Феномен сознания Кришны в России (перевод с англ)
Bhakti Vijnana Goswami · 2021
Chapters
Харе Кришна, вы слушаете подкаст Нас Намарасой. Сегодня у нас в гостях почетный для нас гость, это Бхакти Вигьяна Госвами. Большое спасибо, Махарадж, что присоединились к нам. Спасибо вам, я очень рад оказаться здесь.
Так, для тех из вас, кто не знает, Бхакти Вигьяна Госвами — санньяси. Он лидер, он гуру из российской ятры. Он служит в российской ятре уже много-много лет, буквально с самого начала, с самого зарождения.
И сегодня мы хотели бы поговорить о том, что же такое российская ятра. Что же такое сознание Кришны в России?
Мы знаем, что последние 20 или даже больше лет мы наблюдаем там экспоненциальный рост, и мы хотели бы сегодня узнать как можно больше и подробнее об этом.
Ведь многие из моих слушателей уже слышали о российской ятре, потому что русских преданных можно встретить в любом уголке мира.
Даже здесь, в Нью-Йорке, есть большая группа преданных, в Индии также есть российские преданные. Итак, мы хотим побольше об этом узнать. И, конечно же, кто еще может рассказать нам об этом лучше всех?
Знакомство с сознанием Кришны
Это тот, кто был там с самого начала — Бхакти Вигьяна Госвами. Давайте начнем немного лично о вас. Скажите, как вы пришли к движению сознания Кришны? Как вы встретились с движением сознания Кришны?
В 1977 году Шрила Прабхупада направил Его Святейшество Гопал Кришну Махараджа в Рос... После того, как он сам в 1971 году однажды посетил Россию, Шрила Прабхупада сам лично управлял... Он сам направил Гопал Кришну Махараджа приехать туда, в Россию.
И Гопал Кришна Махарадж приехал, он участвовал в книжной выставке-ярмарке. Тогда он отчитывался Шриле Прабхупаде о том, насколько успешной была эта поездка.
Это была большая международная книжная выставка-ярмарка, и один мой друг, с которым мы делили одну комнату в общежитии Московского государственного университета,
именно на этой ярмарке он встретился с преданными, там он получил книгу Шрилы Прабхупады, и в конце концов он сам заинтересовался сознанием Кришны и заинтересовал меня. Мне он дал Бхагавад-гиту.
Тогда это не была Бхагавад-гита Прабхупады. Потому что Бхагавад-гиты Прабхупады в то время, я думаю, может быть, на весь Советский Союз было две или три книги.
Тогда это не была еще Россия в нашем смысле этого слова, в современном смысле этого слова. Он дал мне какое-то старое издание Бхагавад-гиты, и фактически Бхагавад-гита изменила всю мою жизнь.
Я прочел ее за вечер, может быть, за два вечера, и сразу же понял, что то, как я думаю, то, на что я опирался прежде, неверно, так все и началось.
У вас хорошее образование, насколько я понимаю, у вас кандидатская диссертация защищенная. Это правильно? Вы занимались наукой? Да. Да, я работал в...
Сначала я закончил химический факультет Московского государственного университета, МГУ, а затем я работал в институте молекулярной биологии, Российской Академии Наук.
Там я изучал молекулярную структуру хромосом, то, как ДНК взаимодействует с протеинами, как ДНК компактно укомплектовано в хромосомы.
Именно эти хромосомы определяют жизнедеятельность клетки. И несмотря на то, что это ДНК так компактно упакована, тем не менее, вся эта информация, как она считывается протеинами и так далее, все подобные темы. Вот, собственно, этим я занимался в науке.
Преследования преданных со стороны КГБ
Понимаю.
Но, насколько я понимаю, знаете, я вырос в 90-х годах, и когда я был еще ребенком, я часто слышал о том, что Харикеш Свами и его группа, его последователи активно проповедовали, распространяли книги в Европе и в Восточной Европе, и в том числе в России и в Советском Союзе. Пожалуйста, расскажите о том, какую роль вы играли в те годы, в 90-е.
Я начал повторять маха-мантру Харе Кришна в 80-м году практически с самого начала я стал повторять уже 16 кругов, может быть, даже больше.
В то время российских преданных очень жестко преследовали в России, эти преследования были со стороны государства.
Пожалуй, началось все в 1983 или 1984 году, и именно тогда замглавы КГБ опубликовал статью, в которой он перечислял три основных угрозы советской власти с коммунистической идеологией, царившей в Советском Союзе. И среди них было сознание Кришны.
Первая, насколько я помню, была рок-музыка, вторую я сейчас не помню, что-то вроде консюмеризма, но третий пункт были именно кришнаиты.
В то время коммунистический режим очень насторожился увидя, как активно распространяется движение сознания Кришны по России.
Хотя в то время мы были совсем еще в подполье, нас буквально была горстка, но энтузиазм был таким, что преданные нелегально, подпольно печатали книги самиздатовские, распространяли эти книги.
Но КГБ настолько насторожился, что учредил даже отдельный департамент в рамках КГБ, который работал непосредственно с движением сознания Кришны.
Именно тогда я стал активно участвовать в деятельности движения сознания Кришны. В конце концов, меня втянули во все это. Я, конечно, не хотел того, но КГБшники меня тоже взяли на прицел.
Да, поэтому именно тогда мне пришлось покинуть Советский Союз. Это произошло, насколько я помню, в 87-м году. Я поехал в Швецию в то время секретарем
ГБС по России, по всему восточному блоку, был Киртирадж прабху. Он организовал какие-то, ну, что-то там такое общее, придумал, и организовал так, чтобы меня вытащить из России.
Да, он какую-то преданную послал, мы с ней заключили эффективный брак. Какая-то была шведская преданная. А долго вы оставались в Швеции? В Швеции я оставался до 1994 года.
Основным моим служением в то время было то, что я находился в Коршнасе, в Коршнесгард. Это Нью-Радхакунда Швеции.
И мое основное служение было в том, чтобы переводить книги Шрилы Прабхупады на русский язык, или же редактировать какие-то переводы, которые делали другие преданные.
Помимо этого, я также помогал в организации других линеек, других языков бывших стран бывшего Советского Союза. Я помогал им тоже переводить книги на их языки.
Вот этим, собственно, занимался, я возглавлял вот это российское направление в североевропейском Джи-би-си. И, как вы уже сказали, в то время Харикеш Махарадж был
чрезвычайно важным человеком, важной фигурой, и именно под его руководством мы распространили миллионы книг, особой его заслугой была в том, что он организовывал перевод книг Шрилы Прабхупады сразу на несколько разных языков.
В то время, насколько я помню, было не менее 20 разных языков, и преданные говорившие на этих разных языках,
все они съехались в Коршнесгард, и там они были, там они переводили их на языки, на польский, на чешский, на сербский, на хорватский, на узбекский, на казахский. Это были удивительные времена.
Я очень хорошо помню, что всякий раз, когда Харикеш Махарадж ездил на Маяпурские собрания Джи-би-си, он привозил целую стопку книг и предлагал Шриле Прабхупаде.
Вклад Харикеши Свами в распространение книг
По сути, там были десятки, десятки книг Шрилы Прабхупады, которые он переводил, он организовал их перевод на разные языки.
Вот я вот о чем хотел вас спросить: а что было такое в Харикеше Махарадже? Почему он был таким сильным лидером? Почему он так объединял преданных в то время? Что в нем такого было, что позволяло ему такой вклад делать?
Ведь то, что он сделал, это восхитительно, поразительно. Я бы хотел побольше узнать о нем, что было в нем такого. Он очень сильный человек. Тогда он мог вдохновлять многих-многих других сильных людей.
Он восхитительный менеджер, у него восхитительные менеджерские способности. Как есть история. Недавно я с ним разговаривал, а правда?
Да, и он напомнил мне одну историю в то время он был секретарем Прабхупады, и служение его было в том, чтобы готовить Прабхупаде, подавать, служить Прабхупаде и записывать его лекции.
И вот однажды во Вриндаване он сам давал лекцию во время, в месяц Картика, Прабхупада был на этой лекции. И какая-то семья, какие-то индийские индийцы, богатые бизнесмены пришли на эту лекцию.
И после лекции они подошли к Шриле Прабхупаде под огромным впечатлением от лекции Харикеши Свами, потому что тот был великолепным спикером. Они подошли к Прабхупаде и сказали, а почему он так здорово говорит, почему бы вам не дать ему управлять?
Харикеша Махарадж говорит: «Я не знаю, как, я не понял, как связана способность говорить и менеджмент, но на самом деле так и было.
Шрила Прабхупада сделал его членом ГБС и попечителем ББТ. Он сделал так. Он дал ему эти две позиции одновременно.
Конечно же, он очень глубоко в сердце принял служение в ББТ, потому что ведь уже много лет он записывал и транскрибировал Ти, потому что ведь уже много лет он записывал и транскрибировал слова Шрилы Прабхупады, надиктовки Шрилы Прабхупады, переводов его книг. Поэтому сам лично он ощущал глубочайшее вдохновение.
Вообще, по природе, он революционер. Он закончил Нью-Йоркский университет, я сейчас не уверен, какой именно, который из них, но он закончил факультет социологии, и по природе он, конечно, революционер.
В сознании Кришны он увидел истинную революционность, истинное решение всех социальных проблем, всех проблем общества.
Поэтому в книги Шрилы Прабхупады глубоко вдохновляли его. И сама идея распространения послания Шрилы Прабхупады очень глубоко вдохновляла его.
И именно вот почему, вот что двигало им, когда он делал это в зоне своей ответственности. Он делал это так, что вдохновлял других мощных преданных распространять книги. Тогда это был Харинаманда и Навина Нида, который по-прежнему распространяет очень много книг.
Но его изюминка была в том, что он вдохновлял преданных переводить книги на их языки, на местные языки. И ради этого был создан огромный департамент.
Он находился в Кусгарде. Они по-прежнему, в Швеции, они по-прежнему много делают, но в то время это было нечто совершенно невероятное. Там была восхитительная атмосфера.
Знаете, периодически была такая традиция в североевропейском ББТ, что когда тот или
иной язык подходили к чтению Чайтанья-чаритамриты, к тому, что вот они сейчас уже должны были переводить «Чайтанья-чаритамриту», объявлялся марафон. Точно так же, как Шрилу Прабхупаду вдохновил этот марафон для написания «Чайтанья-чаритамриты» в свое время. Вот следуя этой традиции, Кусгард тоже вкладывался в то, чтобы напечатать «Чайтанья-чаритамриту» на каждом языке за 3–4 месяца. Поэтому время от времени можно было слышать такое объявление: «Вот, польский язык выходит на марафон «Чайтанья-чаритамриты». И это означало, что сейчас будет какое-то безумие.
Вау, это восхитительно.
Очень интересно послушать о нем, потому что сейчас обычно мы слышим о нем какие-то вещи, которые произошли после его ухода, каких-то о ком-то смятении, еще о чем-то, но никогда нам ничего не говорят о том, что было с ним до этого, и что за человеком он таким был, как он так распространял мощь на сознание Кришны. Да, он умел вдохновлять, когда говорил.
И одновременно сильной стороной его личности было то, что он умел делегировать служение и делать это очень правильно. Люди реально ощущали уполномоченность.
Защита движения и общественные связи
Я могу поделиться своим собственным опытом. В 1990–1994 году, когда я вернулся в Россию, я был уверен, что буду продолжать заниматься ББТ, но одновременно с этим в моем служении произошел серьезный сдвиг,
потому что тогда движение сознания Кришны в России находилось под очень сильным давлением. В парламенте шли определенные слушания, и нас могли под определенные законы подвести, и также антикультисты тоже активизировались.
Поэтому какое-то время мое служение было сосредоточено на том, чтобы наладить общественные связи, на том, чтобы защищать движение сознания Кришны от, так сказать, внешних угроз.
Поскольку как раз тогда в начале 90-х мы начали разрастаться, и, естественно, это встретило сильное противостояние, оппозицию.
Итак, когда он послал меня туда, в Россию, то Он наделил меня такими полномочиями, я до сих пор это помню, я какие-то невероятные вещи совершенно делал тогда, не потому что я такой, я на самом деле человек скромный и по природе. Но я чувствовал от него эти полномочия.
Я чувствовал, что я полностью абсолютно защищен. На самом деле, никогда в жизни я не испытывал такого чувства, такой защищенности.
Потому что всякий раз поручая кому-то служение, он не просто поручал человеку это служение, но он давал ему абсолютно полную защиту.
Ведь каждый из нас знает, что если вы занимаете какое-то положение, выполняете какое-то ответственное служение, вам нужна защита, потому что на вас будут нападать, со всех сторон будут вас клевать, и общество будет это делать.
Итак, я тогда чувствовал полную, абсолютную защиту от Него. Такова вот была Его специфика. Всякий, кто работал под ним, служил под ним, он чувствовал эту защищенность, чувствовал себя в безопасности.
Человек чувствовал, что его уполномочили.
Сам он никогда не занимался микроменеджментом, он был на самом деле лидером с большой буквы этого слова, он был визионером, как мы говорим. Конечно, это отразилось в будущем на том, что это вызвало некие проблемы, потому что он хотел решить проблемы всего общества. И слишком много водрузил на свои собственные плечи.
Да, конечно, это большая печаль, все то, что произошло с ним тогда, и очень печально, что сейчас преданные, как вы сказали, не так-то много знают о том вкладе, который он сделал.
И я думаю, что то, что он сделал, это вечный вклад, потому что то, что сделал он, никто другой сделать не смог бы.
Я помню прекрасно эти мгновения, когда он сидел в комнате Прабхупады, в здании Лотас Майапури, он сидел перед мурти, и как он предлагал эти новые напечатанные книги, как правило, я присутствовал при этих мгновениях, я видел, я чувствовал, что он словно разговаривает
с Прабхупадой, он отчитывается перед Прабпадой о том самом важном служении, которое Шрила Прабхупада так ценил, когда он переводил это служение, перевод его послания на разные языки.
Поэтому да, очень печально, очень жаль, что произошло тогда, и И очень жаль, что сейчас его вклад недостаточно признан.
Конечно, есть какие-то проблемы, но на самом деле он тоже находился под невероятным давлением в течение многих лет.
Кризис движения в девяносто восьмом году
У него была масса, очень много разных ответственностей в первые годы, в годы формирования движения сознания Кришны, в годы зональных ачарьев и так далее.
А когда он отошел, когда он ушел, то как вы отнеслись к этому? Ведь вы были его учеником?
Я знаю, что тогда многие преданы вообще ушли, потому что вера страдает, если лидер такого масштаба уходит, падает со своего положения. Вот лично вы, как вы к этому относились и как вы все это переварили?
Да, это было очень сложное время. Пожалуй, самое сложное время в моей жизни. Да, безусловно. Потому что я очень высоко его ценил лично как человека. Я был достаточно близок к нему.
На самом деле он никогда слишком близко не подпускал к себе учеников. Он очень внимательно следил за этим, но я был, ну, наверное, максимально близок к ним. Иногда я для него готовил. Я служил ему, я переводил.
Всякий раз, когда он приезжал в Россию, я был с ним, я сопровождал, я переводил. Где бы он ни был, в России, я всегда был с ним, круглые сутки и днем, и ночью.
Поэтому для меня лично это было потрясением. Это было очень сложным временем.
Я никогда не разделял тех вещей, о которых он стал говорить, но я понимал, что сейчас он проходит через какие-то испытания, через какой-то тяжелый период, который очень скоро, через какое-то время закончится.
Но в то время, конечно, не было социальных сетей, но интернет уже был тогда.
И именно из-за этого вся эта ситуация, всю эту ситуацию стали активно муссировать, и это все было заряжено политически, потому что многие люди в обществе стали требовать, чтобы его как бы наказали, распяли.
Но я всегда думал так: да оставьте вы человека в покое, у него трудные времена, ему нужно разобраться в себе.
Он великий преданный, он сделал огромное служение, движение Прабхупады, но дайте ему какое-то личное пространство, где он мог бы сам, мог бы разобраться с собой, но, к сожалению, ему не предоставили таких возможностей.
Конечно, в каком-то смысле я понимаю причины, ведь общество преданных требовало. А иногда, пожалуй, даже часто, когда у
вас есть какая-то большая, большой социальный механизм, большая махина, то не все то, что в этой махине происходит, в этом обществе, не все это можно поставить в рамки разума, объять разумом свой.
Не все это так рационально.
И лидеры нашего движения в GBC были под невероятным давлением. Поэтому вместо того, чтобы предоставить ему какое-то пространство, как-то защитить его, они выпустили эту достаточно жесткую резолюцию.
Можно понять, почему они заняли такую позицию, они были под очень сильным влиянием, под давлением. Но во многих отношениях можно сказать, что это было несправедливое решение,
которое оставляло у него в сердце боль. Конечно, разные его ученики по-разному повели себя в этой ситуации. Некоторые ученики сохранили личную преданность, и поэтому мгновенно
изменили свое отношение к сознанию Кришны, вообще некоторые ушли из движения сознания Кришны, или стали сторонниками каких-то схожих взглядов.
Другие преданные остались в ИСККОН, но у них осталось какое-то очень оскорбительное отношение по отношению к нему. Я же был между двух огней. Я понимал, что это все временно. Ну, вот так я к этому относился.
Будучи одним из старших преданных после того, как он ушел с поста, что делали вы? Вам нужно было все брать в свои руки. Ну, хорошо, вот все разваливается, надо, кто-то должен подставить плечо.
Это какая-то группа людей была. Или это вы лично были, или вас несколько было? Что тогда происходило?
В самые трудные времена, в момент кризиса, а тогда там были другие GBC в России или в Советском Союзе, в Москве были другие члены ГБС, секретарий ГБС, которые очень помогали. Ниранджан Махараш все время был там.
Бхакти Викаша Махарадж тоже был там. Гопал Кришна Махарадж, он специально приехал для того, чтобы спасать критическую ситуацию.
Потому что в Советском Союзе в то время большинство преданных были учениками Харикеши Свами, они были его верными учениками, зачастую фанатично преданными ему учениками. вами, они были его верными учениками, зачастую фанатично преданными ему учениками.
И основное, именно поэтому общество очень сильно раскололось. Тогда же приехал Биби Говинда Махарадж, Бхакти Бринга Говинда Махарадж. Все мы были там, в этот самый сложный период. Это был август и сентябрь 1998-го года.
Даже Радханатха Махарадж приезжал тогда в Москву. Да, это были сложные времена. Некоторые верные, фанатично преданные ученики его тогда угрожали.
Ну, в общем, ситуация была не очень приятная, я бы не хотел сейчас слишком в нее погружаться. Но когда они уехали, все фактически более или менее упало на мои плечи. Потому что до этого Харикеш Махарадж сделал меня ГБС.
В 96-м я стал кандидатом в члены ГБС, и в 97-м я стал собственно членом ГБС. Поэтому, ну, по большей части, это легло на меня. В особенности в контексте России.
Конечно, в Украине, например, Шрила Ниранджана Махарадж всем этим занимался, но там это не было так, вот прям не принимало таких драматичных сценариев, потому что там лидеры всегда были более-менее более взвешенными.
Но здесь, в России, это в основном легло на мои плечи.
Официальная регистрация организации в СССР
А вот давление и преследования от государства — они тоже происходили в это же время, когда в ИСККОН были такие критические времена. Вот эти жестокие преследования были в советские времена. В советские времена России.
На самом деле, на Западе — что Россия, что Советский Союз, одно и то же для них, и Украина, это Россия, Беларусь, это Россия, Узбекистан - это тоже Россия. Они про все говорят Россия.
Но на самом деле Россия это отдельная страна. И что произошло в 1991 году, тогда именно развалился Советский Союз. К сожалению, я должен сказать. Ну, так или иначе, это отдельная история, отдельная трагедия.
И вот тогда более или менее коммунистический режим прекратил свое существование в 91-м.
И все преследования, о которых мы говорили, фактически происходили с конца 70-х, ну, пожалуй, семьдесят седьмого, даже, наверное, семьдесят девятого, вот где-то с семьдесят девятого по По
Потому что в 86 году Горбачев начал перестройку, и фактически режим значительно ослаб, такие преследования уже прекратились, потому что коммунистическая идеология тоже стала подстраиваться.
Пожалуй, с 1986, 87-го или 88-го года времена поменялись. Я вам очень-очень рекомендую пригласить сюда Киртираджа Прабу, пригласить его как гостя вашей программы и порасспрашивать. Да,
да, конечно, мы обязательно это сделаем. Так вот, в 1988 году советское движение сознания Кришны было официально зарегистрировано в Советском Союзе. Конечно, этому предшествовала очень трудная, долгая процедура.
Мы стали первой религиозной организацией, зарегистрированной в Советском Союзе после Второй мировой войны, потому что правительство не хотело регистрировать никаких религиозных организаций.
И поэтому нам выпала честь стать первой религиозной организацией, официально зарегистрированной, то есть официально признанной советским правительством.
Это случилось в 1988 году. Несмотря на это, в это время давление со стороны государства тоже поменялось. Это уже не было таким давлением, не было такими угрозами, но по-прежнему что-то продолжалось, да, это было тоже одновременно.
На самом деле внешняя ситуация никогда вообще не была уж прям усеянной цветами, дорогой усеянной цветами, но внутренняя ситуация очень сильно накалилась, и это было реально безумие. С 1998...
Развитие образования для укрепления веры
Итак, в восемьдесят восьмом году, в 98-м году все поменялось, и менеджмент изменился, преданные были в смятении, все упало на ваши плечи. Но что же вы делали? Как вы сохранили энтузиазм преданных?
Как вы сохранили всю эту организацию? Как вообще жили преданные? Как все это было?
Ну, мне сложно говорить за всю Россию, потому что я в основном сосредотачивался на Москве, а Москва - это, скажем так, самое важное место в России, и... Да, храм наш опустел.
Неожиданно совершенно у нас до этого была забитая до отказа храмовой комната, и неожиданно она полностью опустела. До этого на каждом мангала-арати у нас было около как минимум в московском храме —
На Мангаларати было как минимум 100 преданных. Да, и вот вдруг от 100 преданных, от сотни преданных. У нас осталось трое. Ну, что-то вроде этого. Ну, что я делал?
Я начал образовательные программы для преданных, потому что я ощущал, четко ощущал, что это
иррациональная реакция на трагическую ситуацию, которую, конечно, можно понять эмоционально, но эта реакция преданных в этой трагической ситуации показала, что преданные недостаточно утвердились в своих
философских взглядах, что преданные, по сути, не имели глубоких корней в философии сознания Кришны. И именно поэтому вот эти события, волна этих событий так легко унесла их.
Они поддались этой эмоциональной пропаганде. Конечно, русские в целом очень эмоциональный народ, именно поэтому их легко увлечь туда или сюда. Они в этом смысле очень похожи на индийцев.
Да, да, есть очень много общего у русских и индийцев. Да, да, безусловно, много общего. Однажды Бхакти Викаса Свами сказал, что люди на Западе грубые и рациональные.
Русские грубые и эмоциональные, а индийцы эмоциональные и мягкие, утонченные. Вот так он это проанализировал. Ну, да, я начал заниматься образованием.
Собственно, я все время был склонен к тому, чтобы этим заниматься, поэтому мне очень нравилось. Мы начали широкомасштабно проводить бхакти-шастры, и в конце концов это позитивно повлияло на ситуацию.
Те, кто остались, они остались. Конечно, проблемы тоже остались. Никогда не было никакого затишья, не было такого момента.
Насколько я понимаю, вы занялись образованием, то есть вы стали говорить о гуру-таттве и о подобных вещах. Гуру-таттве, о том, что гуру-таттва — это не только человек, но есть целая таттва, стоящая за этим человеком.
Да, да, именно так. Прежде всего, я пригласил Шавараму Махараджа, попросил его прочитать этот его семинар. По-моему, даже он был первым, кто приехал после всех этих трагических событий,
после того, как все более-менее как-то улеглось, в октябре он приехал.
Он очень великодушно согласился приехать, он прочитал свой семинар о шикше, не дикше, фактически о гуру-таттве. И тем самым он внес какое-то разумное зерно в мышление многих-многих преданных.
Давайте немного поговорим о более приближенной, более приближенной перспективе, да, допустим, в 2000-е годы, что, чем тогда дышало общество? Что там такое происходило?
Потому что сейчас вы растете прям экспоненциально. Я слышал, что там около больше ста храмов, и везде центры, и бхакти в Ришикеше повсюду, и тысячи, тысячи преданных. Это то, что я слышал. Давайте поговорим об этом.
Нет, нет, это все-таки преувеличение о том, что у нас сто храмов. Да, но ведь это то, что я слышал. То, что слышу вновь и вновь. Это мифы.
Массовое распространение книг в девяностые годы
Ну, конечно, есть много бхакти в Ришикеше, может быть, возможно. Но даже даже эти цифры иногда немного отличаются от реальности.
Ну, смотрите, что тогда произошло. Когда развалился Советский Союз, и когда вся Россия вдруг раскрылась, открылась, а это было еще до того, в конце 80-х, в начале 90-х. Коммунистическая идеология, которая до этого доминировала в обществе,
более-более не функционировала, люди полностью разочаровались в ней и стали искать каких-то других решений.
Тот вакуум, который образовался в обществе из-за сокрушительного падения коммунистической идеологии, этот вакуум раскрыл шлюзы для всех возможных религий, любых идеологий, не только кришнаиты, но мы были далеко не самыми первыми, но многочисленные религиозные движения просто наводнили Россию.
Это все были муны, мормоны, и кого только не было. И они просто массово влились в Россию. Ум Сэндайко тогда пользовался большим спросом. Ну, они были очень заметны в то время в России.
И много других сект и новых религий и течений наводнили Россию. Поэтому естественно, что общество реагировало, аллергически реагировало на все эти новые религиозные движения.
По крайней мере, так реагировала консервативная часть общества. Потому что все эти новые движения, все эти новоделы, все они угрожали самой ткани общества.
Вот, собственно, поэтому я и приехал в начале 90-х, я вернулся в Россию и начал заниматься общественными связями.
Но на самом деле, с самого начала, как только я приехал в Россию, я сразу же понял, что на самом деле самая главная угроза исходит не извне.
Сразу же, как только я приехал в 1994 году, я понял, что самая главная угроза исходит изнутри, от того, что преданные не образованы, от того, что они не умеют правильно общаться с обществом, от того, что они ведут себя очень нездорово, очень фанатично с обществом, с людьми, что они сами настраивают людей против себя, против нашего движения.
Я понял, что именно это является причиной возникновения всех этих ситуаций. Так что я еще до того начал образовательные программы.
Я уже тогда понимал, что основная угроза не извне, но изнутри исходит изнутри общества вайшнавов в России.
Однако, с другой стороны, в то время в России уже, по бывшему Советском Союзу, в странах бывшего Советского Союза уже распространили миллионы книг, потому что это было очень легко делать.
В начале 90-х годов страна переживала тяжелый экономический кризис. Фактически вся экономика страны развалилась. Там в стране были огромные заводы и фабрики, которые не могли выплачивать своим сотрудникам за работу.
Поэтому распространители книг приезжали на какую-нибудь, и тогда на фабриках и заводах не было налички, чтобы выплачивать зарплату своим рабочим. У них были деньги на счетах, но они не могли выплачивать зарплату.
Поэтому что делали распространители книг, они пользовались этой ситуацией, они приезжали на завод к руководству и говорили ему: «Ну почему вам не взять наших книг? Вы можете перечислить нам деньги, мы примем по безналичному расчету, а вместо зарплаты вы можете выдать своим сотрудникам наши книги.
Поэтому в порядке вещей было, когда один человек распространял, например, за день 20 тысяч книг, ну, что-то подобное. Почему? Как это делать?
Просто один человек подписывал всю фабрику, весь завод или шахту. Угольную шахту, например. Они тогда разъезжались по всем уголкам России, там подписывали заводы, фабрики и так далее.
Так распространили миллионы миллионов книг.
На самом деле, Харикеш Махарадж и североевропейский BBT тогда пожертвовали 150 тысяч книг Шрилы Прабхупады. Это было еще в 88 году, как раз когда нас официально зарегистрировали.
Итак, из этих 150 тысяч книг, или 180 тысяч книг, которые напечатали в Германии, привезли в Россию, вот именно с этих книг началась вся эта сага, распространение книг в России.
Итак, поскольку у многих людей уже были книги. Несмотря на то, что произошла эта проблема в 1998 году, это была тяжелая ситуация, но тем не менее проповедь не останавливалась.
Приходили новые люди, потому что к ним попадали книги Прабхупады, они читали их. И вот в тот момент, в то время, именно тогда активизировались проповедники.
Одна из причин того, что сознание Кришны так активно распространяется в России и в русскоязычном мире, скажем так. Так вот, одна из причин в том, что у нас есть очень много проповедников, активных проповедников,
которые делают это, ну, несколько, косвенно. Они проповедуют аюрведу, йогу, еще что-то такое, но в конце концов они говорят о Бхагавад-гите и распространяют книги Прабхупады.
Именно благодаря этому очень многие люди присоединяются к нашему обществу. Да, Прабхупада продолжает проповедовать. Его книги проповедуют, его последователи проповедуют. Именно поэтому движение процветает.
Связь русского языка и духовного восприятия
Это одна причина, одна из причин. Но другая причина, я думаю, в том, что русскоязычные люди наделены особым менталитетом. Как мы уже сказали, между индийцами и русскими, русскоязычными людьми есть некие сходства.
Я думаю, что это тесно связано с языком. Это явление, которое вы уже упомянули, мы видим повсюду.
Мы видим, что русские присоединяются не только в России, но они присоединяются и в Америке, и в Германии, и в Англии, и даже в Финляндии, повсюду, по всему миру они присоединяются.
И они не столько русские, конечно, для людей на Западе все они русские, но на самом деле они русскоговорящие. Это могут быть украинцы, белорусы, литовцы, латыши, латвийцы — все они присоединяются.
Например, в Прибалтике, Прибалтийские страны сильно отличаются, но тем не менее сознание Кришны очень хорошо развито в этих странах.
Например, в Литве там очень много преданных, сознание Кришны общество признает движение сознания Кришны в Литве. И я считаю, что в значительной степени эта загадка кроется в языке, потому что язык формирует наше мышление.
Мышление определяет мировоззрение. Определение, когнитивное восприятие мира или мировоззрение формируется языком, а русский очень близок к санскриту.
Структурно русский язык гораздо ближе к санскриту, чем, допустим, хинди или бенгали. То есть лингвистическая структура хинди очень простая, или даже бенгали, они это очень простые языки в каком-то смысле.
Конечно, в этих языках очень много санскритских слов, фактически весь вокабуляр, практически весь из санскрита,
но структурно, с грамматической точки зрения, русский значительно более близок к санскриту, чем, допустим, хинди. А когда вы говорите, что язык определяет мировоззрение, мировосприятие, что вы имеете в виду?
Вы можете привести какой-нибудь пример? Да, это просто. Ну, что такое язык? Язык - это опыт людей, населяющих какую-то территорию. Допустим, возьмем санскрит. В санскрите очень много слов, синонимов,
слов, описывающих, например, любовь. Ну, например, если мы посмотрим на английском, ну, что можно сказать?
Любовь, привязанность, теплота, лав, аффекшн, атачмент, ну вот, это все разные слова, описывающие одно и то же явление, но с разных точек зрения. Они говорят не об одном и том же.
Они четко разграничивают эти явления. Это все разные вещи. И ведь это неспроста. Неспроста в санскрите разные слова для этих вещей, потому что это просто разный взгляд на описываемый предмет.
Например, в санскрите есть около 70 слов, обозначающих воду, около 30 слов, обозначающих огонь, но в английском мы можем сказать файр, огонь, но в санскрите есть огонь в желудке, есть
семь разновидностей огня такого вот огня, вот такой огонь нужен для этой яги, тот огонь нужен для другой яги.
То есть, по сути, это означает, что представители древней ведической культуры гораздо больше и гораздо более внимательными были, наблюдая за миром, они наблюдали его во всей полноте, оттенков.
Представьте, семь разновидностей огня. Вот такой огонь, вот другой огонь, вот еще тип огня. Но дело в том, что вокруг себя мы видим лишь то, что отражается в нашем языке.
Если какое-то явление не имеет отражения в нашем языке, мы не сможем увидеть этого. Мы не сможем распознать это явление вовне, если оно не отражается, если оно не прописано у нас в мозге, а делать это посредством языка.
Потому что фактически мы мыслим языком. По-другому мы не можем думать. Иногда люди говорят: ну, я мыслю образами. Но это на самом деле имеет свои узкие рамки.
В конце концов, все мы мыслим лингвистическими языковыми формулами, то есть мы мыслим языком. Поэтому язык теснейше связан с менталитетом, с мышлением людей, язык формирует менталитет, мировосприятие, то, как человек взаимодействует с другими людьми и с этим миром.
Именно поэтому это, я думаю, стало одной из причин того, что сознание Кришны так близко сердцу русскоговорящих людей.
То есть, вы имеете в виду, что когда книги сознание Кришны переводят на русский язык, то русскоязычные люди могут как бы лучше понять эту философию, потому что они способны понять ее. То есть это описание больше.
Они лучше воспринимают то, что написано. Да, потому что, смотрите, что такое бхакти. Бхакти - это эмоциональное отношение к миру. В конце концов, чему учит наша традиция, тому, что такое, что такое духовный мир?
Духовный мир называется бхава-джагат. Тела живых существ в духовном мире состоят из эмоций. Они состоят из бхавы. Как мы знаем с вами, что Бабаджи, когда дают посвящение, эзотерическое посвящение, то
открывают человеку экадаши-бхаву, то есть его 11 бхав. Ученик получает эти 11 бхав: одежда — это бхава, возраст — это бхава. Итак, в духовном мире все состоит из эмоций. Возраст ваш — это эмоция.
Одежда — это ваши эмоции по отношению к Кришне. Это отражение ваших отношений с Кришной, вашего служения Кришне.
Поэтому, по сути, бхакти сводится к тому, чтобы развивать эмоции или, скорее, очищать эмоции, перейти от грубых материальных эмоций к тонким или трансцендентным духовным эмоциям духовного мира, очистить свои эмоции, привести эмоции и служить Кришне этими эмоциями. Вот, собственно, это и есть самое важное, это самое важное служение, потому что в духовном мире именно этим занимаются живые существа.
И русский язык далек от какой-то рациональности. Я хочу рассказать, хочу поделиться с вами одной. Она
касается Бхакти Викаши Махараджа, он выдающийся проповедник, удивительный преданный, который проповедует в русскоговорящем В русскоговорящем мире уже много-много лет он был одним из первых проповедников, кто приехал в Советский Союз, и кто, несмотря на все трудности, храбрость, продолжал проповедовать.
Много-много раз он приступал к изучению русского. Да, правда, я не знал. Да, да, он даже понимает по-русски. Но всякий раз ему приходилось нелегко.
Однажды он мне рассказал забавную историю, как он испытал это чувство, как мы называем, взрыв мозга. Однажды он учитал какой-то учебник по-русскому. Это была одна из его очередных попыток выучить русский язык.
И во введении к этому учебнику он прочитал, что красота языка определяется тем, сколько в нем есть исключений из правил. И затем следующее предложение говорит, что русский язык — очень красивый язык.
Махарадж говорит, что на самом деле иностранцам очень тяжело изучать английский язык, потому что там фактически нет правил, одни только исключения. Это создает определенный менталитет, русский менталитет.
Русским очень сложно следовать каким-то правилам. Русские вообще загадочные люди. Они думают, что эта загадочность делает их исключением из правила.
Люди, поскольку я. Если люди говорят на английском, а я тоже немного говорю на английском, может быть, не так уж прям хорошо, но чуть-чуть говорю. Нет, у вас замечательный английский.
У меня вот смешанный, скажем, менталитет. Но русские, которые не говорят на других языках, это очень заметно отличаются от других.
Они, конечно, от этого не становятся очень дисциплинированными, но тем не менее способны уловить эмоциональные фибры, способными основывать всю свою жизнь на крепком фундаменте эмоциональном.
И вот. Собственно, это то, что вы можете увидеть, например, если читаете Достоевского. На Западе люди в принципе для западных людей вся русская литература обычно сводится к Достоевскому.
И что описывает Достоевский? Бурю эмоций. И для западных людей все это, ну, очень необычно читать все эти описания, которые приводит Достоевский в своих повестях.
Ну, так или иначе, я думаю, что это одна из причин. По крайней мере, это то, как я себе это объясняю. И тут интересный момент. Смотри, есть еще один пример: раз уж мы заговорили о связи между мышлением и языком.
Например, в английском есть пассивный залог и активный залог. Но пассивный залог в английском языке такой уж прям большой роли не играет.
На самом деле, если вы даже пишете на английском языке какое-нибудь, какое-то предложение, какой-то текст, и там очень много будет, и там очень много пассивных конструкций, то Word укажет вам на это, и скажет, что, наверное, здесь какая-то ошибка.
Переведите в активный залог. Вместо того чтобы, например, если вы пишете: это было сделано мной, то в английском так можно сказать, но ворд вам предложит поменять это на: я сделал это.
Это очень сильно отражает менталитет англоязычных людей, потому что они привыкли что-то делать и контролировать. Это выразилось в том, что Англия в свое время колонизировала фактически... Эта
тенденция достигать, обретать, контролировать очень сильно проявлена в англоязычных людях. То же самое можно сказать и об американцах. Этот менталитет очень тесно связан как раз с применением глаголов в английском языке.
Но если, например, вы посмотрите на санскрит, то в санскрите считается признаком высокого стиля написать что-то, именно используя пассивный залог. Пассивный залог считается лучшим используемым стиля.
Если вы в санскрите используете больше пассива, то это лучше, потому что в конце концов, мы понимаем, философски мы понимаем, что мы не действующие. Аханкар вимудхатма.
Картахам ити маньятэ, только глупец считает, что он действует, что он совершает действия. Вся эта культура прекрасно понимает, что реальность не такая простая.
Не только я что-то делал, но есть еще другие действующие, есть Кришна и так далее. Именно поэтому в санскрите очень распространены пассивные конструкции. Более того, язык рекомендует использовать пассивные конструкции.
Что же касается России, то в русском языке пассивные конструкции тоже очень сильно развиты. Однако сам пассивный залог в русском языке называется страдательный залог.
Что буквально означает страдательный залог, потому что ситуация традиционно, исторически достаточно печальна.
Поэтому менталитет отразился в языке русскоговорящих людей таким образом, что русские обычно... у русских обычно в крови терпимость, они могут очень многое стерпеть, очень много трудностей, гораздо больше, чем другие. И это нашло свое отражение в языке.
Все мы знаем: Тринада́пи суни́чена, тарори́ва сахи́шṇа (или тарори́ва сахи́шṇуḥ). Это тоже в каком-то смысле такое умонастроение, такое мышление, отчасти благоприятное для практики сознания Кришны.
Так вот, вот эта терпимость к каким-то внешним трудностям присуща русскоязычным людям. Русскоязычные люди более терпеливы, что ли, когда нужно проходить через тяжелые обстоятельства.
Особенности перевода книг на русский язык
Давайте вернемся к языку. Когда вы переводили книги Шрилы Прабхупады на другие языки, вы тогда сказали, что на одно и то же слово можно посмотреть под разными углами.
Это сложно было переводить книги на русский, потому что на английском языке есть какое-то слово, но вы можете его многими другими, разными словами, переводить на русский. Ведь как все это происходило?
Перевод — всегда другой текст, это всегда интерпретация изначального текста. На самом деле невозможно буквально переводить. Вы не можете просто взять как машина и просто перевести одно слово в другой язык.
Это будет бессмысленно. Сначала нужно уловить смысл, хорошо понять смысл, а смысл можно понять только из контекста. Невозможно даже переводить отдельно предложение.
Если человек переводит предложениями, то неизбежно совершит какую-то ошибку. В особенности если вы переводите на такой язык, как русский. Допустим, в английском языке есть закрепленный порядок слов в предложении,
но в русском языке этого закрепленного порядка нет. Вы можете поставить слова в этом порядке или в другом порядке. И с грамматической точки зрения это будет одинаково правильно,
и в том, и в другом случае, но нюансы смысла будут немного отличаться. Да, грамматически и то, и другое будет правильно, но смысл будет другим, и часто эта разница очень трудноуловима. В этом сложность.
Поэтому, как я уже сказал, что в Кёнигсберге тогда периодически наступала безумная пора, когда люди переходили к чтению «Чайтанья-чаритамриты», когда они устраивали этот марафон.
И с самого начала тогда я сказал себе: «Я никогда ни под какие марафоны не подпишусь». Потому что и тогда русский язык стал единственным исключением. Потому что русская линия была самой медленной. Это очень сложно.
С самого начала я переводил очень медленно, без спешки. Иногда бывало, что я в день переводил одну страницу. Это было совершенно невероятно. Никто так не переводил.
В Кёнигсберге нужно было переводить хотя бы 20 страниц в день, тогда вас считали нормальным переводчиком.
Но я иногда сидел над одним предложением час для того, чтобы просто перевести это одно предложение на русский, пытаясь подобрать верные слова, верную грамматическую структуру для предложения, которая будет отражать тот
смысл, который вложил в него Шрила Прабхупада. Да, это было очень трудно. Но поскольку русский такой уникальный язык, и поскольку русский часто не говорят на других языках.
Благодаря этому у нас появилась замечательная школа того, как переводить на русский язык с других языков. У нас есть наши переводы, пожалуй, одни из самых красивых.
Есть другие переводы, классики, например, Шекспира или Селинджера, или Хемингуэй его прекрасно перевели на русский язык. Это великолепный перевод на русский, и поскольку я всегда любил классическую литературу...
Поэтому я хотел перевести книги Шрилы Прабхупады на русский язык не тяп-ляп. Но перевести так, чтобы перенести смысл в новый язык.
Но с другой стороны, книги Шрилы Прабхупады настолько могущественны, что даже топорный перевод имел эффект. Я видел это.
Послание Шрилы Прабхупады настолько ясное, четкое и сильное, что даже плохой перевод все равно передает его послание, зачастую, очень ярко. Но мой подход был другим.
Вызовы и проблемы современной российской ятры
Я понял, что нужно делать хороший перевод, такой, чтобы образованные люди тоже могли читать книги Шрилы Прабхупады и услышать его послание.
Вот поскольку вы так давно занимаетесь служением в российской ятре, как вы чувствуете, какие сейчас вызовы стоят перед вашей ятрой?
Как я уже вначале сказал, этот резкий рост приводит к многочисленным вызовам, потому что всякий раз, когда что-то растет резко, быстро, люди часто начинают относиться к своей личной практике очень поверхностно.
Я всегда придерживался того, чтобы делать упорное образование, кипятить молоко, как мы говорим, но не на экспоненциальном росте, потому что для России в каком-то смысле это просто, это легкий путь.
Люди в принципе склонны присоединяться. Но вот помочь им утвердиться в сознании Кришны, в практике сознания Кришны, вот это серьезная задача, это вызов.
Потому что одно дело — привлечь человека, но совсем другой вопрос в том, как помочь ему стать на самом деле садхакой, который будет углубляться и углубляться в своей практике.
Да, люди с легкостью присоединяются, но с точно такой же легкостью иногда они уходят. Поэтому люди приходят и уходят, текучка. Другой вызов,
который мы видим перед собой, это так называемый мистицизм, так сказать, в кавычках русской души или русского менталитета.
Русские иногда приходят в сознание Кришны, пожалуй, даже зачастую приходят в сознание Кришны, движимые, привлекаемые какой-то мистической стороной сознания Кришны.
И в каком-то смысле это хорошо, потому что русские хотят пережить какой-то мистический опыт, они недовольствуются каким-то формальным исполнением правил, предписаний, каким-то ритуалистичной стороной религии, они стремятся получить какой-то опыт, и безусловно, это плюс. Но минус в том, что иногда они хотят получить этот мистический опыт дешево.
Они присоединяются к сознанию Кришны. И, ну, мы с вами знаем, это называется сахаджия. Буквально недавно мне рассказали шутку.
Бхакти Викаша Свами хорошо упомянул об этом, что когда он первый раз приехал в Россию вместе с тогда Прабхавишну Махараджем, то они пообщались тогда впервые с российскими преданными, и по дороге обратно в самолете в Англии они стали обмениваться впечатлениями о том, что произошло с ними в России.
Прабхавишну Махарадж сказал тогда Бхакти Викаше Махараджу: «Знаешь, что, по-моему, все бенгальские сахаджи и бангладешские сахаджи — все родились русскими преданными». Да, это забавная теория.
Вот это вот этот вот псевдомистицизм, вот этот, вот эта склонность к какому-то псевдомистицизму, вот этот вот дешевый мистический подход к каким-то вещам, когда люди пытаются относиться к своему воображению как к истинному духовному опыту, вот это и есть вызов, это один из вызовов.
Ну и, конечно же, как я уже говорил, есть внешние угрозы, внешние вызовы. В целом, российское общество склонно быть более консервативным, нежели западное общество.
В этом консервативном консервативной среде наше экзотическое религиозное движение не находит такой яркой поддержки. Да, это тоже вызов.
А как вы думаете, чему могут научиться преданные в остальном мире, преданные искон К чему научиться того, как вы растете, как преданные растут? Наверняка ведь весь мир может чему-то научиться.
Уроки проповеди и решимости для преданных
Я не думаю, что мы можем просто сказать, вы этого не говорили, но мы не можем сказать, что все сводится просто к языку, но ведь есть еще какие-то вещи, которым можно научиться.
Когда Шрила Прабхупада впервые посетил Россию, и, кстати, этот год — это 50-я годовщина его единственного приезда в Россию, он приехал в Москву в июне. Насколько я помню, это было 21 или 22 июня 1971 года.
Посетив тогда Россию, Москву, он остался под очень глубоким впечатлением от общения с русскими. Тогда он сказал, что эти люди станут величайшими атеистами. Сейчас они величайшие атеисты.
Они пытаются распространять атеизм по всему миру, но точно так же, в той же степени, в какой сейчас они достигли успехов в атеизме, точно так же они достигнут успехов в духовной жизни.
Причина в том, что у русских есть еще одна особенность, еще одна важная черта. Русские мыслители всегда ищут глубинного смысла жизни. Они недовольствуются консумеризмом, этой культурой потребительства,
легким подходом к жизни, просто наслаждайся, будь счастлив. Я хорошо помню, когда я путешествовал по Америке, то я постоянно видел такие приветствия.
Например, останавливаетесь на заправке, и женщина там вам говорит, ну, наслаждайтесь, эй, делай. Или просто говорит: наслаждайтесь. Просто наслаждайтесь.
Да, для русского уха это звучит безумием. Это очень поверхностный подход к жизни. Энджой. Наслаждайся. Просто наслаждайся.
Русскоязычные люди стремятся к тому, чтобы обнаружить какой-то более глубинный смысл того, что такое жизнь, смысл жизни.
Я думаю, это одна из причин, почему проповедь, или эта косвенная проповедь в России имеет такой успех. Дело в том, что люди глубоко ищут смысла, и отвечая на ваш вопрос, я бы сказал,
что наше общество, остальная его часть, прежде всего, могли бы у русских преданных научиться тому энтузиазму в проповеди, какой у них есть.
Потому что, как мы знаем, в соответствии с желанием Шрилы Прабхупады проповедь — это не только способ распространять сознание Кришны, но и также это очень могущественный способ для нашего собственного духовного развития.
Ведь это киртан: когда мы говорим о Кришне, когда мы прославляем Кришну, то мы сами глубже проникаемся в философии сознания Кришны.
Итак, один из уроков, который, безусловно, весь мир мог бы извлечь из русских преданных, это тот энтузиазм, огромный энтузиазм, нескончаемый энтузиазм в проповеди, неумирающий энтузиазм.
Проповедовать это послание to the people. Иное. Тоже самое испаряется from... учиться, черпать вдохновение с проповеди. Русские преданные обычно очень вдохновленные, очень воодушевленные. Это одна вещь.
Это одно, чему можно было бы обучиться, научиться, другой урок, который можно было бы извлечь в том, что не сдавайтесь, не нужно сдаваться. Как Шрила Прабхупада говорил?
Прабхупада говорил, что русские станут величайшими атеистами. Почему?
Потому что русские и русские преданные, в частности, очень упертые. Если они хотят куда-то пойти или поехать, они просто едут туда. Они хотят туда поехать, они никогда не останавливаются. Какие бы трудности их ни ожидали.
Если мы что-то делаем, так надо это делать. И там разберемся. Вот такая решимость. Это, пожалуй, еще один урок, который можно было бы взять на заметку.
На самом деле, в 80-х годах, когда весь ИСККОН переживал множество трудностей из-за всей этой проблемы с зональными ачарьями, связанными с падениями каких-то выдающихся лидеров нашего общества.
Одновременно с этим российская проповедь, которую, собственно, начал Харикеш Махарадж, и которую величественно продолжил Киртираш Прабу и его жена, на самом деле, Харипуджа, вдвоем, Харипуджа, тогда эта проповедь
в России была источником такого одушевления для всего движения.
Я хорошо об этом знаю, потому что в 1987 году, как раз когда я эмигрировал в Швецию, я видел, что все наше движение воодушевляется тем, что происходит в Советском Союзе.
Тот уровень решимости, самоотдачи и энтузиазма, который показывали русские преданные, проходя через те трудности, через которые они проходили, они проходили через лагеря, через тюрьмы, даже умирали ради Кришны.
Это было источником невероятного воодушевления для всего общества. Сравнив то, что было тогда, ну, в сравнении с тем, что было тогда, современной проблемой, это просто ни о чем. Да, да, это совершенно другой масштаб.
Знаете, когда сознание Кришны становится чем-то, ради чего вы сражаетесь, вот тогда вы ощущаете в себе истинную решимость, тогда появляются все замечательные качества именно в этих критических ситуациях, когда на человека давит со всех сторон.
Да, это прекрасно. Я думаю, что этого очень не хватает сейчас. По крайней мере, на Западе. Но, по крайней мере, я могу точно сказать. Нам здесь очень хорошо в Америке.
Наша жизнь очень удобная, сознание Кришны тоже очень удобное, очень легко практиковать сознание Кришны.
Влияние технологий на молодое поколение преданных
Но принять сознание Кришны, стать садхакой, проповедовать, сражаться за это, да, да, сражаться. Потрясающая, потрясающая история Российской ятры.
У меня есть еще один махарадж, еще один вопрос, Махарадж, пока мы как раз подходим к завершению нашей встречи, глядя в будущее, вот все эти годы, вы столько всего видели.
Но сейчас наш взгляд обращен вперед на следующее поколение преданных в России, на молодежь. Что вы видите? Что обнадеживает вас, что беспокоит вас? Как вы, что вы можете сказать об этом?
Безусловно, многие вещи вызывают беспокойство. Ведь новое поколение, молодежь — Это поколение интернета, это поколение социальных сетей. Они меньше читают.
Они вместо того, чтобы читать, они скорее будут слушать аудиокниги. А мы все знаем, что это такое аудиокнига. Значит, ты слушаешь за рулем или параллельно делаешь какие-то другие дела, думаешь о чем-то другом.
Иногда... что же говорить о социальных сетях, все это создает, достаточно нездоровую ситуацию, распространяя сплетни, ложь. Оскорблений.
Да, все это вызывает беспокойство, но да, кроме того, кроме того, мы знаем, что если дети слишком погружены во все эти технологии, в девайсы, то у них не развиваются креативные функции.
На самом деле сознание Кришны призвано пробудить в человеке творчество. Однако из-за того, что люди слишком погрязли в этом, в интернете, в компьютерах, из-за этого они становятся туповатыми.
Когда дети смотрят один за другой кучу мультиков, то почему это происходит?
Потому что родители беспечны. Бездумно просто вручают детям смартфоны, когда детям там 2-3 годика от рождения, и они погружаются во все это. Но в конце концов человек тупеет, потому что он не учится креативно относиться к миру.
Конечно, как правило, эти слова касаются не только русских, но в целом новых поколений, как люди, как новые поколения смогут принять сознание Кришны? Практиковать сознание Кришны — это задачка еще та, это вызов.
Но с другой стороны, я чувствую надежду, потому что энтузиазм бьет ключом. И я отчетливо вижу, что молодые, преданные в России активно заняты проповедью. Например, у меня есть такие ученики, проповедники.
Фактически все они проповедуют, все они привлекают новых людей и делают их преданными. Например, у меня есть один ученик, он вводит людей в горы.
Он набирает группу людей, он знает какие-то тропы, и он проводит их туда, и он говорит: вы получите опыт, просто уберите мобильники, уберите компьютеры, на неделю мы поднимаемся в горы, и там мы будем без связи.
Мы будем купаться в реках, в озерах, мы будем ходить по пещерам, посмотрим на эту девственную природу, берет там 20-30 человек сразу, и проводя их там, он проповедует им сознание Кришны.
И вот так вот 20 человек поднимаются с ним в горы, и через месяц, через неделю, все двадцать повторяют Харе Кришна. Ну или, по крайней мере, они становятся очень благорасположенными к преданным. Многие делают такие вещи.
Там чуть-чуть попроповедут, здесь попроповедут. Так что я думаю, что какая-то революция произойдет.
Проповедь там, проповедь здесь, по чуть-чуть, все это в конце концов изменится Возможно, даже, как вы сказали, это станет правдой. У нас будет 100 храмов в каждом городе. Но сейчас, спасибо.
Текущее служение и изучение санскрита
Но прежде чем мы закончим, у меня еще один вопрос. Сейчас, на чем вы сосредоточены? Насколько я понимаю, вы не занимаетесь менеджментом, вы продолжаете вести преданных как гуру, но на чем вы сейчас сосредоточены?
Я очень много времени провожу во Вриндаване. Я глубоко изучаю, я пишу книги, я изучаю санскрит, потому что я понял, что язык очень важен. Очень важно обладать языком для того, чтобы изменить образ мысли.
Так я провожу какое-то время в Карнатаке, в Удупи или в Бангалоре, где многие люди. Много людей, которые свободно говорят на санскрите. Это представители традиций Мадвы, Мадвачари.
Я много общаюсь с пандитами из традиций Мадвы. И очень много времени провожу здесь, во Вриндаване. Я общаюсь здесь с людьми, и я по-прежнему проповедую. Вот буквально только что я вернулся из путешествия по России.
Три месяца я был в России. Но сосредоточен я сейчас на том, чтобы углубляться, на том, чтобы делиться тем, чем я вообще могу поделиться с другими людьми. Потому что, как я уже сказал, нам нужны глубокие корни.
Только так мы можем обрести и достичь успеха в сознании Кришны. Нам необходимо кипятить молоко. Я думаю, что в этом, пожалуй, мой основной вклад.
Большое вам спасибо, Махарадж. Это было невероятно. Очень здорово было с вами пообщаться. Конечно, мы в основном говорили об истории, но я уверен, что вы можете очень много дать также с точки зрения философии, теологии.
Возможно, может быть, мы еще раз могли бы с вами встретиться, мы могли бы поговорить об этом, о том, о том, как вы понимаете, что значит быть садакой, как вы понимаете философию сознания Кришны.
Я уверен, вам есть много что сказать об этом. Но огромное вам спасибо за то, что вы были сегодня с нами. Я очень вам благодарен. Я столько всего узнал о российской ятре.
Я в таком долгу перед вами за то служение, которое вы все эти годы делали. Наверняка многие даже не знали об этом, особенно на Западе.
Я уверен, что наш подкаст сегодня станет очень информативным для многих о том, что происходило в истории в России все эти годы. Поэтому спасибо вам большое. Итак, всем гостям тут спасибо.
Вы можете найти нас на Ютубе и на Фейсбуке. Всем большое спасибо.