Шримад-Бхагаватам 2.8.27
Бхакти Вигьяна Госвами · Москва · 1993
Главы
Чтение Шримад-Бхагаватам текст два восемь двадцать семь
Она мо Бхагавад судевая. Сегодня мы читаем «Шримад-Бхагаватам», песня 2-я, глава 8, текст 27. Сута увача, сам упамантритомантрито. 2-7, ...-нура-насади, ставувача, ... Он — Шукадева Госвами. Упамантрита, услышав эти вопросы,
Рагя Царя, Катхая на темы и ти таким образом садпате, а высшей истины. Брахма-рата, Шукадева Госвами, бришам, Вишам, очень сильно, Прита, довольны, Вишнуратенам, Махараджей Парикшитом, самсади, при встрече.
Сута Госвами сказал. Шукадева Госвами, которого Махараджа Парикшат попросил рассказать преданным о Господе Шри Кришне, остался очень доволен этим.
Квалификация слушателей и рассказчиков священных писаний
Комментарий. Обсуждать «Шримад-Бхагаватам» имеют право только преданные Господа. Как «Бхагавад-гиту» по праву обсуждали Господь Кришна и Арджуна, то есть Господь и Его преданный,
так и «Шримад-Бхагаватам» предназначен для тех, кто уже изучил «Бхагавад-гиту», имеет право обсуждать только знатоки Вед и преданные, подобные Шукадеве Госвами и Махараджу Парикшату.
Иначе невозможно ощутить истинный вкус этого нектара. Шукадева Госвами остался очень доволен Махараджем Парикшитом, так как того нисколько не утомили рассказы о Господе.
Более того, в нем все сильнее разгоралось желание слушать их. Недалекие интерпретаторы с увлечением берутся толковать «Бхагавад-гиту» и «Шримад-Бхагаватам», но все их труды — напрасная трата времени.
Потому эти книги недоступны их пониманию. Любые попытки непреданных объяснить смысл этих двух самых сокровенных ведических писаний заранее обречены на неудачу.
Поэтому Шанкарачарья даже не пытался комментировать «Шримад-Бхагаватам».
В своих комментариях к «Бхагавад-гите» Шрипада Шанкарачарья признает Господа Кришну Верховной Личностью Бога, однако в целом его комментарии остаются комментариями имперсоналиста.
Сознавая свое положение, он не стал комментировать «Шримад-Бхагаватам». Шрила Шукадева Госвами находился под защитой Господа Кришны, см. «Брахма-вайварта-пурану». Пурану. Поэтому его называют Брахма-ратой.
А Шрила Парикшит Махараджа защищал Вишну, поэтому его называют Вишну-ратой. Ратой. Являясь преданным Господом, они всегда находятся под Его защитой.
В связи с этим становится ясно, что Вишну Рата должен был выслушать Шримад-Бхагаватам от Брахма Раты, а не от кого-либо другого, потому что остальные искажают трансцендентные знания и только отнимают у своих слушателей в драгоценное время.
Суда-увача: сампад-мантрам торагьям катхаям ти самапьятех брахмара тобришам притам вишнуратина самсади. Сута Госвами
сказал: Шукадева Госвами, которого Махараджа Парикшит попросил рассказать преданным о Господе Шри Кришне остался очень доволен этим.
Тут написано, что все остальные, кроме преданных, обсуждая Шримад-Бхагаватам, отнимают у своих слушателей драгоценное время.
Я надеюсь, что я не очень много времени отниму у вас. После такого утверждения, в общем-то, очень трудно комментировать Шримад-Бхагаватам.
Неспособность академических исследователей понять Бхагавад-гиту
Но я постараюсь уже что-нибудь сказать в соответствии с тем, что говорит Шрила Прабхупада и духовные учителя, которых я слышал.
Первый момент, который Шрила Прабхупада отмечает в комментарии, очень важный момент, заключается
в том, что непреданные в принципе не способны понять Шримад-Бхагаватам и Бхагавад-гиту. Они могут их изучать, они изучают их в течение столетий и тысячелетий, но они ничего не понимают. И примеров этому великое множество.
Как, например, типичный пример Бхагавад-гиты: есть целые институты, которые изучают Бхагавад-гиту, есть люди, которые всю свою жизнь изучают Бхагавад-гиту, но они не могут понять той простой вещи, что Кришна является верховной личностью Бога.
Более того, их изучение Бхагавад-гиты заключается в том, что они берут Бхагавад-гиту и делят ее на части.
Они говорят, эта часть была написана сначала, эта часть была написана, потом, эта часть была дописана. А эту часть, вот этот стих, наверняка вставили вайшнавы, потому что они фанатики, и потому что они все время говорят, что Кришна является верховной личностью Бога. И они в своем делении доходят до полного абсурда.
То есть они соревнуются друг с другом, кто лучше разделит Бхагавад-гиту на все эти части, кто разделит ее на ее на более мелкое количество частей. И совершенство в этом достиг один ученый, который в своем труде, посвященном Бхагавад-гите, очень серьезно утверждает, что Бхагавад-гита — это вообще цепь совершенно не связанных между собой афоризмов.
Что это просто отдельные афоризмы, которые вообще не имеют никакой связи, они все были написаны в разное время. Это что-то вроде сборника поговорок древневедической культуры.
То есть, они в принципе не в состоянии понять логической связи, которая существует между ними,
не понимая это логической связи, существующие между разными главами и разными утверждениями Бхагавад-гиты. Они утверждают, что все это написано в разное время.
Другой любопытный момент, и пример этого — это ученые, которые изучают Махабхарату. Я недавно тоже читал одну работу, посвященную этому, и там говорится
о двух самых знаменитых знатоках Махабхараты, двух немецких ученых. Тут в этом соревновании немецкие ученые лидируют перед всеми остальными.
Так вот, эти два немецких ученых очень долго изучали махабхарат, очень долго, очень внимательно изучали Махабхарат.
И в результате этого долгого и внимательного изучения Махабхарата они пришли к совершенно замечательному выводу.
Они пришли к тому выводу, что в начале первой версии Махабхараты, которая была, в изначальной версии Махабхараты, куравы были хорошими, а пандавы были плохими.
Но потом в течение времени все совершенно переменилось, и куравы стали плохими, а пандавы были хорошими. И более того, в этой начальной версии Махабхараты в соответствии с этими учеными не было Кришны вообще.
Кришну дописали потом. Все эти эпизоды всюду от начала до конца вставили потом эти самые фанатики, которые решили, что Кришна является верховной личностью Бога и в конечном
счете, единственное, что ими движет в этом так называемом изучении Бхагавад-гиты и Шримад-Бхагаватам, — это зависть к Верховной Личности Бога. Они не в состоянии признать, что Кришна является Верховной Личностью Бога, и все то, что они хотят Они не в состоянии признать, что Кришна является верховной личностью Бога, и все то, что они хотят
доказать, — это то, что Кришны нет. Или то, что это был какой-то царь. Или есть другое мнение - тоже очень распространенное в научных кругах,
о том, что Кришна Махабхараты и Кришна Шримад-Бхагаватам не имеет между собой никакого отношения. Что Кришна, который жил во Вриндаване, и Кришна, о котором рассказывается, и то, и другое вымысел, но это вымысел даже о разных личностях.
Они говорят, что совершенно нет никакой связи между одним и другим. То, что в Махабхарате, например, когда заключался
договор между Арджуной и Дурьодханой, Дурьодхана попросил у Кришны армию, а Арджуна попросил, чтобы Кришна участвовал на его стороне.
И Кришна при этом дал ему, Дурьодхане, дал целую армию, которая состояла из пастухов, которых называли Гопалами. Эти пастухи были из Вриндавана.
Это написано в Махабхарате, но они не слышат это, не понимают это и говорят, что Кришна Махабхараты не имеет никакого отношения к Кришне Вриндавана. И смысл в том, что если человек изначально завидует
Верховной Личности Бога, если он подходит к этим произведениям с этой точки зрения, он никогда не в состоянии будет понять ничего в этих произведениях.
Он так и останется той самой мухой, которая ползает по поверхности банки с медом и пытается таким образом ощутить вкус меда.
Потому что тем самым он ставит себе препоны, он ставит заслон, он заранее отметает возможность для себя понять смысл этих произведений и ощутить тот нектар, о котором идет речь.
На самом деле Шримад-Бхагаватам и Бхагавад-гита, и все произведения о Кришне, они на самом деле исполнены нектара. Но беда в том, что до тех пор, пока зависть живет в нашем сердце, мы не имеем возможности ощутить этот нектар.
Причины отказа Шанкарачарьи комментировать Шримад-Бхагаватам
Это доступ к этому нектару закрыт для нас, и поэтому дальше в комментарии Шрила Прабхупада говорит, что Шрипад Шанкарачарья, хотя он был величайшим ученым, и он дал комментарии практически на
все основные ведические произведения, можно было бы подумать, что он должен был дать комментарий на Шримад-Бхагаватом также. Бхагаватом также. Но он не посмел этого делать, он отказался от этого.
И Шрила Прабхупада объясняет, почему?
Потому что в конечном счете его комментарии остаются комментариями персоналистов, и он не посмел дотронуться до Шримад-Бхагаватам, чтобы не нанести этого оскорбления этому священному писанию Шримад-Бхагаватам.
Я слышал такое мнение: существует такое мнение, что на самом деле Шанкарачарья не стал писать комментарии на Шримад-Бхагаватам. Бхагаватам.
Если бы он открыл эту книгу и стал писать комментарии на нее, то из его глаз покатились бы слезы. Эти слезы смыли бы весь текст Шримад-Бхагаватам, он не смог бы дописать свои комментарии.
На самом деле, он был преданным, и он понимал смысл Шримад-Бхагаватам, но он пришел как преданный, он пришел сюда с определенной миссией, чтобы дать философию персонализма и исказить смысл этих ведических писаний. И поэтому он не осмелился коснуться Шримад-Бхагаватам.
То есть на самом деле смысл Шримад-Бхагаватам и нектар, который заключен в Шримад- Бхагаватам, может понять только преданный.
И когда настоящий преданный объясняет Шримад-Бхагаватам, это сразу видно, потому что те, кто слушают его, те сразу чувствуют нектар, который идет от него.
Когда это объясняет какой-то ученый или какой-то человек, который просто воспринял какую-то логическую схему с Шримад-Бхагаватам, составил какое-то умственное представление о философии Шримад-Бхагаватам, то люди сразу спят, как они спят сейчас, некоторые.
Потому что когда они слушают такого человека, им закрыт доступ к настоящему содержанию Шримад-Бхагаватам, к этому нектару.
Но когда настоящий чистый преданный начинает объяснять смысл Шримад-Бхагаватам, то этот нектар начинает литься рекой. И даже если человек затыкает уши, все равно нектар так или иначе проникает в него.
И более того, то есть, и тут Шрила Прабхупада в конце комментария, Шрила Прабхупада делает очень важную вещь, очень важное замечание: что на самом деле, чтобы в действительности смысл Шримад-Бхагаватам был понят, необходимо сочетание двух условий.
Должен быть человек, который рассказывает Шримад-Бхагаватам, он должен быть чистым преданным, как это было в данном случае со Шрилой Шукадевой Госвами.
И человек, который воспринимает Шримад-Бхагаватам, тоже должен быть чистым преданным. Как Шрила Прабхупада говорит, что Брахмарата в данном случае рассказывает Шримад-Бхагаватам Вишнурате.
И только в том случае, если оба они являются чистыми преданными, истинный смысл Шримад-Бхагаватам может быть воспринят.
Но даже если кто-то один из рассказчиков или из слушателей Шримад-Бхагаватам является чистым преданным, все равно этот смысл может быть воспринят.
То есть, даже если такой ученый, о которых я рассказывал в начале, начинает излагать свое объяснение Шримад-Бхагаватам,
История Девананды Пандита и Шривасы Пандита
если его слушает истинный преданный, чистый преданный, то из его глаз покатятся слезы, и он поймет смысл Шримад-Бхагаватам. Есть такой интересный пример из жизни Господа Чайтаньи, который демонстрирует это. В
Навадвипе, в Надье, во время Господа Чайтаньи жил один очень большой ученый и большой знаток. Он был большой знаток вед и, в частности, большой знаток Шримад-Бхагаватам. Его звали Деванандой-пандитом.
Он был один из тех пандитов, которые изучают Шримад-Бхагаватам в течение всей своей жизни и ничего не понимают об этом.
Но он был очень знаменитый ученый, у него была масса учеников, масса последователей, они слушали его, каждый день они собирались, и каждый день он читал им Шримад-Бхагаватам, и каждый день он объяснял им Шримад Бхагаватам.
И однажды Шриваса Пандит он прогуливался по Навадвипе, и он проходил мимо ашрама Девананды Пандита. И он услышал, что там читают Шримад-Бхагаватам.
И сразу же он не мог остановиться, он сразу же помчался на этот звук, он сел туда и он стал слушать Шримад-Бхагаватам. И Девананда Пандит сидел и читал стихи Шримад-Бхагаватам и давал свои объяснения.
И как только Шринивас Пандит услышал эти стихи Шримад-Бхагаватам, у него тут же из глаз покатились слезы, он стал кататься по земле, плакать, и у него поднялись волосы на голове.
И все ученики Девананды-пандита, которые собрались, они сказали: что это за сумасшедший сюда пришел? Этого сумасшедшего нужно сейчас же отсюда вывести.
Они схватили, подхватили, подхватили Шриниваса Пандита под руки и уволокли оттуда. А Девананда Пандит продолжал объяснять Шримад-Бхагаватам, он не остановил их.
И Господь Чайтанья Махапрабху, так как Он является Верховной Личностью Бога, Он знал об этом эпизоде, хотя Ему никогда ничего об этом не говорили.
И когда во время Махапракаши, во время того, когда Господь Чайтанья Махапрабху стал являть Свою вселенскую форму, Он напомнил Шринивасу Пандиту. Он сказал: помнишь, этот негодяй Девананда оскорбил тебя?
И Я никогда не прощу этому негодяю этого. И через несколько дней после этого Господь Чайтанья Махапрабху также прогуливался по Навадвипе.
Девананда Пандит жил в деревне, которая называлась Кулия, которая входила в состав Навадвипы, в Кули-грамме.
Господь Чайтанья молча, с несколькими Своими учениками прогуливался по Навадвипе и дошел до Кулии, и там, как всегда, у Девананды Пандита продолжали читать Шримад-Бхагаватам. И Господь Чайтанья Махапрабху услышал этот Шримад-Бхагаватам.
И когда Он услышал Шримад-Бхагаватам, Он стал перед дверями этого ашрама. И, обращаясь к Своим ученикам, изо всех сил стал кричать, так чтобы Его слышали все, кто находился внутри в этом ашраме.
Он стал говорить, что этот идиот комментирует Шримад-Бхагаватам, но он не понимает смысла Шримад-Бхагаватам. Что он сможет объяснить своим ученикам? Какой смысл он может дать своим ученикам?
Тот, кто считает, что Шримад-Бхагаватам отличен от Меня самого и отличен от преданных, и тот, кто выгоняет преданных с лекцией по Шримад-Бхагаватам, тот никогда в течение многих-многих жизней, многих тысяч жизней не сможет понять смысла Шримад-Бхагаватам.
Чайтанья Махапрабху сказал, что Веды, они подобны йогурту, а Шримад-Бхагаватам — это масло, которое сбито из этого йогурта. И Шукадева Госвами, он сбил это масло из этого йогурта. А Махараджа Парикшит съел это масло.
И никто из тех, кто изучает просто так Шримад-Бхагаватам, они не в состоянии будут понять этого смысла.
И Адвайта Пандит все это слушал, он внимательно слушал, как Чайтанья Махапрабху говорит все это. И он немножко огорчился, но он ничего не сказал, он не возразил Чайтанье Махапрабху.
Чайтанья Махапрабху в гневе повернулся и ушел.
И пока он шел, он продолжал говорить своим ученикам какую-то глупость, что вот эти дураки слушают Шримад- Бхагаватам, Адвайта Пандит. Эта история имеет продолжение, но это уже не так важно для данного момента.
Истинные и искусственные проявления духовных эмоций
Смысл в том, что Шримад-Бхагаватам может понять только преданный, и Шримад-Бхагаватам может объяснить только преданный. Только если человек предан, то Шримад-Бхагаватам может быть правильно услышан.
И смысл этого, текст этого, то, что настоящий преданный — он чувствует нектар, который заключен в Шримад-Бхагаватам. Он чувствует этот нектар.
И, как говорится, в третьей главе второй песни Шримад-Бхагаватам: «Тот, кто слышит святое имя Господа, и тот, кто слышит Шримад-Бхагаватам, который не отличен от самого Господа.
Если он чист в своем сердце, если его сердце не из железа, то у него точно так же льются слезы. Тот, у кого слезы не льются, тот, кто слышит имя Кришны или кто слышит Шримад-Бхагаватам, у него не льются слезы, у того сердце заковано в железо.
Это утверждение, которое дается в Шримад-Бхагаватам. Так что мы все можем представить себе состояние нашего сердца, какое оно есть.
И но на самом деле это должны быть истинные слезы, это не должны быть, кто-то может из сентиментальности услышать это, начать читать Шримад-Бхагаватам, потереть немного глаза, лука немножко положить, чтобы слезы потекли. Это должны быть истинные слезы.
А не слезы сантиментальные или придуманные себе слезы. Иногда вначале неофиты настраивают себя так.
И в принципе слезы, в конце концов, это материальные эмоции, материальные эмоции можно так или иначе искусственно вызвать себе. И это отношение очень опасно, но вначале это часто встречается.
Как, например, был такой эпизод из жизни Шрилы Прабхупады, когда один ученик подошел к нему и сказал: «Шрила Прабхупада, я не знаю, что мне делать.
Как только я начинаю читать мантру, у меня сразу из глаз начинают течь слезы, и я не могу остановиться, и слезы текут, и я читаю мантру». Сила Прупад посмотрел на него и сказал: ничего, это пройдет.
То есть вот эти слезы, которые могут появиться у нас в начале, это еще не те слезы, которые должны появиться на самом деле, не те слезы, которыми плакал Шриваса Пандит.
Потому что прежде чем это действительно появится, вся та зависть, которая есть в нашем сердце, и которая составляет вот этот металлический кожух, которым заключен и закован в наше сердце, она должна уйти от этого.
И чтобы этого достичь, чтобы на самом деле мы смогли действительно обрести вкус
к этому, как Шри Чайтанья Махапрабху говорит: на нам акари баху дани, джасарва шахти, статрарпитани, ямитам, смаранай накалам. И тадриши Итадриши Тавакрипа Бхагаван Мамапи. Это значит, что милость твоя, О, мой Господь, так велика, что Ты вложил в свое святое имя все свои энергии. Все твои энергии есть в этом святом имени.
Но дальше он говорит: дурдайвым идрисом. Ну, не важно. Игаджа ни нанурага. Но я настолько несчастен.
Я настолько несчастен, я настолько греховен, и настолько много грязи у меня в сердце, что я не могу ощутить этого и что у меня нет привязанности к этому святому имени.
Я повторяю святое имя, но у меня нет привязанности к Нему. Я повторяю ее в течение года, двух, трех, четырех. И тем не менее я сплю, когда я повторяю джапу. У меня нет привязанности к Твоему святому имени.
И для того, чтобы действительно обрести эту привязанность на самом деле, нет другого метода, кроме того, как продолжать это делать. Даже если сейчас вначале у нас не текут слезы, и хорошо, что не текут.
Но если мы будем продолжать это делать, то Шримад-Бхагаватам, сам Шримад-Бхагаватам утверждает, что рано или поздно мы достигнем этого результата, как говорится во
второй главе первой песни Шримад-Бхагаватам: нашта-прая́ешу абхаде́шу нитьям бха́гавата-севая́ бхагаватй уттама-шлокое бхактир бхавати наист̣хикии. Если мы регулярно служим Шримад- Бхагаватам.
Это служение Кришне, Шримад-Бхагаватам.
Постепенное очищение сердца в процессе слушания
То есть, если мы регулярно читаем Шримад-Бхагаватам, слушаем лекции по Шримад-Бхагаватам, посещаем Шримад- Бхагаватам, даже если нам скучно на лекциях, даже если мы не чувствуем этого вкуса, который заключен в Шримад-Бхагаватам, если мы все-таки продолжаем слушать Шримад-Бхагаватам и не перестаем это делать.
И другое объяснение этой строчки: нитьям бха́гавата-севая́.
Если мы продолжаем служить преданному Бхагаватам, потому что нет разницы между преданным Бхагаватам и книгой Бхагавата. Тот, кто думает, что есть разница между чистым преданным и книгой Бхагавата, тот ошибается, как это видно было в случае с Диванандой Пандитом.
Тот, кто служит Шримад-Бхагаватам, и тот, кто служит чистому преданному, обе эти вещи должны быть там.
Рано или поздно, нашта-прая́ешу абхаде́шу нитьям бха́гавате... Все обадра, все то, что есть в нашем сердце, вся та грязь, которая есть в нашем сердце, абадра.
Бадра, значит благоприятный, хороший. Абадра - это все то нехорошее, что есть в нашем сердце. А наш-тапраеша Бадришу практически полностью разрушается.
И когда все это плохое уходит из нашего сердца, когда все это разрушится там, только тогда мы на самом деле сможем ощутить истинный вкус Шримад-Бхагаватам.
И тогда, даже если мы будем слышать не очень Шримад-Бхагаватам. Все равно этот нектар Шримад-Бхагаватам будет доступен для нас. Как Вишванатха Чакраварти Тхакур объясняет стадию ручи, или стадию вкуса.
Вот этот вкус, который приходит, нектарный вкус, который приходит к преданному на высокой ступени преданного служения, он называется ручи, и говорится, что есть две ступени этой ручи.
На первой ступени человек ощущает этот вкус только тогда, когда ему подают Шримад-Бхагаватам или киртан исполняется очень хорошо. То есть только тогда, когда это внешне заключено в какую-то хорошую форму.
Но на второй, на высшей ступени ручи, даже если киртан исполняется плохо, даже если Шримад-Бхагаватам никто не может объяснить.
Просто если человек слышит слова Шримад-Бхагаватам, звуки Шримад-Бхагаватам, звук киртана, у него тотчас же пробуждается в сердце этот вкус, и он устремляется на этот вкус, и этот вкус захлестывает его.
Но до тех пор, пока это наступит, человек должен пройти очень долгий путь. То есть нельзя рассчитывать на то, что это случится мгновенно.
Мы должны понимать, что это долгий, медленный путь и, что опаснее всего пытаться имитировать это состояние. И прежде чем должно наступить это разрушение анарт, мы должны преодолеть в себе это.
Пока эта грязь находится у нас в сердце, мы не можем на самом деле полностью с полной концентрацией слушать и заниматься этими видами преданного служения.
До тех пор, пока вот эта грязь мешает нам, мы не можем ни слушать Шримад-Бхагаватам, ни слушать святое имя, ни слушать звук киртана, ни петь это с полной концентрацией, ни говорить об этом с полной концентрацией.
Потому что эта грязь препятствует этому, и это проявляется в форме пяти анарт или пяти видов неустойчивости преданного служения.
Такое преданное служение, когда человек не может полностью сконцентрировать свое сознание на этом, потому что он не чувствует вкуса, называется аниста и вот эта аништха-бхаджана-кривна — она проявляется в пяти формах.
Первая форма называется лая или сон - когда человек читает мантры и начинает засыпать. Или он сидит на лекции по Шримад-Бхагаватам, он слушает, Шримад-Бхагаватам. Кто-то расскажет какой-нибудь анекдот или какой-нибудь шутку, он это может слушать, но потом кто-то начинает рассказывать философию, и у него постепенно, постепенно голова начинает клониться, и он начинает засыпать.
Просто он хочет, он реально хочет сосредоточиться на звуках мантры, на звуках джапы, но он не может, потому что ему хочется спать. Спать ему хочется еще сильнее, чем он хочет услышать это. Это называется лая.
Второй элемент, как это может проявляться, называется викшепа. Викшепа - это значит неустойчивость ума или непоседливость. Когда человек занимается духовной практикой, когда он повторяет мантру, но при этом ум
его постоянно занят чем-то другим, он повторяет мантру, но при этом ум его находится в другом месте, и это вызывает у него неустойчивость.
Он повторяет саму мантру или слушает киртан, но ему хочется сделать что-нибудь еще, ему хочется побежать, что-нибудь сделать, заняться какой-нибудь материальной деятельностью.
Или он повторяет мантру, а потом вдруг он видит газету, он начинает читать газету. И таинственным образом текст газеты совершенно бессмысленный, привлекает его гораздо больше, чем мантры. Он совершенно забывает о мантре.
Он начинает читать о том, что происходит в Анголе, как там какие-то дети голодают, или еще что-нибудь, или как там в Америке какой-то негр убил кого-то еще, или еще что-нибудь.
И вот эта привязанность к материальным темам, она существует и мешает сосредоточиться на этом, она гораздо сильнее, чем привязанность к святому имени.
Как говорил Господь Чайтанья Махапрабху, это моя неудача: дурдайвам и дришам, я такой несчастный, что у меня нет привязанности к святому имени. У меня есть привязанность ко всему чему угодно.
Я привязан к последним новостям, еще к чему угодно, но к этому я не привязан. И если человек даже преодолевает в себе это, или, например, человек находится на киртане, и все поют, и он тоже поет.
У него рот открывается, рот открывается, закрывается, открывается, закрывается, а при этом он думает о том, как он поговорил с кем-то, и как он с кем-то поругался, и как кто-то ему что-то сказал. И он ничего не слышит.
И он через какое-то время уже половину самсары пропели. Ну хорошо, ее половину осталось. Уже ясны просаду, бхагават-просаду. Значит, половину мангала-аррати прошло. Ну, хорошо, опять мысли уходят туда.
Это то, что называется викшепой. И третий момент, как это может проявляться, называется апратипатти.
Это даже если человек не привязан к какой-то определенной какой-то определенной материальной деятельности или праджалпе, даже если у него нет никаких особых занятий, просто у него пустая голова, тем не менее, он не чувствует привязанности к киртану тоже и к джапе тоже.
То есть он просто ничего не чувствует, и это называется безразличием к этому. эту апратипатти.
Самый типичный пример, который я знаю, вам немножко трудно будет это понять, но чаще всего это, легче всего это наблюдать у детей, потому что дети, у них нет еще очень сильной привязанности к этим материальным темам и материальной грязи. Им не очень интересно, что происходит в Анголе, но тем не менее привязанности к духовной практике у них тоже нет.
Если вы просите своих детей повторять, скажем, мантру на четках, они повторят два раза, а потом начинают просто ходить. И видно совершенно, что они ни о чем не думают, они просто ходят вот так вот.
И у них совершенно отсутствующий вид, и что там нет никакой особой привязанности, но и привязанности к духовной практике тоже, очевидно, совершенно нет.
Они просто так, просто, что называется, на исконовском сленге спейсят, то есть находятся где-то непонятно где, и ни о чем не думают, просто...
и следующий элемент, в виде которого это может проявляться, называется кашея, или привязанность к каким-то греховным привычкам.
Например, мы все пришли из материальной жизни, мы тащим за собой эти греховные привычки в течение многих лет.
Кто-то, например, может быть очень — его легко вывести из себя, он очень часто гневается, или он очень жадный, например.
Он уже преданный, и вообще-то он понимает, что жадность — одна из тех дорог, которые ведут в ад, но сделать с собой ничего не может. Просто жадно и все.
И вот эта вот привязанность, которая осталась в уме, она мешает ему на самом деле сосредоточиться на святом имени и на духовной практике.
Она мешает ему полностью погрузиться в это сознание, потому что это все так или иначе, вот эти вот греховные привязанности, они тянут в себя, они есть в нашем уме, они заставляют наш ум устремляться в это, и, наконец, последняя форма, в которой это может проявляться, называется раса-аsvāda.
Это когда мы можем хорошо концентрироваться на духовной деятельности до тех пор, пока мы не видим каких-то объектов чувственного удовольствия.
То есть до тех пор, пока мы находимся в храме, везде преданные, тут божество, и мы сидим, и мы повторяем мантру, и все хорошо. Мы читаем мантру, и мы очень внимательно все слушаем, все хорошо. Но стоит нам выйти в город.
Я не знаю, как в Москве, я давно не был в городе - в Москве, но я знаю это по Стокгольму. Пока преданные находятся в храме, в Криснесе, все хорошо.
Но потом некоторые преданные, особенно те преданные, которые недавно приехали из Советского Союза, они выходят в город Стокгольм, на Харинам, и они идут мимо магазинов, и там эти витрины со всякими магнитофонами,
Сони, там, сани, панасоник. Вот они идут с харинамы, они пойдут, Хари Кришна, а сами на самом деле весь взгляд устремлен на эти витрины.
То есть, они могут концентрироваться на духовной практике как следует только до тех пор, пока они не видят непосредственно объектов чувственного удовольствия.
Но как только объект чувственного удовольствия находится у них перед глазами, тот же же — все это куда-то уходит, они совершенно забывают о том, как это хорошо, и что на самом деле единственное ценное в этой жизни это святое имя, а все остальное это просто груда металла, что все эти магнитофоны — это просто кусочек пластмассы и кусочек металла. Об этом сразу как-то все забывается, но и все внимание устремляется туда, и когда все это уходит на самом деле, если человек все-таки продолжает свою духовную практику, то все это рано или поздно должно уйти.
Важность сохранения искренности и духовного энтузиазма
Это уходит, и только тогда на самом деле человек должен обрести истинный вкус духовной практики. Это то, к чему мы должны стремиться.
Как Шри Чайтанья Махапрабху говорит в первом стихе «Шикшаштаки», что святое имя Шри Кришна санкиртана дает нам вкус, которого мы все жаждем.
На самом деле это вкус, которого мы жаждем. Мы хотим этого, это самое большое, что может быть. Но иногда мы очень легко забываем об этом.
И мы в течение некоторого времени занимаемся преданным служением, потому что мы занимаемся им несовершенно и не ощущаем этого вкуса. И мы думаем, что так и должно быть.
Что да, это все хорошо, это интересная философия, красивая философия, это формальность какая-то.
Надо утром 16 кругов пробормотать в течение какого-то времени, потом надо посетить Шримад-Бхагаватам и, в общем, на этом все исчерпывается.
Вначале, когда Кришна дает нам некоторые проблески, вкусы этого, у нас еще есть это, но потом это может уйти, и мы можем превратиться в стоячую воду, в пруд, в котором вода стоит.
Мы можем внешне делать все то, что делают преданные, все то, что должны делать преданные.
Но так как мы забыли вот это искреннее желание, которое привело нас в преданное служение, то мы превращаемся в такого старшего преданного, что называется.
Старший преданный, он все знает, он все читал, он может давать хорошие лекции. Но при этом у него, он ходит такой потухший слегка, он бродит такой.
И тут молодые бхакты, они такие энтузиасты Харе Кришна, и он говорит, он смотрит на них и думает: «Я тоже был такой, но теперь, но теперь я старший преданный». Теперь мне уже, мне уже нельзя быть таким, я уже, я уже солидный, мне нужно быть солидным.
Это преданное служение, это очень серьезно. Это очень серьезно. Это не так все просто. Не так все, как может показаться вначале? Надо...
Мы не должны забывать, что на самом деле мы пришли за этим. И что мы хотим этого, и что это самое большое, чего мы должны хотеть. Мы не должны никогда упускать из виду этой цели. И мы должны поэтому очень искренне этим заниматься. Если мы будем искренне этим заниматься, то тогда мы действительно сможем чего-то достичь.
Мы должны.
Каждый раз, когда мы встаем и берем четки, мы должны читать мантру, как будто мы в первый раз ее читаем. Как будто мы услышали от кого-то в первый раз сегодня, что мантра - это то, что может освободить от всего того безобразия, которое творится вокруг.
Мы должны вспомнить об этом и читать это именно так если мы будем так делать то тогда действительно этот вкус он придет очень быстро я не знаю до каких пор я могу читать лекцию. Ну,
ну я так долго не собирался задерживаться. Потому что на самом деле единственное, что требуется от нас, это искренность. Кришна, Его невозможно прельстить нашей ученостью.
Если мы знаем 200 стихов или 1000 стихов, или даже «Шримад-Бхагаватам» наизусть мы знаем, как Лакадананда Пандит, Кришна не будет очень впечатлен, потому что Он все равно знает больше нас.
Для Него это не это произведет впечатление, но единственное, что на самом деле может произвести на Него впечатление, когда Кришна услышит, что мы искренни, когда Он услышит, что мы искренни в этом, и тогда Он придет к нам.
Только в ответ на нашу искренность Он откликнется на это. Как есть такой пример говорится, Шрила Прабхупада часто говорит, что мантру надо читать как ребенок, который потерялся и который зовет свою мать.
Он потерялся, он остался где-то, и он испугался, страшно, он плачет, и он зовет. Мама, мама, он плачет, и он кричит при этом.
И если мы будем читать мантру в таком настроении, когда мы будем звать Кришну: Кришна, я хочу Тебя увидеть, я хочу быть с Тобой, я забыл о Тебе, я хочу быть с Тобой. Тогда Кришна услышит это.
Как иногда ребенок, если его просто оставить одного, он может просто. Мать занимается по хозяйству, ребенок бегает где-то по кухне. И вдруг ему просто захотелось привлечь внимание своей матери. Он начинает хныкать.
Он говорит: «А, мама, у меня немножко болит, пальчик болит». Но если. Или мать говорит, отстань от меня, ничего у тебя не болит. Он продолжает идти, но при этом продолжает хныкать.
И мать, которая в полууха слушает это, она сразу слышит, что ничего страшного нет, что он просто так хнычит, чтобы просто похныкать.
Но если с ним что-то случится, если вдруг он действительно упадет и сильно расшибется, и он заплачет искренне, то мать сразу же услышит это, и как только она услышит этот искренний плач ребенка, она сразу же побежит к нему и сделает для него что-нибудь.
Точно так же и Кришна: до тех пор, пока мы просто хнычем что-то или просто, Кришна не услышит этого, потому что Он подумает: «О, еще один».
Просто но если Он почувствует искренность, что на самом деле мы хотим Кришну, что мы зовем Кришну, что мы не просто там хнычем, чтобы ну просто потому что нам скучно одним стало или потому что еще что-то.
То тогда Он услышит и придет на этот зов, Он отзовется на этот зов. Потому что на самом деле это самое главное, что есть. Главное, что есть, это искренность.
Искренность в том, чтобы мы оставили эту материальную жизнь, и мы не хотим возвращаться к этой материальной жизни. Мы хотим найти Кришну. Мы хотим найти, потому что это на самом деле самое высшее, что мы можем найти.
И если эта искренность будет, то тогда мы очень быстро можем прогрессировать. Прогресс в духовной жизни - это не вопрос времени. Мы можем видеть среди преданных, что некоторые преданные очень быстро прогрессируют, а некоторые преданные не очень.
Это зависит не от того, сколько лет человек находился в движении. Нельзя говорить, что он старший преданный, потому что он 10 лет находился в движении, а это младший преданный, потому что он 3 года находился в движении.
Но иногда человек за несколько дней может достичь большего прогресса,
как махараджа Кхатванга, о котором рассказывается во второй песне и подробно в девятой песне Шримад- Бхагаватам, который за несколько минут, заодно у него оставалась одна мухурта жизни.
Ему сказали, что тебе остается одна мухурта, то есть 40 минут жизни. И за эти 40 минут он достиг совершенства в духовной практике. Он знал, что у меня 40 минут, и мне просто у меня нет времени ни на что другое.
И он искренне предался Кришне, он смог это сделать, и это возможно сделать.
История о грешном царе и могуществе стиха
И если мы будем искренне этим заниматься, то чудеса возможны. Как есть одна история, я расскажу ее и закончу на этом, которая
касается 9-й главы Бхагавад-гиты. И она рассказывает о том, насколько могущественен каждый стих и каждая мантра Бхагавад-гиты. При том условии, если человек искренне читает ее. Значит, это такая очень древняя история.
В древние времена в Индии жил один царь. И этот царь был очень греховным. Он был страшно греховным. Это было еще не в Кали-юга, а еще до этого.
И от того, что он совершил в своей жизни великое множество грехов, все его тело почернело, он стал черным весь. И все видели. И все говорили между собой. А наш-то царь, он не без греха.
Смотри, какой он черный стал из своих грехов. И он ходил весь черный, он смотрелся в зеркало, и там на него смотрела черная такая рожа, и ему очень стыдно было.
И он тогда созвал браманов и стал спрашивать, как мне избавиться от своих грехов. Я не хочу больше, чтобы у меня были эти грехи.
Я хочу опять стать нормальным, светлым, как я раньше был, чтобы я не чернел, и браманы говорили: ну что мы можем сделать? Если ты перестанешь грешить и перестанешь все это делать, то постепенно ты от этого избавишься.
Если ты будешь заниматься аскезами, если ты будешь совершать покаяния разные, то тогда ты постепенно от этого избавишься. Он говорит, нет, для меня это не подходит. Во-первых, мне даже перестать грешить очень трудно.
Не говоря уже о том, чтобы заниматься аскезами, покаяниями. Вы не можете какое-нибудь чудо сделать, чтобы я взял и опять стал нормальным сразу. И один браман вызвался сделать. Он сказал, хорошо, я могу сделать это.
Но просто ты понимаешь, что твои грехи, ты их совершил и никуда они не денутся. Эти грехи они с тобой. И просто если кто-то добровольно захочет взять на себя эти грехи, то тогда ты сможешь от них избавиться.
Я знаю метод, каким образом ты сможешь от них избавиться, но для этого кто-то должен принять на себя все эти грехи, ну и этот царь очень обрадовался и говорит: делай все, что хочешь, я найду.
Кто-нибудь найдется. У меня большое царство, кто-нибудь один найдется, чтобы взять все мои грехи. И тогда этот браман, он велел отлить из золота две фигурки: мужскую и женскую.
И он провел определенные жертвоприношения, при этом собралось очень много народу, брахманов, это все было публично, на площади, и этот браман, он начал читать мантры над этими фигурами, он сделал жертвоприношение.
И потом он сказал царю: а теперь дотронься до этих фигур. И как только царь дотронулся до этих фигур, да, ну да.
Как только царь дотронулся до этих фигур, то все увидели, что сам царь побелел, и что кожа его просветлела, и он стал светлым, но эти фигуры из золота стали черными.
И теперь Брахман сказал: теперь тот, кто хочет взять, тот, кто согласится добровольно принять на себя эти грехи, он должен взять себе эти фигуры.
Ну и царь, он объявил тут же, на площади, он объявил: Я даю полцарства тому, кто возьмет на себя эти грехи. Полцарства берите, только вот возьмите эти фигуры.
А браман сказал, что если ты никто не возьмет, то через два дня эти грехи опять вернутся к тебе. И ты опять почернеешь. Вот.
И как только брахманы, которые собрались вокруг, и как только они услышали это предложение насчет полцарства, во-первых, никто из них не хотел полцарства иметь, им не нужно эти полцарства было. Во-вторых, все видели, что фигуры почернели.
И все эти брахманы стали разбегаться оттуда. Тихо-тихо-тихо уходить, так потупив глаза, стали расползаться оттуда. И вскоре царь остался один вместе с этим жрецом, и никого больше не осталось.
Тогда он разослал гонцов во все концы страны с объявлением, что он дает полцарства в обмен на свои грехи. Если кто-то согласен взять его грехи, то он отдает полцарства.
На второй день, когда царь уже думал, что ничего у него не получится, к нему пришел один браман, жрец, очень простой на вид.
И этот браман сказал: «Хорошо, я согласен взять эти грехи». А он говорит: «Ты что, ты берешь полцарства?» Нет, говорит, полцарства себе оставь. Мне твое царство не нужно, я просто грехи у тебя возьму.
И он, этот браман, подошел и дотронулся до этих золотых фигур. И как только он дотронулся до этих золотых фигур, из этих двух фигур точно же выскочили две черных, совершенно черных фигуры - мужчины и женщины, таких бесплотных, и они погнались за этим браманом.
А этот браман стал от них убегать. И он наутек совершенно. А эти две фигуры погнались за ним. И царь, который видел все это, ему стало очень интересно, что дальше случится с брахманом и со всем этим дело кончится.
И он скакал на коня и погнался за ними, за всеми. И он увидел, как этот брахман убегал, но вот эти два демона, они
гнались за ним, они щипали его и как-то били, пытались как-то его атаковать, а этот брахман он забежал быстро в озеро, встал в озеро и стал бормотать какие-то мантры.
И когда он стал произносить эти мантры, вдруг из его тела неожиданно вышли
огромные гигантские голубого вида четырехрукие фигуры вишнудутов. И эти четырехрукие фигуры вишнудутов, они схватили этих двух демонов, скрутили их и забрали.
Этот брахман, он потом вышел, спокойно отряхнулся от воды и собрался пойти своим путем. Но тут царь уже не выдержал, ему стало любопытно, что же это такое, что за мантры ты читал такие.
Он подошел к нему и говорит: «О, ты не мог бы мне эти мантры рассказать? Очень интересно все это было, то, что ты делал, но ты можешь мне рассказать, какие мантры ты читал, и что это, наверное, тебе известны какие-то секретные ведические мантры, и что это вообще такое было, что я видел.
А он говорит: «Ты знаешь, я никаких ведических мантр не знаю, я вообще неграмотный. Меня в свое время из гурукулы выгнали. Я пытался в гурукуле учиться, но я был такой тупой, что мой учитель совершенно
махнул на меня рукой, он сказал, что это безнадежно, что я никогда ничему не научусь.
Ну просто я очень Кришну люблю, и однажды я встретился с одним ученым, и он сжалился надо мной, он увидел, что я, в общем, искренний, что я чего-то хочу.
И он сказал: «Давай я научу тебя одной мантре». И он дал мне один стих. Я попытался выучить этот стих, но целиком я этот стих не запомнил. Я только первую строчку смог запомнить.
Я очень долго учил, он меня все время учил. Но я никак не смог запомнить все, потому что там очень сложно санскрит. Я не знаю санскрита. Но.
Но мне так понравился этот стих, и этот стих, он был про Кришну, что я стал его повторять, и однажды я повторял этот стих, и вдруг эти вишнудуты вышли из меня, четырехрукие, и спросили у меня, что я хочу, и я очень удивился, я думал, что это такое, раньше никогда такого не было.
И эти вишнудуты... Он спросил у них, они сказали: «Если мы будем тебе помогать и делать все за тебя. Если ты будешь это делать не для себя.
В следующий раз, когда тебе нужно будет что-то сделать, и если ты захочешь кому-нибудь помочь, то ты опять произнеси эту мантру, и мы опять выйдем, и мы тебе поможем. Но единственное условие, которое должно быть: ты не должен этого хотеть для себя, ты не должен делать это для себя, ты должен просто бескорыстно хотеть кому-то помочь, и тогда мы сделаем это.
Царь, он страшно обрадовался, он вообще был совершенно в возбуждении. Он говорит: ну, а что за стих-то? Ну, скажи мне за стих. А он говорит, очень просто: ман-мана бхава мад-бхакто мад-яджи мам намаскуру.
Эти две строчки, которые этот браман выучил так, что вот Хари Кришна может быть, вопросы какие-нибудь? Да, если это отрицательный смысл, то это не искренность.
Искренность, есть очень хорошее определение искренности, которую я недавно слышал. Искренность — это когда мы делаем что-то для Кришны. Это не когда мы просто говорим что-то о Кришне, или когда мы что-то делаем.
Искренность - это когда вы делаете то, что вы говорите.
Есть очень много людей, которые могут хорошо что-то объяснять или еще что-то, но на самом деле искренность она проверяется, потому что что делает человек, и поэтому проверяется уровень его реализации.
Если человек даже очень хорошо объясняет, скажем, ну, в нашем случае Шримад-Бхагаватам или еще что-то, но при этом он в своей жизни поступает таинственным образом по-другому. То это нельзя назвать искренностью.
Выбор Арджуны и Дурьодханы перед битвой
Это то, что отличает гьяну от вигьяны, реализованное знание от знания теоретического, которое может быть. Вопрос насчет рассказать насчет того, как Кришна отдавал свою армию Дурьодханы.
Он дал ему одну акшаухини гопалов, и все эти гопалы были голубого цвета, и у всех у них был диск, и у всех у них была палица, и все они были по силе своей могущественности с Кришной, равны по могуществу Кришне.
И Кришна предложил им на выбор.
Кришна, Дурьодхана и Арджуна пришли одновременно, потому что сначала Дурьодхана отправился к Кришне, но Арджуне, Бхима или Юдхиштхира сказал, что поторопись, потому что Дурьодхана наверняка захочет Кришну завоевать на свою сторону, так что ты поскорее поспеши туда. И тогда Арджуна взял своих самых быстрых коней и с самой короткой дорогой поехал во дворец к Кришне.
И когда они зашли, в холле этого дворца был только Акрура. И Акрура увидел, что Дурьодхана он зашел во дворец первый, и сразу следом за ним зашел Арджуна. И Акрура страшно огорчился.
Он знал, зачем они пришли, зачем оба они пришли. И поэтому Акрура, он решил схитрить немножко. Он сказал, Кришна сейчас отдыхает.
Я вас не пущу к Кришне, так что вы подождите, чтобы у Дурьодханы не было преимущества того, что он пришел первым при этом. И потом Акрура пошел к Кришне и сказал, что вот они пришли, Кришна лег отдыхать.
И когда они зашли, Дурьодхана он стал рядом с Кришной, у его изголовья, у изголовья кровати, так чтобы когда Кришна проснулся, первым, кого он увидел, Дурьодхана был бы.
А Арджуна, как преданный Кришны, он стал около ног, около стоп Кришны. И он сложил руки — он стал ждать, когда Кришна проснется. Вот. Ну и Дурьодхана подумал. Ну все, теперь дело в кармане у меня.
И Кришна, он, значит, они стояли, там Кришна спит. Или делает вид, что спит. И когда Кришна раскрыл глаза, он вот так вот приподнял голову, несмотря на Дурьодхану, посмотрел на Арджуну.
И сказал: О, Арджуна, как хорошо, что ты пришел, я очень рад тебя видеть.
И тут Дурьодхана закричал: «Нет, это нечестно, я первый пришел, я первый пришел. Ты должен мою просьбу первым исполнить». Я хочу, чтобы ты присоединился ко мне, чтобы ты сражался на моей стороне.
Ты мой родственник, ты должен быть. Кришна говорит: «Ну ты, может, и первый пришел, но Арджуну я первым увидел. И потом, Арджуна, он младше, чем ты. Поэтому, соответственно, я должен ему предпочтение в этом отдавать.
Так что, но с другой стороны, я тоже не могу от тебя так просто отвязаться, тебе тоже придется что-то дать.
Поэтому я предоставляю право выбора Арджуне, но я дам вам на выбор две вещи. Одному я дам свою армию из одного акшаухини, вот этих гопалов или пастухов, а с другим я буду сам. Но сам я не буду сражаться, я просто буду с ним, и я буду выполнять какую-нибудь там роль, я не знаю, буду за ним подметать или еще что-нибудь делать». Вот. И Арджуна,
он подпрыгнул, допутал как он закричал: «Кришна, я хочу тебя, я хочу тебя!» А Дурьодхана, он когда услышал это, у него, он вздохнул, у него вырвался вздох облегчения, он подумал, хорошо.
Он закричал: «Очень хорошо, я беру эту армию!» Он выбежал, такой радостный.
А Кришна сказал после этого Арджуне: «Арджуна, что ж ты ж ты какой глупый? Но я же тебе первому дал право выбора. Ну что ж ты, почему ж ты выбрал меня? Я же не собираюсь даже сражаться. Почему ж ты не выбрал мою армию?
Теперь у этого негодяя будет целое акшаухини войско, а ты остался со мной. Я даже не буду сражаться. Но почему же не подумал, прежде чем выбрать?» И Арджуна так улыбнулся, посмотрел на Кришну и сказал: «Кришна, ты меня не обманешь. Если ты будешь со мной, то мне ничего не страшно, а там у него хоть пусть будет все остальное.
Если вся вселенная будет на стороне Дурьодханы, но ты будешь со мной, то мне... то я один собственноручно со всей вселенной расправлюсь, а если я выберу все остальное, отдам тебя, то у меня ничего не останется». Инкарнация или воплощение. Это форма Кришны, в которую он приходит, она называется аватарой, это та форма, в которую приходит Кришна в материальный мир.
Ответы на вопросы о мотивах служения
А экспансия, строго говоря, это одна из форм Кришны, в которой он проявляется на планетах Вайкунтхи или в духовном мире. Если человек желает служить Кришне, желание познать его, вообще это считается нечестным ответ.
Не надо отказаться. Ну, об этом говорит Кришна в 7-й главе Бхагавад-гиты, где он говорит о четырех видах правильных людей, о четырех мотивах, которыми руководствуются люди, приходя к нему.
И он говорит, четвертый из них — ряд гьяни, тот, кто хочет постичь абсолютную истину. И в этом случае есть какой-то корыстный или материальный мотив в таком мотиве.
Но в следующем стихе Кришна говорит, что на самом деле гьяни из них самый лучший. То есть вначале, когда мы приходим, мы не можем
искусственно или по каким-то из каких-то внешних соображений отказаться от корыстных мотивов. Просто у нас в сердце есть эти желания, и эти желания заставляют нас заниматься преданным служением.
В этом в принципе нет ничего плохого. Просто это еще не чистая бхакти. И если этот мотив — познание Кришны, то это самый лучший из мотивов. И мы не можем от него отказаться искусственно.
Но потом со временем, когда вся эта грязь уйдет из сердца, то вы сами забудьте об этом.
Как был такой случай с Валлабхой Ачарьей, основателем сампрадаи, одной из вайшнавских сампрадай, этот Валлабха Ачарья, он пришел к Господу Чайтанье Махапрабху, когда тот был в Пуре, и там было очень много спутников Господа Чайтаньи Махапрабху, и он сказал: Господи, Чайтанья Махапрабху... Господь Чайтанья Махапрабху знал его до этого.
И он обнял его, он сказал: как хорошо, что ты пришел, я очень рад тебя видеть. И тогда Валлабха Ачарья сказал: ты знаешь, я пришел не просто так.
Я пришел к тебе, чтобы прочитать мой комментарий на Шримад-Бхагаватам. Я написал комментарий на Шримад-Бхагаватам.
И я хочу тебе прочитать, и я написал такой замечательный комментарий, что я опровергаю в этом комментарии... Да нет, Господь Чайтанья Махапрабху спросил: а что у тебя за комментарий? Какого рода комментарии у тебя есть?
Он говорит: я в своем комментарии опровергаю Шридхару Свами, первого комментатора. У меня, я по-новому некоторые моменты объяснил. Я дал им более глубокое объяснение под новым углом, по-другому, чем Шридхар Свами.
Шри Чайтанья Махапрабху посмотрел вот так и так, огорчился и сказал: Шридхар Свами — он свами. А тот, кто отвергает Свами, Свами — это имя для санньяси, и также имя для мужа или для господина, — тот, кто отвергает своего мужа, тот, кто отвергает Свами, того называют проституткой. И поэтому я не хочу слушать тебя. И потом Валлабха Ачарья, он стал: ну просто послушай, как я объясняю имя Кришны.
Я хочу тебе объяснить, как имя Кришны. Пожалуйста, послушай мою интерпретацию имени Кришна.
Господь Чайтанья ему просто сказал: я не хочу, я не знаю ничего о Кришне. Я просто знаю, что это голубой мальчик, который сидит на коленях у матери Яшоды. Я ничего другого не знаю.
И этот мальчик такой красивый, что я никаких интерпретаций этого имени слушать не хочу. Мне этого не надо.
То есть на каком-то этапе мы можем хотеть интерпретировать имя Кришны или еще что-то, но в конечном счете, когда мы достигнем высоты, мы ничего не будем знать, мы будем знать только что Кришна — рядом голубой мальчик, который сидит на коленях у матери Яшоды.
Но искусственно этого нельзя достичь, то есть это должно прийти в процессе преданного служения. Сразу это как? Ну, Вьясадева он находится в Бадарикашреме, можете сходить к нему, спросить. Я не знаю.
Мадхвачарья, он ходил к нему, и он спрашивал у него такие вопросы. Мне трудно сказать об этом. Я могу только какие-то свои спекуляции высказывать.
Вьясадева, он, как объясняется, в начале Шримад-Бхагаватам, он находился в определенном совершенно состоянии, он написал всю ведическую литературу, включая Махабхарату, в часть которой входит Бхагавад-гита.
Но Шримад-Бхагаватам — это совершенно иная вещь. И до тех пор, пока его духовный учитель не сказал ему это сделать, ему просто не приходило это в голову.
Это доказывает, что даже если вы Вьясадева, вам всё равно нужен духовный учитель. Даже если вы написали всю ведическую литературу, даже если вы записали Бхагавад-гиту, чтобы действительно знать, что вам нужно делать следующим, вам нужен духовный учитель.
Вот и все. Вот и всё. Просто Вьясадева так