Шримад-Бхагаватам 3.25.20
Bhakti Vijnana Goswami · Ilsky · 2019
Chapters
Вводные молитвы и чтение Бхагаватам
Нараянам намскритья, нарам чайва нароттамам, девим сарасватим вьясам тато джаямудирая, наштрапраякешу бхадрешу нитьям бхагават-севая бхагават-уттама-шлоке бхактир бхавати наисткики Бхактирбати на стихи.
у третин моя тайовине дус, там сарба бутаридам, мунимато сми Мы читаем Шримад-Бхагаватам, вторая песня, глава седьмая, текст 37. текст 20. Прасанг, Аджарам, Аджарам. 7, 2, 7, уха
дварама павритам, мокша двара папритам, прасангамачарампашам, атманаха вайовиду, сад ... Прасангам, привязанность, аджарам, сильный, Паша, Паша, рабство, атманаха души, мудрицы, виду знают, Саева
та же самая, садушу, на преданных, критаха, обращенная, моксадвара, вратас упаждения, открывает, каждому, кто обладает знанием, хорошо известно, что привязанность к материальным удовольствиям
заковывает духовную душу в кардалы материального рабства. Однако, если у живого существа развивается такая же привязанность к общению с осознавшими себя преданными, перед ним распахиваются
Смена объекта привязанности как путь
врата освобождения. Комментарий Его Божественной Милости. Здесь прямо говорится, что привязанность к материальному является причиной рабства обусловленной души, но та же самая привязанность, направленная на другой
объект, открывает перед нами врата освобождения. От привязанности невозможно избавиться. Нужно просто сменить ее объект.
Привязанность к материальному называют материальным сознанием, а привязанность к Кришне или Его преданному - сознанием Кришны. Таким образом, в основе привязанности лежит сознание.
В этом стихе ясно сказано, что очистив свое сознание и превратив его из материального
сознания в сознание Кришны, мы обретем освобождение. Несмотря на призывы избавиться от привязанностей, живое существо не способно полностью освободиться от всех желаний. Привязанность заложена в природе живого существа.
Можно видеть, как одинокие или бездетные люди заводят собаку или кошку и привязываются к ним. Это доказывает, что полностью избавиться от привязанности невозможно.
Вместо того, чтобы пытаться освободиться от них, следует найти такое применение этой нашей склонности, которое даст нам возможность извлечь из нее благо.
Привязанность к материальным вещам обрекает нас на обусловленное существование, но когда мы развиваем такую же привязанность к Верховной Личности Бога или преданного Господа, это приводит к освобождению.
В данном стихе Господь Капила призывает нас развить в себе привязанность к преданному, который достиг самосознания, к садху. Но кто такой садху? Это не просто человек в шафрановых одеждах или старец с длинной бородой.
В «Бхагавад-гите» говорится, что садху — это тот, кто безраздельно посвятил себя преданному служению.
Даже тот, кто не очень строго придерживается правил или предписаний преданного служения, но обладает непоколебимой верой в Кришну, Верховную Личность Бога, тоже следует считать садху. Садху эва са мантавьяḥ.
Садху никогда не сворачивает с пути преданного служения. В данном стихе сказано, что если человек желает осознать Браман, то есть достичь духовного совершенства, он должен перенести свою привязанность на садху-преданного.
О том же говорит Господь Чайтанья: лавья-матра садху-санга сарва-сиддхи... Даже кратковременное общение с садху открывает перед человеком путь к совершенству.
Слова «махатма» и «садху» являются синонимами: служение махатме, возвышенному преданному Господа, — это двара махатманām муктер вима- драга к освобождению.
Махатмасeваṁ дварáм āҳур вимуктес тамо-дварам йошитаṁ сан-сангāм, служение материалистам приводит к прямому противоположному результату.
Служа заядлому материалисту, то есть человеку, занятому удовлетворением собственных чувств, и общаясь с ним, мы прокладываем себе дорогу в ад.
То же самое подтверждает данный стих: привязанность к преданному — это привязанность к служению Господу, потому что садху учит тех, кто с ним общается, как стать преданным Господа, как поклоняться Господу и искренне служить Ему.
Таковы блага, которые приносит общение с садху.
Если мы хотим общаться с садху, то должны ожидать от него не советов о том, как улучшить свое материальное состояние, а наставления, которые помогут нам разрубить узел материальных привязанностей в сердце, избавиться от их оскверняющего влияния и прогрессировать в преданном служении Господу.
Таков результат общения с садху.
Поэтому Капила Муни в самом начале своих наставлений Девахути подчеркивает, что путь к освобождению начинается с общения с садху: сатаṁ прасангаād мама вīрья-самвидо бҳаванти ҳр̣т-карṇa-расāя-нāх̣ катҳаḥ джушаṁс тад апьяśнu-ападугавимук-то маматир бҳавати татрēваи садушу криту, мокша дварама павритам.
Каждому, кто обладает знанием, хорошо известно, что привязанность к материальным удовольствиям заковывает духовную душу в кандалы материального рабства.
Однако, если у живого существа развивается такая же привязанность к общению сознавшими себя преданными, перед Ним распахиваются врата освобождения.
Материальная привязаность как рабство души
Молодовичный подаю, Кришна, Пристая Будай Шримате Бхакти Видта Славитина, Намасте Сарасвати, Куравани Прачарине, Нирвише 6, Жанла, Санкиртнайка рукама так, висувай на палука, Сандивая такила шахти дарасвада анямс часта чанашравана твагади, прамнаму пагорб, свався ставиш васяка лаху прасидатам, паданти буя,
100 жадну, Капила дев начинает свои наставления в Девахути с этого очень важного утверждение, которое является фундаментом всех остальных наставлений.
Шрила Прабхупада объясняет это в комментарии, что началом нашей духовной жизни является общение с садху. Потому что в противном случае, как опять же объясняет Шрила Прабхупада, человек неминуемо сильно привяжется к материальной жизни.
Прасангам аджарам пашам. Слово Пашам в санскрите значит веревка. И от этого слова происходит другое санскритское слово пашу, что значит животное. Подобно тому, как веревка и животное значит одно и то же.
Что есть животное?
Животное значит живое существо, лишенное свободы, живое существо, которое находится целиком под влиянием своих собственных привязанностей или инстинктов. Живое существо, которое полностью является рабом своих собственных чувств, устремлений, заложенных в нем программ.
В отличие от человека, животные не в состоянии понять, что они не свободны даже. Они настолько несвободны, что у них нет даже понимания того, что они несвободны. И они думают, что они свободны при этом.
И прасангамам, прасангамарам. Дважды тут подчеркивается, сила привязанности возникает между душой и материей, прасангом, пракрити рупена сангом. Не просто сангом, не просто общение.
Прасангом значит сильная, глубокая. Очень внутреннее общение, аджарам сильное, пашам привязанность является причиной рабства. Отманах кавоейо ведух, любой разумный человек — Шрила Прабхупада переводит это слово Кавайо.
Он говорит, что любой человек, который хотя бы немножечко понимает смысл всего, он может увидеть это рабство.
Наблюдая за самим собой, мы можем увидеть, до какой степени мы являемся рабами своих импульсов и всего остального. Наблюдая за другими, мы еще лучше можем это увидеть.
За собой сложно иногда наблюдать, потому что мы часто впадаем в иллюзию, что у меня все хорошо. Но у других-то все не очень хорошо. Прасанга маджарам пашам: сильная привязанность к материи делает человека рабом.
Человек привязывается к вину, к наркотикам, к чему бы он ни привязался. Все то, что я начинаю считать своим здесь, в материальном мире, становится моим хозяином. Я думаю, что я хозяин своей собственности.
На самом деле реальность обстоит с точностью наоборот, я слуга всего того, что я считаю своей собственностью, всего того, к чему я привязан. Иногда мужчина думает, что он повелевает своей женой.
Но жена знает лучше, кто кем повелевает. В тот самый момент, когда у меня появляется привязанность, я становлюсь рабом.
Расангама джарам пашам отманах кавайо ведух: любой здравый человек может увидеть это, может увидеть, как он попадает в привязанность,
привязанность к наркотикам, привязанность к азартным играм, привязанность к сексу, привязанность к пище мясной, и только мясной,
поэтому разумный человек. Адвихаути в данном диалоге олицетворяет собой разумного человека, который ищет выхода из создавшегося положения, он пытается решить эту проблему, как стать свободным.
Мы же все хотим быть свободными, правильно? Мы хотим быть абсолютно свободными. И поэтому свобода - такое звонкое слово здесь, в этом мире. Людей пытаются привлечь, станьте свободными. Голосуйте за меня.
Но Девахути, она задает эти вопросы Капиле Деви.
Она говорит: первое, что она говорит, чтобы начать эту беседу или задать эти, чтобы вызвать его наставление, она говорит: я измучилась здесь. Я полностью нахожусь под влиянием своих собственных чувств, и эти чувства и желания, бесконечные желания, неутолимые желания, которые никогда не возможно утолить, измучили меня. Я гонюсь, пытаюсь утолить одно желание, утоляю его, и в результате этого жажда становится только еще сильнее.
И так далее. И она дальше говорит, что как мне избавиться от этого отождествления себя с телом, которое является кандалами на душе. Как мне избавиться от этого скафандра?
На мне висит этот ужасный материальный скафандр, который к тому же еще — ладно, скафандр просто был. Так он еще болеет постоянно. Скафандр по крайней мере не болеет. Он неуклюжий, он не болеет.
Эта вещь - она вообще ужасная, совершенно какая-то. Как можно быть свободным, имея материальное тело? Как можно быть свободным? Все эти росказни о том, что человек может быть свободным и имея материальное тело.
Это просто сказки для глупых. Невозможно быть свободным, имея материальное тело. Я и хочу быть свободным, но нос заложила. Ноги болят, живот болит, и девотухати говорит: я измучилась. Я знаю, что конца и края этому нет.
Потому что материальное тело или материальное сознание — оно постоянно расширяет свое эго. Наше эго обладает способностью расширять: мое, мое, мое, мое, мое.
Нам мало рабство материального тела, нам нужно еще попасть в рабство ко всему остальному, к своему дому. И так далее. Самые свободные попадают в рабство к избирателям своим и становятся абсолютно свободными.
И уже не могут ни слова сказать, чтобы не подумать о том, что будет и так далее. Некоторые свободные становятся духовными учителями тоже такое бывает. Это всего лишь свойственная человеку попытка расширять ложное эго.
Мы расширяем ложное эго и думаем, что таким образом становимся свободными. Тогда как на самом деле результат прямо противоположный. Поэтому человек должен. И в конечном счете, какой результат всего этого? Результат смерти.
Сколько бы я ни собрал вокруг себя каких-то материальных богатств, мне придется с этим расставаться совсем. И чем больше у меня богатств, тем сложнее мне будет расставаться со всем этим.
Чем большей степени я буду сокрушаться, когда я буду уходить отсюда.
Притча из Панчатантры о трех рыбах
Поэтому разумный человек пытается найти разрешение этому вопросу. В Панчатантре есть знаменитые истории, которые в разных вариантах повторяются во многих традициях мира.
Но в самой Панчатантре она рассказана лучше всего: история про трех рыб. Жили-были в одном пруду три рыбы.
И три рыбы, которые жили в этом пруду или в болоте, это три типа людей, которые существуют здесь, в материальном мире, пруду этого материального мира. Одну рыбу назвали анагата. Вторую рыбу звали утпаннамати.
А третью рыбу звали Ядбавишхья. Это три типа людей, которые существуют здесь.
Анагата значит, а сначала рассказываем историю про рыб, потом объясним, что значит, их красивые санскритские имена, которые им дали во время инициации, жили-были эти три рыбы, три подруги, дружили, все было у них хорошо.
Однажды они услышали, как к этому пруду подошли рыбаки и рыбаки эти стали говорить: хороший пруд. Похоже, что тут живут какие-то рыбы. Надо бы порыбачить их.
Три рыбы собрались вместе, и первая из них Анагата сказала: надо тикать отсюда. Пока не поздно, тикать отсюда надо.
Другая подружка, когда проблемы, сейчас проблем нет. Сейчас все хорошо. Солнышко светит, клубника зреет, все замечательно.
У нас тут в нашем пруду все хорошо, и все. Они могут передумать, эти рыбаки. Когда проблема возникнет, тогда и будем ее решать. И третья подруга с ней согласилась. Она сказала, что будет, то и будет.
Буквально значит, ядбавишхья значит: что будет, то и будет. Но первая рыба, которая сказала: «Надо тикать отсюда», она нашла какую-то речку, которая вытекала из этого пруда и по этой речке достигла моря и там стала плавать на свободе.
Море большое, сетями все море, неводом все море не загребешь. Рыбаки, ясное дело, пришли, в этом нет никаких сомнений. Рыбаки рано или поздно к нашему пруду приходят. Закинули сети и поймали двух оставшихся рыб в эти сети.
И вытащили двух оставшихся рыб.
И та, которая вторая, Утпаннамати, стала напряженно думать, чего делать, чего делать, чего делать. И решила притвориться мертвой. И до того, как ее еще вытащили, она всплыла вверх брюхом. Рыбаки посмотрели на нее, сказали и выбросили ее. А она и туда же, вслед за
своей мудрой подругой, а эта рыба до самого последнего момента думала, что все у меня хорошо. До тех пор, пока и даже когда ее бросали в кастрюлю с лавровым листом.
А я думал, ну в принципе не так уж все и плохо. Лавровый лист, водичка теплая. До самого последнего момента думал, ну в принципе все идет не так уж и плохо.
И когда вода стала, все горячей и горячей, она еще попыталась выпрыгнуть оттуда, но было уже поздно, поэтому съели ее эту яд-болезнь.
Так вот эти три категории рыб означают три категории живых существ по отношению к проблемам материальной жизни.
Анагата, значит, пока проблема еще не пришла, надо ее решать. Анагата значит то, что пришло, а анагата значит, пока не пришла, надо решать. Самые разумные люди не ждут, когда придет старость, болезнь, смерть.
Самые разумные люди пытаются понимать, что рыбаки-то уже тут.
Что даже если не вот еще не закинули, ее очень скоро закинут. Пока не закинули, надо эту проблему решить. И она ищет этот путь освобождения. Она ищет способ вырваться из этого болота, ограниченного болота, где нас ожидает смерть.
Она пытается понять, как найти этот ручей, который выведет ее в безграничный простор океана. Это анагата. Вторая категория людей - утпанна мати.
Утпанна значит, вон панна, ну, то есть утпанна мати значит, будем решать проблему, когда она возникает. Когда уже, пока гром не грянет, мужик не перекрестится.
Это утпанна-мати, которые начинают креститься, когда гром грянул. Это вторая категория людей.
То есть, когда они чувствуют приближение старости, когда приходят какие-то страдания, они не думают о том, что все вокруг страдают, пока у них все хорошо, они об этом не думают.
Но когда рано или поздно к ним приходят все эти проблемы, они начинают задумываться, как же их решить. И в этот момент они притворяются мертвыми.
Это очень важная стратегия для таких душ, которые имеют второй вид разума, утпанна- мати, значит, что эти люди, такого рода люди, они понимают, что если они будут по-прежнему живыми, то есть по-прежнему будут культивировать те самые привязанности, которые являются причиной всех их проблем, то они угодят такие в кастрюлю с лавровым листом.
Поэтому они притворяются мертвыми, то есть в каком-то смысле умирают для этого мира. Реально, что это значит?
Человек, который начинает заниматься саданой в тот момент, когда пришли какие-то страдания, когда он испытал некое разочарование, когда страдания материального мира показали свое лицо. Этот человек по-прежнему привязан.
Кто-то из вас еще привязан к материальному миру? Но все равно четыре принципа пытается делать. Притворяется мертвым. Мы все с вами притворяемся мертвыми.
В том смысле, что нам и хотелось бы еще в этом пруду порезвиться, но мы понимаем, что уже все слишком напряглось, надо, пока не поздно, мертвыми притвориться. И мы начинаем дальше притворяться.
Все сильные привязанности, которые у нас есть, по-прежнему привязывают нас к материальному миру. Харибол. Хари. По-прежнему сканируем этот мир на предмет поиска материальных удовольствий.
Но все равно притворились, уже шансы есть. Надо только как следует притвориться, потому что рыбаков ты так просто не проведешь. Тогда, может быть, они посмотрят и скажут: ну зачем нам этот паршан вообще тут? Пусть плывет.
Дохлый какой-то. Ни на что не годин вообще. Пусть все. Мы знаем, что преданные они такие, они ни на что не годные. Но они притворяются. Это утпанна-мати. Люди, которые все-таки пытаются. Мати значит разум.
Утпанна-мати значит, когда разум включается, когда нужно, разум все-таки включается. До боры до времени они как все резвятся здесь, но когда нужно, разум все-таки включается. А яд бхавишьяйн, значит, что будет, то и будет.
Если перевести это красивое санскритское имя на русский язык, получится «авось пронесет». Яд бхавишьяйн.
Таким людям придется пытаться находить удовольствие в соседстве с лавровым листом. В течение какого-то времени, в этой самой кастрюле, в которой их будут варить.
И при этом они будут думать: «Вот, говорили же мне более разумные люди, что надо что-то делать. А при этом я думал: «А, авось пронесёт». Это три вида разума, и как я уже говорил,
Девахути — она олицетворяет этот как минимум второй вид разума, если не первый вид разума.
Роль садху в разрубании привязанностей
Она говорит: скажи мне, пожалуйста, как мне обрести свободу. И она знает, каким образом есть единственный способ — обрести свободу, — она обращается к своему сыну, который, так уж получилось, был верховной личностью Бога.
Она обращается к нему и называет своего любимого сына Топором. Это не очень распространенная, ласковое прозвище. «Мой дорогой Топор». Но она вкладывает очень глубокий смысл.
Она говорит, что на самом деле реально для чего человек должен обращаться к садху или к святому, для того, чтобы он смог разрубить эти крепкие узы материальных привязанностей. Поэтому она называет его топором.
Часто люди, как Шрила Прабхупада говорит, идут к садху, потому что, ну вот, садху должен улыбаться. Садху должны не улыбаться, у садху за пазухой или за спиной — топор. Пришли к садху.
Поэтому лучше сразу понять, кто такой садху. Садху рубит. Шрила Прабхупада был именно таким садху. Люди приходили к нему и думали: сейчас он погладит им по головке, скажет: «Всё хорошо, Харе Кришна».
А он говорил: «Всё у вас плохо, вы привязаны, вас ожидает старость, рождение новое, смерть, болезни». На смертном одре он говорил своим молодым, энергичным, радостным ученикам, когда от него уже кожа да кости остались, — скелеты, — он смотрел на них, как они бегают вокруг него, и говорил: «Не думайте, что с вами это не случится.
Я недавно встречался с Ниранджаной Махараджем, он шел по лестнице с трудом и сказал при этом: «Почему-то я думал, что со мной этого не произойдет». следующий раз, когда будете подниматься по лестнице, вспомните это.
Потому что наверняка в этот момент вы будете думать, что ну со мной это точно не произойдет. Случится.
Садху должен так или иначе, пока еще не поздно, показать: смотрите, привязанность, привязанность к материальному телу, которое до поры до времени кажется не таким уж и плохим, все не так уж и плохо. Как был этот анекдот про человека, который спрыгнул с высокого 100-этажного здания.
Человек на 50 этаже видел, как он пролетал мимо огня, мимо его окна, и говорит: «Ну, пока все идет нормально». Пока все не так уж и плохо.
И точно так же люди, они все время думают, ну все не так уж и плохо. На круг все не плохо. Все плохо. На круг все плохо. До тех пор, пока у нас есть привязанности, которые держат нас реально.
Более того, мы же их еще постоянно укрепляем, эти привязанности, постоянно расширяем по-прежнему свое ложное эго.
Поэтому Девахути говорит: «Ты, топор дорогой мой сын, пожалуйста, сруби этот, разруби этот узел привязанности». В
Бхагавад-гите Кришна говорит об этом же в пятнадцатой главе. Он говорит, как там: «Нермана-моха-чита-санга-доша». Как там дальше? Ну в общем, то же самое. Что так или иначе, человек должен понять,
как же ему от привязанности-то избавиться? Легко сказать, легко сказать, можно сколько угодно говорить: «Привязанности, привязанности», можно даже понимать, но как избавиться от этого? Как избавиться от привязанности к своему Я, к своему пониманию того, кто Я есть?
Можно сколько угодно говорить, повторять 16 кругов мантры: «Я не тело, я не тело, я не тело, я не тело, я не тело, я душа». Ничего из этого не выйдет.
Не сработает мантра, потому что мы все равно целиком отождествляем себя с этим телом и с удовольствием, которые это тело доставляет, где найти то слабое звено, в котором человек может как можно ослабить эти привязанности.
И здесь Капиладев говорит, как можно ослабить эти привязанности, эти очень сильные привязанности, просангамаджарам прошаму. Ту же самую просангу, ту же самую склонность, которая у нас есть и которая есть природа сознания.
Человек по определению, сознание человека привязано, мы привязаны. Нужно попытаться обратить его на садху. Саева садху шкриту мокша-двара-апаврита. То есть, это очень непростой совет.
Он простой по форме, и в принципе, это самый действенный совет, который может быть. Но это значит, что ту же самую привязанность я должен найти в себе этот источник привязанности — то есть свою душу, по сути.
Шрила Прабхупада говорит: где источник привязанности? Источник привязанности в сознании. Сознание по определению привязано.
Я должен попытаться эту привязанность целиком перенести на саду, причем саду тут во множественном числе, саду причем саду тут в во множественном числе стоит: «садушу, садушу», значит, «саду» во множественном числе.
По-русски сложно сказать, «саду, саду», ки. Саду, значит, саду во множественном числе.
Шрила Прабхупада говорит тут, что, в сущности, он уже предвидит возражения, как бы наши возражения. Хорошо, ладно, я готов привязаться к саду. Покажите мне саду. Где ваш этот садок, покажите мне этого саду. Ну нету этих садов, нету.
Даже если учитывать, что садху — это не тот, кто с бородой и оранжевых одеждах, ну где эти ваши садху? Шрила Прабхупада говорит: «садhур эва самах стhутах…» Он вспоминает слова Кришны в «Бхагавад-гите», где
Кришна дает очень необычное определение садху, в высшей степени необычное, нехрестоматийное определение садху. Садху — значит человек, который так или иначе решительно настроен на то, чтобы привязаться к Кришне. У него есть это решимость.
«Садhур эва самах». Его нужно считать садху, если «вьявасито хи сах», если у него есть решимость.
Если просто у человека есть решимость идти по духовному пути, даже если у него есть какие-то недостатки, потому что очень часто люди говорят, что вот ну какой это садху, вот у него тот недостаток, этот недостаток.
А «апи чет судурачаро», Кришна говорит, вообще, мне совершенно все равно, какие бы у него недостатки ни были.
Если у него есть решимость, то он садху, вы должны считать его садху. Это значит, что у него чему-то можно научиться. Это значит, что привязанность к нему по принципу, с кем поведешься, того наберешься», она поможет нам такую же решимость обрести.
Потому что наша проблема заключается в том, что у нас решимости-то по духовному пути идти нет. Мы слышим о Кришне, слышим и думаем, ну, неплохо было бы, да, да, неплохо. Ну да, да, хорошо бы. Но решимости нет, энергии нет.
Откуда взять эту энергию, чтобы порвать связи? В то же самое время мы пытаемся разрывать какие-то связи, тысячи связей, которые связывают нас с материальным миром. А как их разорвать?
Больно. Каждая связь болит. Каждая вещь, которая так или иначе, к чему мы привязаны, как от этого избавиться.
Решимость как основа духовного пути
Поэтому самое главное качество, с которого все начинается, это решимость. Шрила Бхактивинода Тхакур говорит об этом. Он говорит, что предание начинается с решимости. Сандига-саранагати. С чего начинается? Саранагати.
Саранагати: анукулья-санкалпах пратикулья-варджанам. Так?
Бхактивинода Тхакур говорит, что смысл этого — это торжественный заявление или торжественный обет, когда я торжественно объявляю, что я буду делать только то, что способствует моему духовному развитию.
Буду отказываться от всего того, что мешает мне, даже если у меня остаются какие-то другие привязанности. У меня есть эта решимость, так или иначе. Пратиджна значит, я торжественно объявляю всем.
Пратиджна значит, я даю торжественный обет. И торжественный обет значит, я даю этот обет, и я понимаю, обратной дороги нет. Обет — это не то, что я в обед дал, а на ужин передумал. Торжественный обет значит, я дал и всё.
Разные мифы разных народов мира описывают в форме того, что человек не должен обглядываться, он достигнет цели своей. Какая бы невероятная цель ни была, он сможет достичь этой цели.
Единственное, что ему нельзя делать, это оглядываться назад. А это самое сложное. Не оглядываться назад — значит смотреть вперед. Смотреть вперед значит видеть цель.
Видеть цель - значит черпать энергию из этой цели, в том числе. Потому что что значит решимость? Решимость значит, я понимаю, мне это нужно, я хочу этого достичь, я вижу эту цель.
Как только я упустил из виду цель, все, у меня никакой энергии нет.
Когда люди в футбол играют, им нужно забить этот дурацкий мяч в ворота. У них есть цель, цель на английском значит гол. Гол, который они забивают, у них цель — гол.
У них дурацкая цель, но они очень решительно настроены, чтобы эту дурацкую цель сделать. Если у нас есть эта решимость, хотя бы небольшая часть той решимости, которая есть у игроков футбольной команды, забить гол.
Гол значит, у меня есть цель. Я вижу эту цель. Я делаю все, что угодно. Меня пинают. Меня там, я не знаю, мне нужно там извернуться. Я бегаю, я весь потею, но у меня гол, у меня цель есть.
И эта цель сама по себе надает очень большую энергию. И поэтому Кришна говорит: человеку, у которого есть решимость... Это азнает, кшипрам бхавати дхармаатма, такой человек очень скоро станет праведным.
Даже если сейчас он неправедный. И тот человек, который его упрекает, смотрите, у него есть эти недостатки, эти недостатки, эти недостатки. Такой человек, все его недостатки получают себе.
Кришна говорит: а, ты увидел, хорошо, вари, бери, бери, бери, бери. Твои, твои. Если я не вижу, что значит садху? Садху значит: садху от слова сад. Сад значит истина, сад есть нечто реально существующее.
Человек, который так или иначе утвердился в истине, то есть понимает, я дух, я не могу быть счастлив в материальном мире. Я не могу быть счастлив.
Как бы я не изгалялся, как бы я ни пытался стать счастливым в материальном мире, такой человек садху.
И с таким человеком нужно общаться, потому что благодаря общению с ним Мокша Дварама Павлитам перед нами раскроются двери освобождения. Мокша Дварама Павлитам.
Двери освобождения широко раскроются, потому что еще раз, у нас появится такая же решимость.
А человеку, который есть решимость, рано или поздно он дойдет до этого, но нам нужно обязательно получить общение с саду, и как здесь говорится,
это должно быть не просто общение про сангом, а позже через 5 стихов копил скажется. А там про санга, мамавирия, самвидову. Когда человек общается с саду, но именно общается, как общается, очень тесно общается.
Это самое важное, что нам нужно понять, что значит общаться с преданными. Поэтому есть разница между сангой и прасангой. Санга саанга значит, я нахожусь просто в обществе преданных.
И некоторые люди думают, хорошо, я нахожусь в обществе преданных. Все. Мол, а павритам.
Но тут недаром говорится, сатампрасангам или здесь, прасангом, Аджарам Пашарам, Саева Садушу Квейту. Ту же самую прасангам, ту же самую склонность: мы же все знаем, что есть общение, есть общение. Есть общение, когда у нас нет сильной привязанности.
Ещё иль когда у нас появляется сильная привязанность или близость. И нам нужно очень хорошо понять, что значит эта близость, и каким образом её достичь?
Потому что еще раз эта склонность привязываться, есть в нашем сознании, в этом нет никаких сомнений. Так теперь ее нужно обнаружить и попытаться эту склонность применить к нашему общению с преданными.
И эта прасанга значит глубокое общение — общение на уровне сердца, когда мы реально пытаемся настроиться на сердце другого человека.
Если мы видим какого-то садху и при этом понимаем определение садху, определение садху — это человек, у которого есть минимальное качество, одно минимальное качество решимости, которое в своей жизни следует как минимум двум ангам шаранагати.
Анукульясья-санкальпах, все то, что хорошее, принимает. Все то, что мешает ему, он отвергает, без особых колебаний.
Четыре условия глубокого общения
Есть такой человек, есть, надо попытаться понять, как же достучаться до его сердца, как же соприкоснуться с его сердцем, в этом суть. И тут есть несколько вещей или несколько качеств, о которых мне хотелось сказать.
Первое, что позволяет человеку из прохладного общения, из формального общения, перейти в сферу более глубокого общения и таким образом получить доступ к каким-то сокровищам,
которые находятся в сердце другого человека, а первое условие прасанги - это безусловно интерес.
Мы видим другого человека и мы понимаем, потому что на самом деле другой человек, особенно когда речь идет о преданном, если мы смотрим на такого преданного, мы понимаем, что есть у него какой-то секрет. Откуда?
Что дает ему эту решимость? Что у него есть? Начинается глубокое общение. Если у меня нет интереса к другому человеку, о глубоком общении не может быть и речи, правильно?
Ну, есть какой-то человек, ну, сидит тут что-то такое, там, чешется в затылке. Что-то говорит, ну давай, поговори, поговори, ничего. Посадили тебя на вьясасану. Ну, ничего, поговори.
Когда бросаться-то уже надо, а пора уже. Первая вещь у человека должен быть, да должна быть это искра. А интерес возникает откуда? Откуда возникает интерес?
От того, что он понимает, что передо мной задача стоит, мне нужно ее решить.
И вот я вижу человека, который так или иначе, ну, если он еще не решил эту задачу поставленную, то по крайней мере, он делает что-то для того, чтобы его решить, и получается у него что-то.
То есть первое условие - это интерес. И второе условие — когда мы видим такого человека, чтобы произошло соприкосновение с ним — прасанга, глубокое соприкосновение на каком-то более глубоком уровне.
Это открытость навстречу такому человеку: я должен открыться. Я должен так или иначе пустить это в себе. Потому что у меня может возникнуть интерес, при этом я тщательно охраняю свою независимость.
Мы же понимаем, что если я откроюсь навстречу какому-то человеку, то я какой-то части своей независимости лишусь, то есть я как бы позволяю этому человеку сознательно влиять на себя. Открытость.
И еще раз, если мы как следует подумаем над этим, мы поймем, что это значит в общении с другим человеком.
Если я увидел человека, чьи качества так или иначе привлекают меня, человека, который возбуждает во мне интерес, то мне обязательно надо подойти к нему и попытаться открыть свое сердце, то есть прислушаться более внимательно.
Понятно, что интерес уже делает нас внимательными, но открытость значит, я так или иначе, я пытаюсь гораздо более открыто подойти к нему. Я снимаю какие-то фильтры, которые у меня есть.
Обычно, когда мы воспринимаем этот мир, смотрим на этот мир, мы смотрим на этот мир сквозь фильтры своего эго. У нас у каждого есть свои фильтры. И через эти фильтры не все проходит. Мы слушаем что-то и не все слышим.
Слышим только то, что нам надо.
Открытость значит, я снимаю эти шоры или фильтры, я пытаюсь максимально полностью услышать, понять или почувствовать этого человека, принять какую-то энергию, которую он несет, послание, которое он несет. Это следующий момент, или следующая вещь.
Мало просто открытости, нужно еще и принятие, нужно конкретно совершенно, ну, как бы позволить этому посланию или этим словам, этому звуку, этому, я не знаю, этому, ну да, этому звуку, поменять что-то в нас.
Потому что мало просто открыться. Открыться хорошо — это уже очень большая вещь. Но еще нужно попытаться, открыв свое сердце, усвоить то, что туда пришло, то семя, которое сажается.
Как в Евангелии есть, это притча про сеятеля, который разбрасывал семена. Семена эти попадали на разную почву. Большая часть семян не прижилась, не дала никаких всходов. Это следующая вещь — принятие этого семени.
Мы просто открылись, да, мы позволили, чтобы семя упало, но еще нужно сделать так, чтобы это семя проросло. То есть принять это глубоко.
По сути дела, это значит, что мы должны думать об этом опыте, переживать этот опыт, делать этот опыт более глубоким. У нас произошла небольшая встреча с садом.
Мы встретились так или иначе с каким-то садом, а эта встреча произвела на нас впечатление, но этого будет мало.
Чтобы в действительности связи или привязанности наши очень сильные, как тут говорится, — андарам, пашам, — чтобы эти сильные крепкие веревки ослабли, нужно, чтобы то,
что я услышал, или то, что несет с собой другой человек в саду, проросло как-то в моем сердце. Вот это третье качество.
И четвертое качество мы все знаем - любовь, когда человек реально начинает любить все то, что связано с садом. Прасангам состоит из этих четырех вещей.
Если я просто нахожусь на одной территории, на каком-то близком расстоянии, это еще не прасанда, это может быть санга, что тоже неплохо. Саду-санга, саду-санга, сарва-сиддхи-лавам матрая садху-санги, сарва-шастра...
Так, то есть саду-санга — это тоже неплохо, но здесь-то говорится: сатам прасангам мама вирья-самвидо бхаванти хрит-карна-расаянах катхах тад-пошанад ашва-апаварга-вартамани шраддха ратир бхактир ану крамишьяти.
То есть, человек должен конкретно совершенно развивать в себе ту же самую склонность, и это по сути дела значит... Что значит любовь? Любовь — значит мамада.
Любовь значит: у меня должно произойти отождествление с этим человеком. Я должен отказаться от своей независимости, потому что любовь означает отказ от своей независимости.
И здесь говорится, что это единственный способ, это парадоксальный способ обрести свободу. Как можно обрести свободу?
Для этого нужно отказаться от своей независимости и поставить себя в зависимость от свободного человека, от человека, который не является рабом своих материальных привязанностей.
И мы можем видеть, что те люди, которые таким образом открывались навстречу Шриле Прабхупаде, например. С ними происходили чудеса. И были люди, которые просто находились в санге, слушали.
История царя Упаричары Васу
И которые, слушая, не услышали то, что им хотят сказать.
Дальше понятно, уже в следующем стихе Капиладев будет говорить: кто такой саду в высшем смысле этого слова: что украшает настоящего каруниках сухридах сарва-дехинам азата-шатравах шантах.
То есть, в конечном счете, саду высшего уровня, саду, который в полном смысле этого слова, саду, у него есть все эти качества. Но если я открываюсь навстречу такому саду, то у меня тоже должны эти качества появляться.
Если они у меня не появляются, что-то не так. Если я не настраиваюсь на этого садху и сохраняю себе все эти свои материальные привязанности, то что-то не так, это всего лишь имитация. Это не есть настоящее общение.
И когда человек... Мне хотелось одну историю с Махабхараты рассказать, есть у меня еще несколько, интересная история, когда человек настраивается таким образом, он получает очень важную одну вещь от садху. Потому
что это задача, это задача, которая перед каждым из нас стоит. Каким образом я должен себя вести, чтобы у меня возникла эта привязанность.
Если я понял этот момент — очень важный момент, о котором говорится здесь, и дальше Капила Дев скажет, что если у человека появилось это прасанга садху, то как бы путь перед ним очень быстро открывается.
Для него сразу же, он говорит, по каким признакам, внешним или внутренним признакам можно определить, что прасанга возникла.
Первое - это катха, которая исходит из уст такого человека, становится расаяной, то есть она приносит ему радость и оживляет его изнутри. Он слышит его слова и чувствует этот ответ, у него внутри оживает что-то.
Расаяна значит тоник. Расаяна значит, я слушаю какие-то слова, у меня энергия появляется. Результат тоника. Если еще раз, если у меня есть прасанга.
Если нет прасанги, я слушаю, думаю: «Мели, мели, че, все нормально, все хорошо». Да, да, да. Мы это знаем, все знаем. Привязанности, материализу - это плохо, плохо. Знаем, да, да, да.
Привязаться к садху, надо привязаться, когда прасанга будет, и
тогда тад дхьяна-його 'напаварга-вартмани» — очень быстро действительно, Капила Дев говорит, очень быстро открывается этот путь освобождения, напаварга-вартмани. Человек чувствует свободу сразу.
Он чувствует, что перед ним, что у него, что его ум не такой тяжелый стал, что он не так привязан ко всем вещам, что не привязан к гневу, к каким-то врагам, которые у него есть, еще к чему-то.
Ему не нужно об этом думать, обо всем, ему не нужно по 10 раз интернетовские какие-то страницы смотреть. Может быть, даже в Фейсбук не захочется заходить. Или ВКонтакте. Я даже такую страшную вещь могу сказать.
Просто вот не хочется особенно. У него другой контакт есть в другом контакте находится, и этот контакт ему дает, дает силы, дает энергию, дает счастье.
И шраддха та развивается нами очень быстро. Ашу значит быстро, он идет по этому пути. К бхакти, к шраддхе, шраддха ради шраддхи, к привязанности, к бхакти, к любви, к преме.
Но для этого еще раз: это труд, суть заключается в том, что когда речь идет о материальных привязанностях, так как у нас есть уже опыт, нам не нужно сильно трудиться для того, чтобы эту материальную привязанность развить, она сама возникает.
Проблема заключается в том, что привязанность к садху сложнее развить. все время, есть некие факторы, которые этому постоянно мешают, и в частности, наше эго и все остальное есть множество внутренних препятствий, которые не позволяют нам точно такую же привязанность развить к садху. Поэтому это труд определенный.
Когда нужно избавляться от своей привязанности к оскорблениям, которые у нас есть очень сильные, своей привязанности ощущать себя выше.
А у нас же есть, мы смотрим на какого-то другого человека. Нам хочется почувствовать себя выше него. Ну, как почувствовать себя выше, но оскорбим его и все хорошо. Вообще никаких проблем нет.
Опустим его и сами будем выше, правильно? Это все проблемы, которые у нас есть, реальные проблемы.
Когда мы встречаемся с каким-то человеком, который претендует на то, чтобы стать выше, у нас возникают очень большие проблемы в нашем сознании.
И мне хотелось одну интересную историю рассказать в связи с этим, которую рассказывает Бхишмадева Махараджа Юдхиштхире. Она немножко долгая, но ничего, да, есть, несколько минут есть. Вот.
Но она очень поучительная в том смысле, что она иллюстрирует этот момент, что человек никогда не сможет ничего достичь в духовной жизни, если у него не возникла реальная привязанность к садху.
История эта произошла давно, в незапамятные времена, в Трета-югу или в Сатья-югу, когда жил на земле великий праведный царь по имени Упаричара Васу.
Его имя было Васу, а Упаричара — был его эпитет, что значит, реально упари чару, упарить значит наверху, чару — тот, кто может, тот, кто ходит по верху.
По верху, не значит по верхам, тот, кто парит, по сути дела, упаричара значит, тот, кто, тот, кто в небесах парит. То есть, это был человек, не привязанный к материальному миру.
Он очень хорошо исполнял свои обязанности, и он стал учеником Брихаспати, никого другого, как самого Брихаспати, великого брахмана, жреца полубогов.
И однажды он пригласил Брехаспати для того, чтобы тот провел Ашвамеда-Ягию. Эта Ягия была особенной, потому что, хотя она называлась Ашвамедой,
там не приносили в жертву никакого коня, а сердце его было исполнено состраданием, Паричара Васу, и там приносилась жертва — только какие-то зерна риса, злаки какие-то, еще что-то такое, то есть он сделал особенное жертвоприношение, и жрецом там был никто иной, как сам Брихаспати.
И когда пришла пора кульминации этого жертвоприношения, нужно было вызывать полубогов, которые должны были принять свою долю жертвенных даров, то один за другим все присутствующие видели, как полубоги в ответ на мантры Брихаспати приходили к этому жертвоприношению с благодарностью, принимали дары, давали благословение всем собравшимся и уходили, исчезали.
Они проявлялись, принимали дары, исчезали, и все было хорошо до того момента, пока не пришла пора вызвать самого Верховного Господа на арену. Арена пришла тоже. И тоже принял дары.
Да, заключалось в том, что его никто не видел, кроме самого Паричары Васу, включая даже Брихаспати, его гуру. Он не увидел, он просто увидел, как доля, отложенная самому Господу на арене, она исчезла и всё.
Брихаспати разозлился страшно, когда он почувствовал себя страшно задетым. Он взял эту ложку, которой жрецы возливают масло. В гневе бросил её куда-то.
Его стали успокаивать и говорить: «Ты что, с ума сошел? У нас тут Сатья-юга, в Сатья-югу никто не гневается. Приди в себя. Еще не пора. Еще этих эмоций особенно-то нету. Нечего тут ложками раскидываться».
Но он не успокаивался, он был возмущен. Что это такое? Как это так? Как это Господь не появился передо мной? Иногда мы тоже думаем, что такое, Он должен появиться передо мной. Как это так? Я ему служу. Сколько муки извёл?
Сколько мантр повторил? Как так? Что случается? Что происходит? Что за непорядки такие? Почему он не появляется перед нами? И там, на этом жертвоприношении присутствовали сыновья Брамы,
одного из них звали Экада, другого звали Двита, третьего звали Трита, ну то есть первый, второй, третий. Они были очень возвышенными людьми, и это от имени своих братьев
Он стал говорить: слушай, ты что так, что ты поволновался-то? Давай-ка я тебе историю расскажу, которая со мной произошла, чтобы ты понял, что не так-то просто, не так легко увидеть самого Верховного Господа.
Для того, чтобы его увидеть, нужна его милость. Он должен захотеть себя раскрыть. Так или иначе, не захотел он раскрыть. И он сказал, что было дело,
было время, когда мы со своими братьями ушли на берег Северного Ледовитого океана. Отправились туда. Тогда было глобальное потепление, поэтому не так холодно было.
Мы отправились туда и стали совершать аскезу, суровую аскезу. Для того, чтобы опять же постичь Господа. В течение долгого времени мы совершали эту аскезу, стояли на одной ноге, повторяли мантры, звали его.
В конце концов, мы услышали голос. Этот голос с небес сказал нам,
что вы найдете то, что вы ищете, и ваше желание исполнится, если вы отправитесь на белый остров, на Шветодвипу, найдете эту Шветадвипу, и там вы увидите людей, которые вас научат всему и раскроют вам секрет, дадут вам то, что вам нужно.
Он сказал, что мы отправились в направлении, указанном нам этим голосом, долго-долго шли, и в конце концов нашли этот белый остров. И он таки оказался белым.
Этот остров был залит ярким-ярким сиянием, которое ослепляло нас, и мы ничего не видели. И самое поразительное, мы не увидели никого там. Был белый остров сияющий, яркий, но ни одного человека мы там не увидели.
Хотя нам ясно было сказано с небес: идите туда, найдете остров, там будут люди, они вас научат. Так они подумали: ну, что бы подумали вы, наверное, ну, в очередной раз обули. В очередной раз нас прокатили.
Они были разумными людьми, они подумали, естественно, что, наверное, ответственность моя, я, наверное, виноват в этом во всем.
Моя беда, почему я не могу видеть? Сказано же было с небес, что есть тут люди. Наверное, что-то с моими глазами не так. Я не могу их увидеть.
Ну, и они понимали, что слишком яркий свет. А до этого им рассказал этот голос, что это за люди. Это люди в белых одеждах, они... То есть очень чистые люди, которые там живут на этой светодвипе. Вот.
Но они люди простые, что делать? Надо опять аскезы совершать. Ясное дело, надо так или иначе, если наши чувства несовершенны, то это значит, что наши чувства слишком загрязнены, правильно?
Почему наши чувства становятся несовершенны? Потому что они загрязнены, поэтому надо делать аскезу. Что такое аскеза? Аскеза значит ограничивать деятельность своих чувств. Меньше есть, меньше спать, меньше пить, больше пить.
Стали они совершать аскезу тоже, стали повторять мантру там где-то. В течение ста лет держали глаза закрытыми. 100 лет глаза были закрыты, потом по истечении 100 лет открыли глаза.
Не знаю, как они уж на часы смотрели, чтобы знать, что 100 лет прошло. Но так или иначе, раскрыли глаза и увидели людей. Множество людей живут на этом острове.
Действительно, все одеты в белые одежды, все кожа светлая, руки сложенные, у груди красивые, все огромные глаза они стали смотреть на этих людей, стали смотреть, как они живут, присмотрелись немножко, увидели, что люди живут очень чистой жизнью, то и дело погружаются в медитацию, что от них исходит очень яркое сияние, которое, собственно, мешает им
увидеть, их увидеть так уж хорошо и различить. И вроде бы все хорошо.
И тут они увидели, вдруг в какой-то момент они увидели, что все эти люди куда-то ринулись, что все люди, которые живут на этом острове, они куда-то все помчались, а напротив, несутся куда-то с радостными, счастливыми улыбками. Вот.
И они стали присматриваться и тоже побежали вместе с другими людьми к этому месту и увидели, что эти люди какой-то совсем уже еще более яркий, ослепительный свет, и что все эти люди кричат: Джая Пуруша! Они делают какую-то пуджу мысленно, какие-то мантры произносят, еще что-то.
Они увидели это ликование, и до них в какой-то момент сначала они полностью их чувство полностью были ослеплены всем этим, но потом потихонечку до них
донесся совершенно невероятный аромат до их ноздрей. И они поняли, что сам Верховный Господь пришел туда, и у людей есть эта возможность получить Его даршан.
Они ликуют, они радуются, они взаимодействуют с ним как-то, и что-то они слышат от него, а сами они ничего не слышат.
Вот они думали, ну опять обманули нас, вроде бы так сказать. Потом все кончилось, этот даршин кончился в течение какого-то времени, и все продолжалось.
Они вдруг увидели, они опять же единственное, что они видели, люди прибежали в какое-то место и потом стали расходиться. Такие счастливые, радостные, очень такие возбужденные. Но что они заметили?
Они заметили, что их никто не замечает. Их никто не видел. Самое в этом поразительное было. Одна поразительная вещь была: что они не видели то, что все остальные видели, а вторая вещь - то, что их никто не видит.
Что там живут эти люди, и они проходят мимо них, и как будто их нету. Они какие-то псяк, а они идут и вообще не видят их, полностью не видят. Они сели и стали думать, что делать-то, что произошло, что происходит.
Мы же хотели, мы пришли сюда, чтобы увидеть верховного Господа, ничего не случилось, и как-то так, и более того, даже нас не заметили. И тут они услышали голос, опять же, с небес.
Возвращайтесь назад, потому что вы не сможете увидеть Верховного Господа, слушайте внимание, что сказал этот голос с небес: вы не сможете увидеть Верховного Господа до тех пор,
пока обитатели этого острова не увидят вас, не бросят на вас свой взгляд. До тех пор, пока вы не поймаете на себя... Сейчас они вас не видят, поэтому вы Верховного Господа не видите. В этом причина.
Они это так, это говорят. Ну, вот, мы вернулись, тут сидим, тоже опять его не увидели. А почему не увидели?
Смысл этой истории очень важный для нашего понимания, очень простой, что чтобы получить реальный духовный опыт, реальный духовный опыт, не просто воображаемый, не просто что-то человек должен получить
милостивый взгляд обитателя Шветодвипы, этого самого садху, без милости садху мы не можем получить милость Господа. Мы должны получить милость садху в виде его взгляда. Он должен нас заметить, Он должен нас увидеть.
А для того, чтобы Он нас увидел, нам нужно вести себя соответствующим образом.
Как Бхактисиддханта Сарасвати Тхакур Прабхупада говорил, что не нужно пытаться, чтобы Бог меня увидел. Нужно пытаться вести себя так, чтобы Бог захотел на нас посмотреть. Смысл Дарсана не в том, чтобы увидеть Бога.
Мы не можем, как мы можем набрать грахи индриями своими материальными глазами, мы не можем увидеть Господа, который духовен. Но мы можем таким образом жить, чтобы Он увидел нас.
И точно так же садху. Мы можем не увидеть садху, как эти люди, они не увидели садху в начале. Для того чтобы просто увидеть садху или понять, что какой-то человек является садху. Даже для этого нам милость нужна.
Даже для этого нужно очиститься. Мы будем видеть перед собой человека и будем думать: недостатки, что ли. Да вот они у меня все тут в записной книжке написаны. Я внимательно за ним следил. У меня все тут есть.
Мне рассказывали, что один преданный в пасхами жил. У него была специальная записная книжка, где он записывал все ошибки, все недостатки всех там живших. Он перечитывал иногда.
Даже для того, чтобы увидеть садху, для того, чтобы понять, кто есть садху, а кто не садху, нужна милость. Но этого мало, надо потом ещё, чтобы они увидели нас, чтобы они так или иначе захотели на нас посмотреть.
Тогда, когда они на нас посмотрят, тогда вот для этого надо, для этого нужен труд.
Иначе говоря, смысл этого стиха в том, что да, человек может решить эту проблему, непростую проблему, реально непростую проблему, но для этого он должен трудиться, не так просто это все дается.
Он должен вложить какую-то свою энергию, силы в эти отношения с садху, чтобы у него возникла глубокая привязанность, привязанность на уровне сердца, чтобы в результате этой привязанности он смог обрести все эти качества и получил милость Верховного Господа.
Это то, для чего мы собираемся вместе, чтобы действительно развить привязанность друг к другу.
Не к каким-то материальным сторонам нашей личности, которые тоже есть, но к тем самым истинным сторонам, реально существующим сторонам нашей личности, которые также есть у каждого преданного, как минимум, к решимости, которая есть у каждого.
И если это будет, то тогда, как сказано здесь, Мокша-дварам апавриттам, двери освобождения широко раскроются перед нами.
И сата-садху-сангах, то если у нас появится привязанность к садху глубокая, то тогда все будет хорошо. Спасибо большое. Вопросы? Один, два, да. Один, два.
Могли бы я сразу прошу прощения, если вдруг это чуть-чуть личный вопрос... поделиться, как хочется, вы решаете здесь? Как вы учились? Непросто, но стараюсь.
Я, наверное, не буду отвечать вам. Стараюсь. Как могу. Не всегда все получается. Да. Чтобы спросить, вот как это ближе, надежнее, обращайтесь. Есть микрофончик. С равными и младшими.
Потому что бывает так, как бы открывается, бывает так, что открывается, и пока не стремится, открыться все равно за это... В Евангелии есть очень хорошие слова в этом смысле: стучите и отворится дверь.
Продолжайте стучать. В конечном счете. Еще раз, близость к садху, значит, значит, попытки служить. И да, кто-то легко раскрывается в ответ на наши робкие и порой неуклюжие попытки служить. Кто-то не торопится это делать.
Но просто надо не оставлять стараний и продолжать стучаться в эту дверь, и тогда отношения с преданными станут глубже и станут более... Мы почувствуем, что эти отношения реально меняют нас изнутри.
Просто надо, не оставляйте стараний, маэстро. Ходите и ходите, да. Насчет этого стиха «Бхагавад-гиты»: «апи чед дурачаро...», да? Джива Госвами говорил, что такой человек не должен быть проповедник.
Нет, что это еще не шастрия-шраддха, а в вайшнавской песнех, в которых описано шастрия-шраддха, Джива Госвами объясняет этот стих: «садху-ева самантавьях судра-чарух». Он говорит, что если у человека появилась шастрия-шраддха, то признаком шастрия-шраддхи значит: я верю в священные писания. Вера в священное писание значит, что я не нарушаю указания священных писаний.
Если у человека просто появилась вера, но эта вера еще не целиком укоренилась в священных писаниях. Вера сама по себе уже хорошая вещь, поэтому вера в путь бхакти.
Но при этом человек не очень знает, как идти этим путем, и он нарушает какие-то священные писания. Это значит, что вера еще не укоренена в священных Писаниях. И поэтому такому человеку нужно еще пройти какой-то путь.
И в этом именно суть.
И поэтому такой человек, скажем так, с ним нужно общаться, но нужно общаться осторожно, чтобы какие-то его недостатки также не повлияли на меня, и мы не переняли вместе с хорошими вещами, с его решимостью какие-то его заморочки или проблемы. Вот.
Поэтому, конечно же, поэтому в следующем стихе Капиладев скажет, что такое садху? Садху, садху вбхушана, садху — тот, кто украшен терпением, состраданием, сухридам сарва-бхутанам, друг всех живых существ и так далее, он дает полное определение саду.
Но просто решимость — это уже хорошее, скажем так, начало. Просто нужно понимать, что человек, так как у него нет шастри-шраддхи, он не может быть проповедником или не может быть учителем.
И очень часто мы слишком рано уполномачиваем людей, так сказать, на то, чтобы они благую весть несли всем. И люди разочаровываются: они видят, что человек какие-то хорошие вещи говорит, а при этом он сам дурачара.
Шастри-шраддха — это какой уровень? Это ништха? Шастри-шраддха — это ништха. Строго говоря, это ништха. Шастри-шраддха — это ништха. Время. Уже время. Уже время. Спасибо большое.
Ответы на вопросы слушателей
Шрила Прабхупада ки Джай! Шри Панча-таттва ки Джай! Харибол! Премананда!