Шримад-Бхагаватам 4.8.31-32
Bhakti Vijnana Goswami · Moscow · 1997
Chapters
Чтение текстов Шримад-Бхагаватам и перевода
Мы читаем «Шримад-Бхагаватам», песня 4, глава 8, тексты 31 и 32. Мунаях падавим яся, никсангеру джама джанмаби Атата Затем Нибартата Просто остановись, Эйса, это Нирбанда. Решимость, Таба, Твоя, Ниспалага,
Бесплодна, Я Тиссяти. Тебе следует попытаться в будущем. Тебе следует попытаться в будущем. В Баба. Ты сам. Кале. С течением времени. С течением времени. Срея сам, возможности, самопастите, получив, сревот двух стихов.
Нарада Муни продолжал.
Многие йоги-мистики, отрегшиеся от мира материальной скверны, практиковали этот метод в течение многих жизней, но так и не смогли дойти до конца по пути постижения Бога, несмотря на то, что постоянно пребывали в трансе и совершали суровую аскезу.
Поэтому, мой мальчик, не пытайся следовать этим путем. Ты все равно не добьешься успеха. Лучше возвращайся к себе домой.
Когда ты подрастешь, тебе снова по милости Господа представится возможность вступить на путь мистической йоги, и тогда ты сможешь начать практиковать ее. Комментарий Шрилы Прабхупады.
Как правило, человек, хорошо подготовленный к духовной жизни, целиком посвящает себя духовному самосовершенствованию только на последнем этапе своей жизни.
Поэтому жизнь человека в ведическом обществе делится на четыре этапа: вначале человек становится брамачари, учеником, изучающим Веды под авторитетным руководством духовного учителя.
Затем он обзаводится семьей и исполняет семейные обязанности, как предписано Ведами. Затем домохозяин становится ванапрастхой и наконец, на последнем этапе жизни,
когда он готов отказаться от семейной жизни и от жизни в ванапрастхе, человек отрекается от мира, т. е. принимает санньясу и целиком посвящает себя преданному служению. Однако обычно люди думают, что в
детские годы нужно наслаждаться жизнью, предаваясь играм и развлечениям. В молодости следует наслаждаться обществом девушек, а в старости на исходе жизни можно посвятить себя преданному служению или начать практиковать мистическую йогу.
Однако это не относится к серьезным преданным. Великий мудрец Нарада говорит об этом.
самом деле, в Священных Писаниях говорится, что человек должен заниматься преданным служением, на какой бы ступени жизни он ни находился. Однако духовный учитель должен подвергнуть ученика испытанию, чтобы проверить, насколько он искренен в своем желании заниматься преданным служением. Только после этого он может дать ему духовное посвящение.
Мунайах падавим йася нищангенору джанма-джанмабих, На видур мригайантопи тивра-йога-самадхи. Нарада ему не продолжал.
Многие йоги-мистики, отрекшиеся от мира материальной скверны, практиковали этот метод в течение многих жизней, но так и не смогли дойти до конца по пути постижения Бога, несмотря на то, что постоянно пребывали в трансе и совершали суровые аскезы.
Йатишам хи бхаван кале Шрия самсамупа. Поэтому, мой мальчик, не пытайся следовать этим путем. Ты все равно не добьешься успеха.
Лучше возвращайся к себе домой, когда ты подрастешь, тебе снова по милости Господа представится возможность вступить на путь мистической йоги, и тогда ты сможешь начать практиковать ее.
Нарада Муни подвергает здесь суровому испытанию своего будущего ученика, Дхруву. Он говорит ему: «Погоди, еще не пора. Ты еще маленький мальчик. У тебя еще много энергии. Ты можешь использовать эту энергию по-другому.
Ты можешь вступить в ашрам грихастхи, когда настанет свой срок, прожить счастливую семейную жизнь.
И постепенно-постепенно, когда ты станешь старым, когда у тебя уже ты уже не будешь ни на что другое больше годным, тогда ты сможешь заниматься мистической йогой».
И если бы у Дхрувы Махараджи была хотя бы тень, хотя бы намек на то, чтобы избрать этот путь, он бы наверняка воспользовался этой возможностью и сказал: «Действительно, Бабаджи он лучше знает. Так, он на вине играет. Он знает, что он говорит».
На самом деле, таким образом проверяется решимость человека.
Это очень сильный аргумент, и если человек уже думает где-то там в подсознании: «То может быть, мне не пора, может быть, я еще не готов? Может быть, мне стоит еще немного погодить с этим отречением? В конце концов, отречение от меня никуда не убежит. Так наслаждаться я могу только в течение короткого промежутка времени, пока я молодой, а отрекаться я могу в любое время. Это не проблема.
Обязанности человека в ведическом обществе
Не лучше ли мне сначала как следует понаслаждаться, чтобы потом ни о чем не жалеть, а затем уже целиком посвятить себя мистической йоге, и все будет хорошо.
И Шрила Прабхупада объясняет в комментарии, что не лучше. Вернее, он делает исключения, он говорит, что в некоторых случаях это возможно. Вернее, это было возможно.
В ведическом обществе это было возможно, это был естественный путь постепенного духовного развития человека, когда человек проходил через различные ашрамы и постепенно-постепенно, проходя через эти ашрамы, учился отречению от мира.
Система ведического общества поставлена, построена таким образом, что бы человек ни делал, если он делает это правильно, если он исполняет свои обязанности, то постепенно, постепенно этот огонь и отречения разгорается в его сердце.
Он полностью исполняет все свои желания, исполнив все свои желания, он сможет уже с легким сердцем, с легкой душой отречься.
Но для этого, прежде всего, нужно знать свои обязанности, нужно исполнять свои обязанности совершенным образом.
И когда человек делает это, когда он занимает определенное место в обществе и без привязанности исполняет свои обязанности, то постепенно-постепенно действительно отречение приходит в нем. На самом деле.
Человек не может избежать исполнять свои обязанности. Он создан определенным образом.
И если он исполняет те обязанности, ради которых он создан, это не есть какие-то искусственные обязанности, навязанные ему какой-то чужой волей. Это его собственные обязанности, то, для чего он создан.
И если он делает это и делает это без привязанности, то это является великим благом для всего, для него самого и для всего общества, для всех людей, которые окружают его.
Человек не может избежать делать того, ради чего он создан. Иногда нам кажется, что проклятая моя судьба, карма моя проклятая, какой дурной Кришна. Почему он меня создал?
Непонятно кем, почему он меня не создал каким-нибудь возвышенным браманом, чтобы я там что. Но Он создал нас такими, какие мы есть, и мы должны делать то, что Он велел нам делать.
Мы должны в конце концов просто смириться с тем, что мы есть, и выполнять свои обязанности в соответствии с тем, каковы наши качества.
Это самое лучшее, это первый шаг смирения, которое человек может сделать: осознать, кто он есть, каковы его реальные способности, и заниматься тем, ради чего он создан? Есть такая замечательная притча: притча про Каупину.
Однажды Каупина начала жаловаться на свою судьбу. Она подумала: что за проклятая у меня жизнь, вообще жуткое совершенно существование. Я должна находиться в самых ужасных местах. Постоянно.
Для тех, кто не знает, каупина — это набедренная повязка. Вот, я должна постоянно соприкасаться, ну, непонятно с чем. В общем, жуткой совершенно жизни.
И каупина подумала: что, собственно, другие вообще куртки, как куртки, они там хорошо себя ведут, хорошо чувствуют и вообще. В общем, короче говоря, висела каупина на веревке, когда она сушилась, и думала все это.
И в один прекрасный момент ветер налетел и снес каупину. И Купина подумала: «Но наконец-то я смогу избежать исполнения своей тяжелой судьбы и своей тяжелой кармы. Ветер понес эту купину и принес ее на берег Ганги.
Лежала там эта купина на солнышке и думала: «Как мне хорошо, я греюсь на солнышке, я не исполняю этих неприятных совершенно обязанностей, не укрываю все эти странные части тела, подозрительные очень». И все было хорошо.
Ровно до тех пор, пока садху, который поблизости совершал омовение в Ганге, не вышел из воды. И как назло, в тот момент, когда он совершал омовение, течение унесло у него купину.
Этот бедный садху вышел совершенно в чем мать родила. И тут он увидел, что Купина как раз валяется на берегу. Он очень обрадовался, подхватил эту Купину, надел ее туда же, куда, собственно, купина и должна была быть.
И эта бедная Купина начала опять думать про себя: «Ну надо же вообще, какая у меня тяжелая судьба. Я только что улетела с веревки, только что лежала и наслаждалась жизнью, тут этот садху ее подхватил».
Но это было еще не все. А скоро она поняла, что на самом деле судьба ее стала еще более тяжелой. Потому что до этого, по крайней мере, ее бывший хозяин носил ее через день. Через день он ее стирал и вешал.
А садху, так как у него была только одна клупина и не было ничего другого, носил ее каждый день.
Исполнение собственного долга и совершение аскез
И купина стала сокрушаться об этом. Смысл в том, что на самом деле человек не может избежать делать то, ради чего он создан, даже если это какая-то неприятная обязанность.
В сущности, исполнение долга всегда сопряжено с чем-то неприятным. У каждого человека есть неприятные обязанности. Кто-то думает, что если я займу более высокое положение в обществе, то, соответственно,
мои обязанности будут более приятными и я буду более счастливым таким образом. Нет, у каждого, какое бы высокое положение он ни занимал, есть свои аскезы.
Более того, поверьте мне, чем более высокое положение он занимает, тем неприятнее эти обязанности. И тем суровее аскезы, которые нужно совершать.
Человек, который там находится внизу, там брахмачари, он может думать, моет пол, в сущности, у него нет особой головной боли, он не понимает, до какой степени он счастливый.
До какой степени все то, что он делает, на самом деле просто. Чем выше человек поднимается по общественной лестнице, тем тяжелее исполнять эти обязанности, тем тяжелее груз, который ложится на его плечи.
И у каждого человека есть своя аскеза. Поэтому, в сущности, человек просто должен исполнять свои обязанности.
Если он будет делать это без привязанности, просто потому, что это его долг, он исполняет свои обязанности, потому что он должен делать это, то он будет обретать силу. В этом суть, секрет, успеха ведического общества.
Человек какое бы положение ни ни занимал, кто-то думает, что ведическое общество - это суровое, жесткое, иерархическое общество, там все эксплуатируют друг друга, и больше
всех эксплуатируют браманы, потому что они забрались наверх, они там эксплуатируют всех со страшной силой. Непонятно, правда, как они всех эксплуатируют, потому что у них ничего нет самих.
И одна лупина только, и ничего другого. Но на самом деле ведическое общество устроено таким образом, что просто каждый выполняет свои обязанности.
Человек, возвышаясь на обществе, получает только больше обязанностей, и получает все меньше и меньше привилегий. Привилегии тоже есть, но на самом деле не это главное.
Например, женщины могут говорить: вот там иногда мы слышим от феминисток от представительниц движения за освобождение женщин, от чего-то непонятно чего: что в сознании Кришны собрались люди, которые пытаются эксплуатировать их.
На самом деле, суть в том, что если человек какое бы положение он ни занимал, даже если он родился женщиной, даже если он родился непонятно кем, какое бы положение он ни занимал, если он исполняет свои обязанности, он обретает силу.
И женщина, которая исполняет свои обязанности идеальным образом, может стать более сильной, чем самый великий браман и аскет. В этом заключается самая большая аскеза, которую можно совершать.
Я просто исполняю то, что я должен делать, без привязанности к плодам своего труда. Просто я делаю это, потому что я должен это делать, потому что таков мой долг.
Если жена служит своему мужу просто потому, что это ее долг, то она может стать необычайно сильной.
История о Каушике и верной жене
Как в Махабхарате есть замечательная история, иллюстрирующая это. История про Вишвамитру Муни или Каушику.
Вишвамитра Муни был, вы все знаете его историю, как он был кшатрий, потом в конце концов, в результате суровых аскез, он стал браманом, а сам Брахмаджи пришел к нему, даровал ему это браманство, сказал, что ныне ты браман. Но так или иначе, какую-то часть браманской крови Каусыка сохранил.
И вот этот темперамент, то есть кшатрийский, кшатрийский темперамент у него остался. И Каушика был знаменит тем, что все ужасно боялись его как-то задеть. Его было очень легко разгневать.
Он был муние, он совершал суровые аскезы, он там обладал массой мистических сил, но все его страшно боялись. Про него рассказывают такую историю: что однажды он сидел под деревом, медитировал.
В это время на дереве сидел аист, ни о чем не подозревая. Этот несчастный аист там ему по нужде нужно было сходить. Этот аист сделал это. И все это упало на бедного Муни.
Этот Муни, когда только он увидел, он посмотрел на аист. От его взгляда аист загорелся и упал замертво на землю, и превратился в кучку пепла. Естественно, таким образом, Муни сжег добрую часть своих этих самых аскез, которые он совершил. Ему пришлось снова совершать аскезы.
Но так или иначе, история с аистом вошла в поговорку. Все, когда видели Каушику, все сразу вспоминали про аиста и думали: ой-ой-ой-ой-ой-ой, Каушика идет. Не дай Бог, он взглянет на меня своим ужасным взглядом.
И вот однажды этот Каушик пришел в деревню и стал просить милостыню, как это и положено браманам. Он подошел к одному дому, постучался в дверь, к нему вышла женщина, и он сказал: дай мне милостыню.
Она говорит: сейчас дам, подожди немножечко. Она зашла в дом, а тем временем ее муж, который находился дома, сказал: Эй, жена, я голоден, принеси мне поесть.
И жена, ни секунды не думая об этом, стала обслуживать своего мужа. Она стала обслуживать, она принесла, приготовила пищу своему мужу, поставила ее на стол. Потом муж сел и стал есть.
Она стала рядом и стала обмахивать его опахалом. Потом муж поел, омыл рот, омыл руки и лег спать. Жена села рядом и стала отгонять от него мух. А в это время Каушик ждал у дверей. Голодный.
Можете представить себе, что он при этом испытывал. Он думал, где эта несчастная женщина. В конце концов, он решил: я все-таки дождусь ее, и я ей покажу, как издеваться над браманами, которые пришли и просят милостыню.
В конце концов, эта женщина после того, как ее муж поспал, после того, как она отогнала от него всех мух, вышла навстречу Каушику и вынесла ему там рис, и сказала: вот ты просил милостыню, вот забирай рис. Ты скушай!
Он взглянул на нее совершенно страшным взглядом, с жутким таким взглядом, под которым в огонь все могло обратиться.
Женщина на него посмотрела и говорит: чего ты на меня так пялишься? Ты на меня можешь сколько угодно зыркать, ничего у тебя не получится. Я своим делом занималась.
Мой Бог, мой господин пришел ко мне и сказал, чтобы я за ним поухаживала. Я сделала все, что нужно. Так что ты можешь подождать.
Он начал кричать: как ты разговариваешь с браманом? Даже Индра кланяется, даже Индра, когда видит браманов, кланяется.
Что ты себе позволяешь, подлая женщина? Она говорит спокойно: я все знаю, знаю, кто такие браманы, и про тебя знаю, и про аиста того тоже знаю. Не волнуйся.
Все равно у тебя ничего не получится, потому что я исполняла свой долг, и все у меня будет хорошо.
хорошо. Лучше отправляйся-ка в Митхилу, — она дала ему совет — и встреться там с каким-то... тебе вообще, дорогой товарищ, нужно терпению поучиться. Вообще, настоящий браман не должен гневаться из-за пустяков, короче. Вот, и этот кушик, а после того, как он послушал эту женщину, еще раз на всякий случай взглянул на нее. Ничего не получилось.
Принцип защиты дхармы и сила долга
Он сказал: Спасибо тебе, о, добродетельная женщина, ты преподала мне хороший урок, я пошел в Мидхилу и пойду встречусь там с теми, с кем нужно, как ты мне посоветовала.
На самом деле в этом заключается сила исполнения своих обязанностей. Человек, исполняющий свои обязанности, человек, исполняющий свой долг,
следующий принципам, основывающий всю свою деятельность на принципах, на твердой основе принципов, может обрести необычайную силу.
Если я знаю, что я должен делать, если я хорошо знаю священные писания, я знаю, что я должен делать, и я делаю это, что бы ни случилось, что бы ни произошло, что бы меня не заставляли делать обстоятельства, то в конце концов я обретаю страшную силу.
Есть такая поговорка санскритская: Дхарма ракшати, ракшати. Тот, кто защищает дхарму, дхарма становится на защиту его. Сама дхарма, величайший закон, по которому построен этот мир, становится на защиту такого человека, который защищает дхарму, который живет в соответствии с дхармой. Если человек исполняет закон дхармы, то тогда дхарма защищает его, и такому человеку нечего бояться.
На самом деле в этом величие ведического общества. Люди, которые жили по законам дхармы в ведическом обществе, знали это. Это не просто было теоретическое знание. На своем опыте они могли в этом убедиться.
Они знали, что ничего им не страшно. И чем больше они жили по правилам ведического общества, это путь невритти-марга. Тем больше и более сильными они становились, и тем в большей степени они смогли отрекаться.
На самом деле все ведическое общество построено на принципе отречения.
Как 18-я глава Бхагавад-гиты, завершающая глава Бхагавад-гиты называется «Совершенство отречения». И если человек проживает так свою жизнь, то постепенно-постепенно он отрекается.
Шрила Прабхупада объясняет в начале комментария, что в принципе все то, что говорит Нарада Муни, это очень логично. Если человек живет такой жизнью, то постепенно-постепенно отречение приходит к нему.
Но, к сожалению, наше современное общество построено по-другому, на других принципах.
В нашем современном обществе, если в ведическом обществе все то, что делает человек, помогало ему отрекаться и прогрессировать духовно, то в нашем обществе все то, что делает человек, помогает ему все больше и больше привязываться.
Оно построено на принципиально иных принципах. В нашем обществе люди, общество построено, заставляет человека по сути дела, все больше и больше привязываться. Это самая большая ценность: чем больше человек привяжется там к чему-то, тем он по меркам этого материального мира считается счастливее.
Вот. Я читала однажды такую дурацкую довольно-таки книжку, но в то же время любопытную, довольно глупого автора может не стоит характеризовать человека как-то. Ну, так я не буду говорить, кто это и что это за книжка, чтобы никого не обижать.
Он был путешественником, и он востоковед, исследователь и писатель к тому же фантастических романов одновременно.
Он написал книжку своих путешествий по Индии: как он путешествовал и как он смотрел на эту дхарму, на остатки этой дхармы, вот, и он же выписывает в нескольких местах, каким образом он сталкивался с этими проявлениями дхармы, и как они просто ставили его в тупик. Как он не мог понять, вообще, почему эти люди действуют таким образом, что с ними происходит и почему они так действуют.
Сцены, которые он описывал, они очень ярко показывают столкновение двух культур и преимущества одной культуры перед другой.
Он сам не понимает, насколько глупо он выглядит в своих описаниях - в этих встречах. Он очень гордо все это описывает.
Притча о мастере серебряной фольги
Он описывает одну встречу, очень любопытную, которая запомнилась мне.
Как однажды он со своим другом, он знает хинди, знает языки там местные, и он со своим другом, он решил, значит, своему другу, который только приехал русский человек в посольстве, два таких русских человека: пузатых, с усами, там совсем лысый, значит, и он решил ему показать достопримечательности вот этой вот странной индийской культуры, которая есть.
Они отправились на базар куда-то в старый город, ходили по разным лавочкам, смотрели всякие штуки, которые там продаются.
В конце концов, они зашли в лавочку к одному человеку, темная лавочка, в которой сидел человек, и обязанности этого человека — он принадлежал к особой касте, и обязанность его заключалась в том, что он делал серебряную фольгу.
Те, кто знает, те, кто видели, иногда на махапросаде есть такая сверху на сладостях серебряная фольга или золотая фольга. Очень тонкая, так что она тает во рту.
Есть специальные технологии, очень древние, как делается эта фольга.
Берется кожа буйвола, который умер своей смертью. Между этого кладется определенный кусок золота или серебра. Потом нужно было ударить, нужно ударить по этому куску какое-то определенное мистическое количество раз.
И этот кусочек золота или серебра превращается в тончайшую-тончайшую фольгу - такую тонкую, практически одномолекулярный слой, что если положить ее на язык, то она тает.
И чтобы сделать один листик фольги, человек должен целый день стучать этим молоточком.
Там особый молоточек, особое это самое. И они зашли и увидели, значит, этого человека, который старого уже человека, который сидел в этой лавочке. Всю свою жизнь он стучит этим молоточком и делает эту фольгу.
За день он делает, может быть, один листочек фольги, такой, который стоит, в общем, очень дешево, который потом покупают. Он делает, сидит себе, стучит этим молоточком и считает раз, два, три, четыре, пять, шесть.
Там нужно, по-моему, 1900, нет, сколько-то там 900, 1880, пять раз ударить молоточком. Он сидит себе и бьет этим молоточком. И тут вваливается туда двое русских таких. Гуляй, Вася.
И первое, что они делают, там лежит стопочка фольги, которую он сделал.
У него такое первое, что они делают, это - значит, человек и его друг хватает оттуда несколько листков, дает своему другу и сразу же вообще не спросясь ничего, засовывает в рот и начинает эту фольгу жевать так у этого человека.
Этот человек посмотрел на них, так на минутку кинул взгляд, продолжал, значит, стучать своим молоточком. Пух, пух, пух.
Они, значит, сжевали эту фольгу у него на глазах, которую, может быть, он неделю делал, там несколько заглотили ее. И потом, значит, так свысока, так, как это свойственно европейцам в Индии?
Спрашивает у него: ну ладно, сколько тебе заплатить, старик?
Старик так, не отрываясь от своей работы, стучит и говорит: спрашивает этот автор — значит, который говорит по этому: он говорит: а для человека, который говорит на нашем языке и приехал из другой страны, я ничего не беру. И продолжает стучать. Пух-пух-пух-пух.
Он говорит: ты что, мы недельную твою работу съели только что у тебя на глазах. Возьми что-нибудь.
Хотя бы он говорит: ладно, заплатите две анны и уходите отсюда. Две анны — те, кто знает, анна — это там одна сотая часть рупии. На самом деле, и тут видно столкновение этих двух культур. Одна культура - культура, которая гребет все под себя, культура, которая видит что-то и сразу же это в рот тащит, которая увидела стопку фольги, и сразу же это вообще невзирая ни на какие принципы, ни на что.
Основной принцип: я вижу что-то, я хочу этого, я должен засунуть это к себе в рот, так или еще куда-нибудь, еще в какие-нибудь части своего тела. Я вижу, я хочу, я делаю. И другая культура.
Человек целыми сутками сидит и стучит молотком, исполняя свой долг. Потому что это его долг, потому что такова - он родился с этим. Его отец делал это, его дед делал это, его прадед делал это.
Он делает это, он абсолютно счастлив. При этом он думает о Кришне. При этом он считает раз, два, три, четыре, пять. Когда считает до 900 тысяч, откладывает, берет новый кусочек. И он абсолютно при этом счастлив.
Он исполняет свои обязанности. И он настолько счастлив и настолько силен, что он может показать свое превосходство этому человеку.
Он может сказать: я не беру с тебя денег. Иди ты, иностранец, скушай сколько тебе нужно и уходи отсюда. На самом деле это принципиально разный подход к жизни.
Важность смирения и школы духовного ученичества
И человек должен учиться этому подходу. Мы не знаем, до какой степени мы обусловлены всем этим, до какой степени мы с молоком матери впитали вот этот эксплуататорский подход к жизни и к миру.
До какой степени мы воспитаны на всем этом неправильном отношении, до какой степени мы хотим эксплуатировать этот мир, до какой степени мы считаем его своей собственностью, до какой степени мы обусловлены всем этим.
И для того, чтобы преодолеть себе это, человек должен пройти школу ученичества. Без школы ученичества, без школы послушания под
руководством своего духовного учителя — это то, о чем говорит Шрила Прабхупада в комментарии. Без руководства духовного учителя человек не сможет сделать это.
Как некоторые люди сейчас, даже в искусстве, так сказать, это самое ужасное на самом деле. Покориться, подчиниться кому-то. Это самое ужасное.
Не даром на английском на самом деле ученик, то, что мы на русский называем, переводим как ученик, на самом деле более правильный перевод был бы, на английском это звучит disciple. Там есть два слова: disciple и student.
Так, ученик строго говоря: student или студент.
Тот, кто просто получает знания, но disciple — тот, кто принимает своего духовного учителя, он происходит от слова discipline или дисциплина. Так более правильно было бы переводить это слово как послушник.
Есть такое хорошее, замечательное русское слово с очень ясным православным
оттенком — послушник: человек дает обет послушания своему духовному учителю, через послушание своему духовному учителю, через служение своему духовному учителю он может преодолеть
в себе все это, он может преодолеть в себе этот эгоизм. Он может развить в себе смирение. Иначе он не сможет этого сделать. Если, например, спросить у ребенка, вот тут вот есть несколько детей, что такое смирение, так?
Или спросить даже у взрослого, что такое смирение? Кто может дать определение смирению?
В любом случае, даже если кто-то даст определение, и смирения, очень сильно подумав, Ребенок вообще не понимает, если у него нет конкретного опыта.
Но определение, которое мы дадим, я обещаю вам, оно будет начинаться со слов: Это когда. И дальше будет описание. Это когда я делаю то-то, то-то-то-то. Это когда я выполняю то-то, то-то-то-то.
Это определенное качество, и качество это нужно воспитывать в себе, качество нужно развивать в себе. И развивается это в общении со своим духовным учителем.
Махабхарата, собственно, Бхагавад-гита — в Бхагавад-гите есть это центральный стих: «Тад види пранипатена парипрашнена...» Но
вся Махабхарата и ведическая литература полна историями о том, каким образом нужно реализовать этот принцип: «Тад види пранипатена парипрашнена севая упадекшьянти те гьянам гьяни-нас таттва-даршинах». печатаю я, да.
Как служа своему духовному учителю человек действительно обретает знания, как через служение духовному учителю знание приходит к нему.
Махабхарата, это вся начинается с истории трех учеников, которые служили великому учителю Айода Дауме. По-моему, я рассказывал уже, по крайней мере, одну историю из этих трех учеников. Но может быть, ту же самую.
Я расскажу ее еще раз. В любом случае. Это очень хорошая история, очень такая поучительная,
которая показывает, что действительно учитель иногда дает испытание. И если человек проходит через это испытание, то он обретает знания.
У него было три ученика: одного ученика звали Аруни, другого ученика звали Веда, и третьего ученика звали Удалака. Да? Нет, не Утанг. Утанга был учеником Веды. Его звали Удалака. Нет, я все перепутаю.
Удалака стали звать Аруни после того, как он заткнул собой эту самую плотину. Скажем. И однажды этот ученик пришел перед своим духовным учителем, учитель сказал ему: «Иди и паси коров». Так он пошел пасти коров.
На следующее утро он приходит к своему духовному учителю и говорит: «Духовный учитель, я попал в своих коров».
Духовный учитель смотрит на него и говорит: «Что-то ты слишком толстый, дорогой Упаманью. Чем ты питаешься, когда ты пасешь коров? Ты пасешь коров, объясни мне, чем ты питаешься».
Он говорит: «Ну как, я, как и полагается ученику, выпасаю коров, потом иду, прошу милостыню, кушаю как следует то, что мне дают, и потом продолжаю пасти коров».
Говорит: «Ну, теперь я понял, почему ты такой упитанный, дорогой Упаманью.
И говорит, это нехорошо. На самом деле ученик должен принести все то, что он просит, всю милостыню, которую он просит, своему духовному учителю, отдать ее, а сам этим не пользоваться.
Ты нарушаешь обязанности ученика, не делай этого больше никогда». Упаманью говорит: «Хорошо, дорогой учитель, я исполню все только, как ты говоришь».
Он идет и пасет коров, на следующее утро он приходит к духовному учителю и говорит: «Я сделал все, как ты говоришь». Он говорит: «А чувствуешь, ты по-прежнему такой толстый, что-то ты до сих пор не похудел.
Как мы знаем, на самом деле, худоба - это один из признаков, так сказать, успешного ученичества.
Мы знаем, некоторые люди совершают такие аскезы, даже в сознании Кришны, что они становятся все более и более такими, наливаются. Как я недавно говорил с одним.
Он мне жаловался, что у него кантимала уже не сходится на шее. Это от великих совершенных аскез. Нет, на самом деле это хорошо. Это тоже аскез. Хорошо, прасадам кушать. Это все нормально.
Ну так или иначе, в том конкретном случае, в этой конкретной ситуации, великий духовный учитель говорит ему: дорогой Упаманью, а чем же ты, объясни мне, почему ты по-прежнему такой упитанный?
Он говорит: ну как, я сделал все это, как ты велел. Я собрал милостыню, я отнес тебе эту милостыню. Потом я пошел еще раз, еще попросил милостыню. То, что мне дали, я сделал.
Я тебе отдал всё в первую очередь, а потом мне смотрел. Он говорит: нет, это не хорошо. Потому что люди из жалости дают тебе больше, чем они могут дать. И таким образом ты лишаешь их всего того, что им необходимо.
Ты не должен ни в коем случае ходить второй раз. Один раз в день — это нормально, это дхарма. Второй раз в день — это уже адхарма. Никогда этого не делай.
Хорошо, Упаманью он сказал: будет сделано, великий духовный учитель, и пошел опять пасти коров. На следующее утро он опять приходит к нему, и духовный учитель говорит: по-прежнему ты такой толстый.
Объясни мне, пожалуйста, чем ты питаешься?
Упаманью говорит: духовный учитель, я делаю всё так, как ты велел. Я один раз собираю милость, я все отношу тебе. Потом иду, пасу коров, и когда мне начинаю чувствовать голод, я начинаю доить этих коров и пью молочко.
Он говорит: это мое молоко. Я твой духовный учитель. Как ты можешь пасти коров, то-то, я понимаю, что они приходят, у них молока нет. Ты выпиваешь все молоко. Это тоже нехорошо, ты не должен делать этого.
Хорошо, говорит Упаманью. Я не буду этого делать. Поэтому на следующее утро он уходит, опять пасет коров, опять приходит к духовному учителю.
И духовный учитель говорит: слушай, почему ты опять такой толстый, почему-то опять не похудел? Чем ты питаешься сейчас? Он говорит: ты знаешь, духовный учитель, телята они сосут коров, они питаются молоком от коров.
Потом они отрыгивают пену, пена остается у них на губах. Я беру эту пену и ем, и вовсе мне хватает как-то так или иначе. Поэтому я по-прежнему такой толстый.
Он говорит: телята любят тебя, телята очень благородные существа. Они отрыгивают больше, чем нужно. Они сами голодают. Как ты можешь это делать? Ты не имеешь права этого делать.
Дорогой Упаманю! Говорит: хорошо - духовный учитель, никаких проблем, не буду этого делать. Он отправился дальше. Один день он так побродил, поголодал, поголодал, второй день бродил.
На третий день он не пришел за подаянием. Духовный учитель говорит: может быть, я слишком вообще сильно решил его испытать. Что такое? Наверное, он обиделся на меня.
Он взял других учеников и сказал: пошли Упаманю в лесу искать.
А бедный Упаманю, он бродил с голода по лесу, и в конце концов он набрел на какое-то растение и с голоду набросился на это растение, горькое, наелся этого, ослеп, потому что это было какое-то ядовитое горькое растение.
Упал в яму. При этом сидел и думал: я исполнил свою дхарму, я исполнил свой долг, я исполнил указания своего духовного учителя. Тот духовный учитель вышел в лес и стал кричать: Упаманю! Ау, где ты? Вернись, мальчик мой.
И Упаманю кричит ему: я тут в яме слепой сижу. Я съел тут листья растения арка. Ученик говорит: ничего страшного, не расстраивайся, дорогой мальчик. Помолись Ашвинам, они тебе помогут.
И тут Упаманю, как настоящий ученик, стал молиться Ашвинам. Ашвины — это врачи полубогов.
И Ашвины, довольны его гимном, который он вознес, сразу же снизошли к нему и сказали: Упаманю, мы сделаем все то, что ты хочешь, спроси любое желание, мы знаем, что ты ослеп. Мы принесли тебе лепешку. Возьми эту лепешку, съешь эту лепешку, и сразу же зрение вернется к тебе. И сразу же ты возвратишь все, и ты будешь очень счастливым.
Упаманю говорит: лепешку? Какую? Вон мой духовный учитель, отдайте эту лепешку моему духовному учителю. Я не притронусь к этой лепешке до тех пор, пока ее не съест духовный учитель.
Ашвины говорят: да что ты, да брось, в свое время твой духовный учитель, мы ему принесли эту лепешку. Он ее слопал сам и не дал своему духовному учителю. Так что ты вполне можешь съесть ее сам.
Упаманю говорит: нет, вы меня так не обманете. Я уже ученый. Ни за что я не буду есть эту вашу лепешку. Отнесите ее духовному учителю, лучше я тут в яме посижу, и все будет у меня хорошо.
Недовольные сказали: мы просто испытывали тебя, дорогой Упаманю. На самом деле мы можем вернуть тебе зрение без этой лепешки. И мы возвращаем тебе зрение. Более того, в свое время твой духовный учитель тоже молился нам, и мы сделали ему железные зубы, а тебе мы сделаем золотые зубы.
Так у маманьи — это первый ученик, первый человек с золотыми зубами. Тогда других таких не было. Он вернулся к своему духовному учителю.
Духовный учитель, довольный им, соответственно, наградил его знанием и сказал, что иди. Ты действительно настоящий ученик, учитель проверяет ученика.
Учитель, прежде чем дать знание, прежде чем действительно дать знание ученику, учитель должен проверить его. Иначе знания, которые он дает, ученик не сможет воспользоваться этим знанием. Есть много других историй.
Я уже исчерпал свое время. Я мог бы на самом деле на эту тему говорить еще часа полтора, наверное, как минимум. У меня в запасе еще как минимум штук 5 историй, разных. Но я не буду этого делать.
Суть в том, что я не знаю, какие они все-таки хорошие, что мне очень трудно будет выбрать.
Суть в том, что вот таким образом, через служение духовному учителю и через послушание духовному учителю человек обретает качество, которое позволяет ему действительно обрести знание.
И тогда, обретая знание, он может воспользоваться правильно этим знанием. Без этого, другая история. Я как-нибудь в следующий раз расскажу.
Очень хорошая история тоже из Махабхараты — про Явакрита: каким образом Явакрит получил знания, и так как он не прошел эту школу ученичества, как это знание боком ему вышло, он получил знание вед. Но так как он не прошел школу ученичества, его предупреждали об этом. Ему говорили: не стремись к знанию, не пройдя школы духовного учителя.
Иди, есть нормальный способ получения вед. Иди и служи своему духовному учителю. Служа своему духовному учителю, ты сможешь обрести знания. И обретя знания, ты сможешь воспользоваться им правильно.
Он сказал: Нет, это слишком долгий способ. Это нужно служить долго, непонятно сколько, слушать его слишком долго. Я хочу сразу этого знания. Он хотел этого быстрорастворимого знания. Ему дали это быстрорастворимое знание.
Роль живого гуру и служение ему
Ни к чему хорошему это не привело. Суть в том, что человек должен преодолеть себя. И чтобы преодолеть себя, он должен иметь духовного учителя. Он не должен просто иметь фотографию.
Как некоторые последователи ритвик-вады считают, что можно просто служить кому-то, можно просто служить Шриле Прабхупаде и достичь того же самого. Нет, нам нужен живой духовный учитель, которого мы будем слушать и которому мы будем служить, и через служение ему мы сможем действительно обрести это знание.
Потому что на самом деле знание и переступление через себя, вот этот сложный процесс, который происходит, может пройти только через любовь к духовному учителю. Только любовь к духовному учителю сможет дать человеку силы, необходимые для того, чтобы он сделал эти жертвы. Если человек действительно любит своего духовного учителя, если он достиг вот этого самого состояния.
Любовь к духовному учителю является ключом, секретом духовной жизни. Именно любовь к духовному учителю позволяет исполнять все его указания.
Человек, который делает это, он не думает, ах, какой жестокий мой духовный учитель, каким испытанием он меня подвергает. Как это по-абы-чему? Он не думал при этом, что это вообще.
Он не думает, ух, этот духовный учитель сказал мне, а я как дурак должен это исполнять. Нет. Он делает это, потому что он любит. Импульсом его, движением его к этому, является любовь к духовному учителю. Это смысл.
И поэтому он делает это. И так как он делает это, он добивается успеха. В этом секрете успеха в преданном служении. Мы должны делать это.
Таким образом, мы сможем развить отреченность, исполнять свои обязанности не потому, что даже мы должны это делать, а потому что мы хотим доставить удовольствие своему духовному учителю, потому что мы любим его, потому что мы знаем, что если мы будем делать это, то он будет доволен нами.
То же самое, например, с распространением книг. Это сложный способ, это то, каким образом человек, но это самый лучший способ развить смирение в себе.
И если мы делаем это, если мы выходим на улицу, несмотря ни на что, как Сарвадевы Широумани вчера говорил: о том, что сейчас как-то это выходит из моды постепенно.
Но если каковы бы ни были наши обязанности, тем не менее мы выходим на улицу, потому что мы знаем, что духовный учитель хочет этого от нас.
Потому что мы знаем, что такова воля духовного учителя - мы хотим доставить удовольствие тем самым духовному учителю. Если мы выходим движимые этим желанием и даем книги людям, то тогда,
Во-первых, сам процесс санкиртаны, распространения книг, будет очень легким для нас. У нас не будет никакой привязанности к результатам своего труда. Это будет очень легкий и радостный процесс.
И люди будут брать у нас эти книги, потому что они поймут, что человек, который вышел к ним, это бескорыстный человек. В этом, собственно, секрет. Это самый лучший способ. Духовный учитель испытывает нас.
И в нашем случае он дает нам это испытание. Он говорит: выходите на санкиртану, распространяйте книги. И в этом будет ваша аскеза, в этом будет ваше испытание, в этом ваша обязанность.
Делая это, вы обретете силу, которая позволит вам продолжать заниматься преданным служением.
И каждый может делать это, каждый может выйти, каждый может протянуть человеку книгу, каждый может сказать: возьми эту книгу, и жизнь твоя изменится.
И в конце концов, может быть, с тобой случится что-нибудь необыкновенное.
Ты там тоже примешь духовного учителя, он тоже скажет: не ешь, и ты перестанешь есть. На самом деле ты сможешь вступить в это необычайное царство преданного служения, которое исполнено неожиданностью. Ты сможешь заниматься преданным служением, ты сможешь преодолевать себя, ты сможешь идти по этому трудному, но замечательному пути, в конце концов, добиться успеха.
Если мы будем делать все это, если мы будем развивать в себе смирение через вот этот вот путь - исполняя указания нашего духовного учителя и зная, что это самое лучшее, что может вдохновить его, то тогда мы сможем выдержать все испытания, пройти через все эти испытания и в конце концов вернуться домой обратно к Богу.
Все. Я пусть уже не буду рассказывать ничего.
Ответы на вопросы о подчинении авторитетам
Может быть, есть какие-то вопросы. Духовного учителя. Понятно? Вот когда иногда наши духовные братья требуются от нас, мы передавали всем, вот как мы должны поступать, ломать себя что-то или получили мы духовное благо.
Вопрос такой: очень интересный. Философский. Ну ладно, говорит: хорошо, предаться духовному учителю - это понятно. Это мы должны.
Но иногда наши духовные братья требуют от нас, чтобы мы тоже подчинились им, покорились им. И что нужно делать в этом случае? Нужно ли покориться при этом им, нужно ли поломать себя или не нужно.
Ну, тут есть как бы две стороны у этого вопроса. В принципе, если мы сделаем это, то это будет благо для нас.
Шрила Прабхупада говорил, что я установил систему авторитетов. И если мы слушаемся авторитета, если мы исполняем то, что говорит нам авторитет, то мы, в общем-то, исполняем его собственные указания. Вот.
Другое дело, что на самом деле, принципом ведической системы является там... есть как бы две стороны, обязанности есть у каждого: и у человека младшего, и у человека старшего. Человек младший должен подчиняться.
Но человек старший не должен злоупотреблять своим положением. И вот тут у нас бывают сбои.
Так младшие иногда в течение какого-то времени, по крайней мере, подчиняются, но старцы иногда, к сожалению, злоупотребляют своим положением, как была такая история, она длинная очень: про жену, про Кабира, и про то, и про его ученика, и про то, как значит, Кабир рекомендовал своему ученику превратить свой дом в рай. Он сказал, что дом превращается в рай в том случае, если жена слушается тебя. В этом случае дом твой превратится в рай.
И он продемонстрировал своему ученику, каким образом дом действительно превращается в Вайкунтху. Он пригласил своего ученика в гости, и когда ученик пришел в гости, он позвал свою жену и говорит: Эй, жена, принеси глину.
Жена посла, принесла глину. Так значит, Кабир говорит ей: А теперь принеси гхи. Жена пошла и покорно принесла гхи. Теперь смешай глину и гхи. Жена пошла и покорно смешала глину и гхи. Теперь сделай лепешки и поджарь их.
Жена пошла и спокойно поджарила эти лепешки. А теперь пойди и выброси эти лепески. Жена пошла и спокойно выбросила эти лепешки.
Кабир посмотрел на своего ученика и говорит: вот теперь ты понимаешь, что значит, когда дом превращается в рай. Дом превращается в рай, когда жена исполняет все твои приказания. Он говорит: О, здорово!
Я тоже пойду и превращу свой дом в рай. Так он отправился к себе домой, пришел домой и кричит: Эй, жена! Жена у себя находится, у нее там подруги, она с ними в карты играет. Жена кричит ему: Эй, чего тебе нужно?
Она говорит: иди сюда. Подожди немного, мне не до тебя. В конце концов, он звал, звал, звал, в конце концов, жена ругаясь, на ходу проклиная, всё прислала к нему. Что тебе нужно? Болван. Он говорит: принеси глину.
И ради этого ты меня позвал сюда. Я прервала свою игру в карты. Мне было так хорошо со своими подругами. Дурак проклятый.
Я тебе сказал: принеси глину, негодйка. Я хочу дом наш в рай превратить. Ты должна делать все, как мне учитель сказал. Делай, что я тебе говорю.
Так, это самое, жена нехотя пошла, принесла глину. Говорит: вот тебе глина, возьми эту глину и убедись в том, что эта глина то же самое, что у тебя в голове находится. А я пошла в карты играть.
Он говорит: нет, стой, негодяйка, принеси мне гхи теперь из кухни. Так, он решил имитировать своего духовного учителя. Она, значит, пошла ругая, проклиная всё на свете, принесла гхи. Он говорит: ну теперь смешай это.
Она говорит, она завопила со страшной силой. Мой муж сошел с ума. Я топила это гхи как ненормальная, как сумасшедшая. Он теперь мне предлагает этот гхи смешивать с глиной. Люди добрые. Что происходит?
Отвезите его в сумасшедший дом. Она стала вопить. Тут несчастный не выдержал. Стал ее колотить вообще. Но на ее крики сбежались соседи, Кабир сбежался, и соседи стали спрашивать, что ты делаешь.
Он говорит: я дом свой в Вайкунтху превращаю, не мешайте мне. Вот я должен сделать все, как она должна. Она должна испечь, тогда мой дом в Вайкунтху превратится. Я ее заставлю во что бы то ни стало.
Кабир говорит: вы уйдите, я с ним сам разберусь, он немножко действительно неправильно. Мое наставление понял. Он говорит, ты не совсем правильно меня понял.
В конце концов, он остался один наедине со своим учеником и говорит: ты неправильно меня понял, дорогой ученик.
А я хотел тебе сказать, что жена должна добровольно это выполнять: из любви к тебе, из уважения к тебе, так как ты знаешь все ее желания, предугадываешь
все ее желания, защищаешь ее от всего, у нее естественным образом рождается желание служить тебе.
И тогда у нее рождается желание служить тебе, она начинает служить тебе, она беспрекословно выполняет любые твои наставления. И так как она беспрекословно выполняет любые твои наставления, дом превращается в Вайкунтху.
Не то, что ты силой заставляешь ее подчиниться тебе. Не в этом суть. Вот. Ну, понятен ответ на вопрос, да?
Смысл в том, что старшие со своей стороны должны вести себя таким образом, чтобы люди сами хотели: те, кто работает под их руководством, действует под их руководством, чтобы они сами хотели, чтобы они действительно уважали.
Мы не должны требовать уважения, мы должны заслужить уважение к себе, и мы должны вести себя соответствующим образом. То есть, вот эти две стороны должны быть. Тогда будет идеальное сочетание.
В любом случае, если мы покоримся, для нас это будет благо.
Высшая обязанность человека и духовный долг
Это всегда хорошо, это всегда правильный принцип, но. Вопрос очень хитрый. Что для человека является высшей ответственностью, высшей обязанностью?
Обязанность по отношению к своей семье, обязанность по отношению к гуру, обязанность по отношению к обществу, обязанность по отношению к своей работе. Какая обязанность является высшей обязанностью?
На самом деле в ведическом обществе нет противоречия между исполнением этими обязанностями.
Гуру никогда не учит нас нарушать свои обязанности по отношению к семье. Гуру, наоборот, говорит нам: исполняй свои обязанности по отношению к семье, исполняй обязанности по отношению к обществу, исполняй обязанности по отношению к своей работе, если они у тебя есть, исполняй те обязанности, которые есть у тебя.
То есть в сущности, противоречия нет. Но тем не менее, если возникает какое-то противоречие между ними, если так или иначе они входят в противоречие, если они выступают, то мы должны понимать, какие обязанности высшие.
И обязанности духовного плана — безусловно, выше, обязанности перед своим гуру, перед священными Писаниями — выше.
И примером того является вся Бхагавад-гита, потому что Арджуна тоже говорил: «Я должен исполнять свои обязанности».
Кришна говорил: «Ты глупый, потому что в данном случае есть более высокие обязанности, которые ты должен исполнять».
Он говорил, что Арджуна и пытался, так сказать, опираться на артха-шастры, на дхарма-шастры, и говорил, что, соответственно, можно пренебречь указаниями артха-шастры, опираясь на дхарма-шастры.
Но Кришна ему сказал, что есть еще высшие обязанности. Сарва-дхарма-паритйагах. Все остальные дармы отбросить, предайся мне. Это самая высшая обязанность.
Но в идеале они не должны входить в противоречие, не входят в противоречие. Противоречие иногда возникает у нас в уме.
Нужно ли человеку, который обладает природой кшатрия, проповедовать, чтобы он развивал в себе качества садху? Нужно ли человеку, который обладает природой кшатрия, проповедовать, чтобы он развивал в себе качества садху?
Да, безусловно, потому что если кшатрий не будет обладать качествами садху, то он превратится в хулигана просто.
Мы много видим людей, которые обладают качествами кшатрия или там псевдокшатрия, и они начинают злоупотреблять своими силами, которые есть, эксплуатировать других людей. Садху, мы все должны стать садху.
Все люди должны стать садху. Это наш долг на самом деле — каждому проповедовать, что все люди должны стать святыми и обладать этими качествами. Не важно, что он кшатрий.
Кшатрий тоже может стать садху, да, он должен стать садху. Поэтому говорится: раджариши, раджарши, цари — святые цари, которые управляли этим, все должны стать садху.
Даже самое удивительное, что даже шудры-то должны стать садху. Не то что кшатрии, кшатрии само собой, шудры, вайшьи — все должны стать садху, все должны. Это сада-чар — это один из принципов нашей философии.
Святое поведение, сада-чар — идеальное поведение. Человек должен вести себя идеально, жить идеально и подавать пример другим. К какой бы варне он ни относился? Тут нет никакого противоречия.
Может быть, не по теме, но все равно. Хорошо. Почему Иисус Христос говорил о том, что проповедовать в Своем Отечестве будет тяжело? Ну, почему это как почитать? Есть такая поговорка, нет пророка в Своем Отечестве.
Смысл этого в том, что на людей, которые родились, тут мы как бы уже смотрим есть определенные стереотипы, так. Мы смотрим на людей определенным образом, ожидаем от них чего-то.
Например, очень трудно проповедовать своим собственным родителям, так. Те, кто пытался это делать, понимают, знают, как это трудно. Потому что родители, они привыкли смотреть на вас, видеть вас в определенной роли.
Вы для них не проповедник, не пророк. Вы для них, они за вами там горшки выносили. Поэтому, соответственно, они привыкли к вам определенным образом относиться.
Если яйца начинают учить курицу, то курица естественным образом начинает возмущаться. В некоторых редких случаях, когда действительно это очень разумные родители, они могут воспринять, но, как правило, это очень трудно.
Точно так же и тут на своих соотечественников мы смотрим на них определенным образом. Они не пророки для нас. Мы знаем, что они такие же, как мы, из той же глины сделаны. Иногда та же самая ситуация бывает в ашраме.
В ашраме, скажем, человек может действительно развить себя какие-то замечательные качества, но тем не менее люди не будут его уважать так, как он достоин того, как он заслуживает того, именно потому что они, как бы, видели, они знают, он получил инициацию тогда же, когда и я.
Или не дай Бог вообще позже, чем я. Вот. Кто он такой, вообще непонятно, что тоже мне учит чему-то, непонятно чему, умный стал, книжек начитался. Вот. Поэтому, скажем, в ашраме тоже нам трудно проповедовать.
Поэтому так легко, когда приезжает какой-нибудь заезжий проповедник, то все слушают его, все собираются послушать его. Когда свой проповедник говорит, да то же самое говорит там нам.
Да, это обычная такая человеческая натура, природа человеческая. Что людям хочется иностранцев, каких-то проповедников. Поэтому иностранные проповедники таким бешеным успехом пользуются здесь, в России.
Поэтому скажем, православная церковь, которая очень возмущается, она тоже должна ехать в другие страны, проповедовать там православие. Какие проблемы? Люди толпами будут приходить к ним, если им есть что сказать.
Шримад-Бхагаватам ки джай! Шрила Прабхупада ки джай! Если скажем, попытаются эксплуатировать, должны ли мы смиренно, то есть со смирением всегда слушать? Мы можем просто взять и уйти. Зависит от разных ситуаций.
Тут нельзя дать абсолютного совета. Это очень сильно зависит от самого человека, от того, что с ним делают. Для некоторых людей это хорошо, для некоторых людей это плохо.
Если человек по природе своей смиренной и легче ему выносить, он может как-то воспринимать это, терпеть. Другому человеку лучше уйти и не терпеть это. Все зависит от его реакции.
Если он сквозь зубы терпит это, если он очень ощущает остро внутри, что его эксплуатируют, лучше не делать этого, а если он как бы понимает, что мне это хорошо, и ему в общем легко это делать, не трудно, то
ему лучше это делать так. Каушика пошел в наступление, который продавал мясо. Какая сама? Сложная история. В следующий раз как-нибудь расскажу.