Живые Эфиры. Совершенство

Bhakti Vijnana Goswami · 1998

Chapters

Представления о совершенстве в культуре

Мне хотелось поговорить сегодня немного о том, что такое совершенство, и как его достичь, о том, какой смысл мы вкладываем в это понятие. И о том, к чему мы все стремимся.

Интересно, что само понятие совершенства, хотя, казалось бы, оно является достаточно распространенным, и у всех на устах или по крайней мере у многих может быть совершенно разными, концепции совершенства могут быть совершенно различными и хотелось бы сначала описать каким образом понимается совершенство в современном мире как обычно понимает совершенство современный человек совершенство для нас с вами для людей выросших в западной культуре или в русской культуре, которая в общем-то тоже в значительной степени сформирована под влиянием западных идей в данный момент.

Для нас с вами совершенство и само понятие совершенства подразумевает некий бесконечный прогресс, некое бесконечное развитие. Практически, у совершенства нет предела по определению, и совершенство — это то, к чему можно только стремиться, никогда его не достигая.

Более того, само по себе понятие совершенства подразумевает изменения, подразумевает трансформацию, подразумевает постоянные улучшения. И мы можем видеть, что весь мир находится в этой погоне за совершенством.

Все совершенствуется постоянно, все постоянно меняется, все постоянно улучшается, расширяется, углубляется и так далее.

И движимый этим представлением о совершенстве мир находится в постоянном движении, и люди сам по себе поиск совершенства как бы вольно или невольно приравняли к совершенству как таковому, потому что совершенство и поиск совершенства в наших с вами устах - это практически синонимы.

Что интересно, что такое представление о совершенстве далеко не всегда бытовало в человеческом обществе, и более того, это результат достаточно недавнего исторического достижения, достаточно недавнего

исторического периода и впервые очень ясно, отчетливо, и даже я бы сказал, откровенно

Сформулировал эту идею никто иной, как Ницше. Именно Ницше со всей, как бы, голой откровенностью сказал, что в сущности Бог мертв. И что люди убили Бога.

Люди совершили это самое убийство Бога, но не в силах до конца отдать себе отчет о всех последствиях этого события и в каком-то смысле он был прав, да, в некий момент люди или человечество в своем историческом развитии решило освободиться от ставшего ненужным Бога, от обузы, которую представлял собой Бог. И не все очень, как я уже сказал, откровенно сформулировал все последствия этой идеи.

Он сказал, что убийство Бога или смерть Бога, которая произошла или свершилась на глазах его поколения или поколение людей до него освобождает человека полностью и раскрывает ему возможность превратиться в сверхчеловека.

Вы помните, что он вел этот знаменитый термин уберменша или сверхчеловека. Отныне мы можем, мы абсолютно свободны.

Над нами нет никого, кто ограничивал бы наш рост, и мы можем развиваться до бесконечности, мы можем достичь этого совершенства в своем развитии и превратиться в нечто, чем мы сейчас не являемся, превратиться в расу сверхлюдей, прыгнуть выше собственной головы, трансформироваться и в конце концов самим стать Богом.

Иерархия бытия и признание Бога

Именно эта идея, сформулированная с такой откровенностью, и лежит в основе нашего с вами, как это ни странно, представления о совершенстве как о вечном прогрессе, как о вечном изменении и вечном улучшении.

Как видим, такое представление о совершенстве и о прогрессе самым непосредственным образом связано с одним очень небольшим моментом.

Для того чтобы ввести такое представление и жить в соответствии с таким представлением, нужно устранить Бога.

Потому что если Бог существует, и Бог по определению совершенен, и Бог создал иерархию, в которой мы находимся, и отвел нам определенное место, то если мы разделяем такие представления, то совершенство в такой системе ценности или при таком взгляде на мир понимается совершенно по-другому.

Мы можем видеть, что еще, скажем, где-то до конца 17—начала 18 века в Европе царили именно такие представления.

В Европе, в европейской западной философской мысли была сформулирована теория или представления о великой цепи бытия или о мироздании, миропорядке, в котором все существует.

Этот миропорядок, извечный миропорядок, по которому построена вся Вселенная, представлял собой строгую иерархию, и венчал эту иерархию Бог, совершенное живое существо.

А все остальные живые существа занимали какие-то свои места на этой лестнице, в этой иерархической структуре.

И мы могли видеть, что эти представления отражались на государственном устройстве, когда во главе всего стоял царь, под ним стояли князья, бароны или другие люди, занимавшие какое-то место в иерархии, под ними стояли еще кто-то.

Те же самые представления переносились на животный мир, когда у животных был лев — царь зверей, и другие звери по определению, по самой своей природе занимали низшее подчиненное положение.

Если мы принимаем такую иерархическую структуру, как данность, как то, что дано изначально от Бога, и отражает Его волю и закон, миропорядок, то тогда соответственно понятие совершенства и развитие при такой данности заключается не в том, чтобы прыгнуть выше себя, не в том, чтобы изменить свое положение, не в том, чтобы перейти с одной ступеньки иерархической лестницы на другую, а в том, чтобы находясь на своем месте, исполнять свой долг самым совершенным образом. И именно эти два представления о совершенстве, два взгляда на мир приходят и находятся в очень серьезном противоречии друг с другом.

Мы можем видеть, насколько ближе и насколько дороже нашему сердцу вот эти вот самые представлениях, в общем-то, сформулированные Ницше.

Ницсе не то чтобы сформулировал эти представления, он скорее очень откровенно высказал их.

И он же сам критиковал людей за то, что они, убив Бога, не смогли подняться до своего преступления, не смогли стать достойными своего преступления, не смогли открыто и откровенно поглядеть в глаза и сделать все выводы, которые нужно было сделать после того, как они совершили это преступление.

Они убили Бога где-то в начале 18-го или в течение 18-го или в 19 веке этот процесс полностью завершился. Они убили его в своем сознании, но тем не менее они робко по-прежнему продолжали

как бы поклоняться Богу, они не отвергли этой самой идеи, и нужно было прийти Ницше, чтобы он смог с такой пугающей откровенностью сформулировать все это и сказать, что Бог мертв, кому вы поклоняетесь?

Отныне ваши церкви, в которые вы ходите, это всего лишь надгробные камни над могилой Бога. И вы поклоняетесь мертвому Богу. Не нужно поклоняться мертвому Богу.

Теперь вы сами должны стать богами, вы сами должны превратиться в сверхчеловека, вы сами должны бросить вызов этому застывшему миропорядку, этому порядку вещей и превратиться в нечто, чем вы не являетесь, стать сверхчеловеком и таким образом обрести счастье.

Вернее, даже не обрести его, а забрать его, узурпировать это счастье, забрать его у природы, отобрать его у судьбы, которая так долго мешала вам быть счастливыми. Эта откровенность Ницше испугала очень многих.

И по-прежнему люди боятся признаться себе в том, что именно таковы должны быть последовательно сделаны проведенные выводы из того, что они сделали.

Люди боятся действительно посмотреть правде в глаза, но в то же время они придерживаются этих представлений о совершенстве, но робко пытаются так или иначе совместить это с понятием Бога, с представлением о Боге.

Однако представление о существовании Бога, о бытии Бога подразумевает совершенно другое отношение.

Понимание своего истинного долга

Они подразумевают то, что да, действительно совершенство в этом мире есть. И совершенство это заключается в том, чтобы исполнять свои обязанности. Не пытаться прыгнуть выше себя, не пытаться стать чем-то,

чем мы не являемся, а попытаться стать именно тем, чем мы есть на самом деле, попытаться увидеть замысел и волю Бога, волю провидения в том, что есть у нас.

Не пытаться изменить свою судьбу, а попытаться при той данности, при тех начальных условиях, которые у нас есть, стать счастливым в том положении, в каком мы есть, и мы можем видеть, что можно любить или не любить другое, то или иное философское течение или философские представления. Можно пытаться спорить с ними, отстаивать, исходить из каких-то абстрактных теорий или еще чего-то.

Но мы можем видеть как именно такое представление о совершенстве, как о чем-то, о стремлении к чему-то, чем мы на самом деле не являемся, о совершенстве, как о преобразовании самого себя, как это представление поломало судьбы многих и многих миллионов людей, как это многие миллионы людей сделало несчастными, как оно обрекло их на постоянные эксперименты над самим собой, над другими людьми, на насилие над самим собой.

Мы можем видеть, как действительно этот миропорядок, который существовал в течение веков, столетий и даже тысячелетий в мире начал рушиться, мы можем видеть, как Шекспир, стоявший где-то вот на промежуточном этапе между одним взглядом на мир и другим взглядом на мир, как он воспринимал такое отношение к миру, как трагедию.

В сущности, трагедии Шекспира являются отражением именно вот этого вот возрения. Он видел, как порядок крушится. Он восклицал: «Прервалась связь времен».

И вот эта прерванная связь времен, которая выражалась в бунте, восстании на существующий порядок, практически можно проследить во многих его трагедиях,

будь то «Король Лир», или «Отелло», или еще какие-то другие трагедии, мы можем видеть, что все эти трагедии, и, собственно, результат трагедии

появляется в том случае, когда человек восстает, восстает на существующий порядок вещей, пытается улучшить его.

Мы можем видеть, как эти попытки улучшить, как сейчас есть знаменитая распространенная теперь поговорка? Хотели как лучше, а получилось как всегда.

Это вот, как раз как бы закономерный итог столетий, попыток пары столетий, 200 лет попыток человека улучшить что-то, в результате которого все получается, как всегда.

Поэтому не лучше ли действительно взглянуть на мир по-другому. Не лучше ли попытаться уже увидеть гармонию и порядок в этом мире?

Не лучше ли посмотреть на свое место в этом мире и попытаться определить именно свой долг, попытаться найти то самое свое место, которое мы должны с вами занимать.

Не лучше ли быть честным перед самим собой и не строить какие-то абстрактные теории совершенства, не ставить перед собой какие-то странные, напыщенные, выдуманные идеалы и делать их своими целями, и пытаться осуществить эти идеалы или идеи, немыслимые идеалы, идеи и добиться чего-то.

Не лучше ли попытаться прекратить эти безнадежные, глупые и довольно-таки отчаянные попытки стать тем, чем мы не являемся.

Ключ к счастью в Бхагавад-гите

Не лучше ли просто глубже заглянуть вглубь собственного сердца и понять, что же мы есть на самом деле, кто мы есть на самом деле и в чем заключается наш долг.

В сущности, философия Гитаны сводится именно к этому. Чтобы избавиться от страданий этого мира, чтобы стать по-настоящему счастливым, прежде всего, человек должен понять, кто он. До тех пор, пока мы не поймем свою истинную природу, свое истинное положение, место в этом мире, мы не сможем стать по-настоящему счастливыми, и страдания будут преследовать нас.

На самом деле ключ к настоящему счастью, к истинному счастью в этом мире, это определить, что же я есть, что я есть на самом деле, что я есть в материальном смысле и какое место я должен занимать здесь, в материальном мире, чтобы быть счастливым. И что я есть прежде всего в духовном смысле, какова моя духовная природа и каково мое истинное место?

Потому что здесь, даже если мы сможем обрести какое-то временное счастье и быть в течение какого-то времени счастливыми, все равно суровый закон природы, неумолимое время лишат нас этого счастья и заставит нас отказаться от всего того, что нам дорого.

Поэтому в конечном счете нужно понять, что мы есть. Нужно понять свое настоящее место, свой долг, то, что мы должны делать на этом месте, не пытаться улучшиться или достичь какого-то немыслимого идеала.

На самом деле истинное совершенство, истинное улучшение, истинная эволюция человека заключается в том, чтобы понять, кто я есть, что я есть и каков мой долг, каковы мои обязанности.

И в сущности, в этом и заключается философия Бхагавад-гиты. Да, действительно, мы можем видеть, и мы видим иерархию живых существ. И мы можем видеть, что как бы ни стремился червяк превратиться во что-то другое.

Он не сможет превратиться, хотя, может быть, эволюционист и будет возражать нам на это.

Он, может быть, и скажет, что желание может превратить червяка в прекрасную бабочку, а бабочку, в свою очередь, в павлина, павлина, обезьян, обезьян, человека. Но в реальности-то этого не происходит.

В реальности червяк остается червяком, павлин остается павлином, а человек остается человеком.

И точно так же, как обезьяна не превращается на наших глазах в человека, а остается обезьяной, точно так же и человек не превращается в сверхчеловека, даже если он в своих фантазиях решит, что Бог умер, и что отныне Он свободен и может стать сверхчеловеком.

Он станет просто очень несчастным человеком, как им и был Ницше, несмотря на свою замечательную философию и свои замечательные теории, он сам не стал сверхчеловеком.

Поиск духовного наставника

И единственное, что порождает его философия, это фашизм, и принесла неисчислимые страдания сотням миллионов людей, вот к чему приводят наши попытки перестать быть тем, что мы есть на самом деле.

И вместо того, чтобы честно признаться себе в том, что мы собой представляем, и быть тем, что мы есть на самом деле. И стараться быть этим честно, хорошо, исполняя свой долг и служать другим на своем месте.

Мы пытаемся прыгнуть выше головы, вытянуть себя, как барон Мюнхгаузен, за волосы из болота материального существования.

Мы сможем вырваться из этого болота, мы сможем стать по-настоящему счастливыми, но для этого сначала мы должны перестать сами вносить какие-то помехи в это все.

Сейчас мы просто мешаем себе своими отчаянными попытками, точно так же, как человек, который пытается выбраться из болота сам по себе, который просто отчаянно бьется в этом болоте, все глубже и глубже увязает в нее.

Вместо этого мы должны протянуть руку тому, кто стоит на твердой почве, ухватиться за его руку, протянутую нам, и таким образом выбраться из этого болота.

Мы должны найти такого совершенного человека, совершенного человека в том смысле, что он осознал свое истинное положение, свое истинное место в этом мире и в духовном мире, свое истинное место в иерархии этого мира и в небесной иерархии, и ухватившись за руку этого человека, обрести какую-то твердую почву у себя под ногами.

Это именно то, что дает человеку такое представление о мире.

Если он понимает, что да, сейчас я занимаю свое место, и я смогу быть счастливым только тогда, когда я действительно буду занимать свое место, и пойму, в чем состоит это место.

Именно такое представление дает нам настоящую опору в жизни. А без опоры в жизни кто может быть счастлив?

Кто может быть счастлив, витая в непонятных облаках и стремясь к непонятному совершенству, у которого нет ни начала, ни конца, и которое все представляет собой совершенно дурную бесконечность, не имеющую никакого направления.

Мы можем видеть, что те же самые представления о так называемом совершенстве в современном мире тоже ни к чему хорошему не приводят.

И еще далеко не факт, что то совершенство, к которому мы идем, постоянно меняя технологию, так сказать, улучшая и совершенствуя ее, сделает кого-то счастливыми.

Вот, пожалуй, несколько мыслей, которыми мне хотелось поделиться с вами, прежде чем мы начнем отвечать на ваши вопросы, о том, что есть разные взгляды на этот мир, и что по-разному можно смотреть совершенство, видеть совершенство, понимать совершенство, по-разному можно смотреть на свое место в этом мире, видеть место в этом мире, по-разному можно понимать свой долг. И в зависимости от того, как мы будем понимать, как мы будем формулировать эти представления, мы будем жить по-разному.

И последствия, соответственно, тоже будут разными, и мы все будем расплачиваться за это.

Поэтому иногда стоит посмотреть вглубь и переоценить какие-то элементарные понятия, которые кажутся нам достаточно очевидными. Посмотреть по-новому на все это.

И, собственно, ради этого мы и вещаем в эфир, ради этого мы пытаемся отвечать на ваши вопросы и на наши вопросы, которые периодически возникают у нас в уме.

Восприятие святого имени животными

Хорошо, теперь мы можем перейти к ответу на вопросы. Алло? Алло, здравствуйте. Добрый день. Мне бы хотелось задать на один вопрос. Пожалуйста.

В одном из живых эфиров ведущий рассказывал такую историю. Я ее приведу здесь вкратце, чтобы никого не задерживать. У одного человека была собака.

И потом он куда-то уехал, а в его отъезд ее не кормили, она поэтому сбежала.

А потом у него было такое видение, что ему являлся Бог, он как бы отнаблюдал со стороны, и что он видел, что его собака рядом с Богом танцует, и что он ее ходит как космос, она поет маха-мантру. Вот такая была история.

Потом в другом живом эфире ведущий говорил, что если мы заведем собаку или кошку и будем ей читать «Бхагавад-гиту», то она ничего не поймет, и все равно мы только зря потеряем время, потому что ее сознание глубоко спит, и она не будет этого воспринимать.

Но ведь имя Бога так же могущественно, как Он сам, выходит, и во время живого общения с Ним ее сознание может пробудиться, а при повторении Его имени она не пробудится? Вот у меня такой запрос. Хорошо.

Имя Бога, безусловно, так же могущественно, как Он сам. Но к сожалению, в зависимости от того, кто произносит это имя Бога, могущество этого имени может быть проявлено по-разному.

В зависимости от чистоты передатчика, от того, насколько чист человек, произносящий это имя, потенция, заключенная в этом имени, может проявляться в большей или меньшей степени.

Говорится, что имя - это личность, и как личность

оно может проявлять свою собственную волю, то есть оно может проявить полностью все свои возможности и таким образом трансформировать человека, и преобразить, и очистить его сердце мгновенно, либо оно может проявить отчасти свои способности, либо может вообще не проявлять своих способностей, а как бы втянуть их внутрь себя.

Говорится, что если имя Господа произносит человек,

который находится в оскорбительном умонастроении, у которого состояние ума, образ мысли оскорбительный, то имя может по своей воле не захотеть проявить своих способностей.

Соответственно, это все имеет непосредственное отношение к вашему вопросу. Если я скажу Кришна, то на большинство людей это вряд ли произведет какое-нибудь сильное впечатление.

Вряд ли им покажется, что в этот момент вдруг загремела молния, разразился гром, и молния ударила, и вдруг все осветилось, то, что раньше было, находилось во тьме.

Но если сам Верховный Господь — а Шри Чайтанья Махапрабху, историю жизни которого вы рассказали нам не совсем правильно, но тем не менее, — если это имя произнесет сам Господь, то это имя обладает гораздо большей возможностью.

И точно так же великие, чистые преданные, есть много историй того, как,

скажем, великий преданный, не только сам Господь Чайтанья, но и Его великие последователи, преданные, произносили эти имена, и благодаря тому, что они произносили имена, Тигры превращались в преданных.

Когда Господь Чайтанья проходил по лесу Джаликанда, когда он путешествовал в Вриндаван, он проходил по лесу Джариканда, и когда он повторял святые имена, то тигры и олени по сторонам дороги, по которой он шел, начинали обниматься друг с другом и повторять святые имена, и забывали о своих привычках о том, что обычно тигры едят оленей, олени убегают от тигров. Это как бы нормальный порядок веселья.

Но когда они слышали святое имя от Господа Чайтаньи, то соответственно сразу же их сердце очищалось, и они преображались.

Так, теперь, если бы на месте Господа Чайтаньи был кто-то из нас, я не думаю, что наше повторение святого имени произвело бы такое неизгладимое впечатление на местных тиграх и оленях. Скорее всего, тигры бы, может быть, даже нас съели с вами.

Говорят, имейте веру с горчичное зерно, скажите горе: «Сдвинься», и она сдвинется. Ну, так как насчет того, чтобы сдвинуть гору? Давайте попробуем. Я пробовала, у меня не получилось. Наверное, вы еще недостаточно верите.

Может быть, но тем не менее на самом деле имя, конечно, может сделать чудеса.

Естественно, если мы с огромной верой произнесем это имя даже своей собаке, то кто знает, собака может поменять свое сознание. Это не исключено.

Желаем спасти душу нашей собаки, может быть, так оно и произойдет. Не исключено абсолютно.

Но пока я знаю точно на своем опыте, что не то, что собака, но большинство людей, которые слышат то, что мы говорим, особенно с ними ничего не происходит с некоторыми

происходит, с теми, кто готов воспринять это, действительно происходит что-то, я надеюсь, но с большинством людей происходит не так, уж не происходит много таких уж сильных изменений. Поэтому нужно отдавать себе отчет в наших возможностях реальных и стараться

разговаривать с теми, читать Бхагавад-гиту тем, кто действительно сможет извлечь из этого максимальную пользу. А кошка и собака, может быть, получат от этого пользу, может быть, нет.

Когда мы читаем это же самое человеку, то вероятность этого гораздо больше, поэтому мы предпочитаем все-таки сосредоточивать свое внимание на людях, а не на кошках и собаках. Понятно. Благодарю вас за ответ.

Мы с вами пока доставим все. Хорошо. До свидания. Всего хорошего.

Природа святости и веротерпимость

Всего хорошего. Здравствуйте. Добрый день. Харе Кришна. Харе Кришна. Вудинатха Прабху, вот вы в вступительном слове говорили, сделали больше акцент на негативном понимании совершенства не по понятным причинам.

Я хотел поговорить о позитивном смысле, который вы сами вкладываете в это слово. И в связи с этим спросить вас, насколько близко вам кажется к понятию совершенства, такое понятие, как святость.

Является ли оно внутри религиозным понятием или надрелигиозным

понятием, я именно вот вам задаю этот вопрос, потому что знаю вашу позицию в отношении глубокого уважения к святым, скажем, православного эгрегора и к старцам, которые достигали высокой степени святости.

И вот недавно у меня возник вопрос, ну, может быть, не совсем недавно, но вот, по-моему, полтора месяца назад я услышал такое сообщение случайно о петиции,

которую подали представители Свято- Преображенского Валаамского монастыря по поводу участия православной церкви в экуменическом движении, где они, в общем-то, как один, начиная от игумена, включая хранителей скитов и рядовых монахов, там подписей было более 150, китов и рядовых монахов, там подписей было более 150,

категорически потребовали прекращения вообще диалога с инославными, не говоря уже о диалогах с представителями других конфессий, которых они считают антихристианскими, богоборческими, ну и все прочее.

Меня это произвело такое сильное на меня впечатление, потому что я знал ситуацию, в общем-то, в каком-то смысле, вот в православии, в отношении сейчас

ее руководства к диалогу в рамках Всемирного, допустим, Совета церквей и прочее. Но когда вот свой такой голос подали лица,

которые воплощаются, ну как бы сказать в процессы терминологии такой, ум, через совесть нашей вот так сказать, типа почисти, вот действительно, лица, которых хотелось бы считать настоящими святыми и которые проявляют при этом вот такую нетерпимость.

Вот это меня удивило.

Вот хотел бы я в вопросе-ответе именно рассказа, чтобы вы рассказали о том, как вы представляете, вот веротерпимость в какой-то момент, она должна входить, становиться рассказали о том, как вы представляете, вот вера терпимость в какой-то момент, она должна входить в становиться

качеством, атрибутом человека, стремящегося к святости, к совершенству. И вот в связи с этим, последнее уже сейчас я закончу, тенденция

вот в последние годы, в последние десятилетия в мировом масштабе все-таки, которая позволила смягчить международную обстановку, и это тенденция,

которая демократическим образом трактует понятие взаимоотношений между разными представителями разных рас, вер, народов, стран и так далее.

И вот многие, так сказать, во всех уголках мира, так сказать, пытаются призвать людей к миру, терпению, диалогу, и не является ли вот, так сказать, странным тот факт, что представители мировых религий как бы то во главе этого процесса для того, чтобы возглавить его, поскольку мы знаем, какие вот были катаклизмы, катастрофы в нашем тысячелетии, в нашем веке, и чтобы сдвинуть, вот помочь сдвинуть этот процесс с мертвой точки. Спасибо.

В вашем вопросе или даже выступлении было затронуто несколько таких, хотя и связанных, но, в общем, очень разных, тем.

Поэтому, пожалуй, я сначала все-таки начну и сосредоточусь на изначальном вопросе, о том, что такое святость и что такое совершенство, является ли оно внутрирелигиозным или надрелигиозным понятием, и каким образом нужно воспитывать себе уважение к святости в целом? Может быть, я немножечко поговорю об экуменизме и об экуменическом движении, об отношении к нему, хотя эта тема гораздо более тонкая и деликатная, я бы сказал.

Так и тут тоже не все так просто, как может показаться на первый момент. Не все так однозначно. Но первый вопрос: он очень простой: сам по себе вопрос. Мы должны уважать святость, это очевидно.

Более того, мы должны уважать всех людей. Мы должны испытывать глубокое уважение ко всем людям, ко всем живым существам, и это принцип нашей философии.

Нужно испытывать уважение ко всем живым существам, ко всем людям, тем более, и ко всем святым людям во сто и в тысячу крат естественно. Потому что святой человек - это всегда святой человек.

И мы уважаем качества независимо от того, в какой религиозной традиции эти качества человек обрел, мы уважаем преданность Богу человека, мы уважаем его верность своим идеалам и своим каким-то принципам, и святость всегда подразумевает возвышенные качества, гуны благости, и они всегда похвальны, и каждый человек должен стремиться развивать их.

Если какая-то система взглядов помогает человеку развить в себе эти качества, то что может быть лучше этого? Безусловно, все это замечательно.

И, в сущности, тут, может быть, мы немножечко отходим от темы нашего выступления, потому что речь идет даже не столько о развитии этих качеств, сколько о возвращении к нашей изначальной природе, потому что все эти качества уже есть в нас, они естественны для нас.

И когда человек в силу каких-то причин развивает в себе эти качества, естественно, нужно его уважать. Естественно, нужно уважать эти качества.

Естественно, нужно преклоняться перед таким человеком, в этом нет ничего абсолютно дурного или предосудительного.

Это не какое-то заигрывание с другими религиозными традициями, это искреннее просто чисто человеческое отношение к таким вещам, как святость. Святость, она и есть святость.

Может быть, понятие святости несколько разнятся, но если отбросить этот такой культурно-исторический контекст, который вносит эти различия в понятие святости, то, в общем-то, мы поймем, что святость, она и есть святость, и она абсолютно.

Эти различия их можно как бы элиминировать, свести к нулю, и как бы они взаимоуничтожаются, если посмотреть на них. Святости есть святости. Святой человек.

Это человек, который служит Богу, который служит другим людям, который может уважать других людей, который не требует никакого уважения к себе. Это смиренный человек.

Отношение к экуменическому движению

И, в общем-то, с этим согласны практически все религиозные традиции. Есть какие-то периферийные качества, на которые уделяется больше внимания в одной традиции, меньше внимания в другой традиции, но это не так важно.

Так что тут все просто, и особенно-то тут спорить не о чем. Тут странно было бы отстаивать что-то другое.

Теперь, что касается экуменического движения и всего того, что связано с экуменическим движением, и реакциями экуменических движений со стороны определенной части православного духовенства, то тут может быть не все так просто, как нам хочется и как нам хотелось бы видеть, потому что экуминическое движение имеет под собой определенную философию, и некоторые православные священники не разделяют эту философию, считают эту философию ошибочной.

И экуменическое движение само по себе возникло в лоне протестантских церквей, и там есть свои, как бы, проблемы во всем этом.

Тут я думаю, что очень важно уважать В том числе уважать другие религиозные традиции, и все, и уважать их право на

собственную веру или представление о спасении, потому что именно эти представления о спасении помогают человеку как бы сдвинуться с мертвой точки и действительно приобрести что ли иное духовное качество.

В каждой религии центром любой религиозной системы является вот это вот сотериология или представление, наука о спасении души, о том, что спасает ее, каким образом душа может спастись, и очень часто эти представления разные, однако очень яркая и сильная вера в спасителя и в спасение, в путь спасения, является императивом, является обязательным требованием для любого человека, идущего данным путем, для того, чтобы действительно что-то в нем изменилось.

Если он будет не очень сильно верить в свой собственный путь спасения, то ему трудно будет действительно спастись, трудно будет измениться, переступить в каком-то смысле через свои пороки и достичь святости.

И вот в каком-то смысле такая боязнь определенной категории православных людей и такое их как бы трепетное отношение к своим идеологическим представлениям, боязнь, что слишком тесное общение с другими может их немножечко разбавить, она вызвана отчасти именно этим, именно тем, что они хотят оградить свои представления о спасении и спасителе.

И, в общем-то, это как бы в каком-то смысле оправданная реак Я не хочу полностью оправдывать это и не хочу, безусловно, ни в коем случае оправдывать религиозную нетерпимость в попытке людей верующих разжигать религиозную вражду, но вот тут всегда нужно соблюсти какую-то меру.

Человек должен быть очень верен и предан своей религиозной традиции.

Он очень должен до конца давать себе отчет в том, что действительно путь, по которому он идет, может спасти его, потому что только в этом случае он действительно сможет спасти его.

Если он будет думать, что все пути хороши, и что можно пройти полшага по одному пути, потом перескочить на другой путь, сделать еще полшага, то он, в общем-то, будет только топтаться на одном месте в конечном счете.

Нужно быть обязательно терпимым. Обязательно терпимым - это одно из качеств действительно святого человека, по-настоящему религиозного человека. Он всегда очень веротерпим.

Но в то же время у каждого по-настоящему верующего, религиозного человека, живет в душе вот это вот горячее желание спасти других, и так как он сам спасается, идя по определенному пути, поклоняясь определенному спасителю, то ему очень хочется всех остальных спасти таким же образом, и поэтому это может вызывать какие-то эксцессы или еще что-то такое.

Но что тут сказать можно? Нужно понимать это, и нужно действительно понимать, что значит спасение, и что значит вот это вот совершенство.

Если мы видим, что какой-то путь, религиозный путь, делает человека лучше, позволяет человеку избавиться от эгоизма, позволяет человеку перестать считать себя центром Вселенной, учит его смирению, чистоте, доброте, то это и есть путь спасения.

И если мы будем смотреть таким образом на другие религиозные пути, то да, мы можем мы сможем увидеть, что эти пути спасают человека, помогают человеку приблизиться к Богу, и тогда, соответственно, мы сможем обрести вот эту действительно по-настоящему истинную, неподдельную веротерпимость.

И мы сможем классифицировать различные религии, потому что очень часто люди говорят, что все то, что мое, моя религия, мой путь - это единственный верный путь, а все остальное от лукавого, все остальное ведет к сатане. Но я не могу поверить и не могу смириться, никогда не смогу смириться с тем, что если человек идет каким-то путем и становится лучше, то это проделки сатаны. Зачем сатане нужно, чтобы человек становился лучше, чтобы человек

становился от греха, чтобы человек становился в смирении, чтобы человек действительно начинал служить Богу.

Трансформация мировоззрения и смысл жизни

У сатаны есть очень большой арсенал различных методов, с помощью которых он может заставить человека служить себе, и в общем-то, такие люди... Мы можем видеть результат, так сказать, этого пути. Вот поэтому, ну что тут можно сказать?

Нужно быть веротерпимым, но при этом нужно очень сильно верить в свой путь спасения. Это тоже важно. Если это действительно путь спасения, который приводит нас к спасению, который действительно приводит нас к совершенству и к святости.

Да? Алло? Да, да. Здравствуйте, Харе Кришна. Добрый день. Я хотел вас спросить.

Вот, значит, вот у нас было мировоззрение атеистическое, такое, материалистическое, так а как вот вы относитесь к тому, что вы, собственно говоря, его ломаете, это мировоззрение, а как вот вы относитесь к тому, что вы, собственно говоря, его ломаете, это мировоззрение, тормошите? А то что вы ломаете? Это не так разве?

Какую роль и место вы отводите себе, так сказать, в развивающейся России?

Сломать мировоззрение и вот так вот, это первый вопрос вы записали, да? Сломать мировоззрение — это же не совсем корректно, по-моему, так, а второй вопрос такой.

Вот смысл жизни, он может и должен иметь одну функцию, быть одним, то есть стремиться к Богу, к счастью, к самосовершенствованию, к саморазвитию? Вот. Или он все-таки многофункционален, на ваш взгляд? Как вы считаете?

Спасибо за вопрос.

Ну, начнем с того, что настоящих атеистов, действительно убежденных атеистов, на поверку-то оказалось не так уж много, стоило как бы приподнять вот этот вот железный занавес атеизма, и сказать, что теперь можете верить во что угодно и считать себя кем угодно, и называть себя кем угодно, как число людей, называющих себя воинствующими атеистами и гордящимся этим, заметно поубавилось, оно как-то стало гораздо меньше.

Это значит, что в общем-то уже есть люди, которые склонны искать Бога. И мы обращаемся именно к этим людям. Человек действительно атеист, он не будет обращать внимание на нас, собственно.

Он просто не будет нас слушать, и он не слушает нас. Речь не идет о том, чтобы взять его мировоззрение и сломать. В конце концов, вы не можете сломать ничье мировоззрение, если человек сам этого не хочет.

Мировоззрение, оно и есть мировоззрение, на то оно и мировоззрение, чтобы человек мог либо сам его поменять, либо если он не хочет, не поменял бы его, оно вырабатывается в результате его опыта какого-то жизненного, и является каким-то ответом его собственным на вопросы бытия, с которыми он столкнулся.

Так что я не думаю, что наша роль так уж деструктивна в этом отношении.

Мы не ломаем ничьи мировоззрения, так же, как в свое время мы, хотя и были атеистами, столкнувшись с этим, поменяли свои мировоззрения, но не потому, что мы столкнулись с чем-то, что было изначально чуждо нам. Нет, потому что то, с чем мы столкнулись, вот это Писание нашло какой-то отклик в душе нашей и объяснило нечто, на что раньше мы не могли найти ответы, чему мы раньше не могли найти объяснения сущности.

Именно таким образом складывается мировоззрение. Мировоззрение не складывается чисто извне, не складывается под влиянием какого-то человека. Нельзя так уж сильно повлиять на человека.

Есть такая пресловутая теория промывания мозгов, когда люди думают, что просто услышав что-то, мы можем так вот уж сильно повлиять или поменять мировоззрение человека. Нет.

В любом случае, человек слышит другого человека, и он слышит в речах другого человека только то, на что его душа уже отзывается, только то, что уже как-то откликнулся в нем самом и имеет какую-то основу в его собственном представлении о мире, потому что он уже узнал это на своем опыте.

По крайней мере, отчасти. Естественно, до определенной степени можно повлиять на человека как-то, но у него уже должен быть какой-то свой опыт.

И многие люди, хотя они были, так сказать, атеистами экс-официо, то есть формально они считали себя атеистами, сущности таковыми не являлись. Они всегда думали о том, что наверняка есть некое высшее начало.

Те же самые атеисты, или люди, которые с молодых ногтей, с детсадовского возраста воспитывались на атеистических лозунгах и на том, что Бога нет, когда их припекало, или когда они оказывались в очень сложной ситуации, они начинали молить кого-то непонятно кого, о чем-то, непонятно о чем, чтобы он их спас, выручил или помог. Мы видели это снова, снова и снова.

Почему? Потому что подспудно эта идея о Боге, о высшем существе, о Творце живет в душе каждого человека.

И когда человек ищет что-то, когда человек ищет ответы на свои вопросы, и он сталкивается с какой-то системой мировоззренческой, то он примеряет, насколько эта система отвечает, собственно, тому, как он видит это, как он понимает это. Если он видит, что эта система действительно отвечает на многие вопросы его, на которые он раньше не мог найти ответы, то он принимает эту систему. Вот и все.

Мы не ломаем, мы, в общем-то, отражаем определенную потребность человека, потому что сейчас в России складывается свободный рынок, и закон свободного рынка — то, что спрос рождает предложение. У людей есть спрос.

Есть спрос на глубокую духовную философию. Люди хотят получить ответы на свои вопросы.

И так как мы в своё время получили ответы на эти вопросы, прочитав книги Шрилы Прабхупады, мы пытаемся ответить на эти вопросы, то есть отвечаем на ту самую потребность, которая есть у людей. Вот и все.

Что же касается вашего второго вопроса относительно смысла к жизни, в чем состоит смысл жизни? Сводится ли смысл жизни только к тому, чтобы стремиться к Богу, или смысл

жизни — многофункциональное понятие, более многогранное понятие опять каждый человек отвечает по-своему на вопрос о смысле жизни и каждый человек задумывается над тем, зачем же он живет, но если очень грубо разделить все ответы, которые мы можем дать на этот вопрос о том, в чем же заключается смысл жизни, то в сущности мы придем к двум ответам.

И все многообразные ответы, которые разные люди дадут в ответ на этот вопрос, в чем смысл жизни, они могут быть отнесены либо к одной, либо к другой категории. Первая категория: смысл жизни — это в том, чтобы жить.

То есть, если называть вещи своими именами, смысл жизни в том, чтобы наслаждаться, в том, чтобы просто делать то, что все делают, и то, в чем все находят смысл, так сказать, все делают вокруг нас, и другой ответ - совершенно

противоположное этому будет заключаться в том, что смысл жизни заключается в том, чтобы служить.

Если одно представление о смысле жизни сводится к тому, что я должен жить ради самого себя, и ради того, что я испытываю здесь, то другое представление заключается в том, что я должен как-то искать смысл в том, чтобы отказаться от самого себя и от своего эгоизма.

И если мы доведем до логического конца то и другое представление,

Если мы раскрасим все черно-белыми красками, мы можем видеть, что есть очень много промежуточных ответов на этот вопрос, которые как бы пытаются совместить эти два представления между собой и пытаются как-то привести их в некую гармонию.

Но, в общем-то, если доводить до логического конца то и другое, нарисовать очень черно-белую картину - это черное, а это белое, то получится, что один смысл жизни заключается в том, чтобы наслаждаться и быть эгоистом.

И все то, что мешает этому, является соответственным злом, все то, что помогает этому, является добром.

Другой смысл заключается в том, чтобы служить Богу и Его творению. И все то, что мешает этому, является злом, все то, что способствует этому, является добром. Вот, собственно, и все.

Это может показаться несколько упрощенным, и естественно, любой человек с маломальским развитым воображением сможет дать вам тысячу промежуточных ответов на этот вопрос с различными оттенками и полутонами.

Но если быть абсолютно честным перед самим собой, доводить до логического конца и как бы проводить такую некую сортировку, то мы придем к этим двум ответам.

И каждый человек должен для себя выбрать, собственно, в чем заключается смысл жизни для меня, идти этим путем, вот и все.

Прямое и косвенное понимание писаний

Да. 12 табов. Небольшой почти нет. Можно я вам такие вот вопросы задам, которые у меня возникли при чтении наших начальных положений, без начального положения? Там, понимаете, Харикеша Свами, он отвечает на письмо и говорит

о том, что вот Шрила Прабхупада, когда он своим ученикам задавал наставление, то он там говорит про то, что они должны беспрекословно верить учителю.

Если учитель говорит, что это веревка, значит это веревка. Хотя на самом деле, если это змея. Если потом он в другом случае на ту же змею говорит, что это змея, то они должны видеть, что это змея.

И у меня с такого рода возник вопрос. Вот имеется в виду уже не так, вот как я воспринимаю всю юридическую литературу, вот как там написано, как написано, так и понимать.

А здесь такое, у меня возникает вопрос, понимать ли это то, что как вот мы носим мучку тулости к отношениям, да?

И вот эта вот веревка подразумевается под тем, что вот когда мы находимся как бы на первоначальном совсем положении ученика, то мы должны как бы быть на этой веревке.

То есть веревка может быть короткой и длинной, понимаете, когда вот ее можно поводу как бы отпустить, когда ученик развивается.

А уже потом как бы Шрила Прабхупада говорит, что уже указывает, когда ученик утвердился, что это вот змея, то есть видеть уже вот то, что можно видеть.

Ну, в частности, когда мы читаем источники вечного наслаждения, и у нас возникает всякого рода чувства, например, то, что Кришна может быть,

и вот как вот от экспансии первые возникли Баларамы, Баларама Нитьянанда, и этот Харикеша Свами, что Кришна может быть разным. Везде разный. Вот так можно понимать, или нет, это первый вопрос.

И второе, хотела бы вот вместе чисто такой лично спросить. Скажите, пожалуйста, если у меня такого учителя себе давно мысленно выбрала, и хотя я от всех духовных учителей слушают с ускорением, ну, это самое.

Вот если такой у меня есть, то вот я наконец-то стану по-настоящему ученицей, да? То есть у меня будет учитель тогда?

Ну, вот сейчас вот я его редко очень вижу, потом по натуре своей я все равно, вот еще, так как я подруга многим, да, я остаюсь, ну, я за других могу заступиться, а за себя нет, и буду стесняться писать ему или задавать вопрос, не больше я не знаю английского. Вот.

А вот смогу ли я тогда вот с вами, проповедниками, общаться буквально как неофит? Вот, или же уже на меня будут смотреть как на то, что я не достигшая ученица? Вот такой же вопрос возник. Извините, это очень вопросы.

Всех вам успехов. Харе Кришна. Ну, что касается первого вашего вопроса, то он, как всегда, очень эзотеричный. Мне трудно даже представить себе, каким образом такое толкование

можно дать всем этим истинам. Ведах, и Шри Чайтанья Махапрабху очень хорошо объяснил это, то, что есть два способа понимания истин ведической литературы или истин священных писаний, истин, которые приходят из откровения.

Они называются мукхья-вритти и гауна-вритти на санскрите. Мукхья-вритти — это буквально значит прямой смысл. Мы читаем что-то и понимаем это в прямом смысле.

Не пытаемся найти двойного какого-то смысла, символического значения, не пытаемся выискать какие-то скрытые смыслы, лежащие за всем этим.

А гауна-вритти — это как раз косвенное понимание, косвенная интерпретация текста, когда мы пытаемся найти именно второй дополнительный символический смысл во всем том, что мы видим.

Вы очень склонны, я это заметил, к именно второму способу толкования. И во всем том, что вы читаете, вы пытаетесь увидеть какой-то второй скрытый смысл.

Так вот, Шри Чайтанья Махапрабху очень определенно сказал, в каких случаях нужно прибегать к гауна-вритти или к такому косвенному толкованию текста, и в каких случаях нужно ограничиваться мукхья-вритти или прямым непосредственным пониманием.

Он говорит, что если прямое понимание текста, то есть текст как он есть, возможно, и если оно имеет смысл, если оно не противоречит здравому смыслу, логике и нашему реальному опыту, то нужно понимать Веды именно таким образом.

Во всех тех случаях, когда для прямого понимания нет никаких серьезных препятствий, нужно понимать это именно таким образом.

Только в том случае, когда мы не можем понять что-то буквально, нужно прибегать к косвенным толкованиям. Обычно приводится такой очень элементарный грамматический пример.

Например, если говорится, что деревня стоит на реке, так очевидно совершенно, что это не значит, что деревня стоит на самой реке, буквально. Это не значит, что она плывет по реке, а так, что дома там плавают как-то.

Так как это невозможно, то в этом случае нужно найти вот этот, так сказать, косвенный смысл или понять, что это значит. Стоит на реке — это значит, что она стоит недалеко реки, недалеко от реки.

Так вот собственно та сфера, в которой нужно искать косвенное значение.

И я думаю, что мы будем в безопасности, духовной безопасности, если мы будем стараться именно таким образом относиться ко всему тому, что мы прочитали. Особенно к словам духовного учителя.

Если мы будем пытаться выискивать какой-то скрытый дополнительный двойной смысл в словах духовного учителя, пытаться интерпретировать все это, пытаться объяснять как-то это все по-другому, что вот на самом деле духовный учитель говорит это, но хотел он сказать совсем другое, я лучше знаю, что он хотел сказать.

А сами беды гласят, что это оскорбление, что таким образом, относясь к словам духовного учителя, мы наносим ему оскорбления.

В сущности, такое отношение к словам духовного учителя приводит к тому, что мы просто попытаемся приспособить эти слова к своему собственному пониманию и к тому, что мы хотим.

И я видел, как на своем опыте люди, которые пускались вот в такие опасные экскурсы и пытались объяснять слова духовного учителя не прямо, а косвенно, в общем-то, не очень хорошо в духовном отношении кончали.

И вот это ваше такое эзотерическое объяснение известного ведического примера «веревка — змея» я не думаю, что она очень правильная, это действительно реальный пример, когда учитель испытывает ученика на преданность, когда учитель испытывает, насколько ученик действительно готов принять его слова на веру, насколько ученик открыт к тому, что он говорит.

И учитель может испытать ученика таким образом, ученик на то и ученик, чтобы делать это.

Ученик, становясь учеником, дает обет послушания духовному учителю, а послушание значит, что он слушается его, значит, что он принимает его слова, и значит, что он делает это буквально.

Если учитель говорит, что это веревка, он говорит, что да, это веревка, мой учитель. Если учитель говорит, что это змея, он говорит: «Да, это змея, мой учитель». И потом пытается понять, что это значит.

В этом, собственно, смысл того, что мы делаем.

Как в той же самой книге, которую вы упомянули, приводится замечательный пример о том, как нужно относиться, например, к такому утверждению Кришны, как то, что я есть вкус воды.

Кришна говорит в седьмой главе «Бхагавад-гиты»: «Я есть вкус воды». Так вот, ученик услышит все это, он не будет задаваться вопросом,

а действительно ли Кришна, Бог, является вкусом воды? Действительно ли так ли это? Правда ли это? Не нужно ли это как-то подвергнуть какому-то анализу или дополнительному изучению?

Что он будет делать и должен делать, используя свой разум и не будучи слепым и не отключая свой разум, он будет пытаться понять, что это значит. Что значит, каким образом Бог является вкусом воды?

Значит ли это, что Бог только вкус воды, и все остальное не Бог, и что Бог только находится в воде, и только вот этот вкус и есть Бог, а все остальное непонятно, что вот эти вопросы будет ставить перед собой человек и будет пытаться ответить на них.

Отношение ученика к наставникам

Но не подвергать сомнению само это изначальное положение. А что касается отношения к другим людям, помимо своего духовного учителя, то мы должны на всех смотреть как на своего учителя.

Каждый человек может нас чему-то научить. Поэтому в одиннадцатой песне «Шримад-Бхагаватам» есть замечательная история о брамане и Авадхуте, и у него было вообще 25 учителей или больше того.

Дерево учило его терпению, и все то, что он видел, учило его чему-то. Он шел по этому миру и он учился чему-то. В сущности, все зависит от нашего отношения.

Если мы займем вот эту вот позицию смиренного ученика и будем стараться учиться, то у нас будет много учителей, и мы действительно сможем чему-то научиться, и нет ничего абсолютно зазорного в том, чтобы спросить у другого человека, чтобы тот научил не обязательно, только мой духовный учитель или только он мне может ответить. Очень многие могут нас научить.

И если, например, такой замечательный пример из жизни Шрилы Прабхупады, когда в свое время некий врач, когда Шрила Прабхупада заболел, посоветовал ему каждый день гулять, чтобы укрепить свое сердце.

При этом врач, говорят, был не совсем трезвый, и другой человек на месте Шрилы Прабхупады мог бы отвергнуть это и сказать: «А кто ты такой, чтобы меня учить. Ты сначала перестань вино пить, а потом меня учить».

Но, последовав совету Чанакьи Пандиты, который говорит, что совет нужно принять из этого, хороший совет нужно принять от любого человека, кем бы он ни был, даже если он тебя дал. Если он дает хороший совет, то почему не принять?

Шрила Прабхупада принял этот совет.

Точно так же и тут: спросить у кого-то что-то, если мы чего-то не понимаем, не является как бы проявлением нашей неверности или по отношению к своему собственному духовному учителю. Отнюдь нет.

И что значит, как бы вы сказали, что должна ли я по-прежнему притворяться неофитом и задавать вопросы другим, тогда как на самом деле я уже получила посвящение настоящего духовного учителя и далеко превзошел этот уровень.

Мы всегда, даже если мы получили первое, второе, третье, десятое посвящение, всегда должны ощущать себя неофитами.

И чем более далеко продвигается человек, тем более остро он воспринимает то, что он действительно неофит, то, что ему нужно учиться, то, что дорога, которая лежит перед ними, очень далека. И, собственно, я знаю только то, что я ничего не знаю.

Он никогда не становится ментором и не думает, что теперь все есть только я и мой духовный учитель. Так что ничего зазорного нет в том, чтобы у другого человека спросить о чем-то.

что человек может быть отчаяния как бы религии. Говорили об отчаянии, и как бы надо поскорее, подпишись. Ну, может быть, я несколько неправильно повторила то, что вы сказали, ну, смотри вот такой. Вот.

Ну, мне кажется, что спешить с этим никак нельзя, потому как... Вот. Это должно как-то созреть не в уме, а в душе.

И это должен как бы Господь направлять всюду. Только тогда, когда появится уверенность, внутренняя исчезнет отчаяние, вот только тогда можно выбирать и быть уверенным, что это не ошибка. А здесь надо отчаяние есть, надо теперь терпеть там. Терпеть и ее ждать. Вот.

И второе, я позволю, что противоречие есть в том, что вы говорили. Ну, вы сказали так, что лучше понять себя, свое место в мире. Значит, спеши уклоняться там, кстати, неслышение реплики или направления.

Но понять себя ведь можно только очищенным умом, некорыстным умом. Вот, а вместе с тем мы говорили о том, чтобы вот сейчас я это зачитала, что вы сказали, обрести твердую почву, прекратить страдания, стать счастливым, все это нельзя назвать бескорыстым. И все это, в общем-то, собственные действия.

Но если не желать всего этого, просто предаться Богу, чтобы он как бы сам действовал, и если мы будем равно принимать и страдания, и счастье, вот это, наверное, способ почти всё познать себя и свои отношения с Богом.

Принятие страданий и поиск счастья

Вот, ну воля для этого есть как-то нельзя. Вот это хотелось сказать. Спасибо вам большое за ваши вопросы. Они действительно очень интересные. Они поднимают другие аспекты, разбираемые темы.

Я склонен согласиться с вами относительно того, что человек не должен бросаться в объятия религии от отчаяния, ни в коем случае. Отчаяние не самый лучший советчик.

И лучше действительно дождаться какой-то внутренней уверенности и сделать этот выбор уже трезво, не повинуясь отчаянию.

Но в то же время мы можем видеть, что очень часто люди именно от отчаяния бросаются в объятия религии. Тут тоже с этим ничего не поделаешь.

К сожалению, так бывает, что человек разочаровывается во всем и пытается найти утешение в религии.

И если он находит утешение в религии, действительно, если он утверждается в этом, то тогда он обретает эту самоуверенность. В общем-то, это обычный что ли путь человека.

Очень часто так бывает, что захватывает отчаяние именно потому что в какой-то момент мы поняли, что мы заблудились или пришли не совсем туда. И мы начинаем метаться.

Конечно, эти метания не самый лучший способ найти выход из создавшегося положения и выйти из чаще, и найти дорогу, которая выйдет оттуда.

Лучше, конечно, действительно собраться, оглядеться по сторонам, подумать немного и попытаться каким-то осознанным методом найти, обнаружить эту дорогу. Это факт. Отчаяние - не самый лучший советчик. Но в то же время это бывает, и тут ничего не сделалось.

Они ни в коем случае не советовал в том, что нужно вдруг отчаиваться. А вот такой вот кликушеский метод проповеди всегда меня очень встретил, и тут это не самое лучшее, что может быть, вернее, не самое хорошее.

Но что касается второго вашего вопроса, относительно того, что мы должны равно принимать и страдания, и счастье, именно в этом будет заключаться наш чистый ум, то я тут тоже склонен согласиться с вами, хотя я не вижу противоречия с тем, что я сказал.

В своем вступительном слове, да, действительно, человек с чистым умом одинаково относится к страданию и к счастью, и об этом говорится в Бхагавад-гите. Кришна очень часто на протяжении всей Бхагавад-гиты снова и снова повторяет одно и то же, что это признак человека, утвердившегося в себе, который нашел вот эту внутреннюю почву. Я не побоюсь опять же сказать это, который утвердился внутри, который встал твердо на свои две ноги и четко понимает свою духовную природу.

Но одинаково принимать страдания и счастье еще не значит отказаться от поиска счастья.

Тут нет противоречия, потому что когда мы говорим о поиске счастья, и человек, который одинаково воспринимает страдания и счастье, счастлив. Он счастлив по-другому.

Он может быть счастлив не так, как счастлив человек, который радуется вот этому временному приходящему материальному счастью, который наслаждается и жадно как бы пытается насладиться или впитать в себя вот этой бемолетное счастье, которое ему наконец выпало. Может быть, он счастлив не так.

Естественно, он счастлив по-другому, но он счастлив. И когда я говорил о счастье, о поисках счастья, я имел в виду именно это счастье. И все люди ищут счастье, это тоже естественно.

В этом мире нет мазохистов. Может быть, есть мазохисты, но даже эти мазохисты хотят стать счастливыми в страданиях. Все равно они ищут счастье, они движимы этим счастьем.

Тут в этом нет ничего предосудительного в самом по себе желании обрести счастье. Нет ничего предосудительного, потому что мы по природе своей счастливы.

Потому что по природе своей мы есть ананда, то есть счастье, блаженство, и мы ищем этого счастья, мы ищем его не там, не тут, не там, где нужно, но тем не менее мы ищем. И смысл в том, чтобы искать его там, где нужно.

И когда я говорил об этом стремлении к счастью, я опирался именно на это естественное желание каждого человека стать счастливым и говорил, где можно найти это счастье, что настоящее счастье можно найти в духовной жизни, в осознании себя духовной сущностью, не причастной к материальному миру, к материальному существованию, к материальному телу. И именно об этом шла речь. И именно при этом человек находит почву, и такое стремление не является корыстным, потому что такое счастье по природе своей бескорыстно.

Знание и преданность в сампрадаях

Человек по-настоящему бескорыстный и бескорыстный служащий очень счастлив, потому что это источник его счастья. И в этом нет ничего абсолютно дурного. В этом нет ничего плохого.

Вы не смогли бы еще сказать о том самбандхе, который принадлежал Санат Кумарам, и который вроде, как я слышала, совмещается с нами... ха?

Есть четыре вайшнавских сампрадаи, и гьяна, самбанда- гьян, то есть знание, которое связывает человека с изначальным верховным Господом, есть во всех сампрадаях. Мы с вами говорим о гьяне. Мы говорим об этом.

Гьяна или джнана, знание, является неотъемлемой частью любой философии. Во всех четырех вайшнавских сампрадаях, и наша сампрадая неотлична от всех остальных,

есть очень много гьяны, поэтому написана Бхагавад-гита, написан Шримад-Бхагаватам, написаны комментарии на все замечательные философские произведения, на Веданта-сутру в том числе. Так что совмещение гьяны и бхакти есть.

Везде гьяна присутствует, знания присутствуют, но это бхакти-гьяна. И точно такая же бхакти-гьяна есть и в сампрадае Санатана-кумары, и во всех остальных сампрадаях. Нет, в сущности,

когда мы говорим о гьяне, от которой нужно избавиться, то мы имеем в виду имперсональную гьяну, то есть представление о том, что я есть Бог и что я должен стать Богом и раствориться в бытии Всевышнего. И все вайшнавские сампрадаи противоречат этому выводу и приводят очень сильные аргументы против этого вывода.

Но никто не против Гьяны как знания, которое приводит человека к любви к Богу. И именно в этих категориях мы с вами общаемся сейчас. Да? Алло? Да, да.

Алло, Харе Кришна. Пожалуйста, примите наши низкие поклоны. Меня зовут Сергей. Хотел бы задать вам три вопроса, если можно. Вот первый вопрос.

Известно, вы сейчас сказали, что есть четыре вайшнавских сампрадаи. Вот сотрудничают ли представители сампрадай между собой? Это вот один вопрос. Второй вопрос.

Вот говорите, что если человек поклоняется предкам, то он попадает на планету предков. Ну вот что если планета предков, предки оставили свое тело, их душа перевоплотилась, кто же находится на этой планете предков? Одни тела получаются или что же? И последний вопрос у меня. Вот известно, что грех есть мясо коровы, и убивать корову. А вот равносильно ли убийство быка и убийство коровы? Известно, что бык не дает молоко и не рожает

стиля. Вот как это можно рассмотреть? Все вам понятно, просто я не буду задерживать. Большое спасибо вам, Хари Кришна, до свидания.

Сотрудничают ли четыре вайшнавские сампрадаи? Четыре вайшнавские сампрадаи, представители этих сампрадай живут между собой в относительном мире, я бы сказал так, по сравнению с представителями других религиозных течений близких, там царит мир и согласие в основном.

Хотя между ними тоже есть определенные противоречия, философские, иногда они пытаются разрешить эти противоречия, но в целом есть

очень большое уважение к представителям других сампрадай, и естественно есть какая-то взаимопомощь.

Другое дело, что многие сампрадаи сейчас, вернее, некоторые из этих сампрадай находятся далеко не в таком же процветающем состоянии, и вот

этот поток истинного знания, которое передается по ней, он отчасти исяк, но это тоже естественное состояние религии или философии в этом мире, а так нет никаких препятствий

к сотрудничеству единственным препятствием к сотрудничеству между людьми является ложное эго и если человек избавился от ложного эго или в значительной степени избавился или по крайней мере старается не обращать внимания на свое ложное эго, общаясь с другими людьми, то он может сотрудничать практически со всеми.

А что касается второго вопроса относительно Петри-локи, планеты предков — то мне не трудно очень точно ответить на этот вопрос. Но, естественно, одно я могу сказать точно - это то, что там не находятся тела наших предков.

Не то, что там большой склад этих тел, там находятся души наших предков и даже не совсем наших с вами. Скорее, имеются в виду души людей, которые очень

тщательно следовали всем ведическим ритуалам, ритуалам карма-канды очень тщательно соблюдали все эти мельчайшие обряды и достигали таким образом определенного какого-то уровня благочестивой кармы.

Они набирали эту хорошую карму. Эта карма приводила их на вот эту вот планету Петри-локу.

Петри-лока считается райской планетой, и там находятся души вот таких благочестивых предков, не просто предков, как-то как таковых, а именно благочестивых людей, живших в ведическом обществе, в ведической традиции.

И говорится, что они находятся там только до тех пор, пока их потомки продолжают соблюдать соответственно поминальные обряды и какие-то ритуалы за упокой души, и пока вот эти обряды совершаются, они там держатся.

Но потом, когда обряды перестают совершаться, то соответственно очень быстро запас их благочестивой кармы кончается, они снова сваливаются сюда и воплощаются здесь, на Земле.

Где она находится, и как туда попасть, я не знаю.

Но общий рецепт могу сказать, нужно очень тщательно следовать всем ведическим ритуалам, тогда и внушить своим наследникам, чтобы они обязательно поминальные обряды проводили, пинду, тогда мы туда попадем.

Но в сущности особенно-то стремиться туда не нужно, об этом прекрасно говорит Бхагавад-гита очень отчетливо и откровенно.

Защита коров и быков

Что даже если человек попадает на какие-то райские планеты, наслаждается, там все равно рано или поздно этому приходит конец, так что какой смысл стремиться туда?

И теперь относительно третьего вопроса: равносильно ли убийство быка и убийство коровы? Само по себе убийство грех.

Да, безусловно, убийство невинного живого существа, живого существа, которое никому не причиняет вреда, это больше грех, чем убийство какого-то хищника или, скажем, менее полезного живого существа.

Это тоже несомненный факт, но убийство есть убийство. Убийство — это грех, так как мы причиняем мучение живому существу.

И бык не исключение, бык мучится, когда его убивают, бык, может быть, не дает молока, но в общем-то зачем его убивать? В сущности, человек убивает быка только потому, что он хочет насладиться его плотью, его мясом.

И это ужасный грех. Если бы вы присутствовали когда-нибудь при этом, при том, как убивают, этого стало достаточно очевидно.

Теперь, насколько равносильны убийства быка и коровы, насколько я знаю, это практически равносильные по тяжести преступления. Они равносильны.

Бык считается олицетворением религиозных принципов, и если корова считается матерью, потому что она кормит человека и дает ему молоко, то бык считается отцом человека, или одним из отцов человека, потому что быки, по крайней мере, в ведическом обществе пахали землю и кормили человека, давая ему зерно, злаки и таким образом приносили пользу человеку.

Так что и то, и другое живое существо невинные, убивать их не нужно, убивать их большой грех. И именно поэтому мы защищаем коров и говорим о том, собственно, какой большой грех это делается.

Недавно я читал книгу одного человека, который называет себя теологом, и он издевался над вот этим вот принципом защиты коров и поклонения коровам.

Он говорил, что индийцы поклоняются коровам, потому что это их тотемное животное.

То есть, как вот у разных племен есть свой тотем, некое животное, которому они поклоняются, животное-покровитель, точно так же у индийцев, у всего индийского народа корова является таким тотемом или как бы заменой Богу.

Мы поклоняемся корове, да, действительно, но не потому, что мы считаем ее Богом, или не потому, что мы считаем ее каким-то своим покровителем, а просто потому, что это действительно особое, уникальное живое существо, которому мы должны быть благодарны.

Поклоняясь корове, индийцы не пытаются подменить или поставить ее на место Бога. Они поклоняются ей как Матери, которая кормит их, они поклоняются точно так же быку, как отцу, который кормит их.

Память о прошлых воплощениях

И они поклоняются и благоговеют перед всеми проявлениями жизни, понимая, что все живые существа являются детьми Бога, и мы должны относиться к ним с благодарением, почтением. Да? Алло? Да, да. Добрый день, Лединар, да.

Добрый день. Тут вопрос есть небольшой, но есть некоторые трудности с формулировкой. Вот есть книги Жизнь замечательных людей, Жизнь замечательных идей. А вот жизнь или судьба души. Вот как это вопрос подойти?

Вот я думаю, что вот в ламаизме там иногда прослеживают жизнь души. Вот они выбирают каких-то мальчиков. Вы знаете об этом, да?

И видимо, они как-то имеют какие-то методы определения именно жизни души, как она, в смысле, реинкарнации. И вот я думаю, а вот такой метод, вы знаете, как-то в науке есть метод как-то метод изотопы.

Не, ну вы это слышали, вот смысл, с душу уже измерили, вроде даже вес, когда человек помирает там вроде вес его другой там вы слышали тоже об этом да вроде она как будто имеет какой-то вес даже душа вроде она какая-то и у вас говорится, что там конский волос, там, кончик конского волоса.

Вот эту идею, вот как бы проследить жизнь души. Вот у вас этого нет таких методов или, как говорится, легенда об этом ничего не говорится в Ведах? Как вы считаете?

Ну, мне не попадались способы измерения души какими-нибудь изотопами. Такого я не встречал. Но то, что жизнь души можно проследить, это несомненный факт.

Более того, говорится, что если человек очень праведный, если он очищает свое сознание, то он может вспомнить о своих прошлых жизнях.

Например, про праведную девушку в Индии говорили, когда расхваливали какую-то девушку, это был стандартный эпитет. Он, правда, уже давно не действует, но в свое время в ведической культуре, это был стандартный эпитет.

Про праведную девушку говорили, что она была настолько праведная и настолько прекрасная, что она помнила семь своих прошлых воплощений.

Это показывает то, что если человек действительно очень праведный, то сознание его очищается и память его становится крепче.

Это, кстати говоря, одно из качеств, которого достигает человек ведущий праведный образ жизни. Память его становится более крепкой, и в общем-то, именно память является основой, моральной основой человека. В одном из предыдущих эфиров у нас была беседа, и женщина недоумевала о том, каким образом человек может деградировать, если он приобретает уже какой-то опыт. Так вот, если это опыт негативный, если это опыт греховных действий, то этот опыт наслаждений и страданий, которые мы получаем в результате этих греховных действий, разрушает нашу память и способность запоминать и разрушает моральную основу нашего бытия.

Тогда как наоборот, человек высоконравственный обретает очень сильную, очень крепкую память, очень долгую память, и обладая этой памятью, он может помнить о своих прошлых воплощениях.

Так что самый лучший способ проследить жизнь души,

запомнить, вспомнить об этом, кем я был, это вести праведный образ жизни, успокоить свой ум, и когда ум успокаивается, то вот эти вот вихри, эти турбуленции, которые постоянно смущают наш ум, когда они затихают, то тогда мы сможем в зеркале нашего ума увидеть память прошлых воплощений.

Как у Анны Ахматовой есть замечательная метафора о подвале памяти, о том, как она спускается в подвал своей памяти.

Так вот, если ум наш станет очень чистым, спокойным, то мы сможем спуститься в этот подвал своей памяти, увидеть наши прошлые воплощения, увидеть, кем мы были, как мы жили.

Есть определенные методы, определенные техники, как это можно сделать даже сейчас, но в общем-то некоторые люди, мистики, обладающие мистическим видение, могут сказать вам, кем вы были в прошлой жизни, или попытаться сказать, могут даже пробудить в вас память этих прошлых воплощений. Такие люди есть.

Их мало, гораздо больше шарлатанов, которые выдают себя за таковых.

Сложность материи и природы души

Но, тем не менее, такие люди есть, и опыты, доказательства реальные этого тоже существует. Алло? У меня два небольших вопроса. Отвечая на мой вопрос, сказали, что вот душа, падая в материальный мир, она начинает

свой путь с поста Брахмы. Вот, и потом все больше запутывает, там падает ниже.

А в Шримад-Бхагаватам сказано, что вот Брахма, он является преданным, прожив сто лет, возвращается опять в духовный мир. Не могли бы вы разъяснить это небольшое несоответствие? И второй вопрос.

Вот почему неодушевленная материя, она более долговечная, чем одушевленная. Ну то есть вот как бы тело, которое мы получаем, живая, живая духовая, душа, которая получает тело, оно менее долговечно, чем неодушевленное.

Понятно? Ответ на первый вопрос очень простой.

В другом месте в Шримад-Бхагаватам говорится, что обычная душа, в первый раз попадая из духовного мира, в материальный мир, рождается человеком, высокоразвитым человеком в ветической цивилизации и потом запутывается в этих последствиях своей деятельности, не обязательно Брахмой. Что касается Брахмы, то, что он чистый и преданный, то, что он проживает 100 своих лет и возвращается обратно, то это относится только к Господу Брахме, к Творцу нашей Вселенной.

Говорится также, что есть Брахмы, которые не являются преданными.

Так что душа, упавшая из духовного мира, может стать Брахмой, может стать просто человеком, занимающим очень высокое положение в цивилизованном обществе, но при этом она не обязательно станет преданным и не обязательно сразу вернется туда, как это бывает в случае с другими Брахмами.

Наш Брахма — это скорее исключение, чем правило. И уж если говорить о возможности того, что душа становится в первом своем воплощении просто человеком какой-то ведической

цивилизации, цивилизованным человеком, так сказать, в цивилизованном обществе рождается, тут возможности для того, чтобы упасть, все больше и больше. Ну, может быть, не все больше, но, по крайней мере, такие же.

Что касается второго вопроса относительно недолговечности одушевленной материи и относительной долговечности неодушевленной материи, то тут тоже, пожалуй, просто так как одушевленная материя в целом более сложно организована, то соответственно она как бы менее долговечна.

В этом мире все подвержено тлену, и чем более сложно организована некая структура, тем больше внешние усилия требуются для того, чтобы поддержать ее статус-кво, для того, чтобы сохранить ее в том состоянии, в каком она есть.

Нечто очень простое, ему уже больше некуда разлагаться дальше, некуда дальше деградировать, даже в соответствии со вторым законом термодинамики уже там степень энтропии достигла достаточно большого порядка и поэтому соответственно там уже разлагаться

некуда дальше, тогда как человек — очень высокоорганизованное живое существо, оно необычайно сложно организованное живое существо. И до тех пор, пока душа находится в теле, она своей духовной энергией поддерживает

и дает возможность этому телу существовать, сохранять вот этот вот статус-кво, свое нынешнее положение. Но как только душа уходит, сразу же материя начинает разлагаться, деградировать и распадаться на составляющие части.

Так что тут, я думаю, что все очень просто. Точно так же, как, скажем, какой-нибудь кирпич, он более долговесен, чем компьютер. Потому что компьютер очень сложный, весь, а кирпич — нечто очень простое.

Компьютер... Его легко, его как бы целостность легко нарушить.

Духовные эмоции и уровень бхакти

Тогда как кирпич — он и есть кирпич. Да. Алло, здравствуйте, Харе Кришна. Примите, пожалуйста, мои поклоны. Вот у меня такой вопрос по «Бхагавад-гите».

Вот там в «Бхагавад-гите» в первых там главах есть целый ряд стихов, которые говорят о том, что душа, достигшая самореализации, достигает спокойствия, полного умиротворения.

Я, так сказать, в своей самоограничной фантазии сразу себе представляю такого йога, который такой умиротворенный сидит.

Но когда вспоминаешь примеры великих преданных Господа, то я не могу вспомнить примеров такого спокойствия. Наоборот. Скорее наоборот. Ну, я не буду говорить про Шримати Радхарани, да, когда все время там в слезах.

Ну даже, ну, такие души, вот любые там, любой пример, вспомнить там. Бабаджи жил во Вриндаване, у него плачут глаза от горя. Где вот это спокойствие? О чем здесь идет речь?

Ведь я думаю, что Кришна не случайно говорит об этом, потому что там целый ряд есть стихов таких. Целый ряд. И у меня есть еще один вопрос, ну, более короткий, такой.

Не могли бы вы сказать, вот приедет ли в этом году в Россию Равиндра Сварупа прабху, и, в частности, на Сухаревский фестиваль? Немного не приедет, да? Ясно. Ну, тогда на первый вопрос ответьте, пожалуйста.

А вообще он приедет, вообще не могли бы немножко сказать? Ну, в этом году нет. Может быть, на следующий год, он очень занят. Я приглашала его специально, но, к сожалению, не сможет приехать. Спасибо. Я вкладываю трубочку.

Заранее благодарю. Что касается второго вопроса, первого вопроса, извиняюсь, то ответ на него дает сам Кришна позже в 18 главе

Бхагавад-гиты, где он говорит: Брахма-бхутах прасаннатма на шочати на канкшати, самах сарвешу бхутешу, мад-бхактим лабhате парам.

Он говорит, что душа, достигшая уровня брахма-бхуты, то есть осознавшая свою духовную природу. Брахма значит Брахман или Дух. Человек, который осознал то, что он является дух, прасаннатма становится радостным.

Он обретает радостное состояние, он становится просветленным, и этому состоянию сопутствует радость, счастье. Брахма-бхутах прасаннатма. Такой человек перестает скорбеть и желать.

У него больше нет никаких материальных желаний, которые раздирают его. И нет скорбей, он не скорбит о том, что он утратил что-то, потерял что-то материальное.

Брахма-бхутах прасаннатма на шочати на канкшати, самах сарвешу бхутешу. Такой человек обретает способность одинаково смотреть на все остальные живые существа.

Он одинаково видит все живые существа, он понимает, что все они души, и он может действительно по-настоящему любить все другие живые существа, видя их высшее равенство. И дальше. Мад-бхактим лабхате парам.

С этого уровня, говорит Кришна, начинается бхакти.

То есть вот эта ступень умиротворения духовного счастья, отсутствия материальных желаний, материальных скорбей является как бы начальной ступенью, с которой начинается бхакти, вся сфера бхакти, все как бы царство бхакти простирается над этой степенью, ступенью Брахма-бхуты.

Сначала в материальном состоянии материалист раздираем страстями. Ему хочется одного, он сокрушается от того, что он потерял что-то. Он постоянно мечется между двумя этими крайностями, вся его жизнь протекает между двумя этими полусями скорби и желания, желания и скорби. И душа его не знает покоя.

В какой-то момент он пытается вырваться из этого порочного круга, и если ему удается это, то он достигает вот этого самого уровня Брахма-бхуты, осознания своего духовного я, духовности своей природы. И он утверждается в этом.

Именно этому посвящены как раз первые главы Бхагавад-гиты: пониманию своей духовной души, духовной природы своей души и такого философского мировоззрения.

Скажем так, это где-то напоминает мировоззрение, скажем, римских стоиков, Марка Аврелия или еще кого-то из этой когорты.

Когда человек действительно философски взирает на этот мир и понимает, что душа вечная и что вся эта суета этого мира, или книга Эклезиаста, Проповедника из Ветхого Завета, тоже отражает примерно такое мировоззрение, таковое.

Но когда мы достигли этого уровня, это еще не предел, это не есть что-то высшее. Дальше этого, над этим начинается царство бхакти.

И царство бхакти, мы возвращаемся к эмоциям, но уже возвращаемся к этим эмоциям в новом качественном состоянии.

Мы проделали определенный виток спиралей, и эти эмоции, которые человек испытывает на уровне бхакти, они гораздо выше уровня умиротворения, но их ни в коем случае нельзя путать с материальными эмоциями. Да, это эмоции, но это эмоции, имеющие другую духовную природу.

И мы можем видеть, что суть религии заключается именно в этом.

В конечном счете человек должен испытать духовные эмоции, потому что просто одного такого спокойного философского умиротворения ему не хватает для того, чтобы полностью быть счастливым.

На самом деле истинное счастье премананда заключается именно в этих духовных эмоциях.

Поэтому иногда говорится, что счастье осознания брамана или счастье осознания себя духом, брамананда называется она на санскрите, это всего лишь капля

Осмысление идей Ницше о христианстве

по сравнению с океаном счастья, которое испытывает человек, достигнув уровня бхакти или према-нанды, любви к Богу. Да? Алло? Да. Здравствуйте, Вадим Аркадьевич. Добрый день.

У меня к вам много вопросов, но я ограничусь по вашему вступлению, а Ницше. Но как бы это один из моих любимых философов, я им одно время еще увлекался, и когда, значит, вот он говорит, по-моему, по-немецки это Гот истот — Бог мертв. Я об этом раньше думал много.

Я понимаю это примерно таким образом, что люди, убившие Бога, распявшие Христа, они как бы достойны того, чтобы умерло их понятие о Боге.

И в каком-то смысле это неизбежно, поскольку, наделив Бога такими характеристиками, смертностью, они тем самым неизбежно должны были наделить смертностью и понятие о Боге.

Умерло их понимание, и неизбежно должно возникнуть новое понимание. По-моему, об этом говорит Ницше в этом известном изречении.

И помимо прочего, по-моему, он там в расширенном контексте, если я помню, он очень с большим сожалением говорит, он как бы проклинает человечество за то, что оно вот родило такого Бога и убило такого Бога, если так можно выразиться.

Это вот по первому пункту.

Второй момент, вот в моем понимании Ницше он не был абсолютно антирелигиозным, антибожным, вот если понимать под словом Бог, вкладывать абсолют, понимать как абсолют, то он не был безбожным человеком.

Он, в частности, с симпатией относился ко многим религиям, не христианским. Он отвергал христианство как церковность, насколько я понимаю. То есть, вот мне как раз интересно ваше мнение.

Он вычитывал из Евангелия, пытался вычитать истинную фигуру Иисуса Назарянина и отвергал ту связь с церковностью, которая возникла впоследствии под воздействием евангелистов. Это второй момент.

Ну, конечно, это очень неблагодарная задача вычитывать истинный первоначальный смысл. Первоначальный смысл, конечно, как правило, это не удается, но все-таки мне интересно ваше мнение.

Он как бы отвергает, он говорит, что христианская церковь, по сути дела, продолжила то, против чего боролся Иисус, то есть против этого жрического слоя блага и праведности.

И наконец-то третий момент мне хотелось бы узнать ваше мнение о том культе страдания, против которого выступает Ницше, на чем основано все христианство. То есть культ распятого Бога, который выкупает, у кого выкупает, у кого искупает человеческий грех.

Вот для меня это тоже совершенно непонятная, ну, как бы, загадка. Вот это вот как бы краеугольный камень, вот это то, что находится у самого истока христианства.

Вот каково ваше отношение к этому и как что вы можете по поводу этих трех пунктов сказать?

Спасибо большое. Ну что касается первого, то я думаю, что сами представления Ницше несколько всё-таки сложнее, и они действительно очень внутренние и противоречивы.

Может быть, он сам до конца не отдавался отчет в том, но когда он говорил о Боге — он всё-таки, об убитом Боге, — он говорил о Боге как об абсолютной истине, и этот Бог мертв, хотя он и сокрушался.

Я не думаю, что он имел в виду события 2000-летней давности, потому

что сам по себе он-то говорил и утверждал, что Бог убит или мертв. В одном случае он даже говорил, что он убит совсем недавно, относительно недавно, по крайней мере, думал, что это событие достаточно недавнего исторического масштаба.

Я не большой знаток философии Ницше, и не думаю много над тем, что

он говорил, я просто привел это как бы в пример к этому, на мой взгляд, вот эти представления о мертвом Боге, провозглашенный Ницше, которые высвобождали человека, должны высвободить человека, высвободить его, как бы вот эту вот творческую, так сказать, энергию и побудить его превратиться самого в сверхчеловека, стать вот этим уберменшем, они носят достаточно такой радикальный характер.

На мой взгляд, они стоят у истока многих современных представлений о том, собственно, что должен делать человек здесь, в этом мире. Я просто прибег к этому примеру, как к иллюстрации этого положения.

Я еще раз говорю, что я не очень хорошо знаю всю эту философию, поэтому относительно того не буду утверждать со всей определенностью, не

буду брать на себя смелость толковать, точно вот это всё понятие во всей её многогранности в контексте всей философии Ницше. Что касается второго вопроса, то тут я склонен согласиться с вами,

потому что действительно Ницше не был так уж безнадежен в каком-то отношении, и он не был таким безнадежным или заряженным атеистом, как все думающие люди или, по крайней мере, большинство думающих людей.

В частности, мне запомнилась замечательная фраза Ницше, где он говорит, что я бы мог поверить в Бога, который танцует.

И когда он сказал, упомянув о танцующем Боге, то мне сразу же пришел на ум Кришна, который танцует, естественно.

Хотя в нем боролся как бы вот этот вот атеизм и желание самому стать Богом, стать сверхчеловеком, отвергнуть Бога, и в то же время какая-то

внутренняя глубокая религиозность присуща думающим людям. я думаю, и в общем тут я тоже склонен, как я уже сказал, согласиться

с вами, что он, безусловно, очень жестокой критике подвергал вот эти вот позднейшие интерпретации христианства, которые превратили его, которые как бы узурпировали вот эту вот истину, и когда сословие жрецов узурпировало вот это вот право на то, чтобы стать последователями Христа и нести эту истину.

Тут с этим можно спорить. Это может быть не такое однозначное мнение, и тут я думаю, что сама эта проблема церковности, церкви, организации и всего остального изречества, обряданности, она имеет очень много различных аспектов.

Нельзя сказать, что это абсолютное зло, и нельзя сказать, что действительно последний христианин умер на кресте, все остальные были теми, кто извращал его мучения, я бы не был тут так категоричен, потому что мы видим, что вот этот изначальный заряд любви к Богу, который несет и олицетворяет собой фигуру Иисуса Христа, Он по-прежнему

действует, Он по-прежнему спасает людей, Он по-прежнему дает людям возможность вырваться из заколдованного круга, из вот этого морока, в котором они сейчас находятся, и как-то дает им возможность найти силы, как бы преобразиться, духовно преобразиться в том числе.

Так что я не думаю, что это все так уж безнадежно в этом смысле, что все остальное после Иисуса Христа было каким-то изначальным извращением Его идеи. Тут, пожалуй, Он перегнул палку.

Но то, что Он не был безбожником, тут я с вами согласусь, и то, что в нем жила какая-то, с одной стороны, вера в Бога, и какое-то желание понять, кто же такой Бог.

И вот это вот, конечно, резкое отрицание смертного Бога, Бога, который не изведен до уровня такого человека, оно тоже было, и с этим можно согласиться. Это достаточно такие правильные представления, я бы сказал так.

И что касается третьего вопроса относительно культа страдания и искупления через страдания, то ну, что я могу тут сказать на этот счет?

Естественно, что Богу не нужно страдать для того, чтобы искупить наши грехи. И если Господь хочет искупить наши грехи, Он может сделать это очень просто. Для этого Ему самому не нужно страдать.

Сам Бог является абсолютной истиной, и Он может поглотить любое бесконечное количество грехов. Говорится, что в свое время, когда полубогие демоны пахтали молочный океан, то сначала появился яд.

И тогда все пригласили Господа Шиву и сказали: что твоя очередь первого принять вот эти вот дары, жертвоприношения, которые появились, пожалуйста, прими это.

И Господь Шива с очень большой легкостью выпил океан яда, и ничего с ним не случилось. Сам Он при этом не страдал, он не умер от этого, хотя Он принял на себя вот этот океан яда.

Точно так же и Бог, если ему нужно искупить все наши грехи. Самому Ему для этого естественно страдать не нужно. Поэтому, конечно, вот эта концепция искупления наших грехов через страдания Бога.

Она может и имеет какую-то поэтическую природу. Она действительно с поэтической точки зрения очень красивая, но она скорее имеет

отношение к египетским представлениям об этом умирающем и возрождающемся боге, боге страдающем, которому присущи все черты смертного человека. То есть, тут не трудно понять, почему эта идея так гипнотизирует людей.

Почему людям так хочется, чтобы за их грехи кто-то обязательно пострадал, и что обязательно вот эта вот искупительная жертва именно должна побуждать человека из грешника превращаться в праведника.

Но она имеет этот заряд, безусловно, но не очень понятно почему. В общем-то, порядочный человек не хочет, чтобы за его грехи кто-то страдал. Порядочный человек попытается сделать так, чтобы никто не страдал.

И естественно, что Бог особенно не будет страдать за наши грехи. Ему не нужно страдать. Если ему нужно избавить нас от грехов, он может сделать это гораздо более изящным способом.

Причины проявления демонических сил

Алло? Да. Харе Кришна, Вайянатхас. Хочу продолжить. То, что вы начали с той пиксельной вещи, вот заканчивается уже. Значит, вот мы все на разных находимся уровнях нашего развития.

И вот есть люди, которые, ну там путь в гунах страсти, невежества, но вот есть такие люди, которым вот только расскажешь, что Бог тебя любит. Они даже представления об этом не имели.

Они так обрадуются, главное, они поверят. Им не нужно там, они не хотят на себя там читать, что-то, там, вот веда понимать, что-то, но они так обрадуются, что Бог их любит, и вы знаете, они бросают свои темные дела.

Идут в церковь, там строят, может быть, храмы. И это действительно я видела. Таких людей у меня были такие вот, ну, были такие встречи. И другая категория людей. Вот веда, они же ведь всем доступны.

И ведь никому, собственно, ведь все мы знаем, что аскезы совершал и Господь Брахма, и вот тот же Ганди, чтобы выгнать там англичан и так далее, освободить свой народ.

И вот такие демонические натуры, которые считают себя сверхчеловеками, там вот и Ленин посылал, там в Гималаи всякие экспери... И Гитлер, и Сталин обращались. И ведь они ведь совершают аскезы.

Им-то вот как раз есть дело для того, чтобы стать над людьми, совершать аскезы, и стать вот сверхчеловеками, понимаете, чтобы погубить вот как бы вот людей, которые вот не знают, как им быть, понимаете, чтобы над ними стать.

Вот мне хотелось бы вот об этом, чтобы почему как бы Бог допустил, что демонические силы, у них же Параматма тоже внутри есть у демона. Почему демонические силы все-таки вот могут?

И, как сказать, дается им вот свершение этих аскез? Спасибо, все вам доброго, благодарю вас. Почему демоническим силам даются силы? Просто потому, что они этого хотят.

Этот мир устроен таким образом, и Бог устроил этот мир таким образом, что человек, если он очень хочет чего-то здесь, в этом мире, он сможет достичь исполнения своих желаний, убедиться в том, что он от этого не стал счастливее, попытать счастье в чем-то новом, в чем-то другом.

Если бы у него не было такой возможности, у него бы всегда оставалось чувство неполноценности некой, и всегда бы он оставался в некой иллюзии, что если бы вот это мое желание не исполнилось, то тогда бы я был счастливым, а так как оно не исполнилось, то я не стал счастливым.

Собственно, это и является, это ощущение некой неполноты или незаконченности жизни, является причиной наших постоянных перевоплощений, перерождений, когда человек проживает одну жизнь, но не все его желания исполняются, и он в момент смерти думает о каких-то своих неисполненных желаниях, о планах, которые не осуществились, в следующей жизни он получает возможность осуществить эти планы.

И в этом мудрость Бога, замысел Бога, который создал этот мир, с одной стороны, позволил душам находиться в этом мире и исполнять свои желания, а с другой стороны, дал возможность этим душам разочароваться как-то и возможность искать выходы из этого мира и найти выход из этого мира.

Собственно, вот и все. И демоны, демонические люди, люди, которые пытаются встать над другими людьми, возвыситься, такие же люди, как и мы.

И у нас тоже есть какие-то демонические стороны нашей природы, которые тоже заключаются в том, что мы хотим возвыситься в своей какой-то сфере, над другими людьми. Или над чем-то, по-своему как-то возвыситься. Вот.

И просто у некоторых людей это получается очень сильно, очень мощно, и то, что это приносит зло всем остальным, становится очевидным.

У других людей у них нет такого масштаба, что ли, у них нет таких претензий или таких больших амбиций демонических, и поэтому они совершают зло в меньших масштабах, так что его особенно незаметно, они могут принести зло только самим себе или непосредственному своему окружению.

Но в конечном счете нужно понять именно вот сам этот принцип. Принцип того, что до тех пор, пока мы будем хотеть властвовать над этим миром, мы будем приносить несчастье себе и всем остальным.

До тех пор, пока если мы вдруг захотим всё-таки предаться Богу и начать служить Ему, встать на путь служения Ему, то тогда, соответственно, мы сможем как-то вырваться из этого заколдованного круга.

Что касается первого вашего примера относительно простых людей, которые радуются, когда они слышат, что Бог тебя любит, то это очень хорошо, и это действительно признак какой-то простоты и чистоты душевной, какой-то готовности к восприятию Бога, но это еще только первый шаг.

И за этим первым шагом, за этим начальным импульсом, который могут двинуть их куда-то, предстоит большой длинный путь, и этим шагом далеко еще не все исчерпывается. Человеку нужно развить в себе очень глубокую веру, очень глубокое философское понимание для того, чтобы действительно правильно поступать во всех ситуациях, в которых мы можем встретиться.

Этот начальный импульс, начальный порыв души - это очень здорово, очень хорошо, его нужно ценить и как бы пестовать, лелеять.

Но дальше после этого предстоит долгий путь, когда нужно будет по капле выдавливать из себя раба, по капле, вернее, даже не столько раба, сколько господина, по капле выдавливать из себя демона, и вот к сожалению, одного этого начального импульса не хватает для того, чтобы пройти этот путь до конца.

Для этого нужно гораздо более глубокое понимание, решимость, терпение, все вот эти вот качества необходимы, и главное желание общаться с другими людьми, идущими по этому пути.

Ну, пожалуй, время мое пришло к концу, поэтому мы закончим сегодняшнюю передачу живого эфира.

Я хотел бы поблагодарить, как всегда, всех, кто звонил к нам в эфир, задавал свои вопросы, слушал нас, общался с нами и всех тех, кто пытается идти по этому пути, пытается размышлять над глубокими вопросами бытия, задавать себе этот вопрос, зачем же я живу и что я делаю здесь, в этом мире.

Спасибо вам большое за то, что вы помогаете нам в этом. в том числе. До свидания. До новых встреч в эфире. На ваши вопросы отвечал Вадинатх Дас.