О Рагхавендра Тиртхе. Лекция 1
Bhakti Vijnana Goswami · India · 2015
Chapters
Первые воспоминания о Рагхавендре Свами
Шри рупам садрад-сагана там витам там садвам, садвайтам сабадутам паринасах Кришначата, Шри Рада Кришнапада, ...ранги, 3-12 патинаби, вайшнавига, 6-та, прабу ... Много лет назад я услышал историю впервые
про Рагхавендру Свами. Но на самом деле, еще задолго до этого, когда я жил в Ташкенте, я купил пластинку индийскую. Мы были начинающие преданные, и все индийское для нас было образцом преданности.
Мы не разбирали что есть что есть чистые бакти нечистые бакти я купил одну пластинку которая которую я слышал бесконечное количество раз. Снова и снова, снова, снова и снова и снова и снова.
И там женщина — Кишори Амонкар — пела очень глубоким грудным голосом. И там же на задней странице обложки этой пластинки, я прочитал,
что она преданная Рагхавендры Свами, Рагхавендра Свами находится в самадхи и будет находиться в самадхи с момента входа в самадхи
в течение 700 лет. Позже, когда мы приехали в Индию, через пару лет я слушал лекции от Мататмы Прабху про игры различных божеств.
В этой серии лекции он рассказал одну историю, которая очень сильно меня поразила и добавила какого-то интереса к этому
Встреча губернатора Томаса Монро со святым
ко всему, он рассказывал про это место — Мантралаю. Сказал, что лет около двухсот назад индийский губернатор Мадраса пришел сюда, в Мантралай, для того, чтобы попытаться разрешить диспут.
Правительство Ост-Индской компании, которая в то время фактически управляла всей Индией, назначило очень большой налог, который Мантралая и местный матх должны заплатить правительству. Но матх утверждал, что они освобождены от всех налогов, потому что в свое время набоб, мусульманский правитель отдал эту деревню полностью в их распоряжение и освободил их от всех налогов. Те говорили, что мы не имеем никакого отношения к этому, все равно должны платить налоги. Так или иначе, был большой диспут.
Люди очень сильно возмущались здесь попыткам собрать налоги, правительство выпустило указ о том, чтобы большая сумма была изъята.
Отсюда все дошло до грани бунта, и они послали своего специального представителя, насколько я понимаю, губернатора Чиная, Мадраса, сэра Томаса Манро, для того, чтобы он попытался выяснить и вынес свое решение.
Сэр Томас Монро пришел сюда в Мантралаю, и ему сказали, что нужно сначала посетить местного святого, который обитает здесь, и что в конце концов, именно этот святой должен разрешить этот диспут.
Сэр Томас Монро почтительно снял свои туфли и прошел к самадхи Раглендрисвами. И из этого святилища вышел человек, статная фигура. И они стали разговаривать с ним, и в течение какого-то долгого времени они поговорили.
Ему представили все возможные аргументы, он был полностью удовлетворен. В конце Свамиджи дал ему, как это принято у санньяси в Мадхва Сампрадае, горсточку освещенного риса, заряженного мантрой.
Тот взял почтительно эту горсточку рис и ушел. На выходе его встретили местные люди, представители, священнослужители. Они спросили у него: что вы там так долго делали?
Он сказал: Как что? Вы же сказали мне поговорить со Свамиджи? Я разговаривал со Свамиджи. Они спросили: с каким Свамиджем? Ну как, Свамиджи, который находится здесь? Я с ним поговорил.
Он мне все объяснил, все мои сомнения были устранены, я вынесу вердикт в вашу пользу.
Вот он даже дал мне рис: у людей, которые слышали, это волосы на голове стали дыбом, потому что Свамиджи находится в самадхи, иногда периодически он выходит, он совершает какие-то чудеса, но чтобы он для какого-то англичанина сделал такое исключение,
которое вообще даже толком не знал, что это за Свами. Они были в полном шоке. Да, это он вынес это постановление в их пользу. Постановление было опубликовано в официальной газете.
До сих пор этот номер газеты хранится тут в доказательство этого, и там описан этот эпизод, где он говорит, что я разговаривал с местным свамиджей, который возглавляет здесь все, и который заведует.
И он подтвердил мне, что это место было действительно отдано, и я принял его аргументы. И отныне никаких налогов отсюда взиматься не будет никогда, и он велел в этот день, вернее, он велел подкладывать небольшую порцию
Разъяснение святого о дружбе из прошлого
этого риса, который ему дали каждый день, и каждый день он с великим благоговением и почтением вкушал этот рис, который ему дал Рагавендра Свами.
Позже я услышал продолжение этой истории, которое заинтересовало меня еще больше.
Ну, безусловно, мне очень захотелось попасть сюда, но так как Мантралайя находится, как вы уже поняли, где-то совершенно в далёке от проторенных путей, то руки не доходили.
То есть в этом году, когда мы решили поехать в Ханпи, я решил воспользоваться этой возможностью. Я понял, что в общем-то мы можем остановиться по пути и приехать сюда.
Но у истории было продолжение, которое я услышал позже. Еще более интересное продолжение. Когда сэр Томас Монро уехал отсюда.
Местные священнослужители, которые служили Рагавендра Свами верой и правдой в течение многих лет, совершали пуджи, следовали всем ритуалам, постились на Экадаши.
Они очень сильно возмутились, они сказали: «Что такое, мы служим тебе верой и правдой, и ты ни разу не выходил к нам. Но ты вышел какому-то англичанину, на основании чего ты сделал это исключение?»
И в этот день Рагавендра Свами пришел во сне к священнослужителям, к нескольким одновременно, он улыбнулся и сказал: «Я понимаю вашу обиду, но вы, пожалуйста, не обижайтесь. На самом деле он мой старый друг.
Я не просто так и не случайно вышел к нему, потому что мы знакомы с ним с Сатья-юги. В Сатья-югу, как вы знаете, я воплощался, как Прахлада, и он был одним из моих школьных друзей, тех
самых детей-демонов, которым я проповедовал. Я просто решил встретиться со своим старым другом, которого я давно не видел. Более того, он должен был сослужить очень большую службу нашему матху.
Поэтому я для него сделал исключение. Вы мои люди, вы свои люди, поэтому для вас я исключение не делаю».
То есть, все эти истории они меня очень сильно заинтересовали, я на протяжении своей жизни несколько раз пытался обращаться к жизни этого святого.
И сейчас я хочу вам рассказать об этой удивительной жизни, о том, что он делает до сих пор.
Как я уже сказал, он вошел в самадхи 346 лет назад, это значит, что еще 354 года он будет находиться здесь, в самадхи. На этот счет есть предсказания: те Вчение 700 лет я буду здесь, и всем, кто с преданностью и верой будет приходить ко мне, я буду помогать им, исполнять их желания, направлять их в их преданности. И ну, в общем, делать все то, что они хотят, вот.
Но, мое желание приехать сюда оно еще больше укрепилось после того, как я узнал несколько вещей, касающихся непосредственно этого места.
Шри Рагавендра Свами сам выбрал конкретное место, где он решил войти в самадхи, и он велел выкопать яму, куда он войдет для того, чтобы живым войти в самадхи.
Он дал подробные наставления о том, как это должно быть сделано.
Он сказал день, в который это произойдет, и когда под его руководством здесь, на берегу реки Тунгабадры, я расскажу историю, каким образом именно эту деревню он выбрал для того, чтобы войти здесь в самадхи.
Но, так или иначе, когда стали рыть эту яму, то они лопаты уперлись в какой-то камень, и когда они стали откапывать землю, они увидели к своему изумлению остатки пепла и остатки жертвоприношения
и Свамиджи улыбнулся и сказал: «Да, здесь, в Крита-югу, в Сатья-югу, Прахлада Махараджа на этом месте совершал свою ягью». Это место высшей степени могущественное, и именно здесь, хранимый энергией этого места и силы этого места, я в течение 700 лет буду продолжать благословлять своих преданных.
И он тогда же рассказал историю, еще одну историю, связанную с этим местом.
Он сказал, что могущество этого места, энергия этого места так велика, что в конце третьей юги Кришна с Арджуной пришли сюда. И Арджуна вместе с Кришной сражался здесь, с Анушальвой.
И между ними возникла очень жестокая битва. И Арджуна, несмотря на то, что он был гораздо более могущественным воином,
не мог ничего сделать с Панашальвой. Панашальва стоял, и стрелы отскакивали от него, он был полностью защищен. И тогда Кришна шепнул на ухо Арджуне: «Ты ничего не сможешь сделать с ним, потому что он стоит в этом могущественном месте до тех пор, пока он будет стоять в этом могущественном месте, он будет полностью защищен. С ним ничего не случится, ты никогда не сможешь его победить.
Отойди подальше, чтобы он, чтобы сражаться с тобой, тоже сойдет с этого места, и тогда ты сможешь одержать над ним победу.
Арджуна так и сделал, он отошел на несколько метров дальше, Анушальва сдвинулся с этого места, и Арджуна победил его. И до сих пор здесь, если мы пойдем туда, к самадхи, течет священная река Тунгабадра, на берегу которой находится это самадхи, на берегу которой Прахлада Рагхавендра делал свои ягьи. И те камни, на которых он делал, они там, собственно, находятся.
И само самадхи стоит, как раз там. Вот.
Предыдущие рождения и детство святого
Продолжать дальше.
И я расскажу несколько историй, связанных с Рагхавендрой Свами, историей того, каким образом он стал тем, кем он стал, его чудеса, которые он совершал в прошлом, расскажу одну историю, которая произошла относительно недавно, здесь, в этом месте,
и после этого мы сможем подойти к его самадхи, помолиться и попросить Его о том, чтобы он исполнил сокровенные желания нашего сердца. Он безусловно может это сделать. Он сам обещает это.
«Тот, кто с верой придет сюда и попросит меня, я обязательно исполню его желание», — говорится. В Трета-югу или Двапара-югу он рождался как Прахлада Махараджа, потом он рождался как Бахлика Махараджа еще один раз.
и потом в Кали-Югу он родился как... Во времена Кришны, в Трета-югу, в два-двапара-югу, извиняюсь. И в Кали-Югу он родился еще раз как Вьясатиртха,
один из величайших святых мадхва- сампрадаи. Мадхва-сампрадаи, они почитают муни-трая, а эти муни-трая — это сам Мадхвачарья, это Вадираджа Тиртха, который в их иерархии занимает второе место после Мадхвачарьи, по мнению большинства, и
Вьясатиртха — третий.
Кто-то добавляет туда Рагхавендру Свами, кто-то добавляет туда Джайатиртху, комментатора Мадхвачарьи, но Вьясатиртха и его следующие воплощения, Рагхавендра Свами, являются одними из самых почитаемых святых мадхва-сампрадаи.
И он рождался до этого. О Вьясатиртхе О Вьясатиртхе я расскажу, когда мы будем в Хампи, потому что Хампи — это место, связанное непосредственно с Вьясатиртхой.
Вьясатиртха был великим преданным Господа Ханумана, Анджанеи, потому что Мадхвачарья — это воплощение Ханумана. Он рождался как Хануман, потом как Бхима, потом как Мадхвачарья.
И Вьясатиртха за свою жизнь открыл 740 храмов Ханумана или Анджанеи. У него множество других заслуг, но, пожалуй, больше всего он известен. Мы увидим храм Анджани или Ханумана в Хампи. Куда мы приедем?
Открытый Вьясатиртхой Янтродхарака-Хануман, Хануман, который медитирует в особой форме, но больше всего он известен тем, что он был покровителем, святым покровителем одного из величайших царей индуистской истории, последней новейшей истории, Кали-Юги - Кришна Девараи, царя, который защищал индуизм и который утвердил Мадхава Сиданту,
и с ним связано очень много-много историй, но я сейчас упоминаю его только потому, что он был до этого предыдущим воплощением Рагхавендры Свами, и с ним же связана история рода Рагхавендры Свами.
При дворе Кришны Девараи был музыкант и гуру придворный, который учил царя играть на вине. Царь был великим покровителем искусств, очень одаренным человеком. Он был знатоком Мадхва-сиддханты.
Также этого гуру звали Кришна Бата, вот у Кришна Баты был сын Канаканчалла Бату, и у него был сын Тимана Бату. Тимана Бату стал отцом как раз Рагхавендры Свами. Я в двух словах очень коротко расскажу историю.
История очень длинная. Эта книга о жизни Рагхавендры Свами была написана свидетелем жизни Рагхавендры Свами и его племянником. Они были очень богатыми людьми.
Весь род был очень богатым, все придворные гуру, брахманы обычно были богатыми людьми. Цари щедро жертвовали им. Он происходил из очень богатого рода, и у его отца
тимана бату был старший сын гуру раджа, который стал также первым гуру Рагхавендры Свами, будущего своего младшего брата но он был гораздо старше его, когда он вырос, его женили, он стал жить отдельно.
У него была старшая сестра, сестру выдали замуж и это пара. Его мать звали Гопамба, отец Тимана Бату, они Они все были музыканты. Сам Рагхавендра Свами тоже очень хорошо играл на вине.
Очень часто его рисуют именно в этой форме, когда он играет на вине, Кришна танцует под его игру, это с этим связаны определенные лилы, когда действительно Кришна танцевал перед ним, вот.
Но им стало очень одиноко жить вдвоем, они были уже людьми пожилыми, и они решили совершить паломничество к Венкатешваре, потому что им другого ничего не оставалось.
И когда они поехали, пришли туда, в Тирупати, к Венкатешваре, к Баладжи, они стали просить исполнить их желание. Венкатешвара пришел к ним во сне и сказал, что я дам вам сына.
Они очень сильно удивились, потому что они были уже старые, они сказали: «Сына, неужели мы этого желали?
Они сказали, да, я дам вам особого сына, у вас родится сын, который прославит вас на века. Вот и так оно и случилось, когда они вернулись к себе. Его пожилая жена Гопамба обнаружила, что она беременна.
Через какое-то время родился мальчик, который очень сильно их радовал. И когда мальчику исполнилось 7 лет, ему даже не успели дать, насколько я понимаю, упанаяму.
Отец его умер, потому что он был пожилым человеком, и собственно с этого момента началось угасание этого рода, угасание в том смысле, что деньги кончились, так
что, в общем-то, даже им невозможно было ни на какие деньги провести упанаяму. Упанаяма — это церемония второго посвящения, когда мальчик начинает свое обучение.
И тогда мать решила отдать мальчика в обучение своему старшему сыну Гуру Раджи.
Гурураджи взял мальчика, провел упанаяму с большим трудом, кое-как набрал деньги для этой церемонии, потому что все церемонии требуют больших средств.
Но в конце концов мальчика решили отдать в обучение мужу его старшей сестры. И там под руководством мужа старшей сестры,
Учеба у Судхиндры Тиртхи и философские титулы
Венкатанатха, как его назвали, как его звали в предыдущей ашраме, до того как он принял санньясу, он стал учиться. Мальчик хватал все на лету, его гуру не мог на него нарадоваться, он поражался его сообразительности.
Потом он вырос. Ему исполнилось 19 лет, и его женили на молодой красивой девушке, которая была очень преданой. Девушку звали Сарасвати.
Они стали жить, они вернулись в свою деревню, но через какое-то время они пришли в матху. Матха находилась недалеко отсюда, и матху возглавлял великий санньяси Мадва-сампрадаи Судиндра Тиртха.
Обычно, когда юноши женятся, то его обучению приходит конец, потому что слишком много других забот, но Венкатанатха его жажда учиться была настолько сильной, что он попросил разрешения своей жены
и сказал: «Можно я поживу в вашем доме? Ты поживешь тут, а я поживу вместе с Судиндра Тиртхой». И в его ашраме я буду слушать лекции, как он объясняет Ньяя-суду.
Ньяя-суда — это гигантский, очень сложный комментарий Джая Тиртхи на Мадва-бхашью, на комментарии Мадхвачарьи. И Венкатанатха стал учиться, и он был самым-самым жадным учеником. Он хватал все с полуслова, он все записывал.
Он до поздней ночи сидел, записывал все в тетради, исполнял все домашние задания.
Судиндра Тиртха, который был к тому времени уже очень пожилым человеком, он умер в возрасте 97 лет. То есть, в то время ему было лет под 90, никак не меньше. Да, где-то около 90 лет.
А он не мог нарадоваться, он смотрел на него.
Единственное, чему он огорчался, это то, что мальчик юноша уже женаты. Потому что в Мадхва-сампрадае есть традиция давать саньясу мальчикам до того, как они женились, и делать их преемниками, воспитывать их.
Я все время думал: я бы обязательно сделал его своим преемником. Достойного преемника нет, но, к сожалению, у мальчика молодая жена, и что я могу сделать. А его одноклассники почувствовали очень большую ревность к нему.
И они однажды пожаловались, они сказали: ты зря так выделяешь этого Венкатанатху, зря так жалуешь его. Он на самом деле, когда он уходит из классной комнаты, он только спит, он целыми днями спит, он ничего не делает, он храпит, и они целый длинный список жалоб предоставили.
Он сказал, лучше выгони его из этого матха. И вообще, тут живут одни брахмачари, и тут затесался какой-то непонятный грихастха, что он тут делает. Ему не место в этом матхе. Выгони его отсюда.
Судиндра Тиртха выслушал, он покачал главой и сказал: ну, я посмотрю, что нужно сделать, а я проверю его. На следующий день он стал объяснять, он начал свой класс.
И, как всегда, Венкатанатха сидел в самом первом ряду. У него была книжка, он внимательнейшим образом записывал все. И вдруг на середине лекции Судиндра Тирк запнулся.
Он дошел до определенного места из суды, которое он понял, что он сам не понимает. Это было очень сложное место.
И он немножко засмущался, он закрыл книгу и сказал: На этом я прерываю свой урок, и завтра мы возобновим с этого места. Он не сказал причину, по которой он прерывает свой урок.
Он просто прочитал этот пассаж, не дал им объяснение этому пассажу и остановился на этом. Все остальные ученики, как всегда, после того, как урок кончился, вернулись в ашрам, стали точить лясы, сплетничать друг с другом.
А Венкатанатха, как было его обыкновение, стал записывать очень внимательно свои мысли по поводу того, что он услышал. На лекции он своим манасом всегда записывал.
Когда он дошел до этого места, которое Гуруджи просто прочитал на санскрите и не дал никакого объяснения, то он стал думать над тем, что он услышал.
В своей книжке на пальмовых листах сам, как он понял это место, и он дал очень ясное, красивое объяснение этому. И записав это, уже была довольно поздняя ночь, он уснул, прям там же на полу, положив свою тетрадочку из пальмовых листов рядом, тем временем Судиндра
Тиртха решил проверить, что происходит в ашраме. Он зашел в ашрам, он увидел, что в ашраме все другие его ученики спокойно спят на кровати, храпят, а он увидел лампу, которая догорала, лампадку, и какого-то человека,
который спит прямо на полу и дрожит от холода, потому что он спит не на кровати, а на полу. И рядом находится полуоткрытая, открытая на каком-то месте тетрадь. Он поднял эту тетрадку, рукопись, и стал читать.
Когда он дошел до этого места, он прочитал объяснение, которое Венкатанатха написал, тому самому месту, которое он сам не понял. Он поразился ясности этого объяснения, четкости, логичности, красоте этого объяснения.
Он просто просиял. Он снял с себя верхнюю одежду, чадар, и накрыл дрожащего от холода Венкатанатху своим собственным чадаром оранжевым и довольный ушел, забрав эту тетрадку с собой. Он заснул очень счастливый.
А утром Венкатонатха проснулся и, к своему удивлению, обнаружил, что тетрадки его нет, и что на нем оранжевая одежда, которую накрыл его свами. Он страшно испугался.
Он подумал: что сейчас меня наверняка выгонят, что меня обвинят в том, что я бездельничаю, спросят, где моя тетрадь, где уроки, непонятно, откуда эта одежда, это одежда моего гуру, как она оказалась на мне.
Я могу только стирать одежду моего гуру, даже прикасаться просто к такой... Я не должен к одежде своего гуру. Не говоря уже о том, чтобы одевать на себя одежду своего гуру.
В страшном волнении он побежал к Судиндре Тиртхе, он упал перед ним на колени, он стал просить прощения. Он сказал: «Я не знаю, как, но ваш чадар оказался на мне, и моя тетрадь пропала. Я не знаю, что случилось.
Пожалуйста, простите меня, я ни в чем не виноват. Судиндра Тиртха улыбнулся и сказал: «Приходи на урок, на уроки все станет ясно. Когда они пришли на урок, он начал свой урок с этого места, он снова прочитал
это место и он спросил у всех одноклассников, у всех своих учеников, как вы понимаете это? И все смотрели на него. Вот так вот сказали: «Гуруджи, они объяснили нам, что это значит». Как мы можем что-то понять?»
И тогда он сказал: «Ну, теперь я почитаю вам объяснение». Он открыл эту тетрадку Венкатанатхи и прочитал объяснение. Все выслушали это в полном восторге, потому что объяснение было очень ясным, очень красивым.
Все сказали: с вами Джим. Мы всегда знали, что вы великий ученый, но мы не знали, что вы способны так красиво все объяснять.
И тогда Судиндра Тиртха улыбнулся и сказал, что это не мое объяснение. Это объяснение одного из вас. Как по-вашему, кто это?
А в этот момент Венкатанатха потупил голову, он сказал, он объяснил этот ваш одноклассник. Отныне я ему даю титул Особый. Отныне его будут звать Парималачарья, и он напишет комментарий на труды.
труды Джаятиртхи, где он объяснит сложные места, где он сделает сложные места простыми.
И так Венкатанатха получил титул Парималачарьи. Потом они отправились в путешествие, они пришли в Танжор, в ближайший город, и там жил великий знаток Вьяконы. Великий знаток Махабхашьи.
И он, зная славу Судиндра Тиртхи, бросил ему вызов и сказал: давай- те с вами обсуждать Махабхашью и посмотрим, кто из нас победит.
Судиндра Тиртха сказал: я слишком старый, но вот у меня есть ученик, пусть мой ученик вступит в дебаты с тобой. Он молодой парень, ему 19 лет, 20 лет, посмотрим. Тут с огромным удовольствием вступил в дебаты.
И вскоре Венкатанатха полностью разбил этого знатока Махабхашьи. нам знания санскрита, раскрыл перед нами, после
После этого, после этой победы, Судиндра Тиртха дал ему второй титул, который Венкатанатха носил всю свою жизнь: Махабхашья- ачарья.
Оно можно просить о том, чтобы он дал нам понимание Махабхашьи или грамматики санскрита. После этого они пришли в Тамилнаду, и
Вернее, в Танжоре он одержал победу надьякранача и стал Махабхашья-ачарьей, а в Танжоре ему бросил вызов последователь адвайта-веданты. Сын гуру местного царя, махараджи Танжора.
И опять они бросили вызов Судиндра Тирти, но Судиндра Тирта опять уклонился от этого вызова и сказал, что вместо меня будет с вами спорить мой ученик.
В течение 18 дней они обсуждали Брахма-сутры и «Таттвам аси». В соответствии с смыслом этих утверждений, махавакй Упанишад в контексте всех ведических писаний.
На 19-й день Венкатанатха одержал сокрушительную победу, так что его оппонент признал поражение, и тогда ему дали третий титул Батачари.
Таким образом, у него было три титула: Паримала Ачарья, Махабхашья Ачарья и Бхаттачарья. Он знаток мадхва-сиддханты, он знаток в целом ведической философии и знаток в вьякаране.
Семейные испытания и чудо с сандалом
После этого он вернулся домой после того, как его обучение завершилось. Вам еще интересно, да? Продолжать? Дальше. Он вернулся в свою деревню и стал жить со своей женой, вскоре у них родился сын. Жили они в страшной бедности.
Слава его как учителя разнеслась повсюду, и браманы со всех сторон стали посылать к нему своих сыновей, чтобы он обучал их. Но по традиции гуру должен кормить всех учеников.
И он пытался кормить всех учеников, вся эта ответственность легла на него, никакую дакшину он не получал. Так или иначе, по воле Кришны, они едва ли еле, иногда раз в неделю не ели, иногда два раза в неделю, если очень сильно повезет.
Это человек, который потом, когда он стал санньяси, кормил тысячи людей, он продолжает кормить, который сделал богатыми огромное количество людей, обращавшихся к нему с этой просьбой.
Но что касается его собственной семьи, он был безумно беден. У них было одно дхоти, одно сари, и жена его, будучи Сарасвати, будучи очень верной женой, никогда не жаловалась. Дхоти и сари были застиранными, заштопанными.
Иногда он ходил в деревню, просил милостыни, ему подавали какую-то мелочь или давали немножко риса. Но, в общем, короче говоря, они реально голодали. И однажды из-за этого очень тяжелого
состояния жена его попросила, почему к тебе не сходить? Тут недалеко богатый человек проводит большой праздник, и обычно во время таких празднеств по поводу либо
женитьбы, либо еще по каким-то поводам, они раздают щедрые пожертвования браманам. Почему бы тебе не прийти к нему? Он, повинуясь просьбе своей жены, отправился туда,
и действительно шло большое празднество. Уже огромное количество браманов сидело в ожидании щедрой дакшины, и главный браман сидел в самом центре, которому должны были дать
всю большую порцию, тут пришел какой-то совершенно нищий в заштопанном дхоти. Бедный грихастха сел сзади всех.
Все остальные недовольно на него посмотрели, потому что это значит, что им достанется меньше. Все увидели, что он очень сильно голодный. Подумали, но пришел какой-то попрошайка и голодранец, и в конце концов, главный
Браман посмотрел на него и сказал: нечего бездельничать, дармоедствовать. Если ты хочешь заслужить какое-то пожертвование, то сделай какую-то севу.
И он дал ему кусок сандалового дерева и сказал: «Ты натирай, сделай сандаловую пасту, чтобы перед обедом почтить всех браманов и нанести сандаловую пасту на их лбы».
Венкатанатха смиренно стал натирать сандаловую пасту. Одновременно с этим он повторял мантру. Повторял Веды, стути, разные мантру. Это было его обыкновением.
Он постоянно читал внутри какую-то джапу, делал какую-то мантру. И в конце концов, он сделал огромный чан с чанданой. И перед тем, как усадить всех, вернее, не перед тем,
после прасада всех браманов нужно, насколько я понимаю, после почтить гирляндами и сандаловой пастой.
И браманы один за другим стали подходить именно наносить сандаловую пасту на лбы, но буквально через несколько минут после того, как первому браману нанесли сандаловую пасту раздались страшные крики.
Один за другим все браманы, которые нанесли эту пасту, они стали кричать, они стали бегать, они стали сдирать с себя эту пасту, и у многих на лбу выскочили волдыри.
Все подбежали к главному браману и спросили у него, в чем дело, почему сандаловая паста, которая должна охлаждать, она обжигает. Это практически как будто бы туда порошок чили нанесли или еще хуже, что-то, что-то очень горячее.
Вот. Он сказал: «Я тут ни при чем, это делал какой-то неизвестный браман. У него спрашивайте, что он туда подмешал». Но мешал ли он туда чили, или что он сделал в эту сандаловую пасту?
Когда спросили у Венкатанатхи, что ты сделал, он говорит: «Да ничего, я просто по привычке читал Агни-стути. И так как я читал Агни-стути, то, видимо, поэтому Агни зашел в эту пасту, и она пасту обжигает».
Тогда все стали умолять его, и стали читать Агни-сукту из Ригведы. И все стали умолять его и говорить: сделай что-нибудь, потому что это невозможно.
Тогда он опять стал натирать пасту, и при этом он читал Варуна-сукту. И после этого им нанесли Варуна-сукту. И Варуна-сукта охладила все, и волдыри зажили.
Хозяин богатый, который проводил праздник, он был настолько впечатлен, что он дал ему 100 золотых монет, 100 рупий. Это была большая большая сумма по тем временам. Он унес довольный, но так как расходы его были еще больше, то буквально через несколько недель даже эти 100 рупий, 100 золотых монет были израсходованы, опять они погрузились в беспросветную бедность. Что случилось дальше?
Кришна тем временем всем вел. Кришна стоял за всем этим, и он дергал за ниточки и в какой-то момент, как я уже говорил, они жили в проголоде, у них ничего практически не было, но какое-то наследство у нее было.
Она хранила его, жена, Сарасвати хранила несколько золотых украшений. На самый черный день, если что-то случится, в какой-то момент к ним в дом залезли воры. И воры украли у них все абсолютно все, что у них было.
Судиндра Венкатанатха, когда он узнал об этом, проснувшись утром и увидев, что все последние вещи были вынесены, он просиял, он сказал: «Жена моя, можешь себе представить, оказывается, есть люди, которые еще беднее, чем мы, и сегодня ночью нам удалось им помочь».
Представляешь себе, какая большая удача нам выпала: эти люди, так или иначе, поправили свое финансовое положение.
Жена его заплакала и сказала: «Ну ты что, делать-то как-нибудь и тогда жена его... но это не случайно, мы все знаем, ясьяхам ауграйну... Шрила Прабхупада случилось то же самое, когда его не очень удачное бизнес-предприятие разорилось, и там был пожар, и его доверенные люди разворовали все, что там было.
Прабхупада тогда произнес этот стих из «Шримад-Бхагаватам»: Если я хочу пролить на кого-то милость, я отнимаю у него последнее. Особую милость.
И это была особая милость, потому что жена через несколько дней, она сказала: «Нам нечем кормить нашего сына. Я могу голодать, но мне больно видеть, как наш бедный мальчик, которого мы назвали Лакшминараяна и который должен был принести нам удачу, он сам не имеет даже крошки риса, маковой росинки во рту.
Пойдем к твоему гуру и будем жить под покровительством твоего гуру. Когда ты жил в ашраме, мы не знали никакой беды, потому что ашрамы — места богатые, там всех кормят». А Судиндра Тирта был невероятно богат.
Свами здесь, в Мадхва-сампрадае, достаточно состоятельные люди. В том смысле, что люди доверяют им, жертвуют много, они раздают это, строят, институты, храмы и так далее.
По-прежнему делают какие-то специальные украшения. Венкатанатха сказал: «Конечно, пойдем туда, где живет наш гуруджи, и будем жить под покровительством нашего гуру». Они вернулись туда, и в течение нескольких дней, какого-то времени Сарасвати была абсолютно счастлива.
Она была счастлива, мальчик был сыт. Они снова вернулись к сытой жизни, они снова узнали, что значит есть каждый день, что значит не испытывать муки голода, не ложиться голодными, не вставать голодными.
Но Судиндра Тиртха был безумно счастлив. Он обнял Венкатанатху, он сказал: наконец-то ты мой любимый ученик, никого другого нет.
И так уж случилось, опять же, по воле Кришны, который стоял за всем этим, что Судиндра Тиртха тяжело заболел. В его распоряжении, в его, то есть, он поклонялся божеству Мула Рамы. Это особая история.
Я расскажу об этом скорее всего. В Хампе. Или, может быть, здесь, может быть, чуть-чуть в другой раз, это совершенно
поразительные божества, которым поклонялся еще Господь Брахма, и которые были в непосредственном владении самого Господа Рамачандры — это самая большая драгоценность всей династии Икшваку: Муларама, Ситарам и Лакшмана. Очень древние божества, очень могущественные.
Им поклонялся Хануман, им поклонялся Бхимасена. В свое время было предсказано, что эти божества придут к Мадвачаре. Так и случилось. Они пришли к Мадвачаре, оказались здесь.
Рагhavendra Тиртха принес их из... Особые истории с этим связаны. Но считается, что любой, кто
поклоняется Мулараме, обладает невероятными знаниями. Сама богиня Сарасвати дает ему знания, она никогда не разлучается с тем, кто поклоняется Мулараме.
Явление богини Лакшми и решение о санньясе
Судиндра Тиртха поклонялся Мулараме. По традиции поклонение прерывать нельзя, он заболел, он не мог подняться. И он стал думать о том, кому поручить. Он понял, что ему скоро уходить. Ему было уже 90 с лишним лет.
Это было примерно в это время, Венкатанатхе было 25 лет всего. 19 лет он женился. 25 лет, или в 24 года, когда ему исполнилось, они переехали к Гуру. В 25 лет произошла эта история, которую я сейчас расскажу.
И он стал думать, и он все время вспоминал только этого Венкатанатху, никто другой ему не приходил на помощь. В конце концов, он вызвал его и говорит: я хотел бы передать
кому-то поклонение Мулараме. Я сам стал слишком старый, я не могу это делать. Иначе говоря, мне нужен преемник, который будет поклоняться этим божествам. Поклонение этим божествам не должно прерываться.
Венкатанатха просиял и сказал: Свамиджи, могу я узнать, кто этот преемник, и поклониться ему, потому что это великая удача. Я обещаю вам, что я буду служить ему верой и правдой.
Любому, кого вы выберете своим преемником, я стану. Он говорит: да, ты можешь увидеть его. Более того, это ты. Ты должен принять саньясу и стать моим преемником.
Того волосы встали дыбом. Свамиджи, разве вы не знаете, что у меня маленький сын, что у меня жена, о которой некому позаботиться? Свамиджи говорит: ну, я не знаю никого больше, я сам болен.
А Венкатанатха сказал: Свамиджи, я боюсь ослушаться, я боюсь гнева своего гуру, я больше всего на свете боюсь навлечь на себя ваше неудовольствие. Но я не могу это сделать.
Вернулся домой, и полностью сердце его было полностью разодрано, а Судиндра Тиртха тоже погрузился в печаль.
Он подумал, ну, наверное, он прав, действительно, как он может оставить свою жену, как он может оставить маленького мальчика, сына. И тогда он нехотя выбрал другого человека
и дал другому человеку титул саньяси — Ядвендра-тиртху, и сказал, что отныне ты будешь поклоняться мулараме.
Тем временем слух о том, что Судиндра Тиртха предлагал Венкатанатхе принять саньясу, разнесся по всей деревне, и люди стали шептаться об этом, и рано
или поздно он, конечно же, дошел до Сарасвати, которая была полностью сражена от одной мысли о том, что ее муж примет саньясу.
Но удивительным образом, свамиджи вдруг стало лучше. Он опять стал здоровым, он опять стал поклоняться мулараме. И тогда он решил послать Ядвендра-тиртху в путешествие, чтобы тот пошел и проповедовал.
Он сказал: я сам буду ухаживать за муларамой. Опять же, Кришна все так устроил. Он отослал этого Ядвендра-тиртху отсюда. А тем временем однажды ночью Судиндра Тиртха уснул.
И муларама пришел к нему во сне и сказал: Ты не должен отдавать меня никому, кроме Венкатанатхи. Только он будет поклоняться мне. Это моя воля, так или иначе, он должен принять саньясу любой ценой и стать твоим преемником.
В ту же самую ночь Венкатанатха проснулся посреди ночи в необычайном состоянии, увидел, что вся комната залита светом, и оглядевшись по сторонам, ища источник этого света, он увидел, что у его изголовья сзади него, около его подушки сидит сияющая женщина необычайной красоты.
Он стал смотреть на нее, он не верил своим глазам, он стал думать, кто это за женщина, кто это такая? Он стал думать, это апсара или какая-то богиня или еще кто-то. Она улыбалась.
От нее исходило это яркое сияние, у нее был маленький рот, лотосные глаза. Он никогда не видел женщины более красивой. А он спросил у нее: «Кто ты, и что ты тут делаешь среди ночи?»
Она сказала: «Я виде Лакшми, я богиня знания, и меня создал Вьясадева. И Вьясадева передавал меня из рук в руки бережно. Когда Мадвачарья был здесь, я процветала. Но теперь некому позаботиться обо мне.
Судхиндра Тиртха через несколько дней уйдет из этого мира, и тогда я останусь сиротой. Ты должен стать моим покровителем.
Ты должен принять саньясу и распространять истинную философию двайта-веданты Мадвачарьи, которая пришла в упадок полностью, люди забывают ее, забыли ее полностью, никого другого нет. И ты должен поклоняться мула-рамам».
Она исчезла. Он вскочил, он не мог больше спать. Он побежал к реке Тунгабхадра, омылся, и он в сердце своем понял. Я должен принять саньясу. Побежал к Судхиндре Тиртхе рано утром, к своему гуру.
Его гуру вышел ему навстречу, и гуру сказал: «О, это ты, Венкатанатха, а я тебя ждал. Ты должен принять саньясу. Я за этим пришел.
Гуруджи, я пришел просить вас дать мне саньясу». И они рассказали друг другу сны, которые они увидели, и они поняли все. Венкатанатх вернулся к себе домой. Жена его поняла, что что-то происходит. Он стал ее утешать.
Он стал говорить: «Больше меня не люби. Я знаю, что для тебя нет никого дороже меня, но это все временные вещи.
Так или иначе, я всего лишь-навсего твой муж в этой жизни. Рано или поздно этому все равно придет конец. Он ее стал утешать разными словами. Она стала говорить: у нас маленький сын, ему всего 6 лет, или меньше, 5 лет.
Он говорит: «Ничего, я проведу упанаяну ему. Я позабочусь о том, чтобы он получил образование.
Принятие санньясы и трагическая гибель жены
Он взял сына и свою семью, они отправились в родную деревню, они взяли всех своих родственников, они пришли в гуру-ашрам и сам гуру торжественно дал упанайну сыну, то есть он выполнил свой долг перед сыном, и тогда гуру стал думать, как дать ему саньясу.
Он подумал: «Если я отдам ему эту саньясу здесь, то его жена придет, она будет плакать, она не позволит это, это невозможно». Поэтому он решил, что мы отправимся вместе в Танджавур,
и в Танджаворе в присутствии царя в благоприятный день дадут ему саньясу, чтобы жена не помешала им. Они так и сделали.
Астрологи назначили дату, они отправились в Танджавур, как это было и раньше, что иногда Венкатанатха уезжал вместе с гуру проповедовать в разные турне.
Они отправились в Танджавур с почетным приемом, махараджа Танджавура сделал все необходимые приготовления.
И там в Танджаворе Судиндра Тиртха дал ему саньясу и дал ему имя Рагхавендра Свами или Рагхавендра Тиртха. Рагхавендру Свами его редко называют Тиртха, и весть дошла до его жены.
Жена поняла, что она больше никогда не увидит своего мужа, что больше она не сможет посмотреть в глаза своему мужу. И обезумев от горя, она бросилась в колодец и совершила самоубийство.
В нашей традиции, если Шри Чайтанья Махапрабху ушел, когда ему было 24 года, оставив Вишнуприю, которой было едва 16 лет, и свою старую мать, жена его, так как она совершила самоубийство, превратилась в привидение.
И она стала, она пришла ночью плачущей, рыдающей в образе привидения к Рагхавендре Свами. Стала говорить: «Зачем ты меня оставил? Ты единственный свет моей жизни. Как я буду жить без тебя? Ты знал, что я не смогу жить без тебя, не смогла жить без тебя. Прана ушла из моего тела.
Свами же бросил в нее освященным мантрой рисом — она избавилась от своего тела привидения и вернулась в духовный мир,
и так, собственно, с этого времени начинается его история, как саньяси, полная необычайных приключений и чудес в жизни.
Но по-прежнему перед тем, как делать какую-то [пуджу] в их семье, которая осталась, перед тем как приступать к какому-то празднеству, все делают пуджу сарасвати, имея в виду в том числе жену Рагавендрасвами, которая не смогла жить без своего мужа, принявшего санньясу.
Вот. Что мы делаем? Вы еще живы? Самое интересное, она не та уже.
Чудесное спасение неграмотного пастуха
Хорошо, расскажу несколько историй связанных с этим, и потом расскажу самую последнюю историю, связанную с самадхи, истории, которые происходили после этого. Еще несколько историй, да? Ну, часа три у нас.
Первое чудо, которое он совершил. Он стал поклоняться муларами, и одновременно с этим он путешествовал.
По традиции саньяси не должны готовить пищу сами, они должны просить милостыню и питаться в домах других людей, и однажды, путешествуя из деревни в деревню, он постучался в дверь нищего дома.
Это был дом браманов, но ужасно нищий. И там жил мальчик, неграмотный сын Браманов, у которого вообще ничего не было.
И он сказал: пожалуйста, дай мне милостыню, накорми меня, а тут, каким-то образом, чудом, наскреб что-то, он понял, что Свамиджи пришел не за пищей к нему, не за тем, чтобы его покормили, а за тем, чтобы дать милость. Он служил ему как мог, и перед
тем, как попрощаться с ним — его звали Венканна, этого мальчика, простого мальчика.
Этот Венканна потом сыграл очень большую роль в жизни самого Свамиджи, и, в частности, в этой деревне, эта деревня Мантралая или Манчанна пришла к нему через Венканну, но история такая.
Прощаясь с ним, Рагавендра Свами сказал ему: «Когда ты попадешь в сложное положение, вспомни обо мне, позови меня, я приду тебе на помощь. Просто скажи Рагавендра Свами, произнеси мое имя, помолись мне, я спасу тебя.
Что случилось буквально через несколько дней?
Этот мальчик пас скот где-то, а тем временем в соседнем, поблизости, охотился мусульманский правитель Сидди Масут-хан. Это был наваб, правитель Дони. Недалеко здесь есть тоже достаточно известное место, в нескольких километрах отсюда.
И он устал, и он сидел и отдыхал после охоты. Он прилег, и в этот момент к нему прибежал запыхавшийся слуга и сказал: Ваше величество, есть очень важное известие, пожалуйста, прочитайте. Протянул ему письмо.
Беда заключалась в том, что этот Сиди Масуд Кан был абсолютно неграмотным, что нередкость была среди мусульманских правителей того времени.
Но он увидел рядом какого-то мальчика, пастуха, он позвал его и сказал: «Эй, парнишка, прочитай-ка это письмо, что тут написано». эй, парнишка, прочитай-ка это письмо, что тут написано.
Мальчик задрожал, смиренно сложил руки и сказал: «Я очень бедный. Мои родители не имели достаточно денег, чтобы провести упанаяну, но я тоже неграмотный. Я не могу читать.
Он посмотрел на него и сказал: «Ты браман? Я никогда не поверю тебе, что ты не можешь читать. Ты просто притворяешься, ты не хочешь читать.
Либо ты прочитаешь то, что тут написано, либо я отрублю тебе голову прямо сейчас». В этот момент мальчик задрожал, и слова Рагхавендры Свами прозвучали у него в голове. с вами прозвучали у него в голове.
«Вспомни обо мне, когда тебе станет плохо, в трудном мгновении! Вспомни обо мне». Он стал молиться Рагхавендре Свами. «Спаси меня, сделай что-нибудь, вызволи меня из этого положения».
И немножко помолившись, открыв глаза, он перед этим держал список. Он, к удивлению своему, понял, что он все понимает. Хотя он действительно был неграмотный.
Прочитал это письмо и сказал: «Ваше Величество, хорошие новости, ваша армия поддержала победу, у вас все хорошо». — Ну, я же говорил тебе, что ты сможешь прочитать.
И он щедро вознаградил этого мальчика и сказал: «Ты мне понравился, получи образование, я подумаю, что с тобой будет».
И в будущем этот мальчик-брахман получил хорошее образование, и Сиди Масуд Хан сделал его своим главным советником и своим главным министром.
Из бедных браманов он стал практически вторым человеком во всем этом во всем этом округе.
Он с тех пор в том числе помогал Рагхавендре Свами, потому что он понимал, что только благодаря Рагхавендре Свами он получил эту возможность.
Но еще раз: у истории есть продолжение, тем временем, еще несколько очень интересных историй, которые, ну, обычно все истории более-менее одинаковые. Если мы будем слушать истории о чудесах, то они все примерно одинаковые.
Чудеса святого и оживление умерших
Истории, которые случались с Рагхавендрой Свами, они отличаются. У них есть свой, свой особый аромат и свой привкус. Однажды он путешествовал вместе со своими слугами, с прислужниками
в матхе. То есть, как это часто бывает, была целая свита, которая за сваминджи едет, и один из этих прислужников, который долго верой и правдой служил в Матхе.
Он подошел к свамиджи, в Махараштре дело было, и сказал: Свамиджи,
я понял, что я больше не могу служить в матхе, что мне пришла пора жениться, пожалуйста, дайте мне какое-то вознаграждение за мое служение, потому что мне нужно обзавестись своей семьей, еще чем-то.
Свами вздохнул и сказал: я санньяси, откуда у меня деньги, у меня ничего нет, но если хочешь, я дам тебе вот у меня есть немножко земли может она тебе поможет.
Тот имел абсолютную веру в Бхактиведанту Свами. Он сказал, если вы дадите мне просто земли, эта земля будет эквивалентным многим тысячам рупий. Я буду хранить эту землю, я буду знать, что это вот то, что я заслужил, я уверен совершенно, что эта земля мне поможет.
Тот с улыбкой дал ему землю, тот взял очень смиренно, в руки, завязал ее в узелок, и повесил к себе на шею, и отправился к себе домой. По дороге он остановился на ночлег в доме у богатого брамана, и у этого богатого брамана, когда он стал разговаривать с ними, он увидел, что все очень грустные. Жена его была на сносях, беременная, они все ходили, жена его была заплаканная, сам браман был чернее тучи.
В конце концов, этот севака спросил: что с вами?
Говорит, что, так или иначе, некое страшное привидение брахма-ракшас убивает всех наших детей, стоит ребенку родиться, как это привидение приходит, и моя жена — это случилось с несколькими подряд нашими детьми — моя жена снова беременна. Мы снова ожидаем, что это произойдет. Поэтому она уже плачет от этого.
Вот. Ну этот севака пожал плечами, а ночью у женщины начались роды. Она стала кричать.
И у нее родился мальчик, и в этот момент этот севака спал в проходной комнате перед дверью в дом. Вдруг он услышал какие-то страшные крики, он проснулся от этих криков, и когда он вышел на эти крики, невидимый кто-то стал говорить: Я не могу войти, я не могу войти. Уберите этот свет, тут невозможно сюда зайти, я не могу войти, мне нужно войти. Я готов все что угодно сделать. Лишь уберите этот свет.
Этот говорит: какой свет? Он говорит: у тебя есть что-то, у тебя на груди есть что-то, от чего исходит яркий свет, который мешает мне войти. Убери это, убери это. Все что угодно.
Ну хорошо, ладно, я уберу, но мне много не надо, принеси мне кувшин полный золотых монет. Дело хорошее.
И буквально через несколько минут привидение вернулось с кувшином, полным золотых монет. И говорит: «Теперь убери это, убери эту, убери, дай мне войти».
Он подумал: «Ну да, хорошо, сын дело хорошее, привидение, нужно помочь». Он взял эту пыль, которую дал ему Рагхавендра Тиртха, и бросил в привидение.
Привидение лишилось своего тела привидения, вернулось в свое изначальное положение. Все почувствовали облегчение, потому что эта тяжесть вдруг прошла.
Он вернулся к ним и сказал: «Можете не бояться ничего, привидение вам больше не страшно, оно больше не будет проходить». Они обрадовались страшно, на радостях
этот богатый браман сказал: «Ты знаешь, у меня есть одна старшая дочь, привидение убивало всех моих сыновей, но дочь у меня есть. Я хочу выдать ее за тебя замуж». И тут же они сыграли свадьбу, недолго думая.
В общем, история со счастливым концом, но не все. Этот свами — он взял горшок, который ему дало привидение, и вернулся к Рагхавендре Свами.
Рассказал ему эту историю, поставил перед ним горшок и сказал: «Свами, этот горшок ваш. Только благодаря вам у меня есть этот горшок». Я санньяси. «Мне не нужны твои деньги, забирай их себе», — и он ушел.
Вот, но еще пару историй — тоже достаточно, несколько историй интересных очень. Он стал путешествовать дальше, Рагхавендра Свами.
И они пришли в один город, и там последователь Мадхвачарьи, богатый очень человек, решил устроить большой праздник в честь приезда Рагхавендры Свами. Он созвал всех браманов повсюду со всех соседних деревень.
Он устроил огромный пир, но приготовил для них
огромный пир, и был как сезон манго. И он взял огромный жбан, и особенно в Махараштре там принято после обеда пить манговый сок. И ему принесли огромный жбан с манговым соком.
И браманы уже уселись, чтобы есть, но Рагавендра Тиртха сказал: «Нет-нет, постойте!
Сначала я должен это сделать, сначала я должен совершить пуджу мурти». И все с очень большим восторгом согласились на это, все стали смотреть, как он делает пуджу.
До сих пор местные свами продолжают эту пуджу Раме, Сите, Рамы и Лакшману. Все смотрят на это с необычайным благоговением. Традиция древняя. И он сказал: что сначала я сделаю это, потом я дам вам черанамриту,
вы отведаете чаранамриту, и после того, как вы отведаете чаранамриту, мы можем сесть и поесть прасадам. Чаранамрита здесь называется тиртха. Это вода, которой омывали божества. Называется тиртха, не чаранамрита.
И когда пуджа закончилась, он стал раздавать чаранамриту, он начал было раздавать чаранамриту, в этот момент странная вещь произошла. В этот момент муха стала жужжать и, жужжа, упала в эту тиртху, в эту воду.
Это очень неблагоприятный знак какой-то, и Свамиджи подумал и сказал, он позвал к себе этого хозяина, вами же подумал и сказал, он позвал к себе этого хозяина, его звали Рагхунатха Одисай.
Он сказал: ты знаешь, у тебя дома произошло что-то дурное, какое-то несчастье случилось с тобой. А вот по этому знаку можно понять, что что-то... Пожалуйста, посмотри, что произошло.
Они стали искать, и они поняли, что их маленький сын, пока все были заняты,
он добрался до этого жбана с манговым соком, упал туда и утонул. Было мальчику три года или еще что-то — совсем младенец. Захотелось попить, и он утонул.
И тут же поднялся крик жуткий: жена заплакала, зарыдала, стала кататься. Он поднял мальчика.
Рагхавендра Свами, когда узнал об этом, он сказал: принесите мне этого мальчика. Мальчика положили ему, он взял свою камандалу, прочитал мантру и брызнул на мальчика.
Мальчик, как будто проснулся ото сна, огляделся вокруг, как ни в чем не бывало, ожил. На глазах у всех все продолжили празднество, убедились в великой силе Рагхавендры.
Свами, у него были другие такие события, но он не всегда оживлял людей. Была другая ситуация, которая, ну,
то есть иногда у людей есть некое такое наивное хрестоматийное представление о том, что санньяси, или свами, или гуру должен только улыбаться, только благословлять и только хорошие вещи делать.
Нет, если оскорбляют, он может ответить и достаточно сильно.
Слава о том, что он совершает чудеса, пронеслась, но, как всегда, были люди, которые верили в это, были люди, которые не верили в это. Были люди, которые насмехались над этим и говорили, что это просто неграмотная молва, которая разносит все это.
И однажды он проходил через деревню, и там играли подростки какие-то, и подростки решили его разыграть. И они договорились друг с другом, что один из них ляжет на дороге
и его накроют чадаром — как будто бы он мертвый. А двое других будут делать вид, что он умер, но по их знаку или по их слову он должен будет встать, когда не ему скажут.
Ругавендра Свами со своей свитой шел по дороге, они обратились к нему и сказали: Свамиджи, помогите, помогите, спасите наш друг. Он вдруг, мы играли, и вдруг с ним что-то случилось. Он упал.
У него пошла пена с кровью изо рта. Он тут же умер на месте. Можете его оживить? Вот он лежит тут покрытый чадром, вот он тут. Ну, они хотели посмеяться над ним. Но Ругавендра Свами все понял.
Он серьезно посмотрел на них и сказал: «К сожалению, срок жизни этого юноши подошел к концу, и никто не сможет его оживить».
«Как? — испуганно сказали они, они закричали: — Может, мы попытаемся его оживить, может, мы сможем его оживить?» Они подумали, ну просто вот что-то такое. Они стали говорить: «Вставай, вставай, вставай, вставай».
Но друг не встает. Они сняли с него чадар и увидели, что друг мертв. Он так и не встал. Вот. Такая другая история произошла с ним. То есть не только такая вот,
Предсказание трех астрологов и три срока
и еще несколько историй прежде чем мы уже перейдем к последним событиям из его жизни. Сейчас я вспоминаю, что еще было интересного. Однажды наслышанные о чудесах Вендры Свами к нему пришли три астролога.
И три астролога сказали: «Свамиджи, можно мы посмотрим ваш гороскоп и сделаем ваш гороскоп и попытаемся предсказать вам события вашей жизни?»
Он сказал: «Хорошо, но только вы сядьте отдельно в разных комнатах и мы посмотрим, сойдутся ли ваши предсказания или нет». Три астролога сели в разных комнатах и стали размышлять и медитировать на его гороскоп.
В конце концов, они записали свои предсказания, их предсказания почти дословно совпали за исключением длительности жизни. Длительность в их предсказаниях очень сильно расходилась.
Один сказал, что он будет жить максимум до 100 лет, другой сказал, что он будет жить до 300 лет, а третий сказал, что он проживет 700 лет.
Когда они отдали это Свитеру, Ругавендры Свами, те удивились и принесли это к своему Свами и спросили: «Свамиджи, в принципе они все правильно сказали, хорошие астрологи, они дело свое знают, но очень резко расходятся их предсказания относительно вашей жизни.
Один говорит, что вы будете жить максимум до 100 лет, другой говорит, что вы доживете до 300 лет, третий говорит, что вы будете жить 700 лет. Он свами улыбнулся и сказал: «Они все трое правы».
Сказали: «Как это так? Как это может быть?» Сказал: «Да, в этом физическом теле я умру до того, как я уйду, до того, как мне исполнится 100 лет.
300 лет будут жить мои книги. И все те люди, которые будут изучать мои книги в течение 300 лет, будут получать жизнь. Духовная жизнь будет биться. После 300 лет мои книги перестанут действовать.
То есть мы с вами живем в то время, когда это предсказание исполнилось. Мне сложно судить. Но 700 лет я буду находиться в самадхи, и в течение 700 лет я буду отвечать всем тем, кто будет приходить сюда.
И с верой обращаться ко мне, я и буду из самадхи отвечать на их молитву».
И тогда впервые он заговорил о своем самадхе, о том, что он в течение 700 лет будет находиться здесь, потом произошла другая история, тоже непосредственно связанная с этим.
Самадхи, а слава его разнеслась по всей Бхарате, и из Уттар-Бхараты, из Северной Индии, три Брамана решили его проверить. Они сказали: «Мы придем к нему. И если он все знает, то он поймет, зачем мы пришли к нему.
Если он действительно может совершать чудеса, то он без нашего того, что мы скажем ему сам, скажет, что мы хотим». И каждый из них загадал: «Я хочу, чтобы меня накормили».
Один сказал, чтобы меня накормили тамариндовым рисом, мне специально приготовили.
Другой сказал, чтобы меня накормили сладким рисом, сваренным в молоке, а третий сказал, чтобы меня накормили модаком — это особая сладость, которую Ганеше делают. Они задумали это все. И не говоря даже друг другу, чтобы был чистый эксперимент, пришли
к Рагхавендре свами, и прежде чем пойти к самому свами, испытать его, они пошли на реку, на Тунгабхадру, чтобы омыться.
Потому что перед тем, как приходить к свами, нужно приходить в чистом виде. Когда они пришли на реку и стали омываться, в этот момент слуга рагхавендры, стиравший его одежду, стиравший его одежду, пришел туда.
Он увидел этих трех браманов и сказал им: «Эй, идите скорее, вас там ждет то, что вы хотите, ваши желания там уже будут исполниться, то, что вы хотите, там будет уже готово для вас». Они очень удивились: «Откуда он знает?
Мы вообще никому не говорили, мы с вами не говорили. Какой-то слуга говорит: идите, то, что вы хотите, уже для вас приготовлено. Вот. Потом этот слуга постирал одежду и стал омываться сам.
Тем временем они вышли на берег, и они стали у него спрашивать: откуда ты это знаешь? Кто тебе сказал? Кто сказал мне что?
Они сказали: кто тебе сказал, что мы пришли сюда и что нам что-то нужно? Сказал: я в первый раз слышу, я вас вообще в первый раз вижу, я не знаю, кто такие, о чем вы говорите, я не знаю вы кто такие.
Они еще больше удивились. Только что он им говорил это, а теперь он полностью отрицает, что он говорил. Он смотрит на них, как будто в первый раз видит. Он вышел.
После того как он омылся, они тем временем одевались. Он подхватил эту одежду. Рагхавендры Тиртха. И опять посмотрел на них и сказал: торопитесь поскорее, все то, что вы хотите, уже для вас приготовлено.
Те стали думать, что такое, как так? В чем дело? Почему так? Почему? Он сначала это сказал, потом отказался, а потом опять это сказал.
Они поняли, что единственная разница — это то, что он держал одежду Свамиджи. И что одежда Свамиджи сделала его всезнающим. Они подумали: ну, если одежда Свамиджи помогает ему мысли читать, то каков сам Свами?
Им стало стыдно, что они решили испытать его, они даже решили не приходить к самому Свами, они просто, ну, им стало стыдно, что они усомнились в нем и что они пришли с этой мыслью его проверить. Они решили было уйти, но потом они подумали: ну нет, раз уж мы пришли сюда, нужно увидеть этого святого человека, поклониться ему, попросить прощения.
Они пришли к нему, он улыбнулся и сказал, что то, что вы хотите, уже для вас приготовлено, можете поесть. И так как вы хотели меня проверить, то я решил вас благословить.
Отныне вы, и все ваши потомки будут получать то, что вы хотите.
И с тех пор эти брахманы из Северной Индии они остались здесь, и их потомки по-прежнему служат самадхи Рагхавендры Свами, и все их желания чудесным образом исполняются.
То есть по-прежнему те же самые люди, потомки тех людей по благословению Свами.
Знамение Вьясадевы и выбор деревни Манчана
Но так или иначе, много было событий, но на самом деле, конечно же, чудеса не главные, и он очень скоро об этом скажет сам: мы
послушаем его последние слова, потому что люди по-прежнему приходят сюда в основном за чудесами. Люди приходят сюда для того, чтобы исполнились их материальные желания. Они просят у него об этом.
И Он исполняет их, но на самом деле Он исполняет эти желания, чтобы их вера в Бога так или иначе, укрепилась.
Всю свою жизнь он учил адвайте, веданте, он проповедовал широко, написал несколько комментариев, которые до сих пор сохранились. Он написал комментарий на Бхагавад-гиту, комментарий на Бхашью, написал несколько стотр.
И однажды он учил своих учеников здесь, на берегу реки Тугабхадры, недалеко от этого места, вдруг неожиданно он прервал свое занятие, и он поднял голову к небу. И он стал смотреть в небо. Ученики застыли в изумлении.
Они поняли, что что-то происходит. Никогда такого не было. Через несколько долгих минут, которые тянулись, как вечность, он снова вернулся сюда.
Он спросил: «Вы не видели?» Они сказали: «Нет, Свамиджи, мы ничего не видели». Он улыбнулся и говорит: «Ну как же, Вьясадева пролетал мимо. Он из Бадарикашрама летел на Вайкунху, и по пути он улыбнулся мне, и он сказал мне вот так: двумя пальцами он три раза показал».
Ученики с благоговением стали слушать объяснения этой загадки. А Рагхавендра Свами еще более таинственно улыбнулся и сказал: «Это значит, что мне осталось жить два года, два месяца и два дня. Ровно».
По спине пробежала дрожь по телу. И тогда он сказал, что ровно в этот день, этот день в августе, Ровно в этот день, через два года, два месяца и два дня, я войду в самадхи.
И все оставшееся время вы должны готовиться к этому событию. Он стал путешествовать, и первое, что он сделал,
это пришел к этому мальчику Венканне, тому самому бедному браману-пастуху, который благодаря ему стал главным министром у местного шаха.
Мальчик принял его, тогда уже советник, предводитель его дивана, его главный визирь, этого местного хана Сиди Масуда, вот этот мальчик, юноша принял его, или уже не юноша, взрослый человек, принял его с огромными почестями, и он побежал к своему повелителю, к своему царю и сказал: «Пришел мой гуруджи, ты должен его посмотреть.
Он святой. И даже несмотря на то, что ты мусульманин, ты получишь великое благо от того, что ты просто посмотришь на него. У того не было никакой веры во все это.
Он знал, что браманы люди умные, мудрые, пользовался их услугами, но веры в их святость у него не было. И поэтому он тоже решил его испытать.
И так как к святому нельзя приходить без подарков, то он попросил, чтобы ему положили золотой поднос, и он велел, чтобы на золотой поднос положили мясо, кости и оскверненные вещи — все, которые он сам ест.
Это все накрыли золотой парчой, и он, смиренно сложив руки, пришел к свамиджи и сказал: «Свамиджи, вы поклоняетесь своему божеству Мулараме. Вот, пожалуйста, предложите ему то, что я принес. Это скромное подношение.
Свамиджи посмотрел на этот поднос, во всем понял, он, не говоря ни слова, продолжал делать пуджу. Он сделал пуджу, а тем временем этот хан стоял рядом. И пришло время предлагать наиведью Богу, для Муларамы.
Совершенно не поведя бровью, он сказал: «Поставьте этот поднос перед ним». А поднос поставили, поднос по-прежнему накрыт.
Он взял несколько капель воды из своей каммандалу, сбрызнул ее, снял это покрывало, и к удивлению царя поднос был полон самыми лучшими, сочными фруктами и другой бхогой для Муларамы.
На царя это произвело сильное впечатление. Он вызвал своего визиря, этого Венканну, и сказал: «Да, твой гуру действительно не обманщик.
Я поверил в него очень сильно и я хочу как-то загладить свое преступление, свое оскорбление перед ним. И подарить ему что-то. Я хочу подарить ему несколько деревень.
Отныне весь налог, который будет собираться с этих деревень, будет поступать для служения ему и его божеству.
И визирь побежал к Рагхавендре Тиртхе и сказал, что так и так, мой повелитель, мой шах, хочет подарить тебе несколько деревень. Тот улыбнулся и сказал: «Мне не нужны его деревни, но если он действительно хочет подарить мне, одна деревня мне нужна, только одна. Это должна быть Манчана.
Манчана - это как раз по-прежнему это место называется Манчана, сейчас оно называется Мантралая, но изначальное название этой деревни, в которой мы сейчас находимся, это Манчана.
Мне никакая другая деревня не нужна, мне нужна Манчана. Визель возвратился к царю и сказал, что так и так он готов принять от тебя подарок, но ему нужна Манчана.
Тот сказал: ты знаешь, я уже подарил Манчану одному мусульманскому факиру, который приходил сюда, страннику тоже святому, Он говорит: но мой гуру не примет от тебя никакую другую деревню.
Так или иначе, царь бросился в ноги к этому факиру, попросил его, дал ему взамен другие деревни. А факир разрешил, чтобы Манчану у него забрали. Он сказал: Хорошо, отныне Манчана будет принадлежать Рагхавендре Свами.
Рагхавендра Свами был очень счастлив. И он сказал: именно здесь должно быть мое самадхи. Его спросили: почему? И тогда он сказал, что здесь, в Сатья-югу, Прахлада Махарадж совершил свою ягью. Земля очень святая.
И именно на том месте, где была его ягья, я хочу, чтобы стояла моя самадхи. И он велел этому Дивьянендре, своему покровителю, ученику и послушному последователю, вырезать камень, который будет обозначать
место его самадхи, где он войдет в самадхи. Тот отдал распоряжение, и очень скоро был сделан роскошный резной камень, который должны были водрузить на место его гробницы. Но когда Рагхавендра Свами увидел это, он сказал: Нет, это не то, этот камень мне не подойдет.
Должен пойти в другую деревню, а эта деревня называлась Мадхаварам, недалеко есть деревня Мадхаварам, и там есть огромный камень. И только из этого камня нужно сделать мне самадхи.
Тот очень удивился и спросил, а почему только из этого камня? Сказала, ты ничего не понимаешь.
Потому что на этом камне в Трета-югу Ситарам и Лакшман сидели, и до сих пор этот камень излучает вибрацию, этот камень - объект поклонения. Только из него нужно сделать мне самадхи.
Они отправились туда, они нашли этот камень, они сделали, вырезали из него гробницу будущую для Рагхавендры Свами.
А из части этого камня — камень был очень большой — из части этого камня вырезали изображение Ханумана. Изображение Ханумана находится прямо, храм Ханумана находится прямо перед этим самадхи.
Четыре главных наставления святого перед уходом
И когда все было готово и назначенный день приближался, все ближе и ближе и ближе становился, Напряжение росло. Люди, ученики, последователи стали стекаться отовсюду.
Никогда мантралай не видел такого большого количества народа, люди жили повсюду, браманы жили. В конце концов наступил последний день.
Тот самый день, когда Рагавендра свами должен будет войти в самадхи. Заранее он велел приготовить 1200 шалаграм. Эти шалаграмы положили в медный сундук. И он сказал, что, когда я зайду в эту яму, я сяду там в йогической позе и я начну читать мантры. Тем временем все брахманы должны читать сукты, Веды и все остальное, он сам сказал, какие жертвоприношения должны произноситься. Вот.
И в тот самый момент, когда вы перестанете, у меня в руках будут четки. В тот самый момент, когда вы перестанете слышать мой голос и джапа прекратится, вы должны будете водрузить мне на голову этот ящик с 1200 шалаграмами, должны будете закопать землей и сверху привалить этим вриндаваном, этой гробницей, которая заранее вырезана.
Но до того как это произошло, он сел на особом месте на камне. Люди собрались, огромное количество людей, чтобы послушать его, и он стал проповедовать им.
И эти последние слова записаны пословно. Вся его последняя лекция, последняя речь, последние наставления — они сохранены были.
И люди записывали последние слова великого святого, великого мудреца, который прожил эту жизнь. И он дал четыре основных наставления, уходя.
Очень важно, первое, что он сказал — он сказал: в конечном счете мы должны научиться думать о Боге. Бхакти значит думать о Боге с любовью.
Но мы никогда не сможем научиться думать о Боге до тех пор, пока мы не будем вести божественную жизнь. Если наша жизнь не будет чистой, мысли наши не будут чистыми, мысли наши не смогут сосредоточиться на Боге.
Причина, по которой наши мысли отвлекаются от Бога и от имени Бога, только одна. Так или иначе, есть какая-то нечистота в нашей жизни.
Поэтому мы должны очень четко соблюдать свои обязанности, исполнять все, быть как можно более честными, вести максимально чистую жизнь, одновременно стараться думать о Боге или учиться думать о Боге. Но научимся мы думать о Боге только тогда, когда жизнь будет наша абсолютно чистой.
Это первая вещь, которую он сказал.
Вторая вещь, которую он сказал, еще более важная: каждая секунда человеческой жизни неповторима и бесценна. Нужно научиться жить эту жизнь так, чтобы ни одна секунда не приходила даром, потому что ни одной секунды не возможно будет вернуть, и для
того чтобы ни одна секунда не была потеряна даром, нужно либо повторять святое имя каждую секунду, либо так или иначе, размышлять о священных писаниях.
Шастра специально есть в этом мире для того, чтобы направить наши мысли и для того чтобы мы, ведя правильную жизнь, научились в том числе правильно думать о Боге.
И святое имя должно быть предназначено для этого, поэтому смысл человеческой жизни в том, чтобы изучать шастры и повторять святое имя — это было второе его наставление, очень важное. Третье его наставление,
которое он сказал: «Я совершил много чудес, и я еще совершу чудеса, я обещаю вам, я буду оставаться здесь, я буду совершать чудеса отсюда». Но самое большое чудо в этом мире - это духовное знание.
Если человек действительно хочет чуда, любой человек, который получает духовное знание, он совершает самое большое чудо. Всего Прабхупада совершил самое большое чудо. Он говорит, не обращайте внимания на чудеса.
Те люди, которые поняли смысл жизни, они понимают, что смысл жизни не в том, чтобы покупаться на дешевые чудеса, а смысл жизни в том, чтобы обрести духовное знание. И нет большего чуда, чем духовное видение этого мира.
Это было его третье наставление, и четвертое наставление — самое ценное в этой жизни, то, что вы должны в конце концов обрести в результате всей вашей практики, — это бесконечная неуклонная преданность Богу, чтобы все ваши помыслы, вся ваша жизнь, вся ваша энергия была посвящена Богу. Но эта преданность — не слепая вещь. Есть слепая вера и слепая преданность, которая не основана на знании, им грош цена. будут люди, которые будут приходить сюда объятые слепой верой. И просто благодаря слепой вере будут совершать здесь ритуалы.
Если вы хотите обрести настоящий смысл жизни, то тогда вы должны обрести неслепую преданность.
И для того, чтобы ваша преданность не была слепой, ваша преданность по отношению к Богу должна быть такой же сильной, как ваша преданность по отношению к Гуру. Только преданность духовному учителю сможет открыть вам глаза и сделать вашу веру не слепой.
Процесс входа в самадхи и появление стотры
Это было его третье наставление, четвертое наставление, которое он дал перед своим уходом.
И после этого был ровно полдень, и посреди рано утром он начал все эти церемонии, он прочитал эту последнюю свою речь произнес, люди плакали, кто-то пел, кто-то танцевал, кто-то рыдал - большая часть рыдала. Он торжественно прошел к этой яме, которую вырыли, заранее приготовили.
Он вошел в эту яму, он сел, у него в руках были четки. По-прежнему можно видеть его изображение, он держит четки в руках, он стал ясно отчетливо повторять мантру.
Тем временем брахманы повторяли сукты, ведические мантры, и специально отведенный ученик слышал, и в какой-то момент он услышал, что звук мантры прекратился. Он подал знак.
В этот момент люди, которые ждали этого мгновения, они поставили на его голову или куда-то туда, на приготовленное место, специальный дворец с шалограммами.
И люди ринулись туда и стали забрасывать это место землей, поставили, выдрузили гробницу туда, но тем временем произошло еще одно событие поразительное.
Его любимый ученик в это время находился на другом берегу реки Тунгабадры. Его ученика звали Аппаначарья, а гуру отослал его для того, чтобы он проповедовал.
Так или иначе, это была его деревня, она по-прежнему на другом берегу реки будет, и он узнал о том, что то ли он забыл о том, что на этот назначенный день... Но короче говоря, до него дошло известие о том, что его гуру, Рагхавендра Тиртха, входит в самадхи, слишком поздно. И когда он подбежал к берегу реки Тунгабадры, это был август, самый сезон дождей.
Тунгабадра была бурной, огромной, пересечь ее абсолютно невозможно. Шел проливной дождь. Он стал просить лодочников так или иначе перевезти.
Они сказали: «Ты с ума сошел. Никакой нормальный человек сейчас тебя перевозить не будет. Подожди немного, сейчас дождь закончится, вода спадет.
Вот он, на том берегу происходили все эти события. Тем временем он дрожал, в конце концов он понял, что ничего не будет, и он недолго думая бросился в реку.
И при этом он думал о своем гуру, и когда он бросился в реку, он стал сочинять стотру.
Эта стотра до сих пор известна, это Шри Рагхавендра Свами Стотра. И река Тунгабадра сама его вынесла на другой берег, хотя это было невозможно в принципе, он должен был бы утонуть, но она его просто подхватила и вынесла на другой берег.
И пока она его несла, он сочинил 31
стих из этой стотры, но когда его выбросило на другой берег, он услышал громкий плач, вой, он понял, что слишком поздно, что он не успел. Что он не увидит больше своего учителя, что уже самое главное
произошло, и он запнулся на 31-й слоке, последней слоке, которой была пхала-шрути. Эта пхала-шрути звучало так, что тот, кто будет повторять эту стотру, тот, кто будет поклоняться Рагхавендре Свами как своему гуру, тот получит все, тот станет царем, тот станет то, се, пятое, десятое. Когда это всё произошло,
А сейчас совсем... Когда это всё произошло, он запнулся на этой последней истории. У меня где-то была еще одна книга небольшая.
Он запнулся на этой последней стотре, и 7 слогов последнего стиха не были досказаны. Он на берегу громко произнес это пало.
Громко на берегу он произнес эту последнюю шлоку и запнулся на последней стотре, и вдруг все отчетливо услышали очень ясный
голос из-под земли Рагавендра-свами, в том числе и он, который произнес семь последних слогов этой шлоки, и эти 7 последних слогов звучали так, по-моему. И свидетелем тому, свидетелем
тому сам Хаягрива, иначе говоря, последние фалы шрути звучат так: что тот, кто будет повторять с верой эту стотру, он всё получит. И последние слова этой шлоки, которые произнес сам Рагавендра-свами, который в этот момент медитировал на Хаягриву, а Хаягрива — покровитель ведического знания, покровитель вед, — он сказал: и свидетелем тому Хаягрива.
Хаягрива подтвердит это, иначе говоря, могущество самого Верховного Господа Хаягривы, оно доказательством тому или свидетельством тому. И вот с тех пор здесь по-прежнему повторяют эту стоту, и
его последователи, они повторяют Рагавендра-свами эту стотру и доходят до этой 31-й шлоки и произносят эту шлоку, которую сам Рагавендра-свами произнес, вот.
Суд Господа Баладжи и обещание брахману
Ну вот такая вот история. И вот поэтому мы с вами здесь. Я хотел еще одну маленькую историю сказать: любопытную. Тут есть огромное количество чудес, которые с людьми происходят.
Есть целые сайты, где люди рассказывают о чудесах, которые с ними произошли. В основном они очень высшей степени интересны. Я пришел, помолился и сдал экзамены. Я пришел, помолился, и меня продвинули по работе.
Я пришел, помолился, прочитал стотру, и мне нашлась жена. Но одна история очень интересная - она произошла довольно давно. Историю про Томаса Монро я вам рассказал в самом начале, это было мое первое.
Или, скажем так, второе знакомство с Рагавендра-свами после этой пластинки Кишори Амонкар. Эта музыка, кстати, есть в интернете. Можно ее послушать. Это совершенно удивительное пение её стотры, там вот. Но одну историю я все-таки расскажу про чудеса, которые тут происходят, потому что она мне понравилась.
Ну да, там я какие-то детали пропустил, но это не так важно. Все основное я рассказал.
История такая, что когда Мантралая еще не была известной какое-то время назад, когда не так много людей сюда приезжали, один бедный браман, очень сильный воодушевился и с огромной верой в Рагхавендру Тиртху он приехал сюда.
Он был абсолютно бедный. И так или иначе, у него было навязчивое желание — он хотел стать царем. Приехал сюда, просто у него внутри было требование: Я хочу стать царем.
И он стал поклоняться, он стал, а Рагхавендра Свами сказал: тот, кто будет просто поклоняться, делать прадакшину, обходить вокруг моей самадхи, молиться, я буду его желание исполнять. И 12 лет он это делал.
И ничего, 12 лет, он делал все, что нужно, делал все ритуалы. В конце концов, ничего ровным счетом не происходило, никаких снов он не видел, никто к нему не приходил, ничего не происходило, он полностью разуверился,
а он сказал, что все это ерунда, и в отчаянии он ушел отсюда и отправился в Тирупати, и в Тирупати он ужасно обиженный, разгневанный, В общем, в очень расстроенных чувствах он написал большую жалобу.
И в этой жалобе он подробно изложил: Рагхавендра Свами — большой обманщик, он обещал, что он будет исполнять все желания. Даже если один раз человек это сделает, я 12 лет без перерыва, веры и правды, делал все, что нужно, ничего со мной не происходило. Я хочу, чтобы все знали, что он обманщик.
Он написал эту жалобу, и он бросил это в хундию туда, куда дают пожертвования для Баладжи, в Тирупати, в Тирумалу. немножечко, с чувством небольшого облегчения, ну, как всегда, бывает,
когда пожалуешься на своего обидчика, он заснул, и ночью ему приснился удивительный сон: он увидел Баладжи и он увидел, что Баладжи облачен в одежды судьи, и что идет судебное заседание, и Баладжи, как судья, вызывает и говорит: «Истец», — и называет его имя. Истец, браман такой-то, приглашается сюда для того, чтобы дать свидетельские показания против ответчика.
Ответчик — Рагхавендра Свами. И он видит во сне, как он рассказывает всю эту историю возбужденно: «Мне обещали, я поверил, я делал все, что нужно. Я был здесь, а 12 лет я служил». Баладжи кивает головой.
Потом он обращается к ответчику и говорит: «Ответчик, вы можете что-то сказать в свое оправдание?» Рагхавендра Свами выходит: «Да, ваша милость, конечно, я могу сказать что-то в свое оправдание.
Во-первых, этот человек поклонялся мне, но он не поклонялся Анджанее Хануману. А все то, что я обещал, действительно только тогда, когда человек поклоняется мне и поклоняется Хануману, который расположен тут.
Поэтому я не обязан исполнять его желания. Это первое. Второе, он полный наглец, он абсолютно бедный браман. И он захотел стать царем. Как он просчитывает на то, что он станет царем? С чего это вдруг он станет царем?
Но если он вернется ко мне и 12 лет будет поклоняться правильно мне и Анджане и Хануману, то в следующей жизни я сделаю его царем. Я это обещаю. Баладжи обратился к этому браману и сказал: вы удовлетворены.
Тот сказал: Да, Ваша милость, я полностью удовлетворен, я все понял, я сам виноват. Он согласился с этим. И он понял, кто в ответ к нему пришел. Он вернулся сюда.
12 лет он поклонялся здесь, сидел все, что нужно. И вскоре после этого он ушел.
Махараджи Майсура приснился сон через какое-то время после этого: что скоро у тебя родится сын, или тут я не помню, кому точно приснился сон, ну короче говоря, или местным людям, что у махараджи Майсура родится сын, и этот сын будет этим брахманом, который станет махараджей или царем в следующей жизни по обещанию Рагхавендры Свами.
Махараджа Майсура очень проникся всем этим, и он тоже стал последователем верным. Так у него брахман родился и стал его сыном.
Ну вот это одно из чудес, которые я хотела рассказать, но главное, ради чего я затеял все это, чтобы мы послушали о последних наставлениях Рагхавендры Свами и в правильном настроении пришли к его самадхи.