Шримад-Бхагаватам 7.5.12. Равенство в службе
Bhakti Vijnana Goswami · Moscow · 2003
Chapters
Разбор стиха и комментария Шримад-Бхагаватам 7.5.12
Мы читаем сегодня «Шримад-Бхагаватам», песня 7, глава 5. Прахлада, святой сын Хираньякашипу, текст 12. Анусрутанувратьях пумсам. Перевод Шрилы Прабхупады.
Тот, кто ублаготворил Верховную Личность Бога своим преданным служением, становится пандитом и не видит больше различий между врагами, друзьями и самим собой.
Обретя истинный разум, такая душа думает мы все вечные слуги Господа, поэтому нет разницы между одним живым существом и другим. Комментарий длинный.
Когда учителя и демоничный отец Махараджи Прахлады спросили его, как случилось, что его разум осквернился? Прахлада ответил на это. На самом деле, мой разум вовсе не осквернен.
Наоборот, по милости духовного учителя и по милости моего Господа, Кришны, я узнал, что ни одно живое существо не является моим врагом или другом. Каждый из нас вечный слуга Кришны.
Однако под влиянием Его внешней энергии мы думаем, что существуем независимо от Верховной Личности Бога и что одни являются для нас друзьями, а другие врагами.
Благодаря тому, что меня избавили от этого заблуждения, я, в отличие от многих, уже не думаю, что я Бог, и не делю окружающих на друзей и врагов.
Теперь я знаю истинное положение вещей: все живые существа — вечные слуги Бога, и наш долг служить Ему, Верховному повелителю. Именно служение Богу способно объединить нас.
Демоны делят окружающих на друзей и врагов, но вайшнавы говорят, что поскольку каждый является слугой Господа, надо ко всем относиться одинаково.
Вайшнав не строит отношения с другими живыми существами на основе дружбы или вражды.
Он лишь пытается распространить сознание Кришны, объясняя каждому, что все мы — слуги Верховного Господа, и что именно в этом заключается наше единство,
и что мы не должны впустую тратить свою драгоценную жизнь на создание различных государств, сообществ и прочих групп, друзей и врагов.
Нужно, чтобы каждый человек поднялся на уровень сознания Кришны и, служа Господу, ощутил свое единство со всеми живыми существами. Всего существует 8 миллионов 400 тысяч видов жизни.
Однако вайшнав сознает их духовное единство.
В Упанишадах дается такой совет: «Экатвам омам...» Преданный должен видеть, что Верховная Личность Бога пребывает в сердце каждого и что каждое живое существо — вечный слуга Господа.
Вот что значит видеть единство — экатвам. Кроме того, хотя между слугой и господином существуют определенные отношения, они едины, поскольку оба имеют духовную природу. Это тоже экатвам.
Разум животного и видение двойственности
Таким образом, вайшнавы вкладывают в это слово иное понимание, нежели майавади.
Хираньякашипу спросил Махараджу Прахладу, как могло случиться, что он стал врагом своей семьи? Обычно если кто-то убил одного из членов семьи, вся семья относится к убийце враждебно. Однако Прахлада поддержал отца,
мать и остальных и спросил Прахладу: кто тебя так настроил? Ведь твой маленький ребенок, и наверняка эти мысли тебе кто-то внушил.
Из ответа Махараджи Прахлады явствует, что благосклонное отношение к Господу Вишну может развиться только у того, кому благосклонен сам Господь. Ядха анувратах.
Как утверждает в «Бхагавад-гите» Кришна — друг всех живых существ, сухридам сарва-бхутанам: «Гьятва мам шантим риччхати», — Господь ни с кем не враждует, для каждого из миллионов живых существ Он всегда остается другом.
Однако истинное представление о Господе таково, истинное представление о Господе: тот же, кто считает Господа своим врагом, обладает разумом животного, пашу-буддхи.
Подобный человек в заблуждении думает: «Я отличен от своего врага, а мой враг отличен от меня. Он причинил мне зло, и я должен его убить».
В данном стихе эти ошибочные представления охарактеризованы словом бхеда-гата-асати. На самом деле каждое живое существо является слугой Господа.
И в «Чайтанья-чаритамрите» Шри Чайтанья Махапрабху говорит: «Дживерас сварупа хое, Кришна- нитья-даса».
Каждый из нас — слуга Господа, и в этом наше единство, так что бессмысленно считать кого-то своим другом или своим врагом.
Если человек действительно понял, что все мы слуги Бога, разве станет он делить окружающих на врагов и друзей? Все должны служить Господу и быть дружелюбными с каждым.
Надо прославлять других за их служение, которым они занимаются, и не гордиться тем, как мы служим Господу, таково умонастроение вайшнава, умонастроение, царящее на Вайкунтхе.
Преданные могут состязаться в служении Господу, и между ними порой возникает нечто похожее на соперничество, однако на планетах Вайкунхи каждый ценит служение других преданных и никогда никого не критикует. Именно так состязаются на Вайкунхе.
Не может быть и речи о том, чтобы слуги Господа враждовали между собой, каждый должен иметь возможность использовать в служении Господу все свои способности, и каждому надлежит ценить служение других. На Вайкунхе все так и происходит, поскольку каждый слуга Бога. Все равны между собой, и каждый имеет право служить Богу в соответствии со своими способностями.
В «Бхагавад-гите» сказано: «Сарвасйа чахам хриди саннивишто маттах смритир гьянам апоханам ча».
Господь пребывает в сердце каждого и руководит всеми слугами в соответствии с их настроением. Что касается преданных и непреданных, то ими Он руководит по-разному.
Атеисты не признают власти Верховного Господа, поэтому Он руководит ими так,
что они на протяжении многих жизней не помнят о служении Богу, и по законам природы все время подвергаются наказанию. Но если кто-то предан Господу и искренне хочет служить Ему, Господь руководит им по-другому.
В «Бхагавад-гите» Он говорит: «Тешам сата-та-юктанам бхаджатам прити-пурвакам, дадами будхи-йогам там, енам упаянти те. Тех, кто неустанно служит мне и поклоняется мне с любовью, я наделяю разумом, который помогает им прийти ко мне.
На самом деле все живые существа не чьи-то враги или друзья, а слуги Бога, и Господь по-разному руководит каждым живым существом, учитывая его умонастроение. настроение.
Анья иша татханьохам ити бэйдагата. Тот, кто умилостивил Верховную Личность Бога, преданным служением, становится пандитом и не видит больше различий между врагами, друзьями и самим собой.
Обретя истинный разум, такая душа думает: Мы все вечные слуги Господа, поэтому нет разницы между одним живым существом и другим.
О, наш прародитель, Кришна престает, Бутале Сримати Бхакти, Виданта Свамине. Намасте Сарасвати Деви Гуравани Прачарине, Нирвишеша-вади, Пасчата-деша-таарини.
Шри Кришна Чайтанья, Прабху Нитьянанда, Шри Адвайта, Гадadhara, Шивасади-гаура-бхакта-вринда.
Причины войн и деление мира на друзей и врагов
Харе Кришна, Харе Кришна, Кришна Кришна, Харе Харе. Этот стих очень хорошо описывает нынешнюю ситуацию. Потому что сейчас мы видим, как Америка начала войну. И сражается.
Потому что Америка или ее президент считает кого-то своим врагом. И в свою очередь другой дает ему сдачу и сражается с ним.
И здесь Прахлада Махарадж говорит, что это пашу-буддхи, это значит разум животного, это значит видение животного. Человек, который смотрит на одного человека, как на друга, на другого человека, как на своего врага, он ничем не отличается от животного.
И если мы заглянем в свое сердце, мы увидим точно то же самое в своем сердце: мы увидим, что кого-то несмотря ни на что, мы считаем своим другом, а кого-то, несмотря ни на что, считаем своим врагом.
Но Прахлада Махарадж выносит суровый приговор такому видению. Однако он оговаривается.
И он говорит, что избавиться от этого пашу-буддхи, умонастроения животного, видения животного может только тот человек, который получил милость Господа.
На самом деле, это удивительно, потому что если мы посмотрим нынешнюю войну, то мы увидим, что оба сражаются с именем Бога на устах.
На самом деле большая часть войн, которые приходили в этом мире, они все за Бога были. И оба сражались за Бога. И те сражались за Бога, и другие сражались за Бога.
Буш, он во сне получает от Бога указания разные, потом днем их исполняет. Шрила Прабхупада объясняет это в конце комментария: что каждому Бог из сердца что-то такое говорит в соответствии с Его умонастроением.
Не потому что Бог хочет, чтобы проливалась кровь. Не потому что Бог хочет, чтобы люди убивали друг друга. Но Он знает: Буш демон. Извиняюсь за выражение. И он хочет услышать от него что-то и говорит ему.
Буш, встает и говорит: Бог мне сегодня сказал такое. И Саддаму тоже Бог говорит. То же самое. В результате люди сражаются друг с другом.
На самом деле Бог действительно будет говорить то, что Он хочет, только человеку с чистым сердцем. Разница заключается именно в этом.
Люди будут сражаться друг с другом, с именем Бога на устах до тех пор, пока они будут смотреть на этот мир как на друзей и на врагов.
Что самое удивительное, что они пытаются низвести Бога до своего положения, стащить Его на свой уровень.
Как Шрила Прабхупада в предыдущем комментарии объясняет, это видение двойственности: деление мира на друзей и врагов — это одно из проявлений нашего двойственного видения: бхеда-буддхи, деление людей на разные категории, разделение на хорошее и плохое, на добро и зло.
И что на самом деле самое удивительное - это то, что люди пытаются стащить Бога до этого же уровня. Они говорят: Бог хороший, черт плохой. И, соответственно, появляются два полюса.
Но Бог не является одним из полюсов этого мира. Бог находится за пределами полюсов этого мира.
Если я стаскиваю Бога до этого уровня, то для меня самым естественным будет сказать, что я теперь воин Бога, я буду сражаться за Бога.
Тогда как на самом деле Прахлада Махараджа говорит: тот, кто понял, кто такой Бог, он видит, что на самом деле нет различий между живыми существами, нет друзей, нет врагов. И что человек, который понял Бога, он возвысился над всеми этими двойственностями, он больше не делит мир на все это.
Это разделение или дуалистичные представления о добре и зле, о том, что Бог представляет добро, и что зло является соперником Бога, и что зло равновелико Богу, на самом деле является богохульством. Потому что мы, по сути дела, выставляем зло на один уровень с Богом.
Один полюс Бог — Он добро, другой полюс зло — это оскорбление по отношению к Богу. И, соответственно, мы начинаем сражаться.
Зависть к Богу как исток падения души
А Бог сидит там наверху и смотрит, и думает: Господи, Боже мой, ну сколько ж можно, что же они никак помириться не могут. Чего им делить?
И Шрила Прабхупада объясняет удивительным образом, что, в сущности, все это происходит не от того, что я слишком предан Богу, не от того, что я слишком большой предан Богу, наоборот, от того, что я себя считаю Богом, что, в конце концов, это видение, результат того, что я себя Богом считаю.
Признаюсь я себе в этом или нет? Заявляю я об этом открыто или нет.
Когда Буш говорит, что ему Бог что-то говорит, он говорит: Я великий преданный Бога. Когда Саддам говорит, что ему Аллах что-то там по ночам говорит, он тоже говорит о том же самом. Но на самом деле в глубине души и тот, и другой считает себя Богом.
Потому что если я считаю себя богом, то, соответственно, сразу же у меня появляются друзья и враги, правильно? Потому что все остальные тоже всегда считают себя Богом. И каждый будет покушаться на мое место, так?
Потому что я Бог, правильно? Все остальные лезут куда-то, непонятно куда, не могут никак признать, что я Бог. Бхактивинода Тхакур удивительным образом объясняет, собственно, происхождение всего этого.
Он говорит, что в духовном мире душа, находящаяся с Богом, смотрит на Бога. И Бог ярок подобно Солнцу. Но душа, она тоже яркая, может быть, не такая яркая, как Солнце, а примерно такая яркая, как светлячок.
И в духовном мире все бегают вокруг Бога, все служат Ему, все думают о том, чтобы Ему было хорошо. И маленькая такая душа в какой-то момент, она думает, а что это все на него смотрят? Почему никто на меня не смотрит?
А на меня никто не смотрит, потому что Солнце яркое, а я такой маленький, такой, букашка такая. Я тоже свечусь, но я букашка. И никто на меня не смотрит, не обращает на меня внимания.
И в этот момент джива думает, что это все ему служит, а кто обо мне позаботится? И вот эта желание или мысль о том, что кто-то обо мне должен заботиться, и то, что я должен светить, и то, что все остальные должны смотреть на меня, приводит к тому, что Бог очень
милостиво спускает нас туда, где все могут наш свет заметить. Когда можно заметить сияние светлячка? Когда темно, да. Когда солнце светит, невозможно заметить.
Вот мы все тут в темноте и летаем, и светим, и пытаемся рассеять тьму, и думаем, надо же, как я свечу, посмотрите, сейчас от меня такое сияние изойдет. Но на самом деле в основе этого лежит зависть к Богу.
В основе этого желания лежит зависть к Богу, которая в конце концов превращается в это представление: Я Бог. Все должны вращаться вокруг меня, все должны смотреть на меня.
Этот эгоизм, который разъел нашу душу и который привел нас сюда, он по-прежнему находится в нас. Как объясняют Ачарии, каким образом происходит это падение?
Что первое, что происходит с душой, первый этап, первое, что случается с душой - называется кришна-бахирмукха, когда я отворачиваюсь от Бога. Кришна-бахирмука, когда у меня появляется небольшая ревность к Богу.
Почему Ему служат? Почему не мне? И сейчас, когда мы слышим эти слова, вы думаем, что действительно, почему все ему служат, почему не мне? И появляется это соперничество или зависть, о котором говорит Шрила Прабхупада здесь.
Это соперничество, в свою очередь, кришна-бахирмукха, заставляет человека отвернуться от Бога. Если я не вижу Бога, то что я вижу? Я вижу Его материальную энергию.
Либо я смотрю на Бога, либо я смотрю на материальную энергию. Есть всего лишь одна альтернатива перед человеком. Либо одно, либо другое. Никаких других возможностей нет. Либо я смотрю на Него, либо я смотрю на майю.
И в тот же момент, когда я загляделся на майю, так я начал присматриваться к ней, примиряться к ней. Майя сзади нападает на нас, и пух. Называется майя-аварана. Майя накрывает нас.
Покров майи начинает скрывать наше сознание. После этого дехатма-буддхи: я начинаю отождествлять себя со своим телом.
И дехатма-буддхи буквально значит: это то, что Бхактивинода Тхакур объясняет, когда наше сознание схлопывается на себя. В норме сознание души имеет природу света, и свет заключается в том, что он светит для кого-то.
Так если лампочка светит, то она светит для кого-то, свет излучается. И сознание в норме, функция сознания заключается в том, чтобы излучать этот свет и устремлять этот свет к Богу.
От Бога идет Его милость, Его сознание, Его свет. От нас идет наша милость и наше сознание, наше служение, наше желание угодить Ему.
Но как только я начинаю заботиться о самом себе, у меня появляется зависть к Богу, мое сознание схлопывается внутри. Все равно как если мы возьмем лампочку и покрасим ее в черный цвет, лампочка будет там внутри.
Но лампочка будет, так сказать, светить для самой себя. И точно так же мы, эти самые лампочки, которые светят для самих себя внутри. Это называется эгоизмом.
Это как бы короткое замыкание сознания: сознание замыкается на нас самих, на нашем собственном сердце, и так как сознание замкнулось на нашем собственном сердце, то соответственно, следующий этап того, что случается
сердце, то соответственно следующий этап того, что случается с человеком — кама, вожделение. Я хочу, я хочу наслаждаться, я хочу быть здесь, и конец, пятый этап — мокша. Что такое мокша? Правильно?
Истинная природа смирения и осознание своего положения
Это совершенно закономерная эволюция, и поэтому нет другого лекарства и нет другого выхода из всех этих проблем, из всего этого положения, в котором мы оказались, — это кроме как обрести смирение.
На самом деле возникают все наши проблемы здесь, в материальном мире. Все наше двойственное сознание, вся трагедия нашего материального существования - в результате этой зависти.
В результате того, что я думаю, что я хочу существовать отдельно. Сам по себе. Я сам по себе. У меня нет никакого дела до него, и из всего этого получается то, что мы знаем.
За что боролись, но то, как говорится, и напоролись. Мы хотели быть богом. Пожалуйста, Бог говорит: ради Бога, ради Бога, никаких проблем нет. Будьте, будьте, идите туда и сколько угодно, изображайте из себя кого угодно.
Так он очень либерален в этом отношении. Но до тех пор, пока у нас есть эта гордость внутри, я, когда наше я стоит в центре, у нас будет это видение, и до тех пор мы не сможем обрести милость Бога.
Милость Бога приходит в тот момент, когда к человеку приходит смирение. На самом деле, смирение - это единственный способ из этого положения выбраться. И что такое смирение?
Смирение не есть некое искусственное состояние — так? Я большой, я великий - это понятно. Это аксиома. Мы от этого исходим. Но чтобы доказать всем и подчеркнуть свое величие, я становлюсь очень смиренным.
Потому что когда большой и великий, становится смиренным, то это еще лучше, так? Смирение заключается в том, что я реально осознаю, кто я такой. Смирение — это не какое-торое искусственное состояние нашего ума, смирение —
это реальное понимание того, что я собой представляю. Что я собой представляю? Одну десятитысячную часть кончика волоса. Такая маленькая, такая величина. Взять кончик волоса, разделить его на сто частей, так?
Что из этого останется? Ничего не останется, так? Потом одну часть из этого взять и еще раз на 100 частей разделить. Это я. Так? Обидно, правда? Смирение всего лишь означает, что я, вот оно, вот оно есть.
И смирение - это то, чему мы должны здесь учиться. Потому что, что бы мы ни обрели, если мы хотим чего-то обрести здесь, если мы хотим в реальное состояние вернуться, в реальное состояние.
До этих пор мы в иллюзии, весь этот мир — царство иллюзий. И иллюзия заключается в том, что мы можем притворяться Богом сколько угодно. Кришна нам дал такие замечательные возможности для этого.
В течение миллиардов лет мы можем изображать из себя Бога и полностью быть уверены в том, что все хорошо, что мы когда-нибудь добьемся успеха. И все признают нас. Все скажут: да, Он действительно Бог.
Но на самом деле, реально, чтобы чего-то обрести, чтобы обрести хоть какое-то знание, крупицу знания, человек должен обрести смирение.
Даже если мы занимаемся духовной деятельностью, если мы делаем ее, не обретя смирение — это самый первый шаг.
Не сделав этого первого шага, все остальное, что мы будем делать, на чью воду будет мельницу, на чью мельницу будет воду лить. Черт, да. Балсак мне говорит. Черт. Кто этот, черт с рогами? Чух-чух-чух.
На самом деле, до тех пор, пока мы не сделаем этого шага, все остальное, что бы мы ни делали, мы можем 1108 кругов повторять каждый день, так? Или еще больше. Для чего? Для того, чтобы все видели. Я Бог.
Иначе кто еще может 1108 кругов повторить. Если мы не обретем этого первого шага, мы будем совершать аскезу, мы будем делать то, мы будем делать все. Все будет напрасно.
До тех пор, пока человек этого первого шага не сделал, все остальное, все остальные предписания религии. В религии есть много предписаний.
Нужно делать то, нужно делать все, нужно делать пятое, нужно делать десятое, нужно раздавать пожертвования, нужно повторять святое имя, нужно совершать аскезу, нужно поститься на Экадысы.
Но если мы не избавились от тщеславия, которое пустило глубокие корни в нашем сердце. Мы будем это делать. И будем смотреть, а как они заметили, как они поняли, как они оценили. И все это будет отравлять.
На самом деле, все это не будет служением Богу, это будет служением нам самим. Мы притворяемся и обманываем сами себя. Мы думаем, что мы служим Богу. На самом деле мы служим самим себе.
Все время, по-прежнему, несмотря ни на что, потому что тщеславие по-прежнему живет в нашем сердце. Кришна объясняет, каким образом обрести это видение единства всех живых существ, Бхагавад-гите.
Он говорит в 35 стихе 4 главы о том, что человек, который обрел знания, он видит всех. Он видит всех едиными, видит, что все являются частицами меня.
Но каким образом это знание можно обрести? Когда мы смиренно, с сложенными руками к гуру подойдем, когда мы склонимся к Его стопам, когда мы начнем служить Ему, когда мы забудем о себе, до тех пор, пока эгоизм в сердце живет, никакого такого знания не будет.
Потому что будет это бhаута-будхи или пашу-будхи, животное сознание. Я отличаюсь от других. И мы никогда этого единства не сможем увидеть.
Как о том же самом Шрила Прабхупада говорит, цитирует другой стих из Бхагавад-гиты: «Видья-виная-симпанне брахмани...» «...гавис хастини суни ча свапаки ча пандитах сама-даршинах», видя... ...виная-симпанне, то есть видя знание, предполагая вину, смирение. Что знание не сходит и милость не сходит на того, кто смиренен.
Первый урок, которому человек учится в гуру-куле, — кто знает, какой? Он должен подойти к гуру. Первое, что делает ученик, когда он приходит к гуру, он подходит к гуру вот в таком состоянии.
Давайте сейчас проведем эксперимент. Пожалуйста, все! Возьмитесь вот так: как вы себя при этом чувствуете? Очень смиренно, жест смирения. Чувствуешь себя дураком, ха-ха, это реальное ощущение. Нужно так вот подходить,
Потому что на самом деле, чтобы что-то обрести в этом мире, нужно сначала обрести капельку, хотя бы крошечку смирения.
Притча о царе Акбаре и обучении мудрости
Без этого человек не может вообще ничего понять в этом мире. Есть замечательная история про Акбара.
Акбар — у него при дворе было девять мудрецов, которые назывались девятью сокровищами. И он созвал этих мудрецов со всей Индии для того, чтобы самому стать мудрее.
Так и они должны были его учить, и они его учили, учили, учили, но мудрее он никак не становился. Так и в конце концов он разгневался на них, разозлился, страшно.
Созвал эти девять мудрецов и сказал: за что вы деньги За мой счет едите. Дармоеды, почему я не мудренее становлюсь? Какой от вас толк?
Так, жемчужины, сокровища, не учат ничего, бездельники просто где, где мудрость? Как я был дураком, так и остался. Стал кричать, ногами топать. Мудрецы они в молчании повесили головы. Так не могли ничего сказать.
И в этот момент раздался смех. Один мальчик, который пришел с одним мудрецом, его сын, 5 лет ему было, стал хохотать. Как Акбар это услышал? Гнев его разгорелся еще больше. Он сказал: сын греха, ты че свою пасть раскрыл?
Ты не знаешь, как себя вести в присутствии императора? Ты что, творил свои ворота невежества. Или может отец твой такой умный, что на тебя ничего не осталось, так? Ты не знаешь вообще, что ты тут делаешь?
Мальчик, он очень смиренно сложил руки и сказал: Ваше высочество, я не над вами смеюсь, я над мудрецами смеюсь. Ну, отвара немножко легче стало. Я смеюсь над тем, что они молчат. Потому что я знаю причину их молчания.
И также я знаю причину, почему вы ничему у них не научились. Просто стал присматриваться к мальчику. Мальчик такой маленький, красивый, свет от него исходит, такой спокойный.
Он говорит, может, ты меня можешь чему-то научить?
Мальчик говорит, ради Бога, ваше величество, могу научить, если хотите. Только одно условие у меня есть. Вы со своего трона сойдите, я на него сяду. А вы вот тут на полу посидите, перед этим троном.
Амбар посмотрел на него, посмотрел, посмотрел, подумал, что сделать из этого — либо казнить, либо сделать. Недолго думая, встал со своего трона и сел на пол и сказал: «Ну давай».
Мальчик говорит: «Ну давай, теперь спрашивай, я тебя учить буду». Он посмотрел на него, посмотрел, посмотрел, посмотрел. Взял его стопу и дотронулся до своего лба.
И говорит: все, спасибо, ты меня уже всему научил. Я все понял. Я понял, почему я у них ничему не научился. Я понял, почему они молчали. Ты мне все объяснил. Ничего не нужно больше.
На самом деле, Брахма-авадхана — это то, чему человек должен научиться. До тех пор, пока я не разрушу в себе, это Я, которое стоит в центре, которое я постоянно в центре сую.
То даже если я буду заниматься какой-то духовной деятельностью, грош цена будет всем моим духовным делам. Я ничего в конце концов не достигну. Ничего из этого не произойдет.
Потому что все то, что я буду делать, я буду делать ради самого себя. Я могу что угодно делать, я могу проповедовать, сидеть. При этом я буду думать, а какое впечатление на них произвело? Оценили они меня или нет?
Как иногда даешь лекцию, думаешь, как они там оценили, да? Люди подходят, толпа такая, спасибо большое, спасибо. Такая лекция была, такая лекция. Поняли.
На самом деле, «лока-ранджана» это называется. Просто сидит один и развлекает других, а другие развлекаются, и все. И никакого толка от этого нет. Никто от этого ничего не получается. Один развлек других, один получил потом аплодисменты.
Другие послушали его, как мне Бобру рассказал историю. Он сейчас живет в Германии и подрабатывает, бедный безработный германский, подрабатывает там тем, что играет на органе в церкви.
Иногда я играю, а иногда прислушиваюсь к тому, что там происходит, что там пастор говорит. И говорит: одна из он замечательную историю рассказал пастор. Пока я там играл, он рассказал историю своей жизни: что когда
он сам был помощником пастора, в обучении у него находился, учеником был, то однажды пастор после проповеди
своей, после такой, когда все прям были сметены и поражены, потом к нему подошел человек и сказал: «Спасибо вам, огромное спасибо, как я вам благодарен». Этот пастор в тот момент, когда человек подошел к нему, он посмотрел на ученика, на своего, на
и говорит: «Никогда не верь этому. Если такое происходит, не верь ему. Потому что если до человека, до сердца него доходит слово Бога, то человек чувствует огромную боль в сердце.
Ему же не до того, чтобы похвалу он ощущал. Если слово дошло на самом деле, то тогда вот это чувство, не то что в этом разница». Когда я делаю что-то искреннее, я делаю это для Бога.
И эта искренность — это то, что человеку нужно, чтобы милость Бога сошла.
Ощущение беспомощности и обретение милости Кришны
Как тут сам Прахлада-махараджа использует удивительное слово ануварата для милости — санскритское. Ануварата буквально значит ануварат, значит, что Бог становится подчиненным.
Для человека, который обрел это смирение, несвойственное ему, для души, которая смирение обрела, Бог становится Его слугой. Так это удивительное состояние, удивительная вещь.
Он сам бежит и торопится для того, чтобы сделать что-то. Но прежде чем это произойдет, прежде чем эта милость сойдет, и мы избавимся от этой двойственности нашей, нужно смирение обрести, нужно подорвать это ложное эго.
Как Шрила Прабхупада очень красиво объясняет природу нашего ложного эго или нашей гордыни в комментарии к 66-му стиху 18-й главы.
Он говорит, что первое чувство, которое человек должен обрести — самое первое. Вернее, чувство, начиная с которого человек чего-то добьется в духовной жизни, это чувство беспомощности.
Как только я почувствую, что я беспомощен, что сам я ни на что не способен, что я полностью от милости Бога завишу. Тогда милость сойдет. До тех пор, пока я чувствую, я сам. Я так или иначе, сам сделаю, я добьюсь успеха.
До тех пор, пока у меня есть это представление о том, что я деятель, и что в результате моих действий, в результате моего таланта, моих способностей я чего-то могу достичь.
А Кришна говорит: ну хорошо, можешь, пожалуйста, ради Бога, и делай, пожалуйста, давай, давай, действуй. Но как только я почувствовал, ничего я не могу. Даже в духовной жизни я ничего не могу делать.
Даже предаться не могу, так, уж казалось бы, ну, предаться-то и то не могу. В этот момент, когда появляется чувство беспомощности и когда я обе руки поднимаю, кричу: Кришна, Кришна, помоги, спаси.
В этот момент милость она не сходит сверху. Оно в ратхах. Оно значит то, что не сходит сверху. Кришна приходит, и Кришна сам помогает. Кришна сам начинает делать что-то.
До тех пор, пока я полагаюсь на самого себя, ничего этого не произойдет.
На самом деле у нашего ложного эго или у нашего ложного представления о самих себе есть два аспекта - это Я и Мое, и соответственно, две этих части составляющих предание себя - Шаранагати, они, собственно, должны разрушить эти два аспекта.
В первом аспекте сначала у меня должно быть — это карпанья или ощущение беспомощности, да? А когда я понимаю, ну на что я способен? Я способен только гадости делать, только глупости.
Если я что-то хорошее способен, то это не я сам, это от него исходит. Если у меня появится эта беспомощность, то следующим этапом я должен разрушить это мое. Сначала я должен разрушить Я. Я деятель.
Или я страдалец, я в центре нахожусь. Потом я должен разрушить мое. И мое — значит, атма-ниведана. Все Кришне принадлежит. Моего тут ничего нет.
До тех пор, пока я думаю, это мое, я заслужил это. Плоды этого труда принадлежат мне, успехи мои, все остальное мое.
Так мы на самом деле не преданы, как только человек в этом состоянии находится, то сразу же все остальное приходит само. На самом деле об остальном даже не нужно беспокоиться. Все остальное приходит само.
Сразу же я ощущаю, что Бог обо мне заботится, что Бог меня защищает, что Бог мне все дает.
Пример абсолютного доверия Господу Шриваса Тхакура
Как в «Лилах Шриваса Тхакура». Однажды Господь Чайтанья пришел домой к Шривасу Тхакуру. Господь Чайтанья стал его ругать.
Он стал говорить: Шривас, у тебя такой большой дом, у тебя столько членов семьи. Я никогда ни разу не видел, чтоб ты вышел и милостыню не просил. Так как ты живешь? Я вообще не понимаю.
Ты почему о них не заботишься об этих людях? Что это такое вообще? Шриваса посмотрел на Бога и говорит: что-то не хочу я выходить, милостыню просить. Неинтересно мне это.
Я хочу твое святое имя повторять, я хочу тебе служить. Я ходить, милостыню просить, не о себе заботиться. Не-не-не. Ответственность, как у семьянина. Господь Чайтанья говорит: ты почему о семье не заботишься?
Так семья какая твоя? Он говорит: да чему быть, тому не миновать. Что с ними случится, то и случится. Все воля Господня. Вчера мне Алексей рассказывал про то, что он там...
Ладно, Господь Чайтанья смотрит, но говорит: может, тебе санньясу принять? Потому что ты уже полностью отрешился от всего. Не, говорит, не, санньяса — куда там? Я слабый, маленький. Не, я тут лучше посижу с ними. Ничего.
Ты мне объяснишь, Шриваса, как же ты, как ты ешь, как тебе еда приходит, как еще что-то? Пожалуйста, сейчас объясню. Вот мое объяснение. Раз, два, три. Вот мое объяснение. Можешь объяснить, что ты имеешь в виду?
Что это такое? Раз, два, три. Он говорит: когда мне есть хочется, когда мне нужно что-то съесть или еще что-то, я делаю так: раз, два, три.
И если пищи не появляется, то я пойду в Гангу и утоплюсь. Но до сих пор не приходилось мне этого делать. Если так или иначе мне поститься нужно, я пойду и скажу: что такое? Бог обо мне не заботится.
Но это на самом деле, это нельзя имитировать. Человек, если...
Если мы с вами станем: раз, два, три, четыре, пять, скажем, шесть — когда у нас есть это вера, когда я действительно полностью преданно, у меня нет этого Я, когда я думаю о Боге, не о себе думаю, то Бог думает обо мне.
Вишванатха Чакраварти Тхакур говорит, что на первый взгляд, когда мы думаем об этом, когда Кришна говорит: «сарва-дхармаן паритйаджйа мам экам шаранам враджа, ахам твам сарва-папебхйо мокшайишьями ма шучах», то как бы говорит: предайся мне, я о тебе позабочусь, преданный думает: «Ну как же так, Он не может обо мне заботиться, я Его слуга». думает, ну как же так, он не может обо мне заботиться, я его слуга.
Вишванатха Чакраварти Тхакур объясняет, что на самом деле Кришне нравится это делать. Когда человек предался ему полностью, ни о чем другом не думает.
Главное качество Кришны — бхакта-ватсалья, Он бежит сам, Он заботится о нем. Это не служение, этому не трудно.
Но он делать это будет в том случае, когда у человека нет этого желания себя защищать, когда у него нет желания о себе самом заботиться, когда он только о Кришне думает.
Это эксперимент, который мы с вами должны поставить все.
Потихоньку-потихоньку человек, который встал на духовный путь, чтобы что-то обрести на этом пути, он постепенно должен отучить себя надеяться только на себя, и научить себя надеяться на Бога.
Проявление смирения и отказа от самозащиты
В этом заключается, собственно, фокус того, что мы делаем.
Один из учеников Бхактисиддханты объясняет, что когда Чайтанья Махапрабу говорит тринадцатый стих «Шикшаштаки», он говорит, что человек должен обрести смирение и терпение.
Он объясняет, что смирение означает я на себя не надеюсь. Ну, смирение означает, я не деятель, от меня ничего не зависит. Так до тех пор, пока я деятель, у меня нет смирения.
До тех пор, пока все зависит от меня, у меня нет смирения. А терпение что означает? Терпение означает, что я от кого завишу? От Бога. Потому что если у меня нет терпения и я завишу от Бога,
то долго я от Него не смогу зависеть, потому что я начну от Него зависеть, а Он почему-то не спешит делать то, чего я хочу.
Если у меня терпения нет, эти две вещи являются составляющими предварительными условием того, что человек обретает реальный духовный опыт.
Я полагаюсь на себя, это не... Извиняюсь, я полагаюсь на себя, но я не должен этого делать. Я не полагаюсь на себя, я полагаюсь на него. Полагаюсь на него, значит, терпение. Значит, что он мне посылает, все хорошо.
Послал он мне сейчас кого-то, кто пришел ко мне и сказал: «Эй, ты вообще негодяй какой-то». Я говорю: спасибо тебе, Кришна. Ты как раз то, что мне нужно, послал, ты послал мне, что бы ко мне ни пришло.
Я ему говорю: спасибо. Ты послал мне то, что нужно.
Ты послал эти несчастья, чтоб я понял, что у меня смирения-то нет, что терпения нет, что я на самом деле ничего не понимаю, что мне нужно, вот. Потому что, как опять же, с тем же самым Вишванатхой Чакраварти Тхакуром, у нас есть естественное желание.
Если кто-то приходит к нам, так те же самые два аспекта есть аспект неполагания
на себя, ненадеяния на себя, состоит из двух вещей: из того, что я развиваю в себе это смирение или чувство беспомощности, и обращаюсь к Богу с молитвой, с беспомощной молитвой.
И второй аспект - того же самого - это то, что я не думаю, что что-то мне принадлежит, что у меня есть право на что-то тут. А соответственно, два других аспекта - это то, что Бог защищает меня сам,
как только я перестаю защищать себя сам, и Бог заботится обо мне и дает мне все, как только я перестаю что-то своим считать, Он сам дает мне все, все богатства Вайкунхи, Он сам приносит сюда Шриваса Тхакура.
Это смирение заключается именно в этом: в том, что они пытаются защищать. Кто-то подходит к нам и нападает на нас. Какое наша естественная реакция? Да, обороняться. Потому что он кто? Враг наш, да. Враг пришел.
От врагов надо что делать? Обороняться нужно от врагов. Если я преданный Бога, то я не защищаюсь сам. Никогда. Мне не нужно самому защищаться, так я не защищаюсь.
Может быть, некоторые из вас читали письмо с Ависате, как его там тренировали в Таиланде, когда ему сказали, что бы тебе не сказали, ты должен сказать, что да, все правильно. Не защищаться.
Мы даже в обществе преданных продолжаем защищаться. Нам кто-то что-то говорит, не-не-не, никогда ни за что. Я лучше, чем ты обо мне думаешь. Нет, ты хуже, чем я о тебе думаю.
Но на самом деле это проявление смирения в нашей повседневной жизни, когда мы не защищаемся ни от чего.
В случае со Шривасом Тхакуром, когда этот Гопал Чапал - завистливый его сосед, который, к тому же еще дядя по материнской линии Господа Чайтаньи - так - брахман подумал: что такое, что он из себя изображает. И люди ему поклоняются. Люди говорят, что такой великий преданный.
И люди говорят, то люди все. И в конце концов, ночью он подошел к его дому и на пороге дома поставил банановый лист.
И на банановом листе разложил красную киноварь, разложил там куркуму, и в середине поставил большой горшок с вином. Это все атрибуты для поклонения богини Кали. Сам спрятался в кустах, чтобы посмотреть, что будет.
Как люди увидят, чтобы разоблачить его, чтобы этого негодяя, чтобы все увидели, что тут вино стоит, что там богини Кали - кто-то поклонялся. Шриваса Тхакур вышел рано утром.
Увидел этот горшок с вином, увидел все остальное. Что бы вы сделали в этот момент? Ну что поскорее спрятать это куда-нибудь, убрать это все. У вас так вот начал кричать: «Эй, идите все сюда! Скорее! Меня разоблачили!
Посмотрите! Созвал всех соседей, всех браманов. Посмотрите, вот горшок с вином стоит. О, оказывается, я поклоняюсь, погиникали каждую ночь. Видели все? Позвали какого-то там дворника и сказали: убери эту гадость.
Мы знаем, потому что нам не нужно защищаться, если мы полагаемся на Бога. До тех пор, пока мы полагаемся на себя, мы будем защищаться. Мы будем сражаться, мы будем говорить.
Это моя, моя сфера, не лезь сюда. Это мое служение. Так ты свое служение делай. У нас будет это соперничество, о котором Шрила Прабхупада говорит. Все остальное будет. Почему?
Потому что нет этой основы в сердце, фундамента, с которого все остальное начинается, пока мы не разрушили в себе это ложное представление о том, что я такой и сикой,
то все это будет напрасно, и милость. не придет. Это оно, врата, о котором говорится тут, она не придет. Поэтому Прахлада Махараджа говорит именно об этом. Эта песнь называется Наука о Боге.
И наука о Боге значит, наука об отношениях с Ним, о том, как я должен себя вести, чтобы эта милость пришла. И Прахлада Махараджа учит этому.
Что в конце концов, если я хочу, чтобы милость снизошла на меня, чтобы милость пришла. Когда милость приходит, то в сердце человека случаются чудеса.
Когда по-настоящему пришла милость, то сердце становится мягким, сердце появляется, это мягкость, размягченность сердца, когда человек чувствует, что он действительно всех любит, всех уважает, что все друзья, что все всем хочет служить.
Мы можем услышать это и пытаться что-то делать, но если милости-то нет, то в сердце мягкости нет. И все это будет притворным, искусственным.
Но когда я увидел себя в реальном своем состоянии, кто я такой, маленькая частичка, крупица Бога.
И когда я это положение реально занял внутри, и когда я попытался избавиться от всех этих моих дурацких привязанностей, которые мучат меня, тогда сразу же появляется эта мягкость настоящая в сердце, и это признак того, что милость пришла.
И в этом состоянии уже все остальное я могу делать. До этих пор у меня будут пашу будхи - животное сознание. И у животных у них есть клыки, когти.
И мы будем с вами клыками, когтями пытаться утвердить себя в этом мире, пытаться защитить отстоят свое положение Бога в этом мире, ругаться со всеми, говорить, что никто меня не ценит, обижаться, страдать.
А когда мы стали маленькими такими маленькими. Почему преимущество быть маленькими? У меня очень мишень очень трудная. И те будут в нас целиться, а эти маленькие — никто не попадает, все мимо будет пролетать.
Когда мы большие, то очень легко нокаутировать нас. Потому что мы большие, все время, всюду наше ложное эго.
Если мы маленькие, то происходит именно вот это чудо, когда Господь нисходит к нам, Его милость нисходит, и Господь начинает Сам заботиться о нас.
Ответы на вопросы о служении и преодолении отчаяния
И в этот момент эта бхеда-будхи — это не чистое сознание того, что все люди разные, и что я особенный, что мне нужно себя защищать, оно уходит из сердца. Спасибо большое. А что ты можешь говорить?
Субал-сакха прабху говорит, что если Как быть ученику, если ученик подходит к гуру и говорит, как я могу вам служить? А гуру спрашивает, а что ты можешь вообще? На что способен?
И что нужно тут сказать? Что я ни на что не способен. На самом деле это третий очень важный аспект предания себя, потому что об этом не нужно забывать.
С одной стороны, да, начинается всё с этого ощущения беспомощности, когда я пытаюсь разрушить в себе вот это ложное эго, и когда я пытаюсь понять и почувствовать, каким образом Кришна действует через меня, каким образом он может использовать меня.
Но есть еще третий аспект — это анукүлья-сья санкяльпах пратикулья-сья варджанам, что значит, что при этом я сам никогда не должен переставать действовать.
Некоторые люди неправильно понимают вот это вот то, что если я развил в себе смирение, то смирение значит что? Смирение значит безделие. Правильно? Это знак равенства ставится. Потому что я ни на что не способен.
Раз я ни на что не способен, то что я могу делать? Правильно? Ничего не могу делать. Есть могу, спать могу.
Больше ничего делать не могу. Но третий аспект предания себя - это то, что при этом, несмотря на то, что я ощущаю себя маленьким, у меня нет этого ложного представления о себе как о великом. И при этом я все время полагаюсь на Бога, я постоянно действую. Я делаю все то, что благоприятствует сознанию Кришны, я не делаю, пытаюсь избегать все то, что препятствует сознанию Кришны.
Это значит, что все то, что я смогу, могу делать, я делаю. Поэтому, когда Гуру спрашивает такое, он видит, что первый аспект произошел, что я могу сделать, как я могу служить.
То есть у меня уже нет этого, я служу только себе. У меня есть это смирение. Первый шаг я сделал. Дальше он говорит, а что ты можешь сделать? Ну, сказать: Я могу то, могу то, могу то.
Ну давай, делай, давай только не для себя, и тогда это будет не я могу так: я ничего не могу, но Кришна говорит по-русски, рису-есть талант в человеке.
И Кришна говорит одну еще очень важную вещь, а он говорит: «Балам балаватам чахам кама-рага-виварджитам», он говорит: «балам балаватам чахам» — это тоже один из стихов Бхагавад-гиты 7-й главы, где Кришна объясняет, что значит предаться.
Он говорит: «Я есть сила сильных», бала балаватам чахам кама-рага- виварджитам. Но какая сила? Что это за сила, которая приходит? Это силы тех, которые отвергли каму и рагу, которые отвергли тамагуну,
то есть безделие, рагу, заключающееся в привязанности, и каму, то есть раджагуну, то есть свое желание расширяться и наслаждаться здесь, в этом мире. И Он говорит: для таких людей я становлюсь силой, я даю им силу.
Так и что это за сила? Это сила, которая позволяет нам предаться. Если я отверг эти две вещи — каму и рагу, то Балам балаватам чахам сам Кришна становится нашей силой. И мы уже действуем, но через него с помощью Его силы.
И Он, собственно, помогает нам предаться Ему.
Если мы не надеемся на себя и полагаемся на Него, Он становится... Исходя из этой силы, мы начинаем действовать, мы начинаем делать все то, что мы должны делать, следовать принципам.
Если я думаю, например, я следую процессу преданного служения, пути преданного служения, повторяю мантру, и думаю, благодаря моей чистоте и моей силе, моей вообще
особенной избранности в этом мире, я повторяю 16 кругов каждый день Харе Кришна, Кришна, Кришна... Кришна, Он улыбается на это:
«Посмотрим, сколько ты еще благодаря своей силе сможешь повторять 16 кругов каждый день и следовать принципам». И если с таким человеком случается падение, а оно неизбежно,
Пока мы находимся в этом мире, падение практически неизбежно, то такой человек впадает в отчаяние.
Отчаяние — это признак того, что я надеялся только на себя. Если я надеюсь на Бога, то тогда со мной что-то случается, происходит что-то такое.
Да, я раскаиваюсь, я понимаю, но при этом я не отчаиваюсь, я продолжаю действовать.
Я продолжаю так или иначе предаваться, и сила тогда приходит от самого Кришны. Это способ милости обрести, способ установить тот канал, по которому сила, энергия, мощь и все остальное придет от Кришны.
Поэтому Кришна говорит: балам балаватам чахам. Я есть сила сильных, но только тех сильных, которые отказались от камы, раги, от того, чтобы надеяться только на себя.
До сих пор мы старались, и мы получали человеческие крохи, если отпустить поводья, уже что-то обращается к нему. Но как пишет Бхакти Викаша Прабху, нашел парадокс в Чайтанья-чаритамрите: мы
обращаемся к Кришне с разными просьбами. Кришна, дай нам славу, Кришна, дай нам известность, Кришна, дай нам денег, Кришна, сделай то, Кришна, сделай все.
Кришна дай нам славу, Кришна дай нам известность, Кришна дай нам денег, Кришна сделай то, Кришна сделает все. Что самое удивительное, что Кришна выполняет эти желания.
Тогда как в Чайтанья-чаритамрите говорится, что я не дурак, чтобы такие желания восполнять. Анадье муркхену. Я не есть глупец. Поэтому я эти желания не исполняю.
Я наоборот у него все забираю и даю ему свои лотосные стопы. Не всем. Он не дурак, нет. Мы дураки. Если он видит, что мы не оценим его великой милости, когда он нас все заберет, то перед свиньями зачем бисер метать, так?
Если кто-то не может оценить милость, Кришна проявляет свою милость только по отношению к тому, кто ее может оценить.
Если кто-то не может оценить милость, когда с человеком что-то случается, особенно с преданным, какая-то беда, несчастье или еще что-то такое.
То первая естественная реакция: как же так? Что, зря я что ли вообще всем этим занимался? Что ж такое? Но это признак того, что я в сущности-то не могу понять, что все это милость.
Я не могу понять, почему она такие причудливые формы принимает в моем случае. И Кришна видит очень хорошо, он очень хорошо знает. Он никогда не посылает испытаний.
Вернее, Он посылает нам множество испытаний, и Он видит, как мы реагируем.
И поэтому, если Он видит, что мы систематически, так сказать, от определенной формы Его милости отказываемся, и хотим только, чтобы эта милость приходила в форме того, что мы хотим,
то Он говорит: пожалуйста, ради Бога, хочешь — никаких проблем нет, будешь знаменитым, будешь великим, будешь богатым, будешь красивым и будешь изображать из себя кого угодно.
То есть все зависит от нас, от того, каким образом мы реагируем. Если у нас есть эта искренность в душе, если мы говорим: «Ты что хочешь, то и делай. Я уже всё, всё, я уже устал сам хотеть, потому что чего-то я хочу, всё
хочу, а чего-то ничего хорошего из этого не выходит», — если мы это говорим, то тогда да, тогда может... Конечно. А тогда, может быть, он деградировал на свой... Не-не.
Мы можем и должны почувствовать милость, потому что она проявляется именно в этом, в этом чувстве мягкости, которое появляется в сердце. Во всем остальном, если мы это чувствуем, то вот она — милость.
А другое дело — что если мы начинаем гордиться этим, то милость как пришла, так и уйдет. Не факт, что она у нас останется. Но то, что мы чувствуем... это, но мы бы не чувствуем это.
Просто не значит, что мы должны гордиться этим. Значит, что мы... Он дает нам определенный опыт, ощущение. И он говорит: «Если ты хочешь этого, то вот путь, чтобы это обрести».
Если преданный вовне, снутри смирения, вне с ним пытается следовать, не будет ли это сто... не будет ли это лицемерием?
Нет, это не будет лицемерием, потому что если у нас нет смирения, значит, это всё... Мы должны действовать? Что мы должны действовать? Чего вообще? Чего вам от меня надо? Нет, это не лицемерие, это наука. Мы учимся этому.
Суть в том, что мы всему этому должны научиться, и мы тут определенным образом пытаемся определенное состояние развить. Для этого мы вот так вот делаем.
У нас, может быть, нет смирения, но мы делаем так, и как бы оно где-то там появляется потихонечку, потому что мы сделали так и смотрим. Да,
потихоньку мы начинаем чувствовать в этом вкус, потому что на самом деле это особая сладость. И этот вкус приходит.
Нам нужно научить себя этому вкусу, потому что до тех пор, пока мы вкус от духовной жизни не получим, настоящий, подлинный, мы никогда не сможем следовать ей как следует, правильно.
Нужно подойти к нему, сказать: «Да, ты негодяй, наверное. Я всегда это знал». Потому что не предаешься Богу даже сейчас. Потому что это проявление отчаяния. В чем заключается разница между смирением...
Смирение — это очень сладкое чувство. Отчаяние - это горькое чувство, это ужасное чувство, которое разрушает человека. Но отчаяние приходит опять же к человеку, который изначально полагается только на себя.
Если я знаю, что есть Кришна, и Кришна мне поможет, у меня не может быть отчаяния. Если я знаю, да, я грязный, да я плохой, да я такой, да, я сикой.
Но при этом я знаю, Кришна — это патита-павана, аватара, саму патиту праву на пайбиа. Он пришел специально для того, чтобы меня спасти.
Он делает все, чтобы это сделать. Он привел меня сюда, он дает мне все, что угодно, все способы для исправления. У меня не будет отчаяния.
Этот способ — это в сущности всего лишь проявление нашего очередного самолюбования, когда мы говорим: я такой, я сикось, еще что-то такое. Поэтому нужно сказать, что ты и сейчас еще не предаешься.
И так как ты еще до сих пор не предался в этом во всем, то ничего хорошего не будет, то это будет заколдованный круг. Это то, что когда психологи, например, если мы скажем психологам, что вот нужно предаться и начать
предание, начинается с того, что я такой, я сякой, они скажут: да ты что, вообще нельзя, никогда, никогда. Наоборот, ты такой, ты замечательный, ты великий.
Но на самом деле, правильное положение — это то, что я такой, но Кришна — Он милостивый, Он помогает, Он приходит, Он дает все, Он дает энтузиазм, силу.
Поэтому нужно человеку объяснить, что это состояние ложное. До этого он полагался на себя и говорил: я достигну успеха. И поэтому он провалился. Теперь он провалился, и теперь он начинает в другую крайность ударяться.
Но на самом деле ложное эго не разрушено у него, не подорвано. Фундамент тот же самый остался. И поэтому и то, и другое плохо для него.
И отчаяние — это будет для него плохо, и оно будет разрушительно действовать. И эта так называемая деятельность его тоже будет плохая, тоже будет действовать разрушительно для него.
Поэтому ему нужно сказать, что есть эти две вещи. Да, я на себя не полагаюсь, но Ты пришел для того, чтобы падшим помочь. Он есть, Кришна, Он там есть. That'.
Конечно, это падение называется, и человек может лишиться этого для того, чтобы, ну как бы, с новой силой устремиться к Кришне. Когда он лишился чего-то.
Если скажем, я никогда не имел чего-то, то я не могу оценить, что значит иметь что-то. Но если милость была у меня, я лишился ее, то я начинаю искать ее с удвоенной силой. На самом деле это всего лишь урок.
Это приходит не обязательно от гордости, это приходит иногда, когда человек успокаивается на достигнутом, она тоже может уйти.
Просто он думает: ну все, вот я достиг чего-то, и все. И так как я достиг чего-то, Кришна отбирает это, и человек начинает с удвоенной силой рваться за этим, стремиться к этому, искать это, так как он лишился этого. Это может прийти даже не от гордости, а просто от такой удовлетворенности. Такой, да, хорошо, милость, да, понятно. Ну ясное дело, как же без милости-то.
И уйдет она. Могут быть разные причины, но факт тот, что это происходит с людьми, это человек, если он правильно понимает это, он ищет этого. Да. Артем не защищался, Арджуна отсражался. За Кришну.
Арджуна для себя ничего не хотел. Арджуна сказал: мне для себя ничего не нужно. Зачем мне это царство, которое будет кровью омрачено? Зачем мне это счастье, когда я буду есть пищу, я вместе с этой пищей кровь буду есть?
Убитых мною людей. Мне такая пища не нужна. Кришна сказал, правильно, не нужна тебе такая пища? Поэтому делай это не ради себя, делай это для меня.
Но для того, чтобы это состояние достичь, человек сначала должен выйти за пределы этой двойственности. До тех пор, пока я нахожусь в пределах двойственности, я всегда буду сражаться.
Даже если я говорю, я сражаюсь за Бога, я буду сражаться за себя самого. И у меня будут всегда корыстные мотивы. Я всегда буду рассчитывать. Я вот сейчас сражусь за Бога, а при этом нефтяные денежки ко мне придут.
То есть хорошо, как приятное с полезным. Мы за Бога сражаемся, и деньги приходят. Или еще что-то там такое. Потому что всегда будет этот расчет. Мотив будет.
Поэтому я обретаю способность действительно понимать, что Кришна от меня хочет, только тогда, когда я вышел за пределы этой двойственности, избавился от ложного эго. Кришна хочет, чтобы мы сражались. Вся жизнь сражения.
Мы сражаемся, да. И для этого сила и нужна, поэтому Кришна говорит: «Бала-бала-ватам чахам», я есть сила. Сила для чего нужна? Для того, чтобы мы сражались. Но Он дает эту силу.
И для того, чтобы Он действительно дал, чтобы сила от Него пришла, нужно сначала от этой грязи в голове избавиться. Спасибо большое. Шрила Прабхупада Ки Джай! Гаура-премананде!