Вишада-йога. Лекция 3. Что нас держит в материальном мире
Bhakti Vijnana Goswami · Sochi · 2006
Chapters
Причины страха и иллюзии
Читаем 37 стих главы 11 песни «Шримад-Бхагаватам». Глава называется «Царь Ними встречается с девятью йогиндрами».
Ас, Буд, Бхакти, гуру, дева та ям двити я би не вешатокся, Баям двития би не веша такся, Ишада питася, випадьяя смыти, Ишада питася, випадья смити, Ганма, Батя Гудева та Иша да пятся випария иос брити, Иша да пятся випая иос брити.
...дха, Дамайта Будха, Бхай Гудеватма, Бхайша Гудевадма Страх возникает, когда живое существо, душа по ошибке, начинает считать себя материальным телом.
Благодаря тому, что все его внимание поглощает внешнюю зорную энергию Господа. энергию Господа.
Когда живое существо таким образом отворачивается от Верховного Господа, оно также забывает о своем естественном состоянии слуги Господа.
Это взбивающее с толку страшное состояние вызвано энергией иллюзии, которая называется майя. Поэтому разумный человек должен неуклонно заниматься
бесприместным преданным служением Господа под руководством истинного духовного учителя, которое он должен принять как божество, которому он поклоняется, а также как самое себя, свою жизнь и ду ...-2 дня, .
Разбираем этот стих из 11-й песни «Шримад-Бхагаватам», чтобы ясней понять сложности, с которыми неизбежно сталкивается человек на духовном пути.
Все сложности неизбежны в силу того, что душа наша помещена в материальное тело.
Мне, чтобы проиллюстрировать то, что я рассказывал до этого, хочется прочитать сейчас отрывок из совсем другой религиозной традиции, из христианства. Это отрывок из послания к римлянам апостола Павла.
Здесь очень интересно в сущности описано то же самое. Слушайте внимательно. Ибо когда мы жили по плоти, тогда страсти греховные, обнаруживаемые законом, действия в членах наших, чтобы приносить плод смерти.
Но ныне, умерши для закона, которым были связаны, мы освободились от него, чтобы нам служить Богу в обновлении духа, а не по букве. и буквы. Что же скажем? Неужели от закона грех? Никак нет.
Но я не иначе узнал грех как посредством закона, ибо я не понимал бы и пожелания, если бы закон не говорил: «Не пожелай». Но грех, взяв повод от заповеди, произвел во мне всякое пожелание, ибо без закона грех мертв.
Я тебе говорю, он говорит здесь: «До тех пор, пока я ничего не знал о духовной жизни, все у меня хорошо было. Как только я узнал, мне сразу плохо стало.
Потому что в каком-то смысле знание закона, как нужно жить в соответствии с высокими духовными принципами, возбуждает прямо противоположную реакцию душé, в сердце человека.
Отторжение или страх, боясь того, что я поменяю свое положение, иногда приводит к тому, что грех, который раньше дремал, просыпается.
Как только я узнаю о духовной жизни, о законах духовной жизни, Я жил некогда без закона. Но когда пришла заповедь, то грех ожил. А я умер. И таким образом заповедь, данная для жизни, послужила мне к смерти.
Еще одна парадоксальная ситуация, которая случается. Нам дается заповедь, чтобы вернуть нас к жизни. Нам дается призыв стремиться к очень высокому духовному идеалу.
А в то же самое время изнутри мы чувствуем страшное сопротивление. И сопротивление это иногда приводит к тому, что вместо того, чтобы возродиться к новой жизни, я еще больше умираю, возвращаюсь к своему старому состоянию.
Потому что грех, взяв повод от заповеди, обольстил меня и умертвил ею.
Умертвил меня эта заповедь — все это в каком-то смысле иллюстрация различных нежелательных психологических состояний, которые приходят к человеку, когда он сталкивается с духовной жизнью, с идеалом духовной жизни, и дальше
чуть-чуть позже, через какое-то время, он говорит интересную вещь: «Итак, я нахожу закон, что когда хочу сделать доброе, прилежит мне злое. И по внутреннему человеку нахожу удовольствие в законе Божьем.
Но в членах моих вижу иной закон, противодействующий закону ума моего и делающий меня пленником закона греховного, находящегося в членах моих. «Бедный я человек! Кто избавит меня от этого тела смерти?»
Разорванность между материей и духом
Похоже? Он говорит об этом расщеплении, о том, что человек, когда он отождествляет себя с материальным телом, волей-неволей становится
его заложником или рабом. И хотя внутри, в сердце своем он чувствует, что нужно жить по-другому, что нужно стремиться к другому. Но он разорван.
И это стремление к чему-то высшему постоянно наталкивается на сопротивление изнутри же. И в сущности он повторяет знаменитый вопрос Арджуны.
Арджуна о том же спросил, поясню: он спросил, что это за сила, которая заставляет меня действовать вопреки, вопреки. Даже зная, что делать, это плохо, тем не менее, внутри есть сила, которая заставляет меня действовать вопреки этому всему.
Это разорванность человека в материальном мире, разорванность на материю и дух. А это печальное состояние каждого человека здесь. Поэтому апостол Павел завершает эту главу восклицанием.
Кто избавит меня от этого тела смерти? Потому что в каком-то смысле, это очень важная вещь, о которой он говорит здесь, это состояние обрекает меня снова и снова на смерть.
Обрекает меня, бессмертного по своей природе, снова и снова рождаться и умирать здесь, в материальном мире. И любая духовная практика в сущности должна привести человека к победе над смертью.
Потому что внутри мы понимаем, что смерть противоестественна, что я бессмертен, что я не должен умереть. И тем не менее я, находясь здесь, в этом теле смерти, попал в ловушку и не могу вырваться из этого тела смерти.
И вчера я рассказывал печальную историю, трагическую историю Карны, про то, каким образом Карна стал заложником. И Карна в данном случае все мы, каким образом, что нас держит здесь в материальном мире?
Что, как это ни парадоксально, в материальном мире нас держит иллюзорный весь, некий образ, который мы сами придумали себе. И ради этого образа, ради сохранения, защиты этого образа мы готовы даже умереть.
Мы придумали некий образ героя или образ жертвы какой-то и любим наблюдать за своими страданиями. Красиво я страдаю. Красиво.
И отсюда возникает фатализм или нежелание покончить с этим, хотя внутри человек понимает, что-то не так, что-то неправильно здесь.
И еще поговорили, естественно, о привязанностях, о том, что ложное эго — это сумма наших материальных привязанностей, с которыми нам очень трудно расставаться, потому что мы принимаем материальные привязанности.
За что? За что мы принимаем материальные привязанности? За любовь? За любовь. В каком-то смысле это даже так. Эти вещи очень легко спутать, любовь и материальные привязанности.
Самым счастливым моментом своей жизни мы обязаны каким-то материальным привязанностям. Материальные привязанности порождают в нас много хорошего. Они делают нас иногда мягкими, добрыми. А что они также порождают?
Они так за просто так, у них есть другая сторона. В любой материальной привязанности есть другая сторона. Какая? Ненависть.
С одной стороны, у меня появляется мягкость по отношению к чему-то или к кому-то, но одновременно с этим у меня появляется жестокость. И поэтому, говорится, от любви до ненависти в материальном мире один шаг.
Потому что в сущности это не любовь. Мне хотелось дать настоящее определение привязанности. Привязанность — это чувство собственности, которое маскируется под любовью.
Когда я привязываюсь к кому-то в материальном мире, и мне кажется, что я люблю его, но на самом деле у меня возникает чувство собственности по отношению к нему. Мне хочется контролировать, властвовать над ним.
И очень быстро это чувство привязанности или любви может превратиться в ненависть. Когда? При каких обстоятельствах? Да, когда он не делает то, что хочет.
Потому что это чувство собственности, это часть моего я: я владею чем-то, и если это что-то позволяет тебе нагло вести себя не так, как я хотел, привязанность превращается в свою противоположность.
Желание контроля и материальная жизнь
Любовь — это нечто принципиально другое, это нечто, находящееся совсем в другой сфере, вне этой двойственности, привязанности, ненависти.
Я когда давал семинар этот в Одессе, думал над этим материалом, я подумал, почему дети любят играть в игрушки. Как по вас? Почему потом они перестают играть, когда они вырастают?
Потому что игрушка это единственное, что они могут контролировать. У каждого человека живет желание контролировать что-то, властвовать над чем-то. Он маленький и дальше.
По крайней мере, в эту стоик играет маленькая девочка. Маленькая девочка сажает эту куклу. Наказывает ее, ставит ее в угол, управляет ей, контролирует. Потом она перестает играть в игрушки. Почему?
Потому что другие игрушки появляются. Потому что она упражняет это свое качество уже в других формах. У нее муж появляется в качестве игрушки, дети свои собственные,
еще кто-то, где то же самое мужчина, у всех у нас одна-единственная, одна единая природа. И в этом, собственно, суть материальной жизни.
Еще мне хотелось напомнить об одной вещи, о которой мы вчера говорили, чтобы уже перейти к сегодняшней теме. Это то, что мы говорили о том, что в общем-то человек очень часто не знает, как поступать.
Кризис человека в материальном мире проявляется в том, что он запутался. Он не знает толком, как поступать правильно. Что мне можно делать, что нельзя делать, что будет хорошо для меня, что будет плохо.
И мы видим, Арджуна задает тот же самый вопрос. Как мне поступать? Что мне делать? Убегать, не убегать. Кришна начинает отвечать ему, и поначалу Арджуна не может понять, что отвечает. Я у него спрашиваю, что мне делать.
А что Арджуна отвечает? Что Кришна ему отвечает? Что Кришна ему отвечает? Ты не тело.
Я у него спрашиваю, что мне делать, а он говорит: ты не тело, и мы вчера говорили о том, в чем смысл этого ответа, какой вопрос надо на самом деле задавать: «Кто я?» Не что мне делать, а кто я?
Я не знаю, что мне делать, потому что я не знаю, кто я. Если я знаю, кто я по-настоящему, то я знаю, что мне делать. Наша. Опять же, желание идти по пути наименьшего сопротивления и как-то
искать каких-то таких не очень самых лучших путей, оно приводит к тому, что мы задаем вопрос «что делать?» И потом задаем вопрос: «Какой естественный?» Кто виноват? Делать и кто виноват. Это два исконно русских вопроса.
Исконно от слова исконно. Что делать и кто виноват? Тогда как правильный вопрос, который я должен задавать, — кто я? Человек должен искать себя, искать свою настоящую природу.
И только тогда он сможет по-настоящему знать ответ на этот вопрос, понимаете. И поэтому, соответственно, мы можем видеть, как человек, который не знает толком, кто я, действует по-разному в разных
ситуациях, исходя из ложных представлений о том, кто я. Сейчас один, завтра я другой, это я меняющийся, постоянно меняюсь, в конце концов он запутывается. Но по-настоящему человек должен действовать исходя из неизменного Я,
я все время должен чувствовать, понимать, что внутри меня есть некая неизменная сущность, неизменное «я», которое я, в общем-то, интуитивно ощущаю, что я внутри не меняюсь, я всегда тот же самый.
А как Кришна начинает описание Бхагавад-гиты с этого, говоря, что ты же посмотри, ты же тело твое все время менялось, но ты-то оставался тем же самым однажды
одному пьяному человеку сказал, я говорю: «Вот ты же был маленьким, ты был другой, но ты» же остался тем же самым, тело было другое. я был, ты не понял.
Но если человек заглянет в себя, он поймет, тело меняется, я не меняюсь, и нужно все время чувствовать, знать и искать опору в этом вечном , Тогда я буду действовать всегда, в разных ситуациях оставаясь одним и тем же.
В этом разница между людьми, которые вопритяются, и людьми, которые нашли себя.
Так как Кришна — он по-разному действует. Но Кришна все время один. Он может иметь разные роли, играть разные роли. И мы будем играть разные роли в этом мире, так. Но есть некая единая природа.
Я вспоминал об этом прошлым годом: можем видеть, как великие люди в этом мире сохраняли эту неизменность своего я в самых критических ситуациях. Как Кришна говорит: «Вира статра на мухьяти». Что это значит?
Сохранение устойчивости перед лицом смерти
Что это значит? Что человек, который нашел свое я, понял, даже преддверие смерти он остается самим собой.
Тогда как мы знаем, какие глупости и подлости иногда люди делают, когда начинают плотную чувствовать, что смерть грозит. Вспомнился Сократ, как есть знаменитое описание Платона, как умирал Сократ.
Его приговорили к тому, что он к смерти... Он должен был выпить яд цикуты. И вокруг него собрались друзья. Все плакали, а он смеялся. Ну, вы что плачете? Душа-то неизменная. Вы что плачете? Радоваться надо.
Стали говорить ему, подожди, немножко, стали объяснять ему, как нужно в этот момент поступать. Нужно подождать, нужно дождаться, когда солнце зайдет. Потому что по правилам нужно было выпить яд до заката солнца.
Они стали говорить: давай, давай, до самого последнего мгновения, давай. Обычно люди перед смертью, приговоренные к смерти, они пируют. Они начинают пировать, потому что, ну, что еще делать перед смертью?
Давай, мы принесем тебе пирогу. Зачем пировать?
Умирать надо, куда пировать. А он говорит: погодите, несите мне, я сейчас я выпью. Мне, говорит, очень интересно, я никогда не умирал, я не помню, как я умирал. Интересно было, давай посмотрим.
Я вам рассказываю, буду вам это всё... Чтоб вам было хорошо. «Вира статра на мухьяти». Дира даже в этот момент остается самим собой. Даже в этот момент ничто не может его сбить с толку. Он как жил, так и живет.
Тогда как если человек не знает толком, кто он, то в любом таком кризисе он начинает действовать странным образом.
И другой пример — Бхакти Тиртха Свами, как он умирал, это примерно о нас на всех, как он жил, так он умирал. Он думал не о себе в этот момент, он думал о других, о других людях. И
секрет того, о чем мы говорим, в том же самом, мы знаем этот секрет, каким образом обрести свое истинное Я и какие внутренние враги и препятствия будут встречаться на нашем пути, а в наших попытках обрести своюлице.
И главное препятствие — то, что, в общем-то, нам не хочется по большому счету, нам нравится болеть. Кто-то помнит, как в детстве ему нравилось болеть? Болезнь — Это очень хорошее состояние. Оно оправдывает многое.
И более того, психологи, хорошие психологи утверждают, что большая часть болезней появляется почему? То есть человек хочет их. Человек напрашивается на них. Он инстинктивно подает сигналы. Он говорит: мне хочется тут заболеть, тут заболеть, тут заболеть.
В йога-сутрах очень хорошо это объясняется.
Йога-сутры говорится, каким образом болезнь с тонкого плана переходит на грубый: что есть некое препятствие у нас в уме. Это препятствие в уме в конце концов порождает реальное препятствие на физическом плане.
Человек начинает болеть. Болезнь дает преимущество. С больного что? С больного — какой спрос? Спросу никакого. Или иногда там инвалидам предоставляются льготы, особенно на Западе. У нас особенно льгот нет никаких.
Но на Западе у них много льгот, у них там туалеты отдельные, стоянки для машин специальные для инвалидов.
Если такому человеку, инвалиду сказать: «Хочешь перестать быть инвалидом?» — Десять раз подумают, прежде чем отказаться от своей собственной болезни. И в этом суть. Мы сами держимся за свои собственные проблемы.
Мы сами их создаем, вольно или невольно. Но слава Кришне. Что он с ними делает? Ну да, он их убивает. И сегодня мы будем говорить, как он их убивает.
И у нас веселое будет занятие, мы будем Кришна будет расправляться с нашими демонами, с многочисленными, которых мы пройдем. Поэтому Шри Прабхупада у него был знаменитый лозунг. Какой лозунг? Просто продолжай.
Просто продолжай. Просто продолжай. Не просто. Просто продолжай. И так или иначе, сердце будет очищаться постепенно. Но лозунг - это также значит, что человек должен все равно знать и понимать, что с ним происходит.
Поэтому все эти проблемы легко преодолеть, если я ясно отдаю себе отчет в том, что происходит со мной, почему манас мой бесится внутри.
И вчера мы говорили о первом препятствии, о алжегуру, роль которого услужливо играет наш материальный разум кударка, который хочет убить Кришну с помощью компромисса, который хочет отравить его ядом, который хочет примирить.
И Бхактисиддханта Сарасвати Тхакур, я говорил вчера, объясняет, что просто установка на то, что Бог трансцендентен. А то, что есть некое иное бытие.
Если мы знаем, понимаем, что есть Бог, и понимаем, что Бог означает иное бытие, бытие совершенно иной природы, чем то, которое окружает нас. Само по себе это избавляет нас от этой проблемы.
Демон Тринаварта и сомнения
Если мы сохраним в себе это понимание того, что Бог трансцендентен к этому миру, и то, что этим миром не исчерпывается все творение, и что возможно совершенно иной, принципиально иной способ бытия, то это первое препятствие уйдет.
препятствие уйдет, но сразу же после этого появляется второе препятствие — какое? Тринаварта. Кто такой? Тринаварта? Смерть. Смерть. Смерть. Что он делает с Кришной? Уносит. Почему он его уносит? Потому что Кришна какой?
Маленький. Легкий.
Что все это за демон? Это в сущности не совсем. Тринаварта — это вихрь сомнений, которые появляются в нашем уме, когда мы слышим какие-то аргументы, основанные на разуме, и все на чем-то, когда мы встречаемся с какой-то другой концепцией, с какими-то другими представлениями, в уме поднимается вихрь, вихрь сомнений.
И вихрь сомнений носит Кришна: вихрь, основанный в сущности на гордости. На гордости на том, что я полагаюсь на логику. На том, что у меня есть представление, что с помощью логики я смогу познать Бога.
Что логики достаточно для того, чтобы Бога понять.
И поэтому, когда моей логики, которая у меня еще маленькая и не окрепшая, логике Кришны или логике Бхагавад-гиты, противопоставляется другая логика, в уме поднимается вихрь.
Или просто я начинаю выискивать какие-то противоречия, я думаю, как же так, нелогично. Я очень хорошо помню это состояние, когда меня Тринаварта мучил. Меня этот Тринаварта, меня измочалили все.
Вначале, когда читал книги Прабхупады, мой ум начинал выискивать противоречия. В одной книге я читаю так, в другой книге так. Я помню, сейчас я думаю об этом, вспоминаю об этом и смеюсь.
Потому что если бы тогда я знал, сколько противоречий в нашей философии. Но тогда любое малейшее противоречие вызывало во мне бурю возмущения Мне дали какие-то. Иногда не было книг, и мне дали на фотографиях, мне таких вот
фотокопию такую, какую-то там статью Шрилы Прабхупады, по-моему, из Раджа-видьи, где он объясняет слово Кришна. Где он говорит: Кришна значит бытие, значит блаженство. Кришна — бытие, основано на Вечном блаженстве.
Ну хорошо, ладно, хорошо. Кришна бытие основано на вечном блаженстве. Вдруг в другом месте я читаю: Кришна значит всех привлекающий. Ну, тут же что-то другое, да?
Тринаварта схватывает меня и начинает крутить и говорить: как же так, что такое? Обманут, дурит нашего брата. Ну не может такого быть. Я просто описываю это, чтобы показать абсурдность
аргументов, которые иногда могут появляться у человека. Человек ухватывается за какую-то вещь. Я тоже видел это у других. Вдруг они видят.
Они в одном месте прочитали что-то одно, в другом месте что-то, что кажется им противоречием. И иногда месяц они ходят хмурые. Почему? Потому что Тринаварта прилетел. Ему Тринаварта их кружит там.
Потому что сомнения появляются из-за того, что человек думает: я сам, все должно быть, все должно быть, как я думаю, должно быть. Это тринаварта, который кружит маленького Кришну. И как Кришна его убивает. Кришна.
Каким он становится? Тяжелым. Кришна становится... Его невыносимо тяжелым. Он его поднял, и Кришна был как Пушинка в начале. Я тоже очень хорошо помню, как Кришна убил тринаварту во мне. Убил раз и навсегда.
Я до сих пор помню этот день. Не помню точно, какой день, а то бы я отмечал день ухода тринаварты своей жизни. Но я очень помню, что очень хорошо помню, что один прекрасный день такой день наступил.
Когда я помню, все, у меня больше аргументов нет. Что все аргументы, которые я мог исчерпать, я исчерпал, которые у меня были, я исчерпал и понял, что, в общем-то, они по-хорошему, они ерунда.
По большому счету, я понимаю, что это ничто по сравнению с тяжелой истиной того, что должен быть Бог. И все. и слишком непререкаемой, чтобы какой-то тринаварта мог ее куда-то снести.
В какой-то момент этот демон без сил рушится на землю и испускает дух. Но в течение какого-то времени он катает Кришну. Кришна думает: ну надо же, как меня катают там вверху.
То есть на самом деле, если человек просто читает Гиту, в Гите есть своя логика.
Шрила Рупа Госвами объясняет, что вера человека укрепляется по мере того, как человек понимает священные писания, не просто священное писание, что он должен понять логику священных писаний. Шастра-юкти.
Совсем другую логику, которая есть в священных писаниях, — это шастра-юкти; знание этой шастры-юкти в конце концов добивает тринаварту, который нападает на нас.
Демон Сакатасура и ритуализм
Есть у нас третье препятствие. Третье препятствие - мое любимое. Какое третье препятствие? Шукадева? Шукадева. На самом деле мое любимое препятствие. Я очень люблю этого демона.
Потому что он самый безобидный, все остальные дела — клыки какие-то, они прибегают, ржут, а это просто тележка с тем, тележка посудой, с утворью, с хозяйственными какими-то делами.
Это самый безобидный демон, самый хороший демон, самый милый демон, самый ручной демон. Что это за демон? Это очень важный демон. Это демон, которого я ласково назвал «у меня все хорошо».
После того как и тут, в этом во всем, в этом описании Кришна-лилы, есть очень глубокая логика, глубокая истина. К Сакатасу, а бхакта так уделает его третьим, хотя он пришел вторым.
Мы помним, каким образом эта лила, какова была сцена, на фоне которой эта лила разыгралась, что праздник, праздник и день рождения, первый раз Кришна выносит из дома.
До этого по ведическим традициям ребенка нужно держать взаперти. До трех месяцев ребенок очень нежен, но он очень подвержен, особенно тонким влияниям.
Если на него кто-то посмотрит не так, у кого-то сглаз, зависть какая-то, еще что-то такое, ребенок может заболеть. Три месяца человека, ребенка, нельзя никому показывать.
Его держат дома, в комнате, мать с ним только общается, отец приходит, но его не выносит на улицу, не показывает даже солнечному свету, ничему, чтобы оградить его.
Но когда три месяца истекают благополучно, ребенка можно вынести, и по этому поводу устраивают праздник. Напомню, Яшода пригласила... Кого она пригласила? Брахманов пригласила, коров пригласила.
Большой праздник. Брахманы что делали, что делают? Брахманы? Кушают. Кушают, да. Их профессия. Но сначала они не могут сразу кушать. Нужно как-то отработать. Что они делают? Да, декламируют гимны. Молитвы читают.
Что Кришна сделал, когда он эти гимны услышал? Кришна. Сладко зажмурил глаза.
Не производят большого впечатления все эти гимны, вся эта, все эти молитвы, которые люди тараторят, эта, все эти молитвы, которые люди тараторят, все эти ритуалы — да, Кришне скучно.
Кришна засыпает и еще кладет под тележку. Хочешь поспать, поспи. У меня тут дела, у меня много дел. Кришны, ты поспи, а у меня дела. Вот он, этот демон.
На самом деле этот демон — Сакатасура. очень и очень логично приходит к нам. Потому что когда мы преодолеваем начальный этап сомнений, неизбежно возникающих в нашем уме, когда мы утверждаемся.
Так мы понимаем, нужно заниматься духовной практикой. Так мы начинаем заниматься. Как мы начинаем ей заниматься? Как? Как можно обрести Кришну? С помощью чего? С помощью обряда. Мы становимся благочестивыми преданными.
Мы начинаем делать обряд за обрядом, за обрядом, за обрядом, с самого утра до позднего вечера. И мы так заняты всеми этими обрядами, все нам не до Кришны.
Самсара-дава-нала-ли-лока... Некий человек начинает скрупулезным образом механически исполнять все обряды. Не понимая, что он делает. Полностью, абсолютно, он полностью не понимает, что он делает.
Но если у него спросить, как у тебя дела, то он скажет: у меня все хорошо, отстаньте от меня. Я все делаю.
У человека появляется самоуважение, то самоуважение, которое он пытается обрести, а на самом деле все эти демоны — это попытки обрести ложное самоуважение. Оно основано на том, что я начинаю скрупулезно и тщательно выполнять обряды, но делаю это механически.
Я заваливаю Кришну всем этим тем скарбом, домашним скарбом. Я думаю, что все, что... в принципе, что такое духовная жизнь? Все понятно.
Духовная жизнь — это то же самое, что материальная жизнь, только немножко там нужно немножко переодеться, слегка приспособиться, в честь чего-нибудь. То же самое, как я механически жил до этого, как я механически выполнял какие-то ритуалы.
Я начинаю переводить... Я переношу этот механический подход в сферу духовной жизни. Механический подход или обрядовость. В сущности, этот демон — это демон обрядовости.
Демон того, что я за какой-то своей внешней занятостью забываю о чем? Для меня это ширма.
Вся эта внешняя садхана, практика, все остальное — это для меня ширма или способ в конце концов, чтобы о Кришне забыть. Это то, что делает этот безобидный демон с нами. Это ритуализм. Поклонение ради самого поклонения.
У меня была замечательная история. Я рассказывал как-то о том, как мы тулыси растили. Трубную растили туласи. Туласи разные выросли. Нам несколько семечек дали, 5 семечек, из 5 два проросло.
Я отдал один росток другу, один значит у себя, и мы холили-лелеяли, но по мере того, как они росли, всё очевиднее становились различия между одной туласи и другой.
Одна туласи, она такая была жирная, с такими жирными листьями. Пышно так расцвела. Она всё росла, росла.
И чем крупнее она становилась, тем больше у меня каких-то подозрений возникало. Потому что какая-то у меня другая такая... маленькие ариятки такие, понятно.
Вот. Я как-то стал аккуратным, но друг мой, он был очень таким, очень правильным преданным. Когда мы к нему приходили, первым делом он заставлял нас обходить вокруг.
Я не конечно пока с очень истиннойстью делали этот ритуал, обходили вокруг. Я начал намекать ему. Потихоньку, как-то потихоньку. Я начал говорить, что-то как-то странно немножко, как-то вот я ботанику изучал.
Как-то что-то оно мне напоминает? Туласи! Сорняк это! Я понял, что это очень болезненный момент. В какой-то момент я просто уже не мог, потому что мы вышли на какой-то пустырь, я увидел, что весь пустырь зарос.
Я в качестве вещественного доказательства принёс ему кустик: «Смотри, смотри, кому мы поклоняемся каждый день». Он посмотрел, это был для него шок, он посмотрел на это глазами, которые отражали очень сложные эмоции.
Потом сказал: «Что ж теперь, по-твоему, не поклоняться ей, что ли? Потому что я уже так привык поклоняться, я уже столько туда вложил всего, я уже не могу не поклоняться».
И после этого я очень любопытно было. Да, это он меня заставлял всё время. Когда я к нему приходил, мы первым делом... Я никак не тек. После этого он сам ходил, меня уже не заставлял.
Он продолжал ходить с такой же религиозностью, как и прежде, вокруг этого дерева. До тех пор, пока эта штука пухом не пошла. Она пухом пошла. Ну как-то. Это шоры у нас в сердце. Ритуализм.
Когда человек скрывается за каким-то ритуалом и скрывая за этим ритуалом, ритуал становится для него самоцелью.
И как объясняет Бхактивинода Тхакур, это часто значит, что уровень поклонения, которому мы следуем, не соответствует нашему внутреннему уровню.
Что реально мы пытаемся поклоняться, потому что мы не знаем, что значит поклоняться, мы не знаем, что значит служить Богу. И мы пытаемся поклоняться на каком-то более высоком уровне.
И поэтому, не понимая смысла, внутреннего смысла ритуала, мы превращаем ритуал в какой-то балаган. И что самое интересное, каким образом Кришна расправляется с этим днем? Как он расправляется с этим? Пинком. Каким пинком?
Одним пинком. Тележка слетает наверх, прилетает в разные части, посуда раскидывается повсюду, а Кришна тут лежит как ни в чем не бывало. это значит? Как Кришна избавит нас от этого демона? Что происходит?
Что избавляет человека от механичности очень часто? Он женится, что ты могу раз. Женится, так сказать, ходить на молгара. Это другое демон. Ты не знаешь ведической демонологии. Не надо. Не надо. Кришна избавляет от этого.
Каким образом Кришна избавляет человека от механичности? Не может быть. Трудности приходят, кризис какой-то приходит. Он ставит человека в такое положение, когда человек больше не может на этом уровне находиться.
Он начинает кричать. Он понимает, что что-то не так. Приходит пинок. И это в сущности почти неизбежная вещь. И этот пинок нужно приветствовать, когда мы ощущаем на себе этот пинок. Нужно говорить: «Спасибо, Кришна».
Потому что на самом деле духовная практика — очень серьезная вещь. Правильно? Это не игра, не просто какой-то... Не игра в очередной ритуал.
Когда с человеком случается что-то, болезнь может прийти. Очень серьезная болезнь. Или все что-то, когда человек вынужден бывает понять, что это не просто ритуал, что за всем этим стоит нечто гораздо более глубокое.
Демон Ватсасура и бунт
Тогда он избавляется от этого демона по милости Кришны. Какой? У нас четвертый демон. Четвертый, да? Да, четвертый. Какой четвертый? Что за этим приходит? Тоже очень естественно. В высшей степени логичный демон.
Он просто должен не важно делать. Что дальше с нами должно произойти обязательно? Вслед за механичностью. Кто прибегает к нам? Какой демон прибегает к нам? Вацасура.
Теленок, теленок прибегает к нам, теленок начинает бегать, кричать, блеять, или что там, бытие делают. Мычать. Это тоже очень достойный демон. И мы тоже все знакомы с ним хорошо.
После того, как человек механически выполняет какой-то обряд, что обычно с ним происходит дальше, в какой-то момент? Разочаровывается. Разочаровывается, и кого начинает обвинять в этом? Он начинает обвинять Бога.
На самом деле бычок, или вацасура, который приходит четвертым, — это бунт. Бунт против авторитетов. Это когда человек говорит, а меня обманывали, меня обманули.
Так, когда человек, не получив удовольствия, не получив вкуса от механической практики своей, не получив на самом деле блаженства, которое ему обещали, в силу того, что он механически это делал, в силу того, что он просто занимался какими-то дурацкими обрядами из раздела Карма-канда, в силу того, что он не пытался найти по-настоящему Кришну, не искал Кришну, он разочаровывается в этом, и у него появляется другая вещь.
Ему хочется отвергнуть все, опровергнуть все, все переставить, все переделать. Ему хочется... Он говорит, что он вдруг пытается обрести свободу. Бычок — это символ отвержения авторитетов или символ юности.
На самом деле Бхактивинода Тхакур называет этого демона грехами юности.
Но при этом он добавляет или Бхактисиддханта Сарасвати объясняет в устной беседе, говорит, что грехам юности покорны все возрасты, что не только в юности человек увлекается этим. Юность не зависит от нашего физического возраста.
В 50 лет человек может пойти, особенно если до этого 25 лет хранил себя, соблюдал какую-то практику. Вдруг в 50 лет он мальчиком становится. Резвым. Он начинает бегать, прыгать, кричать, говорить: а-а-а-а!
Вот он смысл жизни, я нашел наконец-то. Теленок, вот сара. Это бунт против авторитета, против какого-то давления. Или чего-то, что мы воспринимаем как давление. Сами это давление в каком-то смысле создали.
И этот бунт против этого давления, он приобретает характер такого резвости такой, юношеской. Все слышали это, все узнают этого демона, видели этого демона. Знают, как он резвится, как он говорит, что силу
что Прабхупада устарел, слышал? Ничего он не понимал. Кто его очаровал, непонятно, кто там. Вообще он не нужен, зачем он нужен? Он там ничего не знает. Я знаю.
Недавно встретился один человек, который мне стал рассказывать об этом. Что такое вообще силу Прабхупады? Зачем мы все? Они не знают, как проповедовать. Вот я знаю, как проповедовать. Нужно оставить три принципа и три круга.
Я знаю, как стать джагат-гуру, ачарьей всего мира. Две вещи непосредственно связаны друг с другом.
С одной стороны, этот бунт против авторитета, неприятие авторитета - вдруг внезапное, внезапный бунт, непонимание того, что этот авторитет нужен нам для того, чтобы до нашего же собственного блага.
И одновременно с этим в,месте с этим проявление этого бунта в виде такой неожиданной резвости, а человек вдруг резвится, в общем-то, другие на него смотрят и думают, ну как тупица, лицо вроде уже, уже о Боге надо подумать. А он резвится.
И но, к счастью, я тоже видел этот. Недолго продолжалось.
Человек порезвился, порезвился, порезвился. Потом он приходит в ум или видит кто иной помнит. Потому что Кришна что делает? Спасасурой? Потому что в какой-то момент неинтересно это становится. Пусто. Глупо.
И хотя вначале какой-то вот на этой волне такой, на этом я очень хорошо помню когда Бакасура казалось все готов был сожрать вокруг, но как-то это недолго. Юношеский задор недолго продолжается.
И у него есть очень важный аргумент у Ватсасуры, Ватсасур он прибегает во Вриндаван, во Вриндаване все люди чем занимаются, чем они делают? Второго пасут, играют, это царство какой любви спонтанной.
Бакасура — ряд олицетворение спонтанности. На смену механическому мертвенному ритуалу приходит это олицетворение свободы, спонтанности. И это слово очень важное.
Оно на устах у Ватсасуры все время будет. Свобода, спонтанность. Это был у нас 4 демон. У нас их много и все. Не устали. Все. Кто у нас пятым приходит? После Ватсасуры.
Демон Бакасура и лицемерие
Вот тут уже интересные вещи. Тут уже посерьезнее. Пятые препятствия, не сбивайте меня с толку, я сам закончу. Пятые препятствия — это уже серьезная вещь.
После того, как мы преодолели эти четыре первых, мы преодолели ложного гуру, так или иначе, мы не поддались на этот компромисс, мы преодолели вихри в нашем уме, мы поняли, что Кришна тяжелее, чем все остальные аргументы.
И ничего мы противопоставить этой убедительной логики не можем. После того, как мы преодолели механичность и даже преодолели этого резвящегося бычка в нашем сердце. После этого мы кем становимся?
Мы уже много преодолели, кем мы становимся? Мы становимся... и правда, Саша. Мы становимся старшими преданными. Мы уже уважаемые люди. Уважаемые, все нам должны уважать. Все должны к нам приходить и что делать? Кланяться нам.
Советов спрашивать. Кто приходит к нам? Бакасура. Бака, разные лицемеры, правильно? Правильно. Олицетворение лицемерия. Об этом я и говорю. Но мы же не становимся лицемерными, мы становимся старшими преданными.
Как же здесь тонкая разница? Как-то ты не понимаешь что-то. Да, не утка, ха-ха. Цапля. Не знаю, кто нет. Ну не утка, он цапля. Потому что в этом суть Бакасуры. Потому что цапля, она какая? Что она делает? Что цапля делает?
Стоит, причем на одной ноге стоит. С закрытыми глазами целый день. На одной ноге. До тех пор, пока что? Пока лягушка мимо не проплывет, рыба не проплывет.
Бакасура, в соответствии с индийской традицией, цапля — это символ лицемерия. Притворяется, что она занимается аскезой, медитацией.
Стоять на одной... Что, я и на одной ноге могу стоять? Могла бы на двух стоять, правильно?
Казалось бы, но она демонстративно вторую поджимает ровно до тех пор, пока рядом кто-то не прыгнет. Лягушка какая-нибудь или рыба не проплывет. Этим она не преминет воспользоваться, она тут же живность ухватит клювом.
И что самое удивительное, что самое любопытное, что Бакасура — он родственник. А он чей родственник? Путаны? Путаны. Путаны, да. Кем он ей приходится? Родным братом. Не просто братом, родным братом.
Путана — это кто? Джегуру? Джегуру, который к нам приходит, правильно? А Бакасура — это кто? Когда мы становимся кем? Сагуру. Когда мы становимся, Сагуру.
На самом деле, Бхактивинода Тхакур очень интересно описывает эту вещь. Он говорит, что Бакасура — это олицетворенная нама-парадха. Что Бакасура — это оскорбление святого имени.
Бакасура — это олицетворенные ложные мотивы, которые приводят человека к нама-парадхе.
Потому что если мы посмотрим, проанализируем 10 оскорблений святого имени, мы увидим, что в основе всех этих 10 оскорблений лежит лицемерие, лежит ложный мотив. Лежит желание извлечь выгоду из чего?
Из своих занятий преданным служением. В основе всего этого, начиная с, там, с девятого оскорбления,
а когда человек приспосабливается и думает: «Ладно, хорошо, всё понятно, я уже старший преданный, теперь, ну, в конце концов, надо же, чтобы мне что-то за это было, я же не могу в брамачари оставаться все это время. Если брамачари, то хотя бы старшим брамачарем я должен стать. Я должен что-то получать, я должен получать материальную выгоду за это.
И это олицетворение ложного отношения или лицемерного отношения к духовной практике, когда человек пытается извлечь грубую, наивную, дурацкую материальную выгоду из своих занятий духовной практикой. Вот он, этот Бакасура.
Что с ним Кришна делает? Разрывает его надвое. Двуличие. Символ того, что он разоблачает это двуличие.
Когда человек хранит это двуличное отношение, когда он пытается за счет каких-то своих заслуг, мнимых или даже реальных заслуг, извлекать выгоду из своих заслуг какую-то конкретную, и это становится его стимулом.
Пытается воспользоваться, занять какое-то положение в обществе преданных, поучать других, чтобы пользоваться этими выгодами или привилегиями, то это Бакасура. Кришна придет, и что он сделает? Разберется Кришна.
Бхактивинода Тхакур так интересно ведь говорит, как он определяет Бакасуру и каким образом Бакасуру можно различить, каким образом его можно разоблатить?
Он говорит, что Бакасура — это приверженность человека к внешним символам своей духовной продвинутости. Когда человек демонстрирует внешне, подчеркнуто какие-то признаки своего высокого духовного уровня.
И когда другие люди тоже судят об уровне другого человека по внешним, по внешним критериям.
Он говорит, что поэтому постоянная обязанность вайшнавов — сохранять нейтралитет по отношению к внешним признакам величия. То есть относиться к ним с должным, но формальным уважением, потому что это все равно формальные вещи.
Да, мы должны уважать человека за какие-то внешние достижения, за все остальное это должно быть.
Но при этом он говорит, одновременно с этим мы должны искать признаки внутренней любви к Богу и общаться с такими садху, которые могут пройти этот тест. Общаться с теми... На самом деле я должен:
В религиозном обществе всегда в любом случае есть место каким-то внешним признакам продвинутости человека, старших и все что-то такое. И все это нужно, все это правильно, нужно оказывать уважение.
Но при этом одновременно с этим, если я хочу искренне продвигаться, я должен все равно искать людей, у которых я смогу увидеть признаки внутренней любви к Богу или сосредоточенности на Нем, и искать общение с Ним, с Ними, с такими людьми.
У нас впереди следующие препятствия. Вы мне скажите, когда вы устанете. Мы чуть-чуть позже сегодня начали. Ничего, да, если я чуть-чуть позже кончу. У нас есть еще несколько любопытных зверей. Кто следующий?
Следующий, шестой предатель. 6 препятствие. Мы всех не будем. Я вас хочу сразу обрадовать. Их 18. Все мы не будем проходить. Но еще, мы может быть 6-7 делаем, потом, еще 17, 18, Человека 4 у нас впереди на очереди.
А 6 препятствия — Проламбасуру мы на завтра оставим. Дхенукасуру — одни у нас на завтра заготовлены.
Демон Агасура и жестокость
Шестое препятствие — это Агасура. Агасура, шестое. Шестое препятствие — Агасура. Кто такой Агасура? Змей. Змей. Змей заползает. Змей заползает. Чем у него изо рта пахнет? Рыбой.
Почему у него изо рта пахнет рыбой? Потому что он не вегетарианец. Кто это шестое препятствие? Что олицетворяет этот змей, который тебе ползает? Готовы сожрать.
И Агасура сначала сжирает, между прочим, пастушков сжирает. Агасура сжирает пастушков. Не милосерд. Кто это?
Бхактивинода Тхакур объясняет, это жестокость. И тоже в каком-то смысле психологически можно понять, как это появляется. Даже после того, как я преодолел пятое препятствие.
Равиндра Сварупа Прабху однажды дал очень хорошее определение. Агасура. Очень хорошее. Гениальное. Классическое определение.
Он сказал, человек становится преданным, он сражается, он сражается, сражается, сражается, сражается, преодолевает все препятствия, потом в конце концов становится чистым преданным.
Потом он продвигается и все дальше, и становится человеком. Нормальным. Агасура — это когда я уже стал чистым преданным, но еще не стал человеком.
Бхактивинода Тхакур говорит, что это жестокость, жестокость в сердце человека, холодность какая-то, когда змей, змея жестокая, и это и тут порядок не так важен.
Человек может с Агасурой встретиться в самом начале своего духовного пути.
Но жестокость, когда человек ослепленный своей собственной правотой и своими достижениями и своим величием начинает всех остальных, что со всеми остальными делать: судить, рядить. И кто прежде всего страдает? Близкий.
Прежде всего от Агасуры страдают наши близкие. Агасура — это жестокость или отсутствие человечности в сердце преданного. Еще одно препятствие.
И Бхактивинода Тхакур говорит: это оскорбление, которое совершает человек, осуждая других людей, а судя других людей, мучая других людей своей собственной правотой, это оскорбление может привести к тому, что он лишится Кришны в своем сердце.
Он совершает джива-апарадху, он мучит своих близких, своих родных. И прежде всего, как это ни странно, если родственники против сознания Кришны, то он их не мучит.
Но если не дай Бог, не дай Бог, наши близкие принимают сознание Кришны. Вот тут-то начинается кровавая баня.
Один родственник жаловался, он говорит: вы мяса не едите, но вы недостаток питательных веществ восполняете за счет того, что вы едите поедом своих родственников. Человек начинает, он становится невыносим.
Кто-то видел, как Агасура проявляется? Тама-гуну устроили. Развели тут тамагуну. Тамагунщики. Телевизор смотрите. Сейчас я вас. Что еще говорит-то? Давайте. Подсказывайте мне, какие еще есть. Как еще?
Ад пойдете. Я вам сейчас тут, не нужно не ходить никуда. Я вам сейчас тут аду строю. Когда он начинает судить, терпить, винить. А ко мне, ко мне приходила недавно одна женщина. Мой сын, она живет с мужем, с преданным.
Муж — чистый преданный. Говорит, один очень важный аргумент. Очень важный, как я мог забыть аргумент. Мангасуру. Просто я забыл мангасуру. Один очень важный аргумент, который человек говорит.
Если бы не вы, если бы не вы, негодяй, семья — темный колодец, если бы не вы, я бы уже давно повторял сколько? 64 круга, как минимум. Только из-за вас не повторял. Мне приходится на вас работать, на вас.
Я бы уже давно был на Вайкунтхе, я бы уже давно Кришну — уже со мной под руку ходил, всё из-за вас. Да, магунчики, развели тут тамагуну. То не делайте, это не делайте.
Женщина приходила, рассказывала печальную историю своей жизни. Она преданная, замечательная, приятная. Муж у нее чистый преданный. Он говорит: сын наш, сын наш, когда заходит, заходит в дверь, он сжимается.
Он знает, отец сейчас непременно вот его найдет, его пилит. В чём сын? Я знаю, сын — удивительный мальчик. 14 лет мальчик. Житья не дает. Житья не дает. Мальчик извелся вообще.
Он не знает, куда бежать, он хочет убежать вообще непонятно куда. Да кто шипит? У него изо рта пахнет всем живых. И он ест всех, ест поезд всех.
Это шестое препятствие. Это террор чистого преданного. Человек становится домашним террористом. Тотальный террор. Фух. Может, хватит на сегодня или как? А то вы спать-то вы нормально будете? А то вас. Приходите. Демоны?
Нет, сейчас я не буду, несколько минут, несколько минут. Может быть, мы все поговорим. Седьмое препятствие — удивительная вещь. Седьмое препятствие какое? Кто знает?
Вопросы по Кознейке? А как Кришна его убивает, Кришна у него поперек горла становится, Кришна... Кришна становится... Кришна становится очень большим, и я не знаю, так или иначе, если человек искренне, он в какой-то момент поймет.
Шрила Прабхупада делает такую удивительную вещь в письме по поводу Денкасуры, он пишет, что этот человек не понимает, что что любовь к Богу неразрывно связана со страданием, что это в сущности одна и та же эмоция.
И что если у меня есть любовь к Богу настоящая, то любовь в ее подлинном настоящем виде проявляется как сострадание.
И что когда у меня нет сострадания, это значит, что что-то не так, что-то неправильно. Кришна в какой-то момент останавливает это безобразие тоже.
Ошибка Господа Брахмы и интеллектуализм
Человек начинает понимать, что это не совпадение. Седьмое препятствие очень любопытное. Это Брахма. У Брахмы сколько голов? Все у него под мышкой. Критика.
В лекциях Шрилы Сакши Гопала Прабху очень интересно объяснял это здесь. Он говорит, что это препятствия, которые стоят на пути мадхья-мадхикари. Что после того, как человек преодолел эти 6 препятствий, он достигает на самом деле действительно высокого духовного уровня. Это уже реально духовный уровень.
Мадхья-мадхикари — это очень высокий духовный уровень. Но даже там препятствия его не оставляют.
Даже там у него остаются проблемы на этом уровне, что это за препятствия, и это даже не демон, это Брахма, Брахма! Он не демон, Брахма, он основатель нашей сампрадаи... матхи. Что дальше у человека случается?
Какая беда с ним может произойти? Или какое препятствие может возникнуть у него на пути? А он засомневался, что Кришна это. А почему он засомневался, что Кришна? Не той рукой кушал. Самое главное было препятствие для Брахмы.
Да мало ли что он все мог стерпеть, но то, что Кришна в левой руке держал пищу. Это уже слишком. Как-то право было? Слишком. Бхактивинода Тхакур говорит, что это помутнение видения. Как у Брахмы замутнилось видение.
Он знал, что Кришна — Бог. У него не было никаких сомнений до этого. Но как-то у него какое-то сомнение, тем не менее, возникло и помутнение видения. Почему возникает это у человека? За счет чего? За счет изучения шастр.
Значит, изучение многих книг. Это на самом деле интересная вещь. Это подмена духовности интеллектуализмом. Когда человек с помощью интеллектуализма или с помощью каких-то уловок интеллекта пытается выдать это за духовность,
и из-за этого видение замутняется. Человек знает много всего, так? Единственное, чего он не знает, он не знает, что Кришна — Бог и тому может делать все, что угодно.
Брахма об этом говорит, он об этой проблеме своей насчет того, что Кришна в левой руке держал немножко фруктового салата с рисом. Знаете, в Индии есть такое блюдо: йогурт, такие хлопья рисовый и фрукты.
Кришна держал, он же у него пикник был. Они там странные вещи делали, друг другу в рот лазили, там, мальчики. Брахма смотрел на все это, смотрел, смотрел, смотрел, смотрел. Не выдержал. Сколько можно!
Сколько можно нарушать Веды? Как так? Брахма потом, когда он раскаивался, в 14-й главе, 10-й песни Шримад-Бхагаватам, когда он стал возносить молитву, он произнес одну молитву.
На иметь тебрабабуше, Тадидамбарая, Гуджаватамса Парипи В сущности, суть всей 14 главы. 14 глава очень интересная. И там молитва за молитвой, молитва за молитвой.
Господь Чайтанья даже взял, собственно, стих из этой 14-й главы в основание бхакти, когда Рамананда Рай рассказывал ему, это первый стих, который он признал. Какой-то стих, кто знает? Да. Гане праяшам.
Гана праяша мудапаси намантеева Дживанти сам Мухаритадбадивам. Где он говорит, что человек должен отбросить, с чего начинается, с чего начинается бхакти настоящие? Гьяна-праяса. Я должен отбросить гьяну.
Отбросить свою привычку к интеллектуализму, привычку к тому, чтобы пытаться понять Бога с помощью просто интеллекта. В первой молитве, он интересно об этом говорит. Он говорит: «Намэ тэ бхру-пашат адина марайя».
Он говорит, он начинает описывать Кришну. И когда он описывает его, очень странное ощущение складывается. Он как будто Кришна перед ним находится. Кришна стоит, улыбается. Ничего не говорит, даже не улыбается.
Он смотрит на него такими глазами, загадывается. Брахма, властелины головами своими. Так и он говорит: «Намэ тэ бхру-пашат адина марайя», что ты одет в эти одежды, у тебя одежды цвета молнии.
Гунджава там шапали пичхала сан муха и то лицо твое украшает что украшает павлинье перо, не перо у тебя, гунджа-ватам, гунджа — гирлянда из чего? Из гунджи. Из гунджи.
Гунджа — это растения дешевенькие, такие красненькие плоды, такие. Бусы, бусы из каких-то таких. Не из яхонтов, не из сапфиров, не из бриллиантов. Из чего на нем украшение? Из гунджи, из плодов каких-то, которые там.
У тебя бамбуковая флейта там. И тут вот он себя выдает. Бамбуковая флейта, рожок какой-то. И в руке у тебя. И тут прямо начинает рыдать. И в левой руке у тебя пища.
Флейта, смотри, я к стопам падаю, я к твоим мягким стопам, и прабху панкаджа, ты родился у кого? родился прабху панкаджа. У кого ты родился? Пастуха. Он даже говорит, не у пастухов, у скотоводов. Родился.
У тебя нет знатного происхождения. У тебя нет красивых украшений. У тебя обычная одежда, у тебя павлинье перо, и ко всему прочему у тебя флейта из бамбука, бамбуковая дудочка, и ко всему остальному у тебя в руке
пища, и тебе должен поклоняться. Для него, для его интеллектуализма, который имеет эту природу, какой-то айсвали. Нам, чтобы поклоняться кому-то, нужно что-то. Мы можем поклоняться.
Как я встречался с одной женщиной-интеллектуалкой, которая там рассуждала: бог — не бог, мала. Я говорю: ты пастух, он пастух обычный. Не может это быть. Бог не может быть — это быть? Как не может?
Хочет, ты может, почему не может? Если он хочет, он может. Никто не может сказать Богу, что он чем-то не может. Богу не нужно выпендриваться. Богу не нужно пытаться с помощью внешних вещей себя показать.
Наоборот, он сознательно принимает этот облик маленького мальчика-пастушка, чтобы дать нам самые максимальные возможности любить его.
И тут мне хотелось рассказать вам историю очень важную, как замутняется видение человека.
Сказал, что причиной этого помутнения, как объясняет Бхактивинода Тхакур, является то, что человек много книг читает, от многого знания. Он начинает слишком полагаться на само знание как таковое. И у него уходит...
Что уходит при этом у него? Простота. На самом деле Кришна какой? Кришна простой. Кришна...ряда самый удивительный в Кришне. Кришна очень простой.
Но когда мы запутываем его всем этим интеллектуализмом, или учение Кришны, философия Кришны. Очень простая. Шрила Прабхупада часто говорил об этом. Все просто. Но мы говорим: не-не-не. Постойте, постойте, постойте.
Как же так? Не может быть, все так просто. Слишком это все просто. Мы начинаем все это усложнять, всевозможные весяны. Тут я читал недавно. Любопытная история, как это все случается.
Притча Лев Толстой ее написал, где он с той же самой проблемой имеет дело, как люди утрачивают эту простоту или ясность видения.
Рассказ этот написан в виде такой символической притчи, что ад опустел, потому что пришел Иисус Христос и Он принес с собой очень простое учение. Но потом вдруг опять он и этот Вельзивул он уже на пенсию шел, уже там думал чем заняться, в домино играть, или что, потому что грешников нет, ничего нет. Вдруг опять они откуда-то ни возьмись стали появляться, как-то опять жизнь пошла, зашумела, все, все, все, все.
Оказывается, помощники его подсуетились, и они там все-таки все там, делали что-то. И он стал их спрашивать, как вам это удалось. И первое, что он спрашивает, как вам это удалось, как вам снова удалось?
Потому что пришел этот человек, принес с собой истину. Он не просто принес с собой истину, он принес очень простую истину. Он сказал, что все просто.
Как вы могли сделать так, что у них эта простота ушла куда-то, и они, запутавшись от этой простоты, опять сбились куда-то с пути, непонятно, чем стали заниматься. Они говорят, очень просто. Сейчас вам объясню.
Хотите знать, как?
Утрата простоты в учениях
Да. Сказка есть такая. Про злого и доброго волшебника. Что однажды злой и добрый волшебник сражались за человека. И добрый волшебник, чтобы спасти этого человека, превратил его в пшеничное зерно.
Злой волшебник тот же превратился в петуха, чтобы склевать это пшеничное зерно. Тогда добрый волшебник, чтобы защитить человека, что сделал? Он высыпал туда мешок зерна. И в этом море зерна это одно зерно погибло.
Мы то же самое с его учением сделали. Мы сказали, что там много всего и все высыпали. Мы его простое учение сказали, что нет, вот и это, и это, и это, и все нужно. И люди запутались и снова к нам возвратились.
Когда уходит изначально настоящая живая простота, то у человека замутняется зрение, и человек таким образом запутывается. Это очень важное препятствие,
которые нужно знать, которые подстерегают человека на уровне магия маи. Все, да, может быть, хватит ли сегодня? Уже устали, да. Сейчас, секунду. Сейчас. Мы же сначала решим, у нас демократии.
Я просто да я хотел, если там, ну, не знаю, может быть, мы завтра о них поговорим, но я хотел еще партии поговорить. Еще об одном поговорим, ладно? Хорошо? Ну как, он не убивает? Он просто показывает, что.
Кришна просто показывает. Кришна просто показывает Брахме: Я могу все делать, все, что угодно. Ты думаешь, что ты сильный. Ты с помощью своего интеллекта думаешь, что ты сильный. Сейчас я тебя, ты думаешь, что ты все можешь.
Сейчас я тебе покажу, кто в доме хозяин. Я покажу, кто на самом деле самый сильный. Как Кришна своей простотой одновременно с этим своим могуществом успевает с толку Брахму.
Брахма говорит: «Я хотел Кришну сбить с толку, а оказалось, он меня сбил с толку». И он такой же при этом. Он превратился во все. Кришна, что при этом, на самом деле, суть какая в этом, в какой-то
момент человек понимает, что с помощью интеллекта я могу понять только какую-то часть Кришны. Тогда как Кришна заведомо, и в этом непостижимость Кришны, непостижимость Бога, непостижимость Бога заключается в том,
что Кришна одновременно является всем. Он одновременно Бог отдельно, и одновременно Он все, и Он может прийти в любом облике, в любом обличии перед нами, быть рядом с нами.
Может одновременно быть непостижимая энергия Кришны, это ачинтья-шакти Кришны. Суть ее в том, что Кришна одновременно может быть в разных видах, в разных обликах, в разных формах.
И когда человек понимает, что это не то, что можно понять с помощью логики, что в сущности Кришну нужно принять, что нужно просто принять Его таким, как Он есть, и полюбить, что способ познания Бога - это любовь.
Другой пример этого, этой дилеммы — это знаменитая притча, которую Шрила Прабхупада рассказал про сапожника и брахмана. Все знают про сапожника и брахмана, про то, как про брахмана сказал Нарада:
Много-много жизней ему придется прожить, чтобы он пришел ко мне. Сапожник сказал, как все. «Кришна все». Что Кришна делает? Продеть верблюда сквозь игольное ушко? Сквозь игольное ушко? Мой Господь так велик.
Если Ему хочется продергивать верблюда сквозь игольное ушко, Почему нет?
Демон Аристасура и сектантство
Еще одного хотел сказать интересного. Предпоследнего, 17-го. Аристасура. Аристасура, ты кто? Бык, да. Бык. 18-го мы трогать не будем. Это о нем завтра поговорим.
Но про 17-го я хотел два слова сказать, чтобы уже сегодня закончить. Кто такой Аристасура? Бык. Кто такой бык? Олицетворение религии. Да, бык — это олицетворение религии, олицетворение дхармы.
Это Аристасура прибегает во Вриндаван, он начинает рыть копытом землю, он начинает пугать всех, все от одного его рыка, бления, мычания перепугались страшно.
Аристасура очень воинственный, очень такой, очень боевой, и он приходит в форме быка. Что это? Как по вашему? Нет, не совсем. Просто назвать что-то традиционной религией нет смысла. Это всего лишь ярлык какой-то.
Я внимательно пытался читать. Бхактивинода так интересно говорит о нем. Он говорит, что это религия, которая пошла путем компромисса. И обычно она очень такая боевая, настойчивая.
И главный момент этого компромисса, с которым смирилась религия, такой главная характеристика Аристасуры. На самом деле Аристасур — любопытная вещь. Ариштасура.
Это безусловно снижение некого порога, идеала, когда религия перестает проповедовать самый высокий идеал. Когда религия перестает нести истину во всей ее полноте. На самом деле в этом ключ к пониманию Аристасуры.
Аристасура — это как бы религия, как бы истина, но частично истина.
Когда люди берут какой-то кусок из истины и начинают этот кусок, который они поняли, который они освоили, с которым им комфортно выдавать за полную истину. Как называется такая операция? Секта. Секта.
На самом деле слово секты - это научное определение секты, потому что, к сожалению, люди пользуются этим словом и понимают, что такое секта. Секта - это попытка выдать частичную истину за полную истину.
Это попытка взять какой-то кусок, и вдруг этот кусок из этого куска сделать самое главное. Мы можем видеть, например, Свидетелей Иеговы, любопытная вещь. Вдруг у них ни с того ни с сего.
Это имя Иегова и вот это вот все, вдруг это стало самым главным. Непонятно, откуда оно стало самым главным, как, почему, почему именно это стало самым главным. Не ясно. Сам Иисус Христос ничего об этом не говорил.
Вроде бы это христианство, но при этом вот вдруг на первый план выдвигается что-то непонятно, что, какая-то штука.
И у нас, в принципе, мы не исключение из этого правила, у нас мост, у нас потенциально огромные возможности для нас для того, чтобы мы расплодились, разбились, разделились на массу все.
Потому что мы тоже видим, как у нас это происходит. У нас происходит. Человек какой-то что-то такое понимает. И он что начинает делать?
Он начинает проповедовать это, он начинает говорить: это самое главное, это самое главное, это самое главное. Кто-то слышал такую? Только это, только это, только это. Каждый как-то по-своему понял.
И это по-своему частично понятая вещь. А делается попытка выдать это за все, за всю истину. Попытка подменить полное какой-то его части
сопровождающееся понижением порога совести, Всегда сопровождающийся каким-то понижением, тем или иным понижением порога совести.
Хотя что-то неважное, там адвентисты седьмого дня, седьмой день, вдруг, так сказать, приход через седьмой день. Вдруг это вещь начинается.
Самое главное, пытаются, люди сходят с ума: седьмой день, сейчас конец света, еще что-то. Много таких вещей бесконечный совершенно процесс. У нас это может быть. Кто-то скажет, что нашему самое главное.
Кто-то скажет, еще что-то самое главное, еще что-то самое главное. И при этом они будут опираться в том числе на Шрилу Прабхупаду.
Шрила Прабхупада принес нечто в полноте, и наши, если мы честны, то мы должны пытаться понять то, что он принес как полноту, мы должны пытаться понять это в какой-то его первозданной полноте,
ухватив сам дух, дух истины, который за всем этим лежит, который двигал Шрилу Прабхупаду, желание дать людям истину, желание сделать людей выше, лучше, привести их наверх. Вот это Ариштасура.
Когда Кришна его убивает, то на месте Ариштасуры что появляется? На месте убийства Ариштасуры, когда Кришна расправляется, кунды — радха-кунда. Когда мы сможем убить эту попытку частично воспринять что-то в себе.
Попытаемся воспринять истину во всей её полноте. То наградой за это будет то, что у нас появится вся Шьяма-кунда и Радха-кунда. Похоже вообще. Это узнали себя там.
Это все разные препятствия или разные проблемы, которые неизменно неизбежно будут присутствовать у человека на его духовном пути. Я не знаю, есть время на это. Давайте один-два вопроса. Есть какие-то вопросы?
Ответы на вопросы слушателей
Да. Вопросы, кстати, весьма интересные, задавали даже облечённые приятно услышать впервые услышанное. И вот просто такое, я так понимаю, что вы говорили о святости, простоте высших состояний сознания человека.
Логика и ум человека должен быть отведен за пределы тех своих
прагматических функций или просто лестницы для достижения состояния, Вас понимаю, я бы с удовольствием проговорил много на эти вопросы, но поскольку время, скажем, относительно ограничено, вообще нового относительно понятия,
в связи со всем этим, просто задать вопрос: как соотносится в этих состояниях, допустим, чистота, полнота сознания, которое должно находиться без мыслей, откуда черпаются высшие, скажем так, энергии сознания и некоторые учитывая добровольность сознания и как происходит соотнесение того, что блаженность этих состояний, степеней блаженности и сострадания? Как страдание человека ощущается? Это достаточно сложный вопрос, я понимаю, но я хотел бы узнать ваше мнение.
во-первых, мы не говорим, чистота сознания не значит пустота. Чистота и пустота — это разные понятия. Когда я говорил об этом, мы, собственно, разбираем один стих. И в этом стихе сначала описана проблема.
Бхайам два-тихи бинвешатахся випария спитих. Как человек, который отворачивается от Бога, оказывается в очень сложном состоянии, потому что его сознание искажается.
У него становится искаженное сознание, он начинает отождествлять себя со смертной плотью. Душа начинает отождествлять себя со смертной плотью. И он забывает о Боге, о смерти.
И в результате этого он начинает сосредотачиваться на вторичном, неважном.
И это сосредоточенность на вторичном, на материи, на неважном порождает его душе страх. Это проблема. Проблема, которая очень ясно поставлена в первых строках. Решение дается в двух последующих страхах.
Тан Майята, Будда-Абаджайтан. Поэтому Будда начинает, Будда или разумный человек начинает поклоняться Богу. Потому что Майя в конце концов или иллюзия исходит от Бога. И решение, рецепт именно этот.
Я начинаю поклоняться Богу. Это не значит, что я делаю свое сознание пустым. Мое сознание я пытаюсь повернуть. Сейчас мое сознание повернуто к вторичному, к неважному.
Теперь процесс или решение всех проблем человека, кардинальное решение всех проблем человека, когда я пытаюсь развернуть свое сознание обратно к Богу с помощью чистой преданности Ему, когда я пытаюсь сосредоточить, иначе говоря, пытаюсь сосредоточить свои мысли на Бога, пытаюсь, чтобы в моем сознании вместо суеты материального мира, которое съедает меня практически, который меня поглощает, чтобы в моем сознании появился Бог.
И для этого я должен знать, кто такой Бог, каким образом Он выглядит, как Он действует, что Он делает.
Потому что, чтобы любить Его, а в конце концов, бхакти или преданность, значит, любовь, какая-то неразрывная и вместе связана. Я должен знать, кто Он, какой Он, как Он выглядит.
Поэтому этого блаженного состояния я достигаю и высоты блаженного состояния, когда я начинаю парить над суетой материального мира, человек достигает только одним образом.
В любых религиозных традициях, независимо ни от чего, есть только один метод. Они начинают поклоняться Богу, и они начинают давать человеку возможность
понять, почувствовать, соприкоснуться с Ним, увидеть Его, почувствовать Его. И в конце концов, Бог входит в мое сердце, Бог входит в мое сознание, Бог утверждается там.
Именно таким образом человек достигает этого блаженного состояния.
Именно Он внутри, если я приглашаю Его искренне, если я молюсь Ему, если обращаюсь к Нему, если я называю Его по имени, если я призываю Его имя, как мы повторяем мантру Харе Кришна, то Он приходит в сердце, и Он справляется со всеми этими препятствиями, которые внутри понастроены были нашими нами самими.
Вот и все. Спасибо. Все, дайте. Вопрос по последнюю. Когда мы не помним, если мы даем заполнен. И вот мы когда проповедуем людям, мы же не можем сразу полную картину.
Мы не можем сразу полную картину, но нужно очень четко понимать.
Но при этом мы не должны настаивать на том, что вот только мое понимание истины является последним окончательным, только вот тот кусок, который я понял, он должен все остальное заместить.
Естественно, когда мы говорим другим людям, мы не можем все сразу высказать, и нет необходимости все сразу высказать. Нужно говорить о каких-то основных вещах. Но тут речь не об этом, речь о том, что я из своего ущербного или неполного понимания делаю религию.
Делаю свои секты. Я становлюсь главой этой секты. Хотя во главе лесек, то я говорю, только так можно спасти, все остальные в ад пойдут, ясное дело. Спасутся только последователи мои. Иессиарх... Как хорошо слово-то, как!
Как это всё, как это появляется? Есть и все. Я хотел спросить, вот возвращаясь к первой лекции, вы сказали, что страх — противоположность любви, любовь в духовном мире, а в материальном мире это вожделение.
А страх откуда берется? Он тоже из духовного мира? Какова его причина? Откуда он берется в духовном мире? Страх. Или он уже... Все то, что есть в духовном мире, в материальном мире есть и в духовном мире.
Но в материальном мире всё то, что есть в духовном мире, искажено. Откуда берется эта реальность, которую мы видим вокруг себя? Это реальность искажения, изначальной реальности.
Платон об этом говорил: что есть некая идеальная или духовная реальность, и все то, что мы видим, это извращенные искажения.
Так, Бхагавад-гита говорит об этом гораздо более ясно. Бхагавад-гита говорит, где отражается вся эта истинная реальность.
Есть некая изначальная реальность. Мы чувствуем, инстинктивно мы чувствуем, что мы принадлежим к вечности. Наша природа, природа, души, вечность, знаний и блаженства.
Теперь в материальном мире мы видим перед собой уродливую искаженную реальность.
То же самое, что там, но только искаженное, всё вверх тормашками поставлено, как в любом отражении. И это кривое зеркало, в котором отразилось всё, Бхагавад-гита называет очень четко. Что это за зеркало?
Где это отражение? Да, это материальное желание. Материальное желание. Или в сущности, мое желание быть независимым от Бога. Как только я обретаю это желание независимости,
я сам по себе не имею достаточно сил, у меня нет независимого по определению существования, я частица Бога по своей природе. Но как только я обретаю это желание независимости, я прихожу сюда, в этот мир.
И вместе с этим желанием независимости в качестве бесплатного приложения ко мне приходит страх, страх временности моего бытия.
Апостол Павел об этом говорит, что вместе с этим мне приходит это тело смерти, тело смерти, тело обреченное на смерть. Потому что в независимости, отказываясь от Бога, я теряю абсолютность своего бытия, я становлюсь относительным истины. Относительность - значит смерть.
Пока я связан с Богом, который есть абсолютная истина, мое бытие тоже абсолютно. Как только я порвал эту связь, я становлюсь абсолютно относительным истины. Хотя мне кажется, что я сам по себе абсолютная истина.
И вместе с этим появляется страх. В духовном мире тоже есть страх, но этот страх имеет другую природу. Там все имеет природу экстаза или любви. Там этот страх — это страх потерять Бога и отношения с ним.
А у нас страх здесь другой. Страх в конце концов довериться. Все, я ответил. Я слышал, что Мариса на свадьбе он говорил, что сума — это Аристотель. А, потому что он просто это на самом деле игра слов.
Он пользовался этим созвучием: Аристосуха, Аристотель. Но в каком смысле это правильно, потому что что он говорит? Кто такой Аристотель? Аристотель и какое он отношение к религии имеет?
Аристотель — это тот, кто в общем-то основал логику в западном мире, в западной традиции, и это некая, опять же, аристотелианский подход, скажем так, к религии, когда я просто. Почему?
Почему человеку хочется оторвать кусочек от полного целого, от полной истины? Ну да, потому что кусочек под руками. Потому что кусочек легче понять. Всю полную истину очень сложно понять.
Полную истину, чтобы понять ее, нужно поменять свое сознание. Нужно свое сознание держать в связи. А это тут как-то все уютно, все ясно.
Вот это, вот, вот, вот, самое. Вот тут, вот, вот, вот, вот, вот, все. Это то, что я могу понять с помощью своего ума. Поэтому он говорит: аристотелианский подход. Потому что что такое основной закон логики?
Это закон исключения третьего. Или закон исключения. Если А, не Б, а то В, не целое, как-то нечто. Не важно вообще. Закон исключения третьего или закон противоположностей.
А дело-то в том, что полное целое, а религия и философия в сущности есть отражение полного целого. Она будет противоречива. Есть такая теорема, теорема кого?
Знаменитая теорема, на которой основаны многие современные вещи, о том, что если система аксиом внутренняя не противоречива, то она не полна.
Чтобы быть полной, а некая система — это в равной степени относится к любым, к философии, к религии, ко всему остальным. Она должна быть противоречива. Почему люди выбирают кусок?
Просто потому что у них там контакты плавят. А пусть они хотят. Хотят опять же. Понятно? Ну ладно, последний.
Просто чей-то интерес мне описывают, что Кришна задумался, когда Путана... Почему это бхактиведанта так не объяснит? Бхактиведанта так не объ... Все, что Кришна задумался, так — это я то, что я говорил: не нужно доводить до абсурда эти вещи.
Есть лила, и лила она построена по своим законам. И Бхактивинода говорит, что когда мы размышляем над этими лилами, и он интересная вещь говорит: когда мы произносим имена этих демонов, эти демоны умирают в нашем сердце.
Когда мы медитируем на то, что на эту лилу, на то, каким образом Кришна свои лилы... Потому что не нужно опять же все превращать в какую-то символическую схему.
Есть живая жизнь, это реальность, это не есть какая-то что-то такое там высосанное. Кришна задумался, почему он не задумался? Почему он не может задуматься? Почему кто-то должен это обязательно объяснить?
Почему Кришна задумался? Давайте подумаем. Потому что он задумался, потому что он подумал. Он чему подумал? На самом деле это важная вещь.
Он удивился бесстрашию своих мальчиков, пастушков, как они смелы в пасть этого самого демона пошли. Кришна задумался, но запишу. Потому что они там любопытные баловались. Они стали перед этим днем.
Кто-то говорит, это что такое? Это вообще это аквапарк какой-то новый, аттракцион какой-то новый, во Вриндаван завезли. Так, кто-то. Они стали спорить, у них возникли философские дискуссии по поводу того. Кто такой?
Но большая часть поняла, это змеюка, они говорят: этот змея пасть разинул, и когда они окончательно поняли, что это змея, ну, пошли туда, посмотрим, что как, Кришна с ним расправится. Кришна, когда он это увидел, волнуется, задумался.
Как они смелые. Не нужно пытаться всем одеть свои детали. Мы можем думать над этим, но мы можем как-то, потому что думая над этой лилой, мы очищаем своё сердце от этих вещей. При этом не нужно пытаться убить эту линию.
Тут проживаешь жизнь. Спасибо большое. Шрила Прабхупада ki jaya!