любом, самом лучшем варианте моей судьбы, которое я могу себе только представить. Я тем не менее не исполню.
Если Матбатом объясняет нам суть этой расы и цели, которые мы должны стремиться, и в конце концов, которые мы должны достичь, говорят, что обрести то самое счастье, которому я предназначен, для которого я создан,
как птица для погоды, цитируя
классика русской литературы, что это счастье можно обрести только в единственном случае, когда я забуду о самом себе, когда я перестану ставить перед собой глупые, жалкие, дурацкие материальные цели.
Бессмысленность поиска счастья в материальном мире
Когда я перестану мелочиться в этом мире, разменивать себя на мелочи. Что представляет собой человеческая жизнь?
Человеческая жизнь представляет собой попытку обрести жалкие крохи материального счастья, унизительно продаваясь.
Мы можем обрести материальное счастье здесь, для этого нам надо продаваться. И каждый так или иначе пытается продать себя подороже. Женщина продает себя мужчине, мужчина продает себя своему начальнику.
Начальники продают себя чиновникам, от которых зависит их судьба. Сильники, и все кому-то продаются. Так, человек так или иначе продается кому-то.
И даже если человек исполняет все свои обязанности, достигает так называемого материального счастья, все равно это всего лишь кроха, кроха наслаждения, которое не может утолить нашу жажду. Жажда наша бесконечна.
Если есть что-то бесконечное в этом мире, то это наша жажда наслаждения. И утолить эту бесконечную жажду наслаждения невозможно в конечном материальном мире, где все конечное, особенно материальное наслаждение.
Если есть что-то бесконечное, то это наша жажда наслаждения. Если есть что-то конечное, то это материальное наслаждение в этом мире. У них есть начало и конец, и этот конец приходит гораздо скорее, чем нам того хотелось.
Нам прискучивает все это, все это надоедает, нам рано или поздно все это становится непонятно чем.
На самом деле бесконечную духовную жажду счастья, блаженства можно обрести только в союзе с бесконечным Богом, который есть бесконечный источник наслаждения.
Шрила Прабхупада объяснил нам это: источник вечного наслаждения. Кто это? Кришна.
Но, к сожалению, мы пытаемся удовлетворять ее здесь, и это в соответствии со словами Шримад-Бхагаватам, попытка удовлетворить свою жажду водой в мираже. Бежим по этой пустыне, и вода уже очень близко вот она.
Мы уже почти что слышим, как она ласково рокочет. И мы уже почти что чувствуем, как она будет омывать нас и как она будет жадными глотками идти. Живот? Видимо, ее... вот она, вот она, вот она. И тут убегает она. Песок.
Иногда даже пытаешься этот песок покушать: «Может, там есть вода?» Но рядом она недалеко, вот она, она чуть-чуть дальше. Нужно только еще чуть-чуть побежать. Встаешь. Вот она! Песок. Нету пустыни, нет плодов.
В материальном мире нет счастья.
Как Упанишад сравнивает попытки человека насытить свое материальное счастье здесь, в материальном мире, с попытками человека, оказавшемся в лодке посреди океана под палящим солнцем утолить свою жажду, попробовав соленой воды — что в результате будет?
Все больше. Пить хочется. Жажда есть. Но соленая вода не может утолить нашу жажду. Точно так же, как материальные наслаждения не могут сделать человека счастливым. Не могут, не могут, не могут.
Хотите верьте, хотите нет, не верьте, можете попробовать еще немножко соленой воды. Или поесть этого песка. И собственным...
В этом смысл всех этих стихов, того, что если человек так или иначе живет в соответствии со своей природой, он в конце концов может почувствовать здоровое отречение.
В следующих стихах говорится, что даже если отречение нездоровое, все равно пусть он его почувствует.
Конечная цель всего этого, всех этих разделов Шримад-Бхагаватам, которые описывают разные вещи, на первый взгляд, не связанные с Кришной, а в Шримад-Бхагаватам огромные количества вещей, которые не связаны с Кришной. В Шримад-Бхагаватам есть множество историй про разных царей, которые побеждали, действовали, веселые что-то делали. Все это на первый взгляд никак не связано с Кришной.
Девятая песнь полна какими-то странными историями. Саубха-вимудха. При чем тут Кришна? Ну, разве что только потому, что он делал это в ямуне, недалеко отрицать гора.
Причина включения исторических повествований в Писания
Никакого другого, никакой другой связи на первый взгляд нет. И в 12-й песне сам Шукадева Госвами объясняет, почему все эти разделы присутствуют в Бхагаватам.
Мы вначале поставили этот вопрос, с одной стороны, декларация Девата Бхагаватам, Расамалая. В этом Бхагаватаме есть одна раса. А с другой стороны, одна история за другой, которая пунурава, сурвиш.
Почти что, какая-нибудь там, я не знаю, как этих современных писательниц называют, которые любовные романы пишут. Есть начальный любовный роман. Урувашь, уруба.
Шукадева сам говорит, объясняя в 12-й песне Махараджу Парикшиту этот завершающий Махабхагавата, зачем он его всем рассказывает. Там приводится удивительный раздел — Бхуми-гита.
И в этом разделе бхуми-гита, бхуми-гита значит песня земли. Земля, олицетворенная земля рассказывает, что с ней делают люди. Она говорит, что в этом мире было огромное количество царей, которые пытались насиловать меня.
И было огромное количество царей, которые завоевывали меня, которые наслаждались безграничной властью в этом мире. Там переводят длинный список этих царей, которые наслаждались безграничной властью в этом мире.
Там появляется Притху, Картавирья Арджуна, Нарига. Но длинный, длинный, длинный, длинный список этого. И Земля-деви говорит, что с ними сделали, с этими царями. От них осталось только печальное историческое повествование.
Каждый из них уходил из этого мира, несмотря на то, что он наслаждался на первый взгляд бесконечной властью здесь, бесконечными богатствами, бесконечными наслаждениями, каждый из них уходил из этого мира точно так же, как и любой другой, как жалкое, ничтожное, обусловленное живое существо, беспомощно глотая последние глотки воздуха и
хрипя, как объясняется в третьей песне Шримад-Бхагаватам, Ямараджа он говорит, или что он там говорит? Хрур.
Каждый из этих могущественных царей уходил точно так же, точно таким же жалким и ничтожным образом, как и все остальные. От них остался только рассказ. Наполеон, великий царь был, наслаждался так, как мог.
Если хотите узнать, как человек может наслаждаться, почитайте историю Наполеона. Что от него осталось? Чего? Смешной рассказ про жалкого смешного человечка, который дрыгался на этой сцене. Это если так же ушел.
Если вдумываться с вами, после того как он рассказал эту Бхауми-гиту, песнь земли, где земля рассказывает обо всех этих комедийных героях, изображавших из себя великих царей. Говорит очень важную вещь.
Он говорит: вигьянам ча вайрагьям вивакшян вибхо на хайа парамартхах (Вигьянам ча вайрагьям вивакшян вибхо на хайа парамартхах) вачаха вибхутир на хайа парамартхах. Говорит, зачем все это там?
Для того чтобы породить в сердце человека вигьяну и вайрагью. Чтобы настоящие реализованные знания и дух отречения от материальных наслаждений зашли в сердце человека, а не для того, чтобы украсить, для того, чтобы развлечь нас с вами лопоухих, которые любят слушать всякие байки
и ржать с них. На хайа вибхутих. На хайа парамартхах. Парамартхи, или высшего смысла, во всех этих рассказах нет. На самом деле, единственная цель всех этих рассказов, единственная цель
даже этого описания варнашрамы, или этого описания рецепта земного счастья, который тут так красиво, так соблазнительно описан, не имеет парамартхи, или высшего предназначения.
Все это нужно только для того, чтобы чуть-чуть, хотя бы до какой-то степени расчистить в нашем сознании место, для того, чтобы любовь к Кришне туда могла зайти. Или даже не любовь к Кришне. До любви к Кришне все далеко.
До любви к Кришне нам ехать и ехать на нашем Ишаке. Так, до любви к Кришне далеко. Но хотя бы чтобы желание. Или даже нежелание этой любви, до него нам тоже далеко.
Хотя бы чтобы желание, желание этой любви могло найти чуть-чуть место в нашем загроможденном всеми остальными желаниями сердце. Сейчас там столько желаний. Страшно подумать. Заглянуть туда страшно.
Крысы материальных желаний копошатся в нашем сердце. И поэтому в «Шримад-Бхагаватам» есть все эти вещи, которые объясняют, как чуть-чуть раздвинуть место там, чтобы там было достаточно места, чтобы желание желания духовного туда проникло.
И если это желание, духовное желание проникнет в наше сердце, рано или поздно оно пустит ростки в наше сердце. И это очень важная вещь. Мы должны реально отдавать себе отчет в этом и понимать,
что да, в конце концов Шримад-Бхагаватам нужен нам. Почему мы каждый день читаем Шримад-Бхагаватам?
Потому что если мы каждый день будем читать Шримад-Бхагаватам, видите, Бхагавата-сева. Если это будет наше сева или нашим служением, если мы каждый день будем служить Шримад-Бхагаватам, то удивительным результатом этого служения Шримад-Бхагаватам будет то, что нежелательные вещи постепенно будут уходить из нашего сердца.
Нашё это… прайах саньери бхадра. Вся эта бхадра, то, что мучит нас, то, что в конце концов не сделает нас счастливыми, не сделает нас счастливыми. Могу повторить еще раз, не сделает нас счастливыми.
Но тем не менее, нам кажется, у нас есть эта иллюзия, это сделает нас счастливыми. Эта бхадра в конце концов должна уйти из нашего сердца.
Любовь к Богу как высшая цель
И Бхагаватам — это способ. Бхагаватам — это метод, с помощью которого мы можем увидеть цель, реальную цель человеческой жизни, высшую цель человеческой жизни, которую не видят даже люди в ведической культуре.
Шри Чайтанья Махапрабху пришел и сказал: «Панчама-пурушартха». Не было до Шри Чайтаньи Махапрабху этой пурушартхи. Бхакти была: Мадхвачарья проповедовал бхакти, Рамануджачарья проповедовал бхакти, Вишну Свами проповедовал бхакти.
Никто не говорил, что высшая цель человеческой жизни — любовь к Богу. Все говорили: высшая цель человеческая какая? Дхарма! Артха! Мокша! Мукти!
Шри Чайтанья Махапрабху пришел и сказал! Что? Шри Чайтанья Махапрабху пришел, сказал то, что произвело революцию в умах людей. Не говоря уже обо всех остальных вещах, не говоря уже о жалких
чувственных наслаждениях, даже мокша, которую прославляют все, даже мокша приходит и стоит перед дверьми бхакти со сложенными руками. Говорит: «Может, что-нибудь сделать для вас, повелительница?»
И эту вещь нужно очень хорошо понимать, потому что хотя то, что в конце счете — это нивритти или отречение, вайрагья, о которой говорится тут: хитвартха-да-сма-карма. свабхава джанкарма. Это отречение нужно не само по себе даже.
Потому что ошибку, которую люди могут сделать, другая ошибка, которую люди могут сделать, ну хорошо, понятно, я должен отказаться от своих материальных обязанностей. Для чего отказаться?
Мы отказываемся от обязанностей не ради отказа от обязанностей, не ради того, чтобы сидеть и ничего не делать. Потому что люди устают от выполнения своих обязанностей и думают, вот он способ, мой, я все понял.
Мокша — цель. Да не мокша — цель. Бхакти — цель. Нет другой цели, кроме бхакти. А мокша — это даже не средство, а просто определенное состояние, в которое человек приходит, когда у него бхакти есть.
В Ману-самхите, это знаменитый стих из Ману-самхиты.
Там говорится: правриттир еша бхутанам нивриттис ту маха-пхалам. Правритти или естественная склонность быть счастливым здесь, в этом мире, расширять сферу своего материального контроля, материального счастья, она есть у всех.
Правриттир еша бхутанам. У каждого живого существа есть эта природа — правритти. Нивриттис ту маха-пхалам, но маха-пхалам, великий плод. Может принести нивритти — только отказ. Но что это за великий плод?
Это великий плод, а не освобождение. Не просто освобождение от страданий, то, что все, у меня никаких страданий нет, я сижу
и мне хорошо, я ничего не делаю, и банан сам растет, когда надо, упадет мне в рот, или даже бананы не нужны мне, сижу без банананов счастливый, перешел на праническое питание. По-моему, как это? Джаты. Джазмухи. Джазмухи.
Простите, забыл великого авторитета. Но маха-пхал, правритти или нивритти, извиняюсь, бхакти-пхала, которое появится в нашем сердце, любовь к Богу. И почему это маха-пхала?
Настоящая роль отречения на пути бхакти
Потому что, когда любовь к Богу есть, то нивритти не нужно из себя изображать. Иногда люди думают.
И тут нужно тоже очень четко понимать, что нивритти нужно, как или отречение от этого мира, как объясняет Шрила Рупа Госвами. В общем-то, в нивритти нет особенной необходимости.
Потому что нивритти, оно нужно только чуть-чуть, чуть-чуть нивритти и в самом начале. Хорошие новости там сегодня. Чуть-чуть не врите и в самом начале.
На самом деле не врите не нужно. Не нужно никакого отречения, ничего другого. Потому что не вреди в соответствии с нашей философией не является чуть-чуть не вредите в самом начале.
Ровно с того, сколько нужно, чтобы выключить мобильный телефон, связывающий у нас с этим миром полных материальных наслаждений. Чуть-чуть в самом начале только для того, чтобы желание бхакти запустить в наше сердце.
Все остальное произойдет само собой и будет такая неприязнь, которая вам не снилась. Чуть-чуть не врите в самом начале нужно только для того, чтобы у нас возникла правильная перспектива. Мне нужна любовь, мне нужна бхакти.
И когда бхакти будет, неприязнь придет само собой. Отречение не метод.
Ошибка, которую люди совершают в преданном служении, они видят, что люди, достигшие совершенства в преданном служении, они в большей степени отречены, они думают, если я буду отреченным,
я достигнул совершенства в преданном служении, не достигните. Отречение — это не наш путь, не наш метод.
Можно сколько угодно насиловать себя, можно сколько угодно не есть, можно и спать, можно, я не знаю, что делать с собой.
Но если бы таким образом можно было обрести любовь к Богу, то тогда Равана был бы самым большим возлюбленным Бога. Он отрубал себе одну голову за другой. Мы даже этого не можем, у нас только одна.
Вам такое отречение не снилось. Но в самом начале немножко отречения, которое в конце концов приведет к тому, что в сердце не будет ничего, кроме желания любви.
Если мы пустим Кришну в виде слов Шримад-Бхагаватам в наше сердце, если каждый день слова Шримад-Бхагаватам будут входить в наше сердце, расти, складываться в наше сердце и давать ростки. Ну тогда все остальное придет.
Отречение нужно только для того, чтобы мы услышали первые звуки Шримад-Бхагаватам. И дальше все остальное придет. Как самый начальный Шримад-Бхагаватам, Шукадева Госвами прославляется.
Прочитал этот стих, эту пранама-мантру Шукадеве Госвами: Ям правараджам ям кланяюсь этому муни, создавшему Шримад- Бхагаватам. Почему? Потому что он может войти в сердце каждого живого существа.
Почему он находится в сердце каждого живого существа? Почему он в виде слов, которые он произнес, может войти в сердце каждого живого существа? Потому что он полностью не привязан.
Его отец, Вьясадева, кричал: «Сын мой, куда ты?» Путра эка тата мама таджаси дарато ме. Да что он слышал в ответ, только отблеск эха мерцал. Шукадева Госвами был настолько отречен, что он вышел и пошел в лесу.
Не надо мне этого лю-лю-тю-тю. И в конце концов это отречение в соответствии с нашей философией это естественный, ненатужный, очень счастливый плод бхакти.
Когда Шрила Рагhunатхадаса Госвами убегал из своего дома, пытался убежать из своего дома. Раз за разом он убегал из своего дома.
Мать его в какой-то момент взмолилась, подошла к его отцу и стала говорить: давай мы его прикуем цепями.
Давай мы возьмем, скуем его цепями, чтобы он не убежал, потому что он того глядишь бегает, у него было семь или там десять человек вокруг него было постоянно. Несколько слуг, два повара, которые ему готовили, и несколько
четыре сторожа. И он убегал все время, все время куда-то хотел убежать, отречься. Его отец, когда мать со слезами на глазах обратилась к нему и сказала, давай
мы его прикуем в цепи, он сказал: «Какие тебе еще нужны цепи?» Я его приковал цепями золота, он самый богатый. Я его приковал цепями красивой молодой жены. Его жена как апсара.
Если эти цепи не могли его приковать, никакие другие цепи его не прикуют. Мы можем навесить на него железные цепи. Они не удержат его все равно.
Потому что нет цепей более прочных и более надежных здесь, в этом мире, чем цепь материального счастья. Красивая, молодая, послушная жена.
Если бы она была просто красивой, молодой, не факт, она была красивая, молодая, ведическая. И того не мог приковать. Убежал. Стоило им немножко чуть-чуть отвернуться в сторону. Не ел, не спал, там непонятно как. Почему?
Потому что этот маха-пхала, реальный махопау, великий плод человеческой жизни вошел в его сердце.
Потому что он один раз Шри Чайтанью Махапрабху видел. Просто увидел Шри Чайтанью Махапрабху, который был сам воплощением любви к Богу.
Одного этого зрелища любви к Богу ему было достаточно для того, чтобы никакие цепи больше не могли его приковать здесь, в этом мире. Он просто увидел, что такое настоящая любовь к Богу, насколько она привлекательна.
Что ничто другое не могло с этим сравниться, все поблехло. Я про Сочи не говорю. Поверьте мне, все же да. У него все было, что только можно пожелать.
Он убежал оттуда и потом на берегу Радха-кунды плакал, десятки лет плакал, катался в пыли и пламенел в вознании. Почему? Потому что один раз. Потом много раз видел Чайтанью.
Он увидел, что значит любовь, что значит эта панча-таттва, пурушартха. Шри Чайтанья Махапрабху пришел как живое воплощение этой любви. Он пришел для того, чтобы мы поняли, что ничто другое не стоит усилий наших.
Нет никакого смысла стремиться к чему-то другому. Нет ровно вообще никакого смысла ставить перед собой какие-то другие цели. У меня есть только один способ насытить нашу бесконечную жажду блаженства.
Это по-настоящему обрести любовь к Богу. И только для этого нам нужно отречение, чтобы цель эта замаячила где-то на горизонте нашего сознания. Чтобы где-то там она появилась у нас и
Развитие умиротворения через исполнение долга
в конце концов привела к тому, чтобы все остальные цели шли в тень. Поэтому здесь говорится, к чему в конце концов должна приводить исполнение наших материальных обязанностей к счастью.
Исполнение обязанностей в соответствии со своей природой должно приводить к покою. Шанти буквально значит покой, умиротворение, счастье. А к чему должно приводить это счастье? Желание отказаться от всего этого.
Вайрагья постепенно-постепенно. Это то качество, которое естественным образом развивается у человека, если он исполняет свои обязанности. Он понимает, что в самом хорошем случае ловить здесь нечего. Нечего. Большой обман.
Весь этот мир большой обман. Ведическая культура, она подводила человека к этому постепенно. Она давала ему опыт материального счастья, материальных удовольствий. Она давала ему также опыт отречения от всего этого.
И более того, она давала ему другой, более глубокий опыт. Когда момент отречения или отказа человек слышал о Кришне, то Кришна естественным образом входил в его сердце.
Поэтому Шримад Бхагаватам говорит вначале и чуть-чуть, совсем немножко отречения нужно, чтобы человек смог встать на путь преданного служения.
И даже если нет отречения, и он как-то тем или иным способом все равно случайно услышит святое имя. Отречение появится в результате святого имени. Мне одна женщина рассказывала, как она написала свою историю в видео.
Она русская украинка и жила на Западе. Где-то там, в благополучной западной стране, ездила, путешествовала, богатый парень. Со мной случилась такая странная история: солнечный день, лето.
Я стою на красивой средневековой площади какого-то Праге, по-моему, какого-то из европейских городов. И любуюсь, любуюсь на красивый собор, который там стоит.
Я абсолютно полностью счастлива, и голуби воркуют. У меня под ногами клюют крошки, которые мне дали, я счастливая, беззаботная туристка, которая смотрит на чудеса архитектуры.
И откуда ни возьмись, были какие-то странные люди? Странно одеты с барабанами. И один подошел ко мне, посмотрел меня прямо в глаза и сказал: «Харе Кришна». Кто-то, он поймал меня врасплох.
Рассказывала эту историю, говоря, что она не успела поставить защитные... Слишком уж все это странно было. Она не успела понять, что вообще происходит в этот момент, а Кришна пошло у нее внутрь.
Все, с тех пор я пришла домой, я поняла, что я больше так жить не могу, поменялось всё. Она рассказывает, какие этапы происходят. Но я чётко знаю, это произошло в тот самый момент, когда он подошел ко мне, смотрел на меня в глаза.
Ничего не подозревающую, невинную туристку, паломницу. Субтитры сделал я. Если так или иначе в наше сердце будет достаточно места для того, чтобы Харе Кришна и звуки Шримад-Бхагаватам проникли туда.
И у нас возникла эта цель, не имеющая никакого отношения к этому миру, как здесь говорится, ниргуна, в конце концов, человек постепенно может занять это положение над гуной материальной природы.
Но как? Если он встанет на путь бхакти. И смысл этих стихов Шримад-Бхагаватам в этом. В том, чтобы объяснить нам, каким образом начинается бхакти.
И бхакти начинается с того, что мы пускаем бхакти в свое сердце, что мы ядречья — по счастливой удаче.
Так или иначе, ядречья, знать. Как-то, непонятно как, без какой-либо видимой причины. Встречаемся с живым проявлением бхакти.
Будь то звук святого имени, или звук сама-бхагавата, или преданный бхагата, который коварным бхагата, или прядный бхагата, который коварным способом проникает в наше сердце и не оставляет в конце концов ничего другого.
Шрила Прабхупада говорит здесь, что в конце концов человек такой станет нишкамом.
Я в свое время, когда я наблюдал за тем, что происходит со мной, когда я столкнулся с преданными, это было очень увлекательное занятие со стороны наблюдать, что со мной происходит. Посредине меня поймали.
Поймали в какой-то момент, опять же, ну, просто тепленького. Жизнь была полна каких-то планов, желаний, всего чего-то. И вдруг я столкнулся со всем этим помнится Ядречья, без всякой видимой причины.
То есть то я начал наблюдать постепенно, что одно с другим материальные желания куда-то исчезают, непонятно куда. Сравнение, которое мне пришло в этот момент — это когда кукушка подкладывает свое яйцо в гнездо.
То лупится кукушонок, и все, этот кукушонок делает, он берет вот родных этих птенцов, которые в гнезде, одного за другим скидывает оттуда кукушонок, он очень прожорливый. Ему хочется, чтобы всех червяков, именно он, я видел,
как этот кукушонок бхакти, поселившийся в гнезде моего сердца, совершенно немилосердно убирал однажды, всех этих других птенцов, которые орали, кричали, кормили меня, кормил, выкидывал, выкидывал, я ничего делать не мог.
Просто один за другим все эти бедные, неотперившиеся птенцы материальных желаний оказывались где-то непонятно где, а кукушонок рос все больше, больше и больше орал все более и более настоятельно. Хочу, хочу Кришну.
Это то же самое случается с человеком. Я вас всех поздравляю, вы безнадежные люди. Конченые. Даже не пытайтесь ничего делать. Нет никакого смысла. Слишком поздно.
Нет необходимости оглядываться назад, думать о том, чего я лишился — ничего не лишились. Ровно абсолютно ничего. Без чего вы лишились гнезда полного птенцов, материальных желаний, которые колтятся там.
Все. В конце концов, если детям пойти к останется, только одна цель, одно желание. И это одна цель, одно желание приведет нас к Кришне. Спасибо большое. Все было понятно. После вашей лекции хочется от себя отречься.
Служение как активная деятельность вместо отречения
Мне тоже захотелось. Есть ли какие-то стимулы, ради которых стоит это делать? Нет, еще раз, наш метод — не отречения. Наш метод — это любовь к Богу. Любовь к Богу значит, что мы действуем.
И любовь к Богу, она реализуется в любых обстоятельствах. Для того, чтобы любить Бога, не нужно ждать, когда мы попадем на Вайкунтху.
Когда мы думаем, что любить Бога только можно в духовном мире, мы вольно-невольно переносим представление об освобождении на путь бхакти. И мы думаем, вот, да, когда-нибудь я попаду туда, там я буду любить.
Любить Бога можно здесь. И для этого надо просто служить, мы не можем. У нас есть одна причина, по которой мы не отрекаемся от чего-то здесь.
Эта причина заключается в том, что нам не от чего отрекаться, потому что все, что здесь есть у нас, оно нам Богом дано, и мы должны использовать это для служения.
Мы не отрекаемся ни от чего, что можно использовать в служении ему. Как бы сложно это ни было, это наш труд любви. Находимся здесь, и мы не мечтаем, не сидим, не думаем, о, я спрятался в каком-то месте.
Все прабхупада говорит о том, что бхакти не для ленивых людей, которые пытаются уйти от сложностей этой жизни. Мы здесь действуем. И причина, по которой мы не отрекаемся,
или стимул, это наше желание обрести любовь к преданному служению. Как в Третьей песне «Шримад-Бхагаватам» есть интересный момент, раздел.
Там объясняется, как разные варны — и он имеет непосредственное отношение к этому разделу тоже — как разные варны произошли из разных частей вселенской формы Господа. Шестая глава Третьей песни «Шримад-Бхагаватам».
И там очень любопытно объясняется все это.
Говорится, что сначала появляются занятия варны, или занятия, которые человек должен делать, потом появляются варны, или люди, которые будут этим занятием заниматься, поддерживать себя здесь. И каждая варна там прославляется. Там говорится, браманы самые лучшие. Почему?
Потому что, ну ясное дело, браманов ряд. Браманы — это голова, рот, посредством едят, самый важный орган в нашем организме — Брахма. Потом там говорится: нет, кшатрии. Почему кшатрии сами?
Потому что руки защищают, без них — все. Потом нет, на самом деле самое лучшее — это, конечно же, вайшья, потому что вайшья — это кто, живот, без живота куда-нибудь?
А потом говорится, самое удивительное, потом говорится, а как там говорится? Вритья дхарма-сиддхай. Но на самом деле совершенством всех этих обязанностей являются обязанности, которые... Нет, шушруша-дхарма-сиддхай.
Совершенством всех обязанностей, всей дхармы, всего остального являются шудры, что на самом деле самый лучший шудра, самый лучший класс — шудры. Почему? Как там? Тушьяте харир вриття еще это хари.
Потому что с помощью их деятельности Хари удовлетворяется. Потому что их вритьи или их способ существования, служения здесь.
И там говорится, что дхарма-сиддхай — совершенством любой дхармы, любого исполнения обязанностей является именно это, шушруша, желание служить.
Так что мы не отрекаемся ни от чего здесь, единственной причиной, по которой мы здесь не отрекаемся ни от чего, является то, что мы хотим служить. И если для нашего служения нам не нужно отрекаться, если отречение помешает нашему служению, то мы не отрекаемся от этого.
Как Дхрутакарма прабху, это пример, а он находился в списке на санньясу, ученик Шрилы Прабхупады, один из самых выдающихся проповедников в нашем мире. Потом он взял и попросил себя убрать из списка санньяси.
То есть он отказался от отречения. Почему? Он упал в обморок что-то.
Потому что он сказал, что это мешает моему служению, я выхожу к ученым, и мне нужно одеть костюм какой-то, мне нужно им что-то рассказывать. А санньяси я буду показывать дурной пример, если я буду это делать регулярно. Я не должен как бы скрывать это. Отказался от отречения ради служения.
Поэтому принцип очень простой: если мы не отрекаемся, то только потому, что в этом состоянии у нас есть больше возможностей для служения. И это должен быть нашим принципом или стимулом.
Я не отрекаюсь, потому что я хочу служить, и все то, что мне нужно для того, чтобы дух служения развивать. Я делаю. Все то, что мешает этому духу служения, я должен отказаться. Все то, что мешает моему служению.
Следование собственной природе и концепция варнашрамы
Все то, что мешает мне по-настоящему ощутить Тебя спокойно, от этого я должен отказаться. Мой вопрос, мой наставник.
Если, например, преданные исполняют обязанности в преданном служении, но эти обязанности не в соответствии с его природой. И он чувствует, что у него не получается.
Вроде бы как хочет, да, бывает там, шудра, но поставили, или преданные попросили духовного учителя назначить президентом или джентльмен сказал управлять, он выполняет, но не получается, не чувствует удовлетворения,
вокруг недовольны, и как правильно поступить? Он должен ли выполнять дальше или все-таки он должен найти свою природу где-то на этом уровне сáкама, чтобы получить удовлетворение, чтобы дальше, или как правильно?
Если человек не чувствует удовлетворения, то в течение какого-то времени может и должен этим заниматься, потому что это и в конечном счете здесь он может этим заниматься, исходя из вот этого понимания того, что это мое служение, это хорошо.
Но человеку сложно будет заниматься этим в течение долгого времени.
И это не очень хорошо, поэтому для этого, собственно, варнашрама и существует — человек мог обрести некий относительно спокойный фон, чтобы энергия обрести некий относительно спокойный фон, чтобы энергия
его сознания не уходила в черную дыру неудовлетворенности. А что случается с человеком, если он не исполняет свои обязанности, вернее, действует как-то вопреки своей природе в течение слишком долгого времени.
В течение какого-то времени любой человек может и должен делать что-то, потому что это служение. Служение - более высокий принцип. Ради своего служения я могу делать все, что угодно.
Но как правило, что происходит, накапливается некая неудовлетворенность В силу того, что я не могу как следует хорошо делать это, я делаю что-то неправильно, не так, у меня появляется какой-то какой-то зуд внутри.
И эта неудовлетворенность, она становится черной дырой, которая нашу энергию отсасывает.
Мы не можем медитировать, мы не можем думать о Кришне, мы не можем читать «Шримад-Бхагаватам» именно потому, что есть некий фон неудовлетворенности. Но еще раз, это вторичный принцип.
Первичный принцип - это принцип служения.
Если я так или иначе служу, если у меня есть это искреннее желание, есть это искреннее понимание, то даже в этом случае я могу преодолеть это и подняться над всем, и если у меня есть это ясное понимание того, что я делаю это как служение, не ради себя, потому что это нужно, то я могу преодолеть даже эту неудовлетворенность.
И я могу, в принципе, уже сейчас подняться на гунах.
Другое дело, что, как правило, такие героические рывки над прыжки над гунами материальными природами не очень, ну скажем так, оканчиваются, часто оканчиваются не очень удачно. Но в принципе это возможно, все зависит от силы нашей бхакти, от силы
нашей преданности. Если сила бхакти велика, я могу полностью над этим подняться и заниматься этим, и, в общем-то, чувствовать удовлетворение просто потому что это служение. Ну, общий принцип простой.
Я должен попытаться найти себя и свою природу действовать в соответствии со своей природой, постепенно мне легче будет. Но в Кали-Югу это иногда сложно. Это всегда они это сцелые харибды, между которыми нужно проплыть.
Я недавно давал лекцию в Брхадаране, и лекция была из той же самой серии. Она была про Махараджа Прияврату, правда, как там Махараджа Прияврата и спал. Как ему сказали: не отрекайся.
Махараджу Прияврате сказали, это ответ на вопрос. Говардхан запала. Ему пришел Брахма и сказал, он хотел отречься. Нарада Муни ему там рассказывал всего.
И он сказал, да, все понятно, я понял, почувствовать честным преданным. Пришел в Брахму и сказал, никакого, ничего, никуда, ничего. Женись, живи счастливой семейной жизнью, детей заводи, пуйцарем, не разрешай.
И смысл в целом стиха был именно такой, что надо найти свою природу, с философией надо найти свою природу, друзья мои, не пытайтесь, ничего, надо обязанности исполнять.
Ну, в общем, такой солидный класс по варнашраме. Не совсем отсталый, да? Ну и так увлекся, что в общем-то на аудиторию не смотрел. Люди ушли, полностью разбитые после этой дромоглассной лекции,
потому что один сказал, что мне это делать. Но было у меня три жены. Ни за одной никакого счастья не было. Ну вот я решил, все, хватит уже.
И что теперь мне найти, что ли, счастливую жену и обязанности свои выполнять? И что еще делать?
То есть так понимать, что в Кали-югу знание, понимание своей природы, тем более деятельность в соответствии со своей природой — это роскошь. Полная абсолютно плоскость. Мало того, что большая часть людей вообще не знает, чего им надо делать. А даже те, кто знает, они знают, как это делать, да? Может сколько угодно говорить, да, женщины должны быть верными, целомудренными, служить своему мужу. Но беда в том, что их мужа нет. И так далее.
Всегда мы находимся в этой. Когда речь заходит о варнашраме? Ну, понятно, есть, общинам это хорошо. Есть наша природа, это идеал. Тогда мы знаем свою природу, знаем в соответствии со своей природой. Сейчас это невозможно.
И в этом случае всё равно есть рецепт. Я должен очень чётко развивать в себе бхакти и делать все то, что я делаю, и все то, что мне приходится делать, имея очень ясное понимание служения.
Вот где грань найти? Когда я могу сказать, что варнашрама невозможно? Зачем напрягаться-то, потому что есть же деятельность, которая как непригодная, неблагоприятно на импакт же может останавливаться, а здесь мне и говорят, что где грань, где-то
та грань, когда я могу просто развести руками и сказать, что погодите, какая йога на дворе? И не пытаться даже исполнять свои обязанности, потому что обязанности в этом тоже есть.
Не исполняй свои обязанности, человек совершает грех. Парадхарма бхаяваха, парадхарма бхаяваха — чужие обязанности, исполнение чужих обязанностей. А где эта грань?
В конечном счёте я сам принцип задал: если я чувствую неудовлетворённость, так или иначе, если все мои попытки заниматься бхакти наталкиваются на эту стену неудовлетворённости, это значит, несмотря на то, что мне пообещали, чем Харе Кришна be happy, повторяй Харе Кришна, будь счастлив, так я и так, и сяк, и так и с этак к Богу подойду. Никак.
То это значит, что ещё моя, скажем так, моя бхакти не на той ступени, на которой я могу реально подняться над гунами, значит, мне нужно каким-то образом тоже подумать об этом.
Если эта неудовлетворённость становится хронической и я пытаюсь с помощью бхакти заслониться от этого, убежать, то это критерий.
Но если я, несмотря даже на то, что я, может быть, у меня не очень-то что-то получается и, может быть, я даже осознаю, что я не совсем на своём месте, но тем не менее я в целом счастлив, почему?
Потому что у меня есть это очень такое горячее желание так или иначе служить и делать что-то, тогда это броня, то есть если энергия моя, моя психическая умственная энергия моего сознания распыляется из-за
того, что я неправильно действую в этом и занимаюсь не совсем правильно. То есть ещё раз: это принцип, это идеал. И это один критерий, естественно.
Другой критерий ряд, собственно, сами обстоятельства, в которых я действую, предположим, моя ситуация далека от идеальной ситуации. У меня нет мужа или нет жены, или там еще чего-то.
Там, или дети-негодяи повторяют Хари Кришна. Ну, что делать? Ну, значит, надо попытаться в этой ситуации заниматься бхакти настолько, насколько это можно.
Иными словами, сначала нужно реально честно исчерпать все возможности, если, скажем так, не этот здравый смысл.
Я исчерпываю все возможности приблизить мою ситуацию максимально к какому-то идеалу своей природы, своих занятий,
свою семейную жизнь, свое положение, максимально естественную вещь. Занимайся тем, что всегда останется какой-то зазор между этой идеальной ситуацией и моей реальностью.
Ну, вот этот зазор нужно восполнять моими экстра усилиями в служении, в духе служения.
Я тоже просто пока спорил о том, что нам надо следовать правилам нашим, при этом занимаясь практикой бхакти. Мне кажется, это как-то по-честному.
Вообще, без стажа мы не можем уточнять, духовно считать, уточнять наш реальный приоритет сразу. Это факт. Это факт. То есть другое дело, что мы не должны забывать.
Я полностью с этим принципом согласен, собственно, я же принцип таким же образом сформулировал. Нужно максимально этому следовать. Одновременно занимаясь практикой бхакти, но при
этом нельзя исключать ситуации, и в общем нужно понимать, что самая подлинная интенсивная практика бхакти, она может человека возвысить и вывести из любого, то есть, как бы заранее бхакти нельзя лишать этой прерогативы, которая у нее есть.
Но в реальности понятно, Шрила Прабхупада сформулировал этот тезис очень хорошо. Гуны еще никто не отменял. Но есть вещь, которую не отменяли, это бхакти все равно, когда она становится интенсивной.
Другое дело, что в обусловленном состоянии сложно интенсивность сделать. Но такая возможность остается.
Тут же практика нам только говорит, что все на то, что появилось в наших людях, дальше надо искать любви. То есть этот путь, он всегда есть, и тут не надо.
Иначе говоря, у нас нет поводов для для отчаяния какого-то и для тоски из-за того, что наша ситуация далека от идеальной с точки зрения каких-то высоких принципов нашего, но вместе с этим надо быть максимально честным, то есть стараться честно занимать то положение, в котором я могу быть честным, в котором мне не нужны будут какие-то дополнительные способы, какие-то искусственные вещи делать.
Вклад Бхактивиноды Тхакура в распространение бхакти
Сегодня как раз-таки тема сегодня. Вот по теме такой. Да, сегодня проходит на такой. Сегодня самадхи. Да, и да, хорошо. Несколько слов, понял. Сегодня уход явление вот видно, да. Явление? Или уход. Уход.
Ну да, он пришел и ушел на днях. И Бхактивинода Тхакур — буквально в двух словах: не рассказывать ни о его жизни, и все остальное, а собственно, что он сделал с преданным служением, он подготовил преданное служение или бхакти, потому что оно перешло через границы Бхарата-варши, Индии
классической. Потому что в том виде, в каком практика бхакти даже в пределах вайшнавизма существовала, она не была, в общем-то, спросонья приспособлена для экспорта. Это не было экспортным товаром.
Что сделал Бхактивинода Тхакур? Бхактивинода Тхакур взял саму суть бхакти и философии Госвами Чайтаньи и упаковал ее в такую экспортную упаковку, упаковку, в которой ее можно экспортировать в другие страны.
И Бхактисиддханта Сарасвати Тхакур Прабхупада, его сын, и Шрила Прабхупада прежде всего они эту миссию осуществили.
Что ему для этого пришлось сделать? Ему пришлось, скажем так, расставить какие-то акценты в пределах нашей философии немножечко по-другому.
И так как эти акценты расставлялись в традиционном гаудия-вайшнавизме, и поэтому появились такие нетрадиционные для гаудия-вайшнавизма, в кавычках, условно говоря, вещи, как варнашрама-дхарма.
Варнашрама-дхарма — одна из тех вещей, которые Бхактивинода Тхакур по сути дела снова ввел в гаудия-вайшнавизм, либо в обиход гаудия-вайшнавизма. Начиная с Рупа Госвами, традиционно варнашрама-дхарма воспринималась скорее как помеха для развития любви к Богу, потому что она ставила слишком много ограничений, каких-то искусственных целей и слишком загружала сознание человека.
Бхактивинода Тхакур ввел ее снова, потому что он понял, каким образом эта греховная жизнь Кали-юги, не облагороженная варнашрамой, варнашрамой, мешает практике бхакти.
Это одно из таких существенных изменений, которые нес, вернее, не изменений, а, скажем так, акцентов, которые проставил для того, чтобы подготовить нас к восприятию бхакти.
Другая очень существенная вещь, от которой Шрила Прабхупада в каком-то смысле довела до совершенства. Вернее, он еще больше усилил этот акцент.
В традиционном гаудия-вайшнавизме всегда ставился очень большой упор на личное общение между учителем и учеником, между человеком
достигшим совершенства в практике бхакти и человеком наедине, между учителем, находящимся за пределами этого мира, который способен раскрыть своему
ученику его сварупу, между ними, соответственно, учителем, и таким образом помочь его медитации на Кришну. Бхактивинод Тхакур сказал: «Святое Имя все в себе содержит». Все то, что необходимо, оно находится в святом имени.
И любые недостатки, которые неминуемо будут, а кали-юга — это, как мы знаем, океан недостатков, в том числе и в практике преданного служения: недостаток святого общения, какого-то слишком возвышающего, недостаток, множество других недостатков — они
все могут восполниться за счет святого имени, и все это есть в гаудия-вайшнавизме, но Бхактивинод Тхакур как бы вернул этому практическую актуальность. актуальность.
Потому что что касается практики или того, как акценты были расставлены в практике до этого, то там до Бхактивинода Тхакура акценты были несколько другие.
И вот эти две вещи, безусловно, были его, скажем так, его приспособление было сделано не для того, чтобы оно могло распространиться за пределы традиционной ведической культуры и поднести, прийти в частности к нам.
Если бы не эта абсолютная, полная, непоколебимая вера Шрилы Прабхупады, которую он получил по парампаре: чисто святое имя, спасительную силу святого имени, то нам бы нечего было делать с вами.
Мы настолько, настолько вообще наша ситуация отличается от идеальной, что мы просто... И плюс одновременно с этим очень грамотные и честные попытки исправить эту материальную ситуацию, то есть привести ее в какое-то соответствие с принципами душевного здоровья, в отличие от того дурдома, в котором мы с вами живем.
То есть привести, расположить это все в какой-то, привести это в какой-то порядок — это вот, пожалуй, то, что Шрила Прабхупада сделал. Спасибо большое за то, что он сделал. Все, спасибо большое. Всего доброго, Прабху!