Встреча с учениками
Bhakti Vijnana Goswami · Tashkent · 2019
Chapters
Вводная часть и знакомство участников
О Мати Мирнадсиа, Миллиатрима, 6-я ма виста, тим Внеха Сригуру, Сритападама, Сри Грусь, 17. Саханват, сайта, паринасаим, $12 Сайм, 2, раньми 3, Вайб, Крин Прабу. 4, 1-3-3--рема рама Намавишну падая, Кришна пищая Бутале, Сримате Бхакти Видта, Сламине, Настей сарасвати, горавані прачари, нервише, ащатиавишата. Марикошта.
Тогда, может быть, вы представите всех, или как? Да, или Или каждый представится сам. Да, начнем через. Меня зовут Хасия.
Это две мотеджи у нас получили про навыманту, вот наши маргариты, мы наши малика, и вот Мададжа Кисият, Мададжа, Матаджа Мария, Мададжа Татьяна, Мададжа Алина, это те, к список последний попали, то есть они медитировали, но еще не готовы были сейчас прямо учиться, взяли, но тем не менее они почти все на платформу и начинают учиться.
Я Матыжа представлю, как бы это и Маджи Девираса, но это наша Старожилка. А это Матыджа Василина, да, это супруга нашли.
И тоже те, кто в список, попали, еще тоже там давно Садмират Правуджи Садал, это супруги, Артем Рабо сын Матжи Магарин это План Прабо. И еще нет Камилы Матаджи, она с вами супер городом Тработ И немножко она приболела.
Вот это все, как. И вот правую знает всех.
Необходимость системного духовного образования
Всех остальных знают. Как мы построим наше общение? У вас есть какие-то идеи? Мне нужно что-то сказать, или вы начнете задавать вопросы, или что еще сделать.
Мне кажется, что очень актуально еще разновидно образование, потому что многим кажется, это очень сложно. И вообще как-то вот что учиться и так далее. Все хотят стать учеником, но никто не хочет учиться. Вот.
Ну, то есть это же определенные рамки, как бы ритм, и это сложно действительно. Хорошо. Да, я скажу несколько слов об этом. Я давно наблюдаю за тем, что происходит с людьми, которые присоединяются к
искусственным, движимые каким-то первым импульсом, и очень часто этот импульс выдыхается быстро. Вначале все хорошо, все интересно, все новое, какие-то новые горизонты, новые идеи, новые мысли, новые ощущения.
Новые места путешествия, фестивали, все здорово. Но эта штука очень быстро выветривается, потому что в конце концов, человек начинает чувствовать, что он топчется на месте,
что несмотря на всю эту новизну и энергии, которые бушуют, иногда действительно что-то хочется, чувствуется. А потом проходит все это, и думаешь: показалось, почудилось, с кем не бывает,
еще какие-то вещи, какие-то глубинные слои нашего существа не меняются. Человек как был, так и остается. Он добавляет что-то в свою жизнь.
Разумеется, Шрила Прабхупада говорил, что ничего менять не надо, надо просто добавить Кришну в свою жизнь. Но в общем-то Кришны тоже там особенно нет. И отчасти потому, что у человека не возникает
какого-то ясного вектора или какого-то ясного ясной дороги, ясного пути. Он много слышит, он чуть-чуть нахватался - тут, там. Каждый лектор на лекции говорит о чем-то своем.
У него нет общего целостного понимания, и в результате этого вера человека не укрепляется, а старые привычки остаются, и старые привычки рано или поздно берут верх над ним, и как-то начинают там требовать свое. Вот.
И одна из причин этого - безусловно, не только единственная
Внутренняя структура веры и фанатизм
причина - это отсутствие некой системности. Я сам человек, слава богу, системный. Ну, по крайней мере, стараюсь им быть. И обучение должно объяснить систему. Обучение, образование должно создать какой-то костяк внутри,
какую-то внутреннюю структуру мы знаем, что среди живых существ есть два вида живых существ: есть рептилии, у которых костяк снаружи. Черепахи. Они внутри мягкие, а снаружи жесткие.
И таким образом они поддерживают какую-то свою идентичность. А есть люди, позвоночные, у которых есть жесткая внутри струна, костяк, и снаружи они мягкие, а внутри жесткие.
И преданные тоже делятся на рептилий, и позвоночных. Рептилии они снаружи жесткие. Они фанатики, они все делают, стоит чуть-чуть копнуть, там все мягко.
Шрила Прабхупада называют это комала-шраддха. Комала-шраддха, значит, мягкая шраддха. Шраддха, как пластилин. Вера, которую с кем-то пообщался, вроде есть вера, с другим пообщался, она уже другая, какая-то.
Человек как хамелеон, у него нет какой-то внутри основы. И поэтому, чтобы защитить свою веру, людям приходится одевать на себя панцирь, фанатизма.
И до поры до времени люди держатся в этом панцире, фанатизма на каком-то фанатизме проходит какой-то путь, но рано или поздно что-то происходит, так как внутри не создалась
этой структуры, а Шрила Прабхупада он ее дает на самом деле. И не просто Шрила Прабхупада дает, Кришна дает. Кришна дает очень ясную логическую структуру понимания, как я вчера объяснял,
что Бхагавад-гита — это книга для людей, у которых есть сомнения. То есть для нас с вами.
Чтобы мы могли прожить Бхагавад-гиту и, прожив Бхагавад-гиту, вслед за Арджуной воскликнули: «Нашта моха смритיר лабдха», моя иллюзия рассеялась, и память вернулась ко мне. Говори мне, что делать, я буду делать.
Я готов исполнять то, что ты хочешь от меня. То есть у человека появляется решимость, у человека появляется энергия, энтузиазм.
У человека, у которого нет веры, Шрила Прабхупада говорил: какой смысл вере? Я не сказал об этом вчера, надо было бы сказать, Бхактивинод Тхакур пишет об этом.
Какой смысл вере, если она не сопровождается энтузиазмом? Вера значит энтузиазм. Если у меня нет энтузиазма, что-то делать, значит у меня нет веры.
Даже если теоретически я допускаю, что Кришна сидит на облаке и смотрит на меня с тоской. Смотрит на все то, что тут происходит.
То есть, иначе говоря, человеку нужно создать эту жесткую внутреннюю структуру, которая поможет ему обрести какую-то твердость, понимание и при этом быть мягким.
Человек с хорошим костяком, с хорошей основой. Он может быть очень мягким, он может быть очень широким. Внутри у него все ясно, все четко. Снаружи он допускается, он либеральный, он понимает, да, это хорошо, это хорошо,
все хорошо, но а лучше, как пелось в знаменитой песне. Но сознание Кришны лучше. Но Харе Кришна мантра лучше. И то хорошо, это хорошо. Все хорошо, понятно.
Есть разные люди, разные пути, но есть некое, ну, что ли, полнота в сознании Кришны, которой в других местах нет. Истины есть во всех местах, в этом нет никаких сомнений.
Во всех духовных путях, религиях есть какие-то проблески, истины, какие-то бриллианты, истины, какие-то откровения. И много не нужно говорить.
Но вот так, чтобы все вместе, и чтобы все было связано друг с другом и представляло собой очень красивый узор, этого нет нигде.
И это не упрек, это просто, ну, как бы, это просто понимание, объективное вполне понимание того, что происходит. И поэтому человек, который это понял до конца, ему легко быть мягким, снаружи и жестким внутри.
Ему не нужно всех пытаться обращать в свою веру. Он понимает, что все не станут преданными. Не готовы все, не нужно всем. Это еще не обязательно всем быть преданным. Но я буду до конца.
Личный опыт формирования независимой веры
Я про себя. Я недавно рассказывал об этом кому-то. Я вчера говорил о том, что я стал преданным, потому что я очень верил в своего однокурсника, соседа по комнате, с которым я прожил 5 лет.
Человек, в чью бескорыстие, искренность, простоту я верил абсолютно. И так как он стал этим заниматься, я тоже стал заниматься, хотя у меня было много сомнений.
В какой-то момент я стал серьезным, более-менее серьезно этим заниматься. Но при этом я задавал себе вопрос периодически: а что будет со мной, если он уйдет, если он перестанет практиковать сознание Кришны?
И до поры до времени я отвечал: ну я, наверное, тоже уйду, потому что это еще не мое было, а это его было, я светился отраженным светом. Но в какой-то момент я очень отчетливо понял.
Я честно задавал себе этот вопрос и честно отвечал на этот вопрос. В какой-то момент я очень четко понял: мне уже не важно, уйдет он или не уйдет. Если он уйдет, я ему буду проповедовать.
Если он не уйдет, очень хорошо, мы вместе будем идти по этому пути. Потому что я понял, что это стало своим. Но у меня появился другой человек естественным образом, на которого я ориентировался очень сильно.
Это был мой духовный учитель, Харикеша с вами тогда. И как это некощунственно может звучать, я задавал себе тот же самый вопрос по отношению к нему. Не потому что я думал, что это произойдет,
но для того, чтобы проверить то, насколько это стало моим, насколько то, что я делаю, нужно мне. Потому что очень часто человек делает что-то, не до конца
понимая, что это мне нужно. Я задавал этот вопрос, чтобы себя проверить. И до поры до времени говорил: ну если у него будут проблемы, то у меня тоже будут проблемы.
Потом в какой-то момент я примерился, посмотрел внутрь честно и сказал: ну, нет, даже если у него будут проблемы, у меня проблем не будет.
Я буду продолжать делать то, что я делаю, потому что я понимаю, что понимаю весь путь, понимаю всю структуру, я вижу, куда это идет, я понимаю, что это правильно, я понимаю, что это истина.
И любой человек ищет истину, ему нужно найти эту истину. Если он понимает, что это истина, то почему я должен зависеть от кого-то? Другие могут мне помогать, но при этом я как бы сам твердо стою на этом пути.
И для чего нужна систематичность? Систематичность нужна для этого. Для того, чтобы я понял, все понял, каким образом это работает, понял, что я неправильно делаю.
Потому что Шрила Прабхупада часто говорит, что это наука. Это не просто какая-то там что-то такое. Иногда люди там рассуждают и красивые рассуждения, но непонятно вообще.
Красивое, вроде все хорошо, но непонятно, что с этим делать. Шрила Прабхупада иногда, он в ущерб какой-то внешней красивости жесткие вещи, говорил: вот так, так, и так, и так - это наука.
Как он сказал одному журналисту, который бежал за ним и спросил, чем вы отличаетесь от других буддистов. Он сказал: Мы не имеем никакого отношения ни к буддистам, ни к индуистам, ни к каким другим измам.
Мы проповедуем истину. Если вы честный человек, то вы с нами будете это делать. То есть он его четко сбил с этой платформы. Того, что это некая, ну что-то, некая концепция какая-то, теория.
У человека, по крайней мере, у него внутри я могу не обладать способностью
поделиться со всеми, что это так, но у меня внутри должна быть убежденность: это истина, это истина, за всем этим стоит истина, и поэтому если я честный, я должен истине следовать.
Правильно? Если я понял, что это истина, то как я могу не следовать? И какая мне разница, что другие делают? Другие могут делать все, что им угодно.
Задачи глубокого обучения и осмысления
Весь мир может делать все, что им угодно, сходить с ума как им угодно. Я буду делать это, а там посмотрим: я свой выбор сделал. И, собственно, система, которую я предлагаю, она очень простая. Она помогает человеку просто задуматься и ответить на какие-то вопросы и сомнения.
На самом деле не так важно, нас, понятно, что там строгие экзаменаторы будут говорить, что-то вы не то написали, но мне лично не важно, что вы написали, лишь бы вы не списали.
Мне важнее, чтобы человек сам просто над какими-то вещами задумался, чтобы он не был слепым.
Что я увидел в ИСККОН: очень часто люди остаются слепыми последователями, потому что они привлекаются неким внешним блеском кого-то.
Есть люди, которые красиво говорят, с напором, с энтузиазмом, красиво поют, и эмоционально возникает вокруг них такая волна: что просто ну хочешь не хочешь, хочется там быть частью всего этого, находиться во всем этом, плавать в этих волнах - это нормально.
В этом нет ничего дурного, если это не остается единственной причиной моего пребывания здесь. Моя практика никогда не сможет стать по-настоящему сильной, если она не интернализовалась, не вошла внутрь.
А для этого я должен на какие-то вопросы сам себе ответить и подумать: а времени нет. У нас один фестиваль - другой фестиваль. Тут еще работать нужно, киртан-мела, там еще какая-нибудь мела, дхаму надо поехать.
Не до того, чтобы подумать. Старый анекдот, как там обезьяна должна была банан стрясти откуда-то с дерева, ей палку дали. Она трясла, трясла, трясла, трясла. Банан там привязан, не трясется, не спадает.
Она села по дереву, палка рядом лежит. Подумала, подумала, увидела палку, сбила банан, все хорошо. Туда же студентов поместили. Студент тряс, тряс, тряс, трясет, трясет, не останавливается, не садится под дерево.
Ему говорят: ну ты подумай. Он говорит: подумай, времени нет, думать, трясти надо.
Очень часто люди в этом состоянии находятся: у них нет времени Подумать: зачем мне это нужно, для чего мне это нужно, что я делаю, правильно я делаю что-то, неправильно я делаю.
Просто потому что опять же есть некий ритм, в который нас помещают. И для меня все эти вещи это просто. Некоторые люди говорят, что очень сложно.
Там один человек говорит: я что-то вообще ничего не понимаю, потому что человеку чего то не понятно.
Я по-русски говорю, в принципе, вроде логично говорю, чего тут непонятного, никаких сложностей я не говорю. Надо просто посидеть, подумать без напряжения, как вот. Ааа. Так, то есть, эта вещь она не для того, чтобы запугать людей.
Не для того, чтобы. Ее можно делать в растянутом варианте, главный ее результат в том, чтобы человек для себя на какие-то вопросы ответил, и подумал: а вообще нужно мне это или не нужно?
Мне-то это нужно, потому что очень часто люди принимают посвящение, и у них при этом очень странные представления о том, что должно дать им посвящение. Они думают, что это некие мистические события должны произойти.
Понятно, что без мистики при этом не обходится. Но гораздо больше каких-то других реальных вещей за этим стоит. И человек не понимает, какую ответственность он при этом берет. Он не понимает, что ему нужно сделать.
Это примерно как юноша и девушка. Им понравилось, они понравились друг другу. Ну, вроде красивый, так смотрят все по поверхности, они приходят.
При этом: «Поженимся, поженимся» — вообще ни проблема, давай. Нет, ни малейшего понимания, что это значит, какие обязательства нужно на себя принять, готов я или не готов принять эти обязательства.
Реально, буду я это делать или не буду это делать. И поэтому люди получают посвящение, потом уходят. Сколько таких людей было и на моей памяти, человек получил, у него были какие-то иллюзорные представления.
Он не понимает, с какими сложностями ему нужно столкнуться, зачем он это делает, какую помощь он может получить, какую помощь он не может получить, что ему самому нужно сделать.
И по сути дела, все эти курсы, какие-то и книги, которые мы предлагаем прочитать, изучить, они нужны для того, чтобы человек мог для себя на эти вопросы ответить. Будь моя воля, если бы я.
Ну, то есть, по-хорошему не нужны были никакие экзаменаторы. Но, к сожалению, люди так устроены, что им нужно. Многие люди ценят, когда есть некая внешняя система, им трудно дисциплинировать самим себя.
Но в конечном счете это нужно не мне, экзаменаторам, это нужно вам. И не нужно торопиться, не нужно напрягаться, если разные могут быть вещи. Человек может не очень хорошо знать язык.
В Прибалтике, например, люди не очень хорошо знают русский язык. А им можно устно ответить на какие-то вопросы. Суть именно в том, что я посидел и подумал. Не просто галочку поставил. Это не упражнение для галочки.
Так не что-то, что нужно просто, чтобы отметил галочку, прошел, а чтобы заставить человека подумать. Потому что, когда очень много слепых последователей накапливается, очень тяжелая обстановка возникает.
Людям не нужно там идти, но у них для них личность духовного учителя с его какими-то качествами слишком большой магнит, они по-хорошему и уйти не могут, потому что, ну, как бы, ну вот, не могут. И оставаться им сложно.
Я очень хорошо видел это в конце 90-х, когда очень много людей таких пришло, и им в тягость была, они хотели уйти и не могли уйти.
И тогда Кришна устроил определенные лилы, Парикит свами, поменял как-то свои представления и всё что-то такое. с вами, поменял как-то свои представления и все, что такое. Таким образом, у людей опять свобода возникла.
Каждый человек опять подумал: а мне нужно это или нет? Для чего я здесь? Почему я здесь? То есть в этом был смысл очень глубокий, на мой взгляд, философский смысл какой-то.
И просто, Я видел, как люди опять же, движимые каким-то искренним первым энтузиазмом, но не додумавшие до конца, как они свою жизнь портили, они в течение какого-то времени занимались чем-то, потом оказывалось, что им это не нужно, они обижались, еще что-то такое.
То есть, еще раз: главный смысл всего этого в том, чтобы вы могли подумать. И до конца понять, нужно это или не нужно, и кому это нужно. Я свое дело делаю. Я учу. Плохо ли, хорошо ли, не мне судить. Что сам понял, тому учу.
Теперь вы свое дело должны делать. Если вы хотите. Это поразительная вещь. Много людей говорят: мы хотим стать учениками, но учиться не хотим. Какой в этом смысл утверждений?
Ну, понятно, что были люди, которые прошмыгнули до этого. Обидно смотришь: вот как получил без особого труда. Ну, просто тут не надо.
У меня есть ученики других учителей, которые записываются на эту платформу и начинают там на пранам-мантру проходить эти курсы, благодарят. Есть люди, которые же давно первую и вторую инициацию получили и проходят еще раз, чтобы как-то понять и ответить.
И системность нужна, потому что если человек не научился арифметике, то он не сможет, я не знаю, интегральные уравнения решать, чтобы научиться решать интегральные уравнения — нужно фундамент какой-то.
Это, по сути дела, какой-то фундамент небольшой. Если вы считаете, что что-то слишком сложное... Ну, скажите, что это слишком сложно. Дайте что-нибудь еще. Найдем что-нибудь еще попроще.
Но в конце концов, ничего особенно сложного нету тут. И многие люди, они действительно очень сильно благодарят. Понятно, что все заняты, что времени нет, но торопиться тоже некуда. Успеть можно потихонечку все сделать.
Я знаю, что академия, она очень строгая. Ну, это тоже хорошо. Надо иметь строгих. Но еще раз, смысл не в том, чтобы что-то запомнить, а в том, чтобы что-то внутри себя понять.
И есть у меня грех — слишком санскрит люблю какой-то. Пропускайте все, неважно. Санскрит — не так важно. Вы пытаетесь понять суть? Ну, вот, наверное, все, что можно было по этому поводу сказать, да?
Важность слушания в практике бхакти
Есть какие-то вопросы, может быть? Хорошо, знаете.
Вот очень тяжело вот эту систему оставить перед другими. Вот те, кто не учатся, ну, в смысле, может быть, какие-то другие ученики, с которыми ты в служении сталкиваешься, ну вот как у тебя — как-то вот что у меня, да, да.
И говорят: «Ой, ну смысл же служения, типа, конечно, цель — живому служению, вот и как бы сам». Я помню, в свое время это был 1998 год. Мне задал один человек, который тоже примерно такую же философию исповедовал:
А мы какой йогой занимаемся? Спросил он после лекции. Где я говорил о необходимости шраванам: мы какой йогой занимаемся? Бхакти-йогой или шравана-йогой? Когда я услышал этот вопрос, я понял всю безнадежность ситуации.
Потому что когда Прахлада Махараджа описывает бхакти-йогу, он начинает со слова шравана. Бхакти-йога начинается со слушания. И служение или желание служить должно быть результатом слушания.
Если у меня возникает желание служить, энтузиазм, желание действительно служить, сделать в результате слушания — то это правильное настроение. Потому что я понимаю, для чего я это делаю, зачем я это делаю.
Если я просто служу, что-то делаю, картошку чищу на кухне, и при этом думаю, что Кришна очень доволен мной, что я чищу картошку на кухне. Ну, не факт, потому что мотивы у меня могут быть разные.
То есть на самом деле отставить это совсем не сложно.
Бхакти-йога заключается в том, откройте Шримад-Бхагаватам, там говорится, что если человек что-то делает и у него не появляется привязанности к рассказам что если человек что-то делает и у него не появляется привязанности к рассказам о Кришне, то тогда все то, что он делает, шрама, эва, хи, кевалам, все это напрасный труд.
Сута Госвами взял практически все эмфатические частицы, которые есть в санскрите. Он сказал: шрама, шрама значит напрасный труд, эва — поистине, хи — поистине, кевалам — только исключительно.
То есть он три раза сказал, что если у вас не возникло в результате какого-то служения или вашей деятельности, привязанности к слушанию о Кришне, то все было напрасно, оно не нужно было.
Все наше служение, как его ни назови, оно все не имеет под собой какой-то основы. Бхакти начинается со шравана. А бхакти не начинается с чистки картошки.
Просто благодаря тому, что мы чистим картошку, служение Кришне может вернуться. Так что я не понимаю этого.
Различие между верой и суевериями
Просто одну еще очень важную вещь хочу сказать по всему этому поводу: мы живем в обществе, и у нас у преданных возник свой микросоциум со своими предрассудками, любое общество порождает предрассудки.
Любое общество порождает какие-то нормы, которые не имеют под собой основы, много мифов возникает, еще каких-то странных представлений. И мы живем и мы впитываем все это в себя.
У людей странные представления о том, что такое бхакти-йога, как в конце концов человек может прийти к Кришне, что он для этого должен делать, чего он не должен делать. Они делятся этим щедро.
Это то, что называется лока-шраддха или просто, ну, какая-то. По сути дела, не вера настоящая, а предрассудки, суеверие. Есть вера, и есть суеверие.
И люди, вращаясь в обществе преданных, они получают какую-то веру, безусловно, и получают огромное количество суеверий.
Если взять любую традиционную религию, там уже от веры почти ничего не осталось, она вся загромождена, уже трудно до сути докопаться, одни суеверия какие-то. Если вы придете в церковь, обязательно там будет вам бабушка, которая вам скажет, что вы не так надели на себя там платочек. Все без платочка вас Бог не примет там.
Спросить у этой бабушки, а что, действительно для Бога, так платочек важен? Она не сможет процитировать Шастру, где говорится про платочек, но для нее все это связано, завязано на этот платочек, или еще на что-то.
То есть мы естественным образом, как губки, впитываем огромное количество суеверий. Но надо отличать суеверия от настоящей веры. И не надо идти на поводу у этих суеверий. Шрила Прабхупада принес науку. Он не стеснялся.
Он своим там хиппи, которые были, послушайте его лекцию: там одну санскритскую шлоку за другую. Они ничего не понимают, не бум-бум. Они только что ЛСД приняли. Не до этого.
Но он не снижает стандарт, он говорит: вот, шастра, это наука. И оно доходит, в конце концов, доходит. Как я тоже немножко тоже не система человек,
ну люблю, когда меня в систему, да, но вот я приучаю себя, но хочу сказать, а как вот такая вот некая гордыня появляется по отношению к другим, у И у вас гордыня не появится, если вы не будете это делать по отношению к тем, кто это делает, как вы уже сказали.
И гордыня не появится, если вы будете это делать по отношению к тем, кто это не делает. Это не важно. Гордыня, она к этому никакого отношения не имеет. Гордыня ищет повода, чтоб появиться. Поэтому дело не в этом.
Дело в гордыне. Надо гордыню отложить и понять, что гордиться мне абсолютно нечем. Ну, нечем мне гордиться. Ну, я горжусь, потому что мне хочется гордиться. А уж чем гордиться, это уже другой вопрос.
Главное, что у меня есть потребность гордиться. Была бы потребность, чем найдется? Она или есть, или ее нет, да. Либо есть потребность гордиться, либо нет.
Не то, что она в результате того, что я что-то там изучаю, появляется. Оно просто есть. Наоборот, если человек изучает что-то, он понимает, насколько он вообще далеко.
Когда человек изучает, по-хорошему у него смирение должно появляться. Я, например, я совершенно искренне говорю, это не лукавство, я не знаю философии, но так как я знаю, лучше вас я могу учить.
Но с точки зрения, скажем так, какого-то очень высокого стандарта по моим собственным требованиям, мне еще очень много нужно, чтобы действительно как-то считать себя, что я что-то такое понял.
Это как Сократ, который обошел всех мудрецов и понял, что я действительно мудрее всех. Почему? Потому что я единственный из всех, кого я обошел, всех других мудрецов на Пелопоннесском полуострове.
А кого я обошел? Кто понимает, что я ничего не знаю. Они не знают даже этого, поэтому я знаю больше их. Вот собственно и все.
Роль любви и поддержки в кризисах
Этим я отличаюсь от них, тем, что я знаю, до какой степени я ничего не знаю.
Я хотела бы спросить такое явление, как я в своей жизни проходила то, что не было такого прямо сначала системного знания, чтобы прямо понять, что вот это кризисы, вот они тогда бывают, такие характеристики, как идти.
Наверное, не сумела еще дойти, охватить, но я столкнулась с чем? С тем, что люди приходят и начинают обучаться. То есть конкретно они получают это знание о детализации пути, о кризисах и так далее.
Несмотря на то, что они теоретически все это хорошо усвоили и очень хорошо как, очень разумные люди. Когда подходит этот кризис, а человек схлопывается, и он просто как будто больше ничего не помнит и ничего не слышит.
По одной простой причине: потому что нет отношений каких-то. Теория — это не все, это даже не половина дела. Это всего лишь небольшая часть, которая должна привести в какой-то порядок наши мысли.
Но в конце концов, когда человеку сложно, то теория не помогает, помогает любовь. Если человек чувствует энергию любви, поддержки, принятия в этой сложной ситуации, то тогда он пройдет через сложную ситуацию.
Если он не чувствует, он сам этой теории может кому угодно научить.
Теория нужна для того, чтобы он действительно, чтобы, во-первых, он понимал, с кем ему нужно общаться, какого общества ему нужно хотеть — с одной стороны, кого ему нужно избегать. Теория нужна для других тоже вещей.
Но в момент, когда человеку плохо, ему нужна не теория, ему нужна... Ему любовь нужна. От других людей, да? От других людей, да. От тех людей, у которых сейчас в данный момент, больше сил. Рано или поздно мы все ослабеваем.
Человек так устроен. И в принципе, в этом нет ничего дурного. Мы должны почувствовать, что мы слабые. Но в какой-то момент нам кажется, что мы сильны. В этот момент нам нужно поддерживать тех, кто сейчас ослабел.
Но рано или поздно у каждого бывают моменты слабости, минуты слабости. И в это время теория помогает понять, как-то, посмотреть, может быть, не сделать каких-то совсем больших глупостей.
Если у человека нет хорошей теории, то он как-то не закрепился, то он гораздо больше глупостей сделает. Но по-настоящему помочь в этой ситуации может только вот эта энергия любви, принятия.
Можете как-то немножко раскрыть этот момент, потому что когда у кого-то, например, сложности такие, хочется — Не то, что хочется, знаешь, что надо посоветовать, что сказать надо. А вот как именно проявить эту любовь по отношению к человеку?
В чем он нуждается помимо совета, вот именно с точки зрения Он
должен чувствовать, что его принимают, что даже вот такой, какой он есть, ослабленный, ослабший, капризный, с какими-то претензиями, еще с чем-то. Тем не менее, люди его таким принимают. Это первое.
То есть, человек должен почувствовать, что меня не отвергают в этот момент. Что пока у меня все было хорошо, да, я был хороший, все меня принимали, все было здорово.
А сейчас, вот сразу же на меня поучают, наставляют, и еще что-то такое. Главное, что человек знает, что у меня есть прибежище. В конце концов, мы пришли сюда за прибежищем.
И прибежище нам могут дать только другие люди, отношения и в конце концов, Бог. Ну, когда у нас нет личного ощущения, связи с Ним, то тогда другие люди должны нам это дать.
И когда Когда есть любовь, то есть поддержка от другого человека, то можно даже что-то сказать.
Но сказать можно потом, как Кришна, Он говорит достаточно суровые вещи Арджуне. Но сначала он его принял полностью, несмотря на всю слабость, он его даже поругал, но при этом Арджуна чувствует, что его приняли.
Что очень важно, в начале нужно дать человеку высказаться. Мы видим это в Бхагавад-гите. В Бхагавад-гите Арджуна говорит, говорит, Кришна молчит. Кришна вообще ни слова не сказал.
Арджуна говорит и так, и всяк, и то, и всё. Потом Кришна ему пару слов сказал суровых: как же ты так можешь! Ты вспомни о себе. Арджуна начинает опять что-то говорить. И потихоньку-потихоньку его пыл спадает.
Он как бы Он понимает, что что-то я несу не то. Но вначале нужно было все это выплеснуть. У меня был случай в моей жизни, когда я нашел своего духовного учителя, я ему все выплеснул.
Он долго меня слушал, слушал, слушал, слушал. И при этом я понимал, я несу чушь полную, но меня послушали. Потом сказал несколько вещей, которые остались у меня. Но сначала он выслушал меня.
В чем эта энергия принятия заключается? В том, что человек выслушивает, и дают ему выговориться до конца, кивают головой, а потом говорят: ну давай подумаем. Успокоился, давай подумаем. Что на самом деле, как, куда. Вот.
И Кришна даст разум человеку, который хочет помочь другому человеку: что нужно сказать, что не нужно сказать. Если отношения есть, вот.
Правильное понимание косвенной проповеди
Он как бы даст какой-то разум или понимание. Может, еще у кого-то есть? Есть, да. Несколько вопрос, сколько вот я буду вставать.
Я стал прямая пробовать, у меня, видимо, пока еще из-за отсутствия опыта практически никакая, но зато косвенная, более успешно. Я как-то вот к нему приглядывался, что-то какой-то необычный, вот туда с не дежки, тот лето, и многие начинают действовать, как и я. И вот я стал наблюдать и как-то обратил...
Друзья, можно?
В общем, так я понимаю, если в этом есть какое-то разумное зерно, подскажите, пожалуйста, вот Бог, Он один, нас много, мы все разные, поэтому каждому подбирает свой ключ через определенные религии. Поэтому, а, так сказать, люди, которые именно верующие, имеют веру, они понимают, что Бог стоит над религиозными принципами. Люди религиозные, для которых важна не вера в Бога, а соблюдение религиозных
принципов, они находятся на этом материалистическом уровне и ругаются друг с другом в связи с природой человека, что материалистам доказать, что я главнее другого, они вот из-за этого конфликтуют.
И если это можно так-то сравнить, то Бог — это как радуга, а цвета в единой радуге — это различные религиозные течения, потому что если будет доминировать какое-то одно течение, то радуга, она потеряет вот эту свою красоту.
всего. Первое.
Мы можем проповедовать только то, что мы сами реализовали. И поэтому не нужно пытаться говорить о чем-то, чего я сам не понимаю. Когда люди пытаются говорить о чем-то, чего они не понимают, они в конце концов очень злятся, они пытаются обрушить на человека догмы, поэтому ничего страшного нет.
Вот ровно столько, сколько сами реализовались, столько другими давайте, больше мы дать все равно не можем.
Если я до конца понимаю, что быть вегетарианцем хорошо и не есть мясо — хорошо, то моя проповедь вполне может ограничиваться этой простой истиной, потому что больше я все равно сам не понял еще.
У меня у самого нету какой-то, ну что ли, уверенности. А когда люди начинают еще раз говорить что-то, что они сами не реализовали, это превращается в догмы.
Я был свидетелем того, как преданные других, опускали на людей догмы, и нормальные люди разбегались, ненормальные оставались. Поэтому говорить нужно то, что я действительно понял. Это первое. Второе.
Что касается косвенной проповеди, то есть косвенной проповеди, есть косвенная проповедь. Есть неправильная косвенная проповедь, а есть правильная косвенная проповедь. Я только сегодня говорил об этом.
Что значит косвенная проповедь? Косвенная проповедь значит, что мы не говорим все сразу, правильно?
И если речь идет о том, чтобы не говорить всю философию сразу, которую мы сами-то, может быть, толком и не понимаем, а говорить какую-то часть философии или какие-то принципы, еще что-то такое научное и понятное, то это нормально. Чем иногда люди ругают косвенную проповедь, за что ее можно и нужно ругать?
Это когда проповедник так называемый косвенный проповедник дает людям в конечном счете другую цель, и другой метод Шрила Прабхупада о самых других религиях говорил, что менять религию.
Поймите, что цель любой религии — Бога. И это нужно очень твердо установить. И в принципе, любой разумный человек, какой бы религии он ни следовал, он согласится с этим, если он не буддист.
Так, буддист с этим не согласится, но они в каком смысле тоже хотят полюбить Будду, стать Буддой, но отложены.
В частности, косвенная проповедь, когда мы даем какую-то часть теории и помогаем, которая поможет им осознать себя в целом. Это нормально. Например, человек ест мясо, мы проповедуем.
Конечно, для чего мы проповедуем? Для того, чтобы человеку легче было понять, что он душа. Правильно, если я убиваю и живу за счет тел других живых существ, я никогда не пойму, что я сам душа, потому что я никогда не увижу душу, кого я убиваю.
Но косвенная проповедь становится подменой, когда люди говорят: ну, вот, ну вот это нужно, конечно, все-таки для того, чтобы ты хорошо жил, тут в этом мире.
Вот это уже нехорошо, потому что в этом мире невозможно хорошо жить и удобно устроиться. Этот мир не для этого предназначен.
То есть, если мы человеку показываем правильную цель и говорим, как Шрила Прабхупада, когда он разговаривает с христианами, он говорит: в псалмах, в Псалтири говорится: воспевайте имя Господа. Так.
А это способ обрести любовь.
Бхактивинода Тхакур такую интересную вещь говорит, я недавно читал: он говорит: вайшнав и христианин — они приходят к одним и тем же выводам, но так как они приходят по-разному, они будут ссориться до хрипоты друг с другом, хотя выводы одни и те же.
Но выводы должны быть одни и те же — выводы какие? Цель — любовь к Богу, как ее можно обрести через молитву, через имя Бога, через слушание о Боге?
Если мы, в конце концов, что-то людям даем, то мы можем очень много говорить на уровне понимания того, кто они такие. Как мы объясняем людям, кто они такие.
Тут очень много может быть аргументов, почему это нужно делать, это нужно делать, но в конце концов, ну, как бы вот правду не нужно скрывать. То, что наша цель - прийти к Богу, а не оставаться здесь.
Очень плохо будет, если подмена будет вот в этой части: то, что наша цель - ну, как-то хорошо устроиться здесь, следовать каким-то хорошим принципам, быть хорошим человеком. Наша цель не быть хорошим человеком.
Наша цель - обрести любовь.
И на мой взгляд, есть хорошая косвенная проповедь, есть нехорошая косвенная проповедь, если мы не поступаемся против истины, даем людям истину, но в каких-то ограниченных размерах, которые они могут принять.
Это нормально. Нет необходимости говорить им больше. Если мы... То есть можно считать удачным примером косвенную проповедь. То, что у нас была команда, группа, ребята, собирались.
Я там был единственный вегетарианец, они думали, ну, чуть поподтрунивали. А через какое-то время я узнал, что один из них мало того, что сам стал вегетарианцем.
Так он сделал вегетарианцем свою жену, свою дочь, свою сестру. Да. Она пришла сюда, в храм. Здесь она нашла себе поддержку мира. Это уже слишком успешно. Чересчур успешно. Получилось вот такая вот специфика.
То есть, вот это можно, да, как-то? Положительно примерно? Ну, с какой точки зрения посмотреть. Но в целом, да. Если еще раз, если люди начинают понимать, что они души, что им нужно.
Для того, чтобы стать счастливыми, им нужно как-то реализовать свою духовную природу. Это уже успех.
А так да, у людей разные пути будут, и не все, не все готовы, не все и нужно понимать, что разные проповедники в разной степени способны ну, как бы дать людям что-то. Не все смогут дать все.
Кто-то сможет что-то дать, кто-то не сможет. Шила Прабхупада мог дать невероятные вещи совершенно неприспособленным людям. Мы не относимся к той же категории.
То есть звук, который исходит от нас, он имеет определенную силу и пока по мере того, как я практикую, утверждаюсь в истине, сила этого звука станет больше и больше и больше.
Влияние фиксации на времени на эмоции
Да, большую силу, большую трансформирующую способность.
В одной из лекций, Гуру Махарадж, вы сказали, что если мы не находимся в настоящем, то есть мы или в будущем на уровне ума, или же в прошлом, то наши чувства атрофируются. Вот этот момент нам был интересен.
Ведь если мы в будущем, хотя мы можем строить иллюзии, или же мы в прошлом, всё равно наши чувства как-то задействованы. Когда мы думаем о будущем, основная эмоция, которая у нас есть, это тревога или страх перед будущим.
В основном человек боится, что будет дальше, что будет. Понятно, что иногда он предвкушает что-то - что сейчас должно случиться.
Но в целом обычно размышления о будущем основаны на этой эмоции страха, и размышления о прошлом, как правило, связаны с неким чувством вины, сожаления. Вина и страх - это в общем-то очень похожие вещи,
потому что чувство вины — это страх за последствия того, что я сделал. Сожаление о том, что я сделал что-то или упустил что-то. Но это всё, ну скажем так, достаточно.
Это эмоции, конечно же, но они достаточно примитивные эмоции. Эмоции страха очень примитивные. У ящерицы тоже есть эмоции страха, у кошки есть эмоции страха.
Но уже, скажем так, такие чувства, как благодарность, не говоря уже о том, как любовь, служение, желание сделать что-то, желание открыть — они все в настоящем. Я думала, вы говорите, атрофируется.
Я подумала, вообще тогда уже что-то теряешь, не чувствуешь. Оказывается, эмоции другие. Другие, да. Другие. Страх — это... Страх никогда не атрофируется. Страх — единственная эмоция,
которую хотелось бы, чтобы она атрофировалась, но она не атрофируется никак. Махарадж хотел точно сказать.
По поводу слушания ваших лекций даже не по обучению, но не по обучению, если взгляд, ну у меня есть такая потребность, это все проговаривать. Мне вот хочется найти свободные уши и вот это вот всё рассказать. То есть после этого, ну то есть какой-то выход в этом случае посоветует. Это нормально.
С шраваном, киртаном, после шравана идет киртан. Я услышал, рассказал это. Естественно, когда я рассказываю, у меня укладывается.
Или те, кто готов слушать, ну как бы, я не знаю, вот оно я чувствую, что если они будут уговариваться, ну как-то что-то не то там будет происходить. Есть интернет. Да, да, да, да. Именно это я хотел посоветовать.
Всегда найдется кто-нибудь. Конечно, она укладывается. Нормально. Нормально. Собирайтесь вместе, рассказывайте друг другу, делитесь. Кришна об этом говорит. Матч-тамат-гата-пранабдантас-парас-парам.
С другой стороны, когда ты только оказывается, что тебя вот просят выступить, и вам там надо сказать, и сразу какой-то страх появляется. Понимаешь, что ты ни фига лекцию не правишь. Ты думаешь? Вот.
И вот какой-то вот мандраж, это такой вот, и еще это. Ну, это заставит вас просто еще раз более внимательно послушать, не волнуйтесь. Ну, это вот личный вопрос, который я не хотела.
Да, да, да, хорошо. Я думаю, что уже надо нам кончать, наверное, наша встреча. Я хотел спросить: у вас тоже есть кромешные вопросы? Хорошо, мы можем лучше. Хорошо. Хорошо. Все, тогда спасибо большое.