Бхаджан-ретрит. Шри Шачисуташтака
Bhakti Vijnana Goswami · Govardhan · 2025
Chapters
Цель ретрита и наследие ачарьев
Кнаре. 12-2-1 пандеруна, так прависхи мачимасутам. Санживая такилашти драксам, анястача Шарна, шрама, двагади, праннаму багавати, рушая тубим, свався ту вишвасякалах, праседъм, дянку бутани, шривам ми туди, манашча-1-2-1.
Я приветствую вас всех, собравшихся здесь, на баджан-ретрит. Изначально мы задумывали этот ретрит как ретрит, так или иначе связанный с Троицей, в месяц бхадрапада, в тот месяц, который идет сейчас.
В предпоследний день этого месяца, на следующий день после Вамана-двадаши, Шрила Бхактивинода Тхакур явился в этот мир, и один из его величайших вкладов был, бхакти,
в том виде, в каком мы знаем гаудия-вайшнавизм, это сборники песен, стихов, написанные в сборнике баджанов. И в этих баджанах он, по сути дела, изложил всю философию. Писал их на бенгали,
так чтобы сделать их доступными простым людям, чтобы самые возвышенные истины, скрытые в санскритских трудах госвами Вриндавана, стали легко доступны обычным людям,
и для нас они снова оказались скрытыми, потому что мы не знаем бенгали.
С этой целью мы задумали баджан-ретрит — это первая, что ли, репетиция такого ретрита, когда мы пытаемся почувствовать бхаву, отраженную в баджанах наших ачарьев.
Контекст создания молитвы Шри Шачи-суташтака
Сегодня сначала расскажу смысл, потом спою. Баджан написан на санскрите Сарвабхаумой Бхаттачарией, знаменитый баджан, который называется «Шри Шачи- суташтака». Пранамами Шачи-сута-гудава рама.
Рассказывать смысл этого баджана можно несколько дней и при этом не исчерпать до конца все то, что вложено Сарвабхаумой Бхаттачарией в этот баджан.
Поэтому я очень коротко коснусь его, особенно с учетом того, что за мной остался долг, и мы еще должны с вами спеть радихи ки махарани ки джай бол варшана васи ки джай.
Я каждый день тренируюсь с этим баджаном, так что я вполне себе чувствую готовность. Но сначала мы попытаемся с вами все вместе коллективно перенестись на примерно 500 лет назад,
в Джаганнатха-Пури, в знаменитое святое место, связанное с Господом Джаганнатхой, куда в 1512 или 13 году пришел Господь Чайтанья, чтобы провести там последние 24 года своей жизни. Даже раньше. Ну, не так важна, дата.
Мы с вами живем в физическом времени, мы живем в другом времени, поэтому нам нетрудно будет перенестись мысленно на 500 с лишним лет назад в Джаганнатха-Пури и увидеть Господа Чайтанью глазами Сарвабхаумы Бхаттачарьи.
Сарвабхаума Бхаттачарья — один из героев «Чайтанья-чаритамриты», не случайно был послан Господом Чайтаньей в этот мир, потому что ему предстояло сыграть очень важную роль в «Чайтанья-чаритамрите».
Роль Сарвабхаумы Бхаттачарьи заключалась в том,
что он должен был показать, что самые отъявленные скептики - люди, чей разум был натренирован в логике, что даже они под напором чувств, которые испытывал Господь Чайтанья, настолько ощутимых и видимых, что они переливались через край и распространялись на всех, кто созерцал его, даже он не смог удержаться в бастионе своей логики.
Даже он сдался, его крепость пала,
и тем самым он должен показать пример нам людям, зараженным западным рационализмом, западной философией, которая в высшей степени рациональна, и этот рационализм, он понятное дело, начался не в Индии в 16 веке, а Рационализм наследниками которого мы являемся, он начался в эпоху просвещения.
Основоположниками его явились философы французского просвещения, атеисты.
И этот яд рационализма, который мешает человеку поверить в Бога и в самые высшие проявления любви, в самые возвышенные, в самые тонкие, он очень глубоко проник в наше существо.
Сарвабхаума Бхаттачарья, наряду с Джагаем и Мадаем, и другими, Пракашананда Сарасвати и другими архетипическими фигурами, которых обратил Господь
Чайтанья во время своей лилы должен продемонстрировать нам, что нам нет смысла держаться за какие-то жалкие обрывки своих рациональных идей, и лучше податься этому махровому мистицизму, который делает человека абсолютно счастливым,
принесенному Господом Чайтаньей. Лучше просто раскрыть свое сердце навстречу этим совершенно невероятным истинам о том, что Бог не просто постижим, Он еще и может играть
непосредственную роль в нашей жизни, мало того, что Он может играть непосредственную роль в нашей жизни, Он еще и к тому же влюбленный юноша, вечно влюбленный вечный юноша, и просто само размышление о Нем и медитации
о Нем являются самым верным способом спасения. Мы все ищем спасения, мы все понимаем, что нам нужно так или иначе спастись. Я уже говорил в какой-то из наших разговоров здесь,
каких-то, о том, что, да, когда я рассказывал бхаджан Бхактивиноды Тхакура, махараджа, о том, что в ведической культуре есть множество разных упай, способов спасения, избавления от каких-то страданий, множество секретных мантр.
Может быть, я говорил об этом во время лекции про Путану. Так или иначе, я говорил про эти упаи, и Господь Чайтанья принес с собой, подчеркнул роль самой великой упаи, святого
имени: «Намо маха-ваданьяй кришна-према-прадая те кришнайа кришна-чайтанья-намне гаура-твише намах».
«Ниджа-гупта-витама, старинное сокровище, которое скрывалось в течение долгого времени, я припадаю к стопам Господа Чайтаньи», — которое он стал раздавать. «Ниджа-гупта-витам —
скрытое сокровище, сокровище, недоступное большинству людей, которое не давали в течение долгого времени. Чирата-даттам.
Никто не давал это. Ниджа-гупта-витам — это самое сокровенное сокровище, сва-према, любовь, према и экстатическая любовь к самому Кришне», — «ати-ударах».
История бенгальской школы логики Нава-ньяя
И эта сва-према находится в амрите, в нектаре нама, святого имени, он стал раздавать этот нектар очень щедро, и поэтому он «ати-ударах», он очень щедрый, а «пара-йога-видатара гаурах».
Этот Гаура стал видатара, распространять этот нектар. Кому? «Апамара». Памара значит, самые падшие люди, самые недостойные люди.
Этот Гаура стал раздавать его всем, и как я уже сказал, Сарвабхаума Бхаттачарья является в каком-то смысле архетипом, представляет собой некий архетипический персонаж, который олицетворяет собой, олицетворяет в своей личности этот дух рационализма.
Он совершил невозможное в свое время. Гангеша Упадхьяя в Митхиле
изобрел в Бенгалии очень изощренную систему логики, новую систему логики, по сути дела, написав комментарий к одному стиху из старой системы логики, которую проповедовал Гаутама.
И эта система была такой изощренной, такой тонкой, что сразу же митхильские брахманы, последователи Гангеши Упадхьяи, их богатство, их влияние, их вес, их слава выросли во много-много
раз, но они с очень большой настороженностью относились к студентам из Бенгалии.
Когда студенты из Бенгалии приезжали в Митхилу для того, чтобы поучиться у них, они очень тщательно оберегали от них изначальные источники, учили их только устно, не открывали каких-то самых сокровенных секретов, потому что они знали, что бенгальцы
умнее бихарцев, и потому, не дай бог, если бенгальцы украдут эту логику, то соответственно, вместе с бенгальцами уйдет слава бихарских пандитов, а вместе с этой славой уйдет их богатство.
Сарвабхаума Бхаттачарья притворился бедным, несчастным, неграмотным студентом, отправился в Митхилу и совершил практически невозможное, выучил наизусть весь учебник Гангеши Упадхьяи с одного раза и открыл свою собственную школу нава-ньяи, обогатив изначальный логический труд.
И соответственно, эта школа нава-ньяи, которую открыл Сарвабхаума Бхаттачарья на Навадвипе, она затмила славу Митхильской школы навсегда,
навек, и соответственно, Сарвабхаума Бхаттачарья был тем, кто похоронил нава-ньяю в месте ее рождения в Бихаре и перенес центр нава-ньяи.
И среди его учеников был знаменитый логик Рагунат, который написал комментарий на труд. Сарвабхаумы Бхаттачарьи этот комментарий считается непревзойденным трудом по логике до сих пор.
Западные люди не могут даже приблизиться к этому, а когда приближаются, сразу же отскакивают. Я несколько раз пытался ее изучать, и так и не понял вообще, зачем она нужна, с чем ее едят?
Но я честно пытался, честно старался следовать стопам Господа Чайтаньи, который достиг совершенства в этом предмете. Среди его учеников был знаменитый тантрик Рагхунандана,
и среди его учеников был кто... Кто написал новую дхарма-шастру, по которой до сих пор живут бенгальцы, то и Сарвабхаума Бхаттачарья был величайшим философом, величайшим знатоком ведической культуры.
В какой-то момент он переехал из Навадвипы, ему не повезло, и Господь Чайтанья, юный Нимай Пандит, он прогремел в Навадвипе уже после того, как Сарвабхаума Бхаттачарья переехал в Джаганнатха-Пури и стал учителем всех пандитов Джаганнатха- Пури и самого царя Джаганнатха- Пури, получал щедрое жалование от Махараджи Пратапарудры и был одним из украшений двора Махараджа Пратапарудры.
В Средние века индийские раджи, они старались украсить свою славу не только военными подвигами, но также пандитами, великими знатоками астрологии, поэзии и так далее, которых собирали при своем дворе и щедро оплачивали их нужды для того, чтобы доказать славу своего правления.
Первая встреча Сарвабхаумы с Господом Чайтаньей
Махараджа Пратапарудра, будучи могущественным царем, не избежал этой участи, и он тоже переманил Сарвабхауму Бхаттачарию из Навадвипы себе в Джаганнатха-Пури.
И мы знаем эту первую встречу Сарвабхаумы Бхаттачарьи с Господом Чайтаньей, когда он, увидев признаки экстатической любви, проявившейся в теле молодого санньяси, проникся благоговением к этому юноше.
Первая его реакция была: «О, это некто очень особенный». Но потом он узнал, кто такой Господь Чайтанья.
Потом Он узнал, что Он из той же самой деревни, что и сам Сарвабхаума Бхаттачарья, что он его земляк из Навадвипы, что он сын бедного и, в общем-то, не очень знаменитого брамана Джаганнатхи Мишры,
и сразу же его уровень почтения снизился до, скажем так, некого такого слегка пренебрежительного отношения к молодому талантливому человеку, который может украсить мою славу, став моим учеником.
Сарвабхаума Бхаттачарья именно с этой целью пригласил к себе Господа Чайтанью после того, как он, ну, скажем так, почувствовал свое превосходство после первого очень естественного приступа счастья, благоговения и почтения, он подумал: «А не сделать ли его моим учеником?»
Он получил санньясу в какой-то непонятной, безвестной сампрадае, бхарата-сампрадае, второсортная сампрадая, настоящая сампрадая — это сампрадая, которая дает титул сарасвати, и я переманю его, и я найду какого-то настоящего санньяси из ордена Сарасвати, чтобы дать ему настоящее посвящение, сделаю из него звезду всех санньяси майявады.
Это была идея Сарвабхаумы Бхаттачарии, и эта идея, к сожалению, натолкнулась на невероятное сопротивление не со стороны Господа Чайтаньи. Сам Господь Чайтанья, очень смиренно сложив руки, с радостью согласился стать
учеником Сарвабхаумы Бхаттачарии и поблагодарил его.
Идея эта расшиблась из-за и полностью потерпела крах, потому что шурин Сарвабхаумы Бхаттачарии, Гопинатха Ачарья по какой-то причине, по невероятной удаче, был полностью уверен в том, что Господь Чайтанья — сам Бог.
Сарвабхаума Бхаттачария, услышав эти слова, которые были нестерпимы для его слуха, потому что, ну, что греха таить, в Бенгалии нетрудно стать самим Богом.
Даже сейчас, если вы поедете в Маяпур, то там на базаре, который ведет к Кулар-гату через Гангу, чтобы переправиться и попасть в Навадвипу, там продают фотографии каких-то странных святых семейств, очень разных.
Иногда это целая семья святая, сошедшая сюда на землю. Иногда это очередная аватара, и немудрено запутаться.
Разные бородатые люди изображены на этих литографических иконках, которые простодушные бенгальцы с удовольствием покупают и ставят у себя на всякий случай, чтобы, не дай бог, не поклониться, не дай бог не пропустить очередное воплощение Бога, которое уже вот тут рядом находится и готово раздать свою милость.
Так вот, для Сарвабхаумы Бхаттачарии слова Гопинатха Ачарьи были как нож в сердце.
И он захотел спасти не только самого Господа Чайтанью от его сентиментализма, который он сразу же в нем учуял, но еще и от его последователей.
В общем-то, на самом деле, если от кого-то нас нужно спасать, то это прежде всего от наших последователей. Потому что если кто-то может нас испортить по-настоящему, то это последователи.
Последователи будут говорить вам всевозможные вещи, прославлять вас до небес, объяснять вам, какой вы великий, и будут делать это с завидным упрямством и последовательностью до тех пор, пока вы сами в это не поверите.
Сарвабхаума Бхаттачария подумал: «Его надо спасать. Если мой собственный шурин стал его фанатичным последователем, то что же говорить о других, скоро его окружит толпа этих людей, снующих туда-сюда, прославляющих его». Очень скоро он поверит, что он сам Бог, и что тогда, и все, это хороший, в общем-то, очень судя по виду, отреченной молодой саньяси, вся его судьба будет загублена из-за последователей.
Сарвабхауме Бхаттачарье появился этот азарт. Во что бы то ни стало я должен обратить юного Шри Кришну Чайтанью в истинную веру, и во что бы то ни стало я должен спасти его от его последователей.
Но, как я уже сказал, упрямство Гопинатха Ачарьи оказалось сильнее, потому что в ответ на азарт спасти Господа Чайтанью от его последователей у Гопинатха Ачарьи появилось другое желание: спасти своего шурина, или как он там называется, деверя. Я уж не знаю, как правильно все эти степени родства произносить, от его атеизма.
И азарт или желание Гопинатхи Ачарьи оказалось сильнее, потому что Гопинатх Ачарья дал обет.
Трансформация Сарвабхаумы и принятие бхакти
Он сказал: «Я не притронусь к пище до тех пор, пока муж моей сестры Сарвабхаума Бхаттачарья, этот отъявленный логик и атеист, в общем-то, полный абсолютно прожженный атеист, у которого ничего за душой, кроме логики, нет, который не может испытывать обычных человеческих чувств, до тех пор, пока он не станет последователем Господа Чайтаньи, не поверит, что Он Бог, я не притронусь к еде».
И когда Кришнадас Кавирадж услышал этот обет, он сказал: «Ну, придется что-то сделать».
И вся лила, связанная с обращением Сарвабхаумы Бхаттачари, она развернулась в результате этой коллизии, этого столкновения двух решимостей, и решимость преданного победила решимость атеиста, и атеист, неожиданно для себя после того, как он выслушал несколько объяснений от Атма-амара шлоки от Господа Чайтаньи, вдруг заплакал слезами счастья, заплакал как ребенок.
И с тех пор Сарвабхаума Бхаттачарья стал совершенно фанатичным последователем, может быть, самым фанатичным последователем из всех остальных Господа Чайтаньи.
Проповедуя Его славу, он написал «Чайтанья-шатаку» — сто стихов, прославляющих Господа Чайтанью. Эти стихи лились из него совершенно экспромтом, и несколько бхаджанов, которые описывают Господа Чайтанью.
Это «Шикшаштака»? Пранамами шикшаштака гораварам... Мы вот-вот уже начнем ее петь или объяснять. Она является таким бхаджаном Сарвабхаумы Бхаттачари, где он, по сути дела, описывает то, что он увидел глазами,
Смазанными бальзамом любви, когда его глаза сухие, хищные глаза человека, привыкшего видеть этот мир сквозь призму логики, сухой и достаточно бессмысленной логики, когда его глаза украсились бальзамом любви, то он увидел то, что описывает здесь, в этом баджане.
И он говорит в преамбуле к этому баджану: Пранамами Сачисута гораварам. Снова и снова я припадаю к стопам Сачисуты,
который — гораварам, лучший из золотокожих людей. Кожа Господа Чайтаньи была цвета расплавленного золота, о чем он будет не раз говорить здесь.
И он называет Господа Чайтанью Сачисутой, как большинство последователей Господа Чайтаньи всегда, когда они хотят обратиться к Нему, они вспоминают Его по имени Матери.
Мы знаем, что обращение к человеку, с упоминанием имени Отца, по крайней мере, в славянской традиции, в русской традиции, украинской традиции так или иначе, если мы хотим оказать какое-то почтение человеку, нужно вспомнить не только его имя, но имя его отца. Поэтому у нас есть отчество.
Но в ведической традиции иногда вспоминают имя отца, иногда вспоминают имя матери, и когда вспоминают имя матери, хотят сказать или хотят обратиться к самой чувствительной части сердца этого человека.
Если кто-то напомнит нам об имени нашего отца, непонятно, какие ассоциации возникнут в нашем сердце.
Но мать, по идее, должна пробуждать в нашем сердце самые трогательные ассоциации, потому что от матери мы получаем самую бескорыстную любовь.
Поэтому к Кришне иногда обращаются Нанданандана или Браджа-раджа-сута, иногда Яшода-нандана, или Яшода-сута, или Нанда-таная, иногда Кришну называют, вспоминают о нём с сута, илишода, но иногда нандатаная, иногда Кришну называют, вспоминают о нем с памятью о его отце, который очень много дал, иногда с именем матери.
Но очень редко Господа Чайтанью называют Джаганнатха-сутой. Хасутой. Гораздо чаще его называют Сачинанданой или Сачисутой, или Сачипутрой, или еще как-то.
Имя Его матери Шачи-деви украшает эпитеты Господа Чайтаньи, потому что Господь Чайтанья принес любовь. Какую любовь? Материнскую любовь. Он принес любовь Шримати Радхарани, а он принес ее Радху сюда, и поэтому, когда кто-то обращается к Господу Чайтанье, к Шачи-суте, то имеется в виду именно это.
Подробный разбор куплетов Шри Шачи-суташтаки
Значит, напоминая о цвете Его кожи, мы должны вспомнить цвет тапта-канчаны Гауранги, Шримати Радхарани, которая славится сиянием расплавленного золота.
И вначале он описывает сварупа- лакшану, то есть образ Господа Чайтаньи, в конце он начинает говорить о Его миссии, о Его деле, о Его проповеди, о том, что Он принес с собой.
Но вначале он рисует эту картину, и когда он рисует эту картину, а по крайней мере, в первых двух куплетах,
иногда в следующих куплетах, он все время повторяет «нава». Навапушпашарам, навадарам, наваласапарам, навахасьякарам, навахэма- варам. Весь первый куплет состоит из этих «нава», «нава» значит новый. Нава-гора-варам.
Пранамами Шачисута-гораварам, этот гора-варам, лучший из златокожих, он пришел, чтобы принести сюда что-то новое.
Господь Чайтанья принес нечто небывалое, нечто невиданное, нечто неслыханное, нечто непереживаемое, непережитое до Него.
И Сарвабхаума Бхаттачарья объясняет, что он родился заново. Что увидев Господа Чайтанью, погрузившись в бхавы Господа Чайтаньи, он стал сам новым. Эти бхавы обновили его.
Нава-гора-варам, нава-пушпашарам, пушпашарам, «пушпа» значит цветы, «шарам» значит стрелы, навапушпашарам. Мы знаем, кто стреляет цветочными стрелами, у нас тут в нашей
кундже должен быть сад Камадевы. Я не знаю, когда он появится, там должны быть эти пять цветов, которыми орудует Камадева для того, чтобы пленить человека и вселить в его сердце вожделение.
Но здесь Сарвабхаума Бхаттачарья говорит: навапушпашарам, он новыми стрелами цветочными оперирует. И когда стрела, выпущенная из лука этого нового Камадевы, пришедшего сюда снова,
а Господь Чайтанья, Его недаром иногда называли Камадевом, потому что одно из невероятных качеств или оружий Господа Чайтаньи, о которых говорит Шрила Джива Госвами в комментарии к стиху «Кришна-варна твиша кришнам са-па-гангастра-паршадам», он объясняет, что одним из Его оружий была Его красота. Он — Камадев, потому что Он пленяет сердца людей, и люди просто видят Его и пленяются. При этом мы сразу же должны вспомнить первую встречу Господа Чайтаньи с Сарвабхаумой Бхаттачарьей, когда он просто увидел этого молодого саньяси и любовь пробудилась в его сердце, но он быстренько ее затоптал своей гордыней,
своим пренебрежением, но тем не менее память об этом первом чувстве об этой первой эмоции осталась в сердце Сарвабхаумы Бхаттачарьи. Он несет в себе эти новые бхавы, и нава-ласья-парам, и
когда он переживает эти новые невиданные, неслыханные, непережитые до него бхавы, то он пускается в пляс, и этот пляс — совершенно танец, совершенно невероятный.
Как в любых плясках, в любых танцах есть уже какие-то отработанные свои там коленца какие-то жесты, которые должны соответствующую реакцию вызвать.
Но когда Господь Чайтанья танцевал, ласья-парам, ласья-парам значит, что все его сознание было там, в этом танце.
И когда он переживал эти навадам, новые бхавы, то соответственно танец, который получался в результате этого, был совершенно невиданным. Это было полностью импровизированный танец.
Там не было каких-то уже там, как мы видели, как танцуют местные враджабаси. У них есть эти отработанные движения. Господь Чайтанья не пользовался никакими отработанными движениями.
Бхава танцевала в нем, в его чувствах, в его ногах, в его руках, на его языке, и соответственно, эта бхава приводила к тому, что он погружался в танец.
Этот танец не был чем-то искусственным, не был чем-то вызванным, как иногда, чтобы подбавить экстаза во время гуру пуджи, мы подходим и начинаем толкать друг друга. Давай, давай, танцуй.
Нет, никто не подходил, Господь Чайтанья не подталкивал его, не выталкивал его в круг, не заставлял его крутиться. Бхава танцевала в нем.
И бхава она приводила к этому танцу нава-ласья- парам, нава-хасья-карам, так что все вокруг не могли сдержать смех.
Все хохотали, когда Господь Чайтанья танцевал, кто-то плакал, а кто-то хохотал, и это был совершенно новый смех, совершенно неслыханный, невиданный до этого смех. Нава-хасья-карам. Он вызывает этот смех и сам смеется.
Господь Чайтанья — это особая аватара Господа, и далеко не все аватары Господа позволяют себе смеяться, смех - это особая эмоция, и она очень плохо совместима с чувством важности собственной персоны.
Нрисимхадев, может быть, он слегка похохатывал, когда он разрывал Хираньякашипу?
Но едва ли этот смех можно назвать нава-хасья-карам, смех или улыбки, которые сами собой появлялись, когда люди видели этот танец Господа Чейтания.
Навахемарам, и сам Господь Чайтанья плавился, хема - значит золото, и это новое только что расплавленное золото, свет, когда он начинал танцевать и испытывал эти бхавы, становился еще более ярким.
И этот свет расплавленного золота заливал все вокруг Хари Кришна. Он испытывает новую прему, невиданную, неслыханную.
Он пришел вместе с этой премой, принес эту прему, и Наванита, Наванита - значит масло он светит или чист, как это только что взбитое масло. Мягкое только что взбитое масло.
Нававеша критам. И он по особому одевает свои одежды.
Похоже, что в этот момент Сарвабхаума Бхаттачарья вспоминал то, что он сам не видел игры Господа Чайтаньи в Навадвипе, потому что именно там Господь Чайтанья отличался особенно изысканным способом надевать свою доти.
Так что люди влюблялись в него, просто видя, как одеты его дхоти. Брахмачари могут поучиться этому, чтобы стать совсем уже авторитетными.
Брахмачари, но Нававеша критам также значит: Нававеша — новая одежда, и одежда, в которую одет Господь Чайтанья, одежда, в которую одевается Кришна, как мы говорили, Дамодара, Вардана, веша, веша, в которую одет Шримати Радхарани, и веша, в которую одет Господь Чайтанья — это, конечно же, веша Его бхав, это его одежда из его бхав.
Навапрема-расам испытывает эти новые неизведанные вкусы, новые премы. Навадха виласат, и от того, что он премам, от того, что он погружен в это бхакти, девятиричное бхакти.
Бхакти, которая начинается со шраванам киртанам, девять видов бхакти, его сияние навадха виласат из-за того, что он сияет этой своей погруженностью в различные
виды бхакти, шраванам, киртанам, смаранам и так далее, кажется, будто он состоит из одной премы, он состоит из одной любви. Хари-бхакти-парам, погружен в это хари-бхакти. Харинама-дарам. Откуда берется это Бхакти? Бхакти берется из Харинамы.
Вчера я слушал лекцию одного из моих любимых хинди-спикинг, и он говорил: какой признак бхакти? По какому признаку можно узнать, есть ли у нас бхакти или нет? Признак простой, а по признаку того, что у вас изо святое имя выходит.
Если святое имя выходит, бхакти есть. Как только оно перестанет, значит, что вы лишились бхакти.
Поэтому до тех пор, пока бхакти льется из ваших уст, у вас святое имя льется из ваших уст, у вас есть хари-бхакти. Хари-бхакти парам, харинамадарам. Так как он погружен в это бхакти, он все время повторяет Святое Имя.
Тут он не просто, он постоянно повторяет святое имя на четках. В его руках всегда находятся четки, которые он перебирает. Мы знаем, что четки Господа Чайтаньи были из узелков на ткани.
Харинама парамы, Он полностью погружен в это харинама. Харе Кришна, Харе Кришна, Кришна, Кришна, Харе Харе, Хари Рама, Хари Рама, Рама, Рама, Харе Харе.
И что в результате получается, наясаната пранаяшрударам. В его глазах всегда наясата праная ашру, слезы любви. Ашру значит слезы, праная значит особый вид любви, очень близкой любви.
Он всегда держит себе свои глаза, его глаза всегда украшены этими слезами. Сататам Джаната Баватапахарам парамарта параи налога гатим навалеха карам, джагата пахарам, пранамами Сачисута Гаура Варам.
А в четвертом куплете Сарвабхаума Паттачарья говорит о трех категориях людей, для которых проповедует Господь Чайтанья, для самых далеко находящихся людей, для людей, которые не готовы принять самый высокий дар, Господь Чайтанья дает бхаватапа харам.
Он, по сути дела, полностью отбирает у них харам, значит отбирать, воровать.
Бхаватапу — страдания материального существования, джаната, бхаватапа харам, сататам — любой человек, который увидит Господа Чайтанью и почувствует, как он погружен в Бога, сам невольно испытает ту же самую поглощенность Богом, и в этот момент он почувствует, как страдания ушли. Они вернутся, не волнуйтесь, они привычны, они знают дорогу
к нашему сердцу, но хотя бы на мгновение почувствовав красоту Господа Чайтаньи, мы забудем о своих страданиях. Мы забудем о своих бедах, о своих беспокойствах, о своих тревогах.
Парамарта параина локогатим для людей, которых интересует духовная жизнь, для людей, обычный человек, погруженный в эти тройственные страдания, он может забыть о них просто, увидев Господа Чайтанью или услышав о нем, для людей, которые ищут смысл в этой жизни, духовный смысл в этой жизни.
Он дает высшую цель, которую человек может достичь,
и к которой человек может прийти, но для бхакт, джагат-тапа-харам, бхакт он превращает в новых пчел, он дает им ощущение нового вкуса или нового меда - они начинают чувствовать вкус там, где раньше они его не чувствовали.
Али буквально значит пчела. Он превращает бхакт в пчел, которые опьянены нектаром и везде ищут только нектар, и таким образом джагат-тапа-харам избавляет весь мир от страданий.
Любой человек, независимо от того, на каком расстоянии и на какой дистанции он находится от Господа Чайтаньи, он может почувствовать это, ниджа-бхакти-карам прия-чару-тарам.
Он превращает людей в бхакти и дает им свою бхакти, ниджа-бхакти-карам, он дает свою собственную бхакти. Прия-чару-тарам, он самый красивый. Как он дает бхакти, каким образом он привлекает к себе людей?
Это его оружие, его орудие, которому он орудует, его красота, он самый красивый. Люди, которые видели Господа Чайтанью, не могли поверить, что такая красота существует в этом мире.
И когда он танцует свои танцы, то тогда соответственно нагара-раджа-кулам. Нагара значит любовник, возлюбленный. Нагара — это Кришна. Раджа-кулам. Он нагара-раджа. Он самый лучший из всех возлюбленных.
И натана-танana нагара-раджа-кулам, семья возлюбленных этого самого лучшего из любовников Кришны — она начинает расти в результате танца Господа Чайтаньи. Люди становятся без ума от Кришны.
Кулака-мано-ласъя-карам, ласья — значит танец, карам — манаса.
В нашем уме есть целая огромная семья этих каменей, желаний, продиктованных вожделений, кулака-мано-ласъя-карам. И они все эти желания начинают танцевать вместе с Господом,
Чайтаньей, и мы забываем о своем вожделении. Теперь все очень просто. У нас еще три куплета.
Каратала-валям, он держит в руках караталы, голокантара- вам — из его горла исходит иногда очень могущественные звуки, рыки, мриду-вадь-су-винайяка-мадурам. дурам. А иногда он очень мелодично поет хринаму.
Таким образом он превращает, дает всем почувствовать этот вкус Ниджа Бхакти, и дальше он объясняет его миссию. Юга-дхарму там Пунар нанда-сутам. Он пришел сюда для того, чтобы принести юга-дхарму.
Кто он, этот Господь Чайтанья? Пунар нанда-сутам. Он Нанда-сута, сын Нанды Махараджи, который снова воплотился в этом мире. А дарани-су Читрам, он украшает собой дарани, землю. Он украшение всей земли.
Каким образом он украшает землю? Бхава-учите, потому что он дает людям почувствовать эту бхаву правильным образом. Бхава-учите.
Он не насилует их, не обращает насильственно всех в свою веру, не пытается людей обманом затащить в свою секту, он дает бхава-учите, он дает ту бхаву, которую они способны испытать, и таким образом он украшает землю.
Тану-дхьяна-чистам, его сознание полностью сосредоточено на тану, на форме Господа Кришны. Тану-дхьяна-чистам, ниджа-васая-дhама на На его собственной ниджа-васая-дhаме, обители, он сам сосредоточен на образе
Господа Кришны, на Его руке и на Его обители, на Вриндаване — пранамам сачи-сута-гораварам.
Арунам-наянам-чаранам-васанам-кали-та-свакана-дарам куруте. Он есть жизнь этого мира, джагатах-дживанам, и он украшает эту жизнь, делает ее сурасам, наполняет ее новыми вкусами,
бодха-нескали-там — его голос постоянно срывается, когда он поет святое имя от эмоций, которые его переполняют, и его глаза красные от слез.
А рунам - значит, это цвет восходящего солнца, его глаза красные, его стопы такие же красные, и его одежда такая же красная.
Этот цвет восходящего солнца, которым Сарвабхаума Бхаттачарья заканчивает свой бхаджан, — это предвестие нового века, века любви, который открывает нам Господь Чайтанья.
Он как восходящее солнце, его глаза указывают на то, что Солнце вот-вот взойдет, его стопы и его одежды. О все цвета аруны.
Совместное пение молитв и киртан
И очень скоро весь мир срывающимся голосом запоет Святое Имя. Мы сейчас быстро споем этот баджан, а потом споем Радхарани киджая, махарани.
Итак, мы с вами в Джаганнатха-Пури, и мы с вами присутствуем на Радхаятре, где Господь Чайтания танцует свои новые танцы и пленяет десятки, сотни тысяч людей своим обликом.
Премаю там Насад Май, рама суха ...anama, Пранона, . Рабара, че мати, сута Ранчи, суда, су000 Любаю, сука, ни сучка, вот,y'18 D'amal, 6, 4, А нача, панде спает, Напас, P'-n-am-si-t-à-b'-ra, n'am-d'am. Мани сади, сута, маницати, ta'd', , 7, 7, Мати, саче, Надо, на пома На бахати с апо Pana, А на максимут, суда, написа,, анатиса то, анаматикора, на никорам Правда, Vetrisна, Krishна, V,
Але на маничати, нама ни саче, Сачи, сута по урабара, нам, сачи, пора в араб, на мани, сачи, сука, порабат, а нам Май, рада, ни, рада ...йта, Май, пи, май, ура, ники, куй, аки, куль, арикидяй, так уралики дядь, аретятидяй,
Варшабану дуретий дядь Вар сама ду-ки, дай, Варшавану до найти, дай, варвану до найти Никитя, ада не ки, махара, не китя. Володарша нема, молодарша нема, не ті, дай, молодарша нема. Уандики, Онзики чай, манзики, Оранжеча .
Радяночку мой, чай, чай, дай, врадячку май, кияй, чай, дай, рай, Поварша нема, і ти кай, дай, половарша нема, і питай, дай, та ні, ки, кидай Невития, раджанити чая, раджаде чай, раджанити чай, раджадери чай,
дарма давай ки Давали ти, давай, да, и Дарани дитя, марани, дарани дітя, манити, манити, дай, да,вача нема, і ті, дай дай, полобача нема, не ті, ай, гай, дай, половача не майки, ай, дай, дай, да-га Половарся,
не мали тікай, дай, половарся не батьки, хай Пожане, типа, пожане, ти кай, а вста, А Харе Кришна, Кришна, Харе Харе, Харе Рама, Харе Рама, Кришна Кришна, Харе Харе. Харе Рама, Харе Рама,
Харе Рама, Харе Рама, ареста, арена Крина Криста, Кнаре, Ариама, Аряма, . Рама, ряма, рама, Кина Кришна ряд, амарама, 4, але 4 Пара и Мара Ніка, ніка, маловача нема, і тікай, кай, маловача нема, ні ті, половача нема, да, ваша нема, дай, ай, да, да, да,ра ни Половарча немає і кайка, половарша нема, і кайка