Рамешварам. Агни Тиртха
Бхакти Вигьяна Госвами · Рамешварам · 2018
Главы
Кришна. Кришна, Кришна, Рама, Рама. Радхе, Намо вишну-пада ашрам прабху пада, бхакти сиддханта Сарасвати... Срасвати ...1
Значение святыни Рамешварам
Рама. Мы с вами находимся на самой южной конечности Индостанского полуострова.
И Рамешварам — прямое южное святое место, есть четыре дхамы, которые окружают Индостан со всех четырех сторон и помогают людям, живущим на этой земле, присоединиться к энергии дхармы. На севере это Бадарикашрам, на востоке это Джаганнатха-Пури, на юге это Рамешварам и на западе это Дварака.
И Господь Чайтанья в своих путешествиях пришел сюда, уходя из Джаганнатха-Пури, он сказал, что дойду до Сетубандхи. Сетубандха — это другое название для Рамешварама, потому что именно здесь Рама построил свой сету, или мост.
И в Писании говорится, что любой человек, который увидит этот сету, или мост, или окажется в том месте, где начинался этот мост, или так или иначе будет связан с этим мостом, или омоется в океане, который омывал этот мост или даже окунет ноги в этот океан, который омывал этот мост.
Тут человек перейдет на другую сторону материальной вселенной по мосту, выстроенному Господом Рамой. Кришна приходит сюда, в этот мир для того, чтобы дать нам силы и желание пересечь океан материального существования.
И Он же помогает нам это сделать. Кто мы такие, чтобы самим пересечь этот океан?
Даже если мы захотим, полицейский нас вытащит и скажет: «Нельзя на ту сторону, оставайтесь здесь». Не так просто. Но Господь Рама пришел и построил этот мост. Кришна пришел после него, посадил на всем протяжении этого моста деревья и сделал этот мост очень хороший.
И Господь Чайтанья тоже пришел сюда для того, чтобы помочь нам это сделать. И Он пришел, обошел все святые места Индии, в том числе, чтобы показать важность.
Хотя гаудия-вайшнавы не очень большие путешественники, для нас в основном есть Вриндаван, Навадвипа, Джаганнатха-Пури. Иногда мы путешествуем сюда, следуя по стопам Господа Чайтаньи.
Потому что Господь Чайтанья в том числе и учил нас, как постепенно-постепенно менять свое сердце. И придя сюда, в эту Гангу, в это святое место. Он сошел в храм, в который мы пойдем с вами завтра. Его гопура видна отсюда.
Величественный храм Рамешварам, где до сих пор главной является линга, сделанная рукой самой Сита-деви. Я расскажу в двух словах эту историю, чтобы завтра мы делали это с полным сознанием того, что нужно сделать.
Господь Чайтанья, когда обходил эту лингу, Он в настроении Ситы повторял: Рам, Лакшман, Рам, Лакшман, Рам, Лакшман.
Учение Господа Рамы о любви
Неустанно. На самом деле, когда Кришна приходит сюда в своих воплощениях,
Он учит нас одному — любви. В Бхагавад-гите Он говорит, для чего Он приходит: паритранайа садхунам винашайа ча душкритам дхарма-самстхапанатхāртхайа самбхавами йуге йуге.
И когда Он говорит: дхарма-самстхапанатхайа, я прихожу для того, чтобы утвердить дарму, Он имеет в виду высшую дарму души или природу души, природу души любить, природу души быть привязанной, привязанной к Богу в конечном счете.
И Кришна показал эту природу души в самой большей степени, Он не скрывал этого. Рама скрывал это. Так что не всегда можно понять то, чему он учит.
Вернее, люди, которые просто так читают «Рамаяну», они могут понять, что Рама учит дарме, что нужно следовать этикету, что нужно очень четко следовать своему долгу, не укоснительно, не отклоняясь ни на миллиметр. Но на самом деле он учит любви.
Потому что какой смысл в дарме, если за ней не стоит любовь? Какой смысл в долге, если этот долг не связан с любовью? Я хотел рассказать маленький эпизод, связанный с этим.
Сегодня мы пойдем с вами на холм, с которого Рама наблюдал, смотрел на этот океан, на его просторы, там остались до сих пор его стопы, смотрел на Ланку, по совету Вибишины они построили мост.
Варуна, дев, выйдя из вод и поклонившись Раме, попросив у него прощения, сказал: Ты можешь осушить меня и пройти по мне, как посуху.
Но тогда я не смогу тебе служить, поэтому дай мне возможность послужить тебе, построю этот мост. И имя Твое прославится в веках.
Люди будут приходить сюда и будут вспоминать про этот мост, про то, как ты для того, чтобы найти Ситу, ради нее построил этот мост. Вся эта великая война была затеяна из-за любви, из-за любви Ситы и Рамы.
И ради этого был построен гигантский мост, и когда Рам вместе с огромным войском обезьян пришел на Ланку, обезьяны очень обрадовались, потому что Ланка — зеленое место. Там растет множество деревьев, усыпанных фруктами.
И Рам сказал им: Ланка ваша, делайте с ней что хотите. Обезьяны помчались, стали срывать плоды, они лакомились
всем этим. Когда наступила ночь, Рам, чтобы отдохнуть, он положил свои стопы на колени Ангады. Хануман стал массировать его стопы. Лакшман ходил внимательно.
Беседа Рамы о Луне
Вибишина сидел около его головы и шептал ему секреты разные, которые он знал, как победить Рауну, и что нужно знать для этого. А Рам смотрел на Луну. С восточной стороны, то есть оттуда, взошла большая полная луна.
И Рам глядел на нее, как это свойственно всем возлюбленным, всем людям, которые любят. Он спросил у обезьян: как по-вашему, почему на Луне есть черное пятно? И обезьяны стали выдвигать разные предположения.
Кто-то сказал: о, это всего лишь тень от земли, которая падает туда. Кто-то сказал: это след от зубов Раху. Когда Раху набросилась на Луну, она оставила след, и до сих пор этот темный шрам находится на ней.
Самая поэтичная обезьяна сказала: О нет, творец Брахма, когда он создавал богиню любви, он взял самую суть из Луны, и так как он вытащил ее, до сих пор там, где он вытащил ее, находится темное пятно, так как он вытащил квинтессенцию лунного света, чтобы создать богиню Рати, супругу Камадевы. Рам, глядя на Луну, сказал: Слушайте, я скажу вам, почему на Луне есть черное пятно.
Потому что Луна, ее родным братом является яд. Когда пахнули океан, то оттуда появилась Луна, но до того, как появилась Луна, появился яд. И Луна выпила этот яд.
И так как она выпила этот яд, этот яд находится у нее в сердце, у нее появилось это черное пятно, и с тех пор этот яд отравляет сердца всех людей, которые смотрят на нее. Рам имел в виду, что любовь всегда соображена с печалью, с грустью, с тоской.
Он смотрел на Луну перед этой войной на Ланке и думал о Сите.
И Хануман сказал: «Нет, мой господин, ты не прав. В сердце у Луны находится не яд, в сердце у Луны находишься ты, поэтому это не черное пятно. Ты темного цвета».
Разные люди смотрят на этот мир и видят в нем разное, в зависимости от того, что находится в нашем сердце. Мы увидим в этом мире то, что уже находится в нашем сердце.
И когда мы приходим сюда, мы приходим в эти места для того, чтобы научиться видеть этот мир так, как его видел Рам, Кришна, Господь Чайтанья, для того чтобы действительно видеть, что сутью всего является любовь.
Выстрел Рамы по короне Раваны
Или для начала хотя бы видеть его, как Хануман видел этот мир. И тем временем произошла удивительная история: на горе высоко стоял дворец. Вернее, 10-этажный дворец возвышался очень высоко,
но на самой верхушке горы, потому что Ланка представляет собой гору, и на самой верхушке горы был зал для развлечений Раваны.
И перед большой войной Равана, для того чтобы показать, что он нисколько не боится Рамы, отправился в этот зал для развлечений.
Киннары, апсары стали танцевать перед ним. Они били в барабаны, играли на музыкальных инструментах. Равана развалился на своем троне, сидел и наслаждался этим зрелищем.
Рядом с ним сидела Мандодари, которая до этого умоляла его: «Пожалуйста, отдай Ситу, пожалуйста, не вступай в войну с Рамой, ничего хорошего из этого не будет». И Мандодари не находила себе места.
Но Равана делал вид, как будто ничего не происходит. Он хлопал в ладоши, он подбадривал своих музыкантов. И Рам, который находился у подножия этой горы, он сказал: «Похоже, близится гром. Откуда эти звуки?
Скорее всего, это звучит туча, которая надвигается. В кромешной тьме я вижу отблески молнии и звук грома и И эту темную тучу.
И Вибхишана, который находился рядом с ним, сказал: «О мой господин, это не туча, это десятиголовый повелитель Ланки, наслаждающийся музыкой. Это не гром.
Это звук музыкальных инструментов и барабанов, которые бьют кинары, послушные ему; это не блеск молнии, а так играют сережки на ушах Мандодари».
И тогда Рама забавы ради выпустил стрелу. Стрела эта полетела и сбила все короны с голов Раваны. Она выбила серьги из ушей Мандодари и вернулась обратно к Раме.
Все ракшасы, которые находились в этом зале, они стали переглядываться друг с другом, перешептываться: «Это дурной знак, дурной знак, дурной знак! На кону небольшой битвы, на кону небольшой волны короны полетели с головы нашего повелителя, и серьги упали из ушей, выпали из ушей Мандодари».
Равана, чтобы вселить воинский дух в сердца своих генералов и ближайших соратников, захохотал: «Глупцы, чего вы испугались? Даже если головы мои падают, это хороший знак.
На поле битвы будут падать одна за другой мои головы и отрастать снова. Чего вы боитесь? А тут какие-то короны упали». Тайком, чтобы никто не видел, он поднял одну корону, надел себе на голову.
Миссия Ангады во дворце Раваны
Короны прилетели туда к Раме, часть корон прилетела к Раме. Обезьяны перепугались: что это за метеориты летают тут? Рама успокоил их: «Это короны Раваны прилетели сюда». Так
началась эта большая война. И перед тем, на следующее утро, перед тем как начать войну, Рама послал Ангаду. Это очень интересная история и важная для нас. И Рама сказал: «Я даю ему последний шанс.
Отправляйся к нему с посольством и скажи, что я не твой враг, мне от тебя ничего не нужно. Верни Ситу, и я буду защищать тебя. Я буду твоим лучшим другом. И ты сможешь стать моим союзником, никаких проблем нет.
Просто верни Ситу. Ничего другого не нужно».
Прежде чем отправиться туда с посольством, Ангада, исполненный юношеских сил, подошел к Хануману, дотронулся до его лотосных стоп и сказал: «Ты был первым, кто посетил Ланку, я — второй. Я нуждаюсь в твоих благословениях». И Хануман наклонился к нему и прошептал ему на ухо: «Оскорби этого негодяя.
Ангада воодушевлен этим напутствием, который дал ему Хануман, вместе с приказом Рамы, которым он вооружился, отправился на Ланку, залетел в эту крепость. Когда он залетел в крепость, ракшасы в ужасе разбежались.
Все закричали: еще одна обезьяна, еще одна обезьяна, еще одна обезьяна! Встретился с сыном, молодым сыном, юным сыном Раваны — Прахастой.
Они стали бороться, и в какой-то момент Ангада поднял этого Прахасту, шмякнул его об землю, и тот замертво упал. Другие обезьяны сказали: тебе нужно показать дворец Раваны, мы проведем тебя. Не обезьяны, а демоны.
Они провели его во дворец Раваны. Стражники сообщили, что обезьяна пришла и хочет видеть тебя. И Равана сделал знак. Ангаду завели в залу, где Равана держал совет со своими военачальниками.
Он сидел на троне, и Ангаду усадили на почетное место, и Ангада, развернув грудь, сел на этот трон и стал говорить от имени Рамы. Покорись ему, предайся. Ты мой брат, я пришел к тебе из любви к тебе, ты мой брат.
У них отдаленные родственники одни и те же. В конце концов, все мы происходим от Господа Брахмы. Я хочу, я желаю тебе добра.
Отдай Ситу и поклонись Раме, и если ты со слезами на глазах, с раскаянием попросишь его защитить, он будет защищать тебя. Предайся Раме, предайся Раме. Равана захохотал.
Кто это, что это за обезьяна напрашивается ко мне в родственники? От чьего имени ты говоришь, глупец, мальчишка? Говоришь от имени какого-то Рамы. Скажи: сначала назови, кто ты, чей ты сын.
И в этот момент Ангада, слегка прищурив глаза, сказал: моего отца зовут Бали. Тебе говорит что-нибудь это имя? У Раваны были давние отношения с Бали. Бали был очень могучим. И Равана узнал, что любой, кто подходит и у...
У Бали было благословение: что если кто-то пытается сражаться с ним и становится прямо перед ним, то половина его силы автоматически переходит к Бали. Ко всей той силе, которая у него была, еще половина силы от его противника переходит.
Поэтому Равана подумал, что дай-ка я его за хвост прищучу. Слишком уж он сильный, надо ему доказать, кто тут главный. Мы знаем, что Бали поклонялся своей шалограмме-шиле в четырех местах.
Как раз в этих четырех местах — Бадарикашрама, в Джаганнатха-Пури, в Рамешваре и в Двараке — он перелетал оттуда, и пока он не поклонился в четырех святых местах, он не ел и не делал никаких других вещей, он совершал свою пуджу.
И однажды, когда он сидел, как раз это было в Джаганнатха-Пури, насколько я помню, или где?
Нет, в Двараке, в Двараке, он сидел и поклонялся своим шалаграм-шилам в Двараке, Равана тайком сзади подкрался к нему и схватил его за хвост. И подумал: о, как здорово! Он стал тащить на себя хвост Ангады.
Вдруг он почувствовал, что вместо того, чтобы тащить на себя хвост Ангады, что этот хвост тащит его. Он пытался его тянуть, но хвост его тянул в другом направлении. Он его оттягивал изо всех сил.
Хвост его тянул, и в конце концов Бали обмотал его своим хвостом и поставил себе подмышку, положил себе подмышку, прижал его, так что голова Раваны торчала отсюда, а ноги торчали с другой стороны. И довершил свою пуджу. Как ни в чем не бывало.
В конце концов Равана взмолился и сказал, что мы друзья, давай будем союзниками. Пожалуйста, прости меня, все будет хорошо.
И когда Равана спросил у него, как зовут твоего отца, Ангада, опустив глаза, сказал: моего отца зовут Бали, тебе это имя что-нибудь говорит?
Равана слегка отвел глаза и сказал... А да, Равана решил ответить ему колкостью в ответ на колкость, он сказал: О, верный сын своего отца! Потому что Равана уже знал, что Рама убил Бали.
И сейчас его сын от имени Рамы пришел и говорит, как посол, сказал: о, верный сын своего отца! А не мог бы ты мне сказать, как поживает твой отец? Как его здоровье? Хорошо ли он здравствует?
Ангада посмотрел на него и сказал: через пару дней ты сам у него об этом спросишь. Сам можешь осведомиться у него, как его здоровье! О глупец!
Испытание со стопой Ангады
Так они обменивались любезностями. Это происходило в течение долгого времени. На каждую колкость другой отвечал колкостью.
В конце концов Равана разъярился. Он крикнул своим воинам и министрам, которые сидели и присутствовали
при этом: схватите его, схватите! И тогда Ангада поставил свою ногу и сказал: любой, кто сдвинет мою ногу... Я клянусь, я обещаю, если кто-то сдвинет мою ногу, Рама уйдет отсюда и попросит прощения у вашего повелителя Раваны.
Он скажет: пусть Сита остается здесь. И он вернется к себе: попробуйте сдвинуть мою ногу. Все обрадовались страшно. Такой шанс - золотой шанс.
Я могу спасти всю расу ракшасов. Мне нужно только чуть-чуть сдвинуть ногу этой обезьяны.
И одна за другой обезьяны, генералы армии Раваны, стали кланяться к ногам Ангоды. А Ангада, как ни в чем не бывал, держал свою ногу. Они думали: как хорошо, нам нужно просто сдвинуть эту ногу. Один за другим они подходили к этой ноге, кланялись, пытались двинуть, возвращались на свое место, потупив голову.
В конце концов, Мегананда, могучий сын Раваны, подскочил и стал ухватываться за эту ногу и ничего не смог сделать.
Ангада гордо стоял, выпрямившись, глядя, как одна за другой, ракшаса, один за другой ракшаса кланяется в его стопу, и в этот момент Равана не выдержал, он встал со своего трона и он отправился, чтобы
поклониться Ангаде. В этот момент Ангада взлетел Вверх. Вверх. И сказал: нет-нет. Я пришел сюда для того, чтобы передать, кому ты должен кланяться. Так просто тебе не удастся избежать своей судьбы.
Ты должен поклониться моему господину. Нет, и не должен кланяться. Ангада ушел оттуда.
И в этот момент Кайкаши, престарелая мать Раваны, стала уговаривать его: сынок, пожалуйста, отдай Ситу, отдай Ситу, отдай Ситу. Равана с его упрямством на самом деле олицетворяет упрямство об условленной души.
Как Шрила Прабхупада в одном месте, он сказал, что у нас есть это иррациональное нежелание предаться Кришне, абсолютно не имеющий никаких рациональных оснований, нежелание предаваться Богу.
И Равана олицетворяет эту вещь. Он ни в какую не хочет. Все уговаривали его.
Рама обещал ему защиту, сам Рама, сам Рама говорил: предайся мне, с тобой ничего не будет, тебе не нужно будет ничего бояться, но Равана не хотел это делать.
Начало битвы на Ланке
И когда Ангада вернулся, то Рама сказал: нужно выступать. Тем временем Равана отдал приказ, чтобы все ракшасы начали бить барабаны, таким образом, вселяя ужас в сердца обезьян.
Ракшасы схватили барабаны, огромные барабаны, жуткие, гигантские, стали бить. Когда обезьяны услышали эти барабанные звуки, барабанную дробь на другой стороне, то они только еще больше обрадовались. Они стали издавать воинственные крики Аа! И ракшасы в какой-то момент перестали слышать звук барабанов и слышали только крики обезьян. Их сердца сжались от ужаса, от страха.
Началась эта первая битва, когда Хануман и Ангада заскочили в Ланку и стали с четырех сторон, с четырех ворот Ланки, 4 группы обезьян, 4 армии обезьян стали пробивать эти ворота.
Тем временем Ангада и Хануман запрыгнули в саму Ланку и стали рвать на части демонов. Первый день кончился, и половина армии Раваны было уничтожено в результате этого первого дня.
Равана созвал военный совет и спросил, что мне делать, скажите. А опять какие-то трезвые головы стали советовать ему: Отдай Ситу, что тебе еще делать? Что еще можно делать? Равана опять не послушался.
И тогда кто-то шепнул ему на ухо. И Равана возликовал. Он вознаградил своего советника за этот совет и позвал себе самого большого мага, который у него был. Его звали Видьюдджихва. Тот, чей язык подобен молнии.
И он велел этому Видьюдджихве: Сделай голову, которая будет точь-в-точь как голова Рамы. И сделай лук, который будет в точности как лук Рамы, и стрелы в точности как лук Рамы.
Рано утром на следующий день Равана отправился в Шокаван, в тот сад, где сидела Сита.
И он сказал этому Видьюдджихве держать с собой эту голову, и сказал ему, что когда я позову тебя, прячься здесь в кустах, когда я позову тебя, то брось эту голову к ногам Ситы.
Встал перед Ситой и сказал: у тебя больше нет никакого другого выхода. Рама мертв, и Лакшман тоже мертв.
Они строили мост, они так устали от строительства моста, что они уснули, а ночью мои ракшасы вышли из ворот нашей крепости и перебили их всех.
Они убили Раму, Лакшману, они убили Ханумана. Никого не осталось в живых, и если ты не веришь мне, то полюбуйся. И он кликнул этого демона, волшебника, и тот вышел и бросил к ногам Ситы голову Рамы.
Теперь представьте себе на мгновение состояние Ситы. Сита взяла эту голову, она посмотрела на эти глаза Рамы — та же кожа, те же самые глаза, все то же самое.
Она стала прижимать эту отрубленную голову к себе к груди и стала говорить: «О, Хайкей, ты добилась своего. Этого ты хотела. Как будет жить отныне Барата? Как будет жить Шатрубна? Что будет?
И все из-за меня, все это случилось из-за меня. Равана стоял и хохотал, он взял лук, лук, сделанный этим видением, и бросил ей и сказал: Посмотри, ты любуйся, это лук твоего мужа, оружие твоего мужа.
Сита сказала: «Убей меня прямо сейчас, на месте, отправь меня туда. Она стала причитать и плакать, и рыдать, и говорить: «Почему ты покинул меня раньше, почему не взял меня с собой?
Я грешная женщина в прошлой жизни, я разлучила кого-то с его супругом, а теперь я страдаю из-за того же самого.
И в этот момент посланец прибежал к Раване, шепнул ему на ухо: «Война начинается. Следующий день войны начинается». И Равана быстро-быстро убежал, голова куда-то исчезла, непонятно куда.
А Сита — все равно, она не поняла, она все равно рыдала и каталась. И вот из кустов вышла жена Вибишаны. Сказала: «Я знаю, я слышала все то, что говорил Рама, не бойся, Сита, не бойся.
Победа Рамы над Раваной
Это всего лишь навсего магический трюк. Так продолжалась эта страшная война, которой нам нет возможности долго рассказывать, и в конце концов,
Равана был убит, голова одна за другая его падали, но новые головы отрастали, и тогда Вибишана шепнул ему, что его невозможно убить таким образом. Нужно пронзить его сердце особой стрелой, прочитав мантру.
Помнишь, Агастья Муни дал тебе эту мантру? Если ты сейчас прочитаешь эту мантру и зарядишь этой мантрой стрелу, то стрела вонзится ему в сердце, осушит нектар бессмертия, который находится у него в сердце.
Рама — тот же Рама — вспомнил эту мантру. Адитья-хридая-стотра. Агастья Муни научил его этой мантре. Эта мантра до сих пор есть, считается, что это самая могущественная защитная мантра.
До сих пор преданные повторяют эту Адитья-хридая-стотру для того, чтобы выйти победителем из сложных ситуаций, для того, чтобы преодолеть какие-то трудности.
И Рама прочитал Адитья-хридая-стотру, молитву, обращенную к богу Солнца, выпустил стрелу. Стрела эта пронзила сердце Раваны, и Равана рухнул, как подкошенный. И в этот момент Вибишина заплакал.
Когда он увидел, что его брат умер, он стал оплакивать его, Мандодари вышла и стала своими волосами утирать кровь его тела. И Рама стал утешать Вибхишану. Рама стал говорить: зачем ты оплакиваешь его, он умер как герой.
И душа его наверняка очистилась от всех грехов. Соверши последние обряды для того, чтобы помочь его душе вернуться в духовное царство. Так случилось это, кончилась это история.
Но на самом деле история не кончилась, потому что следом за этим Рама послал Ханумана за Ситой. Хануман отправился к Сите.
Хануман сказал: 10 месяцев ты была здесь, на Ланке, 10 месяцев каждый день ты думала о Раме. Он ждет тебя, Он зовет тебя. Нарядись в самую лучшую одежду и приди к Нему. Сита закричала: Какие одежды?
Я приду к нему так, в том самом грязном сари, в котором я находилась все эти 10 месяцев, которые я не меняла, я приду к нему, он обнимет меня, и все пройдет.
Хануман сказал: эй, нет, Рама велел тебе надеть самые лучшие драгоценности, предстать перед Ним в своем самом лучшем наряде. Сита, послушная жена, омылась, одела свое самое лучшее сари, нарядилась во все драгоценности.
И Хануман организовал паланкин, и на паланкине ее привели к Раме. Когда Рама увидел эту процессию с паланкином, посмотрел на этот паланкин и спросил Лакшмана, почему эта женщина едет в паланкине? Сита сошла с паланкина.
Все радовались, ликовали, все увидели Ситу.
Но лицо у Рамы было каменное, Сита хотела было броситься к нему, но она остановилась, потому что увидела его каменное лицо. Своим каменным лицом Рама сказал: О, дочь царя Джанаки. Я сделал все то, что должен был сделать супруг. Я освободил тебя из плена этого Ракшиса. Теперь можешь идти куда хочешь.
Сита ничего не понимала. Слезы сами потекли у нее из глаз. Лакшман заплакал, Хануман зарыдал, все плакали, и только Рама стоял, не шелохнувшись: ты можешь отправиться к Бхарате, может быть, он приютит тебя, ты можешь отправиться к Шатругне. Или в лесу есть много отшельников, они будут рады принять тебя в своих ашрамах. Отныне ты свободна, иди куда хочешь.
Никто не мог ничего понять.
Рама тогда сказал: Я не могу принять женщину, которая десять месяцев находилась в доме другого мужчины. Сита стала бить себя руками в грудь. Она зарыдала, она распустила волосы и сказала, если я хоть одну секунду думала о ком-то другом.
Слушайте, костер, соберите все дрова, которые есть. Я войду в это пламя. Если я хотя бы одну секунду не думала о своем господине, то меня сможет очистить этот огонь. Огонь сожжет мое тело.
Но если я была верна ему, то я выйду невредимой. И Лакшман, рыдая, стал собирать этот костер. Рам отдал ему приказ, не шелохнувшись, собрал огромный костер. И Сита с гордо поднятой головой вошла в пламя.
Вся ахнула, когда она зашла в пламя. И в этот момент Рам не выдержал. Рам тоже стал плакать. Прошло несколько долгих мгновений. Сита находилась в этом пламени, огромном, достигающем небес пламени этого костра,
и вдруг появилась сияющая фигура Агни Дева, которая вела за собой Ситу. Подвел ее к Раму и сказал: Прими ее, она абсолютно безгрешна. Место, рядом с которым мы с вами живем, называется Агни Тиртха. Агни Дев.
Так как ему пришлось провести эту Агни-парикшу или испытание огня, он считал себя грешником. Он спросил у великих мудрецов, что ему делать, чтобы очиститься от этого греха.
И мудрецы сказали ему: омойся здесь, в океане, и ты сможешь смыть с себя этот грех. С тех пор считается, что омовение здесь, в этом месте, с тех пор считается, что омовение здесь, в этом месте, приносит особое благо человеку.
И если у нас есть какие-то оскорбления, Агни Дев считал себя оскорбителем. Если у нас есть какие-то оскорбления, то со смирением
Установка Шива-лингама в Рамешвараме
омываясь в этом месте, мы сможем смыть с себя оскорбления. Это была Агни-парикша. А сам Рам, воссоединившись с Ситой, созвал совет и стал спрашивать, а мне-то что делать? Я убил великого брахмана. Равана был брахманом.
На мне лежит этот грех брахма-хатья.
И Агастья Муни, тот самый, с помощью которого, благодаря мудрости которого, совету которого, молитве, мантре, которую он дал, Рам победил, Агастья Муни сказал: Ты должен здесь, на этом месте, не отходя далеко, поклониться Шиве.
И нам сказал: как я поклонюсь Шиве? Агасти сказал: для этого нужно принести Шива-лингам из Гималаев. И Лакшман сказал: я полечу, я полечу. Он уже летал в Гималаи во время этой войны. Ему было не впервые.
Он отправился в Гималаи, он нашел там Шива-лингам, попросил у Господа Шивы разрешение и много других приключений случилось с ним по пути.
А время шло, и Агастья Муни сказал, что поздно, мухурта, благоприятная мухурта пройдет, тебе нужно сделать эту пуджу прямо сейчас. И тогда сама Сита сделала этот лингом из песка.
Простой маленький лингам. А Господь Рам сказал Хануману: ты должен принести лингам, который будет больше всех лингамов на свете. Лингам, которому я поклоняюсь, должен быть больше всех, принеси оттуда.
В нужное время Рам совершил эту пуджу маленькому лингому из песка, который сделала Сита. Тем временем, когда пуджа была закончена, Хануман пришел к гигантским лингамам. Огромным. Все поразились.
А Хануман огорчился. Он говорит: как так? Я принес лингам, кто будет ему поклоняться? И Рам пришел ему на помощь.
Он сказал: хорошо, мы установим его на том месте, где Сита сделала лингам, убери этот лингам, который сделала Сита, и мы поставим там тот большой лингом, который ты принес.
И он взял его, а он обмотал его хвостом и попытался сдвинуть, но как он ни тужился, ничего у него не получилось. И Рам сказал: ну, видишь, Хануман, не судьба, придется этому лингаму оставаться здесь.
Хануман понял, что Сита-деви — она сама энергия любви и преданности. Если она делает что-то, то никто не сможет сдвинуть это. Вот. И когда...
И после этого Рам омылся, и чтобы после пуджи, потому что, ну, после пуджи принято омываться, или до пуджи, даже до пуджи он омылся. Да, да.
Священные колодцы и омовение
На самом деле, до Пуджи он омылся. Чтобы иметь честь омыть Раму, все святые места пришли сюда. Ганга, Сарасвати, Ямуна, самые святые реки пришли сюда. И до сих пор в этом храме есть 22 колодца.
И вода в каждом из этих колодцев разная. Она имеет разный вкус, разные свойства. И поэтому по традиции люди, приезжая сюда для того, чтобы смыть себя грехи, они омываются в море и в мокрой одежде идут
туда — в этот храм, где стоит с лингом, установленный Ситой. Потом омываются в каждом из этих колодцев. Каждого колодца, 22 колодца, там есть ковшики, можно мыть, потом все переодеваются и идут поклониться этому лингаму.
Это то, что мы будем делать завтра. Это будет. И тогда уже точно все будет у нас хорошо. Полицейские будут радоваться, будут падать к вам к ногам и говорить, помойтесь еще, так
что завтра у нас будет маха-маха-абхишека. Будем омываться во всех этих святых водах. В одежде. Все в одежде. В полном обмундировании. А потом можно переодеться. Там есть специальные комнаты для переодевания.
Вместе с огромным количеством индусов и индусок. Ну, не знаю, как вы будете переодеваться, там Там все предусмотрено, все делают тут это омовение. Господь Чайтанья делал.
И потом, вспоминая о Господе Раме и о любви к Сите, и о том, как он хотел всему миру продемонстрировать ее чистоту, ее целомудрию. Представьте себе, как тяжело ему было это делать.
За несколько ночей до этого он, глядя на Луну, говорил, что яд приходит в мое сердце, и я не могу спать от любви, от тоски. Вот нам надо идти в наше парикраму. Нас уже ждут святые места.
Мы отправимся в четыре места к лотосным стопам Господа Рамачандры,
Рама-тиртху, Лакшман-тиртху, где они омывались, и рам-кунду, где большой камень — а, да, еще одну вещь забыл вам сказать, что, когда они построили этот мост, все так или иначе соревновались за честь, что этот мост был построен.
Нала, великий архитектор, который построил этот мост, он осматривал всех. Я сконструировал этот мост.
Обезьяны и Хануман, которые приносили камни и бросали их, они говорили: мы сделали этот мост и камни плавали благодаря нам. Океан говорил, ну я же обещал, что я буду держать камни.
Господь Шива говорит: Глупцы думают, что камни плавали, потому что их приносил Хануман. Глупцы думают, что камни плавали, потому что их держали опоры, построенные навыки.
Глупцы думали, что камни плавают, потому что океан поддерживал их, глупцы плавали, камни плавали, потому что Рам этого хотел. Рам даёт возможность нам проявить свои силы. На самом деле все делает он.
Пойдёмте, наше паломничество.